# Эпос. Сказка родовесть

Владимир Лузгин

Эпос.

Сказка Родовесть — философско-поэтическое произведение, в котором древнеславянская мифология соединяется с размышлением о духовных основах человеческого бытия.

«Во всяком слове живёт дыхание предков, а в каждом дыхании — вечность».

Лузгин В. Г.

© Владимир Геннадьевич Лузгин, 2026


ISBN 978-5-0068-8143-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


От Автора

Дорогой читатель, перед тобой — не просто сказка. Это песнь о Роде, о древнем дыхании земли, о том, что связывает человека с вечностью.

Мы привыкли искать будущее в машинах и небесах, но забываем, что оно зарождается внутри нас — в нашей памяти, в нашей любви, в невидимых нитях, соединяющих поколения.

«Сказка Родовесть» — это возвращение к истоку. Здесь слово звучит, как молитва и как песня. Здесь богов и духов можно услышать в шуме ветра, в капле росы, в дыхании ребёнка, уснувшего у печи.

Каждый герой, каждое испытание, каждая тропа — это символ Пути, по которому идёт человек от Тьмы к Свету, от неведения — к познанию, от раздора — к единству.

Пусть этот эпос станет для тебя не только чтением, но и зеркалом — в котором отразится твой Род, твоя земля, твоя совесть, и твоя собственная звезда в вечном Коло Времени.

ЛУЗГИН В.Г.

> «Во всяком слове живёт дыхание предков, а в каждом дыхании — вечность!»

## Песнь Первая — О Яви, Нави и Прави

В начале времён, когда тьма и свет Вплелись меж собою в дыханье рассвета, Род возжёг искру в глубинах планет — И стала Явь, как деяние света.

Над древней землёй протянулся покой, Где солнце рождалось из тайны Нави, И Правь — закон, не подвластный войне, Уложил жизнь в порядок и славу.

Из Родова семени выросло всё: И дуб могучий, и речка светлая, И песнь людская, и пламя в костре, И мысль великая, — заповедная.

В долине туманной, меж лесом и полем, Люди трудились — в поту и в покое. Явь их — работа, семья и тепло, Где в каждом дыханье — дыханье былое.

Домовой у очага сторожит, Чтоб не трепетал огонь без нужды; Кикимора тихо у печи сидит, Слышит шорох ветров и воды.

Леший из чащи клонится ветвями, Глядит на детей, что в траве играют; Полевик дышит над златыми злаками, Словно дыханием землю благословляет.

И говорит старец, седой, как время: «Трудись, человек, и храни закон. Всякий твой день — как жертва и семя, Всякий поступок — ответ Небесам.»

Но где-то в тенях, под корнями дуба, Тихо шептала невидимая Навь: «Помни, о роде своём, душа людска, Без памяти — путь твой станет тщетен.»

Там, где звёзды сквозь листья глядят, Велес бродит меж теней и предков, Хранит он мудрость веков и чад, Сводит в одно — живущих и мертвых.

Навь не страшит — она хранит, Она — дыханье земных корней, И в тишине её душа звенит, Как звон предвечных колокольней.

Там живут предки, что землю пахали, Что слово держали, что Род воздавали; Их шепот — в ветре, их думы — в воде, Их сила — в крови, их память — в тебе.

А Правь сияет — невидимый храм, Где сходит закон на Явь и на Навь. Там Перун вершит молнией правду, Там Велес хранит пути и устав.

Правь — не судья, а мерило всему, Что строит, что рушит, что держит миры. В ней кольца времён и судьбы людей В едином Коло вращаются с верой.

«Знай, — говорит старец, — Правь — есть дыханье, Что держит Явь и Навь в равновесьи. Нарушишь её — и грянет страданье, Соблюдёшь — обретёшь благовестие.»

Так мир трёх начал в круге живёт: Явь — путь деяний, Навь — род и память, Правь — небесный закон, что ведёт Всё бытие в гармонии к знанию. И в небе горит огонь Даждьбожий, И реки шумят, и поля цветут, И люди живут меж звёзд и тревог, С верой в закон, что их души спасут.