Андерсон

Глава I.

Солнечные лучи входили в темную обитель Питера Андерсона, встав с кровати он начал типичный для себя ритуал – поставить чайник, заправить постель, выпить утренний кофе и почистить зубы.

Жизнь нынешнего частного детектива давала такую свободу, что представителям других профессий ее представить почти невозможно. Ленясь, вместо второго пункта из своего ритуала Андерсон принялся читать газету, любезно оставленную под входной дверью рано утром, пропуская бесконечные новости из сферы бизнеса, спорта, политики, Андерсона не интересовало ничего, сегодня ему было интресно только одно – продвижение Мелфортского расследования. Уже как полторы недели произошло это… убийство? Несчастный случай? А может быть – суицид? Известно было одно – это дело, возможно самое запутанное в истории этого городка, и с каждым днем, Андерсон придумывал новые теории, что могло там произойти.

Непроизвольный поток мыслей, словно инстинкт, врожденный или подаренный Богом прекратился, когда позвонил телефон.

* * * * *

Красный галстук был на нем, словно первоклашка, шагая быстрым шагом, все злее становился он, индюк, краснеющий тюльпан, и важный как орлан, и ничтожный в тоже время, шел кричать на детективов: «Что ж за ерунда?! Дал 3 дня, затем неделю, и результата нет, вы мне не нужны, болваны, других найду, заграничных тварей!».

Хлопнув дверью, шел он восвояси, тут помощник подбежал с словом: «я знаю кандидата! Американский детектив – получше будет местных, к тому же он, не абы кто, а из Нью-Йорка полицейский, мигом все решит!».

– Свяжите меня с ним, иль с руководством, на прямую.

Глава II

II.

Андерсон подошел к телефону, взяв трубку он услышал ранее знакомый ему голос, это был его бывший начальник отдела, его голос звучал уставшим:

– Пит, здравствуй, мне тут позвонили из Саскачевана, Мелфорта, если быть точным. – глаза Андерсона раскрылись от радости.

– Поскольку мы с тобой больше не работаем, но при этом ты один из лучших детективов что у меня был, я подумал что такая работа тебе пригодится, тем-более насколько я знаю, в настоящий момент, ты ничем не занимаешься.

– Это всё? – с некой обидой спросил Андерсон.

– Ты же знаешь что я хотел оставить тебя, но после того инцидента, руководство приняло решение отстранить тебя.

– Я ничего не сделал, – в голосе Андерсона слышалось сомнение.

– У тебя был приступ паранойи, Пит, ты защищался от своих коллег и размахивал ножом, во время работы в каком-то сельском захолустье, и ладно бы один раз, но после смерти твоей жены… – Начальник хотел закончить свою мысль, но Андерсон перебил его.

– Хватит! Просто свяжи меня с теми кто вызывал, пожалуйста.

Андерсон повесил трубку, неприятное чувство, которое приходилось испытывать почти ежедневно пожирала его, пережитая травма, вопросы почему она? Крутились в голове при первой возможности. Ах, если бы только это дело компенси…

Снова раздался звонок.

– Здравствуйте, вы так называемый…. Питер Андерсон?..

– Да, он самый, и насколько я понимаю Вам нужна помощь с…

– Все именно так! Выезжайте сегодня же! Мы оплатим все расходы, на поездку. – чуть ли не шёпотом сказал последние слова тот неприятный до чертиков человечек, который наверняка считает себя выше всех остальных.

Трубку повесили, от нее остался неприятный гул.

Глава III.

День 1.

Собрав свои вещи, Андерсон мигом рванул к аэропорту, купив билет и забрав чек, показав который Андерсон надеялся получить деньги по приезду в Мелфорт обратно, Андерсон принялся читать собранные за все эти дни вырезки газет и собственные заметки, чтобы лучше понимать картину происходящего.

Настал час посадки в самолет, это был не самый длинный перелет в его жизни, но чувства страха и сомнений оставались, ничего поделать нельзя, Канада – встречай меня!

По прилету, уже возле выхода из аэропорта Андерсона ждала группа людей, двое полицейских, девушка, похожая на секретаршу, щуплый на вид мужчина моложе тридцати и он, мерзотнейшая улыбка, щечки, словно у младенца и перекошенное лицо, будто после удара током, смотрело на Андерсона, и приковывала взгляд.

– Мы тоже очень рады вас видеть. – с знакомой по телефону излишней театральностью, и мерзким искусственным голосом прозвучали эти слова, а затем, в знак приветствия, потная, толстая, мягкая медвежья рука без шерсти достала и затянула к себе сухую Андерсоновскую ладонь.

– Скорее бы это закончилось. – Почти со слезами на глазах, и мольбой посмотрел он на любителя тактильных ощущений.

– Нет, дружочек, ты приехал в мой город, ты в моей власти, ты подчиняешься мне… – звучало в этом безумном взгляде мэра.

– Извините что вмешиваюсь, Дорогой Мэр, – сказал женский голос, – но уже 17 часов, скоро стемнеет, а нам надо детектива в курс дела посвятить.

Лицо мера переменилось, было видно что этот женский голос заставлял его подчинятся любому сказанному слову, слабость, была слышна в каждом вздохе, пока говорила женщина. – Что же, милости просим сесть со мной в автомобиль, – приглашающе позвал мэр Андерсона.

Мэр и его помощники вместе с детективом Андерсоном сели в черный лимузин, позади них поехали двое полицейских на одной машине. Между всеми было достаточно места, но мэр любезно прижался к детективу и взвалил свою тяжелую руку ему на плечо.

– Я полагаю, вы и так в курсе всех новостей… – почти с мистическим шепотом говорил мэр Андерсону.

– Да, но я также полагаю что в прессу утекала не вся информация.

– Вот это я понимаю человек из большого города, понимает все тонкости своего дела! – Воодушевленно хвалил мэр Андерсона.

– С данными, которые все же публиковались в газетах я составил список возможных событий, но все же мне хотелось бы знать полную картину этого дела. Надеюсь вы дадите мне время познакомится с имеющимися уликами и показаниями свидетелей, а также, я хотел бы их повторно опросить, если Вы позволите. – Сухим детективным языком говорил Андерсон.

– Конечно мы предоставим вам всю необходимую информацию, к сожалению Я не имею сведений об этом, поговорите с начальником полиции. – Словно провинившийся мальчишка говорил мэр. – вы наверняка устали, так что за счет города мы предоставили вам номер в мотеле «Синяя птица», на Стар-сити роуд.

– Признателен, можете меня туда отвезти? Я хотел бы оставить свои вещи, поужинать и наконец закончить этот день. – Почти проникшись к меру говорил Андерсон.

– Конечно мы вас подвезем туда, ТЫ СЛЫШАЛ ТОМ?! ВЕЗИ НАС К МОТЕЛЮ, НЕМЕДЛЕННО! – Поперхнувшись собственными слюнями, мэр закончил эти пламенные крики.

Остальная часть дороги прошла спокойно, Андерсон выгрузил свои вещи и направился к номеру.

В обитель мыслей входит Анде -

Нет ни стен, ни окон в ней.

Лишь пол, да потолок в покое,

Стол со стулом и доской;

«И голос шепчет: начни опять…»

Животный ужас захлестнул голову Андерсона, это было странно, в Нью-Йорке он почти не ловил себя на воспоминаниях о прошлом, шум города не давал мозгу сосредоточится на былом, но здесь, вы этой глуши, где даже волки не воют, Андерсон начал борьбу против воспоминаний. Хоть именно сельская местность напоминала ему о срыве на работе, он верил что если раскроет это дело, это заглушит боль лучше, чем стакан виски в дешевом баре.

Время было около 19:00, распаковав свой чемодан Андерсон понял что у него есть пара часов чтобы изучить город, познакомится с местными и, наконец, поесть.

Пока Андерсон шел по безлюдным улочкам, где даже машины не проезжают, тревожные мысли не покидали Анде, в этом месте было что-то необъяснимое, что-то таилось за каждым кустом, кто-то знал больше него, кто-то мог ответь на любой вопрос, не попросив и цента за это. Андерсона привлекла песня, звучащая через дорогу и за углом.

Это была религиозная песня:

Я уже прошел много опасностей,

Трудов и ловушек;

До сих пор благодаря благодати я был в безопасности,

И благодать приведет меня до-о-мо-о-ой.

Что-то было в этой песне, что-то успокаивающее, что-то заставляло тревогу растворится, и поставить на ее место умиротворение. Эта песня посвящена ему, Питеру Андерсону, возможно высшими силами, за ним наблюдают, ему помогают и будут продолжать, безоговорочно. – эти мысли засели в голове Андерсона, уверенность в свои силы вернулась, он мог продолжать свою работу.

Рядом был мемориал в память об исчезнувшем или даже скончавшемся в результате ДТП подростке, дело, ради которого Андерсон прилетел сюда. Цветы и свечи лежали на земле, пока одни таяли, а другие вяли, Андерсон понял что время идет, и он должен направить все свои знания и силы что найти хотя бы труп пострадавшего, и передать его семье, если это убийца – его надо поймать и отправить за решетку, в любом случае справедливость должна восторжествовать! Было принято решение, что завтра он начнет полномасштабное расследование, а сегодня оборудует свой номер в мотеле для расследования.

Внезапно религиозная песня сменилась детской забавой:

Красный галстук был на нем, словно первоклашка;

шагая быстрым шагом,

все злее становился он.

– Индюк,

краснеющий тюльпан,

и важный, будто гордый он орлан,

Когда сейчас он мал и бледен.

– А ну тихо! – раздался знакомый голос на другой стороне улицы.

Дети со смехом разбежались в разные стороны, а мэр наш действительно покраснел, прям как, извините, индюк!

– Здравствуйте, мистер мэр. – Андерсон с легкой улыбкой поклонился ему.

– Да что вы, сэр, не стоит, – щечки мера покрылись румянцем. – извиняюсь за столь досадное недоразумение!

– Ничего, я понимаю. – ложь, Андерсон не понимал, чем мэр заслужил такой стишок, но ему было просто до жути интересно узнать от кого-нибудь предысторию.

Они разминулись друг с другом джентльменским кивком и каждый пошел в свою сторону. Внезапно Андерсон вспомнил что так и не поговорил с мэром о финансовой поддержке во время расследования, но вспомнив об инциденте возле церкви, Андерсон понял что сейчас не лучшее время для подобных переговорах.

Дойдя до ближайшей забегаловки, в нос ударил запах жаренной рыбы, Андерсон сделал заказ, кассирша неохотно его приняла и подала блюдо.

– А откуда вы берете рыбу? – Саркастически спросил Андерсон.

– Ты деревенщина что ль? Привозят из озерских и речных городов, иногда сами ловим. – надменно сказала кассирша и удалилась, попутно напевая:

«Красный галстук был на нем, словно первоклашка…»

Дверь на кухню хлопнула, за ней последовала почти мертвая тишина.

Ужин мало того что был просто ужасно приготовлен, так еще Андерсон получил прямое оскорбление в лицо. «Я так понимаю в этом городке все такие… грубые.» – подумал Андерсон и вздохнул. Не желая задерживаться Андерсон покинул заведение и направился к своему номеру.

Время близилось к 21:30, Андерсон пришел в свой номер, снял куртку и начал думать где же ему организовать доску улик. Пробежавшись глазами по комнате, он решил, что стена за картиной будет идеальным местом; положив картину на пол, первой фотографией стал портрет того самого подростка, Ника Дэниелса, снизу он также добавил бумажку с пометкой: считается пропавшим без вести (умер?). Андерсон понял что от трупа или, если вам угодно, исчезнувшего человека двигаться неудобно, поэтому он вытащил из чемодана катушку красной нити и провел первую линию, она шла к матери Ника – Кэтрин; затем вторая, к его отцу – Роджеру. У Андерсона не было их фотографий, поэтому на месте, где заканчивалась красная нить были их имена. Андерсон специально разделил их, ведь два человека могут дать два разных показания, хоть в его практике это случалось редко, он все же рассчитывал получить хотя бы от одного из них особые сведения.

День 2.

Открыв глаза Андерсон увидел черное животное в углу своего номера, покрываясь ледяным потом Андерсон отползал назад, пока темная фигура пристально смотрела на него. Это был шакал, огромный, с перьями как у ворона и огромными рогами; глаза его горели красным, можно было подумать что в них течет вино.

Андерсон стукнулся затылком об подоконник, что взбудоражило зверя, учащенное дыхание сопровождалось паром, выходящим из ноздрей, к глазам приливалась кровь, мышцы ног напрягались и, согнув голову монстр прыгнул в сторону кровати Андерсона; раздался ошеломляющий грохот, Андерсон был невредим, но окно, монстр проломил его и скрылся в пустоте ночи.

Андерсон проснулся в холодном поту, могло показаться что кто-то облил его водой, пока он спал, Посмотрев в окно, Андерсон убедился что это был всего лишь сон, а на улице в то время появлялись лучи солнца. Андерсон посчитал что если начнет свой рабочий день сейчас, то расследование не затянется, он надел белую рубашку, предварительно протерев себя полотенцем; сверху куртку, шапку; натянув брюки и надев носки с ботинками Андерсон вышел на улицу, взглянув на часы, Андерсон понял что сейчас время близится к 8 часам, значит скоро начнется рабочий день. Решив позавтракать в одном из кафе (не в том где он был вчера, разумеется), Андерсон направился к ближайшему, там, он увидел человека, который уже начал свою трапезу; снова посмотрев на часы, Андерсона захлестнуло недоумение, на часах 7:47, все заведения должны открыться в 8-9, решив познакомится с таким влиятельным человеком в глазах Андерсона, он направился в то кафе.

Зайдя внутрь раздался колокольный звоночек, оповещавший всех в здании о новом госте, кассирша подоспела к кассе, и увидев Андерсона она сказала грубым тоном: «Вы не видите что мы еще закрыты?!».

– Если вы закрыты, то почему этот человек уже кушает? – саркастически спросил Андерсон.

– Особый клиент. – тая, сказала кассирша, на что загадочный незнакомец просто улыбнулся.

– Ладно уж, налей этому чего-нибудь… – раздался голос за столиком.

Человек явно был не здешний, говорил то ли с немецким, то ли с турецким акцентом, куря сигарету прямо в кафе, к нему ни у кого не возникало вопросов, каждое его действие выглядело правильно и по своему – объяснимо, даже если бы сейчас, он, внезапно, закинул обе ноги на стол, выкинул тарелку с едой в окно, то ни у кого бы не возникло вопросов, лишь гордость за столь харизматичного человека, в таком никчемном городе.

– Вы не похожи на местного, особенно с вашим акцентом… – Говорил Андерсон, присаживаясь к незнакомцу за столик.

– Вы правы, я европеец. – Безразлично ответил он, что только еще сильней взбудоражило кассиршу.

– Я никогда не был в Европе, – почти по-детски сказал Андерсон, только чтобы поддержать разговор.

– А я в Азии, но мне это ни чуть не мешает. – Сказал незнакомец.

Андерсон, понимая что дружеской беседы не добьется, решил перейти к делу, тем более человек этот выглядел уверенно, знающе, он определенно знал куда больше чем кто-либо еще.

– К слову, я детектив Андерсон, я приехал сюда чтобы расследовать тот несчастный случай с подростком, – хотел было продолжить Андерсон, но незнакомец перебил его.

– Несчастный случай, наверное было бы лучше знать наверняка, поговорите вы уже наконец со всеми свидетелями! – обвиняя, сказал незнакомец.

– Считаете, это было убийство?

– Ну да, уж слишком ровный участок дороги

Кассирша, подходя к Андерсону, повелительно положила еду на два столика дальше, чем сидел незнакомец, Андерсону оставалось ничтожно сесть туда, куда ему велели, словно пес, шел он к еде, но при этом Андерсон понимал, что действительно выглядел «по-дурацки», в разговоре с незнакомцем.

Тут, раздался еще один колокольный звон – вошел мэр и двое полицейских.

– Здравствуйте, Детектив Андерсон, – снова улыбаясь по-зублефарски сказал мэр и продолжил, – мы знали что скорее сего встретим вас здесь, как видите, я приехал не один, это начальник местной полиции, Томаш Милей, или просто шериф Томаш, – с грозным видом Томаш протягивает руку Андерсону, с знак приветствия, – А это у нас Майк, недавно окончил обучение на полицейского, и нам показалось что он пригодится вам в качестве стажера, – Майк тоже протянул и пожал руку Андерсону, в качестве приветствия, но выглядел он неуверенно, потерянно, но тем не менее какая-то польза от него будет, подумал Андерсон.

– Так, шериф Томаш, я хотел бы узнать от вас некоторые детали, а потом съездить на место аварии. – Сказал Андерсон.

– Я не против, да вот только я навряд ли знаю что-то больше чем вы, – с безразличной грустью сказал Томаш, видите ли, те детективы, что были до вас, побродили тут пару дней… – НЕДЕЛЬ – поправил мэр шерифа, – недель, да, а затем уехали, ничего не добившись, что тут говорить если даже следы шин нашли не они, а какой-то случайный человек.

– Я хотел бы лично увидеть те следы и побеседовать с тем, кто их обнаружил. – уверенно сказал Андерсон.

– Как прикажите, Детектив. – со вздохом сказал Томаш.

Они все сели в одну полицейскую машину, кроме мэра, он сказал что-то вроде «у меня есть дела поважнее, но я обязательно присоединюсь к вам», так они разминулись.

– А вы знаете того человека, что сидел в кафе? – спросил Андерсон.

– Это Шеро, крутой дядька, коллекционер всякого, – Восхищенно сказал Майк.

– Ясно, барахольщик короче. – Самовлюбленно сказал Андерсон.

Полицейские ничего не ответили, лишь переглянулись и сделали недовольные лица. Дорога предстояла не долгой, но из-за однообразных пейзажей она выглядела бесконечной; наконец, спустя 20 минут они добрались до места аварии. Они припарковались чуть не доезжая, чтобы не мешать проезду другим машинам, выйдя на улицу, они направились к месту аварии.

– Вот тут это произошло. – С досадой сказал Томаш.

Место было перекрыто желтыми лентами, чтобы уберечь, пожалуй, главную и самую доступную улику; на асфальте были следы шин, вели они прямиком в реку, ограждение было хрупким, неудивительно что этот «картон» не смог остановить едущую машину.

– Какая глубина реки? – спросил Андерсон, смотря на шерифа.

– 5 или 7 метров, если хочешь увидеть машину придется нырять, не исключено также и то, что она могла сдвинутся оттуда на пару метров, или в песок уйти. – сказал шериф Томаш.

– То есть вы еще не достали автомобиль? – возмущенно спросил Андерсон.

– Вода холодная, а дайверов тут не то чтобы много, если понимаешь о чем я, к тому же транспорт нужный придется из другого города заказывать. – Продолжал Томаш.

– То есть я вам и средства на расследование найти должен? – риторически спросил Андерсон.

– Это ты у мэра спрашивай, а не у меня. – словесно выскользнул из разговора Томаш.

– В таком случае тут больше не на что смотреть, поехали к семье пострадавшего. – Пессимистично сказал Андерсон.

Это дорога была дальше, против воли Андерсону приходилось наслаждаться видами Канады, леса – настоящие белые пустыни, все покрыто снегом, могучие холмы и горы были везде, куда бы он не посмотрел, но ничего из этого не приносило ему удовольствия, Андерсон – человек городской, и всей своей натурой предпочитал высокие небоскребы Манхэттена, чем лесную глушь.

Они доехали до дома родителей Ника, взойдя на крыльцо дома они постучались в дверь.

– Мистер и Миссис Дениелс, это полиция, Детектив хотел бы поговорить с вами.

Дверь распахнулась, но в проеме стояла юная девушка.

– Извините, но моих родителей сейчас нет дома, они уехали помолится в церковь. – сказала она.

– и почему же ты не поехала? – подозрительно спросил Андерсон.

– Я простудилась, тем более я не хочу видеть те следы шин на мосту… – с досадой сказала девушка.

– Я детектив Андерсон, и я занимаюсь расследованием этого дела, по скольку твоих родителей сейчас нет в дома, то можно поговорить с тобой об этом инциденте? Ты наверняка поможешь в расследовании. – сочувствуя и манипультивно Андерсон спросил.

– Я… даже не знаю, но если что-нибудь окажется полезным, я готова помочь. Пожалуйста, проходите внутрь.

Троица грозных мужчин оказалась внутри дома, сняв куртку Андерсон и его новый помощник Майк сели на диван, пока шериф Томаш осматривал дом.

– Майк, – обратился Андерсон, – записывай каждое слово в этот блокнот, даже то, что тебе кажется бесполезным, ведь каждое сказанное слово имеет определенную причину.

– Для начала представься. – Сказал Андерсон.

– Эм, меня зовут Пэтти, я сестра Ника, это он попал в аварию.

– Может ты помнишь куда он ехал в ту ночь?

– Да, за день, или два он встречался со своим другом в кафе, там он забыл свой бумажник, или водительские права, точно не помню.

– Что же было дальше?

– Ник заметил исчезновение той вещи когда приехал домой, было уже поздно и он сказал что съездит забрать это завтра, после работы.

Где работал твой брат? – Желая узнать истину, Андерсон тянулся к любой ветке, за которую можно было зацепится.

– Пожалуйста, не говорите о нем в прошедшем времени, прошу… – Пэтти всхлипнула и удалилась в ванную.

– Детектив, – Разочарованно сказал Томаш, – подбирайте в следующие разы слова получше, дипломатичнее.

– Постараюсь, даже при всей своей ненависти к политикам, хехе. – сказал Андерсон, на что Томаш закатил глаза.

Майк, по правде, тоже был не в восторге от детектива, но он не мог просто взять и отказаться от первой стажировки, тем более когда дело такое серьезное.

Пэтти вернулась и села на диван.

– Можем продолжать? – спросил Андерсон, безэмоционально.

– Да, я готова.

– Так кем рабо-(Андерсон затормозил, что заставило еще сильнее взбесить Томаша)-тает, твой брат? – с легким выдохом Андерсон закончил предложение.

– Он работает в папиной автомастерской, там же и мой папа.

– Значит после окончания рабочего дня, твой брат поехал в то кафе?

– Именно, в тот… – Андерсон перебил ее.

– Вечером, ты можешь сказать примерно во сколько это было?

– Не знаю, может быть в 20 или 21, я не помню; он просто сказал нам что после работы поедет в тот ресторан забрать документы, но так и не вернулся. – по щекам Пэтти потекли слезы.

– Держи, – Майк протянул ей салфетку.

– Спасибо. Я просто не понимаю, он бы обязательно сказал бы нам если бы поехал куда-то еще….

– Может он звонил вам, или вашим знакомым, своим друзьям? – Все тянулся к догадке Андерсон.

– Я не знаю, может быть…

Оперившись на арку, между гостиной и кухней, шериф Томаш спросил Пэтти: «Вам звонили в эти несколько дней кто-нибудь?»

– Да, из полицейского участка, когда вы нашли следы шин на мосту. – сказала Пэтти.

– Быть может в тот день вы были заняты, не смогли быть возле телефона когда звонил Ник, а после пропажи были слишком заняты его поисками.

– И у вас не было времени и возможности проверить пропущенные звонки. – Дополнил Андерсон.

– Именно, детектив, так давайте сейчас проверим телефон.

Цоканье каблуков шерифа раздавалось по всему дому, его медленные шаги заставляли всех присутствующих чувствовать небывалое напряжение. Уже стоя перед телефоном, когда рука шерифа тянулась к мобильнику, можно было увидеть непроизвольное подергивание кончиков пальцев, шериф боялся, даже за тридцать лет на полицейском посту не приходилось ему сталкиваться с такими делами. Желая сохранить лицо он развернулся и сделал длительный грубый выдох.

– Детектив, я считаю что из-за вашей должности, именно вам стоит заниматься расследованием, а не мне.

Андерсон встал с дивана и с каменным лицом стал подходить к телефону. Включив список пропущенных звонков, он стал озвучивать время и дату.

– Сегодня, на сколько я помню воскресение, 15:07, по скольку в ту ночь, когда Ник исчез, это было неделю назад, то есть тоже в воскресение. Скажите, шериф, вы, как человек, проживший в этом городе всю жизнь, наверняка знаете часы и дни работы всех ресторанов в городе, так вот, много ли ресторанов, или кафе, работающих по выходным?

– Я знаю два, но я не уверен что Ник был со своим другом именно там.

– Значит, если он выехал из дома примерно в 20-21 час, то для ближайшего кафе от сюда ехать примерно час-полтора, значит ли это, что твой брат должен был вернутся домой, примерно, в 23 часа, либо полночь?

– Наверное да, – сказала Пэтти.

– И то, это в самом быстром случае, скажите, шериф, не помните ли вы какая погода была в тот вечер?

– Насколько я помню было снежно, да, даже был гололед, – рассуждал шериф Томаш.

– Да, я тоже помню снег и гололед на улицах, много машин попали в аварию. – дополнил Майк.

– Хм, а воды в реках и озерах замерзали? – поинтересовался Андерсон.

– Если только небольшой слой, я бы не сказал что погода была настолько холодной, что лед был бы десять или хотя бы пять сантиметров.

– В любом случае машина проломила бы тот лед, но значит ли это, что лед был в реке тоньше обычного?

– К чему вы клоните, детектив? – Наконец заговорила Пэтти.

– Пока что, это лишь теория, но если лед в реке, глубокой реке, не успел сильно заморозиться, а мы и не отрицаем возможности что его и вовсе не было, по скольку вы не помните наверняка, то вполне возможно, что и гололеда в тот вечер не было. Вот вспомните также следы шин (Пэтти закрыла лицо ладонями), извини Пэт, это важно, эти следы были ровными, а соответственно Ник не пытался это предотвратить, машина просто ехала прямиком в реку.

– Хотите сказать что это было самоубийство? Мой брат никогда бы не пошел бы на такое! – воскликнула Пэт.

– Нет-нет-нет, я пока ничего такого не говорю, мы не исключаем возможности что…

Входная дверь открылась, домой пришли родители Пэтти и Ника.

– З-Здравствуйте, я увидела полицейскую машину… Шериф Томаш? – сказала мать.

– Да, Миссис Кэтрин, это новый детектив Питер Андерсон, он расследует дело вашего сына, мы приехали чтобы задать вам пару вопросов и…

– Нет, пожалуйста, мы так устали от этого всего, мы… Мы просто не готовы к дополнительным вопросам… Извините.

– Тем не менее мы здесь, мы очень близки к разгадке, так что пожалуйста, помогите нам в расследовании.

– Мы правда не можем. – сказал отец семейства.

– Наивно полагать что мы уйдем из-за просьбы, мистер и миссис Дениелс.

Повисла гробовая тишина, все еще открытая уличная дверь вносила холод в дом, из-за чего в нем было еще труднее находится.

– Ладно, мы согласны, только потом вы должны сразу уйти.

– Конечно мы уйдем, не волнуйтесь. – успокоил Андерсон.

– Детектив Андерсон, вы бы могли продолжить свою версию о том что могло произойти? – спросил Майк.

– Ах да, насчет произошедшего, раз там не было льда, не в реке, не на дороге, то логично было бы предположить что это был несчастный случай, в котором, я не знаю, Ник мог уснуть в машине, либо заранее спланированное действие. – рассуждал Андерсон.

– Ложь! – выкрикнул отец, Роджер.

– Роджер, в ваших же интересах сейчас помалкивать, не забывайте что прямо сейчас вы в одной комнате с шерифом, детективом и чертовым полицейским стажером. – спокойным голосом сказал щериф.

– Роджер, мы понимаем что у вас у всех произошло много всего на этой неделе, и поверьте, мы делаем все возможное чтобы найти причину тех событий. – успокаивал Андерсон.

– Итак, давайте же наконец прослушаем записи звонков, Майк, напомни в какую дату и время Ник мог звонить сюда?

– В ночь с двадцать девятого по тридцатое ноября, либо в ночь с тридцатого ноября по первое декабря, сэр. – ответил Майк.

– Нашел, один звонок, в период с 22:20 по 22:21, включаю:

– Сейчас около 23 и я еду домой, у меня небольшие проблемы с машиной и… э-эм, в общем я буду дома примерно через минут 40 или около того, я сильно вымотался.

Теперь напряжения в доме не было, лишь грусть, тоска и чувство вины, родители Ника и Пэтти понимали, что если бы ответили, или хотя бы перезвонили, то возможно они смогли бы избежать той трагедии; теперь же им оставалось надеяться лишь на чудо – что Ник выжил и сейчас выживает в лесу, по которому проходит река, конечно, пережить погружение в ледяную воду возможно, но только если потом сразу ехать в больницу или хотя бы накрыться чем-нибудь и согреться, но по скольку его ищут уже около недели, то шансы выжить близки к нулю, и все это понимали, но не переставали надеяться, ведь любовь – это всегда надежда, а не смирение.

–Выждав минуту, когда все боле-менее придут в себя, Андерсон спросил:

– Извините за очередной вопрос, но… Вы не знаете с ездил встречаться Ник?

– С его другом детства, Джейсоном, он работает помощником пастора в церкви. – безразлично ответил Роджер, – вам уже надо уходить.

– Согласен. – с грустью и виной сказал шериф Томаш.

Андерсон осознавал, что у него есть еще вопросы, ведь по плану он должен был разговаривать именно в родителями пострадавшего, а не с сестрой, но все же некоторый материал они получили, значит можно было на время отступить.

– Мне нужно будет обязательно вернуться и задать оставшиеся вопросы. – воодушевленно сказал Андерсон, когда все сели в машину.

– Жестокий вы человек, Детектив Андерсон, и так семейку до слез довели, так еще и добить хотите. – не осуждающе, а больше безразлично Томаш сказал это, видимо нескольких часов ему оказалось достаточно для того, чтобы перестать надеяться на исправление человека.

– А я не говорил что эта встреча будет завтра, пока что я хотел бы еще раз увидеть место аварии.

– Как скажете…

– Надо найти способ привлечь дайверов, может полиция штата выделит их?

– Не смешите, им всем все равно на то, что происходит в маленьком городке. – заражал пессимизмом Томаш.

– Эй, Майк, у Ника ведь наверняка была страховка на жизнь, подбери слова для банкира, которые смогут убедить его, что он может сохранить пару-тройку тысяч долларов.

– Хотите чтобы я начал банкирам врать? – риторически спросил Майк.

– Вовсе нет, признак хорошей дипломатии – к каждому человеку подбирать особые слова, которые дадут тебе выгоду в будущем.

– В таком случае вы дерьмовый дипломат. – в один голос сказали Томаш и Майк.

Каждое слово здесь звучит не так, местные сильно отличаются от Нью-Йоркцев, надо бы придумать как разговаривать с ними. – подумал Андерсон.

Они продолжали ехать, но уже в тишине, даже радио не работало, можно было лишь слышать шум старого двигателя и шуршание снега под колесами, и то, в самых непопулярных участках.

Они доехали до моста, оставив машину в метрах пятнадцати они вышли и двинулись пешком.

– Есть новые идеи, Детектив? – Спросил Майк.

– Что-то тут не сходится… – проговаривал Андерсон.

– Что же? Здесь все и ослу понятно – пацану от чего-то стало плохо, вот он и не справился с управлением. – возмущенно сказал Томаш.

– Но вот от чего ему поплохело… – рассуждал Андерсон.

Томаш не знал что ответить и просто смотрел на пробитое ограждение на мосту.

– Я считаю что он заехал к еще кому-то, может к его другу, или кому-либо еще, может быть там была ссора, в результате которой Ника отравили, но чтобы знать наверняка – нужно поднять машину из реки. Давайте разделим обязанности, я еду к Джейсону, а вы ищите способы найти дайверов, можете как я уже сказал – связаться со страховой компанией или банком.