Куринная душонка

Начало

Десять утра, а солнце уже пекло во всю. Щебетание птиц и гул насекомых сливались в одну неповторимую симфонию. Симфонию деревенского утра. Костя стоял у грядки с горохом и, сосредоточенно, выбирал пузатые стручки. Разломив стручок повдоль, он с наслаждением запихивал нежнозеленые сладкие горошины в рот.

Голова его трещала с похмелья. Но он, зная, что за ним наблюдают строгие глаза жены, мужественно создавал вид полного порядка. Константин нарочно тянул время. Во-первых, чтобы позлить жену: "Пусть побесится!" А во-вторых, потому, что, предстоящее ему занятие, нисколько его не радовало. Не радовало – это даже мягко сказано! Вся душа мужчины просто вопила от предстоящего. Собственно поэтому он, практически не пьющий, ушел в загул на целых три дня. Три дня он лил в себя спиртное, как одуревший. Однако, проснувшись сегодня утром, он понял, что деваться ему больше некуда, а если продолжит пить, то просто сдохнет. Очередной стручок был благополучно вскрыт и приятная сладость наполнила рот.

Костя тяжело вздохнул. "Схватишь ее, возьмешь за ноги и слегка встряхнешь, – вспомнил он слова вчерашнего собутыльника, двоюродного брата Петьки, – Она затихнет, а ты ее на чурку и руби! Понял? Отрубишь бошку, а тушку-то, потом, сунь в ведро… Ведро-то, сразу, перед тем, приготовь! Понял!? В ведро сунешь и подожди, пока биться перестанет…" Петька снова плеснул водки по рюмкам. Не спеша, со знаним дела, выпил и захрустел огурцом. Костя тоже поднес рюмку ко рту, но мерзкий запах содержимого, заставил его задержать дыхание. Он отвернулся, резко выдохнул и, повернувшись, осушил рюмку одним глотком. "Закусывай! – Петька подсунул ему огурец под нос и, убедившись, что процесс идет нормально, продолжил обучение, – Нет, если ты ее в ведро не засунешь, зальет кровью все! У бати случай был! Он, эта, про ведро-то забыл! Бошку ей – хать, а ведра нет. Глядит, вроде затихла, он ее рядом-то и бросил… Слышь!? А она… Эгэ-гэ-ггээ! – Петька икнул и, задрав давно не стриженую косматую голову, дико заржал. Кое-как проржавшись, он продолжил, – Она-то, эта! Как соскочит, и побежала! Мы ее потом почти час по огороду ловили! Ага! Гэ-гэ-ггээ! И ты не представляешь, – тут Петька сделал таинственное выражение лица, – Она от нас так удирала, буд-то видела! Прикинь! Это без бошки-то! Гэ-гэ-ггээ!" Костя, уже на ходу, сорвал и засунул очередной стручок в рот. Он решительно направился к курятнику. Куры, заслышав его, столпились у ворот. Замерли, уставились на него своими глазами-бусинками и ждали, когда он войдет, чтобы задать им корм. Бройлеры. Ненасытная порода. "Зато растут хорошо! – вспомнил он слова жены, – Давай, попробуем! Цыплят купим… Штук двадцать! Всё, хоть, в магазине, не покупать! Мясо-то! Дорого!" Костя вздохнул: если бы он тогда знал, то ни за что бы не согласился!

Куры стояли дружной толпой, вытянув шеи. Не спуская с хозяина ждущих и внимательных глаз, переступали с ноги на ногу и медленно лезли друг на друга. Но он вовсе не собирался их кормить. Нельзя! Мужчина, в сердцах, плюнул и отвернулся.

Рядом с курятником, на забор, уселась вертлявая сорока. Она подпрыгивая сделала нескольк шажков вдоль забора, заглянула через сетку в загон курятника и громко, как показалось Косте, осуждающе, затрещала. "Да пошла, ты!" – руганулся он и сделал вид, что что-то в нее бросил. Сороку, как ветром сдуло с забора. Но улетела она недалеко и, сев на крышу соседской баньки, с возмущением затрещала еще громче. Костя снова плюнул и отвернулся. Но тут же пожалел об этом. Прямо на него очень внимательно смотрели глаза жены, которая только что вышла из дому. Судя по повязаному рабочему фартуку и косынке на голове, она была настроена серьезно. Мужчина вздохнул: сегодня сбежать не удастся. "Чёоорт!" – тоскливо подумал он."Ты долго будешь резину тянуть? Вода кипит, куры некормлены! Скоро расконетелишься?" – голос жены был издевательски спокойным."Люсь, может эта, позовешь кого? А!? – Костя, глядя жене в глаза с надеждой, вяло улыбнулся, – Ну не могу я, понимаешь…""И, мне интересно, кого? Вот все могут, прям, сгорают от желания, а он, видите ли, не может! К тому же, этому кому-то, еще и платить надо! Так что, давай! Вода уже кипит!" – Лицо у Люськи было неприклонным, а в голосе появился металл.

Косте вдруг вспомнилась старая бабулина сказка, и он тихонько пробубнил:"Костры горят гоючие, котлы кипят кипучие!" От неизбежности предстоящего, а может от того, что жена была не в силах его понять, у него вдруг защипало глаза. "Да что я! Не мужик что ли!?" – Костя тоскливо посмотрел в голубое небо, словно силясь там кого-то увидеть. Небо было чистым, лишь юркие стрижи сновали по этой голубизне словно мошкара. Костя опустил взгляд и его глаза снова наткнулись на глаза Люськи. "Размазня и слабак!" – читалось в ее взгляде, и он, вдруг резко психанул.

Быстрым шагом, почти бегом, Костя бросился в дровенник. Через пару минут он выскочил оттуда, размахивая топором. Добежал до курятника и вспомнил про ведро. "Да! Ведро и чурку надо какую-то!" – он увидел, как куры снова бросились к воротам, ожидая, что он пришел их кормить. "Щаааас! Накормлю, подождите!" – зло прошептал он и побежал за чуркой. Когда Костя вернулся с чуркой, куры, уже в который раз, бросились ему на встречу. Он зло швырнул чурку о землю, от чего поднялись клубы серой пыли вперемешку с куринным пухом. Куры испуганно и, возмущенно кудахтая, разбежались. Они замерли в глубине курятника, с испугом налбюдая за хозяином. Костя с каким-то тупым остервенением установил чурку. "Где ведро?" – заорал он жене. Люська выпучила глаза: "Какое ведро?" "Ты их по всему огороду ловить будешь?" – зло прохрипел Костя жене. Та пару секунд смотрела непонимающе, а потом исчезла под навесом, откуда появилась с большим цинковым ведром: "Пойдет?" "Сюда поставь." – он махнул рукой, указав ей место рядом с чуркой, и обреченно, с жутким спокойствием, открыл ворота в курятник. Куры, на этот раз, почему-то не бросились ему под ноги. Костя стоял, прикрыв ворота изнутри, и смотрел. А они смотрели на него: ни звука, только черные бусинки внимательных глаз на повернутых, в его строну, хохластых головах. "Петька говорил не выбирать – хватать первую попавшуюся!" Костя шагнул. Курицы вздрогнули и отшатнулись, но остались на месте. Он рванулся и схватил ту, что была ближе всего. Остальные испуганно заклокотали, захлопали крыльями и, стремясь спрятаться, полезли друг на друга. Та, что он схватил, истошно орала и трепыхалась в его руке. Костя чертыхнулся и попытался перехватить ее за ноги. Это оказалось непросто, но он, в конце концов, справился. Курица повисла кверх ногами, и он, с каким-то жутким наслаждением, встряхнул грузное тело. Животина замолчала, ее тело обмякло, шея вытянулась и голова безвольно повисла. "Хорошо!" – подумал Костя, выходя из курятника.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.