# Врата за грань

Дмитрий Александрович Батуев

Человечество в своём стремлении найти и понять неизвестное, открыть совершенно не открываемое и понять не понимаемое может даже уничтожить мир. Но что насчёт любви? Может ли она спасти этот мир или станет катализатором катастрофы?

## Пролог

У всего есть начало и конец. Конец истории, книги, даже жизни. Все мы знаем, что такое конец, но где искать начало? В первом крике новорождённого? В сингулярности, породившей Большой взрыв? Каждый находит ответ в себе.


В бескрайней вселенной миры рождаются и гибнут, как пузыри в кипящем котле вечности. Одни вспыхивают алмазными россыпями звёздных скоплений, другие гаснут, оставляя после себя лишь рентгеновский шёпот чёрных дыр. В каждом – свои герои. Сотканные из света и боли, они пишут историю вселенной поступками, любовью, предательством.


Время здесь – капризный художник. Где-то оно выписывает века кропотливыми мазками, где-то швыряет на холст эпохи размашистыми штрихами. И в этом танце хроносов случаются встречи, перекраивающие судьбы галактик.


Но даже в мире, где всё имеет конец, всегда найдётся трещина для нового начала. Иногда – в сердце зарождающейся звезды. Иногда – под землёй секретной лаборатории «Квантум».


Не отмеченный на картах, маленький город Большой спал, придавленный предрассветной мглой. На окраине, за ржавым забором с колючей проволокой, зияла бетонная коробка, похожая на крепость. Местные шептались о летающих платформах, что каждую полночь доставляли туда свинцовые контейнеры. О странных огнях в окнах. О гуле, от которого дрожали стёкла в пяти кварталах.


Никто не задавал вопросов. Каждый житель, включая неразумных детей, подписал договор с грифом “Совершенно секретно” и получал зарплату через счета с пометкой “от государства”. Дети учились в школе с камерами слежения на каждом углу. Даже церковь на главной площади строилась по чертежам из лаборатории.


И вот в одну июньскую ночь привычный гул стих. Работников вывели через чёрный ход под присмотром людей в масках. «Технический перерыв», – гласили объявления, но в аптеках мгновенно раскупили успокоительное.


Внутри царил холодный блеск стерильных помещений. Сотни экранов мерцали голубыми прожилками данных, обрабатывая терабайты информации в секунду. Учёные в белых, закрытых костюмах скользили между приборами, как тени, следя и записывая показатели. Их лица, подсвеченные мониторами, напоминали посмертные маски. А на самом верху, в конференц зале, сидели руководители и смотрели прямую трансляцию.


В центре помещения по ту сторону экрана возвышалась массивная арка портала – словно врата в другой мир. Двадцать метров титанового сплава, оплетённые клубками сверхпроводников громко гудело, заглушая все звуки. Она пульсировала мягким голубоватым светом, отбрасывая мистические блики на стены. Множество проводов, словно нервные окончания живого существа, тянулись к устройству, создавая ощущение, будто оно вот-вот оживёт.


– Говорит исследователь Сергей Волков, идентификационный номер девяноста девять, десять, тридцать три. Дата и время эксперимента: двадцать седьмое июня две тысячи триста двадцать восьмой год, три часа ночи, четырнадцать минут, – произнёс в камеру высокий черноволосый человек с болезненно-бледным лицом. Его тёмные глаза горели лихорадочным огнём – двадцать лет работы подходили к переломному моменту.


– Проверить все системы и оборудование, подготовить к запуску, – его голос дрожал от напряжения. Волков отвернулся от камеры, его руки слегка подрагивали, когда он в последний раз проверял настройки.


В помещении витало напряжение. Воздух густел с каждой секундой. Кто-то громко сглотнул, поддавшись атмосфере. В самом дальнем углу, человек перекрестился. Каждый понимал: один необязательно неверный шаг – и всё может пойти не по плану. Мерцающие индикаторы на приборах отсчитывали последние секунды до запуска. Тишину нарушало лишь тихое гудение оборудования, учащённое дыхание исследователей и старинный механический звук часов.

Арка вздрогнула. Свет из лазурного стал ядовито-белым. Волков впился взглядом в монитор – кривые мощности выгибались, как спина разъярённого зверя.


– Всем приготовиться, – голос Волкова прозвучал твёрдо, но в глазах читалось беспокойство. – Начинаем обратный отсчёт!


На мониторах замигали цифры, а механический голос, как всесильный судья, отсчитывал последние секунды до момента, который изменит судьбу человечества. Экран главного компьютера залился алым. Цифры вспыхивали, как капли крови. А под ними шла строка протокола.


Десять!

Механический голос системы разрезал тишину, словно лезвие. На экранах вспыхнули кроваво-красные цифры, а под ними – строчки протокола, будто предсмертная исповедь ИИ:

– «Проверка систем запуска. Целостность: 100%».


Девять!

– «Активация квантовых буферов. Безопасность: 99,8%».

Инженер Алексей Гроховский, сидевший за панелью с маркировкой «Дубль-контур», нервно потянулся к запрещённому кофе. Чашка стояла на краю стола – он пронёс её через сканеры, спрятав в термоконтейнере с биркой «Культуры образца №7».


Восемь!

– «Инициация фазового перехода. Стабильность: 97,3%».

Арка портала заструилась синевой, как жидкий азот. Учёный Лютов, который даже не написал ни одну учёную работу, попавший в лабораторию по блату, заворожёно наблюдал за световым шоу и отвернулся от монитора:

– Просто космос… – прошептал он, не заметив, как кривая мощности на его экране дернулась вверх.


Семь!

– «Переход на автономное питание. Протокол «Врата за грань»: этап 4».

Гроховский дёрнул рукой – локтём задел чашку. Горячий кофе хлынул на пол, попав на ноги и пол под ним.


Шесть!

– «Обнаружена аномалия в секторе 3B. Уровень угрозы: жёлтый».

– Чёрт! – Гроховский вскочил, но подошва скользнула по луже. Рука, цепляясь за стол, ударила по сенсорному экрану, заблокировав все данные.


Пять!

– «Обнаружена аномалия в секторе 1А, 4Б и 9Д. Рекомендуется остановить проект.


Стены задрожали, будто лабораторию сжали гигантские пальцы невидимого великана. На потолке замигали аварийные лампы, окрашивая лица учёных в мертвенно-красный. Где-то вдалеке послышался гул – словно стальной шар катился по пустым тоннелям. Лютов вцепился в край стола, наблюдая, как на экране его монитора цифры начали таять, словно чернила под кислотным дождём.


Четыре!

– «Оператор "дубль-контор"– Лютов не отвечает. Передача управления куратору проекта.»


Волков рванулся к панели, но гравитационные аномалии, возникшая из-за подавляющего магнитного поля уже искривляли пространство. Его ноги будто увязли в смоле.


Три!

– «Куратор проекта не отвечает. Передача управления ИИ. Идет подключение…»


Голос системы исказился, превратившись в скрежет металла по стеклу. Сверхпроводники завыли на высокой ноте, заставляя Гроховского зажать уши. На стенах поползли трещины, и сквозь них просачивался сине-зелёный свет – будто сама реальность рвалась по швам.


Два!

– «Подключение успешно. Протокол "Последний рубеж". Принимаю экстренное отключение питания. Ошибка в отключении питания. Поиск ошибки. Поиск не удался. Расчет вероятности взрыва. Произойдёт взрыв в вероятностью 73%. 75%. 81% Возведение щитов.»


Один!

– «Недостаточно энергии. Взрыв неизбежен. Приоритет защиты: Главный исследователь и куратор Сергей Волков, город Большой. Возведение щита погашения ударной волны. Возведение щита вокруг Сергея Волкова.»

Лютов наконец закричал:

– ОТМЕНА! – но его голос растворился в криках других исследователей, которые поняли, что что-то пошло не так.а


Ноль.

На экранах вспыхнуло:

– «Внимание! Взрыв через 0.003 сек…»

И всё замолкло.


В три часа тридцать минут мир разделился надвое: ослепительная вспышка – и кромешная тьма. Пол вздрогнул и рухнул вниз, будто сама земля отвернулась от творения рук человеческих. Стены сложились, как карточный домик. Здание «Квантума» испарилось, оставив воронку с ровными краями. К счастью город не пострадал, ведь в последний момент были развёрнуты щиты погашения энергии и не дали взрывной волне выйти за пределы круга.


Среди обломков, пахнущих озоновой грозой, спасатели нашли двоих. Инженера, который в момент взрыва оказался между барьером и взрывной волной, и главного учёного, чудом спасшегося под энергетическим щитом прямо в эпицентре. Всё его тело было обожжено до черноты, но он всё ещё дышал – биотехнические изменения тела дали о себе знать, вкупе с сверхмощным барьером, наложенным для него ИИ.


– Отмена… – булькало горло учёного.


В небе над воронкой уже собрались глубокие темные тучи, город встревоженный взрывом, постепенно приходил в себя. Так закончился эксперимент. Так, не в сердце умирающей звезды, а под землёй, в секретной лаборатории «Квантум» родилось новое начало. Начало конца.

## Глава 1

– У всего есть