Александр Сухов
Полубояринов 2

Пролог

Малый пиршественный зал столичной резиденции семейства Золотовых для, так называемого, узкого круга избранных на этот раз был освещен колеблющимся красновато-оранжевым светом магических факелов, предававшим окружающей обстановке инфернальную окраску. Сегодня здесь собрались одиннадцать глав ведущих семейств рода Коринфских. Каждый из них, отхватив приличную долю имущества рода, до некоторого момента старался дистанцироваться от прочих родственников, мол, родня-родней, а денежки врозь. Главное, чтобы патриарх считал, что под его эгидой царят тишь, гладь и абсолютная благодать. А то, что доходы от многочисленных предприятий графства поступают не туда, куда должны были поступать по закону, чадолюбивого Альмансора Фаттаховича, наплодившего в свое время кучу народа и назначившего исключительно себя ответственным за процветание своих многочисленных потомков, не волновало этих потомков ну нисколечко. И только теперь общая угроза, связанная с приходом к власти нового патриарха заставила этих людей собраться вместе.

Судя по выражению лиц сидящих за большим круглым столом людей и практически нетронутым изысканным блюдам и дорогой выпивке, общее настроение было далеко не праздничным.

Андрей Захарович на правах хозяина постучал лезвием столового ножа по ножке наполненного на треть темно-рубиновой, а в магическом свете едва ли не черной драгоценной малагой, изготовленной в одном из миров Великой Испано-Португальской Конкисты, именуемом Нуэва-Андалусия.

– Итак, господа, мы с вами здесь по известной всем нам весьма печальной причине…

– Да откуда вообще взялся этот самый Полубояринов?! – Невежливо перебил выступление главы семейства Коринфских-Золотовых Иван Тихомирович Коринфский-Измайлов.

– Да-да! Откуда?! – Измайлова поддержал хор голосов присутствующих за столом мужчин.

Дождавшись когда народ успокоится, слово взял Вениамин Витальевич Коринфский-Хрусталев правнук покойного Альмансора Фаттаховича, чей возраст перевалил за полторы сотни лет. Это был седовласый мужчина в старомодном по нынешним временам темно-синем костюме с выдающимся носом и темными глубоко посаженными глазами, но, несмотря на преклонные лета, телом еще достаточно крепкий.

– Никто не знает, уважаемые родственники, откуда этот молодой человек. Мой агент, внедренный в окружение Деда еще при его жизни, толком ничего не смог выяснить. Слухов ходит множество, но точной информацией никто не обладает. А если и обладает, держит язык за зубами. При этом факт наличия на пальце этого Полубояринова графского перстня, свидетельствует, как это ни печально для всех нас, о его легитимности как главы рода Коринфских. От себя хочу добавить, – Вениамин Витальевич сделал драматическую паузу, дабы максимально привлечь к своим словам внимание присутствующих, – то что у нас отобрали практически все промышленные производства, принадлежащие по факту роду, не самое страшное. также не так уж чреваты для нас финансовыми потерями поданные «церберами» Александра Николаевича иски по поводу компенсации вреда, понесенного родом из-за наших, якобы, неправомерных манипуляций с общеродовым имуществом…

Эти слова Вениамина Витальевича вызвали серьезный переполох среди присутствующих.

– Мне предъявлен иск на три миллиарда! – Заверещал Кондрат Тимофеевич Чарвинский, мужчина лет сорока, весьма дородный, вот только голосок подкачал, впору какому-нибудь италийскому оперному кастрату. – При этом мои адвокаты дают самый неблагоприятный прогноз по поводу начавшихся судебных разбирательств. Три миллиарда! Для кого-то это, вполне возможно, копейки, но для меня практически всё мое движимое и недвижимое…

Писклявый голос Чарвинского перекрыл раскатистый бас Анатолия Васильевича Коринфского-Задунайского:

– И мне этот щенок предъявил иск на два с половиной миллиарда. Между прочим, для меня это деньги и немалые. Изыми их из оборота и конец торговому дому Задунайских. А ведь судебные приставы тянуть не станут, как только получат на руки постановление суда, обдерут всех нас аки липку.

К гневным выступлениям Кондрата Тимофеевича и Анатолия Васильевича присоединились практически все присутствующие за столом главы семейств. Теперь уже Вениамину Васильевичу Хрусталеву пришлось стучать ножом по краю своего наполовину опустошенного бокала.

– Господа! Господа! Уважаемые родственники! Да уймитесь же вы, наконец! Не стоит превращать деловой разговор в подобие сельской ярмарки. Я еще не закончил свою мысль. – Дождавшись, когда шум в помещении утихнет, он продолжил: – Я вовсе не имел в виду, что финансовые потери для всех нас, в общем, и для каждого семейства, в частности, окажутся незначительными – это совершенно не так. Однако во всех этих разбирательствах, затеянных новым главой рода, имеется более неприятный момент, нежели потеря денег. Тут на днях я получил весточку от своего старинного приятеля, который на данный момент возглавляет один из отделов Геральдической палаты. Так вот, как только судебные тяжбы будут выиграны Полубояриновым, помимо того, что нам придется вернуть в казну рода всё до копеечки, наши семьи будут отлучены от рода Коринфских. А чем это чревато, надеюсь, объяснять излишне.

Реакция на слова старшего Хрусталева оказалась вполне ожидаемой, сначала наступила мертвая тишина, которая очень скоро была нарушена визгливым дискантом Чарвинского:

– Это что же получается, помимо того, что нас оберут до последней нитки, еще и дворянского достоинства лишат! Как жить дальше прикажете?! Влачить мещанское существование?! Я в корне не согласен!

Его эмоциональный вопль поддержали голоса практически всех присутствующих в зале:

– И я не желаю становиться безродным!

– И я!

– И я!..

Лишь двое сидящих за столом мужчин Вениамин Витальевич Хрусталев и Андрей Захарович Золотов понимающе переглянулись, давая друг другу понять что нужный накал страстей достигнут, настал момент для принятия важных решений.

И вновь Вениамину Витальевичу пришлось использовать имеющиеся под его рукой столовые приборы для наведения порядка. Звон хрустального бокала от соприкосновения с лезвием ножа заставил народ угомониться и направить взгляды на самого старшего и наиболее многоопытного представителя рода Коринфских из всех присутствующих на данный момент в трапезной.

– Поскольку все мы понимаем, в какую яму угодили в связи с появлением этого Полубояринова на посту патриарха рода, я предлагаю, пока суд да дело, избавиться от самозванца.

Оно хоть слово «убийство» и не прозвучало под сводами древнего замка, однако всем было понятно, что именно Вениамин Витальевич подразумевает под словом «избавиться». Столь откровенное предложение привело к неожиданному результату. В помещении воцарилась гробовая тишина.

Впрочем, ненадолго, молчание было вскоре нарушено Коринфским-Измайловым:

– И каким образом вы собираетесь ИЗБАВИТЬСЯ от узурпатора?

На что хозяин замка расплылся в улыбке, отчего в кровавом свете магических факелов стал походить на театрального злодея из постановки какого-нибудь начинающего мага иллюзий.

– Этот вопрос мы уже досконально проработали с Вениамином Витальевичем. – Золотов посмотрел на Хрусталева, как бы ища поддержки у более многоопытного в таких делах человека. Получив одобрительный кивок, он продолжил: – Устранить самозванца, по большому счету, несложно. Однако перед тем, как начать операцию, нам нужно принять совместное решение о том, как будем жить дальше. В частности, кто станет патриархом рода взамен ушедшего Деда, ну и еще кое-какие вопросы шкурного характера, прошу прощения за мой нижегородский.

– Да что там решать?! – пропищал Чарвинский. – Вениамин Витальевич самый старший из нас ему и перстень на палец.

Услышав столь лестное предложение, Хрусталев делано замахал руками, будто отгонял от себя тучу назойливой мошкары.

– Ну что вы?! Как можно? Я уже стар для политических игрищ. Предлагаю кандидатуру Андрея Захаровича. Лично для меня будет достаточно возвращения принадлежавшего ранее моей семье осколка, что под Чулковкой, ну и некоторую денежную компенсацию за труды, так сказать, праведные, хотелось бы получить. Думаю, пары сотен миллионов вскладчину от всех здесь присутствующих будет достаточно.

После этого в трапезной вновь начались бурные дебаты, поскольку не всех устраивала кандидатура Золотова на пост главы рода Коринфских, да и неуемные аппетиты Хрусталева мало кому пришлись по душе.

Обсуждение кандидатуры будущего патриарха продолжалось более двух часов. Слава богам, обошлось без жесткого мордобоя. Лишь Миронов Николай Ильич и Дементьев Егор Витальевич, попытались отодрать друг друга за бороды. Однако прочие родственники не позволили им этого сделать. Растащили буянов по разным сторонам, а когда те успокоились заставили выпить мировую.

В конечном итоге присутствующие главы семей пришли к консенсусу. Было принято коллегиальное решение, после устранения Полубояринова, новым главой рода Коринфских становится Андрей Захарович Коринфский-Золотов. Двухсот миллионов Хрусталеву никто давать не собирался, но четверть от этой суммы была ему обещана, разумеется, в случае успешного исхода задуманной операции по избавлению от власти узурпатора и возвращению прежних условий владения родовым имуществом.

В завершении ассамблеи Коринфские знатно гульнули. Вот тут-то без доброй драки не обошлось. Но этот жизненный аспект нас не особо интересует. Эка невидаль на Руси набить друг другу физии на дружеской пиру. После драки выпить чару замирения. А потом еще разок поцапаться с тем же оппонентом до кровавой юшки из носов и разбитых в кровищу ртов, чтобы на следующее утро пробудиться с похмельной башкой и изрядно побитой мордой. Так и живем. Еще и радуемся жизни на свой исконный манер.

Глава 1

– И всё-таки жизнь преотличная штука! – Я отодвинул в сторонку очередную стопку подписанных и заверенных моей личной печатью главы рода документов и потянулся, хрустнув шейными позвонками.

Сегодня утром я наконец-то появился в своем поместье Коринфино, где отсутствовал аж целую неделю. Все эти дни я гостил в имении княгини Нарышкиной.

И-ех! Славно провели время с Анисой Максудовной. Считай, семь дней практически беспрерывного сексуального марафона с краткими перерывами на сон и прочие жизненно важные дела. Из постели вылезали лишь покушать и отправить естественные надобности. Чем занимались? Хе-хе! А чем занимаются два разнополых человеческих организма, находясь на одном ложе в обнаженном виде? Можете не отвечать, вопрос риторический.

Откровенно говоря, встретить на балу в каком-то богами забытом захолустье практически точную копию своей бывшей невесты и почти законной супруги Антонины Хохловой – вот это, я понимаю, подарок судьбы. Когда увидел её издали, всё во мне аж затрепетало. Такая ностальгия накатила, словами не передать. Грешным делом, даже мысль в голове мелькнула, насчет того, что каким-то чудесным образом мою Тонечку перенесло в ту же самую реальность. Глупо, конечно, но в тот момент мой воспаленный мозг генерировал кучу самых невероятных версий появления в этом мире несостоявшейся супруги, но толком так ничего и не придумал. Оставалось грешить на местных богов, в существовании которых я успел убедиться воочию.

Оно, конечно, при ближайшем рассмотрении обнаружились достаточно существенные расхождения в образах двух девушек. Например, у Тонечки глазки были цвета весеннего неба при солнечной погоде. У Анисы они карие, но ничуть не менее красивые, нежели у Татариновой. И росточком моя прежняя подруга чуть-чуть ниже княгини. Что же насчет фигуры и черт лица, так тут наблюдается практически абсолютное сходство. А еще волосы у Антонины были заметно короче и даже на выпускном балу, насколько мне помнится, уложены в менее замысловатую прическу, но это уже мелочи.

Во время торжественного приема в поместье воеводы Гороховецкого уезда, мы с Анисой Максудовной поводов для пересудов не давали, несмотря на то, что практически все время держались вместе. Какой-нибудь психотерапевт охарактеризовал бы наше состояние в тот момент внезапно возникшим и непреодолимым взаимным влечением. Между нами с первого взгляда, фигурально выражаясь, проскочила некая искра взаимного влечения, и мы оба это осознали.

Но друг другу в объятия тут же не кинулись, чай не звери дикие и не троглодиты пещерные. Познакомились, разговорились, выпили вина под завистливые взгляды в сторону княгини несостоявшихся ухажеров, а также особ противоположного пола, направленных уже на меня.

Имели место и попытки прервать наше с ней общение. Нарышкиной пришлось не только отказать в приглашении на танец полудюжине представителей местного блистательного дворянства, но стать грудью моего любимого третьего размера на пути пары десятков назойливых девиц, пожелавших познакомиться «с таким симпатичным юношей». Справедливости ради, от знакомств отвертеться мне не удалось. Приходилось представляться, согласно правилам дворянского этикета. После чего ситуацию ловко разруливала Аниса Максудовна. Как результат, очередная претендентка на роль моей пассии покидала наше общество не солоно хлебавши. Час спустя на нашу веселую парочку уже никто особо не обращал внимания.

Впрочем, помимо юных особ женского пола к нам подходили их заботливые папеньки и маменьки. Представлялись, выражали соболезнования по поводу преждевременного ухода из жизни Альмансора Фаттаховича, интересовались моим происхождением, а также планами на будущее и, разумеется, приглашали в гости «в любое удобное для меня время».

На все их вопросы я отвечал уклончиво, мол, являюсь, хоть и дальним, но все-таки кровным родственником Коринфского-Квинта. То, что именно меня граф назначил своим преемником, всего лишь случайное стечение обстоятельств и не более того. По поводу приглашений, отбоярился кучей навалившихся проблем и тотальной занятостью, связанной с хлопотами по приведению в должное состояние доставшегося мне в наследство имущества, изрядно запущенного его бывшим владельцем. На что соседи понимающе кивали головами и, пожелав успехов в моих начинаниях, отходили в сторонку. По выражению их лиц несложно было догадаться, что они в курсе моих судебных тяжб с «роднёй», ибо мы в России, где никакого шила даже в самом бездонном мешке утаить невозможно.

Все эти занудные разговоры меня мало интересовали. Когда от нас отстали, я посвятил всего себя ухаживанию (считай охмурению) за умопомрачительной красавицей Нарышкиной-Урусовой.

На ощупь тело Анисы мало чем отличалось от тела потерянной навсегда моей невесты. Но данный факт выяснился уже после того, как я был приглашен княгиней «ознакомиться с великолепной библиотекой в её поместье» сразу же по окончании бала. Если конкретно, в принадлежавшем ей автомобиле, отгородившись от водителя звуконепроницаемой перегородкой. Не удержались, ведь дело молодое.

Пока добирались до Коренного, ограничивались лишь поцелуями и манипуляциями тактильного характера, если по-простому, мы занимались обнимашками и взаимными ощупываниями, оченно даже приятственными.

А уж по прибытии в поместье отожгли по полной. Да так, что целую неделю занимались… Ладно, о том, чем мы с ней занимались я уже вкратце поведал и не собираюсь более распространяться, поскольку не желаю уподобляться тем хвастунам, что судачат на каждом углу о своих победах на любовном фронте.

Вообще-то приятного много не бывает. Я бы еще на недельку задержался в Коренном, поскольку в «библиотеке княгини» осталось еще куча непрочитанных книг. Вот только дела рода требуют моего постоянного присутствия в поместье, поскольку документов на подпись поднакопилось изрядно. На моем рабочем столе они едва помещались.

Расстались с Нарышкиной весьма довольные друг другом. Договорились периодически встречаться, что нас обоих вполне устраивает и особо наши отношения не афишировать.

Мою репутацию эти отношения не испортят, а вот в образ «безутешной вдовы» они не вписываются абсолютно. И если слухи дойдут до столицы, у недругов Анисы Максудовны могут появиться дополнительные доказательства, якобы недостойного поведения вдовы и несоблюдения ею траура по усопшему супругу.

Меня такие отношения вполне устраивают, поскольку обременять себя узами брака не собираюсь. Я еще молод для того, чтобы обзаводиться потомством. А иной причины для женитьбы я не вижу. К тому же, за мной должок перед богиней Смерти. Мне не очень понятно, чего именно от меня потребует Марена в конечном итоге. Пока что передо мной стоит промежуточная задача стать адептом пространственной магии уровня четвертого, а лучше третьего. Скорее всего, лишь по достижении данного условия мне объяснят, что за объект «Х» который мне необходимо будет вскрыть.

Сказать, что я заинтригован, ничего не сказать. Что за объект такой, куда нет доступа могущественной божественной сущности и для проникновения в который требуется смертный? И еще один момент. Почему именно я? Насколько мне известно, адептов пространственной магии нужного ранга пруд пруди. Почему бы Коринфскому-Квинта не обратиться к одному из них? Глядишь, некромант не пал глупой смертью на каком-то безымянном осколке иной реальности.

Впрочем, лично мне такой поворот очень даже на руку. Альмансора Фаттаховича, конечно, жаль, но было бы намного хуже погибнуть самому от смертельной подставы негодяя Соболева.

Вопросы, вопросы, вопросы, ответов на которые мне пока никто давать не собирается.

Ладно, пусть всё идет, как предрасположено… Чем, интересно? Судьбой? Звездами? Или еще какими факторами? Так что рано или поздно узнаю всю подноготную своего столь удачного спасения, если, конечно, доживу до этого счастливого момента.

А пока меня ждет противная текучка в виде уже упомянутых выше бумажных завалов на моем столе.

Все-таки противная штука бумажный документооборот. Куда как лучше было бы передоверить всю эту волокиту электронным помощникам – Искинам.

Оно, конечно, и в этом мире имеются довольно мощные вычислительные устройства, но управлять ими способны лишь специально подготовленные маги.

В принципе, в моей родной реальности управление роботом-уборщиком, флаером или еще чем-то в этом роде доступно даже ребенку, посредством коммуникатора, а по мере его вступления во взрослую жизнь с помощью нейросети. А вот отдавать приказы главному корабельному Искину или хотя бы командовать батареей бортовых орудий даже при наличии нейроимпланта в голове дозволено не каждому, поскольку на этот счет имеется ряд существенных ограничений, связанных с индивидуальными особенностями того или иного человека, его специальной подготовкой, да и качества установленной нейросети.

Здесь та же самая картина. Управление големом-земледельцем, автомобилем или магическим помощником по ведению домашнего хозяйства доступно даже неодаренному. Для этого, как уже упоминалось ранее, существуют коммуникационные устройства, работающие на принципах, пока для меня непонятных. А вот для взаимодействия с чем-то более сложным необходима соответствующая квалификация оператора. Короче, все как у нас, только в слегка измененном виде, то есть с учетом местной магической специфики.

Справедливости ради, стоит отметить, что в плане обработки крупных массивов данных мне здорово помогает нейросеть, так что грех жаловаться. Угнетает лишь сам подход к документообороту, а именно, к его архаичности. При этом все необходимые условия для его перевода на более высокий маго-технологический уровень здесь существуют уже не один век. Мне непонятны причины столь вопиющей косности местной бюрократии. Но коль существует столь неповоротливая система обработки данных и громоздкий чиновничий аппарат для принятия решений, выдвигающие на первый план не холодный машинный разум, а человека со всеми присущими ему недостатками, значит, кому-то это нужно. Прям по Маяковскому с его звездами, которые кто-то зажигает. Кто не знает, был в моей реальности четырнадцать веков тому назад некий горлопан и главарь, именно так он сам себя и называл.

Впрочем, я тут не для того, чтобы заниматься активным прогрессорством.

Так что присаживайся, Саня, с новыми силами на свое рабочее место и вперед на бумажного ворога с авторучкой и печатью наперевес под звуки древнего марша Егерского лейб-гвардии полка, запущенного Клариссой в моей голове по моей просьбе. Ну очень он нравился моему пра-пра… деду Анатолию Глебовичу Полубояринову, он него я, собственно и узнал о существовании этого музыкального произведения.

К концу дня кучу нетерпящих отлагательств документов мне все-таки удалось разгрести.

Тут и моя правая рука по экономико-юридическим вопросам Изольда Исааковна Беримец заглянула в мою рабочую берлогу с отчетом.

У-ух какая женщина! Оно хоть третий размер груди мой любимый, так как полностью помещается в мою ладонь, «шестерочка» госпожи Беримец, отчего-то вызывает волнительное брожение в моей голове и неконтролируемый прилив крови в паховую область. Казалось бы, за неделю непрерывного занятия сексом мог бы и поостыть. Ан нет, в присутствии этой дамы мне, по какой-то неведомой причине, приходится постоянно сдерживать шаловливые ручонки, дабы те ненароком не потянулись к притягательным женским прелестям, что вне всяких сомнений, чревато самыми непредсказуемыми последствиями. К тому же, не в моих правилах смешивать деловые отношения с плотскими утехами.

Изольда Исааковна, разумеется, вполне отдает себе отчет, какое действие оказывает её мощный бюст и стройная фигура в сочетании с красивым личиком на здоровых половозрелых мужиков. При этом попросту игнорирует плотоядные взгляды озабоченных самцов в свою сторону. Со мной держится ровно, поводов для флирта не дает. Короче, дама с пониманием. Все-таки мне интересно, было у нее что-нибудь эдакое с моим предшественником? Ну да, любопытный я. Так ведь у Изольды Исааковны не спросишь, а интересоваться на стороне, боже упаси. Не хватало прослыть среди своих подданных собирателем сплетен.

Из личного дела госпожи Беримец мне известно, что она не замужем, детей нет. При этом обделенной мужской лаской дама не выглядит. Значит, есть счастливчик, коему позволено не только созерцать красоту, но и вовсю ею пользоваться.

Ну всё-всё, молчу. Было бы намного хуже, если бы Изольда Исааковна рычала на подчиненных аки сексуально неудовлетворённая мегера. А так вполне обаятельная дама, готовая тут же ответить на самые каверзные вопросы, даже не обращаясь к каким-либо записям. Таких ценных сотрудниц поискать. Их нужно беречь и холить. При этом соблюдать дистанцию.

Из её вполне оптимистического доклада следовало, что заводы, фабрики, шахты и прочие производства уже начали приносить значительную прибыль в казну рода. На данный момент на банковских счетах Коринфских накопилось более трех сотен миллионов полновесных российских целковых. И это исключительно чистая прибыль за вычетом всех производственных издержек, а также расходов по содержанию графской дружины и обслуживающего персонала.

Вот так-то, Альмансор Фаттахович, из-за жадности и деловой нечистоплотности своих родственников вы были вынуждены элементарно крохоборствовать и унижать наемных работников предельно низкими зарплатами. При этом ваши хрен знает в каком колене потомки, и многочисленные бастарды занимались банальным разграблением богатств рода. Благо, дело до разорения не дошло.

М-да, если бы подобное случилось, все ветви рода Коринфских отвалились бы от центрального ствола и приобрели независимый статус, хоть и с понижением, зато с надежными источниками дохода. А графский титул или баронский не особо и важно. на положение в обществе того или иного представителя знати практически не влияет, если у тебя, разумеется, в кармане не сферический конь в вакууме, а приятная сумма вечношуршащих. Оно ведь никто не считал князей да графов, влачащих нищенское существование, при этом гонору у них хоть отбавляй.

Впрочем, вернемся к нашим баранам.

Помимо вопросов экономического свойства госпожа Беримец ввела меня в курс судебных тяжб, инициированных против моей сомнительной родни. По её словам, дело движется, не так быстро, как хотелось бы, но все-таки, благодаря работе наших шустрых адвокатов и обильной подпитке деньгами «тех, кого следует», события всё-таки движутся к завершающей стадии, несмотря на активное сопротивление противоборствующей стороны.

Кстати, ни одна сволочь из числа моих родственничков до сих пор так и не удосужилась пообщаться со мной хотя бы посредством коммуникатора. Сидят тихо, как Гитлер в берлинском бункере в апреле сорок пятого. Определенно, на что-то надеются. А это означает, что мне в самом скором времени следует ожидать подлянок с их стороны.

Вообще-то я предполагал, что-нибудь эдакое на прошедшем неделю назад осеннем балу и был вполне готов к любой провокации вплоть до вызова на дуэль или нападения на мой автомобиль по пути следования к месту проведения торжественного мероприятия, ну или по дороге обратно. Не случилось. И хвала богам (вот так и развеиваются мировоззренческие представления о мире даже у таких закоренелых атеистов, как я), поскольку никакие происки врагов не помешали моему близкому знакомству с очаровательной княгиней Нарышкиной.

По завершении отчета, я поблагодарил Изольду Исааковну за проделанную на благо рода работу и отпустил даму в связи с окончанием рабочего дня.

После ухода знойной женщины я вдохнул оставленный ею тонкий аромат фиалок, затем обвел тоскливым взглядом оставшуюся кучу документов и решил, что бумаги подождут до завтра.

Вышел на свежий воздух с намерением прогуляться вдоль берега Оки. Тут же и Петр Васильев мой телохранитель и водитель по совместительству нарисовался. По широкой лыбе на курносой конопатой физиономии несложно было догадаться, насколько тот рад моему возвращению из «княжеского плена». Ну да, так и выразился по простоте душевной: «из княжеского плена». Ревнивец хренов. Не понимает, что и у барина время от времени возникает потребность в элементарной женской ласке. Ну не пейзанок же мне по стогам валять.

Начало октября, но бабье лето еще продолжает властвовать на обширных просторах Поволжья, в отличие от западных регионов. Днем солнечно плюс пятнадцать-двадцать градусов, даже по ночам температура воздуха не опускается ниже десяти. Самые отчаянные любители поплавать до сих пор еще не завершили купальный сезон. Те, кто менее закален и решителен, загорают, лежа на прогретом солнечными лучами песочке, радуясь последним денькам задержавшегося заботами магов-погодников лета.

С высокого берега Оки расстилался широкий обзор на мои владения. И это всего лишь малая их часть. Основные землевладения, принадлежащие роду Коринфских находятся на дарованных Государями Российскими Альмансору Фаттаховичу а также его достойным предкам осколках. Еще пять заводов в Нижнем вместе с землями под ними принадлежат моему роду.Впрочем, обо всем этом мною уже вкратце упоминалось.

Если нижегородские предприятия я худо-бедно успел осмотреть, до осколков руки пока не дошли. Планировал после осеннего бала нанести туда визиты, но известные обстоятельства помешали.

Мое внимание привлек открывшийся не так давно проход на осколок иной реальности. Поскольку это случилось на территории моего графства, по закону он должен принадлежать мне. Однако, в случае обнаружения чего-нибудь необычного, Коллегия Магов может задержать передачу осколка её законному владельцу на неопределенный срок.

Мне с этим повезло. В этой локации ни древних руин загадочных цивилизаций, ни залежей модифицированных алмазов, золота или платиноидов комиссия от Коллегии не обнаружила. Да и сам осколок по площади всего-то около тысячи квадратных верст. Единственными ресурсами на нем, кои могут представлять ценность, довольно крупное поголовье бизонов Карпухина, ценные породы древесины и залежи глинозема, или по-научному бокситов.

Мясо бизонов с руками оторвут московские рестораторы. Кости и требуха пойдут на изготовление амулетов и эликсиров.

Дерево ценных пород можно использовать для изготовления эксклюзивной мебели. Для этого, по совету Изольды Исааковны, я собираюсь открыть небольшое, но вполне доходное производство. Одна из не терпящих отлагательств задач её отдела, подыскать к моменту его запуска достаточное количество заготовителей древесины и мастеров-краснодеревщиков, желательно с уклоном в артефакторику, дабы та же кровать была не просто красивой, спать на ней было бы приятно, а в платяных шкафах не заводилась моль и прочая ненужная живность.

А вот насчет бокситов, тема значительно более многообещающая. Дело в том, что из обычной, на первый взгляд, коричневатой глины путем определенных алхимических манипуляций можно получить магически модифицированный алюминий, именуемый в этой реальности мифрилом. Легкий серебристый металл, прочнее любой легированной стали и титановых сплавов широко используется в военном големостроении, а также для производства различных видов оружия и защитных средств. Например, боевые ножи, бронеплиты для бронежилетов высшей защиты и многое-многое другое изготавливаются из мифрила, а также его сплавов с другими модифицированными металлами и композитов на их основе.

По оценке специалистов запасов глины на осколке около миллиарда пудов, или более пятнадцати миллионов тонн. С учетом сорокапроцентного выхода готового металла, с этого месторождения можно получить более шести миллионов тонн ценнейшего продукта стоимостью десять тысяч рублей за тонну. Так вот, мои экономисты уже обсчитали вероятную прибыль, и цифра со многими нулями произвела на меня неизгладимое впечатление.

Короче, доходов с нового осколка ожидается прилично. Но пока что данный объект для казны моего графства является черной дырой, поглощающей финансы с ужасающей скоростью.

Дело в том, что стабилизация прохода и защита окружающей среды от взаимодействия с магией иной реальности требует установки дорогостоящих артефактов. Если портал не зафиксировать должным образом, со временем осколок может запросто отбыть в неизвестном направлении со всеми находящимися на нем людьми и постройками. Однако значительно большую опасность представляет чужеродная магия. В результате взаимодействия несовместимых друг с другом астральных флюидов, вокруг внепространственного прокола образуется аномальная зона, оказывающая нежелательное воздействие на состояние окрестной флоры и фауны.

В настоящий момент присланные Коллегией Магов спецы, занимаются, разумеется, по согласованию со мной, установкой защитных артефактов, должных стабилизировать осколок, а также ограничить влияние чужеродной магии на окружающую среду.

Параллельно с этим отряд моих гвардейцев возводит вокруг портальных врат забор из трех рядов колючей проволоки, восемь сторожевых вышек, хорошо укрепленный КПП, казарму и много чего еще, всего и не перечислить. Короче говоря, гемор по полной в виде улетающих со свистом финансов.

Впрочем, бугор магической бригады обещал завершить работы через пару недель. К этому моменту мой главный оружейник и артефактор Нифонтов Кирилл Валерианович обещал изготовить пять сотен амулетов, должных уберечь лишенных чародейского дара работников от пагубного влияния чужеродной магии внутри новоприобретенной локации. Что же касательно одаренных даже не самого высокого ранга, они способны сами позаботиться о своей безопасности.

Для начала группа моих гвардейцев займется отстрелом всех хищных тварей, способных нести угрозу гражданским лицам, коих я планирую задействовать на разработке биологических и минеральных ресурсов. А что, неплохая, на мой взгляд, идея лишних затрат на наем профессиональных охотников не потребуется, к тому же для бойцов отличная тренировка в условиях обстановки, приближенной к боевым условиям. А для меня так сплошная выгода, поскольку туши всех добытых тварей будут использованы на одном из моих алхимических производств, вынесенном из соображений безопасности на самый крупный осколок, проход в который расположен в десяти верстах от Коринфино неподалеку от большого села Смолокурово, жители которого практически поголовно трудятся в той локации и доставляются туда специальным служебным транспортом.

Мне интересно посмотреть, каким образом осуществляется производственная деятельность на этом и прочих осколках, но пока не до этого. То любвеобильная дама повстречается на моем пути, теперь ворох бумаг на подпись. Ожидание завершения подготовительных работ магами Коллегии и их безграничные аппетиты также напрягают. Однако хочется мне того или не хочется, платить приходится. В случае отказа или финансовой несостоятельности землевладельца, все работы выполняются без его участия. После их завершения осколок автоматически переходит в собственность Коллегии Магов, и все доходы от его эксплуатации пролетают мимо носа барина-отказника. Несмотря на то, что портал расположен на его земле, чинить каких-либо неудобств представителям Коллегии он не имеет права.

Я же не жаден, я очень жаден в плане того, что должно принадлежать мне по закону. Так что в моей голове даже мысли не возникло, о том чтобы передать мою собственность в чужие ручонки. Так что, плачу, но предъявляемые магами счета оплачиваю аккуратно и в надлежащие сроки.

Пока любовался окрестностями болтали с Петром на разные отвлеченные темы. Воистину у меня под рукой неиссякаемый источник сплетен. Определенно, Васильев в курсе всех событий, что происходят в поместье, а также знает подноготную каждого из его обитателей. Впрочем, ничего особо интересного он не сообщил. Главное, на принадлежащих мне землях присутствие подозрительных чужаков не было отмечено. А те, кого мы принимаем на работу проходят строжайший ментальный контроль моего секретаря, по совместительству штатного мозголома Забиякина Виктора Павловича. Стоит отметить, что ранее несвойственные секретарской должности обязанности пожилой маг воспринял с энтузиазмом, завидным даже для молодых.

Так что в лояльности роду и мне лично всех вновь принимаемых на работу лиц я не сомневаюсь. А у тех, кто служил здесь еще до моего появления, нет причин обижаться на нового работодателя, поскольку зарплату я всем им повысил весьма и весьма существенно. И на социальные нужды не забываю отстегивать приличные денежные суммы. В частности в принадлежащих мне селениях осуществляется ремонт школ, детских садов, пунктов оказания первой медицинской помощи и прочих социально значимых объектов. Также мои «хедхантеры» ведут переговоры с рядом продвинутых целителей, так что есть надежда, что в самое ближайшее время в Коринфино появится столь необходимый специалист. А пока вся надежда на лекарственные эликсиры, изготовленные моими штатными алхимиками. Ими я распорядился бесплатно снабжать всех нуждающихся в лечении своих подданных.

Ну всё, хватит петь самому себе дифирамбы. Пора возвращаться в поместье, завтра меня ждет очередной бумажный Эверест. Так и молодость пролетит за подписью разного рода бумажек. Будь неладны все эти бюрократы!

Глава 2

Сижу на диване в своем кабинете. Думаю. На этот раз мои мысли устремлены, если можно так выразиться, вглубь психофизиологических аспектов человеческого организма.

Дело в том, что Мать-Природа в процессе эволюции наградила хомо сапиенс превосходным аппаратом для познания окружающей среды. Вот только острое зрение, чуткий слух и прочие свои возможности наши предки использовали на полную катушку лишь когда лазали по деревьям. С переселением в пещеры, покорением огня и появлением каменных орудий труда у тогдашнего троглодита появилось чувство защищенности былое сверхтонкое чутье начало постепенно деградировать. Так что к началу технологической эры человек разумный подошел существом крайне немощным в чувственном плане.

Взамен утерянных возможностей Господь Бог или Мать-Природа (тут уж кому как угодно) наградил нас другим инструментом познания окружающего мира, а именно весьма продвинутым головным мозгом. С помощью этого инструмента люди моей реальности создали развитую технологическую цивилизацию, достигли звезд, решили все насущные проблемы человечества. Обитатели же этого мира пошли иным путем и добились практически всего того же посредством магии.

Стоит отметить, что с появлением нейроимплантов, именуемых нейросетями, в моем родном мире и практического чародейства здесь, некоторые люди получили возможность возвратить обратно некогда утерянные способности к сверхчувственному восприятию.

К чему эти, казалось бы, абстрактные рассуждения? А вот к чему. В настоящий момент именно я являюсь одним из таких счастливчиков. И это обстоятельство мне очень и очень помогает в жизни.

Моё обоняние, нельзя сравнить со способностью воспринимать запахи хотя бы собакой, зрение не такое острое как у птиц, слух несопоставим с кошачьим, ну и так далее. Зато в моей бестолковке есть мощный «костыль» (я бы даже сказал КОСТЫЛИЩЕ) посредством которого все, что фиксируют мои органы восприятия вплоть до изменений состояния электромагнитного поля мгновенно обрабатываются и предоставляются мне в виде вполне внятной информации.

Итак, сижу я на диване отдыхаю от бумажной волокиты в ожидании чая, который вот-вот подгонит кто-то из слуг. Думаю о скорой приятной встрече с княгиней Нарышкиной. Аниса Максудовна неожиданно обнаружила в своей обширной библиотеке крайне интересную и познавательную книжицу и пригласила меня часикам к шести вечера в свое поместье для совместного её прочтения.

Разумеется, я не против. Бумажные завалы разгреб, с неотложной текучкой порешал, выдал словесных пенделей животворящих управляющим моими предприятиями. Единственное, что не успел сделать – это приступить к освоению местных наук на уровне средней школы. А еще я постоянно откладываю попросить Виктора Павловича Забиякина протестировать мой магический дар. Это потому, что до сих пор периодически ощущаю нестабильность магического средоточия и внутренних энерговодов, выраженную в периодических пульсациях, вызывающих определенный физиологический дискомфорт.

Поначалу грешил на эликсир, он для того и предназначен, чтобы способствовать развитию человека как мага. Осмотр «циферблата» аспектов каких-либо результатов не дал, поскольку магия для меня пока темный лес в ночную пору. Единственное, что меня порадовало, то, что базовое заклинание «светляк» (его я выбрал для тестирования своих магических способностей как наименее затратное в плане потребления маны) я могу удерживать не считанные секунды, как еще месяц назад, а целые пять минут. Прогресс, однако.

Для прояснения ситуации я обратился к Андрею Львовичу Перидерию создателю чудодейственного средства. Тот лишь пожал плечами, мол, какая-то ерунда творится с моим магическим источником. Эликсир взаимодействует с организмом человека не более трех дней, после чего распадается на безвредные вещества, которые, в свою очередь, удаляются посредством выводящих органов. Последствия от приема зелья в виде спонтанного расширения средоточия и каналов могут ощущаться максимум еще пару дней, но не более того, да и не в столь заметной форме, как я это описал.

– Так что, Ваше Сиятельство, мой эликсир ну никак не может быть причиной нестабильности вашего источника и мановодов, – резюмировал алхимик и отправился изучать то ли гриб, то ли растение, добытое дружинниками в моей новой локации.

Получается, действие эликсира исключаем.

За дополнительной консультацией решил отправился в библиотеку. Василий Захарович одаренный хоть и двух аспектов воды и воздуха, но всего лишь пятого ранга по обеим этим стихиям. При этом весьма начитан и в теоретических вопросах общей магии разбирается не хуже иного университетского профессора. В противном случае, должность хранителя знаний ни за что бы не получил от Альмансора Фаттаховича.

Влияние эликсира на нестабильное поведение моего источника он тут же отверг, как и Андрей Львович. Затем, хитренько так ухмыльнувшись, выдал:

– Будет ли известно Вашей Милости, что мадам Нарышкина весьма продвинутый целитель?

–А это при чем?

– Вы же провели в её обществе, если не ошибаюсь, семь суток. Прошу прощения, господин граф, не сочтите это за распространение слухов, я лишь констатирую общеизвестный факт. И еще один момент, вы ведь вступали с ней в близкие отношения. Ну вы понимаете, что именно я имею ввиду.

М-да, от людей на деревне не спрятаться, нет секретов в деревне у нас…

– Ну было у меня с княгиней… Хе-хе! Несколько весьма и весьма волнующих моментов. – Деваться некуда, пришлось подтвердить слова архивариуса.

– Так вот, я же говорю, Аниса Максудовна от рождения целитель высокого ранга. Данная информация находится в свободном сетевом доступе. Например, в реестре одаренных Магической Коллегии. Вы можете и сами в этом убедиться. А это означает, что в моменты… гм-м… скажем так, несдерживаемой эйфории, неконтролируемый выброс энергии из её средоточия способен оказывать положительное воздействие на астральное тело сексуального партнера. Прошу прощения за прямоту.

Ну да, было бы смешно предположить, что в гостях у Нарышкиной мы с ней занимались совместным прочтением любовных романов. Так что спасибо моему библиотекарю, за то, что прояснил ситуацию. А то я уже, было, начал волноваться.

Но на всякий случай решил окончательно прояснить ситуацию:

– А это для меня не опасно?

– Ну что вы, Ваше Сиятельство, общение с княгиней не несет ни малейшей угрозы вашему здоровью ни физическому, ни ментальному. Воздействие целительской магии на ваш организм способствует не только его физическому развитию, но содействует более ускоренной гармонизации и росту вашего чародейского дара.

Оба-на! Неожиданно-то как! Выходит, наши увлекательные экзерсисы с Анисой для меня не просто удовлетворение естественных физиологических потребностей, они еще и полезны со всех точек зрения. И чем дольше продлятся наши с ней отношения, тем лучше для меня. Ну и для княгини тоже. Она хоть была прекрасна и во время нашей встречи на балу, но перед моим отъездом буквально светилась от счастья и как женщина выглядела намного привлекательнее, хотя, казалось бы, куда уж дальше. Если бы не насущные дела, я бы задержался в Коренном еще на недельку, а то и на две. Ух, женщины! Что они с нами-мужиками делают!

Вы наверняка спросите, для чего все эти абстрактные рассуждения о чувственной стороне человеческой натуры, о троглодитах, коим было суждено дышать дымом и вонючими миазмами своих же испражнений в грязных пещерах, а также обо всех прочих, на первый взгляд, никому неинтересных материях. Охотно отвечу. Дело в том, что в настоящий момент моя несравненная и уважаемая Кларисса подвергает всестороннему и весьма тонкому анализу информацию, поступающую в её распоряжение от моих несовершенных органов чувств и на основе полученных данных рисует перед моим внутренним взором весьма и весьма занятную картину.

На первый взгляд, ничего такого особенного и занятного в застывшей в коридоре согбенной фигуре одного из лакеев по имени Иван Шестопалов нет. Ну да, устал человек катить тележку с чайником, печеньками и прочими яствами, остановился на отдых. Что тут такого странного? Ну да, все было бы банально и неинтересно, если бы он просто стоял и нечего не делал. Иван же, воспользовавшись отсутствием других обитателей поместья и магических артефактов визуального контроля, в данный момент выполняет некие загадочные манипуляции над любимыми мной пирожными с заварным кремом. Если конкретно, этот добрый молодец, вооружившись пузырьком и надев резиновые перчатки, сосредоточенно орошал из флакона эклеры, птифуры и прочие творения гастрономического дара госпожи Синицыной.

Вообще-то, моя вера в порядочность людей практически безгранична, но не до такой же степени, чтобы означенные действия лакея расценить как попытку усилить вкусовые качества доставляемых им к чаю сладостей.

Наконец он закончил. Снял перчатки, убрал их куда-то вместе с пузырьком и как ни в чем не бывало продолжил движение в направлении моего кабинета.

Стук в дверь.

– Заходи, заходи, Ваня! Не заперто! – прокричал я.

– Александр Николаевич, ваш чай. – После этих слов он подкатил тележку с вкусняшками к стоящему около дивана журнальному столику и принялся его сервировать для чайной церемонии. При этом гаденыш не выдал себя ни жестом ни мимикой.

Вдохнув аромат пирожных, я поинтересовался у Клэр посредством неслышной для лакея мыслеречи:

– Как ты считаешь, что со мной случилось, попади в мой желудок хотя бы одна капля той хрени, что накапал туда Шестопалов?

На что нейросеть ответила в свойственной для нее бесцеремонно-циничной манере, не щадящей нервной системы её оператора:

– Эта гадость обеспечила бы тебе обширный инфаркт еще на стадии пережевывания. Ну это в том случае, Александр, если бы у тебя не было верной Клариссы. Однако ты не переживай, можешь слопать хоть всё, что приволок лакей. Кому, как не мне знать, какой ты сладкоежка. Если что, фабрики по производству нанитов уже активированы и готовы к экстренному выбросу в кровь достаточного количества наноботов для нейтрализации любой отравы.

– Отставить фабрики! Не собираюсь я жрать эту дрянь. Лучше поведай-ка, что это за яд такой серьезный?

– А вот с этим весьма и весьма интересно. Крайне сложная по химическому составу, к тому же, легко разлагаемая при контакте с кислородом органика. Если бы ты все-таки отравился этой дрянью, спустя полчаса она распалась бы на комплекс вполне безобидных белков без признаков магии, так что самая тонкая химическая экспертиза не выявила бы истинных причин твоей смерти.

М-да, интересно, за какие грехи этот с виду безобидный юноша решил лишить своего барина жизни? Разве я ему зарплату не повысил? Или обидел словом или делом? Впрочем, чего это я гадаю? Сам все сейчас и поведает.

Освободив тележку, Шестопалов, вознамерился, было, покинуть мой кабинет. Но я не позволил ему этого сделать.

– Погодь-ка, Ваня, уходить. Подтаскивай тот стул, будем вместе с тобой чаёвничать. Видишь ли, мне одному скучно.

Вот тут-то Ивана и пробрало. От недавней уверенности ни следа не осталось. Побледнел, разнервничался, аж губёшки затряслись, ручонки также основательно замандражировали.

– Да как же так-то, Ваш Сиясь, рази можно? Где ж такое видано, чтобы такая мелочь, как Ванька Шестопалов трапезовал за одним столом с господином графом?!

Но я оказался непреклонен:

– Присаживайся, Ванечка, и не стесняйся. Чайку наливай, пирожным угощайся. Признайся, ты же любишь сладкое? Да не смущайся, вкусняшки от Любови Прокопьевны все любят.

– Дык я уже налопался от пуза тех вкусняшек, да так, что больше ни крошки в моем желудке не поместится. – Попытался увильнуть от моего предложения слуга.

– Экий ты скромняга-парень. Но я ну ни за что не поверю, чтобы даже после самого плотного завтрака в твоем животе не осталось места для всего-то одного-единственного эклерчика. Так что хватайвон тот стул и тащи его сюда. Без чашки чая и пироженки ты отсюда не выйдешь.

Вот тут-то случилось самое неожиданное для меня. Осознав безвыходность ситуации Иван грохнулся на колени и слезливо заверещал:

– Виноват, Ваш Сиясь! Каюсь, поддался на уговоры бесчестных людишек! Денег по легкому хотел заработать! Не велите казнить! Верой-правдой честь по чести отслужу! Простите, барин!

Вообще-то я ожидал совершенно иной реакции от негодяя. Думал, тот попытается ударить меня по башке хотя бы тем же стулом. И был готов к любым проявлениям агрессии с его стороны. Не срослось, Шестопалов оказался слабохарактерным мозгляком. Ну и ладно, не хватало еще и разгрома моего кабинета.

На его исповедь я понимающе закивал головой:

– М-да, деньги всем нужны. Наверное, твоя любимая маменька страдает от какой болячки, и её лечение требует неимоверных затрат. Или я не прав?

Иван тут же закивал будто китайский болванчик:

– Да. да, ваша милость, если бы не болезнь моей любимой маменьки…

Далее я не захотел терпеть столь вопиющей наглости и громко рявкнул на пресмыкающегося предо мной парня:

– Ну хватит лапшу на уши вешать своему работодателю! Мне доподлинно известно, что ты сирота от рождения. Но я где-то тебя понимаю. Человек слаб и легко поддается на разного рода заманчивые предложения. Я даже готов тебя простить, поскольку ничего непоправимого ты не успел сделать. А то, что предал, так грех на твоей совести. Более того, обещаю сохранить твою жизнь. Да ты не хнычь, присаживайся на стул. Вскоре сюда пожалуют господа Ивашов и Забиякин, им также будет интересно послушать, как ты докатился до жизни такой. Так что, Ванюша, покамест успокойся… чайку выпей. Только пирожным не злоупотребляй. Помни, сладкое – убивает…иногда очень даже быстро. Хе-хе-хе!

Командующий моей гвардией и секретарь не заставили себя долго ждать.

В двух словах я сообщил им, что благодаря своему исключительному обонянию сумел своевременно определить наличие яда в доставленных лакеем пирожных (ну не посвящать же их в истинную подоплеку моей сверх чувственности). Также попросил их принять участие в допросных мероприятиях, а Виктора Павловича, как менталиста высокого ранга еще и проконтролировать правдивость ответов Шестопалова.

Рассказ Ивана не занял много времени. Этот, на вид простецкий крестьянский парень, оказался достаточно интересным фруктом. Дело в том, что лет пять назад он был завербован людьми ныне покойного Василия Захаровича Коринфского-Золотова. Цель вербовки слежка за Альмансором Фаттаховичем и контроль ближайшего его окружения. Не приведи боги патриарх начнет куролесить и тасовать колоду претендентов на высший пост в родовой иерархии.

И еще один момент, благодаря помощи Забиякина выяснился один неприглядный факт. Тот яд, коим хотели попотчевать меня, изначально предназначался вовсе не мне. В назначенный Золотовым час, Иван должен был подмешать его в пищу некроманта.

Вряд ли кто-то удивился бы, случись у столь пожилого человека разрыв сердца. Работенка уж очень нервная.

Впрочем, в случае устранения Алтмансора Фаттаховича, наивного Ваню, гарантированно ожидала вовсе не обещанная нанимателем крупная сумма денег, а одинокая могилка без каких-либо опознавательных знаков в лесной тиши одного из осколков, принадлежащих роду. Там его не смогла бы отыскать никакая бригада следователей, если полицейское расследование все-таки было бы инициировано. Однако все закрутилось-завертелось не так, как предполагали тайные недруги патриарха рода Коринфских, и ко всеобщему изумлению графский титул достался какому-то никому неизвестному «проходимцу», коим, по мнению, всех моих новоявленных родственников являюсь я – Полубояринов Александр Николаевич. Вот тут-то преемник устраненного мной за попытку покушения на мою жизнь Василия Захаровича Золотова его родной брат Андрей Захарович и решил прибегнуть к давней «домашней заготовке».

А еще Иван Шестопалов назвал имя своего куратора и место, где должен с ним встретиться, чтобы получить обещанные деньги. К тому времени весть о моей кончине должна была уже выйти за пределы поместья. Так что ему даже не пришлось бы предъявлять вербовщикам какие-либо доказательства. Ну это он так думает. У меня же насчет последствий предполагаемой встречи совершенно иное мнение, кардинально отличное от Ваниного.

По окончании допроса Андрей Тарасович вызвал пару гвардейцев, которым приказал отконвоировать задержанного в пустовавшую до этого момента тюрьму, что находится на третьем ярусе подземелья, аккурат под мастерской Кирилла Валериановича Нифонтова.

Ну да, жизнь я пообещал сохранить Ивану, и от своего слова отказываться не собираюсь. А вот насчет того, чтобы отпустить парня на все четыре стороны, разговора не было. И вообще, негодяй должен прочувствовать на собственной шкуре все прелести предательства. Не жилось, видите ли, человеку спокойно под моим крылышком, да на полном обеспечении и при неплохой зарплате. Захотелось ему многого и сразу. Этот дурень, даже не понял, в какое дерьмо вляпался. В случае удачного исхода задуманной его кураторами акции, за жизнь гаденыша никто бы не дал и гроша ломаного. Ладно, пусть посидит в заточении на хлебе и воде и без какой-либо надежды когда-либо увидеть белый свет.

Разумеется, всю оставшуюся жизнь держать его в тюрьме не собираюсь. Ни к чему мне дополнительные расходы по его содержанию. На этот счет у меня имеются кое-какие иные соображения.

После того, как преступник покинул стены моего кабинета, я упер нарочито недовольный взгляд на господина Забиякина.

– Ну и что вы на это скажете, Виктор Павлович?

– А что именно вы хотите услышать, Александр Николаевич? – Секретарь заерзал на своем стуле в предчувствии упреков в свой адрес.

И эти его предчувствия не заставили себя долго ждать.

– А не в ваших ли прямых обязанностях осуществлять ментальный контроль за наемными работниками и прочими посетителями моего поместья? Вместо того, чтобы строчить мемуары в рабочее время вы бы оторвали свой зад от кресла, да прогулялись по территории, прощупали настроение здешних обитателей, глядишь, и выявили бы негодяя еще на стадии его подготовки к преступлению.

При моем упоминании о работе над книгой мемуаров физиономия Забиякина покрылась розовыми пятнами. Ну чисто леопард. Подобно упомянутому хищнику от попытался огрызнуться:

– Да как вы смеете, Ваше Сиятельство, совать нос в мои личные дела?!

На что я с располагающей улыбкой ехидненько так заметил:

– Вообще-то все ваши личные дела заканчиваются в восемь ноль-ноль утра, когда вы появляетесь в своем кабинете, идо тех пор пока вы находитесь при исполнении своих договорных обязательств перед работодателем. Коим, напомню, являюсь я – граф Коринфский-Полубояринов. Насчет же ваших дел писательского характера, скажу, что без вашего ведома ни я, никто из моих сотрудников не посещал ваш кабинет. А о том, что вы занимаетесь мемуаристикой мне было несложно догадаться по вашим постоянным бормотаниям и вашему общению посредством коммуникатора с друзьями и подругами былых игрищ и забав. К вашему сведению, дорогой Виктор Павлович, у меня отменный слух, а стена между нашими кабинетами не обладает достаточными звукоизоляционными свойствами. Так что впредь потрудитесь более ответственно относиться к своим служебным обязанностям.

Пристыженный моими словами Забиякин еще гуще покраснел. Теперь вся его физия была бордовой от притока крови. Я даже начал опасаться по поводу возможного инсульта. Но обошлось.

Виктор Павлович довольно быстро обуздал эмоции.

– Виноват-с, Александр Николаевич. Видите ли, мне казалось, что вы не очень цените меня как специалиста и держите на месте своего секретаря исключительно из уважения к моим сединам.

На что я, одарив старца самой обаятельной из своих улыбок, сказал:

– Напрасно, Виктор Павлович, вы принижаете собственную значимость. Вы отличный специалист в области ментальной магии. По моим данным подозрительных личностей из тех, что пытались устроиться на службу нашему роду вам удалось выявить более сотни. И за это вам от меня нижайший поклон и глубочайшее почтение. Более того, я считаю, что должность моего личного секретаря для специалиста вашего уровня уж слишком мелковата. – При этих моих словах Забиякин вздрогнул, расценив их как желание избавиться от его присутствия в поместье. Но тут-то я его буквально огорошил: – А знаете что, предлагаю вам организовать и возглавить полноценную службу безопасности нашего рода. При живом Альмансоре Фаттаховиче наши недоброжелатели, коих, по моим данным, предостаточно, вели себя весьма и весьма скромно. Все-таки покойный был архимагом и в фаворе у самого Государя Императора. Я же, по мнению большинства окрестных землевладельцев, всего лишь неопытный мальчишка, ставший патриархом по недоразумению. В соответствии с политикой невмешательства в родовые разборки со стороны имперских властей, несложно предположить, что разного рода недруги и просто хапуги в самом скором времени попытаются испытать нас на прочность, дабы оттяпать имущество рода Коринфских. Предпосылок на сей счет, насколько мне известно, предостаточно. Все эти спорные лужки, выпасы и прочее, вполне законный предлог для начала локального вооруженного конфликта. Так что, создание полноценной службы безопасности рода не моя блажь, а насущная необходимость. Для нас жизненно необходимо не только своевременно предотвращать попытки внедрения вражеских агентов, но быть в курсе всего всех замыслов наших недругов. Денег для этого не пожалею.

– Но, Ваше Сиятельство, я же никогда не занимался подобными вещами, к тому же, стар я для шпионских игрищ, – попытался отбояриться Забиякин. – Может, я все-таки продолжу исполнять обязанности секретаря?

Нет уж, так просто он от меня не отделается. Да и не стар Виктор Павлович. При среднем-то сроке жизни в полтора века, а то и больше, семьдесят шесть лет в этой реальности, как и в моей родной вовсе не старость. К этому возрасту человек приобретает достаточно жизненного опыта, к тому же, становится мудр и осмотрителен в принятии важных решений. А то, что седыми патлами и бородами щеголяют, вовсе не признак старости, скорее дань моде, ну и чтобы наглая молодежь не сильно борзела. Этот «старик», если верить ненароком подслушанным мною бабским сплетням, находит силы окучивать местных селянок, свободных от уз Гименея и не только. Женщин вполне можно понять, для них получить потомство от связи с чародеем практически гарантия, что ребенок получится физически крепким и магически одаренным. И наш «дедуля» им в этом не отказывает. Опять же, по слухам, в Коринфино и окрестных селениях бегает куча разновозрастной ребятни, чертами лица схожими с Виктором Павловичем. Ну это не моё дело. Пусть плодится и размножается, коль есть ягоды в ягодицах. Вот только немощным старцем пусть не прикидывается.

– Вот только этого не нужно, уважаемый. – Я деланно погрозил секретарю пальчиком. – Ну какой же вы старик? Не смешите мои тапочки! Так что быть вам руководителем СБ нашего рода. А ваша задача, Андрей Тарасович, – я перевел взгляд на Ивашова, – выделить в распоряжение господина Забиякина четырех человечков потолковее. И упаси вас боги, расценить мой приказ как возможность избавления от неугодных. Парни должны быть непременно одаренными, отлично образованными, желательно из демобилизованных офицеров, ну или унтеров. Найдутся у вас такие?

– Так точно, Ваше Сиятельство, четверых офицеров-отставников выделю.

На что я, кивнув головой, резюмировал:

– Вот и чудненько, господа. Считаю данный вопрос решенным. А теперь, – я обвел взглядом присутствующих в кабинете силовиков, – давайте вместе подумаем, каким образом нам захватить в плен куратора Шестопалова, да так, чтобы с его головы ни один волос не упал… Вообще-то, насчет сохранения его прически можете не особо озадачиваться. Пусть хоть облысеет в процессе захвата, лишь бы был способен шевелить языком, для дачи показаний в суде.

– То есть никаких силовых операций в отношении Золотовых и прочих наших недоброжелателей вы не планируете? – Поинтересовался начальник моей гвардии.

– А нужно ли оно нам, Андрей Тарасович? Ну устраним по-тихому кучку негодяев, и всё шито-крыто. Лично меня такой исход не интересует. Громкий судебный процесс, в результате которого обнажится гнилая сущность моей родни – вот, что мне поможет безболезненно и на законных основаниях избавиться от всей этой шелухи, именуемой по недоразумению Коринфскими. Вряд ли к заговору причастны только лишь Золотовы. Если бы было так, представители других семей нашего рода уже давно посетили бы с визитом Коринфино и присягнули на верность новому патриарху. В этом случае я бы их простил и приставил к делам рода в соответствии с их возможностями и наклонностями. Нет же, молчат, как рыба об лёд. Значит, чего-то дожидаются.

– Ну насчет «чего-то» вы не правы, Александр Николаевич, – встрепенулся Забиякин. – Как сегодня выяснилось, смерти они вашей от руки наемного убийцы жаждут.

На что я с улыбкой ответил:

– Вы правы, Виктор Павлович. Поэтому наша с вами первостепенная задача раскрыть перед широкой общественностью все их коварные планы.

Глава 3

Получив от Ивана Шестопалова условный сигнал на свой коммуник, Виктор Игнатов по прозвищу Шкворень верный пес семейства Золотовых первым делом рванул из Павлова на своем автомобиле к центральной усадьбе поместья Коринфино. То, что он там увидел, ему очень даже понравилось. По подворью с громкими криками носились крайне озабоченные люди. Из их стенаний, несложно было понять, на самом деле случилось что-то экстраординарное.

По всему выходило, что Ваня не обманул – отравил таки узурпатора.

Шкворню осталось лишь дождаться исполнителя в заранее обговоренном месте для, якобы, передачи награды и ликвидировать, чтобы уничтожить все следы, ведущие к заказчику преступления.

Оставив авто на стоянке около местного универмага, Виктор, бормоча себе под нос веселый популярный мотив, бодро потопал в направлении небольшого лесного массива, что на высоком берегу Оки. Эта территория еще с незапамятных времен отведена одним из прежних владельцев поместья для массовых праздничных гуляний окрестных жителей и оборудована соответствующим образом удобными дорожками, лавочками, беседками и площадками для разведения костров. Летом здесь обычно многолюдно и шумно, особенно по выходным, праздникам и вечером после работы.

Сейчас глубокая осень, к тому же, рабочий день, так что место для уединенной встречи и реализации задуманного, по мнению Шкворня, замечательное. Неподалеку и овражек, со склонами густо поросшими ежевичником. Там он и планировал избавиться от тела путем сожжения. Для этого в арсенале негодяя имеется огнекамень, предусмотрительно заряженный маной по полной и слегка модифицированный одним знакомым столичным артефактором.

Пройдя по мощеной диким камнем дорожке, усыпанной сосновыми иглами и палой листвой, до намеченной полянки, мужчина без особой радости отметил наличие какой-то довольно шустрой бабульки с двумя еще более шустрыми и шумными внучатами-малолетками, устроившими догонялки неподалеку от скамейки, на которой он расположился. Веселые вопли ребятни и нравоучительные старушечьи замечания очень раздражали Шкворня.

Будучи мизантропом по натуре, к своим сорока годам он не завел ни семьи, ни друзей ни хотя бы добрых знакомых. Так и жил бирюк-бирюком. Вином особо не злоупотреблял. Знакомств с приличными дамами с перспективой на женитьбу не заводил. Потребность в женской ласке удовлетворял в обществе профессиональных жриц любви.

Как это ни странно, но единственной и всепоглощающей страстью этого человека было чтение книг приключенческого жанра.

Вот и сейчас, чтобы скрасить время ожидания, он извлек из внутреннего кармана пальто томик небольшого формата в мягкой обложке, с изображенной на ней полуобнаженной грудастой дивой юного возраста вооруженной огнестрелом впечатляющего калибра. К. Г. Колбасьев «Месть Кобры 4» гласила надпись на обложке.

Абстрагировавшись от шума, создаваемого детишками и визгливых воплей бабки-надсмотрщицы, Шкворень открыл книгу на загнутой уголком странице и вскоре полностью погрузился в чудесный мир крайне запутанных межклановых взаимоотношений и кровавых разборок российской элиты.

Лихо закрученный сюжет настолько увлек агента, что тот едва не прозевал появление на лесной тропинке Ивана Шестопалова. Едва завидев Шкворня, парень радостно заулыбался в предвкушении заслуженной награды и едва ли не перешел на бег, дабы приблизить момент своего обогащения.

Когда до исполнителя оставалось не более пяти шагов, к Виктору подскочили малолетние сорванцы и громко закричали:

–Дядя, дядя, поиграй с нами в догонялки! – И с детской непосредственностью схватили мужчину за руки.

И в этот момент окружающая картина мира перед глазами матерого убийцы «потекла» и буквально в один момент кардинально поменялась. На месте двух пяти-шестилетних карапузов неожиданно возникла парочка крепких парней с воинской выправкой. Бабушка трансформировалась в седовласого бородатого мужчину. Образ Ивана также претерпел кардинальные изменения. Теперь вместо наивного парня перед ним стоял с издевательской ухмылкой на наглой физиономии тот, кого должен был устранить Шестопалов.

Впрочем, полностью осознать, глубину задницы, в которой он оказался, матерому специалисту по проворачиванию темных делишек не было дано. Мощный удар кулаком по голове отправил неудачливого диверсанта в беспроглядную темноту беспамятства.

***

– Петя, ты его ненароком не зашиб? Уж больно хлипко выглядит этот Шкворень, – я задал вопрос радостно лыбящемуся водителю-телохранителю.

– Не извольте беспокоиться, Ваше Сиятельство. Это только на вид он хлипкий, на самом деле жилист и вынослив. – Надевая на руки впавшего в бессознательное состояние человека блокирующие магию наручники, ответил с веселой улыбкой на простецкой физии Васильев. – К тому же, я его не шибко его приложил, так слегонца приголубил. Скоро очухается душегубец.

– Молодцы, парни! – я похвалил обоих непосредственных исполнителей захвата диверсанта, и, переведя взгляд на Забиякина, сказал: – А вам, Виктор Павлович, особая благодарность. Лихо всё обстряпали, хоть сейчас в учебник по подготовке специалистов по спецоперациям. А вы еще изволили сомневаться в своих способностях возглавить службу безопасности рода. Надеюсь, ваше мнение на сей счет теперь кардинально поменялось.

– Дык ведь идея полностью и целиком ваша, Александр Николаевич, – Забиякин скромно потупил очи. На самом деле моя похвала пришлась ему по душе. Аж зарумянился дедок. Впрочем, какой он, нафиг, дед, коль молодух вовсю ублажает?

На что я с упреком в голосе заметил:

– Да будет вам преуменьшать свою роль. Без вашей ментальной магии осуществление плана по захвату матерого диверсанта было бы невозможно. Уж больно опытен и ловок этот Шкворень. Если бы что пошло не так, ищи ветра в поле. А нам до зарезу нужен свидетель участия в противоправных действиях моих родственников. Обнаглели, на законного патриарха рода руку подняли. Так что теперь мы этих сволочей на чистую воду запросто выведем. Так что вы, Виктор Павлович, не просто молодец, а молодец с большой буквы.

Продолжать дискуссию на тему способности или неспособности возглавить Забиякиным СБ рода я посчитал лишним. Судя по его настрою, мое предложение начинает всё больше и больше нравиться Забиякину. Тут уж, как говорится, аппетит приходит во время еды.

Подойдя к распластанному на скамейке бесчувственному телу, я внимательно его осмотрел. Худощавый брюнет коротко стрижен на подбородке и под носом неряшливая трехдневная щетина. Одет с претензией. Темно-синяя рубаха, под её цвет теплый шерстяной пуловер, брюки из плотной хлопчатобумажной материи, также темно-синие. Поверх кожаное демисезонное пальто. На голове также кожаная кепка. На ногах стильные остроносые ботинки. По моей просьбе парни избавили пленного от одежды, включая исподнее.

Наколок оказалось немного. На левой груди профиль Государя Батюшки, на правой – Царицы-Матушки. На правой лопатке замысловатая татуировка в виде стилизованного солнышка. По всем воровским признакам, передо мной бывший сиделец, оказавшийся за решеткой по малолетству, после отбытия срока на зону более не попадавший. Окажись Шкворень рецидивистом, на его груди, спине и других частях тела свободного места не осталось бы. Тут такое дело, если ты уважаемый в определенной среде человек и неоднократный сиделец, изволь подтвердить свой воровской статус, набором статусных татуировок.

Пока я рассматривал пленного, нейросеть провела более углубленный и тонкий анализ.

– Босс, правую верхнюю пятерочку следует удалить, ну или нейтрализовать цианид в капсуле. С внутренней стороны левого бедра под кожу вшита удавка из сверхпрочного сухожилия какого-то животного. В предплечье левой руки вживлен костяной нож. В подмышечной впадине отмечаю что-то фонящее энергией, с высокой долей вероятности, это защитный артефакт. Других закладок на теле не обнаружено. Еще одна капсула с ядом в лацкане пальто.

– Молодец, Клэр! Что бы я без тебя делал?

Вооружившись специальными щипцами, позаимствованными у штатного артефактора Нифонтова Кирилла Валериановича, я прихватил подсвеченный Клариссой зуб и без особого труда извлек его вместе с корнем. Затем посредством скальпеля избавил пленного от удавки, ножа и артефакта. Разумеется, пальтишко также освободил от капсулы с ядом. Все это сложил на скамейке рядом с другими его вещичками.

Ничего особо примечательного при Шкворне не обнаружилось.

Паспорт на имя Игнатова Виктора Тимофеевича. Водительские права. Связка ключей, в том числе от автомобиля. Недорогой коммуникатор защищенный паролем доступа. По возвращении в поместье посмотрю что там. Глядишь и пригодится в качестве доказательной базы на судебном процессе.

В кошельке пара сотен рублей мелкими купюрами и горсть серебра вперемешку с медью.

В кобуре скрытого ношения «Нахтигаль 3Т» игольник, сработанный на одном из прусских королевских оружейных предприятий. Артефактное оружие, традиционно используемое сотрудниками западно-европейских спецслужб и, разумеется, бандитами, вне зависимости от их национальной и расовой принадлежности. Стреляет отравленными иглами. В данный момент в обойме таковых три десятка, содержат нервнопаралитический яд.

Кинжал в ножнах на поясном ремне. Отличная сталь, легированная добываемыми на осколках магически модифицированными металлами.

Накаченный до предела энергией огнекамень с измененной структурой внедренного в свиду обычный бытовой артефакт заклинания. Теперь вместо того, чтобы при активации создавать небольшой язык пламени, огнекамень должен одномоментно освободиться от всей накопленной в нем магической энергии, в виде сгустка высокотемпературной плазмы. Определенно, с помощью именно этой штуковины Шкворень собирался избавиться от тела Ваньки Шестопалова.

Меня очень удивило наличие среди трофеев бульварного романа. Наш бандит, как оказалось, большой любитель почитать на досуге. Оно хоть книжонка с полуголой девкой на обложке для необремененных избыточным интеллектом индивидов, но все-таки, хоть какая тренировка ума.

Вот, практически, и вся добыча. Интерес представляет, разве только, трофейный коммуник.

Впрочем, извлеченный из-под кожи костяной ножичек также оказался не прост. Если его запитать магической энергией, он способен резать самую прочную сталь. Неплохое подспорье для осуществления побега, например, и, вообще, инструмент универсальный.

Чтобы Шкворень ненароком не простудился, мои гвардейцы сноровисто его одели, не забыв заковать в антимагические наручники конечности за спиной. Шкворень хоть и слабенький, но все-таки маг. Если не ошибаюсь, адепт огненной стихии. Мои догадки на этот счет тут же подтвердил Виктор Павлович, начавший потихоньку осваиваться на новой для себя должности. По загоревшемуся в недавно тусклых глазах огоньку азарта, несложно догадаться, что Забиякин начинает получать удовольствие от возможности проявить себя на поприще руководителя службы безопасности рода.

Вскоре наш пленный начал подавать признаки жизни. Распахнул веки и, силясь понять, что же такое происходит, принялся усиленно моргать. Разобравшись более или менее в ситуации, он понуро опустил голову. Стоит отметить, что ни одной из двух капсул с ядом воспользоваться даже не попытался. Лишь провел языком по кровоточащей ране во рту и заулыбался с нескрываемым облегчением. К лацкану пальто также не потянулся ртом, хоть особого труда для него это не представляло. Определенно, господин Игнатов не испытывал желания расставаться с жизнью, но от навязанной хозяевами имплантированной в зуб капсулы с ядом отказаться не смог. И если бы я не извлек её своевременно, подчиняясь ментальной закладке он вольно или невольно был бы вынужден ею воспользоваться.

Кивнув головой в сторону пленника, я приказал своим головорезам:

– Ну все ребятки, ведите его в поместье и определите в отдельную камеру, подальше от Шестопалова, чтобы задержанные не смогли общаться.

По большому счету, мне уже все известно о тех, на кого работает Шкворень. Однако для выяснения некоторых обстоятельств парочку вопросов ему задам.

По возвращении в поместье, я представился огорченной «кончиной барина» прислуге в животе и полном здравии. Дело в том, что для вящего реализма пришлось ввести в заблуждение всех, находившихся в поместье на момент «моей смерти». Зато какой эффект. Игнатов наверняка проконтролировал ситуацию и ничуть не усомнился в искренности людей, скорбящих по безвременно усопшему мне.

Сказать, что народ был обрадован моим внезапным «воскрешением», ничего не сказать. Некоторые особо впечатлительные дамочки подходили и недоверчиво тыкали в меня пальчиками, дабы убедиться, что граф настоящий, а не какой-нибудь бестелесный фантом. И данный факт меня здорово обрадовал. Все-таки не зря денно и нощно тружусь на благо… Ладно, не стану разводить тары-бары. Прибавил людям зарплату, еще кое-какими благами одарил. Вот и зауважали, можно сказать, возлюбили, ибо поняли, что новый барин лучше прежнего и лишиться его было бы очень и очень неприятно. На самом деле, чистой воды популизм с моей стороны. Однако работает, и я этому рад.

Допрос вражеского лазутчика решил отложить на послеобеденное время.

Наш с ним разговор долго не продлился. Обошлось без использования ментальной магии. Поскольку Игнатов оказался человеком неглупым, он быстро сообразил, что сотрудничать со следствием более выгодно, нежели пытаться уйти в полный отказ. Короче, сдал Золотова со всеми потрохами и не только одного его. На основе показаний Шестопалова и Игнатова, записанных на специальный артефакт у меня появился такой компроматище на несколько глав семейств моего рода, который им не позволит за просто так отвертеться от тюрьмы. С такими доказательствами на моих руках им не помогут никакие покровители в высоких властных имперских структурах.

Ишь чего измыслили! Отравить законного патриарха и поставить на мое место того наглого хлыща, что не так давно приезжал в Коринфино на дорогущем авто и пытался качать права.

Хотел тут же вызвать полицию, но, подумав, все-таки решил с этим немного повременить. На сегодняшний вечер у меня назначена приятная встреча с дамой. Визит же стражей правопорядка может затянуться на неопределенное время, тем самым нарушить мои планы в отношении Анисы Максудовны Нарышкиной.

Оставшееся до отъезда в Коренное время я провел в своей гостиной лежа на диване за чтением «Курса элементарной метафизики». На самом деле, я всего лишь перелистывал страницы. Клэр, посредством моих органов зрения, всё тщательно фиксировала, анализировала и раскладывала освобожденную от авторской «воды» информацию по полочкам в моей голове.

Я не забыл о существовании дюжины кристаллов-носителей, лежащих в сейфе моей тайной комнаты, однако не тороплюсь с усвоением знаний экспресс-методом, до того момента, когда уровень моего магического средоточия достигнет минимум десятого ранга. Именно так рекомендовано в инструкции, приложенной к информационным кристаллам. Надеюсь, за пару оставшихся до приемных экзаменов в университет месяцев я смогу переступить эту черту. Если не получится, придется отложить поступление в Университет еще на год. Умом понимаю, что торопиться мне некуда, однако меня постоянно терзает подспудное желание побыстрее освободиться от всех своих долгов, дабы те не висели над головой Дамокловым мечом.

К тому же, планов у меня громадье, но чтобы не рассмешить хотя бы ту же Марену, не стану торопиться с их оглаской.

Жаль, Альмансор Фаттахович скоропостижно ушел из жизни. Помощь и поддержка опытного мага мне сейчас не помешали бы. Впрочем, чего нет, того нет и скорбеть об этом бессмысленно.

Пытался за советом обращаться к Марене, но богиня молчит и любые жертвоприношения, возложенные на её алтарь, не принимает. Похоже, наш лимит общения с ней временно исчерпан. Когда появится следующая возможность, даже предположить затрудняюсь.

С богами для меня и вовсе сплошные непонятки. По моим понятиям, если ты сущность всемогущая, и тебе от смертного что-то нужно, так отчего бы не дать человеку, хотя бы на время, необходимый комплекс знаний и умений? Прецедент на этот счет имеется. Ведь сумел же Чернобог для вящей полноты моего чародейского дара активировать темный аспект. Так что мешает точно так поступить и Марене? Я бы обеспечил ей доступ к загадочному объекту «Х», после чего мы бы расстались довольные друг другом.

Выходит, боги, вовсе не всесильны. А ежели все-таки всемогущи, на них наложены определенные ограничения, касательно взаимоотношений с людьми.

М-да, башка кругом и мозги шиворот-навыворот. И вообще, мне, как человеку воспитанному в атеистической среде, привычнее всего воспринимать богов скорее как пришельцев из других то ли звездных систем, то ли измерений. С какой целью? Вряд ли об альтруизме может идти речь. Не даром христианские жрецы моей реальности называли верующих паствой божией, иными словами стадом домашних животных. А как поступают с домашним скотом? В лучшем случае – доят, в худшем – пускают на мясо. Вполне возможно, я себя слишком уж накручиваю, и сакральная роль богов заключается именно в оказании бескорыстной помощи людям. Но, что-то мне в это не очень верится. Так что с богами, пожалуй, стоит держать ухо востро.

В семнадцать в мой кабинет заглянул Петр Васильев.

– Александр Николаевич, автомобиль подан и ждет вас во дворе у парадного входа.

***

Относительно небольшое богато обставленное дорогой мебелью помещение, отгороженное от тоскливой осенней хмари за окнами плотными шторами. За освещенным потолочным абажурным светильником карточным столом четыре человека азартно расписывают пульку в преферанс по столичным правилам. В центре стола наполовину опустошенная бутылка дорогого бренди четверть вековой выдержки. Перед игроками бокалы разной степени наполненности, или, если угодно, опустошенности.

Судя по основательно исписанному бумажному листу и тоскливому выражению на лице одного из присутствующих за столом еще довольно молодого мужчины, игра подходит к своему завершению, и главный проигравший уже определен.

После еще двух шестерных на пиках и одного неудачного мизера игроки отодвинули карты в сторонку.

Обязанность по подведению окончательного результата взял на себя хозяин дома барон Ильин Николай Кондратович. Патриарх относительно молодого рода Ильиных, шестидесяти двух лет офицер-отставник, служивший в свое время под командованием нынешнего Воеводы Гороховецкого уезда генерала Желябина Василия Трифоновича и завершивший военную карьеру в звании подполковника.

Трое других присутствующих в помещении мужчин также являются довольно крупными местными землевладельцами и главами своих родов. Кроме обширных земель в окрестностях Гороховца в их собственности находится по нескольку осколков иной реальности, на которых помимо сельскохозяйственной деятельности осуществляется добыча биоресурсов, а также различных минералов.

Самый молодой граф Красницкий Герман Юрьевич усатый блондин тридцати двух лет от роду. Он обладает привлекательной для женского пола внешностью и куртуазными манерами при обращении с дамами. Парню повезло в тридцать лет возглавить дворянский род. Это случилось после трагической гибели его отца во время неудачной охоты на магических тварей. Герман Юрьевич посредственный маг воды всего-то пятого ранга. При этом молодой человек отличается горячим, даже буйным нравом, свойственным, скорее, какому-нибудь продвинутому адепту огненной стихии. Ни острым умом, ни еще какими исключительными достоинствами граф не блещет, кроме того, что до сих пор умудрился остаться холостяком, иными словами, является законной мишенью для разного рода интриг матримониального характера. Впрочем, несмотря на многочисленные любовные интрижки с окрестными заневестившимися дворянками, Герману Юрьевичу каким-то непостижимым образом удается избежать ловушек, тщательно расставленных их хитроумными родителями. Злые языки поговаривают, что Красницкого неоднократно заставали в постели очередной юной прелестницы. Но это всего лишь слухи. Разве можно слепо доверять всякой ерунде?

Двое прочих мужчин граф Полынин Григорий Митрофанович и барон Ольшанский Трофим Егорович были примерно одного возраста слегка за пятьдесят. Оба брюнеты. Роста среднего. Телесами дородны. Если объективно, граф и барон обладают изрядным избыточным весом, от которого ничуть не страдают и считают его своим достоинством. При самых сложных жизненных обстоятельствах они умудряются сохранять на своих усатых физиономиях улыбчиво-доброжелательное выражение, отчего прослыли среди окрестных землевладельцев людьми вполне приятными, с которыми можно водить близкое знакомство. На самом деле, за маской благожелательности прячутся два матерых интригана, способные провернуть мутную аферу в отношении ничего не подозревающего соседа и сохранить при этом репутацию незапятнанной.

– Итак, уважаемые господа, – приступил к подведению итогов Николай Кондратович, – с вас, дражайший Герман Юрьевич, двести тридцать два рублика. Григорий Митрофанович и Трофим Егорович, вы оба в плюсах. Вам полагается, соответственно, пятьдесят три и сорок два рублика. Остальное, – барон одарил присутствующих самой добродушной улыбкой, – уйдет в доход моего поместья.

Раздосадованный вовсе не размером проигрыша, а самим его фактом Красницкий с деланным пафосом в голосе воскликнул:

– Снова проиграл! Опять мне не повезло!

На что Григорий Митрофанович с добродушной улыбкой на круглом лице ответил:

– Это оттого, Герман Юрьевич, что вы молоды и по натуре безмерно горячи. По этой причине упускаете значимые моменты во время торга. Впрочем, фактор невезения в игре также имеет место быть. Не каждый раз на мизере пара тузов в прикупе приходит. Вам же за сегодняшнюю игру «подфартило» дважды. Рассказать кому, не поверят.

Проигравшего также поддержал Трофим Егорович Ольшанский:

– Как говорится, не повезло в карты, гарантированно повезет в любви. Вы же, уважаемый граф, у нас в этом плане известный везунчик. Намедни госпожа Ветлицкая изволила сетовать на вас… Впрочем, не стану уподобляться местным кумушкам в деле распространения разного рода слухов, порочащих добропорядочных господ.

На что Красницкий, яростно сверкнув глазами, воскликнул с нескрываемым пафосом в голосе:

– Что бы о бо мне ни рассказала эта старая кляча откровенная ложь! А все от того, что я отверг её намеки насчет женитьбы на старшей внучке. Варвара, конечно, девушка приятная во всех отношениях. Но наше довольно близкое знакомство вовсе не повод чтобы на ней жениться. Вокруг столько чудных дам…

Тут в разговор вступил хозяин дома:

– Кстати, господа, как вам показался осенний бал у нашего предводителя? К своему великому огорчению я не смог на него попасть. Однако наслышан. Особенно о появлении на нем нового землевладельца… Как там его? Имя позабыл, совсем на старости лет голова дырявая стала.

– Полубояринов Александр Николаевич, – подсказал барон Ольшанский.

– Точно, Полубояринов! – Николай Кондратович хлопнул себя по лобной залысине. – Ну и как он вам, господа?

– Щенок, молоко на губах не обсохло, – резко выразился о новом патриархе рода Коринфских Герман Юрьевич.

Его поддержал Григорий Митрофанович:

– Согласен с вами, граф. Этот Полубояринов не чета покойному Альмансору Фаттаховичу. – При упоминании имени недавно почившего в Бозе некроманта, присутствующие в комнате невольно вздрогнули.

Дело в том, что у каждого из них имеются территориальные претензии к роду Коринфских. О чем при жизни мага высшего ранга, а по слухам, архимага, они даже подумать опасались, поскольку был прецедент.

Лет пять назад в граничащее с землями Коринфского-Квинта поместье прибыл новый наследник князь Крутов. Покопавшись в семейных архивах он вдруг решил, что добрый кусок поймы Оки, используемый в качестве выпаса для скота должен принадлежать ему. Для начала попытался договориться миром. Но получив от ворот поворот, все-таки решил объявить войну графу в полном соответствии со всеми существующими уложениями и правилами.

Так вот, для того, чтобы нейтрализовать колонну бронетехники, направленной князем Крутовым на захват спорных территорий Альмансору Фаттаховичу было достаточно поднять «обитателей» всего лишь одного кладбища. Самая продвинутая боевая машинерия оказалась бессильна супротив зомби, скелетов и костяных конструктов. Видеозапись этой эпической схватки «металла» с «костями» несложно найти в Сети.

– К тому же, Герман Юрьевич, этому прохвосту удалось очаровать княгиню Нарышкину, – подлил масла в огонь Трофим Егорович. – Насколько мне помнится, вы неоднократно пытались подкатить с ухаживаниями к этой восточной красавице. Будь я на вашем месте…

Тут барон Ольшанский осекся, мол и без объяснений понятно, что бы он сделал с молодым заносчивым графом.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, к чему весь этот разговор, затеянный тремя ловкими аферистами, пожелавшими, выражаясь языком Жана де Лафонтена, добыть каштаны из огня чужими руками. Если у Красницкого получится оттяпать у Полубояринова спорный участок земли, им провернуть точно такой же финт также будет довольно просто. Ну а если не выйдет, так на нет и суда нет. Пострадает только граф.

Однако при всей своей горячности Герман Юрьевич был человеком неглупым. Он тут же прикинул реальное соотношение своего воинства с дружиной Полубояринова и выразил свои сомнения насчет возможностей своей гвардии оказать хотя бы какое-нибудь более или менее достойное сопротивление соседу.

На что опытный провокатор Полынин заметил:

– Согласен с вами, Герман Юрьевич. Войско покойный граф создал и вооружил весьма достойно. Денег для этого он, в отличие от нас, не жалел,. Так вот, в этом плане мы готовы оказать вам всемерную помощь и поддержку.

– Бойцов с техникой дадите? – тут же встрепенулся граф.

Но Николай Кондратович поспешил разочаровать Красницкого и тут же обнадежить:

– Ну что вы, дражайший Герман Юрьевич, закон запрещает соседям вмешиваться в дворянские разборки напрямую их не касающиеся. Мы же вам подсобим иным способом. И ни я, ни кто-либо из присутствующих здесь господ ни на йоту не сомневаемся в том, что наша задумка вам оченно даже понравится.

Глава 4

Сижу на диване в своем кабинете. Все бумаги подписаны и заверены печатью, но настроение не очень. Виной тому непогода, что разыгралась не на шутку. За окном льет как из ведра, ветрище срывает с деревьев последние листья, температура всего-то градусов шесть. Б-р-р! Ужас, как не люблю межсезонье! Скорее бы снежная зима.

Но, как говаривали древние, у природы нет плохой погоды. А для повышения настроения можно посетить оранжерею. Там тепло, светло, уютно, пальмы, фикусы, цветочки всякие душистые, фрукты экзотические на ветках деревьев и кустарников. Птички летают. Но отчего-то не тянет туда.

Короче, меня накрыла ничем не объяснимая меланхолия.

Оно, вроде бы и заняться есть чем, но апатия навалилась непонятно откуда. Неужто занемог?

Ага, сезонной простудой, от которой в этой реальности практически весь народ страдает. Не смешите меня. Просто захандрил малость от бесконечного потока бумаг. Хоть электронного секретаря изобретай, чтобы освободиться от нудной бумажной волокиты.

А может быть, моё хреновое настроение из-за того, что моя нынешняя пассия изволила показать зубки. Буквально на ровном месте скандал закатила на прощание.

Дело в том, что образ избалованной с самых юных лет дворянки Нарышкиной-Урусовой, привыкшей повелевать всем и вся, лишь поначалу ассоциировался у меня с Тонечкой Татариновой. Моя бывшая невеста скромная ласковая девушка из многодетной семьи небогатого фермера. Она была способна прислушиваться к чужому мнению и уважать его. Именно этой черты характера, насколько я смог убедиться, очень не хватает Анисе Максудовне.

Вообще-то поначалу княгиня показалась мне не только отличной любовницей, но приятной в общении дамой, тонко чувствующей настроение собеседника.

И шеф-повар у княгини замечательный не хуже моей Любови Прокопьевны Синицыной. Но это так, к слову.

Что касаемо интимной стороны наших с ней отношений, повторяюсь, тут всё безукоризненно. Версия Василия Захаровича Коржова насчет взаимного перетекания манопотоков в моменты интимной близости полностью подтвердилась. Удивительно, но наш с ней секс был не просто приятен, он оказался еще и полезен как фактор прокачки наших чакр.

Впрочем, в этот раз мы не только в кровати кувыркались. Прогуливались по парку её поместья, благо погода для этого была вполне подходящей. Княгиня неплохо музицирует на фортепиано, ну это она сама так считает. В моменты, когда она усаживалась за инструмент я сидел на диване с бокалом вина в руке и делал вид, что мне нравится её игра. После этого мы с ней перемещались в её спальню, а там… Ну всё, об интимном ни слова, дабы не прослыть банальным треплом.

Итак пока я гостил в поместье Нарышкиной, всё у нас было прекрасно. После двух дней, проведенных в Коренном решил, что пора бы и честь знать, о чем и объявил хозяйке, мотивируя тем, что без моего участия дела сами себя не сделают.

Тут-то и проявилась собственническая натура восточной княжны, привыкшей с самых юных лет брать от жизни всё, что ей понравится невзирая на мнение окружающих её людей. Единственным неудобством для неё оказался навязанный ей супруг. Впрочем, от брака она поимела нехилое состояние, сделавшее Анису Максудовну одной из самых видных невест Российской Империи.

Что касательно наших с ней отношений, по какой-то непонятной причине она посчитала меня в каком-то роде игрушкой, которая должна принадлежать исключительно ей и выполнять все её приказы.

Итак, сижу в гостиной в ожидании, когда за мной приедет Петр Васильев на доставшейся мне в наследство от прежнего графа «Каравелле». Наслаждаюсь отлично сваренным кофе. Княгиню будить не стал, пускай поспит, умаялась за ночь бедняжка. А насчет моего отъезда, вроде бы вчера всё с ней порешали, не без скрипа, конечно, но консенсус вроде бы был достигнут.

Тут в комнату заходит еще окончательно не отошедшая ото сна Аниса в полупрозрачном пеньюаре. Увидев меня одетым, девушка забыла наш вчерашний разговор и поинтересовалась куда это собрался её милый Сашенька.

Ну я ей ещё раз всё объяснил, на мой взгляд, вполне внятно и доходчиво.

Вот тут-то, мою подругу будто подменили.

Сначала в ход пошли слезы. Княгиня уверяла меня, что не переживет ни дня разлуки с любимым человеком.

Но меня подобными приемами не проймешь, имею богатый опыт общения с чересчур навязчивыми особами женского пола. Пришлось в доходчивой форме объяснять ей, что индивид имеет право на свободную любовь и на личную жизнь.

Не знаю, какие планы насчет меня нагромоздила в своей красивой головке Нарышкина, но, несмотря на необузданное влечение к ней, я реалист и прекрасно осознаю пролегающую между нами социальную и имущественную пропасть. Мало того, что наш с ней брак не одобрят на самом верху властной имперской пирамиды, я и сам не горю желанием связывать себя узами Гименея даже со столь очаровательной но, как оказалось, властной, взбалмошной и ревнивой особой. Так что, если мадам желает продолжать наши отношения без каких-либо взаимных обязательств обременительного свойства, я согласен. Если нет, тогда я удаляюсь и более мы с ней не встречаемся. Вот такой я прямой как лом и с детства привык заблаговременно расставлять все точки над «ё», чтобы после ненароком не получилось неприятных разночтений.

Посчитав мои слова насмешкой над её чувствами княгиня бросила мне в спину:

– Ну и катись отсюда господин Полубояринов! И чтобы духа твоего здесь больше не было!

Вот такая ерунда получилась, считай, на ровном месте. Жаль, конечно, Аниса была отличной любовницей, лучше и не пожелаешь. Однако позволять садиться себе на шею не собираюсь никому, даже бессмертным богам. Хотя, как там в одной старой песенке: сердце красавиц склонно к перемене, как ветер мая. Ну как-то так. Поэтому я уверен в том, что Аниса, как дама разумная и практичная еще поменяет свое мнение относительно меня и пригласит в свое поместье для замирения. Ждем-с.

Настроение, конечно, наша размолвка мне изрядно подпортила. А тут еще и погода подгадила. А еще, по возвращению в Коринфино, пришлось вызывать жандармов и сдавать им на руки задержанных накануне моего отъезда моих несостоявшихся убийц. Благо времени много у меня это не отняло. Большую часть времени с представителями охраны правопорядка общался Виктор Павлович, как полноправный глава службы безопасности моего рода. И все-таки появление жандармских чинов настроения мне не добавило.

Короче, одно на одно наслоилось. Вот и причина моего гадкого настроения.

Чтобы хоть немного его приподнять, приказал слугам притащить дров в кабинет. Уложил сухие березовые поленца в каминную топку решеткой в пять рядов. В промежуток между вторым и третьим рядами запихнул кусок бересты. Подчиняясь какому-то необъяснимому наитию, поднес руку к растопочному материалу, мысленно сформировал простейший огненный конструкт и подал в него магическую энергию из своего внутреннего источника. Вот тут-то и произошло самое настоящее чудо. Если раньше все мои подобные потуги ограничивались лишь снопами искр, коими что-либо запалить (если оно не пропитано горючей жидкостью, или само по себе не является легко воспламеняемым материалом) было весьма проблематично, теперь из моего указательного пальца, как из газовой горелки, ударил довольно мощный поток пламени.

Поначалу я немного испугался, что огненная стихия опалит мне руку. Но, вспомнив, что в момент активации стихийного заклинания чародей получает иммунитет к любым отрицательным воздействиям на его организм его собственной магии, все-таки умудрился не прервать процесс.

Через минуту действие заклинания закончилось. Но огонь в камине не погас, поскольку от моего магического пламени занялся растопочный материал, затем загорелись и отлично просушенные поленья. Вскоре в каминном горниле бушевал огонь, началом которому послужил мой чародейский дар.

Ёп-тать! Восторг и эйфория! Плевать на плохую погоду, вздорную княгиню и жандармов. Настроение сразу же подскочило до максимума по моей внутренней сто бальной шкале.

Вернувшись на диван, я попытался повторить только что проделанный фокус. На этот раз, мои потуги манипуляций с огненной стихией завершились привычными искрами. Более того, в районе солнечного сплетения возник неприятный холодок. Тут уж к бабке-гадалке не ходи, моё магическое средоточие в данный момент практически полностью опустошено.

Несмотря на случившееся фиаско, на душе было радостно от того, что мои старания по развитию дара наконец-то начали приносить положительные результаты. Тут и Клэр плеснула на мою душу толику словесного бальзама, но не без свойственной ей ехидцы:

– Поздравляю, босс! Ты у нас теперь крутой колдун.

– Не ёрничай, злоязыкая субстанция, – без какой-либо злобы проворчал я, поскольку моё прекрасное настроение не способны испортить никакие происки всяких умников.

После этих слов нейросеть как ни в чем не бывало продолжила, но уже без подковырок:

– Александр, хочу тебе напомнить наш недавний разговор насчет аугментации твоего организма с целью его усовершенствования как в плане физическом, так и психоэмоциональном. Теперь ты к этому готов. Предлагаю начать процедуру незамедлительно.

Откровенно говоря, я уже успел подзабыть о чем мы тогда с ней говорили. Теперь вспомнил. И сам загорелся идеей экспресс-прокачки моего организма. А кто бы на моем месте отказался стать сильнее, быстрее, выносливее и, что самое главное, сообразительнее? Оно, конечно, Перидерий уже трудится над созданием очередной порции эликсира на основе магической амбры. Но коль существуют иные способы прокачки не только физических параметров, но интеллектуальных, отчего бы этим не воспользоваться если, конечно, оно абсолютно безопасно.

– И что для этого нужно сделать? – спросил я.

– Ничего такого особенного, босс. Тебе следует лечь в постель и закрыть глазки. А обо всем остальном позаботится твоя Кларисса.

– И сколько времени продлится сеанс?

– В общей сложности, примерно двадцать четыре часа. Могу предоставить полный отчет по плану намеченных мероприятий.

– Полный не стоит. Я тебе доверяю. Если можно, в двух-трех словах.

– Первый этап, введение оператора в состояние глубокого сна с одновременной активацией модифицированных фабрик обновленных нанитов. Второй – впрыск в кровь нанороботов. Далее, их взаимодействие с организмом оператора с целью его улучшения по всем ранее озвученным мною параметрам. И наконец, завершающий этап – пробуждение оператора и оценка полученного результата.

– И каков ожидаемый эффект от будущей модификации?

– По моим расчетам, предполагаемое улучшение всех основных параметров организма оператора составит примерно двадцать процентов. Более точный прогноз невозможен. Конечный результат можно будет оценить лишь по окончании собственно процесса аугментации. Однако, положительный исход и отсутствие отрицательных побочных последствий я гарантирую.

– В таком случае, не будем откладывать дело в долгий ящик. Я только предупрежу народ, чтобы меня не беспокоили в течение суток.

– Ага, предупреди. К тому же, не забудь памперсы надеть и дать задание Любови Прокопьевне, чтобы тазик мясного или куриного бульона приготовила к моменту твоего пробуждения.

– Спасибо, что предупредила.

Процесс модификации моего организма продлился не двадцать четыре запланированные часа, а целых двадцать пять с половиной.

Из состояния сна меня вывел бодрый голосок Клэр:

– Вставайте, граф, рассвет уже полощет! – Интересно, откуда в моей башке столько всякой ахинеи? – Докладываю, сэр, аугментация твоего организма выполнена в полном объеме. Огласить полный список изменений?

На что я лишь махнул рукой.

– Потом, Клэр, сейчас не до этого.

Более менее очухавшись, первым делом ощутил острый неприятный запах собственного пота и какой-то резкой химии, вроде ацетона в смеси с нашатырным спиртом. Постельное белье, матрас и одеяло хоть выжимай. Всё это также невыносимо воняет. Тело покрыто липкой слизью. Если бы не чудодейственные памперсы, моя постель была бы еще сильнее уделана продуктами выделения. Спасибо Клэр, что напомнила о существовании этих трусселей и настоятельно порекомендовала их надеть. Но всё это лишь полбеды. Главной для меня проблемой стало, как и предупреждала нейросеть, всепоглощающее чувство голода.

Бодренько так вскочил с кровати и, обнаружив на столе доставленный к моменту моего пробуждения бульон, тут же прильнул губами к краю кастрюли и принялся жадно хлебать божественную на вкус и еще не успевшую остыть жидкость. Лепота!

Эстетов, педантов и прочих блюстителей норм поведения прошу меня уж очень сильно не укорять за то, что не воспользовался столовыми приборами. Откровенно говоря, не до этого мне сейчас.

Три литра бульона провалились в моё чрево как в Геенну Огненную. Полностью не насытился, но прежнего зверского аппетита уже не ощущал.

Через коммуникатор связался с дежурной горничной и дал распоряжение прибраться в спальне. После этого сразу же направился в ванную комнату.

Вернувшись через полчаса в спальню чисто вымытым и в приподнятом настроении, обнаружил в помещении идеальный порядок. Свежее постельное белье, новые матрас и одеяло. Полы помыты. Окно распахнуто для проветривания. Молодцы девчата, оперативно работают.

Все-таки есть бесспорные плюсы в том, чтобы быть барином.

Ну всё-всё, прочь сторонние мысли!

Бульон спас меня от голодной смерти, но до окончательного насыщения мне еще очень и очень далеко.

Оделся по-домашнему: брюки, рубаха с короткими рукавами, удобные кроссовки на босу ногу. Перед выходом осмотрел себя в ростовое зеркало и никаких заметных положительных изменений, однозначно заметно похудал, хоть жирдяем никогда не был.

Погода за окном по-прежнему не радовала. Однако на мое отличное настроение данный фактор уже не оказывал никакого влияния.

Даже размолвка с Нарышкиной казалась милым курьезом. Через пару дней жду от нее нарочного. Максимум, через неделю. Или я вообще не разбираюсь в женской психологии.

В общественной столовой, где я обычно принимаю пищу, в этот час было практически пусто. Присутствовал лишь обслуживающий персонал, осуществлявший уборку после завтрака.

Вообще-то, я могу заказать доставку пищи в свои апартаменты, но делаю это очень редко по ряду причин. Я хоть нынче и барин, но в недалеком прошлом курсант одной из военных академий. Как человеку, привыкшему жить бок о бок с многочисленной толпой народа, трескать в гордом одиночестве мне как-то не комильфо. Так что присесть за чей-нибудь стол на незанятое место, разумеется, с разрешения коллектива не считаю уроном дворянской чести и достоинству.

К тому же я по натуре демократ и к своему нынешнему аристократическому статусу не успел привыкнуть до такой степени, чтобы воротить нос от народа-кормильца. При этом никаких с моей стороны игрищ в популизм.

Моего прихода здесь дожидались, поскольку буквально сразу в обеденном зале появилась добрейшая Любовь Прокопьевна Синицына с подносом уставленным многочисленными тарелками.

Основательно набив желудок всякими вкусностями, только успел перейти к кофе, тут в помещение врывается взъерошенный Ивашов.

Подошел, чеканя шаг, будто на плацу.

– Разрешите доложить, Ваше Сиятельство?!

– Да не кричите вы, Андрей Тарасович. Женщин распугаете, приготовят на обед, что-нибудь не так. Соли, например, сыпанут в гороховый суп двойную порцию, хуже, если вместо соли сахара туда зафигачат. – Сам схохмил, сам же и порадовался своей незатейливой шуточке. – Вы присаживайтесь, господин Ивашов. Может, перекусите за компанию?.. Нет? Ладно, докладывайте, что у вас там такое архисрочное?

– Видите ли, Александр Николаевич, – присаживаясь на предложенное место, начал командующий моей гвардией, – два часа назад нарядом егерей, осуществлявших объезд границ ваших владений была обнаружена и задержана бригада порубщиков в Орловском лесу. В процессе допроса нарушители сослались на приказ графа Красницкого осуществить выборочную вырубку строевого леса в, якобы, принадлежащих ему владениях. Так что нам делать с задержанными, Ваше Сиятельство?

– А как с таковыми раньше поступали? – Поинтересовался я.

– Дык, прецедентов не было. При Альмансоре Фаттаховиче все соседи вели себя тише воды, ниже травы и ни о каких территориальных претензиях не заикались.

– Ага, значит, осмелели, щучьи дети, – задумчиво пробормотал я. – Хотят нас на «вшивость» проверить. А вы как считаете, Андрей Тарасович?

– Думаю, всё именно так. Сначала Красницкий. Если у него что-то выгорит, там и прочие «обиженные» зашевелятся. Похоже, на осеннем балу у дворянского сообщества о вас сложилось не самое приятное впечатление… – Тут Ивашов сообразил, что ляпнул что-то не то и по-военному неуклюже попытался выправить ситуацию: – Прошу прощения, господин граф.

– Ладно, не парьтесь, уважаемый. Вы абсолютно правы в том, что местный бомонд посчитал меня за сопливого мальчишку. Так что всё вполне ожидаемо. Ясен пень, кое-кто, воспользовавшись гибелью прежнего графа, непременно попытается проверить нас на прочность. Как вы считаете, моя дружина готова к боевым действиям?

– Вполне, Ваше Сиятельство. На данный момент в местных казармах расквартировано полторы сотни адептов боевых стихий и до пехотного батальона неодаренных бойцов. Остальные гвардейцы осуществляют охрану принадлежащих вам предприятий, а также всех прочих объектов, нуждающихся в охране и обороне. Что касательно боевой техники, в наличии двенадцать бронетранспортеров, четыре танка, взвод тяжелых штурмовых големов и отделение воздушной разведки. Артиллерия представлена батареей из пяти гаубичных орудий, а также…

Оно хоть не Цицерон Андрей Тарасович и описательской образностью похвастаться не может, но доложил всё хоть и кратко, но предельно ясно.

– Достаточно, Андрей Тарасович. Полный отчет представите в случае начала боевых действий. Оно ведь может статься, что войны с соседом удастся избежать. Не хочется мне, честно говоря, начинать свою карьеру графа с кровавых разборок с соседями. Однако, на всякий случай, объявляю режим полной боевой готовности. Чтоб, значит, народ по казармам, пушки заряжёны, энергоемкости до предела наполнены маной. Как вы назвали имя того графа?

– Красницкий Герман Юрьевич.

– Спасибо, запомню.

– А с пленными-то что делать?

– Пусть наши бравые егеря всыплют им по десятку плетей, да так, чтобы шкура сползла и месяц сидеть на пятой точке не могли. Пусть будет другим наука, как нехорошо тупо выполнять незаконные приказы своего барина. После экзекуции отпустите на все четыре стороны, нам они здесь ни к чему. Транспорт, промышленных големов и прочее имущество изъять в пользу моего графства. Насчет подачи жалоб о неправомерных действиях подданных Красницкого в различные инстанции позаботится отдел госпожи Беримец. Да, по поводу пополнения запасов лечебных эликсиров и устранения нехватки зачарованного оружия и боеприпасов, свяжитесь от моего имени с Кириллом Валериановичем. В случае взаимного недопонимания тащите Нифонтова ко мне. Знаю я этих военных специалистов. Жмоты, каких поискать.

Своего отношения к главному артефактору командующий вооруженными силами графства в словесной форме не выразил, но по вмиг поскучневшему выражению его физиономии несложно сделать вывод о весьма и весьма непростых отношениях между этими двумя людьми. Разумеется, я их обоих понимаю и уважаю. Ивашов требует зачарованного оружия и средств защиты для своих бойцов едва ли не в промышленных масштабах. Тонкая же натура мастера стремится к совершенству, иными словами к бесконечному экспериментированию и времени на изготовление всякой «ерунды», как правило, не хватает. Короче, налицо извечный конфликт новаторов и практиков. Ладно, пусть немного «пободаются». Я же, как третейский судья буду держать руку на пульсе.

Получив конкретные указания, Андрей Тарасович помчался их выполнять.

Я же после то ли позднего завтрака, то ли раннего обеда, поблагодарил обслуживающий персонал столовой и отправился во владения Изольды Исааковны Беримец.

Вкратце описал озвученную командующим гвардией ситуацию, произошедшую в Орловском лесу и дал указание начать превентивную акцию по дискредитации графа Красницкого. В войне, пока что информационной, любые средства хороши. Лично мне вооруженный конфликт ни к чему. Так что если усугубить инцидент описанием насильственных действий лесорубов в отношении живущих неподалеку селянок, вполне возможно и горячей фазы удастся избежать. Тут главное, распустить слухи о чудовищных преступлениях и пусть этого Красницкого в Сети заплюют, благо охочего люда основательно похейтерствовать там предостаточно. А как оно было на самом деле, через пару дней уже никому не будет интересно.

От меня Изольда Исааковна потребовала видео с порубленными деревьями и наказуемыми лесорубами. Насчет же «документальных» кадров с рыдающими пейзанками в разорванных платьях пообещала самостоятельно позаботиться. По её словам есть в Коринфино любительский театр, артисты которого за денежку достойную вполне способны сыграть не только изнасилованных баб, при необходимости и основательно оттраханных мужичков.

Насчет женщин я дал свое согласие. Пусть подзаработают деньжат за счет своего артистического дара. А вот изгаляться над мужским достоинством категорически запретил. Не стоит множить сущности на ровном месте. Не хватало нам визита серьезной комиссии по этике, чай не Содом с Гоморрой.

Реакции жандармов на сетевую активность я не опасался, так как заявления от меня в их ведомство не поступит. А что касательно слухов и домыслов, ну кто ж на них обращает внимание. Главное, чтоб доку̀мент соответствующий поступил от землевладельца. А нет доку̀мента, ни о каком расследовании речи быть не может.

Не откладывая дела в долгий ящик, я связался с Ивашовым и в двух словах описал, что именно от него требуется. А за конкретикой велел обращаться к госпоже Беримец, она в этом деле дока.

Порешав насущные вопросы, я с довольным видом бодро потопал в кабинет начальника службы безопасности моего графства.

– Добрый день, Виктор Павлович! – Поприветствовал я господина Забиякина, занятого какой-то, вне всяких сомнений, важной писаниной, до такой степени, что тот не сразу заметил моё появление в своем кабинете, несмотря на то, что я предварительно оповестил его стуком в дверь. – У меня к вам небольшое дельце.

– Рад видеть вас, Александр Николаевич! Присаживайтесь вон на тот стул. – Встрепенулся Забиякин. – Готов оказать вам любую посильную помощь.

– Насколько мне известно, уважаемый, вы у нас весьма продвинутый маг аж второго ранга…

На что менталист встрепенулся и непочтительно меня прервал:

– Ну насчет второго ранга, Ваше Сиятельство, вы здорово преувеличиваете. На нынешний момент мой магический ранг всего лишь пятый.

– Но как же так? Согласно имеющимся в отделе кадров документам, вы являетесь адептом ментальной магии второго ранга.

На что мой особист заговорил со скорбью в голосе:

– Был таковым тридцать пять годков тому назад, когда в звании полковника командовал элитным подразделением в составе корпуса Рыцарей Порога. Не позволял интендантам воровать. Двух высокопоставленных повесил собственной властью. Вот меня и подставили мои же подчиненные, коим я доверял как самому себе. В результате был изгнан из корпуса с лишением всех наград и без права ношения мундира. Деньги-с, господин граф, великое зло и величайший соблазн, а человек по своей природе слаб. Вот мне и подсунули в ящик стола кое-какие компрометирующие документы, обличающие меня как закоренелого вора и мздоимца … Впрочем, это долгая история, Александр Николаевич, будет на то ваше желание, поведаю, но как-нибудь после. Так вот, что касаемо моего ранга. После изгнания из корпуса, я по приглашению отлично знавшего меня и не поверившего наветам моих недругов Альмансора Фаттаховича был принят на должность его личного секретаря. Тридцать пять годков по сути синекуры, в результате мой чародейский дар постепенно деградировал до пятого ранга. Оно ведь всегда так, если чем-то не долго пользуешься, навыки теряются. Так что по бумагам я крут, а по существу чародей вполне заурядный.

М-да, деградация чародейского дара – что-то новенькое для меня. Но даже при своем пятом ранге этот человек реально доказал свою полезность.

– Вы только не расстраивайтесь, Виктор Павлович. Поскольку вы у нас теперь персона очень важная для графства, мы ваш чародейский дар быстренько подтянем до самого высокого уровня. Есть у меня одна идея на этот счет. Мне же пока от вас нужно, чтобы вы предельно точно установили мой магический ранг. Ну вы наверняка в курсе, что я собираюсь поступить в МГМУ, а туда соваться с рангом ниже одиннадцатого даже пытаться не стоит.

– Понимаю, понимаю, Александр Николаевич, и вполне приветствую ваше желание получить высшее классическое образование. Тем более, Московский Университет и моя Альма-матер. И-ех! Студенчество благодатная пора. Дружные застолья, преф по ночам, веселые девчонки… гм-м, ну и учеба, разумеется. Лекции, семинары, коллоквиумы, лабораторные работы, традиционный мандраж во время сдачи экзаменов… Прошу прощения, немного увлекся. Насчет проверки уровня вашей текущей одаренности, никаких проблем. Сейчас же займусь. – После этих слов он поднялся со своего кресла и, подойдя ко мне со спины, возложил руки на мою голову. Сеанс продолжался около минуты. Под черепушкой потеплело и будто муравьи забегали. Совершенно незнакомые по ощущения. Во время такой же процедуры в Коллегии Магов всё происходило по-другому. Вернувшись на прежнее место, Забиякин огласил вердикт: – Покамест для вас ничего особо обнадеживающего, Александр Николаевич. Всего лишь двенадцатый ранг, до минимального одиннадцатого не дотягиваете процентов пятьдесят. Если постараетесь, через полгодика выйдете на нужный уровень. Так что документы в универ у вас в этом году не примут. Однако, спешу обрадовать вас. Вы абсолютный универсал. Надеюсь, не мне вам рассказывать, что это такое и чем для вас полезно.

Думаете я расстроился. Да ни капельки. Еще пару месяцев назад я был магом четырнадцатого ранга, а теперь аж целого двенадцатого. Не верен ваш прогноз, господин Забиякин. Одиннадцатый уровень я преодолею очень даже скоро. Вполне возможно, через две недели, когда Перидерий приготовит очередную порцию эликсира. Вот же вы удивитесь, уважаемый менталист. Насчет вас, также не забуду. Тотчас же отдам приказ изготовить еще один пузырек чудодейственного средства прокачки магических способностей. Продвинутый маг-мозголом, тем более, на должности начальника СБ, вне всяких сомнений, будет для меня полезен.

Разумеется, своих сомнений по поводу слов Забиякина о моей ущербности как мага я не высказал. Пусть до поры до времени считает меня задохликом. А я уже отнюдь не задохлик по сравнению с тем, кем был еще не так давно. Эвон, намедни из пальца струю огня выпустил.

Поблагодарив Виктора Павловича за уделенное мне время, я покинул его кабинет вполне довольный результатами сканирования.

Глава 5

Наглая акция с рубкой леса в пограничном Орловском лесу была явно задумана соседом с целью спровоцировать меня на начало вооруженного конфликта. Он рассчитывал, что юноша молодой, мозгов в голове мало, он первым сгоряча объявит войну его роду.

А мне оно надо?

Несмотря на военное образование, человек я сугубо мирный. А еще не желаю выглядеть в глазах общественности эдаким агрессивным мажором с гипертрофированным чувством собственного величия и готовым по всякому малозначимому поводу кидаться на людей. Нет уж, пусть лучше Красницкий начнет первым, коль ему приспичило. А я, как невинная жертва агрессии кэ-э-к дам ему отпор, да так, чтобы другим повадно не было пытаться оттяпать у меня всякие лужки, леса, да болотца. Оно хоть мне и не очень нужны эти территории, но политика уступчивости не мой стиль. Что завоевано кровью и потом предков – пусть даже не моих – должно оставаться имуществом рода. Вот такая моя принципиальная позиция.

Моя пиар-акция в средствах массовой информации и в Сети сработала именно так, как я и предполагал. Видосы с дамами «изнасилованными» лесорубами произвели ошеломляющее действие на граждан Российской Империи. Так что наказание, понесенное «насильниками» было воспринято публикой как вполне справедливая мера. Представляю, как бесился Герман Юрьевич.

Этот хмырь даже попытался выйти со мной на связь, но я проигнорировал эти его потуги. Не о чем нам разговаривать с этим паршивцем. Пусть побыстрее объявляет войну.

По данным полученным из Сети, граф не сильно вкладывался в оснащение своей гвардии. Так что пусть только дернется, мало не покажется. Раздавлю, как таракана.

И вообще, я не понимаю, по какой такой причине эта бешенная «Моська» вдруг решила, что сможет меня осилить в честном бою.

За разъяснениями обратился к Андрею Тарасовичу.

Командующий моими войсками лишь пожал плечами.

– Моча в голову ударила, Ваше Сиятельство. По слухам, господин Красницкий не великого ума мужчина. Окрестные аристократы не воспринимают его серьезно. А с Альмансором Фаттаховичем еще с времен покойного деда Германа Юрьевича, или даже прадеда, точно не знаю, давняя тяжба насчет Орловского леса. Там и деревьев, считай, с гулькин хрен. Прошу прощения, господин граф, за грубые слова, но так оно и есть на самом деле. И воевать-то особо не из-за чего. Я так думаю, что кто-то более умный и хитрый подбил этого задиристого петушка, чтобы тот на нас напал.

– А для чего «кому-то более умному и хитрому», как вы говорите, это нужно?

– Ну как же, Александр Николаевич, у рода Красницких какая-никакая, но все-таки гвардия. И те, кто его подзуживают на родовую войну, рассчитывают на то, что ему удастся нас изрядно потрепать. Недругов у Альмансора Фаттаховича было пруд пруди. Вот только нашего графа-некроманта они боялись как огня и связываться с ним не решались. Нынче, получается, осмелели. Так вот, скорее всего, после того, как мы изрядно ослабнем в стычке с Красницким, прочие соседи также выдвинут Вашей Милости территориальные и имущественные претензии. Ну это я так думаю. Других версий у меня нет.

М-да, оставил мне в наследство господин Коринфский-Квинта нехилый такой змеиный клубок обиженных соседушек. Интересно, хотя бы у кого-нибудь из них он не оттяпал землицы? Вот на кой хрен спрашивается? Самоутверждался что ли на старости лет? Или из банальной вредности? Так вроде бы по натуре мизантропом не был. Выходит, были для этого объективные причины. Скорее всего, сейчас вряд ли кто вспомнит, что там было двести или сто лет назад.

Тут мне неожиданно припомнился один курьезный факт из курса «Общей истории Земли» прежней моей реальности. Хиросиму и Нагасаки подвергли ядерной бомбардировке американцы в конце Второй Мировой. А буквально через какие-то восемь-девять десятков лет все поголовно японцы считали, что это сделали русские. Скажете бред? Уверяю, именно так оно и было.

– Коли так, – покачал головой я, – будем действовать предельно жестко. А графа, по возможности, нужно будет взять в плен и в подземелье определить на тюремную баланду. Оно у нас в данный момент аккурат пустует.

А через месячишко, глядишь, добровольно откажется от всего своего движимого и недвижимого имущества в пользу нашего рода. Если не ошибаюсь, у него в собственности приличный кусок земли, арендуемый фермерами и парочка осколков, на которых добывают ценные металлы. Так что отнюдь не беден этот Красницкий. И если с ним обойтись предельно жестко, глядь, и прочие соседи откажутся от территориальных претензий, не пожелав его участи.

– Все будет сделано в самом лучшем виде. Наша разведка контролирует все действия противника. Ваша гвардия, господин граф, готова пресечь любые попытки вражеских войск войти на территорию графства.

Интересная ситуация. Мог ли я предположить всего лишь четыре месяца назад, что вместо орудийной батареи тяжелого рейдера прорыва буду командовать, хоть и небольшой, но все-таки армией? Спасибо Соболеву, думал отправляет меня в Преисподнюю, а тут такие дела. Считай, доброе дело сделал. Но если бы Вадик все-таки неожиданно нарисовался в пределах досягаемости моих верхних и нижних конечностей, это его не спасло бы от основательной трёпки. Ибо нефиг.

Для того, чтобы урегулировать все формальности, связанные с объявлением роду Коринфских родом Красницких войны Герману Юрьевичу потребовалось трое суток.

Как оказалось, не все так просто с межродовыми войнами. Для того, чтобы развязать вооруженный конфликт нужно исписать кучу бумаги, мало того, заверить каждый листок в соответствующих инстанциях, ну и, разумеется, «хорошенько смазать», чтобы ускорить процесс принятия решений чиновной братией. Хвала богам, что эта юдоль легла не на мои плечи, точнее не на плечи моих адвокатов. Так что, проявив рассудительность и не объявив войну первым, я даже денег и нервов смог изрядно сэкономить, как бы это парадоксально не выглядело. Да здравствует коррупция!

Шучу, однако. К предстоящей войне мои бравые гвардейцы готовились основательно. Я не стану уж очень сильно углубляться в описание проводимых маневров, ибо сам в них участия не принимал. Лишь пару раз поприсутствовал на полигоне и, убедившись в том, что парни действуют слаженно в атаке и обороне, уверенно держат магические щиты, оперируют боевыми заклинаниями и, разумеется, умеют пользоваться штатным оружием, успокоился. Неодаренных воинов в предстоящей стычке мы с Андреем Тарасовичем решили не задействовать. В любом случае, моя дружина имеет явный перевес над войском Красницкого.

Наконец наша разведка доложила, что войска противника числом до тысячи стрелков на десяти боевых машинах пехоты и шести десятках специальных автобусов при поддержке двадцати-двух средних боевых големов системы «Богомол» начали движение в сторону восточной границы моего графства.

Странно, никаких действий разведывательного характера командующий вражеской дружиной не предпринимал. Прут буквально наобум. Такое впечатление, что на помощь какого-то бога надеются.

Вообще-то насчет божьей помощи, это вряд ли. Насколько мне известно, до сего момента высшие сущности в людские разборки вообще не встревали. Так с какого перепугу им выступить на стороне какого-то графа?

Мои бойцы числом в полторы сотни быстро погрузились в боевой транспорт. Двух десятков бронеходов для этого было вполне достаточно. По сравнению с численностью сил противника кажется немного, но какие орлы. Каждый мой гвардеец адепт какой-нибудь стихии не ниже шестого ранга. Хочу напомнить, что Петр Васильев, будучи адептом магии воды именно шестого ранга, умудрился во время прорыва иной реальности создать достаточно эффективный водяной купол и держать его до подхода наших основных сил.

У Красницкого же практически все бойцы неодаренные, боевых магов всего лишь полсотни. Жадён граф. Продвинутому чародею приходится платить нехилую зарплату вне зависимости, участвует тот в боевых действиях или нет. Коринфский-Квинта в этом плане был более предусмотрителен и, несмотря на расходы, чародеями его гвардия была укомплектована максимально, несмотря на то, что архимаг был самодостаточной боевой единицей.

Для меня же во всем происходящем сплошные непонятки. После долгих размышлений я пришел к выводу, что уж очень надеяться на огнестрельное оружие, пусть даже артефактное, я бы на месте Красницкого не стал. Пока его бойцы будут пробивать многослойную силовую защиту, воздвигнутую нашими боевыми магами и стационарными бортовыми артефактами, боевые заклинания моих чародеев вкупе со ста миллиметровыми автоматическими орудиями и крупнокалиберными пулеметами установленными на бронеходах превратят в фарш вражескую армию. Отсюда вывод – какого-либо ощутимого урона его воинство нанести нам в принципе не способно. То есть, если кто-то замыслил основательно потрепать мою армию, тот жестоко просчитался.

Оно, конечно, горяч мой оппонент, но далеко не мальчишка, чай тридцатник пару лет назад разменял, к возрасту Христа приближается. То есть, какие-никакие мозги должны быть в его дурной башке. А может, все-таки зря я его недооцениваю?

Зародившийся в душе червячок сомнения я тут же безжалостно подавил. Ну нет и не может быть в рукаве этого деятеля никаких тузов или джокеров. Герман Юрьевич, по моим данным, даже в армии не служил, хоть в соответствии с существующими нормами, как глава рода имеет право носить погоны майора. Оно, конечно майор майору рознь. Судя по добытой из сети информации об этом человеке, граф обычный пустобрех и как личность ничтожная, даже по меркам этого провинциального захолустья. Если бы не приличное состояние, свалившееся на его голову после трагической гибели отца, так и прожил бы до седых яиц на вторых ролях. А тут оперился, возомнил себя Бонопартием и решил в войнушку поиграть. Фанфарон – вот он кто с гипертрофированным ЧСВ. Так что мне, пожалуй, не стоит переживать насчет исхода скорой битвы. Да и битвой, на мой искушенный взгляд, предстоящее действо назвать сложно. Скорее, избиение младенцев царем Иродом… Ха-ха! Я – древний иудейский царь. Еще тысячу раз громкое и продолжительное «Ха!».

Черт побери, какая только херь и ахинея не лезут в башку.

Убедил себя таким образом, но окончательно все-таки не успокоился. Тому виной чересчур мнительная Кларисса, коей всегда что-нибудь да мерещится. Задолбала нейросеть своим нытьем, мол, сосредоточься, враг хитер и коварен, и неизвестно какую подлянку способен учинить.

Пришлось рявкнуть на не по делу разволновавшуюся «шизу», обозвав её неврастеничкой.

Итак, наша колонна боевых машин под прикрытием полутора десятков тяжелых «Скорпионов», боевых големов, внешне напоминающих гипертрофированных пауков означенного вида, движется на сближение с противником. Впереди автомобиль оповещения, чтобы встречный автотранспорт успел съехать на обочину дороги тем самым освободить для нас проезд.

Погода прям как на заказ. Небо практически безоблачное. Солнышко светит хоть по-осеннему не ярко, но все-таки не вчерашняя хмарь и потоки воды из свинцовых туч.

Неожиданно мне на глаза попалась стая остановившихся на отдых перелетных грачей. Птицы буквально укрыли поляну неподалеку от трассы черным пологом и ничуть не опасались мчащихся по дороге автомобилей. Даже моих големов не боятся, будто понимают, что эти грозные создания рук человеческих здесь вовсе не по их душу.

Вид здоровенных птиц, беспечно кормящихся червячками, гусеницами и прочими насекомыми заставил меня вспомнить всё, что мне известно о правилах ведения межродовых войн.

Главное и непременное их условие заключается в том, чтобы ни один нонкомбатант из подданных Царя-Батюшки не пострадал. Без жертв со стороны гражданских лиц обычно редко обходится. Однако чаще всего тому причиной излишнее любопытство самих граждан. Вот и теперь вслед за нашей колонной увязалось с десяток автомобилей с логотипами популярных в Российской Империи средств массовой информации сетевых и прочих. Откуда только узнали о предстоящем конфликте? Скорее всего, у Красницкого точно такая же фигня.

Что же касательно разного рода СМИ я был удивлен, что в этой реальности существуют не только сетевые новостные каналы, но аналоги давно канувших в Лету в моем мире телевидения и радиовещания. Но более всего меня удивило то, что здесь до сих пор процветает бизнес, связанный с выпуском газет и журналов. Лично мне поначалу было непонятно, для чего пялиться на изображенную на глянцевой обложке какого-нибудь модного ревю красотку, если с помощью дополненной реальности ты можешь сгенерировать и рассмотреть её аватар со всех сторон и во всех подробностях. Лишь через какое-то время я свыкся с мыслью, что при отсутствии нейросетей данная опция местным недоступна.

Изобрести что ли? В принципе, основные производственные цепочки выращивания зародышей индивидуальных нейросетевых имплантов и создания учебных баз мне известны. Остается лишь построить заводик и начать штамповать нейроимпланты в массовых количествах, а также учебные базы к ним. Спрос будет ажиотажный. Недаром интернациональная корпорация «Нейросети» один из самых значимых финансовых монстров на просторах галактического сообщества землян.

Ну всё, размечтался. Нейросети, Искины, еще и полеты в космос неплохо было бы организовать. Опять же принцип работы струнного гиперпривода мне известен…

Из состояния свободного полета мысли меня вывел удар по башке. Несильный, будто мягкой подушкой зафигачили по темечку. А вот изо рта сидящего рядом водителя БМП мощным потоком хлынула неприятная субстанция из полупереваренных харчей, основательно сдобренных желудочным соком. Характерные звуки блюющих бойцов также доносились до моих ушей из десантного отделения боевой машины. Вслед за этим до моего нюхательного аппарата докатилась густая волна невыносимой вони. Запашок, скажу вам, умопомрачительный. Меня самого едва не вырвало от кислого неприятного запаха.

Клэр довольно быстро сориентировалась в ситуации:

– Босс, наш отряд подвергся ментальному нападению. Источник, предположительно, либо внеранговый одаренный, либо мощный артефакт. Скорее, первое, поскольку все подобные артефакты находятся на учете Коллегии Магов и их применение требует одобрение лично Императора.

Выходит, во вражеские ряды на мою бедную голову затесался «абсолют». Интересно, откуда он взялся? Насколько мне известно, в роду Красницких столь крутого одаренного в области ментальной магии отродясь небывало. А еще мне доподлинно известно, что все архимаги, а особенно менталисты, в Российской Империи на карандаше Коллегии Магов. Абсолютам категорически запрещено принимать участие в межродовых войнах, если он не является членом воюющего рода. А когда что-то подобное случается, проводится тщательное расследование специальной комиссией Коллегии и виновные подвергаются жестокому наказанию, невзирая на любые былые заслуги перед отечеством. Их заключают под стражу и если следствие установит их противоправную деятельность, магический источник и каналы нарушителей безжалостно выжигаются, а сами они отправляются на одну из имперских каторг уже в статусе неодаренных.

Так вот, на данный момент наблюдаем мощное колдовство, осуществляемое сторонним одаренным уровня архимаг против моих людей.

Если эта информация каким-либо образом дойдет до функционеров из Коллегии Магов, его непременно накажут за попытку вмешательства (небескорыстного, тут уж к бабке-гадалке не ходи) в разборки двух родов, прямого отношения ни к одному из которых он не имеет. Это означает, что работающий на противника менталист не заинтересован в утечке информации о его участии в конфликте. Что же касательно одаренных, тем более обыкновенных бойцов графа Красницкого, они даже не поймут, что на их стороне выступил абсолют. А вот мои ребята ощутили это на собственной шкуре, точнее на своих мозгах.

Из всего сказанного выше следует единственный вывод – дабы скрыть следы явного преступления, меня и всех моих парней собираются физически уничтожить. Интересная задумка. Будь я на месте Красницкого именно так и поступил бы.

Вот только хитроумный колдун не учел один момент. А именно то, что один молодой человек, благодаря наличию в голове мощнейшего ментального фильтра, может обладать иммунитетом к ментальной магии. Впрочем, откуда ему знать о существовании индивидуальных нейронных сетей?

Ладно, посмотрим чей кунг-фу круче. От нас колдовством, а я его естеством, ну и чуть-чуть магией, но опосредованно, поскольку сам я далеко не архимаг, но с артефактами обращаться обученный, в том числе и с боевыми.

Эти мысли промелькнули в моей голове за считанные мгновения. Не успели мои бойцы толком проблеваться, я уже действовал.

Для начала, посредством средств внешнего видеонаблюдения оценил нанесенный нам урон.

В принципе, пока ничего непоправимого не произошло. Наша колонна успела развернуться в атакующую цепь. Из-за ментальной атаки чародея мы остановились. Из-за резкого торможения четыре бронехода занесло и развернуло едва ли не на сто восемьдесят градусов, но на бок ни одна из машин не легла. Боевые големы по причине выхода из строя своих поводырей-магов замерли в причудливых позах. В другое время, глядя на них, я бы изрядно повеселился, но сейчас мне было не до смеха.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.