Лия Седая
Горец. Я выбрал тебя

Глава 1

Я очнулась резко.

Ощутила чужое присутствие и взбрыкнула так, что больно ударилась затылком.

– Ааа!

Тело было вялым, каким-то слабым. Но я вскинула ноги, отталкиваясь изо всех сил. И ударила пяткой что-то твердое, прикрытое гладкой тканью.

– Да, блядь, бешеная! – выругалось это самое твердое.

И схватило меня за ногу.

Сильно обхватило и дернуло на себя. Так, что я проехалась спиной по упругому матрасу, обитому кожей.

– Отпусти меня, гад! – я замахала руками, вцепилась ногтями в кого-то.

Память наплывала кусками. Пугающими вспышками.

Дом. Отец. Гости. Страшные и злые, с которыми отец ужасно поссорился. Я вышла из дома только к вечеру. Нужно было сходить к тетке, отнести ей лекарство.

Но как только свернула в ее улицу, память проваливалась в никуда.

Машину помню. Мужчину какого-то. И боль в шее.

Ой, мамочка! Да я ведь до сих пор в машине!

Я забилась в мужских руках как бабочка.

– Тихо, дурная! Поранишься же!

Я заскребла по лицу пальцами. Паника захлестывала и душила. Почему я не вижу?! Почему глаза не открываются? Мамочка моя!

Папа, спаси!

Ресницы слиплись в толстые комки. Я их нащупала. Любая попытка поднять веки вызывала дикую боль. У меня что, конъюнктивит, что ли?

– Пиздец, она еще и не видит. Бах, вода есть?

– Да, воккха.

Я замерла как мышь. Где я?

Кто эти люди? Почему один другого называет его старшим?

– Слышишь меня, бешеная? – спросил тот же голос, что ругался на меня. – Я тебе дам платок сейчас. Глаза протри, ладно?

Я закивала.

Конечно, ладно!

Чужие глаза неудобно выцарапывать, когда свои закрыты. Сделай милость, недобрый человек, приблизь свою слепоту ради Всевышнего.

Мне в ладошку пихнули большой мужской платок, смоченный водой. И я отчаянно начала тереть собственные глаза. Вот шайтан, да я как будто неделю не умывалась!

Глаза разлепились, и я часто-часто заморгала.

– Обалдеть! – прохрипела я сухим горлом.

– Ты тоже весьма ничего, девочка, – нахально прищурился мужчина, сидящий со мной на одном сиденье машины.

Красивый, кстати, широкоплечий. Но меня больше заботило другое.

– Не льсти себе, пожалуйста, – я сглотнула, не в силах отвести взгляда от окна.

Там день!

Ну, или почти. А я себя помнила вечером! Вот-вот начинало темнеть!

И я была в своем ауле!

А сейчас за окном машины проносились высокие здания.

– Своему мужчине грубить нельзя, девочка. Но я на первый раз сделаю скидку из-за твоего состояния.

Чего?

Какой мужчина? Я вообще ни с какими мужчинами связываться не собираюсь!

Я сжалась в комок, готовясь ему ответить. И поняла, что он он сих пор держит свои ладони на моих ногах.

Голых ногах!

На мне даже юбки не было!

– Всевышний, почему я в трусах?! – я взвилась свечкой, пиная его повторно.

– Сейчас доедем до отеля, – лениво ухмыльнулся мужчина, перехватывая мою лодыжку. – Снимем. Будешь без трусов. Меня такой вариант больше устраивает, кстати.

– Себе что-нибудь сними! – посоветовала я, прикрываясь руками насколько возможно. От его горячих пальцев у меня до самых бедер все мурашками покрылось. – А еще лучше, пиджак дай, чудовище!

От страха язык молотил все, что попало.

Вообще о последствиях не задумываясь!

– Какая отчаянная, – со смешком заметил водитель спереди. – Так с королем разговаривать, во-ой!

– Кто король? Ты король? А корона не давит? – съязвила я, смотря, как мужчина тащит с широченных плеч пиджак.

И тут же пожалела об этом.

Стальные пальцы сомкнулись на моей глотке. Не больно, но сразу обозначая мое положение. Чуть погладили шею, не выпуская и не давая отклониться.

Как будто клеймо нарисовали на мне.

Впечатали в кожу.

– Аккуратнее, девочка моя. Я, конечно, добрый, но не всегда, – черные глаза мерцали искрами, завораживая. – Оденься. Нечего светить прелестями своими перед моими людьми.

Мне бросили пиджак

И я в него тут же завернулась. От его тона холодом продрало от макушки до пяток.

Давай-ка, Мина, точно поаккуратнее. А то мало ли…

Всевышний, на мне катастрофически не хватало предметов одежды. А лифчик где? Что вообще произошло?

Предположения были одно другого хуже.

Но я была бы не я, если бы послушно замолчала.

– Ты меня раздел?

– Нет, – коротко бросил мужчина, наблюдая за мной как удав.

– А кто?

Я ему вообще не верила! Вот вообще! А кто бы поверил на моем месте?

– Тебя похитили. Я так полагаю, чтобы продать. Что ты помнишь?

– Дом, – я растерялась. – А ты кто?

– Звать тебя как? – он начисто игнорировал мои вопросы.

А вот я не могла.

Чувствовала, что не могла!

– Мина. Терлоева Мина Алиевна. Я из Талги.

– Значит, гулять ты одна любила по Талги, Мина Алиевна? – мужчина бросил на меня снисходительный насмешливый взгляд.

– Я к тете пошла! Да объясните вы мне, что происходит! – я не могла собрать мысли в кучу, их было столько!

Это же абсурд!

Кто хотел меня продать? Кому? Кто меня украл?

Что это за нечеловеческие нравы, у нас в ауле давно уже такого не было! Да и я учительница, меня там все знают!

– Кто был в твоем доме перед тем, как ты пошла к тете? – черный взгляд впился в меня острой иглой.

– Папин знакомый. Кажется, – я обмерла как завороженная. – Отец сразу мне сказал, чтобы я не выходила. Я и сидела в доме, все белье даже перегладила. А потом вышла, когда они уехали.

– Имя знаешь?

Я отрицательно замотала головой.

– Понятно, – кивнул мужчина. – Бахтияр, тебе по этому скоту звонили?

– Да, воккха. Доставили и исполнят сегодня, как ты приказал, – доложил водитель, не отрываясь от дороги.

– Да что понятно-то, объясните! – я сжимала губы, чтобы они не дрожали.

Что за скот?

О ком они разговаривают? И что значит: исполнят? Убьют?

Неужели так можно, Всевышний?!

Я всем существом чувствовала, что незнакомый мне человек, которого обрекли на смерть вот так, походя, как-то связан со мной. Точнее, с тем, что со мной произошло.

– Тебя украли, Мина, – безжалостный черный взгляд снова уперся в меня. – И накачали дрянью, чтобы перевезти в Питер.

– Мы что, в Санкт-Петербурге? – губы у меня шевелились беззвучно.

– Уже сегодня тебя могли бы продать с аукциона, как восточную девственницу. Дорогой и лакомый кусочек для извращенцев, любящих строптивую молодую плоть.

– А ты, выходит меня спас? – я кое-как проглотила комок, который встал в горле. – Как я вообще у тебя оказалась?

– Смотря, что считать спасением, – он дернул уголком красивых, четко очерченных по-мужски губ.

Я растерянно хлопала мокрыми ресницами и подтягивала коленки поближе к груди под его широченным пиджаком.

Жуткое ощущение безысходности накрывало все сильнее.

– А когда ты вернешь меня домой? – я вытянула шею, стискивая зубы.

– Никогда, Мина, – он вдруг улыбнулся. И меня продрало мурашками от этой улыбки. – Ты мне пригодишься для другого.

– Для чего?!

– Ты станешь моей женщиной перед людьми.

– Я?! – у меня отвисла челюсть.

Во взгляде мужчины читалось всякое-разное.

По больше части, конечно, не особо приятное для моих умственных способностей.

Хм… Так это же выход, нет?

Режим «пустоголовка» активирован!

– А зачем тебе я? – я хлопнула ресницами и вытаращилась на него. – Остальным ты по фейс-контролю не проходишь?

У мужчины дернулся уголок рта. Ооо, вот и нужный эффект понемногу достигается…

Я глуповато улыбнулась, но тут же взвизгнула.

Черноглазый бородач обхватил меня за талию и одним движением посадил к себе на колени. Я уперлась ему в грудь ладонями, отклоняясь насколько возможно.

Позор какой!

Я в одних трусах, эй! Дистанция, неуважаемый!

– Нет, Мина, не поэтому, – он подцепил мой подбородок пальцем и заставил посмотреть себе в глаза. – Просто тебя никто не будет уже искать. Отца твоего, скорее всего, уже в живых нет. А значит, ты идеальный вариант для моих планов.

Он возбужденно пропахал кончиками пальцев кожу на моих бедрах:

– А еще ножки у тебя соблазнительные, Мина. Мне зашло.

Глава 2

Огромный внедорожник остановился у роскошного многоэтажного здания. И меня ссадили с колен еще до того, как охрана распахнула дверь машины.

Черноглазый вышел первым.

Оглянулся вокруг и нахмурился. Оценивающе посмотрел на мои голые ноги, что торчали из-под его пиджака. И жестом приказал дать ему еще один, с плеч ближайшего бородатого парня.

– Иди ко мне, – приказал он мне, распахивая пиджак.

– Неа, – я замотала головой, отодвигаясь подальше. – Пока не скажешь, кто ты и зачем я тебе на самом деле, я отсюда не выйду.

Он огорченно вздохнул.

Как будто я настолько его достала, что сил уже вот просто нет.

Закончились!

Я завизжала как поросенок, когда он резко схватил меня за лодыжку и дернул на себя. Подтащил к себе, накидывая пиджак мне на пояс и ноги.

– Не ори!

Я заткнулась от тона, каким он это сказал.

– Ты же приличная, нельзя так позориться перед людьми, – в черных глазах скакали лукавые огни.

А? Д-да…

Я приличная.

Но все равно заорала от неожиданности, когда он подхватил меня на руки и вытащил из машины.

– Отпусти меня, гад!

– Ты без обуви, женщина, – мрачно процедил он сквозь зубы.

Ой.

Я послушно захлопнула рот. Точно. Неси меня, мой рэмбо! Жалко, что не домой, но в отеле, полном людей мне точно будет спокойнее. Я хоть закричать смогу, если что. Привлечь чье-то внимание. Не может же он вообще спрятать меня от всех, это невозможно просто в таком месте.

Как я ошибалась, я поняла уже через десять минут.

Меня не отпустили с рук ни разу. Так и донесли до самого номера с маленькой металлической короной на двери.

Ого…

Я хоть и жила в ауле, но училась-то я в большом городе. И была вполне себе современной мадемуазелью. Королевский люкс, говорите? Я спрятала нос обратно под пиджак.

Кто же ты такой, черноглазый?

Машина просто, даже не запыхался даже. А во мне добрых пятьдесят пять килограмм! Были бы все шестьдесят, если бы я не перестала долму крутить каждый день.

– Располагайся, – он опустил меня на пол, отбросив чужой пиджак в сторону как тряпку.

Прошел вглубь огромной гостиной, достав из-за пояса пистолет и положив его на журнальный столик.

Ма-ама-а!

Я шарахнулась к стене. Откуда у него оружие? Зачем? Меня убивать будет? Меня нельзя!

Я же еще не все спросила!

– Кто ты?

– Ты всегда с первого раза не понимаешь или еще вштыривает? – лениво отозвался он, усаживаясь в широкое кресло.

– Конь ты из-под принца, это точно, – пробормотала я себе под нос. И спросила уже громче. – Ты можешь узнать, что с моим отцом? Мне надо знать.

Меня одарили внимательным взглядом.

Таким, который жилочки все из тебя вытягивает. Под которым ты себя лягушкой препарированной чувствуешь, но сделать ничего не можешь, потому что страшно.

– А ты хорошая дочь, Мина.

– С чего ты взял? – я нервно облизнула губы.

Это он хватил, конечно.

Но просвещать его в то, что сказал бы по этому поводу папа, я не буду.

– Вопрос жизни отца волнует тебя больше, чем своей собственной. Это заслуживает уважения, это достойно дочери Кавказа.

– Скажи мне, что с ним! – я даже ногой топнула по дорогущему ковру.

– Ты требуешь, девочка? – он иронично изогнул бровь.

– Да!

Черноглазый хмыкнул, задумчиво гладя короткую бородку.

– Ты неправа, Мина. Рядом со мной функция требовать у тебя должна быть отключена начисто. Запомни это.

Ха!

Наивный! Щас решим!

– Я сейчас выйду в коридор и спрошу оттуда, ладно? – я взялась за ручку двери. – Это же будет уже не рядом с тобой?

Я с решимостью шагнула в дверной проем. И моментально врезалась в огромное мужское тело. Лбом прямо в жесткий кожаный ремень. Да так, что показалось, что на коже ссадина появилась.

Заморгала растерянно, охватила взглядом препятствие перед собой.

И взвизгнула.

Это что за нереальный рост?

Охранник, спину которого обхватывали кожаные ремни кобуры, флегматично глянул на меня через плечо.

Офигеть!

Я отпрыгнула обратно в номер и захлопнула дверь. Это что вообще такое? Мы под охраной круглосуточно, что ли? Везде и всюду?

Кулаки от злости сжались сами.

– Ну, что? – насмешливо раздалось из-за спины. – Вопрос исчерпан?

– Нет, ну что ты за человек такой, а? – я развернулась к нему как фурия. Только вот бы еще волосы заставить вспыхнуть пламенем для полноты картинки. – Ты что, не понимаешь, что я из-за отца переживаю? Ты ведь тоже чей-то сын, ты бы на моем месте не переживал?

– Конкретно на твоем месте я бы больше за себя переживал, – пожал мужчина плечами.

– А я бы на твоем просто перестала быть таким засранцем!

– Девочка, ты играешь с огнем, – спокойно предупредил он, даже не изменив положения. – Не стоит так делать.

– Да? А что ты мне сделаешь? – я нагло уперла руки в бока и даже ногу отставила в сторону.

Посмотрела на свою голую коленку и аккуратно подтянула ее обратно.

Неприлично, ну.

Стою тут в одних трусах и майке под пиджаком, как идиотка.

Я подняла взгляд. И почти подавилась своим языком. Черноглазый плавно оттолкнулся ладонями от подлокотников. Выбросил себя из кресла одним движением.

И пошел ко мне.

Медленно и плавно. Как лев. Я смотрела, как завораживающе внушительны его плечи, как широко он шагает, сокращая дистанцию между нами.

И нервно сглотнула набежавшую слюну, хотя в горле было сухо как в Сахаре.

От него хотелось попятиться.

И я так и сделала, пока не уперлась лопатками в стену. Вжалась в нее, пригибая голову. Он давил. Ничего не говоря, ни единого словечка, просто подойдя слишком близко, давил чем-то незримым. Как будто бетонной плитой на сознание.

Горячие мужские пальцы коснулись моей щеки.

Погладили ее легонько, а потом подтолкнули вверх. Заставили поднять голову. Заставили смотреть прямо в черную душу моего то ли спасителя, то ли палача.

– Ты серьезно хочешь узнать, что я могу с тобой сделать, девочка?

Глава 3. Рахмат

От нее голова шла кругом.

Девчонка была настолько интересной, что в паху все ныло от нетерпения. Боялась меня отчаянно. До дрожи. Я видел, как напрягаются ее плечи. Как мечется взгляд из стороны в сторону. Как она прикусывает розовые губки, сдерживаясь от колких фраз.

Вку-усно…

Очень сочная девочка, эмоциональная. Такая… Откровенная.

Считывать физическую реакцию я научился давно.

Еще по малолетке на зоне.

Всегда надо было знать, с каким настроением в драку заходит твой противник. Чтобы рассчитать собственные силы, чтобы угадать, каким будет бой с ним. Философия выживания, мать ее.

Мина меня боялась.

Жутко. До ужаса.

Но при этом скалила зубы и огрызалась по полной программе.

И это… Охренеть, как мне это нравилось! До какого-то затаенного восхищения. Я ждал, что ее размажет, что она начнет глаза закатывать и просить пощады, а она…

Другие ведь слушались!

Все без исключения. Делали все, чтобы только моего гнева не вызвать. Падали на колени, умоляя дать им отсосать, хоть как-то задобрить или выторговать побольше выгод для себя. А эта! Скачет как бешеная коза в одних трусах и майке!

Ей волю дай, так она так в одном пиджаке и удерет из отеля.

Да и без пиджака, по ходу, тоже.

Вот только хер она угадала, малышка. Русский парень, который мне сдал сегодня похитителя девушек нашего народа, по ходу, меня проклял. Пожелал мне найти женщину чтобы земля из-под ног уходила.

И вот она, нашлась.

Мне стало интересно!

Меня заклинило, твою мать!

И захотелось ее придушить одновременно. Как она к двери бросилась! Я же знал, что там охрана стоит. Но вот то, что на нее, полуголую, могут смотреть другие мужики, меня просто вывернуло наизнанку. Не знаю даже, каких сил стоило сдержаться и не подорваться вслед за ней.

Она, судя по всему, напрочь отбитая.

Прыгать вот в таком виде перед мужиками, это вообще никакого инстинкта самосохранения не иметь. Ее же вытрахать до донышка ничего не стоит!

Я нахмурился.

Надеюсь, что ублюдок, который планировал продать ее с торгов, сохранил ее, не дал испортить своим людям.

Вся надежда на его жадность!

Дело даже не в том, что она может быть не девственницей. Плевать я на это хотел, если честно.

Дело в том, в каком состоянии я забрал ее у него. Она же была в полном ауте. Вообще без сознания. В ее весе ей много ли надо, Всевышний? Я таких видел и знал, что с девчонками могли делать в таком состоянии.

А Мина…

Я ее для себя забрал, не просто же так. Так что этот вопрос нужно утрясти быстро.

Она молчала.

В глаза не смотрела.

Сцепила зубы, наконец-то обретя благоразумие и сцепив зубы. Вот и ладушки, девочка моя. Помолчи, мне как раз позвонить надо.

– Алло. Нужно подобрать одежду. Согласно моего статуса, под разные случаи. Размер? – я отступил от нее на полшага и окинул фигурку взглядом. – Сорок четвертый.

Мина вскинула на меня ошарашенный взгляд.

Захлопала ресницами, сдувая мое самообладание нахрен. Детка, да ты просто пожар! Такая наивная, бледная, едва на ногах стоишь после всего, что с тобой случилось. Но еще упираешься ведь.

А у меня на тебя стоит адски.

Никогда ни на кого так не стояло, шайтан! Даже на самых искушенных в любви сук.

– Женскую одежду, мать вашу! – рявкнул я, услышав в трубке вопрос про брючные ремни и запонки.

Идиоты, блядь!

Разве я похож на чувака с сорок четвертым размером? Куда это, до яиц натягивать разве что.

– Белье и обувь тоже подобрать! Какой у тебя размер ноги? – я снова подтолкнул ее подбородок наверх.

– Тридцать седьмой.

– Тридцать седьмой размер обуви! Да! – я отключился.

– А смотрю, у тебя большой опыт наряжать барышень? – моментально съязвила Мина.

Надо же, уже очухалась?

Быстро адаптируешься, малышка. Мне будет намного проще с тобой.

– Нет, Мина. У меня большой опыт раздевания барышень.

Ее шоколадные глаза потемнели от злости.

Ну, а что ты хотела? Думала, одна кусаться умеешь? Увы, увы.

В дверь аккуратно постучали четыре раза. Даже здесь, в отеле с шикарной охраной, мои люди соблюдали инструкции.

– Воккха, приехал врач. Проверили: чист.

– Давай, – я махнул рукой.

Отпустил Мину, отходя снова к креслу.

Хорошо, что специалист явился. Плюс больших городов, которые я не очень любил. Мне в горах проще. Но здесь скорость решения вопросов на порядок выше, это да.

– Здравствуйте, Рахмат Давидович, – я кивнул вошедшему с чемоданчиком врачу, не отвечая вслух. – Я приехал осмотреть пациентку. А! Вот и вы, милочка!

Мина шарахнулась от него в сторону, сильнее стягивая горловину пиджака на груди.

– Это кто? Это зачем? – ее взгляд беспомощно метался от меня к врачу.

– Мне сказали, что вы подверглись воздействию запрещенных веществ, милочка, – ласково и быстро говорил врач. – Но я уже сам вижу общее угнетение центральной нервной системы и повышенную возбудимость. Осмотр необходим!

– Не надо! – Мина отскочила еще дальше.

– Надо, моя милочка! – врач уже достал перчатки из своего чемодана и стал натягивать их на руки. – Возьмем кровь на анализ. А еще посмотрим, что там по гинекологии. Просто надо прилечь и все!

– Вы рехнулись? – заверещала Мина.

Придерживая на себе пиджак, отбежала по стене в мою сторону.

Запахнулась теснее, сверкая глазами так, что я невольно восхитился. Вот это тигрица! Ее довести, она любого прибьет в запале.

Просто мой случай.

Клинический.

– Отвалите от моей нервной системы и от моей гинекологии! Больные что ли?

Она развернулась ко мне, почти оскалившись.

Была бы действительно большой кошкой, вздыбила бы волосы на загривке:

– Ты решил надо мной еще и так поиздеваться? Ты всех женщин так унижаешь?

– Моя женщина должна быть чистой во всех смыслах, – я ответил ей спокойным взглядом. Но, Боги, один Всевышний знал, чего мне это стоило! – Я должен убедиться, что тебя сохранили непорочной, пока везли сюда из дома.

– Ты ненормальный! – взвизгнула она, тыкая в меня пальцем. – Я не твоя женщина!

От движения пиджак на ней распахнулся, показывая мне ее фигурку.

Шикарную, стройную, сладкую.

Аппетитную высокую грудь под тонкой белой майкой, низкие трусики с полоской кружев поверху. Вздрагивающий от истерики животик с глубокой бархатной ямкой пупка. И сочные, покатые в своей крутизне бедра.

Какая атласная на них кожа, я уже знал.

И раздул ноздри от желания снова ее почувствовать под пальцами.

– Не дашься врачу нормально, я тебя буду держать.

– В каком это смысле, будешь держать? – растерялась она.

– За ноги, Мина. Ложись, живо!

Глава 4

– Дай мне женщину!

Я толкала черноглазого в грудь ладонями, но понимала, что это совершенно бесполезно.

Он меня догнал и зажал в самой дальней комнате, какую я смогла найти в этом отвратительном громадном королевском номере.

– Ай, не трогай меня! Я согласна! Только пусть врач будет женщина! – я зажмурилась, отворачиваясь от него, насколько позволяла шея.

Рахмат, о, теперь-то я знаю, что его зовут Рахмат, дышал как взбешенный лев. Бросился за мной, едва я побежала вглубь огромных отельных апартаментов. Догнал, зажал меня в углу одной из спален, размазывая по стене своим огромным телом.

Я едва-едва приоткрыла веки.

И снова их сжала!

Мама!

Чудовище! Он не на меня смотрел! Он смотрел на мою грудь. На мои вставшие от бега и внезапного мороза соски, что уткнулись в его рубашку через тонкую ткань майки.

Я чувствовала его всем телом.

Потрясающая тактильность для учителя биологии. Просто натурализм во плоти. Когда мужская особь упирается в женскую, в желании ею обладать. Демонстрирует все признаки сексуального возбуждения, от возбужденного полового органа, повысившейся температуры тела и до срывающегося легочного дыхания.

А женская отзывается возрастающей покорностью и подчинением.

Мина, ты же учитель!

Это просто физиология! Гормоны! Е-мое, соберись!

Я вспомнила, как нам вел лекции профессор в возрасте. Он утверждал, что половозрелая самка практически не имеет шансов перед побеждающим в схватке самцом. И отчаянно покраснела.

Самец был хорош…

Мощный. Тяжелый. Просто размазал меня по стене твердым корпусом. Сдавил сильными руками, сжимая талию пальцами как будто обручем.

Я таких только в интернете видела. Вживую – ни разу!

– А ты мне все больше и больше нравишься, девочка, – хриплый голос Рахмата просто выворачивал инстинкты наизнанку. – Горячая штучка!

– А ты мне что-то не особо! – я облизывала пересохшие, припухшие неизвестно от чего, губы.

– Мина, ты реально безбашенная? Это храбрость или истерика? М?

Я прикусила щеку.

Сказала бы я, да не знаю сама. Скорее, второе. Потому что я уже ничего не понимаю. Одно точно: страшно мне до состояния «описаюсь вот прям щас, отойди, а то на туфли прилетит».

Но ответить надо было.

В психологи всегда говорится, что надо беседовать. А я ж учитель, как-никак! Должна все по науке говорить и делать. По любой, блин!

– Отпусти меня, и я исчезну. Что за дикость? Мы же взрослые люди. Найдешь себе женщину подходящую и все. Зачем ты это все делаешь, Рахмат?

– Я хочу тебя, – он заглянул своими черными глазищами прямо в сердце.

– Зачем?!

– Я не объясняю свои желания, я их просто исполняю, – он жестко улыбнулся.

Отступил резко, освобождая меня от своего давления.

Мотнул головой, как будто скинул какое-то ощущение. Скрипнул зубами, вновь поворачиваясь ко мне.

– Будет тебе врач-женщина. Я уважаю твое требование и понимаю твой стыд. Пока уважаю! Но кровь ты сдашь сейчас. Надо убедиться, что тебя не накачали долгоиграющей дрянью. Это в твоих же интересах, Мина.

Сердце пропустило удар.

Он заботится.

Странно, через давление и угрозы, но это точно забота. Пусть даже в своих интересах. Но я бы тоже хотела знать, что со мной сделали, пока я не осознавала себя. Разум должен быть превыше всего.

А там разберемся.

– Ладно.

– И оденься! – неожиданно зло рявкнул он, отступая.

Я торопливо натянула его же собственный пиджак, который почти свалился с меня, пока я устраивала забег по номеру.

Он прав.

Нельзя так показываться посторонним людям. Неприлично.

Я вдруг криво усмехнулась.

Почему-то самого Рахмата я уже посторонним не считала, раз позволила себе быть перед ним полуголой.

– Идем!

Я послушно потопала за ним вслед.

Послушно протянула руку врачу.

Ойкнула, когда под кожу вонзилась иголка шприца для забора крови. Зажмурилась, отвернулась. И раскрыла глаза, смотря точно на Рахмата.

Поймала его насмешливый взгляд.

И сразу же насупилась.

Мне вообще-то больно! Можно было и сочувствие проявить. Я, конечно, не признаюсь, что с детства до обморока боюсь забора крови, но…

– Все, милочка. Больше я вас не трону, – приторный голос врача вызывал судорогу в челюстях. – Рахмат Давидович, всего доброго. Результаты пришлю часика через три.

Угодливый доктор, которому явно прилично заплатили, исчез.

А я закрыла глаза, слушая шум в голове.

Странно… Такого после сдачи крови никогда не было.

– Теперь иди в душ, Мина, – донесся откуда-то голос Рахмата. – Привезут нормальную одежду, переоденешься. А пока возьми халат.

– Да, да, да, – я рефлекторно встала на ноги, слушая голос того, кто имел право приказывать. Вбитая традициями привычка сказывалась. – Сейчас, сейчас.

– Мина! Когда я приказываю, надо делать сразу же!

– Да. Одну минуточку!

Я напрочь теряла себя в окружающем мире. Это что, сногсшибательное влияние черноглазого или обморок?

– Мина! Да, блядь! Мина!

Ой, какой он краси-ивы-ый…

Глава 5. Рахмат

Я ждал брата, медленно потягивая виски из квадратного стакана.

Он придет, я знал. Для всех он мой бессменный водитель и охранник. И только несколько человек в семье знали, кто такой Бахтияр и что он делает на заказ.

Для меня его специализация была более чем удобна.

И выгодна, конечно. Тем более, что он сам никогда не стремился к публичности, если можно это так назвать. Бахтияр убивал только по приказу семьи. По моему приказу. И делал это так, что за всех его жертв до сих пор никто не знал, кому мстить.

Они безнадежные висяки…

Идеальный убийца. Но даже он не знает всех моих планов. Ни к чему.

Напиток прокатывался легким жаром по глотке, понемногу успокаивая. Баха сделает все, как положено. А вот Мина…

Мина меня испугала.

Я едва успел ее подхватить, когда она начала падать. Заорал охране, чтобы вернули врача. И только когда он ее бессознательную осмотрел и сказал, что госпитализация точно не требуется, стало немного полегче.

Умаялась девчонка.

Сейчас она спала после укола. Долгое время ведь была под дрянью. Потом стрессанула сильно. Неудивительно, что свалилась.

Я сжал кулак на колене.

Суки. В том, что с ней произошло, есть и моя вина. Я заключал сделку с этой тварью скрытно. Один на один. Он мне хорошую девочку с минимумом родни, чтобы не было сюрпризов. Я ему – хороший откуп. Но сделка сорвалась.

Это было не так страшно.

Мне было плевать кого взять в жены. Но именно этим договором я и натолкнул его на мысль, что можно забирать девочек из их домов, красть у родителей.

И не так, как было заведено веками, чтобы они замуж выходили в другие семьи.

А для рабства. Для проституции.

И я просто обязан был это пресечь. Это было в моей власти.

– Расслабляешься? – Бахтияр возник в дверном проеме гостиной бесшумно.

Я кивнул, не отвечая.

Показал ему на кресло перед собой и подтолкнул второй стакан, приглашая тоже отдохнуть.

– Как все прошло?

– Как обычно, – он пожал плечами и глубоко вдохнул аромат напитка. – Чисто, быстро. Визжал, правда, как резаный. Денег предлагал, прикинь? Я поржал.

Брат хмыкнул насмешливо и отпил небольшой глоток.

– Зачем тебе вообще эта кутерьма?

– Какая кутерьма? – я вопросительно поднял бровь.

– Нохчи сказали, что девка эта до сих пор у тебя в номере, – Бахтияр поблескивал глазами в полумраке. – Зачем она тебе? Ты за нее взялся мстить, что ли?

– Наши нохчи стали слишком болтливы, как я погляжу. Языки укоротить нужно. А зачем… А зачем могут быть нужны девки?

– Рахмат, я же не дебил. Ты серьезно? Мы с тобой оба прекрасно знаем, кого ты обычно трахаешь. И это явно не потасканная наркоманка, которую случайно нашли в тачке какого-то мудака.

В глотке родился рык:

– Мина не наркоманка!

– Ммм, ты стал знакомиться со шлюшками? Перед сексом или после? – Баха коротко улыбнулся.

– Бахтияр, что ты хочешь услышать?

Я поставил стакан на столик.

Уперся локтями в колени и чуть наклонился к брату. Его вопросы меня… Раздражали.

Не потому что они были глупыми.

Как раз наоборот. Баха шел в правильном направлении, распутывал мой план. Вот только пока что ему было рано знать об этом.

– Я хочу знать, что мой брат по-прежнему силен и идет к своим целям, – жестко ответил Баха. – Я хочу быть уверен в том, что ты не пытаешься просрать свое будущее, Рахмат. Тебе нельзя иметь… Постоянную женщину.

– Откуда тебе знать, какое будущее я хочу?

– Вот оно, – он мотнул головой с горечью. – Тебя порвут на лоскуты, брат, если ты пойдешь против семьи. Я бы этого не хотел.

Как-то резко навалилась усталость.

Я откинулся обратно на спинку кресла, раскинул руки пошире и прикрыл на пару мгновений веки. В Бахтияре я был уверен всегда. Он младше меня всего на год, но мы словно были одним целым с детства.

– Тебе не о чем волноваться, Баха, – я посмотрел на брата.

– Хорошо, если так, – он ответил таким же спокойным взглядом. И решил не нагнетать, видимо. – Наши планы все в силе?

– Да. Завтра встреча и потом выезжаем домой. Проверь людей. А тех, кто распускал язык, убери. Мне такие не нужны.

– Понял.

Он встал, но на пороге обернулся.

– Девку забрать?

– Нет. Ночь еще не закончилась, – я улыбнулся одними губами.

Посмотрел вслед брату, сдерживая бешенство внутри.

Обстоятельства против меня, но…

Мину у меня никто не заберет. Она будет рядом, пока я этого хочу. И от своих планов я отказываться тоже не буду.

Я тоже встал, дошел до спальни, где она лежала под белоснежным покрывалом. Подошел к постели, коснулся прохладного лба тыльной стороной пальцев.

Девушка заворочалась, раскрыла мутные ото сна глаза.

– Ты? Ты чего?

– Ничего. Спи, – будить ее я не хотел. Я же не маньяк, не в том она сейчас состоянии.

– Рахмат, – она села, как будто только вспомнив мое имя.

Вот так, в тусклом свете ночной лампы, ее плечики казались особенно белыми и хрупкими. Как у куколки.

Меня аж замутило от моих животных инстинктов.

Моя забота только ради собственной выгоды. Чтобы не сломалась раньше времени, потому что в ней я одноразовую не видел, не чувствовал никак.

Баха, прав.

Почему-то все изменилось за вечер. Я хочу ее себе уже на постоянку.

– Скажи правду, кто ты? И зачем я тебе? И что с моим отцом?

– Сколько вопросов, – я усмехнулся. – Тебе лучше поспать, чтобы чувствовать себя нормально. Завтра ты мне будешь нужна.

– Для чего? – со злостью выдохнула она. – Кто ты и почему меня здесь держишь? Это же похищение, это противозаконно!

– А мне срать на закон, Мина.

– Так ты бандит! – ахнула она, прижимая край покрывала к груди.

Я только улыбнулся.

– Романтично, правда? Злыя аки черти бандиты похитили юную деву для чернушного разврата и похоти. Сюжет для любовного романа просто. Любишь любовные романы?

– Люблю! – вызывающе ответила Мина.

– Тогда я буду злодеем в твоем романе, девочка. И раз уж ты проснулась…

Я шагнул к кровати, расстегивая рубашку.

Глава 6

Я завизжала как резаная.

Схватилась за край простыни и потянула ее на себя. И резко крутанулась от подходящего Рахмата в другую сторону.

– Аллах тебя накажет, развратник! – я закручивалась колбаской, укутывая себя и в одеяло, и в простыню сразу.

– Чего? – он даже застыл от шока, смотря на меня как на идиотку.

– Того! Уай!

Я рухнула на пол, не успев затормозить на краю широкой кровати.

Попыталась подскочить, но ноги были так сильно замотаны в ткань, что ничего не вышло.

Ах, шайтан!

Оставалось только орать. Ну, и дрыгаться огромной гусеницей на полу.

– Не подходи ко мне! – я изгибалась, стукаясь головой о подиум кровати, и пыталась освободиться обратно. – Извращенец!

– Значит, я еще и извращенец? – Рахмат спокойно обошел кровать и теперь стоял, сложив руки на груди.

Наблюдал за моими потугами распутаться и издевательски улыбался.

Ах, тебе еще и весело?!

– Конечно! Не я же? – я посмотрела на него со злостью. – И вообще!

– Мм? – подначил он. – Что вообще?

– Меня еще врач не осматривал! Тебе же чистая женщина нужна! – передразнила я его слова.

Противное одеяло поддалось, и я наконец-то смогла достать из-под него хотя бы руки. Уперлась в пол и подскочила на ноги.

Блин, да я как пингвинчик заводной!

– Да что-то мне подсказывает, что просто отбитая напрочь меня куда больше уже привлекает, – хохотнул Рахмат.

– Не подходи! – я крохотными шажочками отбежала от него и кровати в сторону.

Спряталась за креслом, помогая себе распутаться руками, но так, чтобы простынь с груди не упала.

Е-мое, я вообще голая!

– Ты меня совсем раздел?! – в ужасе воскликнула я, прижимая белоснежную ткань к себе плотнее.

– Тебе сделали успокоительный укол, чтобы ты поспала. А твоя майка была грязной.

– Признайся сразу, что извращенец и все, – я хмыкнула и подтянула простынь на себе повыше. А вот одеяло отопнула подальше. Большое, бегать неудобно. – И рубашечку застегни!

– Тебя смущает обнаженное мужское тело?

Этот гад расстегнул следующую пуговицу и снова шагнул ко мне. Оголился почти до пупка с такой издевательской улыбкой, что я растерялась. Да он манипулятор!

Абьюзер бандитской кавказской наружности!

Ну, я тебе устрою! Выбрал он меня! Да ты еще папе денег дашь, чтобы он меня домой забрал. И то вопрос, возьмут ли обратно! Такое сокровище, как я, никто еще не смог вытерпеть.

Даже отец уже из последних сил держится, я знаю.

– Рахмат, не надо ко мне подходить, прошу! – я выставила вперед ладошку, обходя кресло по кругу подальше от него. – Я ведь могу окончательно испугаться.

– И что, – он даже не замедлился. – Укусишь?

Ага. Себя!

Я беспомощно оглянулась.

О! А дверь-то поближе стала!

Семеня как гейша, я бросилась из спальни. А теперь куда? За дверью номера громилы его стоят точно. Всевышний, это какой-то абсурд! Я от него бегаю, но прекрасно понимаю, что он меня догонит в два прыжка.

И завалит.

И… Все.

Отряд девственниц не заметит потери бойца.

За широким панорамным окном тихо прострелила молния.

Балко-он!

Капель на стекле не было, а значит, над Питером гремела сухая гроза. Отлично! Это мне подходит. Так даже драматичнее!

– Мина, даже не думай! – зарычал за спиной Рахмат, тоже входя в гостиную.

– Чегой это? – вертеть ручку на огромной створке окна и держать простыню на груди одновременно было сложновато.

– Это общий балкон на весь этаж! А ты голая!

– Хреновый у тебя тогда королевский номер, раз тут весь этаж по балкону может шариться, – я даже кончик языка высунула от натуги.

Кожу на плечах стянуло от предчувствия.

Он же идет ко мне, мама! Скорее!

Я рванула ручку, распахивая перед собой дверь. Да плевать я хотела на то, что он общий! Так даже лучше. Убегу и позову на помощь. Какая-то охрана где-то должна быть, в конце концов? Нормальная, отельная, а не бандитская.

– Мина!

Хриплый голос Рахмата я услышала уже сквозь порыв ветра.

Резкого и прохладного. Такого, что волосы раздуло назад. Я покачнулась. Может, это… Ну, его?

Холодно тут.

– Я тебе сегодня не только гинеколога вызову, но и психотерапевта! – рык черноглазого раздался слишком близко.

– Себе вызови! – взвизгнула я и спрыгнула на плитку балкона.

Куда? Налево или направо?

Слева по балкону светились окна. Значит, в тех номерах постояльцы еще не спали. Идеально!

Пригибаясь от холодного ветра, я засеменила босыми ногами.

– Больная! – взревел позади Рахмат. – Вернись немедленно!

– А ты высоты боишься, что ли? – хихикала я, оттягивая простыню на коленках, чтобы бежать было удобнее. – Уиии, король-трусишка!

Первое окно в соседний номер было плотно затянуто шторами.

Я даже пытаться стучать туда не стала. Судя по тому, что свет едва пробивался, тут явно не до оказания помощи несчастной полуголой кавказской девушке.

Повезло на третьем.

Там было ярко!

Через открытую на проветривание створку доносились музыка и громкие голоса со смехом. Всевышний, веселые позитивные люди! Вы-то мне и нужны!

– Мина, я тебя отшлепаю! – Рахмат шагал за мной по балкону.

– Какие неуемные эротические фантазии у тебя, ц-ц-ц, – я с силой затарабанила костяшками пальцев по стеклу. – Перебьешься, милый! Эй! Люди! Помогите! Насилуют!

Я оглянулась на шагающего за мной черноглазого.

Злого до безумия и до мурашечек красивого.

Вот почему все классные мужики такие противные оказываются? Даже обидно!

– Охереть! – восхищенный мужской голос в окне вернул меня в реальность. – Тут шлюх через окно доставляют? Глянь, братва!

Я повернула голову с расширившимися от шока глазами.

Кого доставляют?

– Заходи, милая, мы обогреем! А почему ты одна? Мы трех заказывали.

Я в ужасе отступила назад.

Передо мной, в проеме балконной дверцы стоял здоровенный возрастной кавказец. Такой же, как Рахмат, злой и татуированный с ног до головы.

Ой, мамочки!

– Эээ, – я облизнула пересохшие губы. – Я, кажется, дверью ошиблась, извините!

– Так мы щас тебя проводим! – меня ухватили за предплечье, подтаскивая к двери.

Меня с головой окунуло в еще большую панику. Мина, тебе конец!

Я набрала воздуха в грудь и дико завизжала:

– Рахма-ати-ик!

Глава 7. Рахмат

Выдеру.

Сначала просто по жопе. А потом оттрахаю. Так, чтобы визжала и в первом и во втором случае. И срать я хотел уже, девственница она там или нет.

Это я, значит, больной извращенец?!

Ну-ну…

Я шел за этой придурочной, которая чесала впереди меня семенящими шагами со скоростью хромой черепахи и смотрел. Не на нее саму, нет. Исключительно на ее задницу. Под белой простыней она выделялась особенно красиво.

Округлая, высокая. Прям самый сок.

Нужно загнуть эту психопатку поскорее, впиться пальцами в упругие полушария до красноты кожи. И натянуть на себя до упора. Так, чтобы смазка между нами хлюпала. Чтобы ее попка об меня шлепала максимально пошло и вкусно. Чтобы нежные женские ягодицы расплющивались о мои бедра, розовея от трения. Чтобы каждый толчок в тесную киску вырывал громкий стон из ее горлышка.

Ммм…

Член болезненно дернулся.

Не, сегодня я малышку оприходую точно. Какой смысл мне терпеть? Даже если она девочка еще – она только моя девочка будет.

Я ее просто научу. Всем моим любовницам всегда все нравилось, все хотели обратно на член попасть. И ей тоже зайдет.

Может, присмиреет, кстати.

От приятных мыслей пришлось отвлечься резко. Моя дурочка с кем-то начала трепаться в чужом окне. А потом ее схватила мужская рука и просто втянула в незнакомый мне номер силой.

Чо за хуйня?!

Кровь в голову бросилась бешено. Мозг просто взорвало. Потому что рука была мужская!

Чувак, ты там не попутал?!

Я поймал дико испуганный взгляд Мины, а вот ее вскрик снес ветер. Но мне не нужно было слышать. Мне было достаточно страха в ее глазах.

Ровно два шага…

Балконная дверь номера вылетела с пинка. Я влетел в чужой номер, готовый убивать. Фиксировал обстановку чисто на рефлексах, по привычке.

Четверо. С нашей родины.

Но сила есть только у двоих. От них веяло таким же зверем, каким был я сам. Мы были похожи.

– Девочку отпусти, – посоветовал я тому, в ком опасности не чуял никакой.

– Рахмат?!

С дивана напротив медленно встал мужчина в годах.

Я кое-как оторвал взгляд от Мины, от которой быстро и послушно отцепился какой-то хрен в шутовских наколках. И перевел его на назвавшего мое имя вслух.

Даже так…

Решили подобраться настолько близко, что в соседнем номере поселились?

– Димитр, – насколько я охренел, я, как обычно, не показал никому.

Наша встреча назначена на завтра. Толковище по разделу территорий. Разговор важный и нужный перед тем, как меня должны короновать.

И не нравится мне, что он тусит поблизости.

Баха должен был об этом знать.А если знал и не сказал, то это вдвойне херовее. Забыл? Упустил? Забил?!

– Твоя девчонка? – глава второй по величине группировки Кавказа кивнул на Мину.

Спелые смородинки ее зрачков затопило еще большим страхом. Она шустро шмыгнула ко мне и спряталась за спину. Уперлась лбом мне между лопаток, как струсившая мышка. Задышала жарко, обжигая сквозь рубашку.

И я невольно расправил плечи еще шире.

Закрыл ее собой полностью. Чтобы ни одна падла даже подумать не могла на нее посмотреть. Потому что эта мышка…

– Моя.

– А ты что, – Димитр вдруг усмехнулся. – На ней экономишь? Чо она у тебя в простынях-то бегает? Одежка бабская дорогая стала?

– А ты решил мои бабки посчитать?

– Не напрягайся, Рахмат, я не хотел тебя обидеть, – сразу пошел на попятную Димитр. Сел снова на диван и приглашающе развел руками. – Мы же друзья? Садись с нами, выпей. Девочка подождет.

– Я не обижаюсь на тех, кого могу убить, – спокойно ответил я.

Друзья, блядь…

Тамбовский волк тебе.

Никто даже не вякнул. Даже Димитр проглотил угрозу. Рядом с ним сейчас были только шестерки. И если кто-то из них не знал меня в лицо, то имя было знакомо всем точно.

Так что…

Со мной конфликтовать было неразумно и самоубийц тут точно не было. По крайней мере сейчас. Дальше – будет видно.

– За приглашение спасибо, – этикет стоило соблюдать, хоть и бесило все порядком. – Но я вернусь к себе. Ждать не хочу как раз я.

– Ну, ладно, – усмехнулся Димитр. – Как пожелаешь. Только ты приглядывай за своей девкой лучше. А то вдруг не успеешь забрать? Украдут.

Он ехидно усмехнулся, глядя мне прямо в глаза.

И его шестерки послушно растянули губы вслед за своим смотрящим. Как послушные шавочки.

Всевышний, какая дешевая попытка унизить…

– Вообще-то, это была моя идея! – вдруг вылезла из-за моей спины Мина.

– Нда? – с улыбкой поднял брови Димитр.

Что, блядь?

Я охренел повторно. Эта девчонка просто выбивалась из всех правил и законов.

Куда ты вылезла, твою мать?!

– Ага, – легко согласилась она. Выступила из-за моей спины, затянула на себе потуже простынь. – Ролевые игры у нас такие. Только вы не переживайте! Кто же меня украдет у Рахматика? Вы что, не знаете, какой он?

Мина запрокинула руку и оперлась локтем на мое плечо. Вернее, уткнулась им туда, куда дотянулась. И посмотрела на Димитра с таким превосходством, что у вора глаза на лоб полезли от такой наглости.

А потом он довольно заржал, хлопая ладонями себе по коленям.

Я сжал зубы покрепче.

Не, я ее не просто выдеру. Совсем не просто.

Где мозги, кавказская женщина? Мужчины беседуют, ты молчишь и не отсвечиваешь! Кто учил тебя?

– И какой же он, девочка? – Димитр показательно утирал слезы от смеха на глазах.

– Застрелит любого, если ему что-то не понравится. Правда, милый? – Мина прижалась ко мне бедром и заглянула в глаза.

В груди сбоило.

В темном, мягком по-женски, взгляде сейчас плыла муть. Теплая, плотная. В нее хотелось упасть. Утонуть с головой, только бы она не исчезала. Согласиться с этой безумицей во всем, лишь бы она вот так на меня и дальше смотрела.

Малышка моя, да откуда ж ты такая взялась-то на мою голову?

– Я смотрю, Рахмат, ты себе боевую подругу нашел? – моментально зацепился Димитр.

От старого волка такой обмен взглядами не мог укрыться.

Вот только давать ему такой козырь было нельзя.

Не с Миной. Ее я перед ними подставить не могу. Нельзя придавать ей ценность в их глазах. Пусть кажется просто очередной шлюшкой для потрахушек.

– Боевую это точно, – я хмыкнул, обнимая Мину одной рукой. Звонко шлепнул ее по заднице, чтобы вышло как можно громче. – Шагай в номер.

– А, – она дернулась от неожиданности.

– Пошла, сказал.

Тепло растворилось.

Горючая обида окатила меня жгучей волной.

Уколола душу беззвучным девичьим стоном.

Мина оттолкнулась от моего бока руками. Развернулась, хлестанув волосами по груди. И как ошпаренная кошка выскочила снова на балкон.

Ее проводили взглядом все.

Кроме меня.

Я предвкушал те развлечения, которые меня ждут по возвращению в номер.

Глава 8

Гад!

Сволочь.

Нехороший человек. Редиска, точно.

Если бы я была драконом, я бы точно дымом пыхала из ноздрей от злости. И я его еще решила спасти! Взять на себя всю эту абсурдную ситуацию, выставила себя дурой добровольно. Да что бы я раньше перед кем-то могла нести такую чушь про ролевые игры?

Я же не сумасшедшая, в конце концов.

А он еще и нарычал!

Я обиженно шмыгнула носом и влетела обратно в номер. Ну, ладно! Я буду мстить и мстя моя будет страшна и ужасающа! Уж я-то постараюсь. Меня даже дети в школе переплюнуть не могли по пакостям. Они же учатся там, где я преподаю, какие у них шансы…

Я с мрачной радостью закрыла дверку балкона и повернула ручку. Задернула огромные плотные полотнища штор, чтобы вообще свет из комнат не проникал на улицу.

Вот тебе!

Побегай, попробуй попасть обратно. Не захотел мою помощь принимать, теперь ищи, как обратно в коридор гостиницы попасть. А я пока подумаю.

Я вернулась в спальню.

Ни майки, ни трусиков нигде не было. В ванной тоже пусто. С сожалением посмотрев на шикарную душевую, я потерла нос рукой. Ладно. В душ хочется, но времени нет. Надо удирать отсюда. У меня минут пятнадцать-двадцать, наверное, пока Рахмат не вернется.

Вот только куда?

В коридоре охрана, на балконе он сам. Злющий как черт, без сомнений. В унитаз я не сольюсь, я же не мышь из мультика.

Я нервно погрызла ноготь на большом пальце.

И я голая, блин! Он говорил, что привезут одежду, но до сих пор ничего не было. Ночь же на дворе! Нормальные люди спят, отдыхают.

Ночь…

Я метнулась к двери в номер. А что, если?

Пот заливал лоб и стекал по спине к ягодицам. Страшно? Да кошмар как! Но проверить надо! Я нажала на ручку, приоткрывая совсем крохотную щелочку.

Опа…

Перед дверью никого. Я высунула нос – никакой реакции. В коридоре отеля стояла тишина. Я задержала дыхание и высунула уже всю голову.

В паре метров от двери сидел тот же самый здоровенный охранник, в которого я врезалась вечером. На корточках. Привалился спиной к стене, сцепил пальцы перед собой.

И спокойно посапывал.

Я улыбнулась ему как собственному ребенку.

Божечки-кошечки, какая милота, устал дяденька! Прости, мой хороший, но Рахмат тебе мужество твое оторвет точно сегодня ночью. А самое главное – ни за что!

Я так же тихо и медленно прикрыла дверь снова. Специально закрывать не стала.

Ура-а! Выход найден.

Меня колотило от страха как помойную кошку на морозе. И пахло, наверное, так же. Сколько я уже не мылась, даже не знаю…

Поворачивая ручку на двери балкона обратно, я молилась шепотом Всевышнему. Дай, чтобы Рахмат еще был там, у своих знакомых в чужом номере.

Дай мне еще пять минуточек!

Я метнулась в спальню. Куда? Куда? Под кровать не получится, она подиумная, места нет. В шкаф? Банально, вдруг полезет за курткой или пиджаком. Найдет меня, будет ата-та.

Ну, не за штору же вставать?

Поток холодного воздуха охватил ноги, едва я выскочила в столовую огромного люкса. Как предупреждение. Дверь на балкон раскрылась полностью. И вслед за ней сквозняком раскрыло входную дверь в номер. А это значит…

– Мина! – взревел Рахмат.

Уаааай!

Я просто упала на пол и поползла на четвереньках под огромный овальный стол. Всевышний, кто у них тут заведует обстановкой, спасибо тебе, добрый человек!

Я подтянула свою простынь и одернула длинную накрахмаленную скатерть. Уперлась мокрым от пота лбом в ножку стола и зажмурилась.

Меня тут нет…

Я сбежала, Рахмат. В это же так легко поверить, правда?

Его шаги только глухой бы не услышал. Черноглазый пролетел по номеру как вихрь. И его мат я услышала уже неразборчиво. Ооо, добрался до спящего охранника.

Круто…

Я зажмурилась еще сильнее.

– Баха! – голос Рахмата раздался как будто у меня над головой.

И я почти запищала от страха. Икнула и задержала дыхание.

Почему я его не услышала? Как он так тихо подошел?

– Поднять все камеры. На этаже, лестницы, лифты и выходы из отеля. Принеси их мне. А потом объяснишь мне, какого хера Димитр находится в соседнем со мной номере. У тебя десять минут.

Я поняла, что он разговаривает по телефону. Больше же в номере никого не было, кроме нас двоих.

Прижиматься щекой к полу было противно, но посмотреть было необходимо. В щелочку между скатертью и ковролином виднелись черные начищенные туфли Рахмата.

– Ааа, Всевышний, за что? – Рахмат вдруг тихо засмеялся.

Спокойно, даже расслабленно. Красивым, бархатистым голосом. Рассыпал смешинки по столовой. И это было настолько заразительно, что я зажала рот ладонью, чтобы самой не захихикать в ответ.

Мина!

Молчи!

Нет, мне точно надо удирать. Побыстрее! Если он меня найдет, мне точно не поздоровится. Но утешает, что он действительно поверил, что я сбежала. Не зря же видеонаблюдение потребовал.

Я похолодела.

Взмокшая спина покрылась мурашками-ужастиками.

И что? Вот ему сейчас принесут, он посмотрит, что я не выходила. Он же не дурак, догадается, что я по-прежнему тут.

Кожа на пятой точке ощутимо зачесалась в предвкушении.

С него станется, он реально меня выпорет, извращенец!

Я наклонилась еще раз. Может, он уже ушел? Он же так тихо ходит…

– Привет, милая, – скатерть резко задралась, и черный взгляд обжег меня кипятком.

– Привет, – я судорожно сглотнула слюну, понимая, что все…

– Сама выберешься или помочь? – Рахмат чуть склонил голову.

Я так же, на четвереньках, полезла из-под стола. Откинула волосы на спину, вскидывая голову повыше. А что еще делать?!

Помирать, так с музыкой!

Безумству храбрых поем мы песню…

– Как ты меня нашел? – я уже вся чесалась от нервов.

Или это от грязи?

Рахмат молча кивнул на скатерть.

М-да, Мина, ты просто гений. Так пыталась опустить ее пониже, что даже ваза съехала со своего места. Идеально разглаженная ткань сдвинулась, сморщилась.

Рахмат вдруг расстегнул ремень на брюках.

– Эй, эй! – я отскочила подальше, выставляя руку. – Не надо вот этого, ладно? Что ты делаешь?

– Предоставляю тебе варианты, – он вытянул кожаную полосу из шлевок и сложил ее пополам.

– К-какие варианты? – я как завороженная смотрела на сильные кисти рук.

– Выбирай, какое ты хочешь наказание, и как будешь извиняться, – усмехнулся Рахмат. – А может, развлечешь меня, девочка?

Странно, но задница стала чесаться меньше.

Женское чутье верещало, что акт возмездия немного отодвинулся, хоть я и не понимала, почему. Папа бы меня уже точно выпорол. Сразу, сходу.