# Наследники глубоких лабиринтов. Книга 1. Основатели академии выживания гномов.

Олег Ткачев

Маленьких гномов подстерегают опасности и в глубоких шахтах, и на поверхности. Древние волшебники и шахтеры создали множество тоннелей. Так появились подземные лабиринты, частично пригодные для жизни и путешествий. Рудники истощаются, а жадные люди и крысы заставляют гномов покидать родные места. Нужны сильные волшебники, чтобы дать им отпор. К сожалению, шансов стать волшебником мало, а учеба дорогая. Маша и Ваня, гномы из простой деревни, решают собрать все виды знаний и научить детей, чтобы народ гномов смог выжить. Но сначала им придется не раз рискнуть жизнью, чтобы заработать на свою учебу.

## Глава 1. Юные защитники деревни

Радостные детские крики, смех, визг и топот разносились по лабиринту старых тоннелей. Пятна светящегося мха на стенах и потолке позволяли прочитать крупную надпись, выцарапанную у перекрестка: «Заброшенная шахта. Опасно!» Ниже добавлено помельче: «Ниши укреплены. До завалов безопасно».

И верно, если пройти чуть дальше, в стенах много заполненных светящимся мхом ниш, из которых когда-то давно выдолбили тонкие пласты руды. В каждой – множество чурбаков разных размеров. Некоторые почернели и растрескались от времени. Другие – совсем свежие. Именно они не позволяли потолку обрушиться.

Еще дальше тоннель разделялся на множество ответвлений, которые извивались, соединялись и снова расходились.

Именно в этом лабиринте гномики примерно от трех до десяти лет играли в ловитки, прятки и прочие шумные игры.

Почти каждый выглядел упитанным и коренастым, с красными щеками и жизнерадостным взглядом. А вот одежда у большинства в латках, из грубого полотна или разноцветных шкур. Сразу ясно, что бедняцкая, но достаточно прочная и теплая. Среди холодных камней иначе долго не протянешь.

Несмотря на бедность, на груди у каждого красиво вышито или пришито в виде латки облачко. Цвет и размер разный, а форма у всех похожа. Это символ клана «Пушистого облака». Его носили все члены клана, от едва ставших на ноги до седых стариков.

Завершали образ каждого из юных гномов бурдюк с водой и шлем из кожи и древесной коры. Трещины на стенах и следы обвалов в потолках избавляли от вопросов о причине. Пусть потертый и покрытый вмятинами, но здесь шлем должен быть у каждого.

Некоторые ребятишки таскали за поясом деревянные мечи, но больше для красоты или развлечений.

Те, кто постарше или посерьезнее, предпочитали спуститься по извилистому тоннелю на более низкие уровни шахты. Благо светящегося мха и там хватало. Одни – чтобы серьезно тренироваться, не рискуя задеть младших. Другие – чтобы их самих не беспокоили бегущие с визгом малыши.

В одном тупике мальчишка с грозным взглядом бросал камешки в нацарапанного на стене зверя. Вполне успешно, если судить по мелким выбоинам. Хотя, если обратить внимание на слой осколков у стены, его предшественники тренировались здесь годами. Может быть, даже столетиями.

В другом тупике в потолке зияла большая пещера, оставшаяся от старого обвала. Рассевшись на склоне кучи упавших оттуда камней, три девочки увлеченно играли в дочки-матери.

Казалось бы, извилистый спуск закончен. Но, если знать дорогу, то можно пройти несколько поворотов и спуститься намного ниже.

Там хватало коротких тупиков, чтобы тренироваться, не мешая другим. Именно там юноши и девушки упражнялись в бое на деревянных мечах, стрельбе из арбалета или метании копий в связки хвороста.

Эхо разносило звуки глухих ударов деревянного оружия и редкие боевые возгласы.

Вдруг.

– Ваня, сзади крыса! – звонко воскликнула девушка лет двенадцати с короткими косичками и отступила на два шага назад.

– Маша, хватай копье! – быстро ответил парень ее возраста и сразу последовал за ней, оглядываясь на ходу.

К счастью, копья стояли шагах в пяти. И не тренировочные, а настоящие. С бронзовыми, хоть и изрядно затупившимися, наконечниками. Отбросив деревянные мечи и схватив копья, двое стали плечом к плечу. Бежать все равно некуда – в тупике ведь тренировались.

Крыса подняла нос, принюхиваясь к аппетитному запаху. Хотя обед лежал завернутый в холстину в рюкзаках, сложенных в дальнем конце тупика, нюх у крысы хороший. А есть горький светящийся мох ей ой как надоело.

Съесть двух юных гномов она тоже не отказалась бы. Даже наоборот. Поблескивая черными глазами-бусинками, крыса медленно пошла на них, по привычке прижимаясь к углу между стеной и полом.

Взрослый гном обычно ростом с зайца или кошку, а ребята – подростки. С другой стороны, каменная крыса раза в два крупнее домашней. У нее и зубы острее, и когти длиннее. К счастью, каменной ее называют не потому, что из камня, а за способность рыть норы в твердых камнях.

Вот и выходит, что ситуация сложилась не менее опасная, чем двум человеческим подросткам встретить волка в лесу. Даже хуже. Там хоть на дерево можно залезть, если успеешь, а здесь некуда спрятаться.

Как ни странно, ни Ваня, ни Маша не стали сразу звать на помощь других подростков. Только став в боевую позицию с копьями наперевес, они решили обсудить ситуацию.

– Она одна. Мы наверняка справимся, если разом ударим, – дрожащим голосом сказала девушка, до белизны в пальцах сжимая копье.

– До Петьки далековато. При местном эхо ребята не сразу найдут, где мы, но давай все же позовем, – предложил Ваня.

– Нет. Я такую возможность не упущу. Ты разве не помнишь, что меня не хотят наружу выпускать? Победим крысу сами – докажем, что можем за себя постоять, – чуть спокойнее ответила Маша.

– Как бы она… – неуверенно начал парень, но не успел договорить.

Крыса, которая все это время медленно приближалась, прыгнула прямо на них. Старая, побывавшая в боях с гномами, не рискнула бы. Эта же пришла из деревни, которая уже захвачена стаей. Она не воспринимала их палки всерьез.

А вот питаться горьким светящимся мхом ей до смерти надоело. Итак, с мечтой о вкусном обеде она прыгнула. Два копья ударили ей навстречу.