# Чужие грехи

Екатерина Рыжая

Про таких, как я, говорят: "Родилась с золотой ложкой". И в этом есть определенная правда. У меня есть всё, что только может пожелать девушка, кроме свободы. Когда тебя постоянно сопровождает охрана, жизнь уже не кажется такой безоблачной.

Именно поэтому, когда подруга предлагает сбежать на вечеринку в ночной клуб, я с радостью соглашаюсь, даже не подозревая, что встречу на ней свою судьбу. Он высокий, красивый и взрослый, а ещё в его присутствии в моём животе начинают трепыхаться бабочки.

Вот только кто мог знать, что этот мужчина специально влюбит меня в себя, а потом, не моргнув глазом, продаст в бордель? Лишь для того, чтобы заставить платить за чужие грехи.

## Пролог


Мира

– Приводи себя в порядок и одевайся. У тебя сегодня первый клиент.

Мое уединение грубо нарушила экономка, которую за глаза я называю Фрекен Бок. Сходство не внешнее, потому она гораздо миниатюрнее корпулентной дамы из мультика, но характер у нее такой, что весь бордель ходит по струнке. Хуже всего, что с ней было невозможно договориться. Мои мольбы и угрозы не имели на нее никакого влияния. Но я не могу не попытаться еще один раз.

– Вы не представляете кто мой отец. Ради своей единственной дочери он сравняет это здание с землей, но у вас есть шанс все исправить. Просто отпустите меня! Обещаю, я скажу, что вы во всем мне помогали и его гнев вас не заденет. Поверьте, моему слову можно верить!

Алевтина высокомерно смотрит на меня снизу вверх, а потом небрежно швыряет на постель пакет из дорогого бутика. Я обожаю их одежду, но все же стараюсь себя ограничивать, потому что цены на их белье буквально заоблачные. И кажется, этот плевок в лицо лучше любых слов говорит о ее решении.

– Детка, ты можешь говорить ему все, что угодно, но это не изменит главного. Я не боюсь твоего отца, здесь вообще его никто не боится. Поэтому будь умницей, поднимай свою милую попку с кровати и отправляйся готовиться к сегодняшнему вечеру. Если не будешь сопротивляться, то мне не придется звать охрану, чтобы они тебя держали, пока это сделаю я.

Мне остается лишь скрипеть зубами, рискуя раскрошить их на мелкие кусочки, потому что подобный прецедент уже был. В самом начале, когда меня только приволокли в это омерзительное место, мне был назначен медицинский осмотр. И если забрать кровь на анализ у них вышло относительно легко и просто, то увидев гинекологическое кресло, я принялась отчаянно сопротивляться, потому что прекрасно понимала, каким подарком для них будет моя девственность.

Вот только никак не могла уложить в своей голове зачем им именно я. Многие девушки добровольно продают свою невинность, и не мне их осуждать. Лично у меня с рождения было все, что только можно пожелать. Папа практически положил свою жизнь на алтарь моего благополучия.

Я не настолько наивна, чтобы считать, что все эти годы у него никого не было, но эти безликие женщины так и остались никем, потому что в его сердце нашлось место только для меня. И тем ужаснее, что из этих тепличных условий, меня зашвырнуло в самую бездну разврата.

Кто-то скажет, что глупо надеяться на спасение, потому что в этом доме я нахожусь не первый день, но за мной так никто и не пришел. Велика вероятность, что мою девственность заберет какой-то жирный богатый мужик, которому без денег девушки не дают. Жаль, что Арина отговорила меня поехать домой к Тимофею. По крайней мере, у меня были бы хоть какие-то приятные воспоминания.

Под недовольное фырканье домомучительницы, я медленно плетусь в ванную. Не то чтобы во мне был избыток стеснения, но не уверена, что смогу так просто вытерпеть унижения. Можно сопротивляться, пока не иссякнут силы, но они все равно запихнут меня в эти лоскутки шелка. Лучше я это сделаю сама, сохранив остатки достоинства.

К моему большому удивлению, в пакете довольно длинная сорочка, но это единственное ее достоинство. Ткань настолько прозрачна, что ни для кого вокруг не будет секретом форма моей груди или цвет сосков. Хорошо, что к этой униформе элитной проститутки полагаются миниатюрные трусики. Они из сетки, но все же создают небольшую преграду перед нескромными взглядами.

Из зеркала на меня смотрит красивая кареглазая блондинка. Волосы спускаются по моим плечам шелковистыми волнами, кожа напоминает нежнейший невесомы бархат, а губы буквально созданы для поцелуев. От мысли, что все это достанется неизвестному уроду хочется визжать. Истерика захлестывает меня с головой, погребая под лавиной эмоций, и я вылетаю из ванной, гневно сверля взглядом эту гадину.

– Можешь не верить, но рано или поздно я выйду отсюда. Клянусь, что первое, что я потребую у отца, это твою голову на блюде. Он сделает все, чтобы меня порадовать, даже позволит лично отрезать от тебя по кусочку. Ты получишь по заслугам!

– Да-да, – она ехидно улыбается, не скрывая, что моя агрессия ее всего лишь забавляет. – Каждый получит по заслугам. А теперь пошли, и не думай, что сможешь сбежать. Твою хорошенькую мордашку сегодня охраняют очень ответственные люди, личная гвардия твоего первого клиента. Лучше будет, если ты не станешь сопротивляться, а просто раздвинешь ножки и позволишь себя трахнуть. Целее будешь.

Сложно быть страшной, когда ты хорошенькая богатая куколка, которая ловко умеет строить сверстников, но ничего не может поделать против грубой силы. Вот только я не настолько беспомощна и слаба, какой кажусь этой проклятой сутенерше. Пусть ситуация не самая приятная, пусть мне придется подарить свою невинность какому-нибудь уроду, но это только сделает меня сильнее. Я пойду на все, чтобы выбраться отсюда и заставить этих уродов захлебнуться кровью. Даже если мне придется кокетничать и хлопать глазками, чтобы очаровать этого озабоченного старикашку.

Пусть думают, что сломали глупую блондинку. Продолжайте считать меня безобидной, это будет ваша самая большая ошибка. Эти кровожадные мысли помогают не скатиться в еще одну истерику. Меня ведут на третий этаж, а потом мы блуждаем по длинным коридорам, пока охрана не вталкивает меня в одну из комнат.

И первое на что я обращаю внимание, это запах. В воздухе витает аромат парфюма, в котором смешиваются специи и орехи. Он не подходит пожилому человеку, что делает мой план немного легче, но все мои коварные намерения разбиваются вдребезги, стоит мне увидеть знакомый силуэт в кресле посреди комнаты. Меня словно окатили ледяной водой, показав, насколько нелепы были мои планы. Мне только и остается хрипло выдохнуть из себя одно слово:

– Ты?

## Интерлюдия первая. Семья

– Слушай, отличную сделку провернули. Предлагаю отметить! В центре открыли новый ночной клуб, говорят девочки там закачаешься! Каждая как минимум модель, личики свежие, тела упругие и чистые, но в постели при этом вытворяют такое, что не снится даже опытным шлюхам.

– Прости, брат, но сегодня пятница. По пятницам у меня свои планы уже на протяжении нескольких лет.

– Серьезно? Опять поведешь своего цыпленка в ресторан? Дружище, она у тебя большая девочка и вполне может сходить сама. Если не хочешь, чтобы скучала в одиночестве, то закинь ей на карту побольше денег и пусть возьмет подружек. Пойми, ты для нее староват, у нее давно другие интересы.

– Даже не думай снова начинать этот разговор. Она – мой единственный родной человек, в наших жилах одна кровь, и дороже нее у меня давно никого нет. Все, что я делаю, я делаю для нее, чтобы малышка ни в чем не нуждалась и была счастлива.

– Она все равно не сможет занять твое место. Наш бизнес не для невинных одуванчиков, которые смущаются от пристального мужского внимания. Тебе как-никак не восемьдесят лет. Найди себе чистенькую девку, заделай ей ребенка и, вот, у тебя еще один самый родной человек. Если повезет, то будет пацан, наследник. Еще успеешь его грамотно воспитать.

– Тот, кто думает, что девчонки хуже парней, обычно забывает, что он сам выращен не в пробирке, а рожден такой же женщиной. Мы как минимум должны быть им за это благодарны. И если она сама не захочет иметь дело с нашим бизнесом, его может продолжить ее будущий муж, а там и их дети. Мне плевать на мнение любого, кто пытается строить из себя знатока мира и пытается указывать, как правильнее поступать. Ближе нее у меня никого нет, и, если ей нравятся наши совместные походы в ресторан по пятницам, я буду ее радовать, пока малышка этого хочет. Рано или поздно она встретит свою любовь и будет выходить в свет с ним. А пока этого не случилось, для этих целей у нее есть я.

## Глава 1


Мира. Ранее

– Богучарова, не беси меня!

Арина гневно шипит в мою сторону, ненадолго отвлекая профессора от нудной лекции на тему истории международных отношений. Преподаватель окидывает зорким взглядом аудиторию, но подруга уже вовсю старательно записывает лишь ей одной понятные закорючки. Помолчав еще несколько секунд, демонстрируя презрительное отношение к посторонним переговорам, он возвращается к любимой теме.

–Если я сказала, что ты пойдешь на эту вечеринку, то от тебя требуется только выбрать подходящий наряд. Поняла?

– Милая, а мордоворотов отца ты тоже пригласишь? Уверена, им понравится расталкивать танцпол, чтобы проблемная дочка босса повеселилась.

Но подруга у меня была бронебойная, и на мой достаточно весомы аргумент только фыркнула. В этот раз гораздо тише, чтобы не привлекать внимание строго преподавателя. Я рада, что два года назад села на первую пару в новом учебном заведении именно рядом с ней. Арина олицетворяла собой все, чего мне самой так хотелось.

У нас у обеих были богатые родители, но я, ко всему прочему, еще и была единственной дочерью отца-наседки. Папа настолько меня опекал, что за мной всегда молчаливой тенью следует двое здоровых охранников, с разрешением на оружие. А ведь я не являюсь знаменитостью или членом королевской семьи. Журналистам запрещено даже просто публиковать мои фотографии в газетах или пабликах. Вроде бы и существует такая Мирослава Богучарова, а вроде бы ее и нет.

Нет, я люблю папу, кроме него у меня никого нет, но это не значит, что до конца жизни мне нужно следовать его правилам. Даже учеба в МГИМО – это именно его желание, потому что мне больше хотелось создавать косметику, основать собственный бренд. Я смогла поступить на бюджет в МГУ, на факультет химии, но спустя два года меня отчислили. Он ничего мне не сказал, но мы оба понимали, кто стоял за этим приказом.

Пытаться и дальше протестовать было бессмысленно. Я сдалась и позволила впихнуть меня на факультет международных отношений МГИМО, ведь папа так хотел видеть свою дочь дипломатом, которая имеет связи на самом высшем уровне. Мои мечты не имели никакого значения, потому что расстроить отца у меня не поднималась рука. С другими быть стервой просто, а вот с единственным родным тебе человеком нет.

Не то чтобы мне так уж не хватало мамы, я понимала, что если отец начнет встречаться с женщиной, то максимум, что она сможет это стать мне подругой. Но у них мог бы быть ребенок. Я была бы не против, если бы появился младший братик или сестренка. Тогда мне бы не было так одиноко в огромном особняке, напичканном охраной.

“Ты же знаешь, что твой отец дружит с моим и ему нравится, что мы общаемся?”

Сообщение от Арины вспыхивает на экране, отвлекая от скучной лекции. Она делает вид, что не происходит ничего такого, что могло бы ей помешать напитываться знаниями, а сама умудряется быстро набивать текст, стоит только преподавателю отвернуться. Кажется, не только меня не привлекает профессия дипломата, хотя подруга не скрывает, что просто ищет себе перспективного мужа из богатой семьи с одобрения родителей.

Однако мой отец и тут всех опередил, сосватав самого перспективному парню университета. Удивительно, но Борису он меня доверят и никогда не ругается, если наше свидание затягивается слишком долго. И хоть папа думает, что мне ничего неизвестно, я в курсе, что он обещал оторвать моему парню голову, если тот рискнет лишить меня девственности до свадьбы. Не то, чтобы мне хотелось предаваться разврату с парнем, у которого сейчас на уме только тусовки и клубы, но само существование ограничения унизительно.

Я точно знаю, что у Бориса есть несколько любовниц, но меня это не волнует. Глупо ревновать кого-то к кому у тебя нет никаких чувств. Да и мне только в радость, что он больше не пытается запихнуть свои лапищи в мои трусики. Что ж, я не против оставаться девственницей как можно дольше, потому что даже поцелуи кажутся мне слишком мокрыми и мерзкими. Но это не та вещь, которой можно хоть с кем-то поделиться. Даже с близкой подругой. Свои секреты лучше держать при себе, так больше шансов не стать героиней сплетни.

“Борис папе тоже нравится, но в клуб он все равно меня не отпустит. Вдруг простые смертные осмелятся подойти слишком близко.”

“Зато он отпустит тебя ко мне на девичник!”

Вот тут я немного зависла над сообщением, прекратив записывать конспект. У меня никогда не было потребности ночевать у кого-то в гостях. Да и опять же отец следил за мной слишком строго, чтобы можно было позволить себе такую выходку. Повезло, что прозвенел звонок и можно было уже не шифроваться с помощью сообщений.

– С чего ты вообще взяла, что он согласится на это? Папа лично приходить проверять меня перед сном. Ты же знаешь, насколько он повернут в сфере безопасности.

– За исключением тех дней, когда они с моим отцом отправляются на охоту. Это как раз будет в следующие выходные. Обычно со мной дома мама, но в этот раз она застряла на своем ретрите. Дом будет полностью в моем распоряжении, и мне будет так одиноко… Я попрошу своего папу поговорить с твоим. Просто, чтобы мне не было так тоскливо. – Арина демонстративно дует губы, не обращая внимания на проходящих мимо одногруппников. – Конечно, закатить вечеринку не выйдет, потому что отцу тут же доложат, и они примчатся даже с другого конца земли, но в целом твоя охрана не будет тебя преследовать. Поверь, я знаю все лазейки и ускользала навстречу приключениям столько раз. Так что даже не думай отказываться, потому что это уникальный шанс попробовать жизнь за пределами золотой клетки. Другого такого может и не представится.

И, конечно, я не смогла устоять и согласилась.

К сожалению, согласилась.

## Глава 2


Мира

Удивительно, но все произошло именно так, как и говорила Арина. Папа не стал сильно противиться просьбе друга. Видимо, у нее лучше получается строить своего родителя, нежели у меня. Впрочем, ее и контролируют гораздо меньше.

У меня было всего, чего только могла пожелать моя душа. И если это было одобрено отцом. Доходило до того, что он даже контролировал мой гардероб, не позволяя покупать вульгарные или откровенные вещи. Зато мои шкатулки ломились от драгоценности, а косметики хватило бы на небольшой салон красоты. Не знаю, насколько равноценен данный обмен, но я уже привыкла к тараканам папы.

Но чем дольше человеку что-то запрещают, тем сильнее вероятность, что он соблазнится запретным плодом. Иначе никак не могу объяснить, что время далеко за полночь, а мы с Ариной вовсю отрываемся на танцполе ночного клуба.

На мне серебристое мини-платьице с пикантным декольте, открытой спиной и разрезами по бокам. На подруге такое же, только золотое. И впечатление мы производим воистину крышесносное. Нам не нужно мужское внимание, но его хватает с избытком. Каждой клеточкой тела я чувствую жадные взгляды, которые скользят по моим изгибам. Это отвратительно, но в тоже время столь откровенные намеки будоражат мою женскую суть.

Ни один из них не достоин нашего внимания, но мне нравится их дразнить. А уж в искусстве ставить на место зарвавшихся мужланов нам нет равных. Ведь именно мы самые главные стервы университета, где можно плюнуть и обязательно попасть в чьего-нибудь золотого сыночка.

Арина решила позволить себе бокал шампанского, а мне не хочется алкоголя. Свобода пьянит меня сильнее любого коктейля, и хочется, чтобы эта ночь не заканчивалась никогда. Потому что всего лишь через несколько часов мне придется скинуть хрустальные туфельки и вернуться в свою распланированную жизнь.

– Мне нужно освежиться. – Подруга наклоняется ближе, стараясь перекричать грохочущую музыку. Она имела чуть больше свободы в своей собственной жизни, поэтому вела себя немного покровительственно, но мне было плевать.

– Конечно, иди. Я еще немного потанцую.

Ноги от каблуков гудели, но гремела новая песня и тело само двигалось, подчиняясь ритму. Если подумать, то у меня было не так много времени, чтобы тратить его на мелкие и незначительные вещи.

Поглощенная музыкой, я не сразу уловила чужое присутствие. Лишь когда на мою талию опустились грубые влажные руки, которые тут же по-хозяйски обгладили мое тело через тонкую ткань платья. Настроение, еще недавно бывшее заоблачным, резко упало ниже плинтуса. Меньше всего мне хотелось, чтобы меня касался какой-нибудь убогий мужлан.

– Детка, вы с подругой так соблазнительно танцуете… Мы с парнями хотим пригласить вас за наш столик. – Незнакомец жарко дохнул перегаром мне прямо в ухо, вызвав приступ тошноты. Я вывернулась из его объятий и увидела самого обычного парня, который носил откровенно паленые вещи и строил из себя настоящего мачо.

– Руки убрал от меня. Ты еще не дорос до таких девушек, как я. Твой уровень – тупые идиотки, которые ведутся на липовые “ролексы”.

В общем-то, мне было плевать на его реакцию. Вряд ли ему хватит смелости что сделать в присутствии десятков людей. Тем более, что всегда есть вариант позвать на помощь охрану. Жаль только, что моя самоуверенность не позволила разглядеть самое главное – парень был настолько пьян, что считал себя абсолютно неотразимым. А значит не смог простить оскорбления от той, кого считал обыкновенной шалавой.

Я едва успела повернуть за угол и сделать шаг по направлению к женскому туалету, как острая боль обожгла кожу головы. Кто-то за моей спиной резко дернул меня за распущенные волосы, сорвав с губ легкий вскрик. Личность этого ненормального я вычислила быстро, по отвратительному запаху перегара.

– Слушай сюда, шлюха. Я не разрешал тебе поворачиваться ко мне спиной и заканчивать беседу тоже не позволял. Не считай себя лучше всех, ты всего лишь очередная тупая пизда, которая пришла сюда подцепить папика побогаче. За оскорбление серьезных людей будешь работать сегодня бесплатно, и будь уверена, тебе лучше постараться.

– Да пошел ты, козел! – Я понимала, что кричать бесполезно, потому что за шумом музыки меня все равно никто не услышит. Ну и еще стоило придержать язык, как минимум до того момента, как мы окажемся рядом с охраной. Вот только чувство собственной неприкосновенности изрядно застилало глаза. – Лапай своими ручищами кого-нибудь из своей социальной категории.

– Лапать здесь будут только тебя. Твоя же задача постанывать погромче и заглатывать поглубже.

Отвратительные влажные ладони ублюдка поползли грубо схватили мою ягодицу, еще сильнее раздувая во мне пламя гнева. И в эту же минуту я остро ощутила чужое присутствие. Теперь в этом закутке нас было трое, и этот третий был первосортным хищником, одно присутствие которого заставляло напрячься каждую клеточку телу. Пьяный идиот тоже бы это почувствовал, если б не упился до такой степени.

– Кажется, девушка попросила тебя отпустить ее и свалить к своим приятелям.

Я не видела своего спасителя, но от его голоса уже была готова растечься лужицей. С такими вокальными данными он бы легко мог озвучивать эротические фильмы. Женщинам в процессе просмотра точно бы пришлось несколько раз менять трусики.

– Слышь ты, спасатель, иди куда шел. Мы сами разберемся, без посторонних.

И все же я вывернулась, пожертвовав несколькими волосками, чтобы избавиться от захвата этого пьяного идиота. Слишком интересно мне было взять на того, кто в нашем современном мире не прошел мимо чужой беды и пришел девушке на помощь, ведь было больше шансов, что он действительно прошел бы мимо.

Мне было все равно на внешность этого человека, но от одного взгляда на обладателя самого сексуального голоса планеты, у меня буквально перехватило дыхание. Боже мой, неужели такие экземпляры действительно существуют?

## Глава 3


Мира

И снова дело было не в его внешности, хоть незнакомец был хорош собой на любой, даже самый взыскательный вкус. Ну кому может не понравиться высокий широкоплечий брюнет с глубокими карими глазами и сексуальной небритостью? Однако львиную долю его привлекательности составляла аура силы и сногсшибательная харизма. Именно такой мужчина мог бы довести до греха даже монахиню. Мой парень, который мнил себя самым главным альфа-самцом университета, рядом с ним был жалким щенком. Пусть и весьма хорошеньким. Но разве такое впечатление должен производить мужчина?

На месте идиота, который по-прежнему не желал меня отпускать, я бы уже сбежала куда подальше. Вот только алкоголь – это плохой союзник. Обилие спиртного в его крови не давало ему реально оценить соперника. Лично я была уверена, что незнакомец может оторвать ему голову и не поморщиться.

– Слышь, мужик, иди куда шел и не лезь не в свое дело. У меня с этой цыпочкой свои разборки. – Он глухо захохотал, словно придумал самую смешную шутку на земле. – Буду учить ее правильно разговаривать с серьезными людьми.

– Думаю, что сначала стоит научить правилам поведения тебя.

Брюнет неторопливо шагнул в нашу сторону, почему-то не сводя взгляда с меня. Он пытался понять нужно ли продолжать вмешиваться или все происходит относительно полюбовно. Мне была непривычна роль дамы в беде, но инстинкт самосохранения подсказывал, что не стоит отказываться от чужой помощи. Я могла не потянуть разборки с пьяным верзилам, потому что папа лепил из меня принцессу, которая в детстве ходила на балет, а не боевую амазонку.

Правильно уловив мой умоляющий взгляд из-под ресниц, мужчина подошел ближе и просто схватил неудавшегося поклонника за шею. Это было сделано без малейшего предупреждения, он уже высказал свое отношение к ситуации и принял решение ее исправить.

Парень тут же отпускает меня, и я отскакиваю в сторону, поправляя прическу. Незнакомец, наклонившись к этому идиоту, что-то негромко поясняет, прежде чем отпустить. Тот испуганно смотрит на его руки, а потом облизывает пересохшие губы и начинает тараторить.

– Простите, я не знал, что она с вами. – Кажется, он умудрился протрезветь от страха. Не думала, что такое вообще может быть. – Девушка, прошу прощения! Я полный урод, который не умеет обращаться со столь прекрасными леди. Извините!

Я подозревала, что он не выдержит конкуренции с таким мужчиной, но и столь позорного быстрого бегства не ожидала. Не то чтобы этот факт меня расстроил, но проснувшаяся во мне кокетка была бы не против того, чтобы спор за мое внимание был чуть длиннее.

Странно, что до этого момента я не замечала за собой такой стервозности. Обычно она была мне нужна, как защитный механизм. В мире, где ты занимаешь высокое место лишь по праву рождения конкуренция слишком высока, чтобы позволить себе мягкотелость. Никого не будет волновать хорошая ли ты девочка, потому что нужно иметь зубки и уметь ими пользоваться. Как никак папа не всегда будет рядом.

– Надеюсь, что этот кретин не успел тебе серьезно навредить. К сожалению, некоторые представители мужского пола являются таковыми только по биологическим признакам и не понимаю, что могут действительно не нравиться девушке. Ты в порядке?

– Не буду строить из себя сильную и независимую феминистку. Ты действительно мне очень помог. Не думаю, что у меня получилось бы с ним справиться самостоятельно. Я просто не ожидала столь подлого удара в спину, но признаю, что возможно отшила его слишком жестко.

– Думаешь? Я просто видел, как он нагло начал лапать тебя на танцполе. Не уверен, что в подобной ситуации нужно разводить политесы.

Меня позабавил речевой оборот, который он использовал. Первое впечатление оказалось верным, мой спаситель был старше, но это не являлось недостатком. Мне наоборот больше нравилось общаться с людьми постарше. Они гораздо интереснее сверстников.

– То есть ты специально пошел за ним, потому что подумал, что у него на уме что-то недоброе? – Я сначала не поверила своим ушам. Охрана отца всегда была со мной довольно предупредительна, но это была просто их работа, так что такое проявление внимания оказалось весьма неожиданным.

– Разве можно было позволить ему испортить тебе настроение от вечера? Ты была настоящей звездой танцпола, я получил удовольствие просто наблюдаю за тобой. Мне показалось, что ты словно вырвалась на волю и не могла надышаться свободой. Как тебя зовут, прекрасная танцовщица?

– Мирослава. Для друзей просто Мира. А раз ты спас меня от злобного чудовища, то вполне можешь считать себя моим другом. Если, конечно, назовешь свое имя. Было бы немного странно дружить и не знать, как к тебе можно обратиться.

– Меня зовут Тим… – Он на долю секунды замялся, а потом продолжил. – Тимофей. Мое имя тоже немного старомодно, хотя твое красивее и популярнее.

– И не говори! Это все папа, он посчитал, что Мирослава Богучарова будет звучать красиво, хотя мне кажется немного нелепым. Хорошо, что девушка может выйти замуж и сменить фамилию.

Это была шутка, но Тим ненадолго завис, рассматривая меня с ног до головы. Сейчас его взгляд был чуть более оценивающим. В любой другой ситуации подобное поведение практически незнакомого человека было бы недопустимым, но ему почему-то было простительно.

Я тонула в его глазах и абсолютно не хотела ничего менять. Для той, кто всю сознательную жизнь считала себя фригидной и мужественно терпела прикосновения собственного парня, такое поведение было нехарактерным. Мне казалось, что моя кожа вспыхивает и его взгляд оставляет на ней физические следы. Платье показалось мне тесным и неудобным, между ног появилось приятна сладкая истома. Еще немного и я могу скатиться в пошлый флирт, лишь бы он захотел со мной общаться и дальше. Сама не понимаю, откуда это во мне.

– К сожалению, мне придется сейчас уехать, но не хотелось бы заканчивать наше знакомство столь рано. Может ты оставишь мне номер телефона, и мы сможем встретиться и выпить чашечку кофе?

Мне нужно было помнить о парне, об отце и моих обязательствах. Вряд ли кто-то оценит, если меня вдруг понесет во все тяжкие из-за внимания мужчины, который старше меня лет на десять.

Я просто обязана была отказаться, сослаться на свой несвободный статус или количество дел, но с губ слетел совсем другой ответ.

– Конечно! Было бы здорово!

## Глава 4


Мира

Он дождался меня из туалета и сопроводил в зал, словно хотел, чтобы все увидели нас рядом и перестали навязывать излишнее внимание. Впрочем, так оно и было. На мне теперь красовалось незримое клеймо его интереса, которое чувствовал каждый представитель мужского пола в этом зале. И не только мужского.

Арина быстро поняла, что происходит что-то не то и потащила меня на выход. Время близилось к рассвету, нам в любом случае пора собираться домой, чтобы не попасться в руки охраны, которая совершала обход в установленные часы. В темноте спрятаться было проще, а вот стоит только небу посветлеть, как мы будем как на ладони.

– Мы вроде бы договаривались просто потанцевать. Где ты вообще откопала этого самца? – Подруга наклоняется ко мне поближе, обдавая аромат духов, перебивая еле уловимый запах специй, который, казалось, еще меня сопровождает. – Одно дело просто попробовать вдохнуть свободу полной грудью, но заводить ненужные знакомства мы не договаривались. Ты все равно не сможешь придумать приемлемую ложь, которая сможет объяснить, где вы познакомились.

Она была права, и мы обе это прекрасно понимали. Отец никогда не объяснял мне причину столь тотального контроля, несмотря на все мои расспросы. В какой-то момент я перестала бороться и стала жить той жизнью, которую он для меня выбрал. В ней не было места взрослым мужчинам, которые вряд ли предложат молодой девушке что-то помимо секса на пару ночей. Тимофей точно был одним из тех, кто предпочитал не обременять себя отношениями.

– Брось! Я для него слишком молодая и восторженная. Просто дело в том, что ко мне пристал один мудак и потащился за мной в женский туалет. Тим вмешался из вежливости, а потом проследил, чтобы я больше не нашла приключений на свою задницу. Вот и все, больше ничего не было.

– Ты серьезно? Мужчина никогда не полезет в склоку, если не будет иметь своего интереса. Так что вполне возможно твой спаситель просто рассчитывал на быстрый перепих в подсобке. Надеюсь, тебе хватило ума не вестись на его обаяние?

– Если так ты пытаешься узнать девственница ли я еще, то можешь не переживать. Я слишком себя ценю, то лишиться невинности с первым встречным непонятно где. Во-первых, это не гигиенично, во-вторых, отец меня убьет. И не только меня.

К сожалению, это не было шуткой. Я не сомневалась в любви отца, но некоторые вещи он не простит даже единственной дочери. Всю жизнь мне приходилось подстраиваться и идти на компромиссы, потому что его мнение по умолчанию было единственно-верным. Порой я думала, что с помощью такого жесткого контроля, отец пытается меня от чего-то спасти, но это уже было что-то из теории заговоров.

Арина пожала плечами, понимая, что если моего отца взбесить, то под раздачу попадет даже она. И никто не сможет избавить ее от праведного гнева, включая ее папу. Скорее он сам свалит все на непутевую дочь и отойдет в сторону. И осознавая все эти нюансы, я и в мыслях не держала подставить свою единственную нормальную подругу. Без нее моя жизнь станет совсем тоскливой.

Нам удалось проскользнуть мимо охраны и вернуться в дом без происшествий. Арина быстро переоделась в пижаму, растрепала волосы и отправилась на кухню перекусить. У меня наоборот не было аппетита. Слишком богатый на события вечер до сих пор бурлил в моей крови, разнося по венам музыку и аромат специй. Для той, кто предпочитала быть рассудительной и прагматичной, я слишком размечталась, прокручивая в голове беседу с Тимофеем.

Я понимала, что Арина права. Ему не нужны отношения, такие мужчины вообще не умеют хранить верность, предпочитая развлекаться, купаясь в женском внимании. Мне было сложно понять зачем он вообще взял мой номер телефона, потому что таким обычно их предлагают сами, но старалась не предавать этому никакого значения.

Самый большой сюрприз меня ждал в ванной комнате. Когда я стянула с себя миниатюрные стринги, то обнаружила, что они влажные. Кто-то назвал бы то естественной реакцией на понравившегося мужчину, но это был первый раз, когда у меня получилось возбудиться. Обычно приходилось прибегать к помощи душа или вакуумного стимулятора, который надёжно прятался в моей комнате в одной из сумочек. А тут я просто постояла рядом с Тимом и уже была готова растечься лужицей под его ногами. Не самая предсказуемая реакция.

Был соблазн позволить своей руке скользнуть ниже, к припухшим и влажным половым губкам, но это была бы слишком откровенная капитуляция. Я гордилась тем, что никогда не поддавалась желаниям тела и всегда руководствовалась логикой. Сегодняшний вечер не станет исключением, потому что правильнее будет все это забыть.

Папа не позволит нам быть вместе, как минимум потому, что Тимофей не станет предлагать отношения. Он не захочет знакомиться с моим отцом и доказывать свою состоятельность. Мечтать об этом – значит добровольно терзать свою сердцем картинами будущего, которому не суждено быть. Этой ночью я позволю себе еще раз вспомнить наш разговор, но завтра нужно будет вернуться в свое настоящее. Тем более, что у нас по плану очередное свидание с Борисом. Тот собрался вести меня в оперу, чтобы продемонстрировать в обществе свой самый ценный трофей.

Правильнее будет заранее продумать наряд, посетить салон красоты и настроиться на еще один скучный вечер. Еще не мешало бы пробежаться по лекциям по международному терроризму перед семинаром, который будет сегодня в университете после обеда, но учеба давалась мне с таким скрипом, что я шарахалась от домашки, как от чумы.

Свернувшись на огромной постели в клубок, я прикрыла глаза, снова воскрешая в памяти внешность мужчины, который настолько поразил мое воображение. Усталость дала о себе знать, и уже через пять минут меня сморил приятный сон, в котором Тимофей сладко терзал мои губы поцелуями. И лишь во сне я могла себе признаться в том, насколько он мне понравился.

## Глава 5


Тимур

Я обратил на нее внимание еще на танцполе. Обычно девицы ее возраста приходили в клуб найти себе партнера на ночь или денежного папика на более длительный срок. Она же просто танцевала, и делала это с такой страстью и самоотдачей, что я немного позавидовал ее свободе. Лично у меня жизнь состояла из строгих правил и ограничений. Забавно, учитывая, что в моих руках была власть над огромными территориями.

Потом к ней начал приставать какое-то пьяное быдло, и девчонка шустро его отшила. Шустро и скорее всего унизительно, потому что стоило ей направиться в сторону туалетов, как тот увязался за ней. Во мне нет ни грамма рыцарства, но я не очень люблю, когда мужчины, пользуясь своей силой, принуждают девушек к тому, чего они не хотят. Такое поведение противоречит моему кодексу. Поэтому мне пришлось вмешаться, потому что никому больше не было до этого дела. И все бы могло закончится прямо там, пока она не представилась.

Мирослава Богучарова, дочь человека, которого я презираю каждой клеточкой своего тела, но все же терплю, не имея возможности от него избавиться. Он в последние годы стал слишком законопослушным, а правила запрещают припоминать грехи прошлого. Интересно, эта сексуальная оторва знает настоящее лицо своего отца? Впрочем, скорее всего ей плевать. В наших кругах ни для кого не секрет, что Давид терпеть не может свое чадо и всегда мечтал о сыне. Он, не стесняясь посторонних ушей, называет ее безмозглой тупицей, которая не может сдать ни один предмет без взятки, и проводит время на тусовках с такими же избалованными мажорами. Сам не понимаю зачем взял у нее номер телефона и проводил ее в зал. Мирослава, конечно, была красива, но не настолько, чтобы влюбиться с первого взгляда. Скорее, это были отголоски жалости к той, кто была не нужна единственному родному человеку.

Я вернулся к своему столику, где сегодня отдыхал с хорошими приятелями. Друзьями их назвать сложно, потому что они больше похожи на прилипал, которые тянутся к хищнику посерьезнее. На самом деле, друзья у меня тоже есть, хоть никогда не думал, что смогу найти общий язык с остальными Всадниками, однако разница в менталитете не стала помехой.

– Слушай, Смерть, а это реально Богучарова? – Виталик, известный питерский антиквар, который не стеснялся работать с краденым, пьяно присвистнул, провожая взглядом Мирославу. – Ничего такая задница, зачетная. Ты ее уже трахнул? Если нет, то я бы сам хотел попробовать такой сочный пирожок.

Меня передернуло от этого панибратства, но ответом была только моя хищная улыбка, которая была способна отбить желание лезть в мои дела даже у самого безбашенного идиота. Но он и без этого забыл о своем вопросе, потому что в разговор неожиданно вступил Шмель, смотрящий за Дальним Востоком.

– А потом тебя трахнет ее папаша. Аспид весьма изобретателен в плане пыток, может от тебя что-то и останется. – Он хищно улыбается, представляя эту живописную картину. – Лучше обрати внимание на местных шлюшек. Обслужат так, что неделю секса не захочется.

– Да с чего Давид будет ее защищать? Все знают, что он презирает свою пустоголовую дочь. Даже если она в ногах у него будет валяться, Аспид никогда не встанет на ее сторону. Согласись, приятнее трахнуть относительно чистенькую девочку, не задумываясь о том, на чьем стволе она скакала пару часов назад.

Виталик лениво поднимается с места, разглаживая рубашку на толстом пузе. Его глаза заволокло похотью, и я понимаю, что пора вмешаться. Какие бы чувства не вызывал во мне ее отец, это не повод насиловать девушку, которая тебя не хочет. А в том, что такого урода не могут искренне желать, у меня нет сомнений. Однако Шмель снова меня опережает.

– Хочешь сказать, что ты тоже повелся на его маленький спектакль? Он ведь так громко кричит о своей неприязни, возмущается ее развратным образом жизни и тупостью… А сколько раз вы вообще видели Богучарову в клубах?

Просто вопрос, но я задумался. Раньше меня как-то не волновали их семейные отношения, и только сейчас появляются первые сомнения. Шмель прав в одном. Для той, кого постоянно обвиняют в разгульном поведении, девушка ведет себя довольно прилично. От нее не пахло алкоголем, она не клеила мужчин и действительно просто танцевала.

– Он придумал этот план тогда, когда стал переходить в легальный бизнес. Ему нужно было максимально обезопасить ее, чтобы никому и в голову не пришло пытаться надавить через дочь. Пока все думают, что Аспид терпеть не может свое единственное чадо, не нужно переживать, что кто-то ее похитит. – Шмель слишком пьяный, чтобы сохранить такой интригующий секрет. – Девчонка обучается в лучшем ВУЗе страны, причем учится весьма неплоха. С ней постоянно свита охраны, а отец заваливает ее подарками, стоит ей что-то пожелать. Давид лично присмотрел ей жениха, молодого и богатого, который потянет все хотелки любимой дочурки. И да, одним из главных условий свадьбы было то, что невеста сохраняет девственность до свадьбы. Вы можете говорить что угодно, но так не заботятся о тех, на кого плевать. Скорее всего Аспид свалил на свою ежемесячную охоту с другом, а девчонки обдурили охрану и свалили потанцевать. Нужно же иногда выбираться из-под папочкиного крыла. Но ты можешь попробовать к ней подкатить, если не дорожишь своими яйцами.

В ответ Виталик пробурчал что-то непонятное и плюхнулся на свое место. Но я уже не следил за их перепалкой, потому что обдумывал полученную информацию. Мне бы и в голову не пришло использовать в своей игре Мирославу, ведь она была абсолютно бесполезной. Теперь же получается, что она его самая главная драгоценность, с которой Аспид сдувает пылинки. Весьма неожиданно, но довольно интересно.

Это мне подходит.

## Глава 6


Мира

Я честно выбросила его из головы. Не проверяла телефон, каждые пять минут, не вспоминала его ночами, ворочаясь на мягкой постели. Мне хватило ума, чтобы понять, насколько права подруга. Такие самцы привыкли к хороводу женского пола вокруг себя, привыкли не обременять себя серьезными отношениями, а я была не из тех, кто ради красивого мужика ломает свою личность.

И в тот момент, когда на паре по английскому у меня завибрировал телефон, меньше всего я ожидала увидеть сообщение от того загадочного незнакомца.

“Добрый день! Как насчет того, чтобы выпить кофе сегодня? Тим”

Это было настолько неожиданно, что я на несколько минут застыла, гипнотизируя экран мобильного. С момента нашей встречи прошла уже неделя, так не ведут себя, когда девушка тебе понравилась. Тогда зачем вообще это приглашение?

И непонятно, то ли я так пытаюсь оправдать его молчание, то ли найти причину, чтобы не пересекаться больше никогда. Мне было страшно признаться даже самой себе насколько меня манила возможность снова посмотреть ему в глаза. Оказывается, очень просто быть гордой, если понравившийся мужчина тебе не пишет, а вот когда ты получаешь желанное сообщение, то пальцы чешутся скорее ответить.

“У меня сегодня еще две пары, а потом мне нужно будет ехать домой. По пятницам у нас семейный ужин”.

“А где ты учишься?”

“В МГИМО”

Сама не понимаю почему, но мне стало стыдно рассказывать про университет. Я не считала себя дурочкой, которая не может тянуть обучение в таком месте, наоборот практически по всем предмета у меня были отличные оценки и без вмешательств отца. Просто моя душа лежала совершенно к другой сфере деятельности. Мне хотелось заниматься косметикой, создать собственный бренд и помогать девушкам стать красивыми. Обучаясь же в МГИМО, я банально занимала чужое место.

“На Вернадского?”

“Да, в главном корпусе.”

“Тогда давай в Монте-Карло. У них вполне сносный кофе. Как насчет персикового латте с черникой?”

“Звучит потрясающе. Ты сможешь через полчаса?”

“Ради встречи с тобой, я смогу все, что угодно”.

Румянец смущения настолько явно залил мои щеки, что Арина с соседней парты начала недовольно коситься в мою сторону. Она так рьяно охраняла мою невинность, что у меня иногда даже складывалось ощущение, что мой отец ей доплачивает за услуги компаньонки. Так что наш поход в клуб тоже мог быть лишь маленьким послаблением, кусочком пряника в перерыве между ударами кнута. Тогда сразу становится понятно, почему Арина с таким энтузиазмом убеждала меня не связываться с Тимофеем. В ее глазах было столько вопросов, на которые у меня не было никакого желания отвечать. И как только прозвенел звонок, я нагло воспользовалась толкучкой, чтобы быстро выскользнуть из аудитории, не обращая внимания на ее оклики.

У меня было преимущество в том, что подруга предпочитала шпильки, а у меня на ногах были удобные лоферы. Возможно, не самая подходящая обувь для соблазнения, но сегодня утром я остановила свой выбор на довольно короткой юбке, которая демонстрировала мои стройные ноги. Зато свитер был свободным, скрывающим высокую грудь и тонкую талию. Вроде и пристойно, и с перчинкой. Я быстро научилась лавировать между требованиями отца.

Мне сложно в это поверить, но Тим уже ждет меня за дальним столиком, у окна из которого открывается прекрасный вид. Я редко бывала здесь, предпочитая весьма неплохую университетскую столовую. Однако привести туда мужчину было бы невозможно. Уже через пять минут примчалась бы охрана, а затем и папа, дышащий огнем. Он спас меня в клубе и не заслужил, чтобы его возили лицом по грязному полу.

– Ты просто метеор. Вроде бы написал всего минут пятнадцать назад, а уже на месте. – Я опускаюсь на мягкий стул, нервно расправляя подол юбки. За эти несколько дней из моей памяти выветрились детали его внешности, но его аура осталась без изменений и все так же заставляла окружающих покорно исполнять его желания.

– На самом деле я просто был недалеко и направлялся в центр города. Повезло, что не пришлось разворачиваться. – Он обезоруживающе улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами. Сейчас Тим выглядел моложе и вполне мог бы сойти за ассистента какого-нибудь профессора, решившего продолжить обучение в родной альма-матер. – Знаешь, когда хочешь увидеть понравившуюся девушку, расстояние не важно.

– Зато важно время. Мне казалось, что если девушка тебе нравится, то ты не будешь ждать неделю, прежде чем написать ей.

Это прозвучало излишне язвительно, но я не собиралась извиняться за свои слова. Пусть не рассчитывает, что сможет покорить меня одной чашечкой кофе. Стоп! Пусть вообще не думает, что сможет меня покорить. Как никак, мне уже присмотрели жениха. Как минимум, я заслуживаю объяснений столь странному поведению.

– В омут с головой бросаются только желторотые юнцы, которые считают, что на одной симпатии можно далеко уехать. – Он пододвинул мне чашечку с кофе. На кремовой пенке рассыпали сублимированную чернику. Как раз так, как я люблю. – Ты не самая простая девушка. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, что тебе не интересен формат свободных отношений. Признаю, до знакомства с тобой я и не думал, что могу предложить девушке что-то иное, но ты все изменила. Мне нужно было это осознать.

– Вообще-то у меня есть жених. – Я не могла не умолчать о своем несвободном статусе. Это было бы нечестно по отношению к ним обоим. Даже учитывая то, что Борис зажимал девушек налево и направо по всему университету. – Тебя это не смущает?

– Жених, который не был с тобой в клубе? Который позволили красавице-невесте спокойно отправиться пить кофе с посторонним мужчиной? Прости, Мира, но он мне не конкурент.

## Глава 7


Мира

В одном Тимофей мне не соврал. Борис определенно не выглядел его конкурентом, потому что не стремился наладить наши отношения. Он был слишком незрелым, слишком мальчиком, который еще не определился чего хочет в жизни, и на фоне уверенного в себе мужчины был просто никаким. Хотя, конечно, я об этом никому не говорила.

Мне вообще не хотелось никому рассказывать о моем общений с Тимом. Арина безусловно могла бы дать мне мудрый совет, но незначительные мелочи за последние две недели лишь укрепили меня в подозрениях, что она шпионит для отца. Это было унизительно и неприятно, но резко оборвать нашу дружбу тоже не представлялось возможным. От постоянной слежки это все равно не спасет, зато я потеряю единственную подругу, потому что кроме нее со мной никто особо и не дружил. Половина университета интересовалась только учебой и не понимала моего нежелания учиться в святая святых, а вторая сохла по моему жениху и скорее была готова растерзать меня на кусочки.

Две недели мы лишь переписывались, он не заикался о встрече, я же не планировала навязываться. Все же отцовское воспитание принесло свои плоды, и в моей голове не укладывалась ситуация, в которой мне же еще и нужно делать первый шаг. Поэтому, когда Тимофей пригласил меня на ужин, я не могла найти места от восторга.

Жаль только, что это было в пятницу, в тот день, когда мы традиционно ужинали с отцом в моем любимом ресторане. Единственный день, когда он выводил меня в свет, но сидел всегда вечной злой и раздражительный. Зато потом дома дарил мне очередные драгоценности или другие безделушки, которые, по его мнению, нравились девушкам. Но я так сильно хотела с ним встретиться, что уговорила перенести свидание на обед.

Конечно, еще нужно придумать, как избавиться от охраны, но на случай крайней необходимости я еще в начале года придумала план. Единственным местом, где за мной не следили пара крепких ребят, был именно университет. Пришлось вести активную студенческую жизнь, что было порой весьма нудно, зато дало шанс обеспечить себе алиби. Я сказала папе, что задержусь на очередном собрании профсоюза, но потом приеду прямо в ресторан. И он мне поверил, даже похвалил за активную позицию.

“Чтобы тебе не нужно было спешить после учебы, давай встретимся в “Старом Сычуане”. Я закажу столик и буду ждать тебя в два часа дня. Даже, если ты опоздаешь.”

Меня сложно назвать горячей фанаткой китайской кухни, но это были мелочи, по сравнению в предстоящей встречей. Охрана должна была заехать за мной в пять, поэтому в моем распоряжении будет целых три часа. Тим, к тому же, пообещал проводить меня назад к университету. Разве что-то может быть еще романтичнее?

Я постаралась выглядеть максимально женственно, но удержаться в рамках, чтобы не вызвать подозрений отца или Арины. Она могла весьма быстро рассказать ему о любой подозрительной мелочи, поэтому макияж пришлось наносить после учебы. Собрание действительно проводилось именно сегодня, вот только я заранее предупредила о своем отсутствии по семейным обстоятельствам. Проверять никто не стал, потому что никому не захотелось нарваться на мой острый язык и насмешки.

Ловко сбежав через задний ход, я выскочила к соседнему корпусу, где уже дожидалось такси. Что бы не привлекать излишнего внимания, пришлось отказаться от бизнес-класса и вызвать обычный комфорт. В машину ниже уровнем я бы не села никогда в жизни. Впрочем, сейчас терпела тоже только потому, что ресторан был относительно недалеко.

Однако этот идиот привез меня не к центральному входу, а куда-то на задворки, и даже не извинился на мои справедливые возмущения. Дело ведь совсем не в расстоянии, которое придется пройти, просто как можно работать в сфере обслуживания с таким характером? Напоследок кретин газанул по луже, окатив мои ноги грязной водой. Моему возмущению не было предела.

– Отвратительный сервис! Урод, я такаю жалобу на тебя накатаю, что ты вообще больше водителем нигде не устроишься. – Негромко ругаясь на службу таки, приславшую мне такого неумеху, я достала из сумочки салфетки и принялась аккуратно промакивать грязные капли. Можно сказать, что меня спас тот факт, что утром мой выбор пал на черные чулки. Светлые было бы не исправить.

– Как некрасиво! Такая красавица, такая фигурка, и так грязно ругается. Парни, думаю, что мы должны научить ее хорошим манерам.

Хриплый мужской голос откуда-то позади меня раздался настолько внезапно, что буквально застал врасплох. Замерев на пару секунд, я медленно выпрямилась и увидела двух плечистых бритоголовых парней, которые нагло перегородили мне дорогу. Мне было не привыкать справляться с нахалами, но рядом всегда была охрана, а сейчас инстинкт самосохранения подсказывал не накалять обстановку. Правильнее было бы свести все к шутке.

– Простите, не сдержалась. Я не ожидала, что меня сегодня обольют из лужи. – На моих губах засияла виноватая, но весьма лучезарная улыбка. Нужно показать, что они имеют дело с расстроенной эмоциональной девицей. – Мне на свидание идти, а мой наряд в таком состоянии… Не хотелось бы, что бы мой спутник счел меня неряхой.

– Не переживай, крошка. В таком состоянии он тебя не увидит. – На мои плечи опустились огромные лапищи и сжали с такой силой, что я пискнула от боли. – Потому, что не будет у тебя никакого свидания. Сейчас ты, как послушная девочка, отправишься с нами.

– Серый, полегче. Босс сказал, что нам нельзя портить ей личико. Никому не нравится порченный товар.

Товар? Это обо мне? Страх смешался со злостью, образовав настолько жгучий и непредсказуемый коктейль, что никто не стал меня удерживать, когда я резко вывернулась из рук подонка и повернулась к нему лицом. Мое поведение было слишком импульсивным и могло кончиться плохо, но остановиться уже не было сил. Я вцепилась ноготками в тупое лицо этого мудака, раздирая его в кровь. Тот закричал и дернулся назад. Кто-то выругался, кто-то метнулся ко мне, надеясь оттащить меня от подельника, но кретин в ответ уже успел меня ударить.

Правая половина лица мгновенно онемела, но такие мелочи не могли меня остановить. Я бросилась на него словно разъяренная кошка, желая выцарапать тупые глазенки, и не сразу почувствовала укол в правое предплечье.

А потом меня накрыло темной волной.

## Интерлюдия вторая. Абонент недоступен


Хоть моя девочка сама никогда и не признается в этом, но она расстроена тем, что я постоянно работаю. Ей бы хотелось, чтобы у нас была обычная семья, с традиционными совместными ужинами за столом на кухне, а не раз в неделю в ресторане. И самое печальное, что она не хочет понимать, что все, что я делаю в этой жизни, только для нее.

Конечно, можно найти какую-нибудь подходящую девку, заделать ей ребенка, желательно мальчика, чтобы передать ему семейную империю, но это не то. Как бы странно это не прозвучало, но малышка всегда будет занимать в моем сердце особое место, на которое не смогут претендовать даже десятки наследников.

Она постоянно идет мне навстречу: учится на том факультете, который выбрал я, не ходит по клубам, не тратить молодость на разные безумства. В отличии от нее, я таким не был и доставил отцу немало хлопот.

Сегодня наша очередная пятница, но в этот раз у меня для нее есть хорошие новости. Я наконец нашел толкового управляющего, которому смогу передать часть дел. Теперь мне не придется контролировать все самостоятельно, на что обычно уходила львиная часть рабочего времени. Наемные сотрудники сейчас излишне прошаренные, считают, что могут наебать своего работодателя. Парочка прошлых кончила довольно-таки плохо, но это не вещи, которые следуют знать юной девушке.

Я много работаю, чтобы дать ей тот уровень жизни, который она заслуживает, но деньгами нельзя заменить любовь и заботу. Она хочет, чтобы мы стали ближе, как раньше, когда компания не засосала меня в трясину недоверия. Но ведь удержав в руках компанию, я могу потерять нечто более важное – свою девочку. Она взрослеет, еще немного и со своим проблемами будет приходить к своему мужчине. И хоть я заранее не доверяю любому, кто смотрит на нее, как на женщину, это вполне закономерное развитие событий.

Пора смириться с тем, что девочка, которой я совсем недавно заплетал косички, потому больше было некому, выросла и стала прекрасной девушкой. Можно сказать, что еще немного и мне придется с ружьем отгонять от нее всяких мерзавцев. Ее нынешний жених меня ни капли не вдохновляет. Очередная скотина, готовая трахать все, что шевелится, а что не шевелится привести в движение и трахнуть. Но он, по сути, служит ширмой, благодаря которой к ней не суются никакие подонки. И дело не в том, что я не порву любого урода на клочки, просто так будет лучше.

Пока она все еще тянется ко мне, пора наладить наши отношения. Мы обязательно станем той семьей, о которой малышка мечтает. Начнем, пожалуй, с того, что она может сменить университет. Нынешний ВУЗ безусловно престижный, но видно и невооруженным глазом, что это не ее. А ведь чтобы получать удовольствие от работы, нужно, чтобы к ней лежала душа. Ну и что, что выбранная ей профессия не настолько престижна. Нельзя рубить крылья единственному родному мне человеку. Наоборот, моя задача состоит в том, чтобы ее оберегать от любых невзгод.

Сегодня я выбрал ее любимый итальянский ресторан. Она постоянно ворчит, что лишние калории уничтожат ее фигуру, но не может отказать себе в любимом пирожном или лишнем кусочке пиццы. На мой взгляд, ей незачем придерживаться диет, но кто я такой, чтобы с ней спорить? Тем более, что она и сама потом сознательно проводит лишний час в бассейне или на пилатесе.

Я прохожу в зал, кивком головы приветствуя вытянувшуюся по струнке хостес. Мне не нужно спрашивать, чтобы знать, что мой столик свободен. Кто-то назовет меня излишне самонадеянным, но я бы назвал это скорее разумным подходом. Всего-то нужно опустить пару хрустящих купюр в нужный карман, шепнуть время, которое мне нужно и дело в шляпе. По пятницам для нас всегда свободен столик, несмотря на полную посадку зала. Деньги возможно и не сделают тебя счастливым, но способны облегчить жизнь.

Вышколенный официант приносит меню, и я делаю заказ, ориентируясь на вкусы моей малышки. У меня прекрасное настроение и хочется побаловать ее приятным сюрпризом. Тем более, что у нас действует золотое правило, что заказывает тот, кто приходит раньше. Обычно заранее приходит она, так что сегодня у меня уникальная возможность.

Первые ростки беспокойства появляются в десять минут седьмого. Моя девочка достаточно пунктуальна и воспитана. Если по каким-то причинам она опаздывает, то обязательно напишет или позвонит, чтобы я не поднял на уши охрану. Непривычное молчание царапает мне душу, в голове рождаются десятки сценариев, в которых она задерживается по вполне разумной причине, но я все же достают мобильный и набираю знакомый номер.

“Абонент временно недоступен. Пожалуйста, позвонить позднее или оставьте голосовое сообщение после сигнала”.

Разрядился телефон? У той, кто носит с собой в рюкзаке сильный повербанк? Она слишком зависима от телефона, чтобы позволить заряду опуститься ниже двадцати процентов. Поэтому я набираю номер еще раз. И еще.

“Абонент временно недоступен. Пожалуйста, позвонить позднее или оставьте голосовое сообщение после сигнала”.

Интуиция, которая не раз спасала меня от серьезных проблем, вопит в голове тревожной сиреной. Я пытаюсь не думать о плохом, когда хочу набрать номер охранника, который приставлен к моей девочке. Вот только он успевает раньше. Хотелось бы думать, что я отвечу на звонок и услышу виноватый девичий голосок, который она всегда применяет, когда точно знает, что виновата. Но надежда рассыпается в пыль, когда грубый мужской голос отчитывается:

– Босс, мы обошли весь университет. Ее нигде нет.

## Глава 8


Мира

Голова раскалывается. Во рту так сухо, что складывается ощущение, что его набили песком. Хочется облизнуть губы, но язык слишком шершавый, только царапает нежную кожу. Мне бы вспомнить, что было вчера, но физическое состояние не позволяет ни о чем думать. Да и что можно сделать, если от каждого движения, к горлу подкатывает тошнота.

Я с трудом разлепляю глаза и бездумно пялюсь на кремово-белый потолок. Странно, в моей комнате он нежно-розовый. Папа решил, что сочетание розового и серого идеально подойдет для спальни девушки, забыв в очередной раз спросить моего мнения. Наверное, мы заночевали в доме Арины. Перебарывая приступ головной боли, я тщетно пытаюсь поймать ускользающие воспоминания, но тщетно. Вчерашний вечер затянут темной дымкой беспамятства.

Но больше этого меня беспокоит мое состояние. Никогда раньше мне не было настолько плохо, что сил не больше, чем в новорожденном котенке. Но и лежать в безвестности тоже не вариант. Нужно побыстрее приходить в чувство и понять, что произошло вчера. Потому что мне точно столько не выпить, чтобы словить такой отходняк.

Собравшись с силами, я сажусь приподнимаюсь на руках и откидываюсь на изголовье кровати. Пары секунд хватает, чтобы понять две вещи: это точно не дом Арины и на меня с интересом смотрит загадочная брюнетка в шелковом халате глубокого винного цвета. Она устроилось с журналом в кресле неподалеку и словно препарирует меня взглядом, не делая ни малейшей попытки помочь.

Мы с ней точно не знакомы. Я бы запомнила обладательницу столь экзотической и яркой внешности. На ее лице ни грамма макияжа, но она даже в таком виде способна выиграть любой конкурс красоты. Не то чтобы это была зависть, просто еще одна странная деталь, которая не укладывается в мой выстроенный мир.

– Кто ты? – Я облизываю губы и оглядываюсь по сторонам. На прикроватной тумбочке стоит стакан с трубочкой. От жажды меня начинает потряхивать. Жадно схватив его, я за один присест опустошаю половину и добавляю еще один важный вопрос. – Где я?

– Меня зовут Лилия, но я не тот человек, который должен тебе все рассказать. – Она грациозно поднимается на ноги, демонстрируя точеную фигуру. Что-то мелькает в ее взгляде, что не получается сразу разобрать, но практически сразу же красивое лицо становится дружелюбно-равнодушным. – Скоро ты все поймешь.

Только когда девушка скрывается за дверью, я понимаю, что за эмоция мелькнула в ее глазах. Жалость. Не могу даже представить почему она меня пожалела, но интуиция кричит, что пора уносить ноги из этого странного дома. Вот только в комнате нет моей одежды, кроме нижнего белья, которое на мне. В голове вспыхивает воспоминание, как я утром крутилась у зеркала, выбирая наряд для свидания… Свидание! Тимофей!

Я попыталась принять более устойчивое положение, чтобы попытаться встать на ноги, когда в комнату вошла очередная незнакомка. И что-то мне подсказывает, что с ней мы явно не подружимся. Передом ной была первоклассная зрелая стерва в строгом классическом брючном костюме. Русые волосы безбожно зализаны в гладкий пучок, на лице умеренный дневной макияж, которые никоим образом не выделяет ее из толпы.

– Пришла в себя? Долго ты. Так и знала, что парням не стоило доверять, опять напутали с дозой. – Она, не церемонясь, приподняла мое лицо, пристально рассматривая. Не как человека, а как товар, который нужно выгоднее продать. Крупный камень в кольце впился в мою кожу, оставляя некрасивый красный след на щеке. – Ничего, все равно есть с чем работать. Хотя придется немного придать тебе лоска.

– Кто вы? Я не понимаю, что здесь происходит.

У меня точно не хватило бы сил вырваться из ее рук, но досмотр закончился также быстро, как и начался. Женщина отпустила мое лицо, но следом схватила мои руки и дернула на себя, заставляя встать. Одеяло упало на пол, и под пронизывающим взглядом я сразу же захотела прикрыться. Ее поведение пугало все сильнее с каждой минутой. Еще немного и у меня начнется истерика.

– Прости, действительно, не успела представиться. Слишком была озабочена твоим здоровьем. – Она улыбается, но ее глаза холодные и равнодушные. Меня не обмануть дешевым спектаклем, как бы ей не хотелось. – Я – Алевтина, Алевтина Андреевна. Можно сказать, что мои обязанности весьма обширны. Я экономка, управляющая, немного психолог. Для кого-то подруга, для кого-то наперсница. Главное, будь хорошей девочкой, и мы с тобой обязательно подружимся.

Вот только меньше всего мне хотелось дружить с этой ненормальной. Однако было важно учитывать тот момент, что психов нельзя огорчать. Стоит только пойти на открытый конфликт, как эта Алевтина может в ответ психануть и впасть в буйство. Мне больше всего на свете хочется сбежать из этого дурдома, но при этом целой и невредимой.

– Очень приятно с вами познакомиться, но мне нужно домой. Понимаете, я у папы единственный ребенок, он уже пожилой, ему нельзя нервничать. А тут представляете, что он сейчас чувствует, зная, что его дочь не ночевала дома? – Я нервничаю, потому не могу перестать тараторить. Не уверена, что Алевтине это пришлось по вкусу, потому что она презрительно кривит губы. – Не подскажите, где моя одежда? Не могу ее найти.

– Детка, – моя странная собеседница не скрывает удовольствия в голосе. – А разве кто-то тебя отпускал? Ты – новая девочка в клубе удовольствий “Фрина” и теперь здесь твой новый дом.

## Глава 9


Мира

Ее слова прозвучали нелепым набором букв и звуков. Какой клуб удовольствий? Какая новая девочка? Она просто не знает кто мой отец и что он сделает с этим местом, когда узнает, что хотели сделать с его единственной дочерью.

С каждой секундой воспоминания о вечере становятся все четче. Я сбежала от охраны на свидание в ресторан, тупой таксист завез меня не в ту сторону, потом эти парни, которые высмеивали мое поведение и, наконец, укол в шею.

Скорее всего эти идиоты занимались поставкой хорошеньких девочек в элитные бордели, не думая, что могут наткнуться на неприкосновенную особу. Это неприятная ситуация, но не столь неразрешимая, как может показаться в начале. Алевтина тоже оказалась жертвой непрофессионализма этих “рекрутеров”, хотя их методы весьма странные.

На самом деле, очень много девочек, обладающих смазливыми мордашками и не обремененные нормами стыда и морали, готовы идти в эскорт лишь бы заработать побольше денег. Не имею ни малейшего понятия, зачем похищать девушек, если они не расположены к такой работе. Клиенты любят покорных игривых кошечек, а не ревущих истеричек. Это понятно даже мне, с моим минимальным опытом.

– Простите, но это какая-то ошибка. У меня нет никакого желания становиться проституткой и продавать свое тело всяким жирным уродам. – Приходилось быть максимально вежливой, хоть больше всего на свете хотелось закричать и встряхнуть эту снежную королеву. – Вы просто не знаете, кто мой отец…

Лет с пятнадцати меня преследовало стойкое убеждение, что папа не самый обычный бизнесмен. В нашем доме порой появлялись такие персонажи, при взгляде на которых кровь стыла в жилах. Вряд ли их можно было отнести к категории добропорядочных граждан. Не скажу, что они появлялись так часто, но иногда дело доходило до ругани, в которой мелькало прозвище – Аспид.

Со временем эти гости пропали. Думаю, что причина была в том, что я как-то налетела на высокого седовласого мужчину с мертвыми глазами. Он долго рассматривал меня с головы до ног, а потом вернулся в кабинет отца и негромко что-то высказал ему. Мне не хватило смелости, чтобы подслушивать, тем более что интуиция подсказывала, что в случае провала миссии наказание будет серьезным.

Нет, папа не изменился по щелчку пальцев, но что-то все же произошло, потому что с того момента и начался его неусыпный надзор над единственной дочерью. Мама вскоре после того эпизода сбежала на Мальдивы с садовником, прихватив свои драгоценности и крупную сумму денег. Меня удивило, что папа даже бровью не повел в ответ на такую подлость. Просто с того момента нас осталось двое, и ради меня он точно способен сравнять город с землей.

– Думаешь? То есть ты не Мирослава Давидовна Богучарова, студентка МГИМО и будущая гордость дипломатии? – Алевтина не улыбалась, она насмешливо скалила зубы, медленно разбивая вдребезги мои надежды. – Удивительно, ты один в один она, может вы тайные близняшки?

– Тогда тем более ты должна понимать, что мой отец меня найдет и, если с моей головы упадет хоть один волос, он всех вас уничтожит. – От папы мне досталась излишняя вспыльчивость. У меня не всегда получалось сдержать первые и самые ядовитые эмоции, в случае, когда что-то шло не по плану. Именно за эти черты характера в университете меня считали стервой. Так может не стоит сдерживаться? – Я не собираюсь продавать свое тело стремным извращенцам, которые не в состоянии построить нормальные отношения. Если тебе так нужна новая девочка, то можешь сама отправляться торговать своими увядающими телесами. Может, кто-то все же решит купить. Не у всех же людей хороший вкус. Так что в твоих же интересах немедленно отдать мне одежду и отпустить из этого рассадника венерических заболеваний, пока тебя не сдали в турецкий портовый бордель.

Я позволила высказать все, что накипело, не задумываясь о последствиях. Тем обиднее было услышать в ответ искренний смех этой грымзы. Ее глаза сверкали от удовлетворения моей речью, словно подсознательно она рассчитывала услышать нечто подобное.

– Мира, детка, сколько эмоций, сколько страсти! Он говорил, что в тебе скрывается огонь, но я даже не подозревала об этом вулкане. С таким темпераментом и внешностью ты сможешь отыграть столько образов. Начнем, конечно, с невинности, а дальше посмотрим, как все пойдет. Уверена, что совсем скоро во “Фрине” засияет новая звездочку.

Алевтина снисходительно потрепала меня по щеке, в красках расписывая шикарное будущее местной куртизанки. Мне же с трудом удавалось сдерживать тошноту, и это не было следствием плохого самочувствия. Я просто осознала, что угодила в серьезные неприятности и особенно мне не понравился загадочный “Он”, который успел многое поведать этой ненормальной.

– Кто такой он? Не знаю, какие сказочки вам успели рассказать, но я не проститутка и торговать телом не буду. Вас обманули! – Не в силах справиться с эмоциями, я гневно топнула ногой, совсем как маленькая девочка. – Хотите быть сутенершей? Продавайте своих детей!

Вот теперь я точно попала по больному месту. Она моментально изменилась в лице, скидывая маску беззаботной веселой подружки и продемонстрировала свою настоящую суть. Теперь Алевтина точно понимала, что вместе со мной получает ворох проблем. Лучшим решением было отпустить меня, замяв ситуацию. Я бы даже попыталась успокоить отца, чтобы он не пощадил хоть кого-то.

– Он – тот, кто посчитал, что ты заслуживаешь именно такого наказания, маленькая избалованная дрянь. Можешь скалить зубки сколько угодно, но лучше сразу прими тот факт, что ты здесь оказалась не просто так. Кому-тот было нужно сделать из тебя шлюху пока элитную, но возможно никто не захочет с тобой возиться и тебя будут сдавать всем подряд. Но и это не самый главный урок, что тебе предстоит выучить. – Непонятно почему, но в ее взгляде пылала такая ненависть, что мне стало не по себе. – Он не боится твоего отца. Здесь вообще никто не боится твоего отца. И никто не придет тебе на помощь.

## Глава 10


Тимур

Мне иногда не хватает того времени, когда я мог передвигаться по городу с относительной свободой. Сейчас меня знают в лицо все, кто имеет хоть сколько-то власти. И это было бы полбеды, если бы не их подобострастное отношение, глядя на которое персонал любого заведения начинает лебезить и стелиться ковриком под моими ногами. Весьма утомительного, когда предпочитаешь не светить на публике свой титул. Во мне нет пафоса Кристиана, который любит светские рауты, у меня нет подруги, которая была бы дочерью известного банкира, как в случае Алессандро. Даже Эрик стал чаще появляться на приемах и выставках, демонстрируя свою рыжеволосую танцовщицу. Мне же больше по душе роль наблюдателя, а не главного божества. Увы, только во “Фрине” есть возможность побыть собой, не опасаясь любопытных глаз.

– Аля у себя?

Я захожу в роскошную парадную, где меня встречает молчаливый охранник в темном костюме. Здесь немного другие порядки нежели в обычных борделях. Богатые и властные мужчины платят немалые деньги за прелести здешних красавиц. А еще за анонимность и возможность сохранить свои похождения в тайне. Конечно, любой дурак узнает известного политика, а вот промолчать ума хватает не у многих. Охрана Алевтины же не делает между посетителями различии. Для них они все на одно лицо. Меня, кстати, тоже стараются не выделять, хоть и не всегда получается.

– Алевтина Андреевна сейчас с Лилей, проводит инструктаж по поводу новой девочки. Она просила передать, чтобы вы проходили в ее кабинет.

Он не предлагает проводить, и не только потому, что не имеет права покидать пост. В узких кругах все знают, что Смерть покровительствует “Фрине”, кто-то и вовсе считает нас любовниками, не понимая, что узы, связывающие нас, крепче плотского желания. Именно поэтому весь персонал без каких-либо требований с моей стороны ведет себя так, словно я тоже являюсь хозяином этого места. Хотя царица здесь только Аля.

Ее кабинет светлый и просторный, больше подходящий какому-нибудь модному психологу или дизайнеру. Вот только несмотря на все то время, что она проводит на работе, комната остается немного обезличенной. Здесь нет неуместных безделушек или фотографий. Аля шутит, что так она разделяет клуб и личную жизнь, но мы оба знаем, что клуб и есть ее личная жизнь. Одна из стен прячет дверь в уже более личные покои госпожи дома удовольствий. Здесь она ночует чаще, чем в своей роскошной квартире в центре города. Просто здесь Аля чувствует себя в большей безопасности, чем за пределами своего маленького царства.

Ни один посетитель предлагал ей стать его содержанкой. Ее соблазняли огромными суммами, которые впечатлили бы даже особу действительно королевских кровей, но каждой получил отказ. Просто в этой жизни Аля никогда не подпустит мужчину ближе, чем на метр. И я не исключение. Скорее в ее глазах у меня вообще нет пола.

Я устраиваюсь в кресле для посетителей, с удовольствием вытянув ноги. Можно даже откинуться голову на спинку и прикрыть глаза, позволив себе такую роскошь, как не думать ни о чем. План работает как часы, нет ни малейшего повода думать, что малютка Мирослава сможет сбежать из этой крепости. Каждая девочка, каждый сотрудник, каждый охранник – все обожают Алю и никогда не предадут. У нее настоящий талант создавать такие условия труда, что ее готовы носить на руках. При этом не в убыток собственному доходу.

– Ты уже приехал? Прости, я немного задержалась с Лили. Она, кстати, передает тебе пламенный привет. – Алевтина бесшумно появляется из ниоткуда, умудряясь ни разу не цокнуть своими шпильками. Она наклоняется ко мне, чтобы оставить приветственной поцелуй на щеке. – Может навестишь как-нибудь девушку, пока она не исхудала от тоски?

Мне приходилось также пользоваться услугами гостеприимных девочек. Больше всех по темпераменту мне подходила Лилия, изысканная и неутомимая в постели. Обычно такие девушки не привязываются к партнерам, предпочитая принимать ухаживания всех мужчин, привередливо выбирая любовников, однако в этот раз что-то не сработало. Мы провели всего лишь две ночи, а страстная гурия уже начала бросать на меня влюбленные взгляды.

Влюбленная эскортница не принесет ничего, кроме вреда. Аля понимала это лучше, чем кто бы то ни был, но не могла не подшутить надо мной. Здесь, за закрытыми дверьми, где мы были просто Тимом и Алей, ей было это позволено.

– Ты же знаешь, единственная женщина, ради которой я готов сюда возвращаться, сейчас передо мной. Кстати, у меня для тебя небольшой подарок. – Я протягиваю ей роскошный бумажный пакет с тремя коробочками ее любимого лакомства. – Кристиан отправил посылку из Парижа. Такие ты точно еще не пробовала.

Она тут же меняется в лице и начинает с азартом разрывать упаковку, пытаясь побыстрее добраться до желанного десерта. В такие минуты ей не дашь больше двадцати пяти лет, хоть на самом деле через пару лет Але уже будет сорок. Мне хотелось бы видеть больше счастливых эмоций на ее лице, которые не были бы связаны с бордель. У меня нет к нему никаких претензий, но я бы хотел видеть, как она переступит прошлое и будет жизнь полной жизнью, а не ее суррогатом.

– С лимоном и лавандой? С малиной? С апельсином и пеканом? – Алевтина шустро разворачивает коробку с трюфелями и отправляет в рот сладкий шарик. На ее лице чистое и незамутненное блаженство, которое не хочется портить. Знаю, что разговор о Мирославе добавит ложку дегтя в нашу встречу, но мне нужно быть в курсе всех событий. Однако я молчу, позволяя ей попробовать каждый вкус. – Ты прав, таких я действительно не пробовала.

Алевтина отодвигает яркие коробки в сторону и присаживается на свое кресло. Только что она беззаботно радовалась конфетам, а теперь передо мной строгая хозяйка. Для нее нахождение здесь дочери этого человека неслабый триггер, и мне нужно как-то успокоить Алю, чтобы мой тщательно выстроенный план не рухнул.

– Думаю, что ты пришел спросить меня как она… Так вот, я никогда не встречала столь наглой и избалованной сучки.

## Глава 11


Тимур

Я боялся, что у Али будет на девчонку именно такая реакция. Она очень негативно реагировала на все, что было хоть как-то связано с Богучаровым. Конечно, его единственная дочь не стала исключением. Учитывая прошлое, которое их связывает, не стоит удивляться такому развитию событий. Однако это меняет того факта, что месть готовится для Аспида. Девчонка лишь орудие, с помощью которого я нанесу Давиду рану, от которой он не оправится. Жалею ли я Мирославу, которая не имеет никакого отношения к нашим разборкам? Как бы это жестоко не прозвучало, но нет. Во мне давно не осталось ни капли жалости.

И все же это не повод вымещать злость на Мире. Ей уже не сладко, потому что мир, к которому она успела привыкнуть, на глазах осыпается пылью. Не сомневаюсь, что Аспид хранит ее девственность с бдительностью старого дракона на груде золота. Она его возможность заключить выгодный брак и усилить свое влияние. Даже с учетом того, что ему пришлось свернуть большую часть бизнеса. Незаконного бизнеса.

Именно Алевтина натолкнула меня на мысль, как именно лучше всего отомстить Богучарову. Она держала лучший бордель страны, куда слетались толстосумы со всего мира, желая отведать лакомых цыпочек. Конечно, ни одну из них не заставляли торговать собой. Каждая сама пришла в этот бизнес и по полной пользовалась мужским вниманием.

Аля следит за своими девочками, как наседка за цыплятами. Редкий случай в подобной сфере деятельности, когда управляющая изначально на стороне своих сотрудниц, а не придерживается правила, что клиент всегда прав. Порой клиент настоящий ублюдок, которого надо четвертовать. И Алевтина знает это как никто другой. Единственно занозой, которая еще долго будет беспокоить мою давнюю знакомую, будет Мирослава, которая настроена избежать грядущей участи.

Ее желание мне понятно. Мало кто на ее месте променял бы сытую жизнь на работу проституткой, пусть и весьма дорогой. Но так нужно для моего плана. Все равно со временем Мирославу отпустят на свободу, но не раньше того, как ее папаша вкусит мою месть. Возможно, репутация девушки даже не сильно пострадает. Но все будет бесполезно, если Аля начнет ее изводить.

– И в чем же это выражается? – Я стараюсь максимально мягко прояснить ситуацию, не принимая ничью сторону. Быть бесстрастным судьей уже стало моей второй натурой.

– При каждом удобном случае угрожает своим отцом. Я уже не раз говорила ей, что здесь ее папочка не значит ничего, но она просто меня не слушает. Любая другая давно бы прикусила свой язычок и не нарывалась на наказание, а эта дрянь швырнула поднос с едой в Монику. А девочка просто хотела ей помочь адаптироваться! Пришлось посадить нахалку в карцер. Ты же знаешь, как я не люблю прибегать к наказаниям…

Я бы не сказал, что карцер в борделе – это нечто такое уж страшное. Алю обычно расстраивает сам факт того, что ей приходится причинять кому-то неудобства или боль, если дело касается ее подопечных. Только в этот раз мне кажется, что она получает какое-то извращенное удовольствие, срываясь на дочери своего врага. Таким образом у нас не выйдет ничего хорошего.

– Но ведь ее поведение вполне логично? Все это время девушка жила под защитой отца, не знала ни в чем отказа. Это мы знаем, какое чудовище скрывается под маской приличного бизнесмена. А вот единственную дочь Аспид вряд ли знакомил со всеми прелестями семейного бизнеса. Девчонка здесь абсолютно не при чем и не стоит вымещать на ней злость. Ты всегда была выше этого.

– Если девчонка не при чем, то зачем вообще ты придумал этот план? Можно было бы решить проблему, не впутывая “невинную” малышку в занятия проституцией. – Она нахмурилась и сложила руки на груди, отгораживаясь от меня. В такие мгновения от Али нужно было держаться подальше и не давить на нее своим авторитетом. Благодаря таблеткам, у нее была стойкая ремиссия, но все могло измениться в любой момент.

– То, что я использую ее, как разменную монету, не значит, что она перестает быть жертвой. Мне приходится играть теми картами, которые есть на руках. Мирослава – единственное слабое место Богучарова. Он мог сколько угодно на публике фыркать, что его дочь бестолочь, тусовщица и позорное пятно на семейном древе, но стоит копнуть глубже, как этот образ рассыпается в пыль. Будь у меня еще рычаги воздействия, я бы подумал, какой лучше использовать, но есть только Мира. Напуганная девушка, которая не понимает, что происходит. Никто не просит ее отпускать, но ты можешь быть чуть снисходительнее и не срываться на нее. Ты же помнишь, как ощущается это состояние полной беспомощности и безысходности.

Это был удар ниже пояса. Я видел это по тому, как расширились глаза Алевтины. В них мелькнул страх, который, к сожалению, ее никогда не оставит. Мне было некомфортно напоминать ей о прошлом, но не было иного способа быстро привести женщину в чувство. Хочется надеяться, что это мимолетное воспоминание не оставит в ее душе новых шрамов.

Когда-то Аля была жертвой, но смогла выжить и стать сильнее. Сейчас жертва Мирослава, и пусть я не планирую причинять ей боль или продавать больным наркоманам, это не делает меня лучше. Я такой же, как Давид Богучаров. Жестокое и равнодушное подобие человека. Долгие годы месть была единственный стимулом карабкаться на вершину пищевой цепочки. Мне удалось обогнать Аспида, но это не сделало меня счастливым. Боюсь, что я не обрету душевного покоя, пока не протащу его через тот ад, который он устраивал своим жертвам.

Он уже чувствует, что происходит что-то ужасное. Мои информаторы докладывают об отчаянии, с которым Давид разыскивает своего единственного ребенка. Грозный и холодный Аспид не знает сна, потерял аппетит и не может успокоиться. Все же он не дурак и знает, что с невинными хорошенькими девчушками в большом городе может произойти все, что угодно.

Абсолютно все.

## Глава 12


Мира

После наглого заявления этой старой грымзы я закатила истерику. Знаю, что папа бы не одобрил такое поведение, потому что воспитывал меня сдержанной и рассудительной. По его мнению, неумение справляться с негативными эмоциями признак слабого характера. И мне хотелось бы быть сильной, но пока не получалось.

Я не боялась признаться само себе в том, что эта ситуация пугает меня до ужаса. Не понимаю, как можно просто взять и похитить с улицы девушку, чтобы продать ее в секс-рабство?! Сотни моих ровесниц сами с радостью готовы торговать телами, так зачем им неумелая и неопытная девственница, которая готова сопротивляться до последнего вздоха?

Если дело именно в этой проклятой плеве у меня между ног, то можно найти и таких девиц. Уверена, при желании из них можно будет сделать таких красавиц, что я покажусь унылой замарашкой. Так почему они привязались к моей скромной персоне? Меня переполняло столько эмоций, что, когда через час ко мне зашла еще одна красотка с персиковой кожей и пухлыми губами, я сорвалась.

Поднос с едой, заботливо приготовленный ни в чем не виноватой девушкой, полетел в ее сторону с такими отборными ругательствами, которые спустя время стыдно вспомнить. Как итог, меня заперли в карцере, подумать над своим поведением. При этом они не чувствовали себя виноватой в том, что держат пленницу и планируют продавать мое тело без моего согласия.

На сутки меня посадили в крохотную, скудно обставленную, комнатушку, в которой было нельзя даже нормально встать во весь рост. Впрочем, все время наказания я провела, свернувшись клубочком на скрипящей кровати с панцирной сеткой. После простыней из египетского хлопка и роскошного ортопедического матраса, это ложе ощущалось изощренной пыткой. Зато я была одна, никто не жужжал над ухом и не распинался, как здорово жить в этом доме.

Нужно было найти силы, чтобы бороться с этим беспределом. Это же не секретное хранилище Ватикана, чтобы туда никто не мог проникнуть. Если проанализировать обстановку, изучить охрану и персонал, то можно найти лазейку для побега. Вот только сейчас мне не хотелось думать, мне хотелось плакать от страха и ощущения собственной беспомощности.

Через несколько часов живот начало сводить от голода. К этому времени я уже устала плакать, глаза опухли от слез и к ним было больно просто прикоснуться. Вот только гордость не позволила мне подойти и постучать в дверь. А может и не гордость, а детская обида, когда ребенок делает что-то назло, лишь потому что не хочет слушаться родителей.

У меня даже получилось забыться рваным чутким сном, в котором меня снова преследовали незнакомцы, а я пыталась от них убежать или хотя бы спрятаться в каком-то идиотском лабиринте. Иногда мне мерещился голос отца, который выдергивал меня из бесконечного кошмара. Но стоило открыть глаза, как вокруг был все тот же убогий карцер.

– Надеюсь, что ты подумала над своим поведением и больше не будешь причинять вред другим девочкам.

Я дернулась и с трудом открыла глаза. Надо мной стояла Алевтина Андреевна, в таком же строгом костюме, только уже другого цвета. Вчера в ней горели эмоции, но сегодня она была какой-то потухшей. Может ли такое быть, что папа поднял на уши весь город и уже вот-вот найдет меня? Это бы объяснило то, что грозная домомучительница присмирела и теперь ведет себя максимально вежливо и корректно.

Она развернулась и направилась на выход, не обращая на меня особого внимания. Можно было снова сглупить, закатить истерику и остаться здесь еще на неопределенный срок без еды и практически без воды. Но более привлекательным был тот вариант, в котором я смогу разузнать план дома и сбежать, воспользовавшись первой возможностью. Значит, пока нужно играть роль напуганной девочки.

В комнате, куда меня поселили, на подносе уже стоял горячий завтрак. Я всегда больше любила мясо, чем сладкое, и была удивлена тому, что мне приготовили яичницу с беконом, круассан с нежной ветчиной и чашку ароматного латте. Теперь не осталось ни малейшего сомнения в том, что это не случайное похищение. За мной целенаправленно следили, узнали мои вкусовые привычки и распорядок дня. А ведь о свидание с Тимом никто не знал, даже Арина. Мысли метались в голове, сменяя друг друга с такой скоростью, что поневоле в висках начало стучать.

– Папа меня ищет? – Маленькая девочка во мне, которая все еще считала своего отца самым сильным и самым грозным не смогла удержаться. Брови Алевтины дрогнули, но в этот раз ей удалось удержать себя в руках.

– Ищет. Только это ничего не значит. В этом он тебя не найдет. Тебя вообще здесь никто не найдет. Никто в здравом уме не сунется в мой клуб в поисках тебя. Лучше привыкай к этой мысли заранее. Тебе уготована определенная роль, и ты ее исполнишь.

Ее слова были слишком загадочны, чтобы сразу понять, что Алевтина имеет виду. Единственное, что пока было ясно, меня похитили по требованию кого-то не менее влиятельно, но вот почему спрятали в борделе? Я уже начала думать, что уверения, что из меня сделают еще одну проститутку были лишь еще одной попыткой напугать. Подержат пару дней в нервном напряжении, а потом позволят позвонить отцу по какой-нибудь закрытой линии. Дело, наверное, в шантаже и вымогательстве. Они просто не знают с кем связались. Папа и не таких выскочек обламывал.

– В общем, будь послушной девочкой. Завтракай, принимай душ и переодевайся. Через час за тобой придут и отведут тебя на осмотр.

– На какой осмотр? – Интуитивно я моментально напряглась, несмотря на ее беззаботный тон. Зачем меня осматривать, если моя роль просто сидеть в заточении и ждать возможности поговорить с папой.

– На обычный, гинекологический. Заодно тебя проверят на инфекции, передающиеся половым путем. У меня элитные заведение, клиенты не оценят, если новая девочка их чем-нибудь заразит. И прежде, чем ты решишь снова устроить бунт знай, будешь истерить, тебя привяжут к креслу и осмотрят насильно. Это уже гораздо более неприятная процедура. Приятного аппетита!

На ее лице мелькает едкая улыбка, которую она специально демонстрирует, прежде чем выйти из комнаты, оставив меня в полном раздрае. Это очередной метод запугивания или Алевтина на самом деле хочет сделать из меня шлюху?

## Глава 13


Мира

Не знаю дурость это, излишняя самоуверенность или желание спрятаться от проблем подальше, но я до последнего не верила в осмотр у врача. Даже когда двое плечистых охранников вели меня по коридору куда-то на верхний этаж. Открыто меня никто не рассматривал, но двери во многие комнаты были открыты и девушки с любопытством провожали взглядом строптивую новенькую. Стоило признать, что никто их них не выглядел несчастными. Наоборот, каждая сияла здоровьем и красотой, никогда бы не подумала, встреть одну из них на улице, что передо мной проститутка.

Удивительным образом ни один типаж не повторялся. Я хорошо запомнила томную знойную Лилию, была еще Моника, которая пала жертвой моих эмоций. Но и без них было немало сотрудниц постельного труда: миниатюрная азиатка с черными волосами, а рядом с ней пышная голубоглазая блондинка. Дерзкая рыжеволосая оторва делала массаж плеч хрупкой фее с короткострижеными русыми волосами. И все они пялились на меня с откровенным осуждением. Интересно, их просветили почему же новенькая так не хочет иметь с ними ничего общего?

Погрузившись в невеселые мысли, я сама не замечаю, как мы останавливаемся перед невзрачной серой дверью, и сопровождающие довольно грубо вталкивают меня внутрь. Стоит только перешагнуть порог, как мы сталкиваемся взглядом с довольно возрастной дамой в белом халате. Судя по интерьеру это действительно медкабинет, судя по отвращение и презрению в блекло-голубых глазах – гинеколог от меня не в восторге. Можно было бы подумать, что ей просто не нравятся девушки, продающие свое тело, но уже знакомую мне кудрявую девицу она проводила ласковым похлопыванием по плечу. Боже, да что я им всем сделала?! Я вообще не хочу здесь находиться!

– Привели буйную? – Женщина смотрела сквозь меня, как будто перед ней никого нет, обращаясь к охране. – На кресло ее, по процедуре “Бета”. Малышка Моника, итак, от нее пострадала, не будем рисковать.

– Что за процедура “Бета”? Какого черта здесь происходит? – Нахмурив брови, я пыталась понять, чего хочет эта мегера в белом, которая уже заочно записала меня во враги народа. – Ваши попытки меня запугать уже дошли до смешного! Не нужно этого спектакля! Позвоните моему отцу, уверена, что вы сможете договориться.

И кажется, упоминание папы было лишним. В глазах врачихи полыхнула такая ненависть, что я невольно шагнула назад. Мне фантазии не хватает представить, что же он сделал этим двум женщинам, что они перенесли свои эмоции на его ребенка, на девушку, которая не сделала им ничего плохого. Не думала, что это возможно, но чувство страха стало еще сильнее. Словно меня запихнули в клетку к диким зверям, не оставив ни единой возможности спастись.

Ее ярость и ненависть были столь велики, что буквально парализовали мое тело. Я смотрела на нее во все глаза, не в силах пошевелить даже мизинцем. И не заметила, как мои сопровождающие бодро подхватили меня под руки и поволокли к гинекологическому креслу. Стоило мне почувствовать чужие руки, как я принялась отчаянно сопротивляться, пытаясь вырваться из их лап. Честное слово, лучше выпрыгнуть в окно, прикрытое жалюзи, чем находиться в этом кошмаре.

Вот только куда мне было тягаться со здоровыми крепкими парнями. Спустя каких-то пару минут меня не только усадили на кресло, абсолютно не церемонясь со слабой девушкой, но еще и крепко привязали ремнями в районе щиколоток и запястий. Очередная мучительница равнодушно наблюдала за этим, стоя в стороне.

– Срежьте с нее трусы. Не хочу возиться дольше положенного.

Я отчаянно зажмурилась, когда по моим бедрам скользнула холодная сталь. Два лязгающих щелчка и клочок шелка соскользнул вниз, оставляя меня полностью беззащитной и уязвимой к посторонним взглядам. Было страшно открыть глаза и увидеть жадные похотливые взгляды, с которыми садисты смотрят на мою наготу. Однако практически сразу до меня донесся удушающий аромат лаванды и медикаментов, а потом равнодушный женский голос впервые обратился ко мне.

– У меня в руках инструменты, зеркалом можно порезаться. В твоих же интересах лежать неподвижно и не дергаться.

И следом же в меня проник тонкий палец в латексной перчатке, безжалостно выворачивая нежные половые губы. У нее не было члена, она не проявляла ко мне сексуального интереса, но я чувствовала, что меня насилуют. Пусть такая процедура не лишит меня девственности, но от этого она не стала менее унизительной. Мне хотелось быть сильной, но из-под крепко зажмуренных век покатились слезы. С губ сорвался жалобный придушенный всхлип, на который никто не отреагировал.

Садистский медосмотр проходил в абсолютной тишине, которая иногда прерывалась тихим рыданиями. Я не смогла сохранить достоинство. Его размазала по полу та, кто должна была заботиться о своей пациентке, пусть даже такой, которую притащили против ее воли. Всем в этом чертовом здании было на меня плевать. Они хотели наказать отца, но издевались над дочерью. Мне никогда не понять такой логик.

– Ребенок не должен платить за проступки своих родителей. – Словно в трансе я прошептала эти слова в ответ на очередное грубое движение прохладных пальцев.

– Ошибаешься. Есть такие вещи, которые не в силах искупить даже следующие несколько поколений. Есть такие поступки, которые можно искупить только кровью. А есть и такие, которые нельзя прощать никому и никогда. Твоему отцу это скоро предстоит узнать на шкуре собственного ребенка.

## Глава 14


Тимур

“Сегодня вечером будут онлайн-смотрины новой девочки. Трансляция будет проходить вечером в нашем кинозале”.

Я не мог не удивиться оперативной работы Али. Совсем недавно ее привезли в клуб мои люди, а она уже готова продемонстрировать своим клиентам свежее мясо. Не то, чтобы меня волновало, кто именно лишит девственности дочь Богучарова, но проконтролировать процесс придется. Все же у него остались друзья, которые могли видеть единственную дочурку и запомнить ее внешность. Не хотелось бы, чтобы тщательно выстроенный план мести сорвался в самый неподходящий момент.

Алевтина, которая взяла на себя немалую часть реализации задуманного, должна была отсеять тех посетителей, которые могли хоть как-то узнать в новой девочке представительницу золотой молодежи столицы. И это было самое слабое место в моей операции. Никогда нельзя полностью изучить фактор узнавания, поэтому нужно появиться и внимательно понаблюдать за пришедшими. Запасной план тоже наготове, но лучше обойтись малой кровью.

Меня встречают, как самого желанного гостя, несмотря на опоздание. Лиля, в сексуальном черном боди и чулках, тут же начинает крутиться вокруг меня, бросая в сторону остальных девиц ревнивые взгляды. Она, как, впрочем, и любая девушка в этом заведении, предпочитала, чтобы ее любовник был не только состоятельным, чтобы позволить себе ночь с ней, но и симпатичным. За таких клиентов шла настоящая борьба. Вот только меня не устраивало, что прекрасная Лилия начала слишком много на себя брать после нескольких ночей.

Она, конечно, была щедрой и открытой любовницей, готовой на разные эксперименты, но я слишком брезглив, чтобы встречаться с той, кого трахает еще кто-то кроме меня. Возможно, Аля бы и согласилась перевести ее на мое индивидуальное обслуживание, но мне этого было не нужно. Разве не в этом прелесть таких заведений, что ты можешь выбрать любую девушку, которая тебе понравилась?

– Прости, милая, но сегодня мне интереснее компания Айви. – Я небрежно обнимаю за плечи рыжеволосую стервочку, которая чем-то напоминает Ядовитый плющ и поэтому взяла такое же имя. Не скажу, что предпочитаю рыжих, но эта колючка сможет дать отвергнутой Лиле достойный отпор, когда она будет пытаться ее уколоть.

Лиля что-то злобно буркнула в ответ, но я не обратил на это внимание, потому что зашел в кинозал и неслабо удивился приглашенным клиентам. Мне казалось, что Аля услышала мою просьбу быть с девушкой помягче, потому что лично к ней у меня нет претензий. Она просто должна послужить орудием мести, которое уничтожит Аспида. И тем не менее мои просьбы быть терпимее к Мире услышаны не были.

В комнате собрались самые худшие кандидаты для лишения девственности – все сплошь пожилые, в основном не самой приятной внешности, с объемными животами, которые они отъели на государственной службе или на не самом честном бизнесе. Опытных девочек Али такие экземпляры вряд ли отпугнут, но тепличный цветочек, который далек от подобной сфере, может и сломаться. А по глазам Али видно, что этот демарш она устроила специально, срывая свою боль и злость на ни в чем, по сути, не виноватой девушке.

Трансляция началась сразу же, как только я устроился в своем любимом кресле, которое стояло таким образом, чтобы можно было видеть всех присутствующих. Мужчины с удовольствием пили элитный алкоголь, лапали полуобнаженные женские тела и лениво косились на экран. Однако не прошло и нескольких секунд, как Мирослава завладела внимание каждого клиента в этом зале. К сожалению, и моим тоже.