# Звёздная Кровь. Изгой X

Алексей Елисеев

Единство – это суровое и жестокое место, которое тебе сразу напомнит о своей сути, если начнешь о ней забывать. Из-за последствий аварийного выхода из холодной гибернации, большая часть воспоминаний о прошлой жизни утрачена, но я узнал, что и здесь живут люди… И не только люди, не вполне люди и совсем не люди. Это я для них пришелец. Друзья меня называют Киром из Небесных Людей. Для врагов у меня есть другое имя – Кровавый Генерал. Большинство первостепенных задач решено. Пришло время наладить быт и основать форпост для наших соотечественников и колонистов с ковчега «Хельга», чтобы уже наконец относительно нормально зажить, но Единство, а может судьба, снова ставит меня перед непростым выбором.

## 435.

Бумага от Матриарха, спрятанная во внутреннем кармане, буквально жгла мне грудь. Этот пергамент, пахнущий дорогими духами, был не просто бумагой. Он был поводком и одновременно кнутом. Он был абсолютной свободой действий, ограниченной лишь одним ничтожным условием – успехом. Провал же означал, что этот самый свиток, с этой самой размашистой подписью, зачитают в качестве моего смертного приговора на городской площади перед моей казнью. Отдых? Отдыхать я буду на том свете, если он, конечно, существует. Сейчас же у меня не было времени даже на то, чтобы выдохнуть.

Я вернулся в свой наскоро обставленный особняк лишь для того, чтобы снова забраться в холодное, пахнущее потом и металлом нутро импа. Машина отозвалась на нейрошунтовое сопряжение глухим, утробным гулом, словно просыпающийся после долгой спячки доисторический хищник. Я вывел её со двора, аккуратно, почти с нежностью, перешагнув через то, что ещё утром было ухоженной клумбой с экзотическими цветами, и направился в промышленный квартал.

Под нашими многотонными шагами дрожала земля. Горожане, уже начавшие оправляться от утреннего шока, вызванного разрушением ворот, снова бросились врассыпную, однако теперь в их взглядах было больше болезненного любопытства, чем животного страха. Гигантский боевой робот, неторопливо шагающий по их улицам, – такое зрелище не каждый день увидишь. Это было событие, о котором потом они будут рассказывать своим внукам, если, конечно, у них у всех будет это самое «потом».

Промышленный квартал встретил нас настороженным скрежетом и запахом горелого масла. Здесь, вдали от нарядных, вылизанных фасадов центра, Манаан показывал своё истинное, неприглядное лицо – ржавое, покрытое вековой копотью и бесконечно усталое.

Техники, присланные Пипой, уже суетились в ангаре. Это было огромное, гулкое, как собор, помещение, служившее раньше доком для неуклюжих грузовых воздушных парусников. Я, не выходя из кокпита, связался по воксу с генералом Витором ван дер Киилом.

– Генерал…

– Кир, я больше не генерал, – раздался в динамиках его знакомый, прокуренный голос. – Обращайся ко мне, пожалуйста, просто Витор.

Я мысленно кивнул.

– Витор, мне нужны толковые парни из бывших легионеров. Здесь, в промышленном квартале, – я назвал точный адрес и приметы ангара.

– Сколько? – деловито, без лишних вопросов, спросил он.

– Двоих пока будет достаточно, если одним из них будет Гарри.

– Уже успел что-то натворить, Кровавый Генерал? – в вокс-канале раздался его хриплый, похожий на скрежет гравия смех. – Ещё и полдня не прошло с твоего триумфального возвращения.

– Мне нужен постоянный караул. У ангара в промзоне.

– Для этого твоего импа? – уточнил Витор. – Слухи уже расползлись по городу. Говорят, размером он с башню и может одним выстрелом снести целый квартал.

– Слухи на этот раз не врут. Поэтому и нужен надёжный караул. Чтобы здесь поменьше зевак и ворья всякого шныряло.

– Будет сделано. Зайду попозже, хочу поглядеть на это чудище сам. Интересно, сколько оно жрёт топлива…

Хмыкнув, я отключился и начал медленно загонять импа в ангар. И тут начался форменный цирк. Рабочие, до этого момента суетливо расчищавшие площадку, при виде приближающейся пятнадцатиметровой машины смерти бросились врассыпную, как тараканы от внезапно зажжённого света. Это было постыдное мышиное бегство. Они неслись, опрокидывая ящики с инструментами, спотыкаясь на ровном бетонном полу и жалобно вскрикивая.

Моё терпение, и без того тонкое, как паутина, с треском лопнуло. Я выпрыгнул из распахнувшегося люка кокпита, в два прыжка догнал самого медлительного и неуклюжего бегуна и мёртвой хваткой вцепился ему в шиворот. Мужичонка оказался на удивление жилистым и бородатым, в промасленном дочерна комбинезоне. От него несло потом, дешёвой дымтравой и липким животным страхом.

– Ты кто такой? – прорычал я, хорошенько встряхнув его, так что зубы у него клацнули.

– И-инженер… – заикаясь, проблеял он, не смея поднять на меня взгляд. – Главный инженер, сударь.

– Так какого маблана твои люди разбегаются, как тенеподы от игг-света? Был приказ подготовить ангар к приёму машины.

– П-приказ был, господин, – он искоса, с суеверным ужасом посмотрел на застывшего в воротах ангара импа. – Но… он же страшный… Мы… мы не знаем, что с этим делать! Это… это же не паромобиль! Это технология грязекопов! Мы и паромобили-то можем только подлатать, масло сменить, да колесо поменять, гусеницу натянуть, заправить топку и котёл, а тут…

Я разжал пальцы, и он мешком осел на пол. Внутри у меня заворочалась кислотная, обжигающая желчь раздражения. Это не было прямой диверсией. Это было гораздо хуже. Это был системный паралич, въевшаяся в кости некомпетентность. Пипа не саботировала меня. О нет, она была куда тоньше. Она просто бросила меня в это зловонное болото местной профнепригодности, чтобы посмотреть, выплыву ли я. Благодарность баронессы обернулась очередной проверкой на прочность.

Что ж. Если гора не идёт к Магомету, Магомет достаёт из-за пазухи динамитную шашку…

– Хорошо, – сказал я инженеру, который всё ещё пытался отдышаться, сидя на грязном полу. – Забудьте про техническое обслуживание. Можете сделать простые вещи?

Он испуганно и часто закивал, как китайский болванчик.

– Мне нужны полые цилиндры из закалённой стали. Вот такого диаметра, – я показал ему на пальцах примерный размер. – И взрывчатка. Много взрывчатки. Самой мощной шахтёрской, какая только у вас есть.

Инженер побледнел ещё сильнее, если это вообще было возможно. Его лицо приобрело цвет грязного мела.

– Н-но зачем, сударь?

– Для фейерверка, – отрезал я, глядя на этого дрожащего специалиста с чувством, близким к омерзению. – В честь предстоящей победы. Завтра к утру принесёшь мне первые образцы и точные расчёты, сколько таких «хлопушек» может выдать ваша хвалёная промышленность за одну неделю. А теперь иди. И передай остальным, что машина не кусается. Пока я не прикажу.

Он кивнул с таким рьяным усердием, что я на миг испугался, как бы он не свернул себе шею, и на полусогнутых, подгибающихся в коленях ногах поспешил прочь, исчезнув в полумраке цехов.

Когда имп уже стоял в гулкой, давящей тишине ангара, отбрасывая на стены чудовищную тень, а я, склонившись над верстаком, прикидывал на листе жёлтой тростниковой бумаги схему изделия, которое завтра поручу главному инженеру, в широких воротах появилась новая фигура.

Это был чиновник. Его можно было узнать за версту, даже в сумерках. Его выдавала не одежда, а сама суть. Физиономия, отмеченная печатью самодовольного ничтожества, аккуратное брюшко, любовно выпестованное на казённых харчах и выпирающее из-под туго застёгнутого жилета, и та особая, шаркающе-семенящая походка, свойственная людям, чья власть ничтожна, но абсолютно незыблема в пределах их крохотного, бумажного мирка.

– Вы заняли этот ангар и собираетесь его, кхм, перестраивать? – его голос был маслянистым, вкрадчивым.

Голос человека, привыкшего не приказывать, а намекать. Я молча кивнул, нехотя подняв на него взгляд от своих чертежей.

– Я – Филав Понто, представитель Гильдии Строителей Манаана, – представился он, подходя ближе и с брезгливым любопытством оглядывая моего импа. – У меня к вам дело чрезвычайной, я бы сказал, государственной важности.

– Излагайте, – буркнул я, возвращаясь к расчётам. – Только прошу вас побыстрее. У меня масса дел.

– У меня тоже, у меня тоже… Дело в том, что для проведения любых… э-э… строительных работ в черте города требуется официальное разрешение от градостроительного совета. А также согласование с нашей почтенной гильдией. Вы же понимаете, безопасность, стандарты, исторический облик…

Я медленно поднял голову. Внутри меня что-то неприятно шевельнулось.

– Какой ещё гильдией? – обалдело переспросил я.

– Как какой… – на мгновение растерялся Филав. – Строительной… С Гильдией Строителей, уважаемый сударь!

## 436.

– У меня есть разрешение от баронессы ван дер Джарн.