# Короли кинематографии

Арм Коста

Молодой режиссёр Семён Гавриловский приезжает в Москву с мечтой снять великое кино. Но вместо славы и признания он попадает в водоворот безумных приключений, где продюсеры мечтают о драконах, актёры путают сценарии, а почтальон пытается продать подписку на журнал во время съёмок.

В главных ролях – неунывающий режиссёр, два эксцентричных продюсера с синдромом «улучшательства», влюблённая в сумку драконша-студентка и почтальон, который всё ещё верит в акции со скидками.

Сюжет закручивается вокруг попытки снять простую историю о любви, пока продюсеры настаивают на драконах, погонях на самокатах и космических мотивах. Параллельно с этим команда тайно снимает «правильный» вариант фильма, балансируя между смехом и отчаянием.

Предупреждение: чтение может вызвать приступы смеха, ностальгию по Зареченску и непреодолимое желание снять собственное кино – без драконов, но с бутербродами.

Глава 1. Столица встречает

Поезд «Киров – Москва» прибыл на Ярославский вокзал в 7:03 утра. Вагон дрогнул, зашипел, выпустил последний клуб пара – и замер. В тамбуре, прижимая к груди потрёпанный чемодан с торчащими из боковины спицами (последствия неудачной попытки упаковать сценарий), стоял Семён Гавриловский – двадцатитрёхлетний режиссёр из городка Зареченска-на-Волге.

Он вышел на перрон, вдохнул запах шпал, кофе из автомата и чьих-то душных духов. Москва пахла так, будто только что проснулась и ещё не решила, сердиться ей или улыбаться.

– Ну, привет, – пробормотал Семён, оглядываясь. – Я тут чтобы снять шедевр. Или хотя бы что-то, что не заставят переснимать.

Шаг первый: найти жильё

В Зареченске Семён снимал комнату у тёти Любы, которая каждый вечер спрашивала: «Ты опять про кино думаешь? Лучше бы работу нормальную нашёл». В Москве такой тёти не было – зато были сайты с объявлениями.

Он открыл приложение на телефоне:

«Сдаётся комната в центре! 15 000 руб./мес. Всё включено (кроме сна, еды и спокойствия)».

– Звучит как ловушка, – сказал Семён вслух. – Но у меня нет выбора.

Хозяйка, дама с причёской «взрыв на макаронной фабрике» и взглядом, которым можно было резать стекло, встретила его у подъезда.

– Ты режиссёр? – спросила она, разглядывая его кеды с оторванной подошвой.

– Да.

– Значит, будешь платить вовремя. У меня тут уже один «режиссёр» три месяца жил, а потом выяснилось, что он грузчик.

Комната оказалась размером с гардеробную, зато с окном. Семён поставил чемодан, сел на кровать и достал из кармана смятый листок – свой первый московский план:

Найти продюсеров.

Продать сценарий.

Снять фильм.

Получить «Оскар».

Вернуться в Зареченск и сказать тёте Любе: «Я же говорил».

Шаг второй: найти продюсеров

В Зареченске продюсеры были абстрактны, как инопланетяне. В Москве они оказались вполне материальны – и даже имели офис.

Семён нашёл их случайно: зашёл в кафе «Киношная чашка» (где кофе стоил как билет в кино, а пирожные – как спецэффекты), сел за столик и услышал:

– Гева, ты гений!

– Саша, ты тоже гений!

– Нет, это ты гений!

– Нет, это ты!

За соседним столиком сидели двое – Сарпедон и Гвидон Пустосевичи (Саша и Гева). Братья были похожи, как две купюры в 500 рублей, но с разными выражениями лиц: Саша – с улыбкой, будто только что продал воздух, Гева – с видом человека, который знает, где зарыт клад, но никому не скажет.

Семён собрался с духом и подошёл.

– Здравствуйте! Я режиссёр. У меня есть сценарий.

Братья переглянулись.

– Сценарий? – переспросил Саша, поправляя галстук, который явно был куплен на распродаже «Всё по 100 рублей». – А у нас как раз окно в расписании.

– Какое окно? – не понял Семён.

– Метафорическое, – пояснил Гева. – Мы всегда ищем новые таланты. Особенно если они сами приходят.

Шаг третий: продать сценарий

Семён достал из чемодана папку (на обложке которой гордо красовалось: «КОМЕДИЯ. НЕ ПЕРЕВОРАЧИВАТЬ. ЕСЛИ ЧТО – Я НЕ ВИНОВАТ») и положил перед братьями.

– Читаем, – скомандовал Саша.

– Не читаем, – возразил Гева. – Сразу покупаем.

– Но мы же должны…

– Покупаем! – рявкнул Саша. – За 50 000 рублей.

Семён чуть не упал.

– Это… много? – спросил он.

– Мало, – вздохнул Гева. – Но мы щедрые.

– И доверчивые, – добавил Саша. – Правда, Гева?

– Абсолютно.

Они подписали контракт на салфетке (потому что «настоящие документы – это скучно»), и Семён почувствовал, как мир вокруг него начинает вращаться быстрее.

– Когда начнём снимать? – спросил он.

– Завтра, – ответил Саша.

– Или через месяц, – уточнил Гева.

– Или никогда, – подмигнул Саша.

Семён не понял, шутка это или нет. Но он уже был в игре.

Шаг четвёртый: осознать, во что ввязался

Выйдя из кафе, Семён сел на скамейку и перечитал контракт. Там было написано:

«Продюсеры имеют право:

Менять сценарий по своему усмотрению;

Заменять актёров на кого угодно (включая собак);

Объявлять фильм шедевром, даже если он провалится;

Требовать от режиссёра исполнения любых творческих капризов».

– Ого, – сказал Семён. – Это точно комедия?

В этот момент ему на голову упала листовка. Он поднял её. На ней было написано:

«Требуется помощник режиссёра на съёмки фильма „Любовь в эпоху кризиса“. Оплата: опыт и моральное удовлетворение».

Семён улыбнулся.

– Ну что, Зареченск, – прошептал он. – Поехали.

Глава 2. Первые звоночки

Семён сидел в крошечной комнате с окном на пожарную лестницу и вчитывался в контракт, который подписал вчера с братьями Пустосевичами. Строчки плясали перед глазами: «Продюсеры вправе вносить правки в сценарий без согласования с автором… вправе привлекать к съёмкам любых специалистов, включая дрессированных животных… вправе объявить проект „арт-хаусным экспериментом“ в случае провала».

– Это же… – Семён запнулся, подыскивая слово. – Это же пиратский ультиматум!

Он достал телефон, нашёл в контактах «Дядя Ваня (бывший оператор, Зареченск)» и нажал вызов.

– Семёнушка, ты?! – раздался в трубке бас, от которого задребезжала рама. – Ну как там, в столице? Уже «Оскар» получил?

– Дядя Ваня, тут такое дело… – Семён понизил голос. – Я подписал контракт. С продюсерами.

– Так! – рявкнул дядя Ваня. – Читай пункт семь. Там, где про авторские права.

– У них нет пункта семь. Тут вообще нет нумерации.

В трубке повисла пауза. Потом дядя Ваня произнёс медленно и весомо:

– Семёнушка. Ты попал.

Утро второе: офис мечты

На следующий день Семён явился в офис братьев Пустосевичей – помещение в полуподвале бизнес-центра с вывеской «Киностудия „Пустосевич Продакшн“ (и ещё кое-что)».

За столом, заваленным пустыми кофейными стаканчиками и папками с надписями «Проект „Любовь“ (не путать с тем, что про кризис)», восседали Саша и Гева.

– А, наш гений! – воскликнул Саша, размахивая ручкой. – У нас грандиозные новости!

– Мы решили, – подхватил Гева, – что твой сценарий…

– …слишком хорош! – перебил Саша.

– …чтобы его снимать, – закончил Гева.

Семён побледнел.

– То есть как?

– Не переживай! – Саша хлопнул его по плечу. – Мы его улучшим.

Из ящика стола он достал толстую красную папку. На обложке красовалось: «КОМЕДИЯ. РЕЖИССЁРСКАЯ ВЕРСИЯ. (Теперь с драконами!)».

– Драконами?! – ахнул Семён.

– Ну не настоящими, конечно, – успокоил Гева. – Компьютерными. Бюджет не позволяет настоящих.

– Но у меня же история про почтальона, который влюбился в библиотекаршу!

– Теперь это история про почтальона-избранного, который должен спасти мир от тёмного мага, укравшего последнюю книгу, – торжественно объявил Саша. – Гева придумал.

Гева скромно потупился.

– И ещё мы добавили погоню на самокатах, – добавил он. – Для динамики.

Обед с последствиями

В кафе напротив офиса Семён пытался осмыслить происходящее. Перед ним дымилась чашка чая с надписью «Я люблю кино (и деньги)».

К столику подсел парень в растянутом свитере и с ноутбуком под мышкой.

– Ты же новый режиссёр у Пустосевичей? – спросил он, не дожидаясь приглашения. – Я Лёша, второй помощник третьего ассистента. Или что-то вроде.

– Семён.

– Слушай, – Лёша понизил голос, – ты в курсе, что они уже три фильма так «улучшили»?

– И?

– Первый – про войну 1812 года – закончился танковой битвой. Второй – мелодрама про пенсионеров – внезапно стал триллером с зомби. Третий… ну, там была сцена с дельфинами. Не спрашивай.

Семён сглотнул.

– И что, их не закрыли?

– Они каждый раз меняют название студии, – вздохнул Лёша. – Сейчас вот «Пустосевич Продакшн». В прошлом году были «Братья Сип и Гейл», подобно Чипу и Дейлу – двум легендарным грызунам, потом «Пустосевичи Форевер».

– Но почему их финансируют?!

– Потому что они усердно грызут гранит киноиндустрии… Потому что они умеют продавать идею. Вот смотри, – Лёша открыл ноутбук и показал презентацию. На слайде красовался логотип: «„Почта судьбы“. Эпическая сага о любви и самокатах». Под ним – коллаж из кадров «Властелина колец», «Ромео и Джульетты» и… гонок на самокатах.

– Это… серьёзно?

– Абсолютно. Завтра встреча с инвесторами. Они уже клюнули на «эпическую сагу».

Вечер: альтернативный план

Вернувшись в свою комнату, Семён достал из чемодана старый блокнот. На первой странице было выведено: «Мой первый фильм. Без драконов».

Он открыл чистую страницу и написал:

План «Б»

– Найти нормальных продюсеров.

– Украсть свой сценарий из офиса Пустосевичей.

– Снять кино тайно.

– Стать легендой.

– Вернуться в Зареченск и сказать тёте Любе: «Я же говорил. И без драконов».