Райли Дарк
Моя милая Агнес

Глава 1

Ральф

Чёртов дождь. Чёртов туман. Чёртов этот Джек, который не может выполнить работу должным образом. Я барабанил пальцами по рулю. В салоне пахло кожей и кофе, единственными нормальными вещами в этом вечере. Дорога из города обратно в мой дом – единственное, что меня сегодня раздражало. Просто хотел тишины. А вместо этого получил эту хренову серую мглу, прилипшую к лобовому.

Зажёг сигарету, игнорируя идиотский значок «не курить». Затяжка, горький дым. Скорость – ровно семьдесят, хоть глаз выколи. А потом – бац.

Из-за этой стены тумана, прямо перед моими фарами, как чёрт из табакерки – выскакивает фигура.

Сука!

Моя нога врезала в торец по полу. Машина завизжала, системы безопасности затрещали. Я держал руль мёртвой хваткой, чувствуя, как шины на миг теряют сцепление с мокрым асфальтом. В лицо ударил слепящий белый свет аварийных фар.

Остановился.

Сердце не колотилось. Просто внутри всё закипело – ледяным, яростным кипением. Кто эта мразота? Самоубийца? Пьяная дура?

Я увидел её. Она застыла в свете, как олень. Широко раскрытые глаза. Из наушников торчали провода. В руках – какие-то бумаги, теперь летящие по грязи. Каштановые волосы, мокрые, прилипли к лицу. Обычная девчонка. Студентка. Джинсы, потрёпанная куртка.

Я выдохнул дым через ноздри, заглушил двигатель. Тишина, нарушаемая только шипением дождя по стеклу. Мои пальцы разжали руль.

Распахнул дверь. Холодный влажный воздух ударил в лицо. Я не накинул капюшон. Пусть мочит этот жалкий дождь.

– Эй, ты совсем идиотка !– мой голос прозвучал достаточно грубо.– Красный свет для психов придуман, или ты из их числа?

Она не двигалась. Смотрела на меня, на машину. В её глазах был животный страх, да. Но ещё что-то… Что-то живое. Что-то… упрямое. Это разозлило меня ещё больше.

Я подошёл ближе, разглядывая её. Грязь на коленях. Капли дождя на ресницах.

– Заткнись, мудак! – выкрикнула она. Голос сорванный, но уверенный. – Ты несёшься, как угорелый! Тут пешеходный переход в полусотне метров, слепой что ли?!

Я откинул голову набок. Интересно.

– Иди нахуй со своей тачкой! – она продолжала, трясясь, но не от страха, а от адреналина. Собрала свои бумаги, швырнула на меня грязный, яростный взгляд. – и сам ты идиот!!

И прежде чем я успел что-то ответить, она развернулась и побежала. Исчезая в серой пелене дождя и тумана.

Я стоял посреди дороги. Дождь стекал по лицу. В ушах ещё звенел её голос.

И тогда я ухмыльнулся.

Ну надо же, – подумал я, медленно возвращаясь к машине. Не просто испуганный кролик. Кролик с зубами. Который ещё и огрызается.

Я сел в салон, захлопнул дверь. Тишина. Тепло. Но в воздухе будто всё ещё висел её крик. Её запах – дождь, гнев, что-то дикое.

Я завёл машину, тронулся. В зеркале заднего вида – только пустая мокрая дорога.

Ухмылка не сходила с моего лица. Всё раздражение улетучилось. Его сменило живое, острое любопытство.

Она послала меня нахуй. Никто. Никто-никогда не смел так со мной разговаривать. Не клиенты, не партнёры, не те твари, что ползают у меня в подчинении. У них не хватало бы смелости, даже если б их жизни висели на волоске. А эта… эта девчонка. Выскочила из грязи, чуть не размазалась по моему бамперу, и… и залаяла.

Мой интерес из ледяного любопытства перерос в нечто более осязаемое. Желание. Желание разобрать эту вспышку на части. Посмотреть, что её питает. Страх? Гордость? Глупость? А потом… потушить её. Медленно. По-своему. . Да я чертов псих !! И не оставлю это просто так.

Хорошо, – подумал я. Очень хорошо. Давай поиграем, кролик. Покажи мне, на что ещё способны твои зубки.

Я завёл машину, но вместо того чтобы ехать домой, припарковался на обочине в тени большого дуба. Вытащил второй телефон, серый, безликую рабочую модель.

Набрал номер. Ответили после первого гудка.

– Босс.

Голос Майка, моего помощника по особым поручениям, был ровным, готовым к приказу. Майк не задавал лишних вопросов. Он убирал проблемы. А иногда – находил интересные вещи.

– Место: перекрёсток Риджвэй и 5-й, возле кампуса Блэквуд. Время: 22:47. В серой Тесле я чуть не снёс девушку. Она выбежала на дорогу, – Каштановые волосы, зелёные глаза, лет 19. В джинсах, потрёпанной куртке. Таскала книги и художественный блокнот.

Я сделал паузу, представляя её лицо в свете фар.

– Пробить всё. Все камеры в радиусе километра – частные, муниципальные, у магазинов. Найти, откуда она пришла, куда убежала. Установить личность. Имя, факультет, адрес, круг общения, соцсети, оценки, долги, страхи. Всё, что можно выкопать.

– Будет сделано, – без тени удивления ответил Майк. Для него это была рутина. Найти человека – всё равно что заказать пиццу. У нас были связи везде: в полиции, в администрации колледжа, в обслуживающих компаниях. Пару звонков, немного давления, перевод на нужный счёт – и информационные потоки города начинали течь в нужном мне направлении.

Я отключился. Положил телефон на пассажирское сиденье. – Ох зря ты кролик мне сегодня попалась. – произнёс я в тишину.

Я тронулся с места, направляясь домой.

Глава 2

Агнес

Добежала. Вернее, доплелась. Автобус шел раз в сорок минут, и я его, конечно пропустила, промокшая до нитки, трясясь от адреналина и холода. Пришлось топать пешком эти три бесконечные мили от кампуса до моего старого дома за городом. Каждый проезжающий мимо автомобиль заставлял меня вздрагивать, каждый луч фар в спину – оборачиваться, ожидая увидеть тот самый, серый.

Дождь не прекращался. Он промочил меня насквозь, пробрался под куртку, впитывался в джинсы, отяжелевшие и натирающие кожу.

Мудак. Самодовольный, красивый мудак в своей стеклянной коробке за несколько миллионов. Чтоб ты провалился, – бормотала я себе под нос, шлёпая по лужам. Мысленно я уже разбивала ему фары, царапала идеальный кузов ключами. Как будто я не человек, а насекомое, которое чуть не раздавил. И этот его тон. Спокойный. Владеющий ситуацией. После того как он чуть не убил меня!

Дом встретил меня темнотой и тишиной. Я щелкнула выключателем в прихожей, оставив на полу мокрые следы. Мое отражение в зеркале-вешалке заставило меня фыркнуть. Выглядела я, как утопленница: размазанная тушь чёрными кругами под глазами, каштановые волосы, слиплись в мокрые, тёмные пряди и прилипли к шее и щекам. Мокрая футболка облегала моё итак худое тело.

Я сбросила всё с себя прямо на пол в ванной. Куртка с глухим шлепком, джинсы, футболка . Дрожь стала неконтролируемой. Включила душ на максимально горячую, почти обжигающую воду и залезла под струи, позволив им отогреть закоченевшие пальцы.

Выйдя и завернувшись в большой, банный халат. Налила себе огромную кружку чая, зажала её в ладонях, пытаясь впитать тепло.

Взгляд упал на сумку. На мокрый, безнадежно испорченный блокнот. Я вытащила его с осторожностью. Страницы слиплись, краски поплыли, превратив мои тщательно выстроенные композиции в сюрреалистичные кляксы, в грустные, размытые пятна. Полмесяца работы. Эскизы для завтрашнего собеседования у миссис Грейвз, главного дизайнера местной престижной студии. Моя путевка из этого захолустья, мой шанс.

Теперь – ничего. Грязная мазня.

Из-за него, – зашипела я в тишину кухни. – Из-за этого богатого ублюдка. Всё пропало. Всё испортил. Я зажмурилась, пытаясь сдержать слезы злости и отчаяния.

Чай допит, безнадежность не ушла. Осталось только одно – попытаться заснуть и надеяться, что утром придумаю что-то. Может, успею набросать что-то ? Бред.

Я повалилась на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Тело ныло, голова гудела.

И тут на тумбочке завибрировал телефон.

Одно короткое, сухое сообщение. С незнакомого номера.

«Зайчик, закрой дверь. Если не хочешь неприятностей.»

Мозг, затуманенный усталостью, сработал медленно. «Зайчик»? Какая-то больная шутка. Спам. Может, ошиблись номером. Я отмахнулась. Переутомление. Слишком насыщенный день.

Я отложила телефон, повернулась на другой бок, пытаясь прогнать внезапную тревогу.

Прошло минуты две.

Я вскочила с кровати, сердце вдруг заколотилось где-то в горле. Что если я и в правду не закрыла дверь ? Проверить будет не лишним. Я тихо, на цыпочках, прошла в темную прихожую. Пол был холодным под босыми ногами.

Взгляд упал на входную дверь. На щеколду.

Она была отодвинута. Я в панике пыталась вспомнить: закрывала ли? Захлопывая дверь за собой, я была в таком состоянии, что могла просто толкнуть её, не проверяя замок. Я всегда, всегда проверяла. Но сегодня…

Я толкнула дверь. Она открылась. Любой мог войти, просто надавив.

Ледяная волна прокатилась по мне, от макушки до пяток. Как?.. КАК он мог знать?

Дрожащими руками я задвинула верхний и нижний замки, повернула ключ, щелчок которого прозвучал в тишине невероятно громко. Прислонилась лбом к стене. Дыхание сбилось.

Я почти бегом вернулась в комнату, схватила телефон. Пальцы дрожали, с трудом попадая по буквам.

– Кто это?

Отправила. Сообщение ушло в синюю пустоту. Ни статуса доставлено, ни галочек. Ничего. Просто тишина.

Я уставилась на экран, ожидая ответа. Минута. Пять. Десять.

Его не было.

Но теперь спать не хотелось категорически. Каждая тень в комнате казалась движущейся. Каждый скрип старого дома – шагом. Я сидела на кровати, обхватив колени, и смотрела на дверь своей спальни, оставшуюся приоткрытой. Раньше я любила эту щель в темноту. Сейчас она казалась чёрной, бездонной дырой, в которой что-то есть.

Я взяла с полки тяжелую стеклянную пресс-папье – единственное, что хоть отдаленно напоминало оружие, – и, стараясь не скрипеть половицами, начала проверять дом.

Каждая тень превращалась в силуэт. Открывала дверь в гостиную – пусто, только лунный свет падает на спинку дивана. Кухня – тикают часы. Я поднялась по скрипучей лестнице на второй этаж, в бывшую мамину комнату и старую кладовку. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно на улице. Я резко распахивала двери, замирая в ожидании… Никого. Только пыльный воздух и запах старого дерева.

Спустившись, я снова подошла к входной двери, проверила оба замка. Они были надежно защелкнуты. Воображение, – попыталась убедить себя. – Нервы. Просто случайное совпадение. Я и правда могла забыть. Но какая-то глубокая, животная часть мозга отказывалась верить. Кто-то знал. Кто-то смотрел.

Вконец измотанная, я повалилась обратно в кровать, не выпуская из рук пресс-папье. Сознание отключалось урывками, проваливаясь в странные, обрывочные сны о фарах и мокрой бумаге, пока не растворилось в тяжёлом, беспокойном забытьи.

Глава 3

Агнес

Резкий, пронзительный звук будильника врезался в сон как нож. Я вскочила, с размаху ударившись коленом о тумбочку. Боль прояснила сознание. Я взглянула на часы на телефоне.

Чёрт! Чёрт!

До собеседования – чуть больше часа. Я проспала. Безумная спешка поглотила всё. Я промчалась в ванную, споласкивая лицо ледяной водой, почти не глядя на свое бледное, невыспавшееся отражение. Надела первое, что показалось достаточно дизайнерским – чёрное платье-футляр, которое висело без дела с прошлой попытки устроиться на работу, и пиджак. Волосы, ещё влажные у корней после вчерашнего душа, еле успела собрать в тугой, небрежный пучок.

На кухне впопыхах пролила половину кофе, выпила остальное, стоя у раковины, и почти не прожевала сырный сэндвич, который застревал комом в горле. Взяла папку с эскизами. Бумага внутри всё ещё отдавала сыростью, края были деформированы. Сердце сжалось. Это всё, что у меня есть.

Такси приехало быстро, к счастью. Я прыгнула на заднее сиденье, бормоча адрес. Весь путь тряслась, лихорадочно перебирая в голове слова для презентации, пытаясь придумать, как обыграть испорченные работы. Но всё звучало глупо и фальшиво.

Студия Грейвз & Ко располагалась в отреставрированном кирпичном здании в центре. Холл был минималистичным, холодным. Меня проводили в кабинет миссис Грейвз.

Она сидела за стеклянным столом, женщина лет пятидесяти с идеально гладкой серебряной стрижкой и взглядом, способным заморозить лаву. Не глядя на меня, она что-то печатала на ноутбуке.

– Агнес Митчелл? У вас есть пять минут. Показывайте портфолио.

Я, запинаясь, начала свою заготовленную речь о поиске красоты в несовершенстве, о влиянии урбанистических пейзажей. Руки дрожали, когда я раскрыла папку и выложила перед ней эскизы.

Листы были покрыты уродливыми разводами, краски поплыли, линии потеряли чёткость. То, что было смелой композицией, теперь выглядело как грязное пятно. Миссис Грейвз медленно подняла глаза от ноутбука и бросила беглый, ледяной взгляд на мои работы. На её лице не появилось ни удивления, ни интереса. Только легкая, едва уловимая гримаса брезгливости, будто ей подсунули что-то несвежее.

Она отодвинула от себя папку одним точным движением пальца.

– Мисс Митчелл, – её голос был тихим и острым. – В этой профессии важны две вещи: талант и профессионализм. Профессионализм означает уважение к своему делу, к клиенту и к тем, кто тратит на вас своё время. Я не делаю скидок на обстоятельства и не люблю слушать, как они испортились. Результат – вот что имеет значение. А ваш результат, увы, – мусор.

Она снова повернулась к ноутбуку, её пальцы замерли над клавиатурой. Диалог был окончен.

– Но… я могу… – начала я, чувствуя, как горит лицо, а в глазах встают предательские слёзы.

– Собеседование закончено. Джина проводит вас. Всего доброго.

Меня выпроводили из кабинета тем же безэмоциональным администратором. Я стояла в холодном холле, сжимая в руках свою папку с «мусором». Всё внутри превратилось в один сплошной, болезненный ком: унижение, злость, отчаяние. Злость на неё, на эту холодную, безупречную женщину. Злость на дождь. И всепоглощающая, бешеная, яростная злость на того мужчину в тёмной Тесле, который своим появлением в моей жизни словно нажал на спусковой крючок, запустив цепь катастроф.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.