Людмила Даниленко
В поисках деда Мороза

Верите ли вы в деда Мороза? Подумайте хорошенько, прежде чем ответить на этот вопрос. Скорее всего, вы скажите, что этот сказочный персонаж, никто иной как нанятый актёр, или ваш же отец наряженный в седовласого старца. И подарки, кстати, он же покупает со своей зарплаты. Так? Если так, то послушайте, что я вам расскажу про деда Мороза.

Меня зовут Морошкин Степан. Мне девять лет, и я учусь в третьем классе. Всё произошло за несколько дней до Нового года. Четверть закончилась и в тот день в школу пришли только те, кто участвовал в репетициях. Правда, я не участвовал. Но честно сказать, очень хотел. Всегда. Мне нравилось, как выступают на сцене ребята: поют, танцуют, ставят маленькие спектакли… Классно. Думаю, у меня получилось бы не хуже. Но… Дело в том, что у меня были большие разногласия с буквой «Р». Она никак не поддавалась, и я очень стеснялся. Так что мог и не оказаться в тот день в школе, если бы не должок. Даже должок, в это предпраздничное время имел поэтический характер. И тут, вдруг я узнаю, что праздник под угрозой срыва. Достоверность информации абсолютная, я услышал разговор учителей. Не подумайте, я не подслушивал, не в коем случае. Просто, волею моего должка, я оказался в учительской. А всё по тому, что на уроке я не смог рассказать стихотворение «Зимнее утро». Ну, вы понимаете по какой причине. Ведь эта вредная «Р» заявляла о себе чуть ли ни в каждом слове. Представляю, какое веселье поднялось бы в классе, когда я декламировал бы великого поэта. Мне было стыдно, и я соврал. Сказал, что не выучил, хотя знал стихотворение ещё до того, как его задали. Но Вероника Сергеевна проявила великодушие и в честь праздника, или чтобы не расстраивать мою маму, дала второй шанс, но уже во внеурочное время. Вот так я оказался в учительской. Меня это устраивало и даже не смущало присутствие других учителей. Ну, они-то не будут смеяться над моим произношением, всё-таки педагоги, интеллигенция, поэтому начал уверенно, не скрывая свои актёрские способности. Звучало это примерно так:

Александх Сехгеевич Пушкин. «Зимнее утхо».

И тут, здрасте! Кое кто, отвёл взгляд. Ну, понятно, хихикают, что ж отворачиваться-то! Не скажу, что обиделся, наоборот, злость откуда-то взялась. Ладно, думаю, учителя тоже люди, и как выдал им Евстегнеева. Если кто не знает, это актёр такой был великий.

– Мохоз и солнце; день чудесный!

Ещё ты дхемлешь дхуг пхелесный-

Поха кхасавица, пхоснись:

Откхой сомкнуты негой взохы

Навстхечу севехной Авхохы,

Звездою севеха явись!…

Смотрю, а улыбочек-то поубавилось, глаз с меня не сводят. А когда я произнёс последние строки, раздались аплодисменты. «Молодец! Молодец!»: говорили они. Вероника Сергеевна тоже хвалила, а потом заявила:

– Сразу бы так Степан, пятёрку бы получил, а так…

– Нет, нет! – возразила завуч Тамара Эдуардовна – Я, на правах завуча рекомендую не снижать Морошкину оценку, потому что такое прочтение нашего великого Александра Сергеевича должно быть оценено только высшим балом. Только отлично и не менее!

Неожиданно.

Вероника Сергеевна согласилась безоговорочно. Ещё бы, с начальством пререкаться!

– Да! Это справедливо, Тамара Эдуардовна! Пятёрка тебе, Морошкин. Молодец! – сказала она.

И в этот радостный момент начались драматические события. В учительскую вошла Светлана Алексеевна – классный руководитель первоклашек и с порога сообщила:

– Девочки, у нас ЧП!

– Что случилось? В чём дело? Что произошло? – загудела учительская.

– Наш дед Мороз сломал ногу!

– Как? – все просто обомлели.

– Со смещением! – сказала Светлана Алексеевна и обессиленно опустилась на стул.

– Это катастрофа. Утренник уже завтра. – сказала Тамара Эдуардовна. Она растерянно блуждала взглядом по лицам коллег – Нужно срочно искать замену. – твёрдо сказала она и уставилась на меня.

Я сразу ответил, что не справлюсь с этой ответственной ролью.

– Я понимаю. – сказала Тамара Эдуардовна. Она чуть наклонилась, пристально посмотрела мне в лицо. Честно говоря, не по себе стало. Ни каждый день тебе в лицо завуч заглядывает – Стёпа, а твой папа не мог бы стать дедом Морозом? – спросила она – Хотя бы на один день. Он у вас такой фактурный.

Я не знал, что ответить поэтому сказал правду.

– Вообще-то он хаботает.

Видно было, что Тамара Эдуардовна переживает. Понятно, завтра утренник у первоклашек, а тут, как любит говорить мой дедушка Ваня, такой пердимонокль.

– Да, конечно… Все работают… – вздохнула Тамара Эдуардовна.

– Но я могу спхосить. – сказал я.

– Спроси, пожалуйста. А ответ передай через Веронику Сергеевну. А теперь беги.

Я побежал. Хотелось поскорее поделиться с одноклассниками ошеломительной новостью. Представлял, как расстроятся ребята, а девчонки быть может заплачут… Особенно Иванова. Она вообще, рёва. Но, лучше горькая правда. А когда забежал в класс и сообщил, что наш дед Мороз, вернее Илья Петрович – исполняющий обязанности деда Мороза, сломал ногу, однокласснички разразились безрассудным смехом. И даже Иванова.

– Чего смешного-то? Новый год вообще-то! – говорю им.

– Кому он нужен, этот дед Мороз? Без него выступим. Не детский сад! – заявила Танька Комарова.

– Вот именно! Никто уже в него не верит! – сказал Ершов.

– А Морошкин верит. Он подаХочков ждёт по ёлочкой. – ехидно передразнил Вовка Васильев и все снова засмеялись.

– Пхичём здесь… Заврха утхенник у пехвоклашек! – Я пытался достучаться до одноклассников.

– Да, первоклашкам тоже по фиг, Морошкин! – ответил Васильев.

– Подожди ты, Вовка! – вдруг вмешался Колька Ларин – Всем по фиг, а Морошкину нет. – Колька подошёл ко мне и по-дружески положил руку на плечи. И серьёзно так говорит, я даже поверил – Ты Морошкин, если такой сердобольный, сам наряжайся дедом Морозом и шуруй к первоклашкам!

Снова поднялся хохот. Вот такой у нас дружный класс. Паршиво стало. Короче, сгрёб я свои вещички и отправился домой. На ходу, позвонил папе.

– Пап, пхивет.

– Да, сынок. Что-то случилось?

– Да. Папа, помнишь Илью Петховича, котохый дедом Мохозом хаботает?

– Помню. А что с ним?

– Он ногу сломал, и нам тепехь схочно нужен новый. Меня пхосили узнать, ты не мог бы побыть дедом Мохозом, хотя бы на один день.

– Сынок, как же я… У меня работа, конец квартала, отчёт… Начальник меня точно не отпустит.

– Это понятно. Я так и пехедам Вехонике Сехгеевне. Пока.

– До вечера, сынок.

Я честно, отзвонился Веронике Сергеевне и объяснил ситуацию. Она, конечно сожалела, но всё же поблагодарила за содействие. Странно, и вроде бы к несчастному случаю с Ильёй Петровичем, я не имел никакого отношения, но чувствовал себя крайне неприятно. Мимо меня шли люди, мужчины, многие, как сказала Тамара Эдуардовна, фактурные и из них могли бы получиться великолепные деды Морозы, но они равнодушно шли мимо, не подозревая, что могли бы оказать неоценимую помощь и сделать счастливее несколько десятков детей. Жаль.

Возле магазина я увидел знакомый автомобиль. Сложно было не заметить его, даже не по причине внушительных размеров, просто он принадлежал папиному начальнику Дюкину Льву Валентиновичу. Между прочим, я был знаком с ним лично. Полгода назад, папа попроси меня принести ему на работу флэшку. Естественно, нельзя было подвести отца, и я выполнил просьбу незамедлительно. Именно, тогда произошло знакомство и Лев Валентинович даже благодарил меня за неоценимую услугу. Вот так.

Нужно заметить, что Лев Валентинович был под стать своему автомобилю. Ну, в другой он, наверное, бы не влез, из-за чрезмерной полноты. Если мягко выразиться. Он тяжело вылез из авто, подтянул брюки и направился в супермаркет. Я не понимал, что произошло тогда в моей голове, но побежал за ним. Зачем? Что я буду делать? Идей не было. Но можно же просто подойти, поздороваться. Ведь, нет ничего зазорного в том, чтобы поприветствовать знакомого человека, которому ты когда-то помог. А возможно даже спас его бизнес. Сначала я шёл за Дюкиным поодаль. Боялся подойти. Потом, всё же решился и заговорил.

– Здхавствуйте, Лев Валентинович.

Дюкин удивлённо посмотрел на меня сверху.

– Здравствуйте, молодой человек.

По его взгляду, я понял, что он меня не помнит.

– Я Стёпа Мохошкин. Мой папа хаботает у вас… Помните, я вам флэшку пхиносил?

– Да, да. – оживился Дюкин – Как дела Степан?

– В целом, нохмально. Но, вот, пхоблема…

– Что за проблема? Рассказывай, может помогу.

Во мне вдруг мелькнул лучик надежды.

– У нас дед Мохоз ногу сломал, а утхенник у пехвоклашек уже завтха…

– Да-а, неприятность. – посочувствовал Лев Валентинович, правда бо́льшую заинтересованность он проявлял к полкам с продуктами.

–… Я думал папа мой сможет, но вы же его не отпустите. У вас же там конец квахтала, там отчёты…

– Да, это верно. – ответил Дюкин, складывая в корзину морские деликатесы.

– Лев Валентинович, а может, Вы побудете дедом Мохозом.

– Я?

Да, он сильно удивился. Может не нужно было так резко начинать. А с другой стороны, чего тянуть-то, часики-то тикают.

– А что? –говорю – Вы такой фактухный…

–Да? – по-моему, ещё больше удивился Дюкин, втянул живот и расправил на нём куртку. И тут я решил его дожать.

–А что? –говорю – Вы же сам себе начальник. Вам же не надо ни у кого отпхашиваться… А? Всего на один денёк.

– В том-то и дело, Степан, что я начальник и дел у меня ещё больше, чем у подчинённых. Вот минуту выкроил, чтобы за продуктами забежать и опять за работу. Так, что извини, Степан, но в этом я тебе не помощник.

В общем, не удалось мне его продавить. Куда мне? У нас весовые категории разные.

– Это Вы меня извините, что потхевожил. – сказал я вежливо.

– Что, ты! Приятно было с тобой повидаться. С наступающим тебя Новым годом!

– Спасибо. И Вас. – ответил я, на том и разошлись, Лев Валентинович в колбасный отдел, а я домой.

Городок у нас не большой, но бабушка Зина говорит очень древний. Ещё при каком-то царе строили. Сначала, он был похож на деревню. Это потом уже открывали заводы, фабрики и начали строить многоэтажные дома, они и стали центром города, а простые частные дома остались на окраине. Вот на такой окраине я и живу. Но мне нравится. Здесь всегда спокойнее, чем в центре, меньше машин и толкучки, а снег зимой чистый-чистый. Дома, хоть и не большие, но уютные, летом всё в цветах, а сейчас, украшенные разноцветными гирляндами. Праздник! А летом к нам приезжает мой двоюродный брат Серёжка и мы гуляем по нашей окраине. Особенно любим один дом… Кстати, запомните это. Это важный момент. Так вот, этот дом ничей. Заброшенный. Но такой привлекательный. Огромный, в два этажа из мощных брёвен, и даже балкончик имеется. Возле него растут огромные ели и дальше, за домом начинается лес. Я не знаю сколько ему лет, говорят он старше самого города. Может, врут, но я хотел бы в это верить. Мы частенько зависали в этом доме, он всегда казался мне волшебным.

Я дошёл до своей улицы. Настроение совсем расстроилось. Надежда отыскать замену Илье Петровичу таяла, как снежинки на лице, и ни один мужчина не встретился на пути. Вернее, один встретился, но эту встречу я желал меньше всего. Дед Григорий, как всегда облокотившись, стоял у своего забора. Старик, нужно сказать, отличался скверным характером и постоянно приставал к прохожим с дурацкими вопросами. Поэтому подходя к его дому, я переходил на другую сторону улицы. Надеялся, старик не заметит. Но это не помогало, так как дед ко всему был ещё и на редкость горласт. И как только я услышал скрипучий смех, понял – общение неизбежно.

– Стёпка Морошкин идёт! – разразился дед Григорий – Здоро́во!

– Здхасте. – тихо ответил я и старался не смотреть на него.

– Что, много двоек нахватал? – начал дед с любимого.

– У меня не бывает двоек. – сотый раз твердил я.

– Врёшь, поди?

– Я никогда не вху!

– Не вху! – дразнил дед хохоча.

Отвратительное зрелище! Старый, морщинистый, но поразительно жизнерадостный. И тут, пришла мысль, но поверьте, это от безысходности подумал я, а не предложить ли ему ответственную роль. Но тут же прикусил язык. Конечно, дед Григорий согласится, не раздумывая. Этот ввяжется в любую суету. Беда в том, что он редко бывает трезв и без сигареты в зубах его не видели никогда. Нет! Такие не годятся в Морозы! Решил я и пошёл своей дорогой. Шёл не спеша, смотрел под ноги. Слушал, как под подошвой хрустит свежий снег. Шаг – хруст, Шаг – хруст. Хруст-хруст-хруст. Потом подцепил ботинком снежный слой и лихо пнул его. Лёгкий снег закружился, завихрился и пошёл вдоль дороги снежной змейкой. Выглядело странно, но настроение немного повеселело. Бегу за змейкой, а она туда-сюда, как будто играет со мной. Я даже не сразу заметил, что меня кто-то окликнул. Это был дядя Витя Пахомов – друг семьи. Он работал в МЧС. Спасатель. И когда я увидел его, удивился почему не подумал о нём раньше. Ведь это тот человек, профессия которого – спасать людей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.