# Сад заблудших ветров

Razdor

«И вечности не хватит, чтобы понять свою душу…»

Этот сборник – хрупкий сосуд, наполненный тишиной одиночества, грустью увядших цветов и отзвуками далёких воспоминаний. Заблудиться в зарослях собственного сада, встретить взгляд незнакомки при холодном свете фонаря, заглянуть в тёмный колодец детских страхов – каждый рассказ становится исповедью обнажённой души.

Здесь нет громких сюжетов, есть лишь мерцание чувств в полумраке, где переплетаются боль и красота, отчаяние и надежда. Это книга для тех, кто не боится заглянуть вглубь себя и найти странную, печальную гармонию в самом сердце.

## Сад заблудших ветров

И вечности не хватит понять свою душу. Размышляя об этом, я забрел в самые заросли своего сада.

Всего несколько минут назад прошёл ливень, и сейчас кругом стоял запах земли. Я шёл под ветвями деревьев. Мелькали блики на мокрой листве.

До чего необычайная тишина. Не слышно даже пения птиц.

Я проходил мимо клумб и увидел увядшие розы. Летом их красные бутоны украшали некогда солнечный сад.

И она часто бывала здесь. Но всякий раз, когда она гуляла по саду в своём лёгком светлом платье, девушка даже не бросала взгляда на красоту этих роз. Хотя я посадил их из-за неё. Как только она стала захаживать в сад, что-то расцвело во мне. И это вдохновило меня посадить цветы. Не от того ли они завяли, что не сыскали её внимания?

Зато какое здесь обилие красных гвоздик…

Неподалёку, где росли кусты, я приметил одну полянку. Такие полянки здесь повсюду.

Самое странное, что расти гвоздики стали сами собой. Один цветок, второй и третий…

Хоть они и навевали некую тяжесть на душе, но у меня не было попросту сил избавляться от них.

Но вот ещё одна странность этих гвоздик: чем больше их становилось, тем больше, как мне казалось, вид моего сада становился каким-то печальным.

Я посмотрел наверх. Надо мной нависали тучи. Явились дождливые дни, а ведь когда-то небо было голубым. Глядя в бесконечность небосвода, я будто видел ясно то, что грядёт судьбою.

И грянул гром…

Облаков туманная завеса. Небо серыми клубьями надвигало в сад тоску.

До этого мне не хотелось смотреть на то, во что превратился сад. Я пытался всячески избегать этого. Но сейчас наконец-то решился. Я вижу упавшую яблоню. Её ветви изогнулись. Теперь они касаются земли и путаются в прутьях оградки. Ствол дерева сгнил, из-под земли обнажились корни.

Сейчас не хотелось приглашать кого-либо сюда. Можно сказать, что я даже боялся показывать сад. Взглянув на него, люди отвергнут меня.

Нечего было и говорить, таков был вид: похоронно-печальный. Но даже в нём можно разглядеть красоту.

"Словно могилка под кроной клёна" – неожиданно подумалось мне.

Я глубоко вздохнул. Резко подул ветер, листья зашелестели под его дуновением. Когда я взглянул вниз, лишь сейчас заметил, как травинки стали подрагивать.

Это полил мелкий дождь. Спокойно накрапывало сверху, и холод дождя, казалось, накрыл собой весь сад. Вокруг лишь холод и тишина. Отчего же так?..

Всё же я думаю, что могу показать свой сад кому-либо. Пусть любой желающий заглядывает внутрь. Возможно что-то и его заставит погрузиться в далекие воспоминания.

Если же кому покажется мой сад мрачным и траурным, уверяю, что запах сырой земли здесь слабо витает в воздухе.

## Кулон

> И каждый вечер, в час назначенный

> (Иль это только снится мне?),

> Девичий стан, шелками схваченный,

> В туманном движется окне.

> Александр Блок.

Фонарь освещал автобусную остановку, словно в небе проявилась луна. Вдалеке неспешно заходило солнце. Куда бы ни вперился взор в горизонт, повсюду золотом горел закат. Тёмные облака заслоняли собой небосвод.

Остановка оживлялась – к ней подходили и подходили люди.

С наступлением ночи воздух заметно холодел.

Заходящее солнце на горизонте казалось всполохом огня.

Она подошла к остановке и встала под фонарём в стороне от толпы.

Шум машин и разговоры людей будто становились тише.

Он увидел её в холодном свете фонаря.

Он хотел заговорить с ней, но не стал. Она молча смотрела куда-то вдаль.

"Куда же она смотрит?" – возникло в его голове, – "На закат? Даже если так, смотрит она на него как-то необычно. С какой-то грустью, будто это печальный конец. Но конец чего?".

Он рассматривал её лицо, словно пытаясь что-то выяснить. Он увидел её опухшие глаза. Ресницы казались мокрыми, во всяком случае они странно блестели на свету.

Кулон на её груди – два сердечка – показался, когда она обернулась. Видимо, кулон парный, он был на двух цепочках.

Ему было непонятно, почему она, стоявшая сейчас одна, носила парный кулон. Он посматривал ей в глаза, боясь встретиться с ней взглядом. В её холодном взгляде всё же чувствовалась капелька тепла. Глаза отражают лишь малую часть того, что хранится в сердце человека.

Он смотрел на неё и думал, отчего же она была такой.

Все его размышления оставались лишь догадками. Её истинные чувства слабо мерцали в холодных глазах, словно солнце на закатном небе…

## Темный колодец

В самые горькие минуты, обиженный ранящими словами смердящих водкой родителей, Лёша ходил поглядеть в темноту колодца.

В эти моменты его воображение разыгрывалось не на шутку – в той темноте он видел пугающие образы. Перед глазами всплывали ужасные чудовища, извивались мерзкие, мокрые существа, напоминавшие червей. Лёша смотрел на всё это и думал: "Я точно не буду таким, как мама с папой".

Наступали сумерки, мальчик снова пошел к колодцу. Старый колодец, давно пересохший, всё так же одиноко стоял на безмолвной деревенской улице.

Не было ни души. Лёша подошёл к колодцу и заглянул внутрь. Через некоторое время вновь явились ужасающие образы, но Лёша всё твердил: "Я не буду таким…".

И в этот миг вспомнилось ему, как он качался на качелях во дворе. Он воображал себя лётчиком, что-то громко выкрикивая и представляя, как уменьшаются желтеющие нивы под необъятным небом. С каждым раскачиванием лицо задувал порыв ветра. Лёша был и вправду счастлив.

Но вдруг за его спиной послышались шаги. И после этого сразу же раздался крик:

– Ах ты ублюдок! Какого хрена ты шумишь?!

За ним стоял отец в поношенном бушлате с бутылкой спиртного в руках.

Спрыгнув с качелей, мальчик сразу же побежал к колодцу.

С тех пор, возвращаясь поздно вечером, он старается бесшумно проникнуть в дом, дабы не разбудить родителей.

Чем больше мальчик смотрел в темноту, тем больше перед ним всплывало образов, и тем больше обида мрачной массой разливалась в его сердце.

И Лёша сам не заметил, как медленно склонялся над темнотой, пока окончательно не свалился в колодец. Рухнув на дно, он сильно ударился о булыжники. Мальчик вскрикнул от боли, но в вечерней тишине никто даже не услышал этого. Заплаканный, он обеспокоенно цеплялся за стены, пытаясь выбраться наружу.