# Номинальный контроль

SHE26

«Номинальный контроль» – роман о людях, которые строят идеальную систему управления и постепенно обнаруживают, что понимают её гораздо меньше, чем им хотелось.

О границе между управлением и наблюдением, которая стирается незаметно.

О моменте, когда контроль существует формально, но реальность уже движется по другим правилам.

Это история о будущем – и о том, как оно начинается.

## Глава 1 Аслан

Аслан Фелд жил в южной части города, в прибрежной зоне Репино. Это был приятный во всех смыслах район шикарных вилл одноэтажной застройки. Недалеко, за линией сосен и закрытых дорожек, находился гольф-клуб, где он любил проводить уютные вечера за хорошей сигарой и дорогим коньяком.

Там был его клуб по интересам – место, где вели неспешные мировоззренческие беседы в кругу коллег.

Мир Аслана делился на работу и эти вечера. Он владел компанией AEROMINDS, которая занимала почти всю его жизнь, и именно вечерние разговоры помогали ему подняться над ежедневной суетой и посмотреть на мир в целом, как сторонний наблюдатель.

«Без стратегии нет победы», – любила повторять ему мать слова отца, которого он почти не помнил.

Его нескромный дом был лишь уютной связкой между работой и клубом. Он не любил быт. И даже не так – он жил в мире, где быта не существовало. Была работа и клуб, а дом оставался пересадочным узлом между одной и другой настоящей жизнью.

Аслан уже выходил на работу. Выход был через крышу – именно туда прилетали аэротакси. Он провёл пальцами по пустому воздуху возле двери лифта.

Двойной жест – и дом послушно перешёл в режим «я ушёл».

В помещении растянулся еле слышный гул:

уборочные манипуляторы съехали из ниш,

включилась посудомойка,

стиральные машины приняли на себя сортировку белья,

цветочные модули проверили влажность грунта.

Дом жил. Но только для него одного.

Никто другой в эту систему не входил.

Аслан не мог заставить себя впустить в дом хаос чужих людей.

Хаос нельзя контролировать.

Когда-то он пытался строить отношения.

Ровно до того момента, пока не понял:

каждое человеческое присутствие – это всегда компромисс.

А компромисс он не тянул.

У Аслана был уже взрослый сын от давнего, неудачного брака. Они виделись нерегулярно, больше по расписанию, чем по привычке, и оба делали вид, что так и должно быть. Не конфликт, не близость – просто аккуратная дистанция, которую никто из них не умел сократить.

Он вырос в доме, где дела отпускались на самотёк.

Мать – мягкая, добрая женщина – была слишком одинока.

Отец погиб в самой первой лунной экспедиции, когда люди ещё верили, что им обязательно нужно летать в космос самим. Это произвело огромный резонанс в обществе: скандал не затихал почти год, а освоение Луны в итоге перевели на аватары.

И Аслан навсегда усвоил:

если ты не держишь систему в руках, она держит тебя.

Закон мироздания.

Как бизнесмен он всегда брал на себя риск, но старался уравновесить его гиперконтролем.

Перед тем как выйти на крышу, Аслан бросил взгляд на новостную ленту, которая тихо вспыхнула над стеклянной панелью.


Александр Линден, глава департамента здравоохранения Санкт-Владенбурга.

ВСПЫШКА ПТИЧЬЕГО ГРИППА НА ЮГЕ ЕВРОПЫ

Рекомендации по мониторингу городской фауны…


Жуть. Он слишком хорошо помнил, чем это закончилось десять лет назад.

Но слово «птицы» всегда включало в его голове устойчивый ассоциативный ряд.

Столкновения птиц с дронами за прошлый квартал стоили компании неприлично большую сумму. Однажды эту проблему нужно было решать.

Он смахнул новость с экрана.

Крыша встретила его утренней прохладой и тихим, чистым гулом.

Город просыпался сразу в нескольких слоях.

Внизу – зелёные полосы парков, дорожек и садов.

Там не было ни одного автомобиля.

Эпоха наземного транспорта ушла как пережиток дикости.

Над землёй – горизонтальный поток дронов-курьеров.

Выше – слой аэротакси.

Ещё выше проходил тяжёлый уровень – грузовые и технические единицы. Они держали город в тонусе: обслуживали сети, таскали модули, перенастраивали узлы распределения энергии. Чёткая сетка и ритм.

Аслану нравилось это зрелище:

ровные линии, предсказуемые маршруты,

никаких случайностей… если, конечно, систему не ломала пролетающая чайка.

Его аэротакси мягко приземлилось на край крыши.

Муниципалитет строго запрещал посадки на улицах – только крыши и терминалы. Таков был порядок.