Сергей Минин
Недвижимое

Недвижимое

Над старой газовой плитой обильно клубился пар и поднимался к потолку, образовывая густой туман, из-за которого свет от люстры казался далеким и призрачным. На большой эмалированной кастрюле стояла решетчатая полка из холодильника. На ней вверх ногами помещались пустые стеклянные банки для дезинфекции. Матрена Федоровна доставала из ведра на полу огурцы и сваливала их в раковину.

– Васенька, что-то ты долго не заходил, заболел поди, а бабушке и не говоришь.

За столом, плотно заставленным тарелками, чашками и банками с соленьями, сидели парень с девушкой. Оба смело орудовали вилками, жевали плотно набитыми ртами.

– Так занят был, бабуля, работы много. А болеть мне некогда! – сказал парень, прожевавшись, затем зацепил груздь из банки и положил его на тарелку.

Бабуля отставила ведро с огурцами, повернулась к столу и внимательно посмотрела на него.

– Вот молодец, молодец. Покушай, покушай, тут вот помидорчики, огурчики, грибочки, все соленья свежие, натуральные, а то ты исхудал совсем, – сказала она и, потрепав его по плечу, тихо спросила: – А кто это с тобой Васенька, невеста твоя?

– Подруга, еще пока не невеста, но мы затягивать не будем, скоро свадебку сыграем! – ответил он, подмигнув девушке.

Девушка улыбнулась хозяйке и представилась:

– Меня Мариной зовут, – при этом пнула под столом парня и повернула к нему лицо, сжав губы в угрожающей улыбке.

– Радость-то какая, так женишься скоро, ты посмотри какая красавица, а глазищи зеленые, ой!.. – Матрена Федоровна прижала руки к груди в изумлении, не найдя, как описать увиденное.

Хозяйке, умело управляющейся с банками и кастрюлями на кухне, недавно исполнилось 83 года. Матрена Федоровна являла собой образец кипучей жизненной энергии, могла дать фору людям моложе себя лет на тридцать. Худенькая и небольшого роста, слегка ссутулившись, она почти каждый день поспешным шагом отправлялась утром по делам, с рюкзаком на плечах и сумкой на колесиках. Дел было много. Летом это были поездки на дачу, зимой – инспекции московских супермаркетов на предмет скидок и особых предложений. Также у нее было хобби: при наступлении грибного сезона бабуся ежедневно уезжала в Подмосковье на электричке. Жила она возле Площади трех вокзалов, и маршрутов у нее было множество. Начиная с середины лета шла обработка плодов природы, результатов было несметное количество: маринованные огурцы и помидоры, соленые и сушеные грибы, закуски, лечо, квашеная капуста, кабачковая икра, сладкий перец, хреновина, клубничное варенье, малиновое варенье и крыжовенно-апельсиновый джем, вишневый компот, сливовый компот, компот из яблок и прочее. Все это производилось в промышленных масштабах и сбывалось тут же, недалеко, на площади у вокзалов. Здесь Васенька ее и нашел.

Васенька, который на самом деле был Никитой, стал «Васенькой» сперва случайно, но затем остался им по своей собственной воле. Он увидел бабусю как-то вечером, возвращаясь домой с работы, и купил у нее банку кабачковой икры. Эта незамысловатая закуска всегда была для него чем-то большим, чем консервы, намазываемые на хлеб. Мама всегда покупала ему икру в детстве, когда он простужался и сидел с температурой дома, это было теплое воспоминание о родном городе, родителях, домашнем уюте.

На следующий день, проходя мимо, он искренне поблагодарил бабулю, похвалил икру, в ответ внезапно получил тонну комплиментов в свой адрес и неожиданное предложение помочь донести банки до ее квартиры. Квартира была просторная, с высокими потолками, с фикусами в подъезде и лепниной на потолках.

По приходу хозяйка просто затолкала его внутрь, усадила за стол и накормила всеми видами имеющихся деликатесов, и это действительно было потрясающе вкусно. Прощаясь, она прослезилась и назвала его внучком Васенькой. Никита пытался несколько раз поправить ее, но не был услышан.

Как выяснилось позже, при потрясающей физической форме ментальное здоровье Матрены Федоровны было далеко не в лучшем состоянии. Она все забывала, постоянно переспрашивала, периодически забывала окружающих, а иногда забывала, кто она сама. Когда же ей пытались указать на проблемы с памятью, злилась и обижалась. Она не пользовалась гаджетами, использовала только наличные, боясь, что ее обманут мошенники. Каким образом он не попал в список мошенников, для него было загадкой. Так Никита стал периодически заходить к ней в гости, даже когда переехал с одной съемной квартиры на другую и перестал ездить на электричке. Помогал чем мог: то розетку прикрутит, то лампочку поменяет, то эсэмэски накопившиеся с телефона удалит. Близких родственников у бабуси не было, а о дальних она вспоминала редко и обычно в негативном ключе.

– Приедут, пожрут, с собой еще наберут полные котомки, а еще вещи перекладывают, мебель переставляют, а я потом ходи-ищи, – бормотала Матрена, погружаясь в старческое брюзжание.

В то самое утро, где-то за два часа до визита к бабусе, Никита подъехал на каршеринге к дому, где жила Марина. Они работали в одной компании, только в разных подразделениях: он на складе, она в бухгалтерии, – и были в масштабах организации коллегами с большой натяжкой. Познакомились случайно, на складе проходил какой-то аудит, и одной из проверяющих от бухгалтерии была Марина. По части женской красоты редко бывает одно-единственное мнение, однако она была мила почти до той степени, когда всем мужчинам хотелось смотреть на нее постоянно. Плюсы и минусы своей внешности она прекрасно знала, поэтому смело исправляла косметическими процедурами минусы, а плюсы выставляла напоказ без тени сомнений. В этот раз она была в офисном пиджачке, юбке выше колен и красных туфлях. Когда она шла, на каждом шаге с щелчком каблуков по бетонному полу из-под этой юбки неукротимо и стремительно вылетали прямые стройные ноги в сетчатых колготках. Работа склада была парализована, и не только проверкой, парни глазели, выглядывая между полок и подмигивая, ухмылялись друг другу. Неожиданным стало то, что единственным, кто осмелился подойти и спросить телефончик, оказался скромный Никита, которого местные точно никогда не считали мачо. Этот единственный и сам был в шоке от самого себя и до конца не верил появлению нового контакта в Телеге.

Их отношения развивались очень неспешно и даже классически: прогулки, походы в кино, кафешки. И сексом они занялись как бы невзначай, при просмотре сериала у Марины дома. Она ценила в нем надежность и преданность и видела прежде всего друга, а он был просто по уши влюблен в нее. Но был в этих отношениях и один существенный изъян, с которым Никита не мог ничего поделать. У Марины был любовник, а вернее сказать, она была любовницей одного состоятельного мужчины. Поэтому жили они раздельно, иногда она пропадала на несколько дней; потом, правда, всегда возвращалась, и самое неприятное было, что Никита не видел у нее ни капли вины или стыдливости.

И в это утро они встретились после очередного расставания. Марина плюхнулась на переднее сиденье, протянувшись через подлокотник, крепко обняла его и чмокнула в дальнюю щеку.

– Привет, Никитос! Чо серьезный такой! – Она открыла окно и затянулась электронной сигаретой.

– Нормальный. На душе тоскливо, и кофе хочется. Поехали позавтракаем, – предложил он.

– Кофе и сэндвич еще, погнали! – сказала она и выпустила клубы дыма в окно вместе со словами.

В кафе они сели у окна с видом на дорогу, предварительно заказав на стойке себе черный кофе, чизбургер и оладьи, а также капучино и сэндвич с тунцом. Когда забирал заказ и возвращался к столику, Никита обнаружил, что у Марины свежезагорелые руки и лицо, хотя ее не было только три дня.

– Так, рассказывай, что задумал. У тебя обычно такая мордашка унылая, когда ты что-то придумал и боишься мне рассказать, – болтала Марина, параллельно откусывая сэндвич, отпивая через трубочку капучино и пролистывая ленту в телефоне.

– Давай съездим сегодня вместе к Матрене Федоровне, – произнес он, наблюдая за ее реакцией.

Прожевавшись и высосав кофе из стакана с характерным булькающим звуком, она откинулась в кресле и, выдержав театральную паузу, сказала:

– А давай, почему нет, посмотрим на твою сумасшедшую бабусю.

– Она не сумасшедшая, у нее деменция, она забывает все, – поправил Никита.

– Ну ладно, не обижайся. Это я на эмоциях, рада тебя видеть. – Марина влажной салфеткой тщательно вытирала руки.

– Как сама? – Никита спросил, имея в виду ее поездку на море.

– Сама… отлично сама, как видишь, полна сил, – сказала подруга, не смотря ему в глаза. – Давай в торговый центр заедем, мне надо шлепанцы новые купить, прошлые забыла в отеле у басика.

Никита встречался с ней уже 2 года. Несколько раз, когда он намекал на то чтобы они съехались, Марина, может в шутку, а может и нет, говорила: «Никитос, ничего личного, но как ты себе это представляешь? Мы двое голожопых, одна бухгалтер, другой на погрузчике по складу гоняет, ячейку общества забабахаем. Детишек настругаем и будем вечерами дома сериалы смотреть и пиво пить, светлое нефильтрованное. Я так не хочу, ради мечты надо жить, а не вот это все!» Это было очень обидно, но в тот раз, как и позже, Никита не нашелся, что ответить. Марининой мечтой был настоящий женатый мужчина 45 лет с детьми и гастритом от жены, которую он все же не бросал. Он был менеджером в крупной компании и часто брал ее с собой в командировки, покупал дорогие подарки, снимал ей квартиру. И на этом ограничивался. Ее попытки сделать отношения хотя бы чуть более серьезными, по-видимому, ни к чему не приводили. Но в эти детали Марина его никогда не посвящала, Никите лишь оставалось догадываться, что происходит, когда ее нет. Единственное, чего он от нее добился, так это реакции на вопрос: «Вы хоть предохраняетесь?» Ответом было «Естесна» с закатыванием глаз.

Сейчас перед поездкой на «Комсомольскую» они беззаботно гуляли по торговому центру, болтали. В какой-то момент Никита взял Марину за руку. Та посмотрела на него улыбнувшись, положила голову ему на плечо. Она расспрашивала его о бабусе, чем она занимается на пенсии, почему он один о ней заботится. Никита дал краткую справку, а затем они зашли в супермаркет на первом этаже и купили тортик, чтобы не ехать в гости с пустыми руками.

Однако Никита не стал рассказывать все свои планы, то, о чем постоянно думает последнее время, о той идее, которая одновременно мучает его и дает надежду. Пару месяцев назад Матрена Федоровна приболела, давление прыгало вверх-вниз, и он застал ее дома в кровати в совершенно разбитом состоянии. На все ее уверения, что все в порядке и такое уже было много раз, он не обратил внимания и позвонил в скорую. По приезде врачей стало понятно, что ситуация опасная, подозрение на инсульт, и ей предложили поехать в больницу и обследоваться. Она, конечно, отбивалась как могла, но Никите удалось ее уговорить, и она уехала с врачами. Следующие дни он периодически наведывался в квартиру: поливал цветы и кормил кота. Два-три раза в неделю посещал Матрену в больнице и приносил ей какие-нибудь угощения. Она всегда радовалась, узнавала его и тихо плакала в платочек. Спустя месяц ее отпустили домой. Бабуся возвращалась домой посвежевшей, бодрой, да и проблемы с памятью стали менее заметны. Никита подумал, что сейчас-то она и поймет, что на самом деле он никакой не внучок Васенька. Однако нет, она по-прежнему его так величала и стала относиться к нему с еще большим трепетом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.