Юлия Цыремпилова
Велесова тьма

Глава 1. На охоту

Нынче зима выдалась морозной. Река замёрзла рано, в лесу то и дело поют ветра, а скрипучие сугробы уж доходили до колена.

Ночь догорала над деревней. Сырой туман клубился у земли, лениво обвивая покосившиеся изгороди да черные слеги хат. Где-то за опушкой ухала сова, перекликаясь с далёким волком – и казалось, сам лес дышит, ворочается во сне, ожидая рассвета.

Яромир поднялся затемно. Тихо, чтоб не тревожить сон жены да детишек. В избе пахло золой и сушёными травами. У порога стояла старая лавка. На ней – его охотничий скарб. Лук, вырезанный из тёмного тиса, в котором, говорили, живёт дух леса. Колчан с десятком стрел – наконечники кованые, острые, что звенели в лад, когда их касалась рука. Короткое копьё, обмотанное сыромятной кожей – на древке вырезаны знаки Велеса, поверх них выжжен маленький крест. Чтобы и старые боги, и новый – не гневались. И нож – старый, с костяной рукоятью, что достался от деда. На лезвии – едва заметные тёмные пятна, будто нож помнил больше, чем хотелось бы.

Он уже было ступил за порог, как сзади раздался тихий шорох.

– Куда же ты без оберега? – раздался сонный, но ласковый голос жены.

Она стояла на пороге, укутанная в плат, с лёгкой улыбкой на устах. В руках – узелок из серой ткани, в котором лежал засушенный кусок волчьей плоти.

– Возьми, – сказала она, перекрестив мужа по-своему, по-женски, – от лихих духов убережёт.

Яромир нахмурился, но не перечил. Повязал оберег на пояс и поцеловал жену в лоб. В тот миг сердце его будто сжалось – словно чья-то холодная рука коснулась груди. «В последний ли раз я гляжу в её глаза?» – шепнула мысль, но он тут же отмахнулся от дурных дум. Он проверил оружие, затянул ремни. Оберег – кусок волчьей плоти – бился о бок, словно живой.

Выйдя из избы, охотник пошёл по узкой тропе, что вела к лесу. Яромир оглянулся на хату – в окошке всё ещё теплился тусклый отсвет лучины, будто сама изба глядела ему вслед. Он перекрестился, да не по-церковному – так, как отец учил, когда кресты ещё резали ножом по дереву. Деревня ещё спала, лишь где-то у часовенки слышалось глухое позвякивание – отец Лаврентий возился с колоколом, что давно трещину дал.

– Мир тебе, Яромир, – приветствовал священник, вытирая пот со лба. – Колокол держится на честном слове. Как бы не рухнул с башни, коли ветер наляжет.

– На всё Божья воля, – ответил охотник, перекрестившись, – да и ветер ныне не злобный.

Проходя дальше, он встретил троих мужиков – вёдра тащили к речке. Сказал пару слов о рыбе, о дичи, что ныне пошла редкая, да и пошёл своей дорогой.

Но тут, у старого плетня, стояла бабка Марфа – сгорбленная, с глазами, что казались без зрачков. Её в деревне сторонились – говорили, что после болезни умом тронулась.

– Велесова тьма идёт… – прохрипела она, глядя прямо на Яромира. – Идёт, сынки… из-под земли…

Мужики прыснули со смеху, переглянулись:

– Опять старая страшилки бормочет!

А бабка стояла недвижно, шепча что-то про корни, про кровь, про то, как «вороны ныне рано проснулись».

В ту же секунду ударил колокол – глухо, словно из самого нутра земли. Яромир вздрогнул и обернулся. Над часовенкой взметнулась стая чёрных воронов, хрипло каркнув и скрывшись в сторону западного леса.

Там, где тьма гуще и деревья стоят теснее.

Он сжал рукоять топора, перевёл дух и пошёл дальше.

Лес ждал его. И казалось – звал по имени.

Глава 2. Из пепла

Лес принимал Яромира неохотно. Тяжёлый снег пригибал ветви, и каждая трещина под ногой отзывалась гулом, будто кто-то под землёй слушал. Мороз скрипел, дыхание клубилось паром, а солнце, едва встав, уже пряталось за сизыми тучами.

Он шёл долго, подолгу замирал у следов, вслушивался в дыхание чащи. На рассвете подстрелил белку – метко, тихо, без звука. Чуть позже – зайца, что метался между пнями, словно чумной. К полудню копьё его пронзило кабаргу, чьи крики эхом прокатились между деревьями и смолкли в сугробах.

К вечеру же, усталый, но довольный, он тащил на плечах добычу: три туши, скользкие от инея, тяжёлые – семье на неделю хватит, а то и дольше.

Снег стал гуще, ветер запел низко, и Яромир вышел на поляну. Там – тишина. Только лёгкий пар над белым простором. Он остановился – и кровь застыла в жилах.

На снегу – разбросанные останки зверей. Кости обугленные, мясо словно оплавлено жаром. Кровь застыла алыми ручьями, а в центре поляны чернела яма, будто кто-то в землю вцепился когтями.

Яромир присел, коснулся копьём следа – и тут же отдёрнул руку: снег был тёплым, будто только что коснулся углей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.