Сказ о Феофане – путешественнике во времени
Ярослав Валерьевич Башаринов

Посвящаю своим дочкам Вике и Алисе

© Ярослав Валерьевич Башаринов, 2025

ISBN 978-5-0068-7960-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– База, приём! Ответьте мне, база!

На Митяевский мост прошу водолаза…

Глава 1. Анисовка

Звонит мне с утра аппарат заграничный.
Отвечу я громко, отвечу я лично,
И вместо привычного: «Алло!»
Отвечу по-русски, чтоб завело:

– Я внемлю! Глаголь скорей, окаянный!
Ведь прямо сейчас умываюся в ванной!
Какою же баснею ты удивишь?
Надеюсь я, князь, ты не нагрешишь?

– Это ваш банк «Белый и красный»,
Киньте рубли на счёт безопасный,
Из смс назовите число…
– Ах тЫ ж, псовий сын, шоб тебя разнесло!

Слышу гудки, обман провалился,
Но в роль неожиданно как-то я вжился!
Изрядный во мне крутится план:
Надыбал старинный парчовый кафтан,

Отрыл и сафьяновые сапоги
В сундуке у своей любимой Яги.
Время пришло показать свою удаль,
Не зря ж посетил недавно я Суздаль.

Вышел во двор, и будто бы птицей
Бусурманьи летят по селу колесницы.
Бояре и барыни в них рассекают,
Оказий печальных Оных не знают.

Ждёт и готов мой конь воронОй —
Известный своей неземной красотой,
Приобретённый в Яблочный Спас,
Перуном отмеченный доблестный таз.

Яростный выхлоп, большое седло!
Мастер-кузнец знал своё ремесло!
Селебрити нашего автосозвездия,
Моя ненаглядная верная «бестия»!

Путь предстоит мне на базар —
Новый купить домой самовар.
Баранок и пряников там прихвачу,
Соседских детей опосля угощу.

И вот тебе на! Ни раньше, ни позже
Опричники всех тормозят и тревожат.
Ещё надо мною летит буревестник.
Что-то предчувствую, нУ хоть ты тресни.

Каюсь, виновен, кутили неистово:
Пили мы водку вчерася анисовку,
Потом распоясалися в самогоне.
В общем, за мной погналася погоня!

Стрелы и копья летят в мою ласточку,
Такая вот детская дивная сказочка.
Что-то кричат, надо б остановиться —
Не вечно же всё же верёвочке виться.

И вот переправа средь двух берегов.
Созвали дружину со всех округов.
Попал на шипы, лечу я с моста,
НеминуемогО ожидаю конца.

Удар о водицу, камнем на дно,
Но знаю прекрасно и знаю одно:
Как только салон дополна наполнИтся,
Мною окошко должно отвориться.

Так И поступил, вылез на волю.
Быстро гребу. Как долго? Доколе?
Кафтан, сапоги тянут всё ниже.
Кончаю я это четверостишье.

В глазах темнота, не вижу ни зги!
Господь всемогущий, прошу, помоги!
Что было потом, не помню, не лгу.
Но чудом каким-то я на берегу.

Странно, но нет предо мной переправы,
А также ловившей громкой оравы.
Только покошенный старенький дом,
А рядом старуха со стариком.

Что же случилось? Было – и нет,
Всего лишь один витает ответ:
Я умер, и это заслуженный ад.
Из него мне нельзя обернуться назад.

Есть ещё мнение нехорошее:
Наверное, я перенёсся в прошлое.
Что всё-таки это: небыль иль правда?
Об этом уже узнаем мы завтра…

Глава 2. «Азъ есмь царь!»

Благо что лето и ночи не злые,
Но не помешали б носки шерстяные.
В сарае, сняв сырость, укрылся соломой.
Уснул я мертвецки, далече от дома.

Снились кошмары: погоня и мост,
Ещё прилетала ко мне Алконост.
Лик мой лобзала снова и снова.
Открыл я глаза, а это корова.

Вот утро – так утро, точнее, денница.
Как хочется же шь водицы напиться.
Промокший покоится рядом кафтан,
Отыскать бы сейчас какой-нить сарафан.

Но вот ворота в сарай тот открылись,
И солнечным светом стены налились.
И вместе с лучами девица вошла:
Стройна и румяна, до чресел коса.

Корову ей нужно с утра подоить,
Пришлось мне её слегка удивить.
На самом верху их сеновала,
Увидев меня, она заорала.

Гол как сокол, я вымолвил: «Здрасти!»
И чуть не добавил: «фарту и масти».
Бежала девица, аж пятки сверкали,
И щеки её от смущенья пылали.

Я вместе с коровой в лёгкой прострации.
Ей бы сейчас пуститься в лактацию.
И было б неплохо попить самому.
Попробую-ка да и ей помогу.

Чрез время покончил я с голодухой,
В «офис» зашли старик со старухой.
Вилы в руках, испуганный взгляд.
– Кто есть такой? – они мне говорят.

– Азъ есмь царь! – кричу я в ответ
И прикрываю кафтаном скелет.

Тут бабка и дед рухнули в ноги:
– Не погуби, нас, надёжа, убогих!
Прости, не признали!

Не каждый же день

В хлеву происходит такая вот хрень.

– Как же сюда, ты попал, государь?
Как им объяснить, что виновен стопарь,
И что я вообще-то вовсе не царь,
И не наступил ещё мой календарь?

Но тут закружилась моя голова:
Девица сарай тот с задка обошла.
Дубинкой огрела по полной программе.
До встречи, друзья, чуть позже в канале.

Глава 3. Феофан

Родился в Коломне и жил я с прабабкой,
Она продавала биодобавки.
Был грациозен её силуэт,
Хоть стукнуло ей под сотню уж лет.

– Как так? Почему? В чём тайна твоя?
Так выглядеть классно, скажи не тая?
Возможно ли это какая косметика?
А Ба отвечала: – Нет, внучек, генетика!

И вправду в роду все были такими,
И даже на фото – всегда молодые.
Не видел ни разу седых я прядей
У близких своих любимых людей.

Единственно что: пропадали, бывало,
Бесследно, и было, увы, их немало.
Дед заблудился в тёмном лесу,
Исчез мой отец на скалистом мысу.

Шептались в округе, что всё неспроста,
Что в доме моём творят чудеса,
Но это не доброе волшебство,
А настоящее колдовство.

Но им не внимал, бабулю любил,
И слухи все эти я остановил.
Не смущали ни молодость, ни года,
Ни имя с фамилией «Марфа Яга».

                               * * *

– Батюшка-царь, открой ясны очи,
За внучку прощения просим мы очень.
Сначала творит, потом… ужо думает.
Немного она у нас… полоумная.

Ох, как я мечтал, что всё мне привиделось:
Но корова хозяев уж точно обиделась,
И дева была не в настроении,
Старик со старухою в изумлении.

По-прежнему голый, с горой на затылке,
Не мог я собрать все мысли в копилку.
И тут гениальный падает план!
У меня амнезия: – Не знаю, кто сам!

– Ты – батюшка наш, царь-воевода,
Пропал ты, родной, где-то с полгода.
Ждал тебя люд из лихого похода.
И вот ты сейчас живее живого!

– Не помню совсем, как отшибло дубинкой, —
Старику я ответил немного с запинкой.
– Как звать-то меня среди россиян?
– Великий наш князь и царь Феофан!

Федя – так ласково Ба называла,
Ох, если б она сейчас только знала,
Что внук-то её царских кровей.
И всех он в России важней и главней!

– Буря вчера разыгралась на речке,
Такой не случалося в нашем местечке.
Не дули такие злые ветра,
И иже сего ты тут заплутал.

Мне оставалось со всем соглашаться
И думать: как долго ещё тут развлекаться?
Притащили одёжу прикрыть худобу,
Старик со старухой позвали в избу.

Простая, но светлая: лавка да печка.
Кувшин молока и каша из гречки.
– Отведай, а после ложись на «перину»,
Скоро придёт за тобою дружина.

Делать уж нечего, надо смириться.
С парнями придётся мне повеселиться.
Каша и квас сделали дело,
Я снова уснул. За окошком стемнело.

Глава 4. Белава

Пыль поднялась, бердыши зазвенели,
Войско царёво всё ближе к цели.
Лошади ржали, я же не ржу:
Что будет со мной, коль поймут, что я вру.

В сени заходит князь Ярослав.
Видит меня и, всё осознав,
Свою достаёт он саблю большую
И голову мне отрубает дурную.

Я просыпаюсь в холодном поту,
Свечка чуть слышно мерцает в углу.
Что же мне делать, что предпринять,
Как мысли бессонные эти унять?

На шум мой с лучиной приходит девица:
– Гой, государь… тебе что не спится?
– Я, эт самое, ну, в общих чертах:
Сплю беспокойно на новых местах.

– Ты извини, что дубинкой огрела,
Плохого ничё супротив не имела.
Я защищала предков своих:
Нет ближе на свете окромя них.

Я, кстати, Белава, светлая – значит.
Я путь освещаю, если он мрачен.
А ты Феофан – дарованный Богом,
В мае рожденный под лосьим чертогом.

Натальная карта, ей-богу, похоже,
Даже немного морозец по коже.

– Простите, Белава, не хотел напугать,
Но буря нежданно пришла…
Твою ж мать!

Что я несу, она всё поймёт,
И вся моя тактика к чёрту падёт.

– Вроде по-нашему ты говоришь, а вроде и нет, ты это ишь…
– Так я ж по челу от тебя получил,
И слова оттого я все позабыл…

Вестимо, такое себе объяснение,
Но лучше, чем гнать о пространстве и времени.

– Ответь мне, Белава, есть знахарь иль лекарь?

Навряд ли имеются здеся таблетки.

– Лекаря нет, но люди идут
К травнице-бабке, что Марфой зовут.

Меня прошибает сильнейший разряд:
Впервые за сутки очень я рад.

– Проводи же туда, где бабка живёт!
– Уж ночь! Не сейчас! Нас волк загрызёт!
Но утром, как встанешь, отправимся в путь,
До неё десять вёрст надо шагнуть.

А пока, государь, ложись-ка поспать,
Уж скоро денницу нам снова встречать,
Ты прости, что тебе я снова перечила,
Но утро мудрее всякого вечера.

Глава 5. Лес и топь

Петух прокричал на петушином:
Сейчас бы мне кофе без кофеина!
Кафтан, сапоги были как новенькие —
Сделано это руками молоденькими.

Ещё аромат вкусных блинов
Витал по избе, просто нет слов.

– Проснулся, наш царь. Отведай-ка блинчиков.
– (Кайф), но сначала умою я личико.
Да в дорогу пришла нам пора собираться!
Надо до Марфы скорее б добраться.

Ну что же, с Белавой поели, попили
И вышли во двор. Вдали туча пыли.

– Это наверное, князь, за тобой!
Пядей чуток, и будет тут строй.
Не хочешь ли ты их дождаться?

– Приказы царя не должны обсуждаться!
К бабке хочу! Куда тут идти?

– Надобно лес и топь перейти.

Белава стрелою почти убегает.
Я еле-еле за ней поспеваю.

– Скажи, Феофан, а зачем тебе Марфа?

– Хочу трав заказать для государства:
Был ведь в походе, и лучше лекарства
Нету на свете, чем коренья и масло.

Она улыбнулась и снова вперёд
Помчалась, как ветер, что в поле поёт.

– Сразу видно, ты, князь, не привык
Вёрсты ходить, вон свисает язык.

– Так я же в палатах сижу да на лошади,
Сколько ещё идти-то нам, Господи?
Давай-ка, Белава, устроим привал.
Я это, бежать за тобою устал.
Да ещё и кафтан… как же в нём жарко!

Прямо как в «бестии», а не в иномарке.

Присели, я даже больше прилёг.
Кстати, блинчик один себе приберёг.
Попили колодезной водицы
И снова в дорогу. Что-то хмара садится.

– Скоро дождь, государь, нам бы поторопиться.
Осталось немного, мы у топей границы.

– Немного. Для меня ещё часа три!

В доспехах как ходят богатыри?

Капельки стали тихонько покапывать,
А я продолжал Белаву расспрашивать.

– Скажи-ка, краса, имеется суженый?
Тот, кто добился сердца заслуженно?
Тот, кто владеет силушкой дюжею?
И тот, с кем хотела бы вместе отужинать?

– Мы с подружками на Святки
Играли с зеркальцами в прятки.
Ох, было страшно, я признаюсь,
И с жизнью, думала, прощаюсь.

Смотрели долго в темноту,
Все были красные, в поту.
Алёнка наша закричала,
Все врассыпную, я осталась.

И к зеркалам, питая страх,
Пошла со свечкою в руках.

Рассказ я слушаю тревожно,
И сильно бьётся пульс подкожно.

– И вдруг… я слышу колокольчик,
И из угла выходит… чёртик.

Ко мне приближается и говорит,
Что скоро совершит визит
Врун сильнее врущего
Из дальнего грядущего.

И что ей суждено судьбой…

Раздался грохот громовой!

Поднялся ветер, пали ветви,
Из-под земли полезли черви.
И из кустов к нам вышел волк.
Он затих, и я замолк.

Зверь готов на нас напасть!
Ух, оскаленная пасть!

Но за мгновенье до прыжка
Услышал голос вожака.

Точнее, это была Альфа —
С ним рядом появилась Марфа!

Глава 6. Гость, которого ждали

– Айдате за мной! – она строго прикрикнула.

И даже Белава немного подпрыгнула.

– Бояться не стоит, нашли, что искали.
Прибытия вашего давеча ждали.

Мы шли по тропинке. Смеркалось уже.
За нами шёл волк, был настороже.

И вот на полянке видим мы дом.
Под дубом огромным находится он.
Ухоженный, чистый, на грядках цветы,
В каждом окошке дремлют коты.

Мы на пороге. Дверь Марфа открыла
И жестом хозяйским к себе пригласила.
Зайдя в помещенье, потрясён был нехило:
В нём царство растений всюду царило.

Не знаю, поверите мне или нет:
В доме светил электрический свет!

Слева теплица и лаборатория —
Для экспериментов была территория.
Справа гостиная, был и камин.
На стенах висели десятки картин.

Дальше чуть – кухня, посуды немножко:
Кувшины, горшочки, одна поварёшка,
Там чьи-то висели сушёные ляжки,
Пустилась бабуля моя во все тяжкие.

– Останься с Егоркой, – звали так волка,

Белава была прям как на иголках.

– С тобою же, князь, будет долгой беседа.
В читальню мою тотчас же проследуй.
Зайди, но пока ничего там не трогай,
Я липы отвар заварю вам с дороги.

Книги, рецепты, труды и писания —
Несколько тонн источников знания.
Что-то в пыли и паутине,
На славянском и на латыни.

Увидел я то, что не должен был видеть:
Нашу газету «Коломенский житель».
Сегодняшний выпуск, но время моё.
И статья про хетчбэк, что упал в водоём.

За дверью я слышу Марфы шаги,
Читаю быстрее в две-три строки:
«Нарушил, слетел, затонул и пропал.
Задействован в поисках катер «Урал».

Створка читальни опять заскрипела,
Меня Марфа с газетой увидеть успела.

– Всё же ослушался, всё же узнал.
И от вестей ты сражён наповал…
Приветствую, правнук, любимый мой Фёдор!
Взираю, ты жив и вроде как бодр.

– Бесспорно, поспорил б о бодрости я, —
Пытаюсь ответить немного шутя.

– Столько вопросов: кто я и кто ты?
Что случилось со мною и что впереди?

– Давай-ка присядем, клянусь, без прикрас
Поведаю я свой главный рассказ…

Глава 7. Марфа

– Когда мне было пятнадцать лет,

Вспомнил тут я про мопед…
Смех полился сам собой,

– Прости, бабуля, сам не свой…

– Когда мне было пятнадцать лет,
Не ведала совсем я бед.
Родителям я помогала,
Сёстрам время уделяла.

Готовили и шили, пряли,
Урожай мы собирали.
В лес по ягоды, грибы,
Я – любимица судьбы…

Но день один всё изменил…

В ту пору жар могучим был,
Топило солнце, словно печка.
С подругами пошла на речку.

Песни пели и купались,
В прогнозах мы не разбирались:
Буря быстро разыгралась,
Нам в волнах она досталась.

От берега я дальше всех —
Был это гибельный огрех.
Поднялся ветер такой силы,
Не вспомнят даже старожилы.
Успели выбежать подружки,
А я осталася в ловушке.

Стараюсь к небушку подняться,
За высь пытаюся цепляться,
Но не пускает Водяной:
Забрать хотел, кажись, домой…

И вот прощальный в жизни вдох.

Перун внезапно и врасплох
В меня метает молний свет.
И Марфы больше в мире нет…

Закрыла я свои глаза,
Стихла надо мной гроза.
Я всё там же, под водой,
Вокруг покой, вокруг покой…

И сквозь эту тишину
Чую: больше не тону.
Мне захотелося домой
К семье любимой и родной.

Открыла очи… всё бело,
Но через миг свет прибрало,
И я стою у двери дома,
Но почему-то… у пустого.

Зашла, а в нём живёт лишь ветер.
Никто на зов мой не ответил.
Я тогда не понимала,
Что времени прошло немало.

И что теперича одна,
Как в небе полная Луна.

И вновь закрыла я глаза…
По сердцу катится слеза.

Так захотелось убежать.
Быть – где не смогут обижать.

Увы, осталось неизвестным,
Как очутилась в этом месте,
Но я сразу уяснила:
Что владею грозной силой…

Задавала тут вопросы
Много зим и много вёсен:
Что умела и могла?
Это от добра иль зла?

В книгах всё я находила,
Жизнь и смерть я изучила,
Время, мироздание
И своё призвание…

Имею множество имён,
Зарницей путь мой освещён.
Былое знаю и дальнейшее,
И здесь я самая старейшая.

Такой у жизни моей план.
Закончу строк я ураган…

В шоке я был, находился в прострации,
Вспомнил корову, что просила лактацию.
Наконец осознал – это не сон.
Вопросов во мне кружил миллион.

С чего бы начать: про тут или там?
Ведь жизнь разделилась напополам.
Всё, я готов. – Дай же ответ:
Вернусь ли назад? Да или нет?

– Не могу повернуть я речки течение.
Так же как стрелок часов положение.

Но как все девы в любом поколенье,
Умею достать я любые изделия.
Вижу грядущее, знаю историю,
Колдую предметы своею я волею.

Газету, прочёл которую ты,
Я положила ещё со среды.
И то, что ты видишь вокруг, – не для всех:
Мой дом для других – обычен и ветх.
Кличут меня в народе – «наставница»,
«Знахарка», «ведьма» и «добрая травница»

Редко, но метко ходила в народ,
И однажды случился в судьбе поворот.

На ярмарке витязь мне повстречался,
И вскоре наш род стал зарождаться.

Сын, после внучки, и правнуки были,
Но до них мы с супругом уже не дожили.
Точнее, не дожил любимый мой муж.
А мне – не судьба, ушла снова я в глушь.

Кому-то мой дар переходил,
А кто-то спокойно и правильно жил.

К несчастью, у него был побочный эффект,
Мужчины могли изменить века бег.
Как только наследник в семье появлялся,
Мой внук пропадал и не возвращался.
Куда? Уже не видела я.
Как было мне больно за это дитя.

Но ты, мой потомок, первый, кто в роде
Сквозь время прошёл без семьи, на свободе.
И я не пойму судьбы твоей замысел:
Что в голове, в твоём гипоталамусе.

С тех пор как я из лесу вас забрала:
Подписка на жизнь твою истекла.
И на вопрос: вернёшься иль нет?

Отвечу:

Да,
Наверное,
Нет.

Глава 8. Погостили – и хватит

Марфа молчала, и я молчал.
– Мне б латте с корицей! – петух прокричал.
Белава смотрела ещё сновидения,
А волк охранял нас от нападения.

Меня отпустило, продолжу беседу.
Придётся поверить мне этому бреду.
Никак по-другому назвать не могу
Всё то, что услышал в семейном кругу.

– Если есть вход – имеется выход.
Промолвил чуть слышно, промолвил я тихо.
– Если пришёл сквозь воду реки,
Значит, и так же сумею уйти.

– Не знаю, ведь нету у нас доказательств,
И не было снова во время вмешательств.

– Надо попробовать всё-таки прыгнуть!
И цели заветной, быть может, достигну.

– Возможно, ты прав, но есть одно но,
Свершиться должно на Земле кое-что:
Кроме грозы, было солнцестояние.
Как и вчера!
– Что ж за наказание!
Получается так, что следует год
Ждать, когда солнце с грозой совпадёт?
Год? На Руси? Мне ж её возглавлять!
И как же проект этот осуществлять?
Кстати, а где Феофан настоящий?
Тот самый, который в походе пропащий?

– Бегать недавно на Русь повадились
Бесы литовские, всё им не ладилось!
Царь решился снарядиться
И защитить свои границы.
И после триумфа в военном бою
Его не нашли в победном строю.
И Ярослав – статный боярин,
Был в войске тогда он весьма популярен,
ПоднЯл над собой государевый меч,
Чтоб Русь от вражды и ссор уберечь.

И ты, мой внучок, хоть и попроще,
Но похож на царя.
Да! Был он потолще.

Но не было князя в палатах полгода
И похудел он наверно, ей-богу!
Поэтому, Федя, прими ж скорей сан:
Отныне на год ты царь Феофан!

– Но я ж говорить, как они, не умею!
Боюсь, и в правлении не преуспею!

– Есть я у тебя, и я помогу:
Траву соберу на заднем лугу,
Быстро сварю «говорящий глоток»,
Чтоб ты на славянском беседовать мог.

Как будет кончаться – отправь мне Егорку.
Я сделаю свежий. Вернётся он с зорькой.

– А как же казна, дружина, народ?
Не думаю я, что настоль повезёт.
Раскроют меня под этой личиной!

– Ты разве забыл Белаву с дубиной?

– Точно! Ведь память совсем потерял!
Есть алиби! Я аж прям воссиял!

– Ну что же, надёжа, готовьте же ноги,
А я изготовлю отвар из осоки.

– И ещё чего-нить «рюкзачок» собери:
Обещал я Белаве, когда к тебе шли.

Как только солнце показалось снова —
К дороге было всё готово.

Гости Марфе поклонились
И с полянки удалились.
Волк хозяйки тоже с ними.
Он в боевом теперь режиме.

– Как же долго вы глаголили.
Я уснуть себе изволила.

– Голову мою лечили, память мне восстановили,
Но не всю ещё пока…
Надо пить по два глотка
Снадобье противное —
Исцеленье длинное.

– Признаюсь, так тому и быть!
Стал ты лучше говорить,
Теперь тебя я понимаю —
Дружить я крепко предлагаю!

Ей улыбнулся, она мне в ответ.
Марфа с тревогой смотрела нам вслед.

Как сложится путь – не знает никто,
Но спасибо, читатель, спасибо за всё.
Спасибо за реакции и терпение…
Скоро новая глава,
скоро продолжение…

Глава 9. Венец и меч

Дорога до дома короче всегда.
Осталась одна «столбовая» верста.
Но речь тут идёт о доме Белавы,
В предкушенье уже «мои костоправы».
Слышно, как они ожидаючи ждут,
Когда к ним живого царя приведут.

Лошадки дружины забеспокоились,
Учуяли волка. Высь ржаньем наполнилась.
Видим за елью с Белавой просвет.
Скоро скажу я ребятам: «Привет!»

Достал из кисета простой пузырёк,
В нём сила Яги, назовём «Василёк».
На встречу с безвестностью я отправляюся,
Надеясь на то, что не растеряюся…

«Царь!» – по лагерю гром пролетел!
Я вышел из леса и обалдел!
Сотня, нет, две – крепких парней!
Ростом в несколько саженей.
Ладно в сажень, что тоже прилично.
Смотрели на нас они все фанатично.

Тут из-за спин, коня оседлав,
Подъехал командующий Ярослав.
Именно он приснился той ночью
И сделал меня своей саблей короче.

– Гой еси, Государь! Веселимся душею и сердцем, яко жив пребываешь!
Слава ти, честь на долгая лѣта! Ныне крѣпостью гориши, пылаешь!

Я понял! Я понял каждое слово!
Давно мне как будто всё это знакомо!

Ответил я так же, так же красиво.
А вам с переводом, чтоб понятнее было.

– И я рад увидеть тебя, воевода.
Пусть в жизни тебя обходят невзгоды,
Народ в твою честь пишет песни и оды,
И пусть триумфальными будут походы!

Звучало как тост на дне рождения, —
Это нервничал я от напряжения.

Он рассмеялся и крепко обнял,
Друга в бою ведь тогда потерял.

– Я рад, что ты жив, мы верили, ждали,
И вот наконец ты, батюшка, с нами!
Что же случилось в тот час роковой,
Когда мы бок о бок дрались с «бусурмой»?
В момент ты пытался их силы отвлечь!
Пропал с горизонта.
Остался лишь меч.

– Мой брат Ярослав… – ответил натужено. —
Прости, но теперь я немного контуженный.

Вчерася мне в голову так прилетело,
Что разум и тело весьма ослабело,
Возможно, ещё в том бою стало худо.
Не помню и то, как добрался досюда.
Посему я прошу, не обессудь.
Вспомню, наверно, «когда-то-нибудь».

– Добро, государь! Добро, повелитель!
Пора нам с тобою ехать в обитель.
Но для начала вновь ты прими
Венец. И свой меч над собой подыми!

Так я и сделал. Дружина воскликнула!
Белава от страха немного подпрыгнула.

И я, если честно, тоже подпрыгнул.
Спасёт ли враньё? Вот это интрига.

Ну что ж, надо с девою прощаться
И вновь в дорогу собираться.

– Как распрощаться? Ты, царь, обожди!
Я пригожусь, с собою возьми!
Да и мы-то с Егоркой вообще-то сдружились.
Как он без меня?
Ну, договорились?

Если бы знала Белава судьбу,
Ещё бы разок приложила по лбу.
Я согласился, ведь дружба крепка.
Без неё будет плохо наверняка.

Вышел во двор зверь наш лесной,
Я громко сказал: – Волк этот со мной!

Никто из дружины не бЫл супротив.
Я сел на коня, свой взгляд устремив
В небо. Летали в нём птицы.
Время пришло отправляться в столицу.

Глава 10. Белокаменная

Напылили, накопытили,
Маршрут прямой, но очень длительный.
День мы шли, а в ночь привал,
Поутру рожка сигнал.
Вновь под копьё, и снова в стремя,
Без авто – несладко время.
Был бы щас мой верный таз,
То до Москвы домчались враз.
Хотя нет, застряли б в пробке,
Лучше по реке на лодке.

Всё больше и больше по дороге селения.
Нарастало внутри кровяное давление.
Скоро увижу я центр Руси,
В котором придётся мне год потусить.

Если б сейчас, в двадцать первому веку,
Сказать, что я еду на год в Москву,
Примут все за бизнесмена,
У которого одна проблема:
Куда потратить столько денег
Несмотря на конский ценник…

Рядом Белава, Егорка на стрёме,
Друг Ярослав в седле в полудрёме.

И вот перед нами столица – Москва!
Мы добрались. Честь нам и хвала.

Открылись ворота моей белокаменной.
Не был я здесь со школьных экзаменов.
В будущем всё здесь закрыто рекламами,
Ну и забито для строительства кранами.

Народу на улицы вылилась «тьмя»!
И всё для того, чтоб увидеть царя.
Шапки бросали, воспевали меня,
В ноги кидалися, боготворя.

Честно признаюсь – это мне нравилось.
И плечи немножко даже расправились.

И вот пред очами стены Кремля.
Здесь мимоходом разочек был я.
Это сейчас он красно-кирпичный,
А на Руси как белок от яичка.
Ну а теперь кто новый хозяин?
С властью почти что безмерно бескрайней?
Обычный студент из Политеха.
Узнали бы там – вот была бы потеха.

Но спасибо большое, конечно, декану.
Историю он обожал без стоп-крана.
По музеям, экскурсиям часто водил:
И в мир реконструкций меня погрузил.

И о да! Вот же шь совпадение,
Любил он эпоху Руси становления.
Поэтому я нет-нет, да и да.
Знал: Почему, что, где и когда…

Встретил меня бояров рой.
Все как один с густой бородой.
Они совершили ко мне проскинезу,
Наконец-то! Ура! Я с лошади слезу.

– Обратишься к народу? – спросил Ярослав.
– Я чё-то устал. Давай-ка ты сам!

Мурашки бежали толпой по спине.
Закончилось снадобья действие.
К счастью, вниманья он не проявил
И к людям на площади взор обратил.

– Русский народ, возрадуйся гордо!
Вернулся наш князь, была длинной дорога!
Много препятствий он встретил в пути!
Но смог обернуться и нас обрести!
И снова на троне преемник Ивана!
Встречайте скорее царя Феофана!

Толпа взорвалась ликующим криком,
Колокола известили о счастье великом,

И только на башне одиноко и тихо
Инок смотрел по имени Тихон…

Глава 11. Косяк

– Батюшка-царь, снизь нам налоги!
– Отстаньте! Устал он с дальней дороги!
В чувства дайте надёже прийти!
ЧтО ж вы… зА ногу вашу ети!
Сейчас он поест, а после попарится,
Иль наоборот, как больше понравится.

Не верю я счастию своему:
Вот-вот – и в баню меня поведут!

– Готова она, как знали мы, княже!
Ждёт тебя веник, пар и массажик.
А после: кабан, кулебяка и сбитень,

Я, чтоб не спалиться, сказал просто: «Ведите!»

До чего же чудесно быть мне царём!
Как в сказе, не думаю я ни о чём:
Почти как в престижном районе Рублёвки,
А не с Ягой в старой хрущёвке.

Чистый, побритый, одетый в новьё.
Сейчас на балконе б попить кофеёк.

Какой кофеёк! Не вяжу вовсе лыка!
Вот же шь я глупый, дурной горемыка.
Где мой кафтан, мешок и кисет?
Сколько проблем! Ох, сколько же бед!

– Царь, там девица! Свидеться хочет!
Нам говорит, что дело прям срочное!

И опять не многословен —
Ведь потерять отвар изволил.
«Ведите!» – вновь промолвил я,
За ней отправив бугая.

В палаты входит очень злая,
Очами яркими сверкая.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.