# Его величество Я

Дмитрий Крайтов

Вы когда нибудь прислушивались к себе, к тем голосам внутри вашей головы, тони критикуют, соглашаются, предлагают, они это часть вас, они часть вашего Мира.

## Странный сон.


Мой день был ужасен. Я еле доплелся до дома, плюхнулся на кровать и провалился в сон, как в бездну. И тут началось самое странное.


Я очнулся в полной пустоте. Ни звука, ни света – только темнота. Потом откуда-то из глубин послышался голос. Он был похож на мой, но с каким-то неприятным, чужим оттенком. «Увидеть бы, кто это говорит?» – мелькнула у меня мысль.


И в тот же миг передо мной возник он. Я сам. Но не совсем. Будто кто-то слепил мою копию и всё перекоси?л. Смотреть на это «меня» было противно и жутко.


– Кто ты? – спросил двойник.

–Лектор, – выдавил я, чувствуя себя так, будто стою на тонком льду и вот-вот провалюсь.

Призрак усмехнулся:

–Отлично. Зови меня Голосом Правды. Это твой мир, Лектор. Ты здесь главный. Но твой трон захватил другой. Пора проснуться!

Тьма исчезла. Я лежал на холодной земле, а передо мной раскинулся незнакомый мир, окутанный густым туманом. Внутри всё сжалось от страха и непонимания. Что это за место? И что значит – «я здесь главный»?

Я медленно поднялся, отряхивая с одежды прилипшие травинки. Земля была холодной и влажной, будто только что прошёл дождь, хотя небо сквозь туман было сухим и серым. Воздух пах сыростью, пылью и чем-то ещё – чуть горьковатым, как прокисшее лекарство.

«Где я?» – пронеслось в голове.

«Там, где тебе и положено быть, "вашей высочество", – усмехнулся в ушах знакомый шепоток Голоса Правды. – Только не во дворце, а в подворотне.»

Я огляделся. Поле, на котором я стоял, утопало в молочной пелене. Впереди, всего в паре сотен шагов, высились тёмные стены города. Они были сложены из грубого, потрескавшегося камня, а над закрытыми воротами тускло мерцал одинокий фонарь, будто подмигивая мне.

Сделав первый шаг, я почувствовал, как ботинок вязнет в мокрой земле. С каждым шагом нарастало странное чувство – будто я иду не вперёд, а вглубь себя самого. Тишина вокруг была оглушительной. Ни птиц, ни ветра, только моё собственное дыхание да шелест травы.

Вдруг где-то впереди, у самых стен, мелькнула тень и пропала в тумане. Сердце ёкнуло. Я остановился, вглядываясь в белую пелену.

«Не бойся, это просто твои страхи бродят, – прокомментировал Голос. – Пока король у власти, они будут повсюду.»

– Какой ещё король? – прошептал я в пустоту.

Но ответа не последовало. Только эхо моего шёпота вернулось ко мне из тумана, искажённым и чужим. Я понял, что ответы нужно искать самому. Сжав кулаки, я снова зашагал к городским стенам, чувствуя на себе невидимый взгляд того, кто наблюдал за мной из густой пелены. Каждый мой шаг вперёд был шагом в неизвестность, и от этого по спине бежали мурашки.

Ворота были не заперты. Они с глухим скрежетом отворились от самого легкого моего толчка, будто ждали. И скрип их был похож на старческий кашель, разрывающий звенящую тишину.

Я шагнул внутрь – и город поглотил меня.

Улицы были лабиринтом. Узкие, извилистые, они петляли между домами с зашторенными окнами, словно слепыми глазами. Воздух здесь был еще гуще; тот горьковатый запах пыли и прокисшего лекарства теперь был осязаем, как желе. Он застревал в горле, и я закашлялся, сначала сдерживаясь, потом все глубже и хриплее. Этот проклятый туман лип к легким.

«Привыкай, – прокомментировал Голос Правды. – Это воздух твоего королевства. Им дышится нелегко».

Я шел, и из тумана, словно призрачные столбы, проявлялись фигуры. Жители. Они были одинаково серыми, размытыми, без всяких черт или выражений на том месте, где должны были быть лица. Они медленно двигались по своим неведомым делам, не глядя друг на друга, не издавая звуков. Когда я проходил мимо, их безликие головы поворачивались в мою сторону, и я чувствовал на себе тяжесть этого пустого, слепого внимания. От этого по спине бежали мурашки, и я снова давился кашлем.

«Не бойся, они не укусят, – усмехнулся Голос. – Они и есть твой народ. Ожившие частички серой повседневности, скуки и забытых решений. Пока король у власти, у них не будет лиц».

Отчаяние накатывало новой волной, соленой и горькой. Что я ищу? Дворец? Как он выглядит? И что значит – быть здесь главным, если я не могу заставить даже эти пустые оболочки увидеть меня?

Мой блуждающий взгляд, затуманенный слезящимися от кашля глазами, упал на стену одного из домов. Она была испещрена трещинами, но не случайными. Они складывались в узор, похожий на карту нервов или речную дельту. Я потянулся рукой, чтобы прикоснуться к шершавой поверхности.

В тот же миг каменная кладка передо мной поплыла, истончилась и превратилась в дверной проем, которого здесь секунду назад не было. Из темноты за дверью пахнуло холодом и старыми книгами – и на контрасте с уличной горечью этот запах показался почти чистым.

«Входи, Лектор. Ты стучался, тебе и открыли», – сказал Голос Правды, но на этот раз без привычной усмешки. В его тоне сквозило… любопытство.

Я вошел, сдерживая подкатывающий очередной спазм кашля. Это была не комната, а целая библиотека, уходящая ввысь в кромешную тьму. Бесчисленные полки, забитые книгами, стояли под причудливыми углами, некоторые парили в воздухе, не падая. Воздух звенел от тишины, которая была громче любого уличного шуршания.

В центре зала, за столом из темного дерева, сидел старик. Его лицо было морщинистым и абсолютно невозмутимым, а глаза за толстыми стеклами очков казались двумя увеличенными лунами. Он что-то писал в огромном фолианте, и скрип его пера был единственным звуком в этом месте.

– Ты… кто? – выдохнул я, застыв на пороге, и мой голос сорвался на хрип.

Старик медленно поднял на меня взгляд. Его глаза были лишены какого-либо выражения.

–Я – Каталогизатор. Некоторые называют меня Голосом Разума. Хотя, – он на мгновение задумался, – разум здесь – понятие относительное.

– Что это за место?

–Архив Твоей Памяти. Все, что ты видел, слышал, читал и чувствовал. И все, что предпочел забыть, – он равнодушно провел рукой по корешку ближайшей книги. – Здесь всё есть. Но беспорядок, ужасный беспорядок. Твой Король не любит наводить тут чистоту.

У меня заколотилось сердце. Наконец-то хоть какие-то ответы.

–Король! Кто он? Где его найти?

Голос Разума покачал головой, и его очки блеснули.

–Прямой путь к трону для тебя закрыт. Ты должен будить себя постепенно. По частям. Для этого тебе нужен ключ.

Он закрыл свой фолиант и уставился на меня своим бездушным взглядом.

–Мой вопрос будет твоим компасом, Лектор. Ищи то, что всегда означало, означает и будет означать тебя.

Я замер, ожидая продолжения. Но старик снова склонился над книгой, словно разговор был исчерпан.

–И что это? – не выдержал я, и мой вопрос снова вызвал легкий хрип. – Имя? Воспоминание? Чувство?

– Если бы я знал, это не было бы ключом, – ответил Разум, не отрываясь от письма. – Это твоя суть, Лектор. Х в уравнении твоей жизни. Король пытался ее стереть, спрятать, подменить. Но она все еще здесь, в тебе. Найди ее, и следующая дверь откроется.

«Великолепно! – засмеялся в моей голове Голос Правды. – Ищешь иголку в стоге сена, которым сам и являешься!»

От бессилия у меня сжались кулаки. Я оглядел бесконечные полки. Тысячи, миллионы книг. Искать одну-единственную истину в этом хаосе? Это было невозможно.

– Я не могу этого сделать! – прошептал я, чувствуя, как горло снова побаливает.

Голос Разума снова поднял глаза. В его взгляде не было ни сочувствия, ни раздражения. Только холодная констатация факта.

–Тогда ты навсегда останешься бродягой в городе своих кошмаров. А твой трон так и будет занят самозванцем. Выбор за тобой, «ваше высочество».

Его слова повисли в воздухе, холодные и тяжелые, как камни. Я развернулся и вышел обратно на улицу. Горловой спазм наконец вырвался наружу – тяжелый, горловой кашель, от которого слезились глаза. Когда я вытер их и смог снова видеть, передо мной стояли несколько серых, безликих фигур. Они молча смотрели на меня своими гладкими, как яйцо, лицами. Они не угрожали. Они просто ждали.

Загадка была задана. Ответа не было. Я стоял в центре города своих кошмаров, отравляемый его воздухом, наблюдаемый своими же страхами, и понимал, что самый важный поиск в моей жизни только что начался. И искать мне предстояло самого себя в этом бесконечном, безликом тумане.

Вместо однообразного всплеска, струи на мгновение замирали в воздухе, принимая причудливые формы – на миг возникал силуэт того самого дракона, затем – очертания невиданного цветка, потом – корабля. Фонтан не просто тек – он фантазировал. Воздух наполнился свежестью и звоном, похожим на смех. Туман на площади рассеялся, открыв потрескавшееся, но настоящее небо.

«Да… – прошептал Голос Правды, и его голос звучал как первый луч солнца после долгой ночи. – Вот он. Твой истинный источник. Ты вспомнил, кто ты».

Я повернулся и увидел, что здание Архива Памяти, которое было где-то за площадью, теперь не просто темной громадой. Из его окон лился ровный, теплый, золотистый свет, а стены, казалось, дышали. Он больше не был склепом. Он стал сокровищницей.

Я не знал, что ждет меня внутри теперь. Но я знал, что иду не как бродяга, а как Творец, который наконец-то вспомнил о своей силе. И этот шаг был полон неведомой доселе уверенности.Глава 5. Возвращение разума