Лена Хейди
Право первой ночи, или Королям не отказывают

Глава 1. Жених

Энни

*

– Эничка, ягодка моя, ты как, в порядке? – кто-то бесцеремонно хлопал меня по щекам.

– Какая ещё Эничка? И где вы тут ягоды нашли? Это же спортзал! – со стоном поинтересовалась я. – Да хватит уже меня бить! Иначе сейчас сдачи дам! – пригрозила я, отмахиваясь от мужской ладони, которая продолжала шлёпать меня по лицу.

Голова гудела, словно была колоколом во время набата. Наверное, из-за этого даже собственный голос казался чужим и слишком мелодичным.

– Какой ещё спортзал, ягодка?! – ужаснулся этот абьюзер. – Мы возле моего замка. Ты упала с лошади.

– Какого ещё замка?! – я резко распахнула глаза и от представшей передо мной картины ущипнула себя за руку.

Теперь к головной боли добавилась боль от щипка, но я по-прежнему видела перед собой красивого голубоглазого блондина в синем камзоле. Он сидел возле меня на траве. А за его спиной острыми башнями протыкал облака натуральный замок.

– Я не поняла, а где мячик? – потрясённо пробормотала я, вспоминая последнее, что отложилось в памяти: урок физкультуры и летевший мне между глаз баскетбольный мяч, запущенный сильной рукой Самохвалова. Я не успела уклониться. Затем посыпались искры из глаз и эхом в ускользающем сознании раздался встревоженный крик восьмиклассников: «Анна Ивановна!»

– Кажется, ушиб головы был слишком сильным… – сокрушённо покачал головой голубоглазый красавчик.

– Вы вообще кто? – уточнила я, замечая всё новые детали и с ужасом осознавая, что это совершенно не моё тело. Где мой загар? Маникюр? Одежда? Что за странное средневековое платье?

– Эничка, ты только не двигайся! – взволнованно взмахнул руками этот тип и вскочил на ноги. – Я сейчас за лекарем сбегаю!

Не успела ничего сказать, как он метнулся в замок.

Ничего себе – какую скорость может развивать! Спортсмен, не иначе.

Пока я изучала безмятежные облака в голубом небе, оглядывала гигантские цветущие кустарники и пыталась понять, что вообще происходит в этой жизни, голубоглазый вернулся, притащив за собой на буксире невысокого щуплого старичка с саквояжем.

– Вот! Исцелите её, срочно, Ландир! – взмахнул руками блондин. – Она упала с лошади, ударилась головой и теперь несёт какой-то бред про мячи и даже не помнит, как меня зовут. У нас завтра утром свадьба! Моя невеста должна быть к этому времени в полном порядке!

– Как скажете, ваше сиятельство, – безропотно отозвался старичок и склонился надо мной: – Как вы себя чувствуете, леди Энни? Что-нибудь болит?

– Конечно болит: она же с лошади упала! – эмоционально выпалил блондин.

– Голова, – честно ответила я на вопрос лекаря.

О том, что я никакая не Энни, а Анна Ивановна Данилова – учительница физкультуры двадцати четырёх лет из города Нижнеозёрска, – решила умолчать. Как бы не признали ведьмой и не сожгли на костре.

– А как именно болит? Острая боль, тупая, ноющая? – уточнил лекарь.

– Всё сразу, – поморщилась я.

– И с памятью у неё беда! – вставил реплику голубоглазый.

Красивый он мужик, конечно. Но если бы почаще молчал – цены бы ему не было.

– Кроме головы ничего не беспокоит? Руки, ноги, плечи, спина? – спросил старичок, водя надо мной красным минералом.

Неожиданно, но боль быстро прошла, будто её и не было.

– Нет, теперь вообще всё отлично, – честно отозвалась я и на всякий случай добавила: – Только я ничего не помню.

– При черепно-мозговых травмах такое бывает, – сочувственно пояснил лекарь. – Рекомендую вам пропить курс настойки из хайлин-травы, по тридцать капель на стакан воды перед сном.

– И как быстро она всё вспомнит? – настойчиво уточнил блондин.

– Возможно, через день. Или месяц. Или год. Никто не сможет сказать точно, – покачал головой медик. – Самое главное – постарайтесь, чтобы ваша невеста избегала волнений. Скорейшего вам выздоровления, леди Энни Делайт! Уверен, что ваш жених – маркиз Тони Ламор – о вас позаботится.

Поклонившись блондину, старичок засеменил куда-то в лес, а надо мной снова склонился жених.

– Я Тони, ягодка. Умоляю: постарайся вспомнить, как сильно мы друг друга любим. У нас завтра утром свадьба. Твой ответ «да» у алтаря должен быть искренним! Ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной на всём Ранделе! Твой опекун бросил тебя на произвол судьбы и лишил приданого, не считая развалившийся замок в Синей Пустоши. Но для меня всё это неважно! Ты не представляешь, как я тебя обожаю! И как мечтаю о наших детях. Мне нужна только ты, любовь моя. Именно ты – моя вторая половинка. Моя истинная пара, – заявил маркиз.

Истинная пара? Серьёзно?

Да я о таком только в книгах читала!

– Угум, – неопределённо кивнула я, не зная, что на это вообще ответить.

Ситуация складывалась весьма щекотливой.

Получается, что теперь Энни Делайт – это я. Бесприданница, у которой в активе лишь развалины замка. Со сложными отношениями с опекуном.

И с истинной парой в виде маркиза Тони.

Я не испытывала к этому мужчине неприязни. Скорее, равнодушие. Правда, любовалась его внешними данными.

Как там говорилось в любовных романах? Не станет изменять, будет заботиться и оберегать до конца моих дней?

Может, это будет хорошей основой для крепкого брака? Одно было точно: дети от него будут красивыми.

– Вот, смотри, – закатав рукав, Тони показал мне бледную золотистую татуировку на запястье. – Это знак того, что мы созданы друг для друга! Тут твои инициалы. Метка проявилась в тот самый момент, как я дотронулся до тебя. После свадьбы на твоей руке проступит такая же. Эничка, скажи, ты правда совсем ничего не помнишь? Наши прогулки под звёздами, качели в Орском парке, пикник на берегу Мраморного моря? Беседы на набережной, обсуждения книг?

Я покачала головой.

Маркиз расстроенно вздохнул.

– Что же мне сделать, чтобы ты всё вспомнила? – призадумался он. – Может, поможет это?

Накрыв меня своим телом, он смял мои губы в неистовом поцелуе.

Глава 2. Опекун

Энни

*

От шока я поначалу опешила.

А потом принялась отбиваться.

Маркиз оказался крепким парнем, но резкий хлопок ладонями по ушам и чувствительный пинок в область паха охладили его любовный пыл и заставили застонать, согнувшись от боли.

– Эничка, ты чего?! – хрипло выдохнул Тони, скатываясь с меня на траву и хватая воздух ртом. Крепко же я его приложила. – Кто научил тебя драться? Приличные леди так себя не ведут!

– Приличные мужчины тоже! – парировала я, выравнивая дыхание.

Не могу сказать, что неожиданный поцелуй был мне противен: этот привлекательный блондин определённо знал толк в интимных ласках.

Просто вся дикость этой ситуации поднимала решительный протест в моей душе.

Я не против, чтобы меня целовали. Но только с моего согласия! А не такими внезапными наскоками от непонятно кого.

– Да, ты права, я немного увлёкся, прости. Это очень похвально, что ты так тщательно блюдёшь девичью честь до свадьбы, – похвалил меня жених и тут же упрекнул: – Но удар ниже пояса был лишним. Ты что, не хочешь от меня детей?

– Я вас вообще не знаю, – повела я плечом и попыталась подняться с травы.

Голова нещадно кружилась, поэтому я невольно покачивалась.

– Не надо, не вставай! – подскочил ко мне маркиз и подхватил на руки, как пушинку. – Давай я отнесу тебя в твои покои, тебе нужно полежать, любовь моя. У нас ведь завтра свадьба! И перенести нельзя: столько моих родственников приедет, даже из столицы!

– А моих? – уточнила я для информации. Вдруг кто-то из них поймёт, что я – не Энни?

– У тебя нет родных, Эничка, – с сочувствием посмотрел на меня блондин. В общем и целом милый он всё-таки парень.

Бережно прижимая к себе, он понёс меня в замок.

– Как это? – удивилась я.

– Когда тебе было пять лет, ты с матушкой, которую звали Элиза, приехала в нашу страну Айгорию из соседнего государства, Тарнии. Твоё родное королевство настигла печальная участь: больше половины территории было уничтожено извержением вулкана. Ваш замок тоже. Твой отец тогда погиб, и все родственники. Вы с матерью чудом уцелели: на момент трагедии вы с ней пошли купаться на морское побережье, и вас спасли моряки. Они взяли вас на свой корабль, который направлялся в Айгорию. Тех драгоценных камней, которыми было расшито платье твоей родительницы, хватило лишь на то, чтобы купить захудалый замок в Синей Пустоши. Несколько лет вы жили там очень бедно, а потом Элиза смогла очаровать аристократа из соседнего замка, маркиза Артура Родера, и вышла за него замуж. Артур не захотел тебя удочерять и не дал свою фамилию. Но три года назад, после смерти Элизы, он согласился стать твоим опекуном.

– А от чего она умерла? – тихо спросила я,

– От укуса змеи, – ответил Тони. – Она ухаживала за розами в своём саду и не заметила, как к ней подкралась пятнистая крейна.

– Какой ужас, – вздохнула я. – Ты говорил, что отчим, он же опекун, бросил меня на произвол судьбы и лишил приданого, не считая замок в Синей Пустоши. У нас с Артуром были плохие отношения?

– У него сложный характер, – отметил Тони. – Он много месяцев настаивал, чтобы ты стала невестой герцога Каргера. Тот посулил что-то Артуру за тебя. А ты отказалась наотрез. Каргеру уже сорок девять, он вдовец со стажем: успел похоронить трёх жён. Ты  сказала, что не хочешь быть четвёртой. А потом ты познакомилась со мной на Сорокинской ярмарке.  Я купил тебе подарок – аметистовое ожерелье и мороженое. А когда дотронулся до тебя, на моём запястье проступила метка истинной пары. Помнишь?

– Нет, – покачала я головой, обдумывая всё, что услышала.

– Я поговорил с твоим опекуном. Сказал, что намерен жениться на тебе, и что ты моя истинная пара. Показал ему метку. Артур в ответ заявил, что будет только рад, если ты поскорее уберёшься из его замка. Но предупредил, что за своеволие не даст тебе никакого приданого, – объяснил Тони.

– Отомстил, что падчерица не стала женой герцога, – поняла я.

– Верно. А полгода назад он отправился в путешествие по всему Ранделу и написал мне официальный документ, что не против того, чтобы до свадьбы ты переехала в мой замок. С того момента я взял на себя всю ответственность за тебя, – очень мило улыбнулся блондин.

– Ясно… – задумчиво пробормотала я.

Значит, особо дёргаться мне тут некуда. Свадьба с Тони – дело решённое. Родственников нет, денег нет. Но есть влюблённый в меня красавчик-маркиз с шикарным замком.

Придётся вписываться в реалии этого мира.

– Поэтому на свадьбе будут только мои родственники, – подвёл итог Тони. – Уверен, ты им понравишься!

Глава 3. Ягодка

Энни

– Ты говорил, что я упала с лошади. А где она? – уточнила я, для удобства обхватив Тони за шею.

Надо отдать ему должное, он нёс меня довольно аккуратно, бережно прижимая к себе.

– Так вон же они, там! – кивнул он. – Направились к лесу. Мой Ветер никуда не денется, сам придёт домой, а за твоей Молнией придётся побегать. Слишком норовистая кобыла. Просил же тебя выбрать другую лошадь, но ты у нас дама рисковая. И вот результат – такая досадная травма накануне свадьбы, – горестно вздохнул Тони.

– Ясно. Ещё один вопрос: почему метка истинной пары только на твоей руке, а у меня проступит только после свадьбы? – поинтересовалась я.

– У всех женщин так, – заверил Тони. – Мужчины сильнее магически, их энергетические потоки быстрее отзываются на магию истинности и проявляется метка. А у девушек метка проявляется во время брачной церемонии.

– А если вдруг такая метка не проступает – такое случается? – уточнила я.

Ведь по факту я всего лишь пришелец в этом теле. Вдруг местная магия отреагирует на меня как-то нестандартно?

– Да, были такие случаи, – отозвался Тони. – Метка не активировалась на свадьбе. Это исключение из общего правила. Но после первой брачной ночи она проступает всегда, без исключений. А после зачатия ребёнка обретает особую яркость.

– Ладно, с этим всё более-менее понятно, – кивнула я. – А что насчёт брачного ритуала? Что я должна буду делать у алтаря?

– Сказать мне «да, согласна», сиять от счастья и украшать собой этот мир, – улыбнулся Тони.

– Наверное, справлюсь, – подвела я итог.

– Не волнуйся, всё будет хорошо, ягодка! – заверил меня жених.

– Тони, сделай одолжение: не называй меня так, – не выдержала я.  – Это слишком… – запнулась я, подбирая слова. Чтобы не обидеть, просто снова повторила: – Слишком.

– Тебе же нравилось? – сильно удивился он.

– Разонравилось, – повела я плечом.

– Ладно, как скажешь, – не стал он спорить. – Ты просто забыла, почему я стал обращаться к тебе именно так. Надеюсь, когда-нибудь ты вспомнишь нашу ягодную поляну и милое соревнование – кто из нас успеет набрать больше земляники за пять минут. Ты победила. С тех пор я стал звать тебя ягодкой, и тебя это умиляло.

– Да, ты прав, я и правда этого не помню. В любом случае моя просьба остаётся прежней. Не надо меня больше ягодкой называть, – попросила я.

– А как надо? – уточнил Тони.

Мы уже приблизились к его замку, и двое охранников подобострастно распахнули перед нами массивные двери, впуская внутрь.

Такое чувство, что я оказалась в средневековье с восточным уклоном. Во внутреннем дизайне замка смешалось всё: вычурные колонны и статуи античности, золотистая вязь в арабском стиле на стенах, мозаичные окна, роскошь французского дворца и мягкость персидских ковров на полу.

Высокий потолок, мраморные лестницы, огромные хрустальные люстры дополняли впечатление сказочности этого места.

Этот молодой маркиз определённо был очень богат, так что его невесте, то есть мне, видимо, повезло.

Трое слуг суетились возле большой картины с алыми розами на стене, протирая её от пыли, ещё двое тщательно чистили мебель.

Видно было, что в замке усиленно готовились к прибытию высокопоставленных гостей и к шикарной свадьбе.

– Если не ягодкой, то можно я буду называть тебя зайкой? Ты такая милая и хорошенькая, – заявил жених.

– Как хочешь, – отозвалась я, смирившись с этим отголоском из детского сада. – Напомни, а сколько мне лет?

– Неделю назад исполнилось восемнадцать, – ответил жених.

Забавно. В моём мире мне уже исполнилось двадцать четыре.

– То есть опекун уже потерял власть надо мной? – уточнила я.

– Ещё нет, – покачал он головой. – Это произойдёт только после нашей свадьбы. Всю заботу о тебе возьму на себя я, как законный муж. И ты забудешь про Артура, как про старый сон. Конечно, жаль, что в приданом у тебя только развалины в Пустоши. Замок в довольно плохом состоянии, но со временем мы им займёмся, приведём в порядок. Подарим кому-нибудь из наших детей. В тех местах есть один неоспоримый плюс: мягкий климат и живописная природа. Разумеется, в реконструкцию придётся вбухать кучу денег. Но главное, что основная часть здания уцелела. Там даже живут слуги, твой опекун высылает им жалование.

– Ты в отличной физической форме, – отметила я, когда Тони без усилий поднялся со мной на руках по лестнице на второй этаж.

– Конечно, я же аристократ и обязан во всём быть примером для остальных, – заверили меня.

– А ты, случайно, не дракон? – не удержалась я от вопроса.

Глава 4. Отдых

Энни

 *

– Ты слишком сильно ударилась головой, зайка, – сокрушённо посмотрел на меня жених.

Ну хоть не ягодка, и на том спасибо.

– Ты красивый, мускулистый и очень быстро бегаешь. Вот я и подумала – может, ты не просто человек, а с какими-нибудь способностями? – объяснила я.

– Ты мне столько комплиментов сейчас наговорила, что я таю от счастья, – расплылся в улыбке Тони. – Я буду для тебя драконом с сокровищами и тигром в постели. И вообще стану кем захочешь. У нас с тобой вся жизнь впереди, заюшка.

Тони пинком распахнул дверь в одну из комнат, занёс меня туда и уложил на кровать:

– Вот, полежи в своих покоях и срочно поправляйся, Эничка. На свадьбе ты должна быть крепкой, здоровой и выносливой, как ветка ивы.

Интересно, он может разговаривать без сюсюканий?

Впрочем, чего я ворчу – это же признак заботы.

Пусть моим женихом будет такой, как Тони, нежели какой-нибудь грубый склочный доминатор.

А этого есть шанс потихоньку перевоспитать.

Жених снял с меня туфли, ловко ослабил шнуровку корсета и накрыл тонким покрывалом.

– Хочешь, я лягу рядом? – предложил он.

– Нет, не надо, – поспешно отозвалась я.

– Я бы не стал к тебе приставать, – посмотрел он на меня с укором. – Мы же лежали так уже десятки раз, беседовали. Впрочем, понимаю: тебе сейчас не до обсуждения философских материй и поэзии эпохи Ван-дейн. Поправляйся, заюшка. Целитель Ландир рекомендовал тебе пить настойку из хайлин-травы, по тридцать капель на стакан воды перед сном. Я распоряжусь, чтобы ужин принесли тебе прямо в кровать, после чего ты выпьешь лекарство. А сейчас отдыхай. Можешь даже подремать, тебе это будет полезно.

Я могла бы возразить, что после сотрясения мозга спать не рекомендуется, но благоразумно промолчала, ограничившись лишь коротким:

– Спасибо за заботу, Тони.

– Всё для тебя, Эничка, – склонившись, он поцеловал меня в лоб. – Пока ты отдыхаешь, я пойду прослежу, как слуги готовят мой замок к свадьбе. По графику они должны были уже развесить ленты по всему фойе и расставить композиции с цветами, но пока что я этого не наблюдаю. Надо поторопить дворецкого. Вечером зайду тебя проведать. Поспи, – ободряюще улыбнувшись, он направился к выходу. – А завтра утром ты станешь маркизой Энни Ламор.

– Замечательно, – вяло улыбнулась я, и Тони закрыл за собой дверь.

Итак, от свадьбы отвертеться не удастся.

В этом мире я истинная пара этого блондина, и просто так он меня не отпустит. И не позволит перенести свадьбу: вон какую бурную деятельность развёл. Не говоря уже  о его приглашённых родственниках.

Так что придётся смириться и стать женой этого довольно красивого мужчины.

Он заботливый, с мягким характером, сильный, богатый. Можно сказать, идеал. Совершенно мне не противен. Приятный тип.

А от этих его «заюшек» и прочих «заебелочек» я его постепенно отучу.

И всё будет хорошо.

Ведь многие девушки выходят замуж не по любви, и в этом плане мой случай не уникален. Взаимное уважение, забота и поддержка – вот залог счастливого брака.

А любовь придёт со временем. Непременно. Надо просто в это верить.

Я убеждала себя в этом снова и снова, пока не вырубилась.

Проснулась ночью на несколько минут, когда молодая рыжеволосая девушка аккуратно похлопала меня по плечу. Спросонья я мало что соображала, а эта девица в белом чепчике оперативно влила в мой рот сладковатую травяную настойку.

– Это ваше лекарство, миледи: настойка из хайлин-травы, – объяснила она и быстро удалилась.

Я кинула сонный взгляд по сторонам.

Обнаружила, что меня успели переодеть в мягкую ночную сорочку – длинную, почти до пят. А за окном матовым светом сияли в небе две круглых луны.

Желудок забурчал, напоминая, что я пропустила ужин. Но сонливость поборола подступающее чувство голода, и я снова вырубилась – на этот раз до утра.

– Проснись и пой, заюшка! – громко провозгласил Тони, входя в мою комнату без стука и распахивая тяжёлые шторы, за которыми буйствовали яркие солнечные лучи. Мой жених был облачён в белый костюм с голубой жилеткой, которая выгодно подчёркивала цвет его глаз. – Пора выходить за меня замуж! У тебя всего час, чтобы привести себя в порядок. Поторопись, любимая. Гости уже ждут!

Глава 5. Невеста

Энни

 *

– Как это свадьба через час?! – в шоке вскочила я с кровати. Весь сон как рукой сняло. – Ты что, я же не успею за такой короткий срок!

– А чего тут успевать? – удивился Тони. – Чтобы посетить ванную, уйдёт минут пятнадцать. Ещё столько же – завтрак. И целых полчаса, чтобы влезть в платье. Мы же заранее всё приготовили – и твой наряд, и туфли, и чулки с подвязками. И диадему с заколками, плюс украшения.

– А причёска?! Макияж?! – спросила я на бегу, по пути в ванную комнату.

– Это вообще делается за минуту, – развёл руками Тони. – Моя старая служанка Патриция владеет бытовой магией, она сделает всё, что нужно так быстро, что не успеешь моргнуть!

– Ого, тут ещё и магия есть… – изумлённо пробормотала я, захлопывая за собой дверь в ванную.

Чтобы осмотреться и понять, что тут к чему – ушло минуты три.

В целом удобства в этом «средневековом» замке меня впечатлили. Фаянсовый унитаз, ванна из мрамора, богатая отделка стен, пола и потолка. Была даже душевая кабинка со стенами из хрусталя.

Единственное, чего я не нашла, это был фен.

Поэтому пришлось выходить в комнату в халате и с мокрыми волосами, которые я не смогла до конца просушить полотенцем.

Кинув взгляд на стол, обнаружила, что он уже уставлен разными яствами – от салатов, до десертов. А от большой чашки с чаем исходил земляничный аромат.

– Ты самая прелестная невеста на всём Ранделе! – восхитился при виде меня Тони.

Он успел вытащить из шкафа и повесить на дверцу шикарное белое свадебное платье, и теперь разглаживал складки на нём.

– А разве тебе можно видеть наряд невесты до свадьбы? – с сомнением произнесла я.

– А почему нет? – удивился мой жених и нахмурился: – Судя по твоим вопросам, ты так ничего и не вспомнила, верно?

– Боюсь, что да, – кивнула я, присаживаясь за стол, чтобы поскорее приступить к завтраку.  Разложенные передо мной блюда выглядели невероятно аппетитно.

– Как ты себя чувствуешь, заюшка? – спросил жених.

– Что бы я ни ответила, свадьбы это не отменит, верно? – мягко усмехнулась я.

– Мы оба вложили в организацию торжества слишком много времени и сил, – покачал головой Тони. – Вдобавок сюда уже приехали все мои родственники, включая родителей и младшего брата. Но ты не ответила на мой вопрос.

– Я в полном порядке, не считая пробелов в памяти, – честно призналась я.

– Отлично, – с облегчением выдохнул жених.

– Тони, напомни пожалуйста, а зачем мы вообще так торопимся со свадьбой? – спросила я.

– Но ты же сама мечтала поскорее избавиться от опёки Артура, поторапливала меня, – объяснил он. – И вообще, ты же моя истинная пара! Мне не терпится поскорее сочетаться с тобой законным браком и утащить в свою спальню – любить до звёздочек перед глазами и делать наследников, одного за другим.

Я закашлялась, подавившись эклером.

Тони заботливо похлопал меня по спине и продолжил:

– Я женюсь на истинной, поэтому мои дети будут обладать магическим даром и могут претендовать на титул герцога. Они будут гарантом нашей обеспеченной старости.

– Да ты и так не бедствуешь, – отметила я.

– Верно, но хороший хозяин всегда думает о приумножении своего состояния, – назидательно отметил жених. – Доедай скорее, я пошёл за Патрицией.

Тони удалился, а я тихо вздохнула, представляя себе свою первую брачную ночь.

Так уж сложилось, что в свои двадцать четыре года я всё ещё оставалась девственницей. Мне было восемнадцать, когда маму парализовало, и пришлось ухаживать за ней год, до самой её смерти. Сестёр и братьев у меня не было, а отец скончался от инфаркта, когда мне было пятнадцать. Так что разделить уход за инвалидом мне было не с кем, всё легло на мои плечи. Эти заботы не оставляли времени на личную жизнь.

А после смерти мамочки навалилась депрессия, из которой я выходила долго и с большим трудом. Я смогла поступить в пединститут в соседнем городе, жила там в общаге. Потом вернулась домой и устроилась на работу – учителем физкультуры в среднюю школу. Занятия с ребятнёй отвлекали от всех проблем.

Конечно, я не раз ходила на свидания с разными парнями, и с одним из них даже встречалась полгода.

Но я всегда чётко выставляла рамки: объятия и поцелуи – да, я не против. Но весь интим – только после свадьбы.

Хотелось, чтобы самый первый раз, который навечно останется в моей памяти – произошёл с любимым мужчиной, моим супругом.

А в итоге – супруг скоро будет, а вот насчёт любимого – мимо.

С другой стороны, Тони весь такой сильный и правильный – наверняка в постели он покажет себя отличным любовником, и мне будет с ним хорошо. Ещё и красавчик вдобавок.

– Ладно, Данилова, прорвёмся, – тихо успокоила я сама себя.

Глава 6. Отец жениха

Энни

*

Патриция оказалась высокой дородной женщиной лет пятидесяти.

Первым делом она спокойно и уверенно помогла мне облачиться в белоснежное кружевное платье с открытой спиной и принесла белые атласные туфли – очень удобные, на невысоком каблуке.

После чего отстранилась, окинула меня долгим задумчивым взглядом и махнула рукой над моей головой.

– Так сойдёт? – спросила она, подкатывая ко мне большое зеркало на колёсиках.

Увидев своё отражение, я обомлела.

Я и раньше была симпатичной, а сейчас стала прямо кукольной красоткой. Аккуратный прямой носик, миндалевидный разрез зелёных глаз, высокий лоб, пухлые губы, персиковая кожа.

Намагиченные Патрицией макияж и причёска очень выгодно подчёркивали все достоинства моей новой внешности.

Я притихла, откровенно любуясь своим отражением и пытаясь осознать, что та нежная фея в зеркале – теперь я и есть.

Служанка расценила моё молчание как неодобрение и заволновалась:

– Что-то не так, леди Энни? Я могу подправить, если вас что-то не устраивает.

– Нет-нет, всё хорошо, спасибо огромное! Благодарю вас, Патриция, вы сотворили настоящий шедевр, – похвалила я её.

У женщины медленно отвисла челюсть:

– Госпожа, зачем же ко мне на «вы» обращаться? Я ведь всего лишь обслуга.

– Это в знак признательности, – неопределённо махнула я рукой. – И вообще, я сильно волнуюсь перед свадьбой, – нашла я себе оправдание.

– Понимаю, леди Энни, – расслабилась служанка. – Но вам не о чем волноваться: маркиз Тони будет для вас замечательным мужем и никогда не обидит. Все знают, как сильно он вас любит.

– Надеюсь, – тихо вздохнула я.

– Осталось добавить диадему, – сказала Патриция и закрепила это украшение на моей голове. – Тут ещё несколько заколок осталось, украшенных драгоценными камнями. Убрать их в шкатулку?

– Хорошо, – кивнула я и тут же передумала, поддавшись интуиции: – А, хотя, нет. Добавь их в причёску.

– Как скажете, – не стала возражать служанка.

В моей жизни был один случай, когда я не послушалась внутреннего голоса. Год назад я села в кресло стоматолога, хоть интуиция буквально вопила, что мне нужно бежать из этого кабинета роняя тапки. Но разум взывал к рациональности и убеждал, что я паникую на ровном месте, предвзято отношусь к молодому специалисту, а странные пятна на стенах – это не грязь, а элемент декора. Пришла поставить небольшую пломбу, а в итоге лишилась зуба – до того меня залечил этот «специалист».

С тех пор дала себе зарок, что пусть я покажусь людям странной и ненормальной, но всегда буду прислушиваться к своему шестому чувству.

Зачем мне столько заколок в свадебной причёске – я не знала, но что-то подсказывало: пусть будут.

– Всё готово, госпожа Энни. Вы красавица, – искренне улыбнулась Патриция. – Позвольте я теперь приглашу отца господина Тони – маркиза Джона Ламора  – чтобы он отвёл вас на церемонию. Раз уж ваш опекун так и не появился.

– Делай, что нужно, – отозвалась я, внутренне готовясь ко встрече со свёкром. – Постой! – окликнула я служанку, когда та уже подошла к двери.

– Да, госпожа? – развернулась ко мне Патриция.

– Перед этим не могла бы ты дать мне какую-нибудь книгу? Хочется что-нибудь полистать, чтобы нервы успокоить, – озадачила я её.

На самом деле мне хотелось понять, умею ли я читать. Вдруг на свадьбе нужно будет что-то подписывать? Брачный договор, например. Смогу ли я его прочесть?

– Перед свадьбой все нервничают, – едва слышно пробормотала под нос женщина, найдя для себя объяснение моему чудачеству.

Распахнув дверцы шкафа, она немного порылась там и вынула небольшой фолиант:

– «Хроники короля Саблезуба» подойдут?

– Вполне, – улыбнулась я. – Это сказка или исторический роман?

– Это про Валериана Второго Саблезуба, – пояснила служанка. – Он правил нашей страной сто лет назад. Мне говорили, что вы ударились головой и многого не помните.  Надеюсь, ваша память вскоре восстановится.

– Спасибо, Патриция, – искренне отозвалась я.

Женщина вышла из комнаты, а я раскрыла книгу и выдохнула с облегчением.

Не знаю, как так получалось, но все незнакомые мне символы-буквы мозг переводил в слова. Я скользила взглядом по строчкам и понимала, что там написано.

– Красивая и интеллигентная, – заявил вошедший в комнату высокий голубоглазый блондин лет сорока пяти в нарядном красном камзоле с позолотой.

Внешностью он очень напоминал Тони, только постарше, так что у меня не возникло сомнений, что передо мной мой свёкр, Джон Ламор. За ним шлейфом тянулся аромат яркого мужского парфюма.

– Спасибо, – натянула я на лицо улыбку и положила книгу на стол.

– Даже в день свадьбы не можете оторваться от летописей. Моему сыну повезло с такой невестой. Надеюсь, мои внуки будут такими же начитанными. Позвольте проводить вас на брачную церемонию, маркиза Энни Делайт, – протянул он мне руку.

Глава 7. Родственники

Энни

 *

Пока всё шло неплохо.

Свёкр оказался нормальным мужчиной – спокойным и галантным, смотрел на меня без надменности. Ещё и подбадривал:

– Не стоит так волноваться, юная леди. Вы слишком зажаты. Ну же: улыбку на лицо, подбородок вверх! Наслаждайтесь этим праздником: он принадлежит вам и Тони. Потом, спустя много лет, будете вспоминать это торжество как нечто прекрасное и рассказывать о нём своим детям.

– Да, конечно, – нашла я в себе силы улыбнуться. – Спасибо вам за поддержку!

– Можешь звать меня по имени – просто Джон. Не возражаю, если станешь называть отцом. Ты ведь теперь часть нашей семьи, – отметил мужчина.

– Благодарю за такое доброе отношение, Джон, – отозвалась я, не в силах заставить себя обращаться к малознакомому человеку «отец».

Придерживая меня за руку, он помог мне спуститься по лестнице в фойе.

И я замерла перед представшей передо мной картиной.

Это помещение невероятно преобразилось! Цветами, лентами и светильниками был украшен каждый сантиметр площади. Всё сияло и сверкало, будто я оказалась в сказке.

А наряды многочисленных гостей слепили глаза своими яркими расцветками.

– А вот и наша невеста, – широко улыбаясь, подошла к нам миловидная блондинка лет сорока, в сиреневом платье. – Какая ты у нас хорошенькая! – восхитилась она.

– Согласен, Энни очень миленькая! – подскочил к нам пацан лет тринадцати – вёрткий, с умными голубыми глазами и короткими светлыми волосами. – Будь я немного постарше – сам бы на ней женился! Но увы, старший брат меня опередил… Почему всё самое лучшее всегда достаётся Тони? – тяжело вздохнул он, глядя на меня, как на нечто прекрасное.

– Твоя невеста будет не менее очаровательной, Ромус, – заверила его блондинка.

Я уже догадалась, что это была мать Тони, моя свекровь.

– Энни, а у тебя есть младшая сестрёнка? – с очень серьёзным видом уточнил мальчик.

– Нет, – мягко улыбнувшись, покачала я головой.

– Когда ты улыбаешься – ты ещё красивее, – авторитетно заявил Ромус и ускакал к остальной ребятне у входа.

А ко мне стали один за другим подходить остальные гости – с приветствиями и комплиментами. Всего в фойе их было человек пятьдесят, не меньше. Примерно ещё столько же – на улице.

Уже через десять минут щёки и губы начали болеть от улыбок.

– А где Тони? – спросила я свекровь.

Женщина явно одобряла выбор сына и стояла рядом со мной с гордостью на лице, принимая поздравления от родственников. Церемония ещё не состоялась, но все уже считали своим долгом поздравить и меня, и семью моего жениха с этим торжеством.

– Даёт последние распоряжения слугам возле брачной арки, – пояснила свекровь. – Мой мальчик всегда всё делает так обстоятельно.

– Согласен с тобой, Танира, – согласился с ней супруг.

Я где-то слышала, что если супруги похожи друг на друга – это будет признаком счастливого брака. В этом плане маркиз Джон и маркиза Танира подходили друг другу идеально: оба со светлыми волосами, аристократической статью, голубыми глазами.

Правда, очи Таниры были немного темнее, своим цветом приближаясь к синеве.

Видимо, Тони весь пошёл в отца.

А его младший брат Ромус – с тонкими губами и высоким лбом – в мать.

– Как же это замечательно, что на этот праздник не явился Артур Родер, – заявила свекровь, неожиданно вспомнив о моём опекуне. – Иначе он своей недовольной физиономией испортил бы нам всё настроение.

– Да, у него тяжёлый характер, – признал Джон и повернулся ко мне: – Ты только не обижайся на наши слова, дорогая Энни. Артур сам отказался признавать тебя членом своей семьи, а с этого дня он утратит свой опекунский статус. Теперь ты будешь обязана подчиняться только мужу. Мы с Танирой даже рады, что нам больше не придётся его лицезреть.

– Да, он не приехал, – произнесла я, лишь бы что-то сказать.

Была ли вероятность того, что он распознает во мне самозванку – я не знала. Но рисковать не хотелось. Так что здесь я была солидарна с четой Ламор и радовалась, что опекун решил проигнорировать это мероприятие.

С улицы до нас донеслась приятная громкая мелодия – звонкая и торжественная, как переливы эльфийских колокольчиков.

– Пора к алтарю, – улыбнулся Джон и протянул мне локоть, за который я ухватилась.

Глава 8. Брачная церемония

Энни

*

На улице обстановка была не менее нарядной и торжественной, чем в фойе.

По всем стенам замка были развешаны яркие разноцветные светильники, на поляне возле входа добавилось около сотни цветущих кустарников в огромных деревянных кашпо, и просто высокорослых цветов в горшках.

Всей этой цветочной композицией была обозначена дорожка к брачному алтарю в виде большой, метра четыре в высоту, белой ажурной арке, под которой был установлен не менее изящный стол из мрамора.

На этом столе, помимо букета белоснежных роз в хрустальной вазе, находились два плотных листа бумаги и раскрытый увесистый фолиант. А ещё, наверное, для красоты – прозрачный минерал размером с яблоко.

От волнения сознание фиксировало лишь фрагменты торжества: мой внутренний мандраж до дрожи в пальцах, надёжный твёрдый локоть свёкра, море цветов, длинные резные фонари, развевающиеся на ветру ленты на шестах. Светлое пятно брачной арки, голубая жилетка сияющего от счастья Тони и золотистое облачение священника.

Мой путь к жениху сопровождался овациями со стороны многочисленных гостей.

Кто-то смотрел на меня с восхищением, кто-то равнодушно, кто-то с завистью. Но губы у всех без исключения были растянуты в улыбке.

Подведя меня к жениху, свёкр вложил мою руку в широкую ладонь Тони с напутствием:

– Благословляю вас, мои дорогие!

Все голоса резко затихли.

– Как же я рад, любовь моя, что наша мечта наконец-то сбылась, – заявил счастливый жених и развернул нашу пару так, чтобы мы встали лицом к священнику.

– Приветствую вас, уважаемые новобрачные, – спокойно и уверенно начал свою речь мужчина лет пятидесяти с пронзительными серыми глазами, которые, казалось, заглядывали прямо в душу.

– Ваше благословенное сиятельство, – поклонился перед ним Тони.

На всякий случай я тоже.

– Для начала я должен задать вопрос: является ли ваше намерение вступить в брачный союз добровольным, желанным и осознанным? – спросил священник.

– Да! – уверенно заявил Тони.

– Да, – повторила я эхом.

Вот только мой ответ прозвучал не очень убедительно.

У жениха вытянулось лицо, гости замерли, а священник удивлённо вскинул бровь:

– Артефакт правды на алтаре окрасился жёлтым. Это означает, что вы не уверены в своих словах.

Так вот зачем там этот минерал! Не для красоты. Это настоящий детектор лжи!

– Я просто волнуюсь, – честно призналась я, и камень вернул свой цвет на прозрачный. – Перед вами и перед всеми гостями подтверждаю, что моё намерение выйти замуж за маркиза Тони Ламора является добровольным и осознанным.

Пришлось пропустить слово «желанным», чтобы не спалиться перед чудо-камнем. Священник уловил этот момент, но, к счастью, развивать эту тему не стал и продолжил церемонию:

– Ваши ответы приняты. Теперь, молодые люди, обменяйтесь брачными клятвами.

Вот ведь засада. К такому повороту я совершенно не была готова.

Первым взял слово жених:

– Я, маркиз Тони Ламор, с превеликой радостью беру девицу Энни Делайт в законные жёны. Перед всеми свидетелями объявляю, что эта леди – свет моей души, моя вторая половинка. Она моя истинная пара. Клянусь всегда любить, защищать и оберегать её, заботиться о ней. Я буду для неё не только мужем, но и другом, и наставником.

От фразы «буду наставником» захотелось развернуться и убежать, сверкая атласными пятками. Но я сдержала в себе этот порыв.

Тони продолжил:

– Я принимаю её приданое – замок и земли в Синей Пустоши. Клянусь бережно и рачительно управлять этим наследием.

– Прошу вас обоих подписаться на документе о передаче всех прав на Синюю Пустошь маркизу Тони Ламору, – махнул священник на два документа. – Один экземпляр останется в вашей семье, второй будет отправлен в государственный архив на хранение.

В душе поднялась настоящая буря.

Конечно, Тони и раньше упоминал, что развалины в Синей Пустоши – это моё единственное приданое, доставшееся от матери.

– Я подпишу, но с одним условием, – заявила я, стараясь не смотреть на Тони, глаза которого медленно округлялись.

– С каким же? – уточнил священник.

– Надо приписать туда дополнение, что в случае развода эти земли снова станут моими, – потребовала я.

Мужчина ошарашенно заморгал:

– Но они и так станут вашими. По брачному законодательству Айгории, в случае развода жена получает назад своё приданое или денежную компенсацию за него в двойном объёме. А также четверть всех активов мужа. Вы уверены, что хотите обсудить бракоразводные тонкости именно сейчас – у брачного алтаря?

– Потом будет поздно, – пожала я плечами.

– Она вчера упала с лошади и сильно ударилась головой, – мрачно выдохнул Тони, глядя на меня с укором.

Глава 9. Энни Ламор

Энни

 *

– Значит, по закону в случае развода приданое снова станет моим? – уточнила я у священника.

Тот с самым серьёзным видом кивнул:

– Всё верно. Плюс четверть состояния бывшего мужа.

– Тогда ладно, я подпишу эти бумаги, – согласилась я.

Рука вывела подпись «Делайт» на двух документах рефлекторно, и лишь после того, как я отстранилась, в голову прилетела мысль о том, какое счастье, что я не расписалась автоматически как Данилова.

– Зачем нужно было поднимать этот вопрос именно сейчас, у алтаря? – насупился Тони.

– Мой будущий супруг учит меня практичности, и я старательно следую его советам, – изобразила я на лице милую улыбку и похлопала ресничками.

– Мы потом обсудим с тобой эту выходку, – тихо и сдержанно заявил жених.

В ответ я лишь пожала плечами.

– Желаете продолжить церемонию бракосочетания? – на всякий случай уточнил священник, глядя именно на меня.

– Да, конечно, – отозвалась я.

– Хорошо, – священник выдохнул с облегчением. – Теперь ваша очередь озвучивать брачную клятву, леди Энни.

Ещё одна засада.

Развернувшись лицом к мрачному жениху, собрала мысли в кучку и произнесла:

– Я, маркиза Энни Делайт, с радостью принимаю маркиза Тони Ламора в законные мужья. Перед всеми свидетелями объявляю, что считаю его очень красивым, умным, сильным и заботливым человеком. Клянусь, что буду прикладывать все усилия для того, чтобы наш брак был счастливым.

Когда я замолчала, повисла тишина.

Священник многозначительно покашлял и подсказал:

– Наверное, вы от волнения забыли озвучить фразы о том, что клянётесь быть послушной мужу и подчиняться ему во всём.

– Я постараюсь его радовать, – сдержанно отозвалась я на это.

Тони стоял, словно на него вылили ушат холодной воды, священник тоже был растерян. А что светилось на лицах гостей за моей спиной и свёкров – мне было даже страшно оборачиваться.

– Что ж, ладно. Ваши клятвы принимаются, – произнёс наконец священник, поняв, что никаких заверений о послушании они от меня не дождутся.

– Какая шикарная у тебя будет жена, братец, – за моей спиной прозвучал звонкий голосок Ромуса. – С такой не соскучишься!

Все на него зашикали, и подросток умолк.

– Я тоже так думаю, – ответил на это Тони.

– Итак, согласие на брак озвучено, клятвы произнесены, документы о статусе приданого подписаны, – подвёл итог священник. – Теперь, дорогие брачующиеся, поставьте ваши подписи в книге бракосочетаний. Сначала жених, потом невеста, – ткнул он в нужное место, куда нам надо было вписать свои имена и фамилии.

Мы с Тони это сделали.

По лицу жениха было видно, что он уже немного оттаял, и всё чаще скользил заинтересованным мужским взглядом в глубокий вырез моего декольте. Видимо, представлял нашу первую брачную ночь, и на фоне воображаемой огненной страсти строптивость невесты у алтаря воспринималась им уже не так остро.

– Отлично. Теперь, дорогая леди, в эту строчку впишите своё имя и новую фамилию – Ламор.

Это казалось чем-то нереальным, но я подписалась аккуратным почерком: «Энни Ламор». Теперь нужно поскорее привыкнуть к этому имени и своей новой жизни.

Гости за моей спиной взорвались овациями.

Когда всё стихло, священник торжественно провозгласил:

– Примите мои поздравления, маркиз Тони Ламор и маркиза Энни Ламор. Объявляю вас мужем и женой. Желаю вам счастья, процветания и многочисленных наследников! А теперь молодой супруг может поцеловать свою прелестную жену.

Сердце рухнуло в пятки, а мой новоиспечённый муж заключил меня в уверенные объятия и накрыл мой рот горячим, требовательным поцелуем.

Глава 10. Гвардейцы

Энни

 *

Не могу сказать, что поцелуй моего супруга мне не понравился. Тони действовал уверенно и умело, даря мне сладость этой лаской.

Правда, особого восторга тоже не было. Бабочки в животе вяло встрепенулись и снова отправились в спячку.

Но, по крайней мере, этот блондин не был мне противен – и то хорошо.

Оторвавшись от губ, Тони пристально осмотрел мои запястья и разочарованно вздохнул, поняв, что на них ничего не изменилось. Моя метка истинной пары так и не проявилась.

– Ладно, ничего страшного. Значит, татуировка проступит после нашей брачной ночи, – произнёс он так, словно хотел успокоить не меня, а сам себя.

– Первый танец молодожёнов! – торжественно провозгласил звонкий мужской голос где-то сбоку. Видимо, местный тамада приступил к своей миссии. Обернувшись, увидела, что это был эпатажный брюнет лет сорока. Воротник его золотистого камзола был щедро украшен большими перьями.

Гости мигом расступились, встав полукругом. Зазвучала приятная танцевальная мелодия, напоминающая вальс.

Тони повёл меня в танце, а вокруг нашей пары начали взрываться маленькие разноцветные фейерверки.

Должна признать, это было здорово, красиво и очень романтично.

Вот только новоявленного мужа потянуло на разборки.

– Зачем ты опозорила меня у алтаря? – спросил он, кружа меня по траве с уверенностью опытного танцора.

– Опозорила чем? – нахмурилась я. – Тем, что спросила насчёт приданого и развода? Всего лишь проявила практичность. Я тебя вообще не помню, Тони. И тебе обязательно предъявлять претензии именно сейчас, во время нашего первого танца?

– Ты уже моя супруга, зайка. И я имею право спрашивать тебя о чём хочу и когда хочу, – парировал блондин.

– Объясни мне лучше, почему на свадьбе нет ни одной моей подруги? То, что нет родственников и опекуна – это мне понятно. Но подружки-то где? – спросила я, стараясь не отдавить партнёру ногу.

– Поскорей бы к тебе вернулась память, – проворчал Тони, но соизволил ответить: – Ты сама поссорилась с ними неделю назад и при многих свидетелях заявила, что не желаешь видеть их на своей свадьбе.

– Но из-за чего? – уточнила я.

– Ты настаивала, чтобы подружки невесты явились на наше свадебное торжество в одинаковых платьях розового цвета. Ирма возмутилась, заявив, что это совершенно дурацкий цвет, и вообще она ценит индивидуальность. Лина и Таосия приняли её сторону. Ты разозлилась и сказала, что отзываешь своё приглашение для всех троих, – объяснил супруг.

– Из-за такой ерунды? – удивлённо хмыкнула я.

– Я тебе то же самое сказал! – заявил Тони.

Музыка стихла, сменившись на негромкую лирическую, и Тони завершил наш танец. Он подвёл меня на прежнее место к алтарю, куда выстроилась очередь с поздравлениями.

Гости подходили парами или поодиночке, осыпали нас с Тони комплиментами и озвучивали пожелания счастья, любви и всяких благ. Подарки складывались на принесённый слугами большой стол.

– Потерпи немного: скоро переместимся в трапезную на праздничный ужин, – поддержал меня муж, заметив, что я уже устало переминаюсь с ноги на ногу, а улыбка на лице уже стала выглядеть приклеенной.

– Спасибо за поддержку, – искренне отозвалась я.

– А как же иначе? – повёл он плечом. – Мы ведь теперь супруги, и я дал брачную клятву заботиться о тебе.

– Да, я помню, – сдержанно отозвалась я, подумав: «Красивый же парень. Если бы пореже рот открывал – вообще цены бы не было».

– Прими мои собо… то есть поздравления, Тони, – одной из последних подошла к нам мрачная синеглазая шатенка, которая окинула меня ненавидящим взглядом. Её вычурный бежевый наряд порывался составить конкуренцию моему свадебному платью.

– Спасибо, Арина, – ровно отозвался супруг.

– Говорить у брачного алтаря о разводе и не дать клятвы послушания мужу – это было эпично, – повернулась она ко мне со змеиной улыбкой.

– Рада, что тебе понравилось, – парировала я, обратившись к этой неприятной особе на «ты».

– Уверена, Тони, ты ещё не раз пожалеешь, что выбрал для брачного союза её, а не меня, – вскинула голову шатенка и гордо удалилась.

– Это что сейчас вообще было? – пристально посмотрела я на мужа.

– Я не мог её не пригласить, она моя соседка и мы дружили с детства, – принялся оправдываться он. – Мы даже строили планы, что когда-нибудь поженимся. Но потом я встретил тебя, и на моей руке проступила метка истинной пары. Так что от всех прежних связей пришлось отказаться. Арина восприняла разрыв наших отношений довольно остро.

– Уж не она ли приложила руку к тому, что я упала с лошади за день до свадьбы? – пронеслась в голове догадка.

– Нет, ты что, она же приличная девушка! – поспешно заверил Тони.

– Поздравляю с браком, красотка! – подошёл ко мне младший брат моего мужа. Меня умилило, как старательно он пытался изображать из себя взрослого ловеласа. – Жалею, что ты досталась не мне. В любом случае желаю тебе любви и счастья! Вот, прими от меня этот красный цветок – розарус. У него пятнадцать лепестков – нечётное количество, это большая редкость и знак того, что озвученное пожелание непременно сбудется!

– Спасибо, Ромус, – с признательностью улыбнулась я, принимая подарок.

– А это ещё кто? – встрепенулся Тони, увидев ворвавшихся в поместье всадников с большим стягом наперевес.

– Гвардейцы короля, – удивлённо пробормотал свёкр.

Глава 11. Королевское право

Энни

 *

– Если есть стяг, значит, к нам пожаловал сам король? – изумлённо спросила я.

Во всеобщем напряжённом молчании отозвался свёкр:

– Не обязательно. Стяг может означать королевского посланца с официальной миссией. Полагаю, в нашем случае всё так и есть. Король всегда передвигается в карете. А тут только всадники.

– Почему только в карете? – уточнила я.

– По состоянию здоровья, – сдержанно пояснил Джон Ламор.

Наверное, старенький уже.

– Слушайте все! – провозгласил подъехавший к нам всадник лет сорока пяти.

Спрыгнув с лошади, этот высокий бородатый брюнет в доспехах подошёл к нам с Тони и обратился ко всем присутствующим:

– Приказ короля Эдуарда Великого! Роду Ламор оказана великая честь! Его величество изволил востребовать своё право первой брачной ночи с молодой женой маркиза Тони Ламора! Ей предписано немедленно явиться во дворец! Я, герцог Дюран, обязан лично сопроводить новобрачную в королевские покои.

От шока я словно окаменела.

– Но ведь он старый, толстый и с подагрой! – потрясённо выпалил Ромус.

– Думай, что говоришь! – жёстко одёрнул его отец и с елейным лицом обратился к Дюрану: – Прошу вас, герцог, не обращайте внимания на реплику моего сына. Он лишь хотел выразить свою обеспокоенность здоровьем нашего замечательного, мудрого короля, волнуясь о том, чтобы тот не перенапрягся ночью с юной девой. Мой наследник просто неудачно выразился.

– Тони?.. – судорожно выдохнула я, посмотрев на мужа с мольбой: – Ты же не отдашь меня?

На скулах супруга ходили желваки.

Натянув на лицо маску невозмутимости, он повернулся ко мне:

– Как сказал герцог Дюран, нашей семье оказана великая честь. Каждый из нас прежде всего подданный его величества, и уже потом семьянин.

– Ты шутишь? – с болью в голосе сказала я.

– Ты не понимаешь, Энни. Королям не отказывают! – уверенно заявил мой супруг.

– Но ты же сам говорил, что я твоя истинная пара! – попробовала я зайти с другой стороны.

Махнула на его татуировку.

– Всё так и есть, – кивнул Тони. – Но, к превеликому счастью, наша связь является незавершённой. На твоём запястье метка так и не проступила. Значит, я легко и без боли перенесу интимную связь истинной пары с кем-то другим.

– А обо мне ты подумал? Каково будет мне??? – возмутилась я.

– Предлагаешь мне выступить против короля? – аж дёрнулся супруг. – Это же государственная измена! Не слушайте её, герцог Дюран, моя жена слишком переволновалась на свадьбе, а вчера и вовсе упала с лошади и сильно ударилась головой. Она даже потеряла память, и теперь совершенно утратила понятия о рамках приличия.

– Какое несчастье, – равнодушно отозвался герцог.

– Вот именно: я сильно ударилась головой и теперь плохо себя чувствую! И не могу никуда ехать! – озвучила я ещё один аргумент, цепляясь за соломинку.

В глазах большинства гостей светилось любопытство, у некоторых – сочувствие. А во взгляде некоторых дамочек, включая соседку Арину, было неприкрытое злорадство.

Свёкр со свекровью поглядывали на меня с раздражением. Они явно желали, чтобы я прекратила упрямиться, перестала их позорить и поскорее отправилась в королевскую опочивальню.

А в светлых очах Ромуса я видела поддержку: подросток был возмущён всей этой ситуацией не меньше меня.

– Не говори глупостей, дорогая. Помни о том, что ты удостоена величайшей чести, как и весь наш род. Король всегда бывал щедр с теми невестами, которым повезло попасть на первую брачную ночь в его покои. И вознаграждал их мужей и других родственников, – привёл убедительный, как ему казалось, аргумент, Тони.

– Король не вспоминал о праве первой ночи лет десять! – звонким голоском заявил Ромус. – Это всё слишком странно! Зачем ему понадобилась наша Энни?

– Может, потому, что она красивая, в отличие от других невест? И если она забеременеет, то королевский отпрыск будет обладать не только мудрым характером от отца-короля, но и красотой? – повёл плечами Джон Ламор и в очередной раз одёрнул сына: – Но всё это нас не касается, Ромус. Это дело короля. Кто мы такие, чтобы обсуждать его решения? Право первой ночи – это официальный закон, и мы обязаны его исполнять. Тони прав: королям не отказывают.

– Полагаю, вы всё уже обсудили, – подвёл итог Дюран. – Чтобы даме не трястись в седле, предлагаю выделить ей карету. Иначе посажу её на коня перед собой.

– Конечно-конечно, мы сейчас организуем карету! – затряс головой мой супруг.

– Не отдавай меня им, слышишь? Тони! Не отдавай! – взмолилась я, но меня никто не собирался слушать.

– Не хочу всю дорогу выслушивать дамскую истерику. Особенно от ушибленной на голову, – заявил Дюран и неожиданно нажал на точку на моей сонной артерии.

Сознание моментально уплыло в туман, ноги подкосились и последним, что я ощутила, было то, как меня подхватывают сильные руки герцога.

И голос Ромуса:

– Ну ты, братец, и лопух…

Глава 12. Наглядная демонстрация

Энни

 *

Пришла в себя от мерных покачиваний.

До того, как распахнула глаза, мне на секунду показалось, что я на корабле.

Но всё же нет, в карете.

Меня положили на широкую, оббитую бархатом лавку, которая была ненамного длиннее моего роста. По крайней мере, макушка и подошвы не упирались в стенки этого транспорта.

А напротив меня сидел мрачный, сосредоточенно о чём-то думающий супруг.

– Тони! – обрадованно воскликнула я. – Ты всё же не отдал меня королю? Решил увезти и где-то спрятать? Прости, что подумала о тебе плохо! – повинилась я, принимая сидячее положение.

За окном проносились зелёные кусты и деревья – видимо, мы ехали по лесной дороге. Причём амортизаторы у кареты были на высшем уровне: кроме небольших покачиваний, тряски не ощущалось.

– Ты продолжаешь нести преступный бред, зайка, – тяжело вздохнул блондин. – Мне казалось, я всё чётко тебе объяснил.

– Хочешь сказать, ты везёшь меня в постель к королю? – ужаснулась я.

– В нашей стране такие законы, дорогая жена, – назидательно произнёс Тони. – Кто я такой, чтобы спорить с самим монархом?

– Лопух, – повторила я точное слово от Ромуса. – Твой брат гораздо лучше и храбрее тебя! Надо было подождать несколько лет и выйти замуж именно за него!

– Если я проявлю неповиновение, король за сутки сотрёт в порошок и меня, и всех моих друзей и родственников, включая родителей! – возмущённо принялся доказывать свою правоту супруг. – Ты что, хочешь, чтобы моя мама была брошена в тюрьму, отец – на эшафот, а брат в детский приют? Меня и вовсе отправят в пыточную. И всё ради того, чтобы потешить твою стыдливость? Ты создана женщиной, Энни. Вступать в интимные отношения и подчиняться мужчине – это часть твоей природы! Разве тебе трудно потерпеть несколько минут в постели нашего правителя? Это же огромная честь! А какими благами он может потом одарить и тебя, и всех нас!

– Я вам не место общего пользования! – жёстко парировала я.

Тони сделал глубокий вдох-выдох, стараясь взять эмоции под контроль.

– Что, по-твоему, я должен был сделать в такой ситуации? Объясни мне, чего ты от меня ждала? Бросить вызов королю? Заявить, чтобы он шёл в далёкие места со своим законным правом на первую брачную ночь? – вскинул он бровь.

– Ты должен был найти выход!  – ответила я. – Например, сказать всем правду – что я нездорова, и что все брачные ночи отменяются до моего полного выздоровления. Уверена, для короля это было бы веской причиной отложить свои притязания на моё тело. Он сам уже далеко не молод – может, со временем забыл бы обо мне или вообще отправился бы на тот свет.

Тони невесело рассмеялся:

– Ты забыла, что из себя представляет наш король. Эдуард Великий никогда и ничего не забывает!

– Ты поклялся заботиться обо мне! – не сдавалась я. – А конвоировать жену в постель к чужому мужику – это не забота, а предательство! – с горечью заявила я. – Ты очень сильно меня разочаровал, Тони Ламор. Я требую развода!

– Как больно это слышать… Ты слишком сильно ударилась головой, Энни, – мрачно заявил Тони. – Конечно, у тебя есть полное право подать на развод. Но для этого нужно лично отнести заявление в министерство бракосочетаний. И расторжение брачных уз будет одобрено не раньше чем через полгода: именно такой срок даётся в расчёте на то, что супруги помирятся и образумятся.

– Да вы издеваетесь! – я аж задохнулась от возмущения.

– А до той поры – ты моя законная жена. Герцогу Дюрану дан приказ доставить тебя в королевскую опочивальню, и он это сделает. Проведёшь ночь с монархом. Немного остынешь. И мы сможем наладить наши отношения. Ты сама поймёшь, что всё к лучшему. Король уже немолод и даже физически не сможет утомить тебя в постели. Тебе нужно будет потерпеть всего минуты три. Максимум пять. Зажмурься и читай про себя стихи, которые ты декламировала мне на Равиенском озере. Или представляй, что с тобой в кровати нахожусь я. Знаешь, во всём этом даже есть свои плюсы. Кроме очевидных – в виде наград от короля или возможности от него забеременеть.

– И какие же? – уточнила я с нескрываемым сарказмом.

– Ты будешь больше ценить моё молодое тело. Осознаешь, как сильно тебе повезло в супружестве, – совершенно серьёзно заявил этот тип.

– Я не собираюсь ничего и никого ценить, Тони, – покачала я головой. – Найди какой угодно способ избежать моего появления во дворце. Можешь меня ударить или как-то вырубить и заявить, что мне поплохело и срочно нужно возвращаться назад – я буду тебе за это только благодарна. Потому что официально тебя предупреждаю: я не позволю никакому королю ко мне прикоснуться! Представь, какой гнев он обрушит на тебя и твою семью. Не говори потом, что я тебя не предупреждала!

– Я понял: это всё потому, что ты девственница, – сделал совершенно идиотский вывод супруг. – Ты боишься неизвестности – того, что будет делать с тобой король. Давай я тебе объясню, что происходит между мужчиной и женщиной в постели. Поверь: в этом нет ничего страшного! В первый раз, конечно, может быть немного больно, зато потом супружеский долг станет для тебя настоящим удовольствием. Смотри, у мужчин есть детородный орган, он выглядит вот так… – этот малахольный принялся расстёгивать свои штаны.

Глава 13. Портрет

Энни

 *

– Ты что творишь, прекрати немедленно! – возмутилась я и так шарахнулась назад, что приложилась головой о какой-то выступ на стенке кареты.

Обернувшись, увидела, что там висела картина в рамочке с изображением обрюзгшего толстого старика с крючковатым носом. Близко посаженные маленькие чёрные глаза смотрели с презрением ко всему живому.

Подумала, что это дед или прадед Тони. Или вообще основатель рода Ламор.

– Чего ты так испугалась, зайка? – искренне удивился Тони. – Ты же теперь моя жена! Тебя не должны пугать никакие части моего тела. Тем более что они совершенно не страшные.

– Кстати, да… – меня осенило, что можно организовать супружеский интим с Тони прямо здесь, в этой карете.

И во дворце сделать повинный вид: «Упс, простите, ваше величество, но так получилось: брачная ночь уже состоялась. Жаль, что не с вами, но что поделать. Желаем вам здоровья и всяческих благ».

– Продолжай! – заявила я, озадачив мужа ещё сильнее.

– То «прекрати», то «продолжай», – растерянно отметил он. – Какие-то у тебя нездоровые перепады настроения. С тобой всё в порядке?

– Нет, но кто меня слушает? – пожала я плечами.

– Я, конечно, всегда понимал, что супружеская жизнь – дело непростое, но не ожидал, что настолько, – тяжело вздохнул Тони. – Энни, зайка моя, что ты делаешь? – насторожился он, видя, что я пытаюсь снять платье.

– А на что это похоже? – нервно хохотнула я. – Ты же мне хочешь объяснить, что происходит между мужчиной и женщиной в постели. Мне нужна полная наглядность. Давай, показывай на практике!

– Это плохая идея, – судорожно сглотнул мой супруг. – Хватит, Энни, остановись, у тебя уже бюст обнажился!

– Тебя не должно пугать тело собственной жены, – перефразировала я его же слова. – Чего ты замер? Ну же, давай, продолжай! Или тебя твой дедок смущает? Не переживай: сейчас найдём, чем его завесить, – я оторвала с окна шторку и накинула на жутковатый портрет.

– Энни! – трагически закатил глаза мой супруг. – Это никакой не дедок, а его величество Эдуард Великий! Немедленно прекрати свои шалости! Я обязан довезти тебя во дворец невинной девицей, поэтому умоляю: перестань меня искушать! Я же не железный!

– Эдуард Великий?! – от шока я аж закашлялась. – Ты хочешь сказать, что везёшь меня к нему? К этому престарелому маразматику?

– Ты что, нельзя такое говорить! – не на шутку испугался супруг. – Никогда больше не произноси ничего подобного, ты меня слышишь?

– Не уходи от ответа! – мрачно парировала я.

Если я и раньше была настроена против ночи с королём, то сейчас моя решимость подскочила в разы.

– Это не самый удачный его портрет, – попытался выкрутиться супруг. – В жизни его величество выглядит гораздо лучше.

– Зачем ты вообще его изображение повесил в карете? – искренне недоумевала я.

– Так ведь это наш правитель, наша всеобщая гордость! – заявил супруг. – Такое чувство, что ты не память потеряла, а свалилась со звезды!

Знал бы он, насколько был прав в этот момент…

– Всё понятно, ещё и культ личности… – мрачно подвела я итог, осознавая, насколько тяжело мне будет противостоять такому монарху.

Вдобавок надо вести себя так, чтобы Тони с его семёй не попали из-за меня в реальную опалу. Видимо, слова о том, что его мать будет брошена в тюрьму, отец – отправлен на эшафот, брат в детский приют, а сам Тони в пыточную, – не были преувеличением.

От нарастающего в душе отчаяния заболела голова, и я потёрла виски.

– Не паникуй так, зайка, – попытался успокоить меня супруг. – Всё будет хорошо! Просто держи язык за зубами и делай, что тебе велят. Ты не одна, я с тобой! Герцог Дюран сильно злился, поторапливая сборы, но я всё равно выбрал для дороги самую комфортную карету, взял с собой для тебя целебную настойку из хайлин-травы и кое-что из еды, – махнул он на саквояж под ногами. – Ты же не успела пообедать. Не уверен, что во дворце тебя покормят. Я останусь ждать в коридоре, пока ты будешь занята в королевской спальне. А утром всё закончится, я отвезу тебя назад, в наше уютное гнёздышко. Жаль, конечно, что мне нельзя будет разделять с тобой супружеское ложе целый месяц, но я потерплю. Постарайся забеременеть от короля, ладно?

– Твои слова вызывают то умиление, то желание тебя прибить, – честно отозвалась я.

Глава 14. Новые уговоры

Энни

*

– После падения ты слишком сильно изменилась, Энни, – мрачно покачал головой супруг.

– А чего ты хотел? Мне всю память отшибло, – повела я плечом.

– Память-то это понятно. Но ты в целом словно стала другим человеком. Что за жестокие замашки? То угрожаешь меня прибить, то просишь, чтобы я тебя ударил. Чтобы ты знала – я не бью женщин, никогда и не при каких обстоятельствах. Это низость. И жена тоже не имеет права поднимать руку на своего супруга, – отчитал меня Тони.

– А муж, значит, имеет право настаивать, чтобы я забеременела от другого, – с горечью парировала я, чтобы уйти от этой скользкой темы насчёт изменения характера.

– Сколько раз я должен объяснять тебе очевидные вещи? – закатил глаза блондин. – Это же светлая мечта любого аристократа – породниться с правящей семьёй! И меня, и тебя сразу же повысят в статусе – пожалуют титул герцога и герцогини. А с этим полагается новый большой замок в престижном месте. Всем моим родственникам тоже будут оказаны большие почести, король их щедро одарит. Ты видела, как на нас смотрел герцог Дюран? Так, словно мы пыль под его ногами. Всего лишь маркизы. Но если ты забеременеешь от короля – и Дюран, и все остальные будут считать честью удостоиться от тебя хотя бы мимолётного взгляда.

– Мне совершенно дико, что ты обращаешься со мной, как с племенной кобылой, – холодно парировала я. – Что вообще творится в твоей голове? Как ты представляешь себе проживание в одном доме с ребёнком, которого родила твоя жена от другого мужчины? Просто объясни, мне бы понять.

– Нет, не в одном доме, – отозвался муж. – Нам нужно будет потерпеть всего один год. Годовалого бастарда заберут на воспитание во дворец. По крайней мере, так принято.

– У меня ещё и ребёнка отнимут?! – в душе всё похолодело.

Не то чтобы я поменяла решение сопротивляться королю, но вдруг этот престарелый сладострастник решит взять меня силой и заделает мне ребёночка?

– Он будет жить во дворце и купаться в роскоши, – заверил Тони. – А ты сможешь его навещать. Кажется, раз в полгода.

– Остановите повозку, я сойду, – глухо пробормотала я, но Тони расценил это как угрозу:

– Нет-нет, ты что, никто не остановит карету, и не надо тянуться к двери! Мы же мчимся на большой скорости! И вообще, не надо так драматизировать, зайка! Мало кому удавалось забеременеть от короля. Так что не исключено, что такое счастье нас тоже минует. Главное – после того, как король выполнит в постели свою мужскую работу, ты не вскакивай сразу и не беги в ванную! Ляг на живот и постарайся приподнять свои нижние округлости, чтобы королевское семя затекло куда надо. По закону после этой ночи у тебя целый месяц не будет постельных утех: таким образом можно удостовериться, что ребёнок будет именно от короля.

– Еще одно слово – и я тебе реально побью, Тони Ламор, – заявила я так решительно, что супруг проникся.

Чтобы придать своим словам ещё больший вес, стянула с портрета старого короля занавеску и швырнула её в блондина.

Тот от неожиданности раскрыл рот.

Правда, я тут же пожалела об этом: теперь мне казалось, что прищуренный взгляд толстого пенсионера с картины прожигает дырку в моей спине.

Поэтому схватила снова эту занавеску и опять прикрыла ею портрет венценосного тирана.

– Никакого короля, никакой первой брачной ночи, и никакой беременности, ясно? И при первой же возможности я подам на развод, – абсолютно серьёзно заявила я.

– А давай ты выпьешь свой целебный напиток и немного поешь, – предложил шокированный моим поведением супруг. – Нам ехать ещё три часа.

– Сколько? – ахнула я.

– А ты что думала? У нас нет шатров-летунов, как в сказке, – хмуро усмехнулся он. – За это время я надеюсь, что мне удастся отговорить тебя от разных глупостей. Неподчинение королю – это прямой путь в казематы, навечно. Ты слишком молода, чтобы погубить свою жизнь таким идиотским образом. А о том, как твоя выходка отразится на мне и моей семье – вообще молчу.

Глава 15. Забота

Энни

*

Ситуация была, конечно, патовой.

С одной стороны, прикинуться овечкой, позволить мерзкому старику попользоваться моим телом, рискуя забеременеть от него. И до конца своих дней ощущать себя грязной и использованной. Вдобавок никогда не смогу смириться с тем, что через год у меня отберут ребёнка.

С другой стороны, провести всю жизнь в жуткой тюрьме и чувствовать свою вину за то, что король сделает с Тони, Джоном и Танирой, и особенно Ромусом.

Говорят, что из двух зол надо выбирать меньшее. Но для меня оба варианта были неприемлемы.

– Тони, – обратилась я к супругу. – Ты же понимаешь, что из этой затеи не выйдет ничего хорошего. Я настроена слишком категорично. Не так посмотрю на короля Эдуарда – и на всех твоих родных обрушатся репрессии. Ты умный молодой человек – подумай, как я могу избежать постели короля. И не надо мне повторять, какая это честь. Сказаться сильно больной? Объявить, что я уже не девственница? Или что я подцепила непонятную заразную хворь?

– Я не знаю таких способов, Эничка, – покачал головой блондин. – Ты благоразумная девушка и мне остаётся надеяться, что в нужный момент ты поведёшь себя правильно: со смирением. Любое твоё заявление должно быть искренним: у короля на руке перстень с артефактом правды. Ложь сразу станет заметна, ты выставишь себя посмешищем. И даже шутить насчёт того, что ты не девственница – не советую: мигом лишишься титула, а потом будешь долго и тяжело доказывать министерству добродетели, что выразилась образно.

– Даже такое есть? – поразилась я.

– Умоляю тебя: просто смирись, – горестно вздохнул Тони. – Понимаю, насколько тяжело тебе приходится. Когда мы вернёмся из дворца домой – я постараюсь загладить все твои плохие воспоминания и переживания. Окружу тебя заботой и любовью. Куплю тебе всё, о чём ты мечтала: дорогой фолиант со стихами Рандуса, картины художника Рануйского, гранатовое колье из ювелирного дома «Арнетт», много новых нарядов. Надеюсь, за полгода всё утрясётся, жизнь войдёт в обычную колею, и ты передумаешь разводиться со мной. Вспомнишь всё то хорошее, что было между нами. А во время нашей совместной супружеской ночи активируется твоя метка истинной связи, и ты посмотришь на меня другими глазами. Влюблёнными.

– Какая ещё метка, Тони? – осадила я его. – Ты ещё не понял? Я никогда и ни за что не стану с тобой спать.

– Пока ты моя супруга – ты обязана отдавать супружеский долг, это прописано в законе, – возразил блондин. Видя, что моя рука потянулась в поисках метательного снаряда, он быстро добавил: – Тебе понравится, я обещаю!

– Такое чувство, что я разговариваю с глухим… – мрачно покачала я головой.

– Да нет же, я тебя прекрасно слышу и отлично понимаю. Просто не знаю, как убедить, чтобы ты не натворила бед и всё сделала правильно, – пояснил Тони.

– Объясни мне один момент, – пристально посмотрела я на него. – По какой такой причине королю вздумалось вызвать меня к себе на право первой брачной ночи? Ромус говорил, что наш престарелый монарх целых десять лет не вспоминал об этом древнем обычае. Так что изменилось? Почему ему понадобилась именно я?

– Понятия не имею, – пожал плечами супруг. – Я и сам был удивлён не меньше твоего. Но это король, ему можно всё. Захотел – забыл о праве первой ночи на десять лет, захотел – вспомнил. Наше дело – подчиняться.

Такой ответ меня не устроил. Наверняка была какая-то веская причина всего этого безобразия. Не знаю как, но впоследствии надо бы выяснить этот момент.

– Ты так мечтаешь о благах, которыми он одарит твою семью, – отметила я. – Может, ты сам отправил ему письмо с предложением: мол, ваше величество, у меня скоро свадьба, и для меня будет большой честью, если вы лично проведёте дефлорацию моей супруги. Или что-то типа того?

– Нет, ничего такого я не отправлял, – затряс головой блондин. – Не нужно думать обо мне настолько плохо.

Он ловко подцепил плоский квадрат под окном кареты, который быстро трансформировался в складной столик. Я думала, что это такой дизайн, а оказалось – столешница.

– Мне жаль, что ты считаешь меня монстром и предателем. Но я искренне забочусь о тебе, дорогая, – заявил он, доставая продукты из саквояжа и раскладывая передо мной на столе.

А я отрешённо смотрела на лесной пейзаж за окном и думала о том, что, возможно, единственный выход для меня – это побег.

Глава 16. Дорожная трапеза

Энни

*

Возможно, в моей ситуации надо было встать в позу и категорически отказаться от еды в знак протеста.

Но я решила мыслить рационально и рассудила, что мне понадобятся силы для борьбы со всем этим беспределом, так что поела предложенные супругом яства.

Он каким-то чудом успел наложить разных салатов со свадебного стола в деревянные ящички – подобие пластиковых контейнеров. А также пирожные и несколько кусков свадебного торта. Плюс плотно закупоренный берестяной крышкой графин со всё ещё тёплым напитком, напоминающим травяной чай.

Сам Тони поел со мной за компанию. Правда, он ограничился парой больших бутербродов, а всё самое вкусное оставил мне.

Посуду: две чашки, несколько тарелок, а также столовые приборы Тони достал из небольшого встроенного шкафчика над окном.

Я поразилась, как тут всё интересно и практично продумано, но комментировать не стала.

– Знаешь, что я понял, общаясь с женщинами? – спросил Тони, доедая свой бутерброд с колбасой и сыром.

– Что ты вообще не умеешь с ними общаться, – отпустила я шпильку.

– Да, такие мысли мне тоже приходили, – беззлобно хохотнул мой супруг. – Но самое главное – я твёрдо запомнил, что их заявления нельзя воспринимать всерьёз, потому что они легко меняют свои решения на ровном месте. Взять, например, тебя. То ты объявляешь мне о разводе, то пытаешься соблазнить прямо в карете. А через несколько минут утверждаешь, что никогда не допустишь меня до своего тела.

– Да, сцена с соблазнением и правда была неуместной, – вынуждена была согласиться. – Я просто запаниковала и сейчас сожалею об этом.

– У нас всё наладится, Эничка. У тебя пройдёт этот бунтарский всплеск, вернётся память, и всё будет хорошо, – заявил Тони. – Главное – помни, что всё это время я о тебе забочусь.

– Так сильно заботишься, что потащил в постель к чужому мужику, – мрачно фыркнула я. – И привёл бывшую невесту на нашу свадьбу. Считаешь это нормальным?

– Она наша соседка, Энни, – серьёзно отозвался супруг. – Хозяйка поместья Равенкрафт. Не знаю, какие представления о мире сейчас в твоей голове, но соседи для любого аристократа – это те, с кем жизненно необходимо поддерживать хорошие отношения. Это те, кто поможет тебе тушить пожар, окажет помощь в борьбе с бродячими бандами или в отлове бешеных диких животных. Вражда с соседями – гиблое дело. Арина и так очень остро восприняла наш с ней разрыв. Я не мог ей отказать, когда она попросила у меня приглашение на свадьбу. Как я уже говорил, мы с ней дружили с детства. Я привык ей доверять. Признаться честно, я рассудил так: ей нужно увидеть своими глазами, как я женюсь, чтобы смириться с ситуацией и утратить надежду стать моей женой. Мне хотелось, чтобы она поняла, насколько сильно мы с тобой любим друг друга. Правда, твоё поведение у алтаря дало ей повод для иронии.

– Когда девушка расстаётся с мужчиной – она просто отпускает его и старается держаться подальше. А эта Арина продолжает к тебе лезть, – хмуро отметила я. – Не удивлюсь, если именно она причастна к моему падению с лошади и потере памяти. Я же совершенно забыла тебя, Тони, и вполне могла отказаться от свадьбы в последний момент.

– Нет, ты ошибаешься, зайка, Арина не такая, она бы никогда такого не сделала, – замотал головой мой супруг.

– Ты слишком плохо разбираешься в женщинах, – вздохнула я. – А ещё это именно она могла отправить королю письмо насчёт нашей свадьбы и подать ему идею потребовать право первой брачной ночи. В надежде, что после этого ты со мной разведёшься.

– Вот это – точно нет! – уверенно взмахнул рукой маркиз. – Даже если бы она это написала, её письмо попало бы на стол короля в лучшем случае через пару месяцев. Думаешь, ему сразу передают корреспонденцию от провинциальных аристократов?

– Я уже ничего не думаю, – покачала я головой.

– Вот, выпей свою целебную настойку из хайлин-травы, – протянул он мне наполненный прозрачной жидкостью стакан. – Как сказал лекарь, тут тридцать капель в воде.

– Это же надо принимать перед сном, – напомнила я.

– Скорее всего, ночь у тебя будет бессонной. Не столько из-за ласк короля, сколько из-за нервов. Так что лучше выпей прямо сейчас, чтобы не было перерывов в лечении, – ответил Тони.

– Я не стану ничего пить, потому что я тебе не доверяю, – честно заявила я, и мне в голову прилетела интересная мысль: – Тони! Муж мой временный, скажи-ка, а какие побочные действия у этой хайлин-травы? Предположим, от передозировки?

– Побочка? – растерянно переспросил он.

– Может, сонливость или потеря сознания? – задала я наводящие вопросы.

В глазах блондина вспыхнула подозрительность:

– Во-первых, я не лекарь, так что не знаю. А во-вторых, если ты надумала глотнуть неразбавленный концентрат настойки а потом вырубиться на королевском ложе, это плохая идея. Эдуард тут же позовёт целителей, и они приведут тебя в порядок. Только выставишь себя в жалком виде и навлечёшь гнев правителя.

Вообще-то я подумала о том, чтобы налить этот средство в бокал короля, ну да ладно. Надо признать, что Штирлиц из меня никакой.

Нужно придумать что-то другое.

Глава 17. Коварство

Энни

*

– Прошу тебя, Эничка, не вредничай, – терпеливо, как ребёнка, уговаривал меня Тони. – Выпей лекарство! Твоя фраза о том, что ты не будешь ничего пить, потому что не доверяешь мне – совершенно нелепая. Ты же пила чай и ела ту еду, которую я поставил перед тобой. Мне было бы проще что-то подсыпать тебе в пищу, нежели в эту прозрачную жидкость, тебе не кажется?

– Логично, – признала я. – Но давай с тобой договоримся. Я выпью эту настойку хайлин-травы, а ты умолкнешь до конца нашей поездки. Будешь говорить, если только я задам тебе вопрос.

– Как пожелаешь, – тяжело вздохнул супруг.

Я выпила предложенное лекарство и тут же ощутила, как на меня навалились сонливость и апатия.

– Ах ты, паразит… – вяло возмутилась я. – Всё же подсыпал мне какую-то дрянь!

– Если это был вопрос, тогда я отвечу: исключительно ради заботы о тебе, – заверил блондин. – Это просто мягкое успокоительное. Ты уже вся извелась, зайка, а мы ещё даже не доехали до дворца. Накручиваешь себе в голове всякие ужасы.

– Знаешь что, Тони… – пробормотала я. Язык плохо слушался, но меня это уже даже не злило. – Шёл бы ты в места, куда солнце не заглядывает…

– В шахту? – догадался супруг.

Но я ему уже не ответила.

Настолько сильно потянуло в сон, что я легла на лавку и тут же вырубилась.

Так что все мысли о побеге были пресечены на корню, и по-хорошему обдумать всю эту ситуацию тоже не удалось.

Проснулась от того, что кто-то сильно тряс меня за плечо.

– Эничка! Эничка, зайка, вставай! Мы уже приехали, моя дорогая! Надеюсь, ты хорошо отдохнула, – увещевал меня Тони.

Резко распахнув глаза, я села.

Карету больше не покачивало. Мы и правда добрались до пункта назначения. В окне виднелись украшенные драгоценными камнями и коваными золотыми завитками огромные дворцовые ворота.

Адреналин молоточками застучал в ушах, сонливость словно смыло волной. Но вот апатия пока прошла не до конца, и чисто на природном упрямстве я попыталась с этим бороться.

– Дай мне утюг, – потребовала я у мужа.

– Зачем? – растерялся он.

– Он удобный и тяжёлый. Мне тебя прибить чем-то надо. Стану вдовой – и скажу королю, что первая брачная ночь отменяется. Будем праздновать траур. То есть отмечать. Проклятье, чем ты меня опоил, что теперь мысли путаются?!

– Это был мягкий седатив, сонливость уже должна пройти, – обеспокоенно ответил Тони.

– А хайлин-трава тоже была в том стакане? – сурово спросила я его.

– Да, конечно, тебе же её врач назначил, – виновато промямлил блондин.

– А ты не думал, что эти средства нельзя смешивать? Отравитель доморощенный, – возмутилась я. – Мало того, что я вчера упала с лошади и память потеряла, так ещё и супруг мне какую-то дрянь в лекарство подсыпал. Теперь у меня есть железобетонный повод для развода, который признает любое министерство.

Мелькнула мысль пожаловаться королю на такой супружеский произвол в надежде, что монарх проявит снисходительность и хоть немного отсрочит своё право первой ночи. Но я понимала, что на это не стоит рассчитывать: Тони, конечно, перепадёт наказание от Эдуарда, но никакой отсрочки для меня не будет. В крайнем случае позовут королевских магов. И кто знает, каков будет итог: может, они распознают во мне пришелицу в тело Энни Делайт и сожгут на костре?

Здесь каждый шаг для меня был словно прогулкой по минному полю.

– Прости, я допустил серьёзную оплошность, Эничка, – с убитым видом признал блондин. Наверное, у него перед глазами вся жизнь промелькнула: он представил реакцию короля на мою жалобу и уже вообразил себе эшафот. – Клянусь, я заглажу свою вину!

В данный момент у меня не было внутреннего запала, чтобы на него злиться: коварный седатив таки делал своё дело.

– Я тебе это ещё припомню! – пригрозила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно строже.

– Маркиза Ламор, прошу на выход, – раздался громкий голос Дюрана.

Распахнув дверцу кареты, герцог заскочил внутрь, подхватил меня на руки и понёс во дворец.

Тони засеменил следом.

– Что вы делаете? – изумлённо спросила я брюнета. – Опустите меня на землю!

– Я обязан доставить вас королю. Мне не нужны ваши обмороки, истерики и вообще проблемы. Дорога была долгой, вас могло укачать. Так что очень прошу: не дёргайтесь и дайте мне спокойно выполнить королевский приказ, – отозвался Дюран, не останавливаясь ни на секунду.

Я ощутила себя птичкой, попавшей в золотую клетку.

Глава 18. Платье

Энни

*

Дворец был шикарен. Всё его великолепие было сложно передать словами. Пол под ногами – и тот переливался мягкими искорками, а уж стены, потолок и обстановка в целом было из серии «Дорого и богато».

Кругом декоративные орнаменты из золота, лепнина, статуи, красный бархат и алый шёлк. Плюс живые цветы в разных вазах, включая напольные. Огромные сверкающие люстры под потолком, высокие арки, запах сладких духов.

И толпы придворных, которые с большим любопытством разглядывали то, как герцог Дюран несёт меня куда-то в свадебном платье, а за нами поспевает маркиз Ламор в белом костюме.

Под этими пристальными взглядами мне хотелось стать клопом и забиться под плинтус.

Но всё, что оставалось – нацепить на лицо маску невозмутимости и делать вид, что я уже давно привыкла к тому, что мужики носят меня на руках. Что поделать, раз я такое сокровище.

Герцог поднял меня по лестнице на второй этаж и занёс в одну из комнат.

– Это гостевые покои, – соизволил он объяснить. – Я пока выйду в коридор, а вы тут пока приведите себя в порядок перед встречей с королём. Примите душ и всё такое. Кстати, советую сменить платье. В шкафу можете выбрать себе любое. Имейте в виду, что его величество Эдуард Великий любит одежду красных тонов.

– Это тоже приказ короля – чтобы моя жена облачилась в алое платье? – дотошно уточнил Тони.

– Нет, это лишь моя рекомендация, – с большим снисхождением пояснил Дюран. – Конечно, она может оставаться в свадебном платье, если пожелает. Сейчас сюда придёт горничная и поможет с нарядами и всем остальным.

Дюран решительными шагами вышел за дверь, а я первым делом ринулась к окну.

Невероятно, но там стояли золотые решётки! Ощущение, что я попала в клетку, всё нарастало.

– Ты серьёзно собралась отсюда сбежать? – изумился Тони.

– Попытка – не пытка, – хмуро отозвалась я. – Кстати, идея тебя прибить, чтобы срочно стать вдовой, всё ещё в силе. Так что держись от меня подальше, зайчик. А ещё лучше – метнись вслед за Дюраном. Я даже видеть тебя не хочу.

– Понимаю: ты злишься за седатив, – скорбно вздохнул он. – Чуть позже мы обсудим этот момент. Скажешь, чем я могу загладить свою вину.

Я не успела ничего ответить: в комнату вошла горничная – молодая девушка лет восемнадцати, в бежевой униформе и белоснежном чепчике.

– Ваше сиятельство, – присела она в реверансе перед маркизом и отвесила поклон мне. – Я Лидия. Позвольте помочь вам с омовениями, госпожа.

– Не надо никаких омовений, – отмахнулась я от неё.

Глаза блондинки округлились, но она быстро взяла себя в руки:

– Как пожелаете, госпожа. Тогда помочь вам сменить платье?

– Не надо, – снова отказалась я.

Видя, что я расстроена, девушка решилась дать мне совет:

– Госпожа, конечно, вы можете остаться в этом наряде. Но есть большой риск, что в порыве страсти его величество его на вас разорвёт, как это не раз случалось десять лет назад. Может, вы будете переживать, что вам не удалось сохранить ваш свадебный наряд на память? Не сможете показать его вашим наследникам. Разве что лоскутки.

Нет, о сохранности свадебного платья я точно волноваться не буду.

Но перспектива выйти утром из королевской спальни в рваных кружевах совершенно не радовала.

– Ладно, покажите ваши новые платья, – неохотно согласилась я.

Может, их ткань окажется более плотной и будет не по зубам шаловливому пенсионеру?

Лидия метнулась к шкафу и принялась демонстрировать мне наряды:

– Вот это довольно нежное – красное, с оранжевыми переливами. Здесь – сочетание алого и белого. Здесь – ближе к розовому оттенку. Какое вам больше нравится?

– А других цветов тут нет? – мрачно усмехнулась я. – Хочу голубое!

Лидия опешила:

– Здесь нет, но если вы настаиваете, могу принести.

– Неси! – решительно махнула я.

Мне хотелось демонстрировать неповиновение во всём, даже в мелочах, включая цвет платья.

Король любит красное? А я из вредности буду в голубом.

– А что насчёт причёски? Могу забрать волосы наверх, – предложила девушка.

– Причёску не трогать! – твёрдо заявила я.

– Как пожелаете, госпожа, – не осмелилась спорить Лидия.

Глава 19. Неожиданный поворот

Энни

*

Поклонившись, девушка выскочила за дверь, чтобы раздобыть для меня голубой наряд.

А я тем временем посетила ванную комнату. На практике оценила удобство унитаза из горного хрусталя, изящность белого крана в рукомойке и прочность золотых решёток на окне.

– Эничка, ты там в порядке? – робко постучался Тони.

Ничего ему не ответила.

– Маркиза Ламор, я вам платье принесла. Позволите войти? – раздался голос Лидии.

Тяжело вздохнув, впустила в это помещение горничную, а перед носом супруга захлопнула дверь.

Лидия помогла мне облачиться в новое одеяние, а свадебное платье аккуратно упаковала в белую холщовую сумку.

– Вы такая красавица, – умилилась девушка. – Вам очень идёт голубой. Надеюсь, этот цвет не вызовет неудовольствия его величества.

– Почему? – вскинула я бровь. – Это же просто платье.

– Айгория сейчас на пороге войны с габерианцами. У них голубой стяг и герб такого же цвета. Их девиз – «Сильны и безграничны, как небо». Надеюсь, король не увидит в вашем одеянии никакого политического намёка, – пояснила горничная. – Впрочем, возможно, ему доставит особое удовольствие искромсать на вас этот наряд.

Твою ж дивизию…

– Об этом я не подумала, – с досадой призналась я.

– На всякий случай могу подсказать, что новые банные халаты находятся в королевской ванной комнате в шкафу справа от входа. Утром можете накинуть на себя один из них, если от вашей одежды останутся лоскутки. Радует то, что свадебное платье теперь точно не пострадает, и вы сможете показать его своим дочерям, – похлопала она по холщовой сумке.

– Ясно. Спасибо за подсказку, Лидия, – с благодарностью посмотрела я на девушку.

– Может, вы передумаете насчёт платья и переоденетесь в одно из тех, что висят в шкафу? То красное с оранжевым отливом очень даже ничего, – предложила девушка.

– Нет, – покачала я головой. – Как говорится, коней на переправе не меняют.

Решила, что пусть король направит свои силы на то, чтобы рвать этот крепкий атласный наряд. Скажу ему, что специально так оделась – дабы он мог лично уничтожить символ неприятеля. Ему этого развлечения на час хватит, не меньше. Глядишь, быстро утомится и сразу уснёт.

– Какая интересная фраза, – удивилась Лидия.

– Король пригласит меня в свои покои к определённому часу? – спросила я.

– Время не уточнялось, – покачала она головой. – За вами придёт паж. Думаю, это будет уже скоро.

– Почему? – уточнила я.

– Король уже дал распоряжение принести в его опочивальню настойку для повышения мужской силы, – шёпотом пояснила Лидия.

Твою ж дивизию три раза…

– Пока ждёте, предлагаю вам отдохнуть и покушать. В комнате у окна очень удобные кресла, – заверила девушка.

– Спасибо, Лидия, ты мне очень помогла, – кивнула я.

Вернувшись в комнату, увидела задумчивого супруга. Тони стоял у окна и думал о чём-то о своём, заячьем.

– Как ты прекрасна! – восхитился он, уставившись на меня восторженным взглядом.

– Тони, изыди, – мрачно отреагировала я. – Хотя нет, постой. У тебя не найдётся ещё твоего хвалёного седатива?

– Ты что, зайка, тебе нельзя превышать суточную дозу! – всплеснул он руками, внезапно пискнул и зачем-то полез на занавеску.

– Беги, зайка, я его задержу! – истошно завопил блондин.

– Короля? – опешила я.

– Да нет же! Зверя! – паникуя, махнул он в сторону, и я только сейчас заметила, что в комнату под шумок вошёл огромный лев.

– И куда я, по-твоему, должна бежать? Впечататься в каменное тело Дюрана или нашинковать себя об золотые оконные решётки? – поинтересовалась я.

Наверное, мне тоже стоило испугаться, но нервы были уже настолько истрёпаны, что на меня навалился фатализм. Да и Лидия реагировала на хищника совершенно спокойно, словно в комнату вошёл обычный любопытный кот.

– Куда угодно! Беги! Ты мне слишком дорога!  – орал мой благоверный уже под потолком.

– Иди сюда, пушистик, и сделай кусь! – протянула я руку животному. – Тогда старый дядя отправит меня в лазарет, а не в его постель.

– Ты с ума сошла? Это же лев! Он тебе конечность по локоть откусит! – вопил блондин возле люстры.

Но животное, озадаченно на меня посмотрев, лишь потёрлось мордой об мои колени и даже немного потарахтело с нежностью тракторного движка.

Я с большим любопытством погладила его густую шикарную гриву и почесала за ушами. Вот это я понимаю – кототерапия.

А потом лев заинтересовался акробатом на занавеске.

Он почти достиг верещащего блондина, но тут в комнату вбежал герцог Дюран.

– Фу, Алекс! Брысь отсюда! – прикрикнул он на хищника, флегматично жующего ботинок моего супруга. – Не бойтесь его, маркиз, и слезайте оттуда! И хватит уже подвывать, вы собак на псарне пугаете! Это всего лишь ручной лев Рэйвена – бастарда короля!

– Вообще-то уже не бастарда, а короля Рэйвена, – взволнованно произнёс вошедший в комнату богато одетый мужчина лет пятидесяти.

– Вы в этом уверены, сенешаль Норис? – опешил Дюран.

– С превеликим прискорбием сообщаю, что король Эдуард Великий тихо почил несколько минут назад в своей постели, – склонил голову Норис. – И теперь у нас новый правитель: король Рэйвен!

– Но он же бастард! У принца Рональда и то больше прав на занятие престола, хоть он и младше на три года! – возмутился Дюран.

– Не могу вам ничего на это сказать, – покачал головой Норис. – Сейчас нашим правителем объявлен Рэйвен. А что будет на коронации через неделю – не могу знать.

– Вот и отлично, – подала я голос. – То есть какое скорбное событие. Спасибо всем за внимание к моей персоне, но мне пора откланяться.

Я направилась к выходу, и соскочивший с занавески Тони рванул за мной в одном ботинке.

Лев проводил его недоброжелательным взглядом.

– Не так быстро, леди Ламор, – перехватил меня уже в коридоре настырный Дюран. Ну чего он ко мне прицепился, как банный лист?!

– Оставьте уже меня в покое! – сурово посмотрела я на него, но этот тип не проникся:

– У меня официальный приказ на бумаге – доставить вас королю. И имя монарха там не указано. Так что сейчас я отведу вас в тронный зал. Пусть бастард, то есть король Рэйвен, сам решит вашу судьбу!

– Да вы издеваетесь… – судорожно выдохнула я.

Глава 20. Бастард

Рэйвен

*

– Вы идёте по тонкому льду, ваше высочество, – заявил вошедший в мой кабинет министр Каргер.

– Величество, – жёстко поправил я его.

– Признаться, я восхищён, как ловко вы подсуетились и объявили себя новым правителем Айгории. Пока все находятся в полнейшем шоке от внезапной кончины монарха, никто не стал вам возражать, – отметил Каргер.

Не дожидаясь приглашения, он опустился в кресло передо мной.

– Страна на пороге войны с Габерией, герцог. Стоит неприятелю прознать, что Айгория осталась без правителя – нас тут же атакуют, – отметил я.

– Да, смерть Эдуарда Великого случилась совершенно некстати, – с досадой поморщился министр иностранных дел. – Кто ж знал, что от возбуждающей настойки у него так резко скакнёт давление, вплоть до летального исхода?

– Кто вообще надоумил моего отца вспомнить о праве первой брачной ночи? – хмуро спросил я.

– Это было его желание, – махнул рукой Каргер. Но по бегающим бледно-серым глазам я видел: он лжёт, выгораживая кого-то. Скорее всего, себя.

– Вот как? – скептически усмехнулся я.

– Король Эдуард осознал, что погряз в своих болезнях, и захотел тряхнуть стариной. Решил доказать всем, и габерианцам в первую очередь, что он всё ещё крепок и силён. А что лучше взбодрит увядающую плоть, нежели ласки юной девы? – по лицу Каргера расплылась мерзкая улыбка.

Этому типу было всего сорок девять, но выглядел он уже стариком.

Говорят, наши грехи отражаются на внешности. Лицо Каргера являло собой смесь пороков и состояло из морщинистой дряблой кожи, щедро покрытой пигментными пятнами, крючковатого носа, отечных мешков под белесыми глазами и тонких, как бритва, губ. Он умудрился похоронить трёх жён и сватался к четвёртой, но у той хватило ума отказать этому упырю, хоть её опекун и настаивал на свадьбе.

– Это обернулось его кончиной, герцог, – сурово отметил я.

– Жизнь порой так непредсказуема, а смерть – тем более, – сокрушённо вздохнул Каргер. – Я со всем народом глубоко скорблю о потере такого мудрого правителя. Его ведь не зря называли Великим. Он был примером для всех нас. Невероятно проницательным, сильным, целеустремлённым.

«Тираном», – мысленно добавил я, но озвучивать это слово не стал.

– Чего вы хотите от меня, министр? – перешёл я к делу.

– Я пришёл предложить вам свою поддержку. Но у меня будут два условия, – заявил этот интриган.

– Слушаю вас внимательно, – ровным тоном ответил я.

– Позвольте для начала изложить факты, – начал он издалека. – Законный сын короля Эдуарда – наследный принц Леранд – трагически погиб во время охоты в возрасте семнадцати лет. Вы были с ним ровесниками.

– Верно, – сдержанно отозвался я.

Едва королева Даяна забеременела, её муж Эдуард тут же одарил своим вниманием фрейлину Вайолет, та тоже понесла под сердцем ребёнка. Меня.

Когда Даяна об этом узнала, то пришла в ярость. И приказала отравить мою мать. Что и было сделано. Мне в тот день исполнилось три дня от роду.

Сама королева прожила после этого недолго: её настигло вселенское возмездие. Подвернула ногу, спускаясь с лестницы, и при падении сломала шею.

Мой отец не особо горевал: его брак был династическим. Смерть фрейлины тоже оставила его равнодушным. Однако он больше так и не женился.

Самое главное – у него было двое сыновей: наследный принц и бастард. И законное право первой ночи, благодаря которому он мог спать с самыми красивыми невестами страны. Такое чувство, что лишать невинности юных дев стало для него своего рода спортом.

Когда мне исполнилось три года, у короля родился ещё один сын – Рональд. Ребёнок был зачат как раз во время реализации права первой ночи. Юная невеста настолько пришлась по душе правителю, что он сделал её мужа-генерала министром обороны.

Больше детей у Эдуарда не было.

С годами копились болезни, и любовный пыл моего родителя несколько поутих, а потом и вовсе сошёл на нет. На целых десять лет. До сегодняшнего дня.

Я был благодарен Эдуарду, что он сразу признал меня своим сыном. Хоть он не баловал меня своим вниманием, но тем не менее дал хорошее образование. Вот только с титулом были проблемы. Для всех я был просто бастардом короля. Редко кто обращался со мной как с принцем.

Да, сын правителя. Но незаконнорожденный. От позорной связи монарха с фрейлиной.

Клеймо бастарда сопровождало меня всю жизнь. Лишь изредка и крайне формально ко мне обращались «ваше высочество». Даже когда погиб наследный принц Леранд и отец невольно обратил внимание на меня, как на старшего сына и наследника.

Рональд был младше меня. Но у него имелось преимущество: его рождение было в рамках закона, хоть и не в официальном браке.

А сейчас наши шансы на престол были равны.

Мне повезло: я раньше узнал про смерть короля и мгновенно отреагировал, провозгласив себя новым правителем. От неожиданности многие подчинились.

Я старший сын Эдуарда, и именно меня он готовил на трон. Потому что мой младший брат глуп как пробка и наивен, словно дитя.

Отец собирался в ближайшее время дать мне титул наследного принца, но его смерть порушила все планы.

Сейчас на стороне Рональда муж его матери – генерал королевской армии, министр обороны. И его высокопоставленные друзья. И более законное, нежели в моём случае, происхождение. Официальный титул принца.

Так что к моменту коронации – через неделю – я должен найти как можно больше союзников.

Тем временем Каргер продолжил:

– Теперь кандидатов на престол всего двое – вы и ваш младший брат, принц Рональд. На его стороне министр обороны, министр торгового флота, министр транспорта. А также ряд лиц из высшей аристократии. Рональд имеет законный титул принца и более легальное происхождение.

– Зато я старший сын Эдуарда Великого, и вам прекрасно известно, что он хотел видеть своим преемником именно меня. Я уже провозгласил себя правителем, и большинство подданных это приняло. Гвардейцы во дворце тоже. Любые попытки оспорить моё право на трон я буду воспринимать как мятеж и подрыв государственной безопасности накануне войны с Габерией, – многозначительно посмотрел я на него. – Но вы правы в одном, Каргер, мне нужны союзники. Говорите прямо, чего вы хотите.

Глава 21. Ультиматум

Рэйвен

*

– Обе мои просьбы будут вполне законными, – заявил Каргер.

– Слушаю вас внимательно, – откинулся я на спинку кресла.

– Я прекрасно понимаю, что новая лопата копает по-новому. Вполне закономерно, что вы решите обновить весь министерский состав, назначите на главные должности своих людей. Это объяснимо и логично. Так вот, первая моя просьба заключается в следующем. Вы дадите мне слово, что не обрушите на меня никаких репрессий. И не позднее двух суток после коронации с почестями проводите меня на заслуженный отдых, подарите замок с земельным наделом, например, в Онтарингии, и назначите пожизненную пенсию за многие годы безупречной работы на посту министра иностранных дел. Я служил вашему отцу верой и правдой и теперь считаю, что достоин получить за это вознаграждение, – заявил герцог.

– Ясно. А какая вторая просьба? – уточнил я, не спеша комментировать его слова.

– Вы дадите мне клятву, что продолжите следовать политике вашего отца и завершите все его проекты. Проследите, чтобы все его приказы были исполнены. Он вёл нашу страну к процветанию и правил твёрдой рукой. Я хочу, чтобы вы стали его достойным преемником и продолжили его благородное дело. Ведь я пламенный патриот и горячо пекусь о благе своей отчизны, – высокопарно заявил Каргер.

Я понимал, что за этим словоблудием подразумевалось что-то конкретное.

– А поточнее, герцог? – вскинул я бровь.

– Вижу, вы уже перенесли в свой кабинет последние указы и распоряжения нашего почившего монарха, – окинул он взглядом стопку из папок на моём столе. – Давайте глянем на незавершённые, если позволите.

Я дал дозволение кивком, и Каргер принялся открывать одну папку за другой.

– Строительство дороги в провинции Лаженталь, – зачитал он.

– Да, – твёрдо отозвался я.

– Возведение дамбы на реке Шелтон, – продолжил герцог.

– Да, – ответил я.

– Увеличение расходов на армию, – выжидательно посмотрел на меня Каргер.

– Да, – уверенно кивнул я.

– Исполнение права первой ночи с маркизой Энни Ламор, – раскрыл следующую папку министр.

Я аж глухо выдохнул от изумления и переспросил:

– Что?

– Исполнение королевского права первой ночи с маркизой Энни Ламор, – настойчиво повторил Каргер.

– Вы с ума сошли? У меня сегодня отец умер, а я, по-вашему, должен лишать невинности девицу, которую приволокли к нему во дворец? – возмутился я.

– Это один из неисполненных приказов вашего отца, – упрямо вскинул голову этот упырь.

– Такое чувство, что вы ей за что-то мстите, – пристально посмотрел я ему в глаза. – Маркиза Энни – не та ли дама, что отказалась становиться вашей супругой?

– Буду с вами откровенен, – вкрадчиво произнёс Каргер. – Вы совершенно правы, это та самая девица, которая нанесла чувствительный урон моей мужской гордости. Энни Ламор, в девичестве Энни Делайт. Она не просто отвергла мои ухаживания, а сделала это с пренебрежением.

– Да она вас просто боялась! – хмыкнул я.

– Возможно, – криво усмехнулся герцог. – Хоть я и не давал ей никакого повода для страха. Пытался галантно ухаживать, слал щедрые подарки ей и её опекуну. Но эта невоспитанная особа прямо в глаза мне заявила, что я похоронил уже трёх жён, и она не хочет стать четвёртой. Мой мужской долг проучить её. Мягко, разумеется, ведь я не садист. Она вышла замуж за свою истинную пару – маркиза Тони Ламора. Но за то, как она обошлась со мной – эта барышня заслуживает наказания: того, чтобы её первым мужчиной стал не её драгоценный Тони, а кто-то другой. Например, король. Чем не вариант? Это даже почётно. И сулит большую выгоду ей и особенно её семье. Вот только каждый раз, вспоминая своего первого мужчину, она будет сокрушаться о том, что это был не её истинный.

– Это жестоко, – нахмурился я.

– Отнюдь, – возразил Каргер. – Это ещё мягкая кара за то, как она со мной обошлась. Кстати, насчёт её истинности можете не переживать: на её руке пока нет метки. У её супруга – есть. Но, поскольку их связь не завершена, ему не будет больно, не волнуйтесь на этот счёт. Можете считать это моим капризом, ваше величество, – обратился он ко мне как к королю. – Но таковы мои условия. Сделаете о чём я прошу – тогда я поддержу вас на коронации, как и все мои друзья-министры. Отчим принца Рональда и его сторонники останутся в меньшинстве. Трон будет вашим. А взамен – сущие пустяки: замок и почётная пенсия для меня, а также завершение всех неоконченных дел короля Эдуарда – дорога, дамба, армия и ваше право первой ночи с наглой девицей Энни Ламор. До полуночи жду от вас ответ – согласны ли вы на такой договор. Можете просто прислать посыльного с запиской, где будет написано всего одно слово – «да» или «нет». Как говорится, хорошего вам вечера. И примите мои соболезнования, король Рэйвен.

Отвесив мне поклон, Каргер вышел из кабинета.

Глава 22. Стефан

Рэйвен

*

– Что думаешь? – задал я вопрос в повисшей тишине.

Из-за ширмы, которая со стороны казалась обычным стеллажом с книгами, вышел мой давний друг Стефан Райт.

Этот улыбчивый брюнет был единственным человеком во вселенной, кому я мог доверять. Никто кроме нас не знал, что, когда нам исполнилось тринадцать лет, мы с ним провели магический ритуал обретения родства, и теперь были назваными братьями.

Я был один из немногих, кто понимал, что за напускной весёлостью в глубине его глаз то и дело полыхают искры затаённой боли. Ему было двенадцать, когда на карету, в которой он ехал с родителями, напали разбойники. Мать и отца убили на его глазах, а его самого связали и заперли в сарае: хотели запросить за него выкуп у родственников. Но передумали, подожгли сарай и ушли.

На его счастье я был неподалёку и услышал крики о помощи. Вытащил его из огня буквально в последний момент. Ещё пара секунд – и горящая крыша обвалилась.

Таким образом в тот день я отправился на лесную прогулку, а обрёл друга на всю жизнь.

У нас с ним было много общего: заброшенные, одинокие, до нас никому не было дела. Конечно, у меня, как у королевского бастарда, были учителя и наставники, но все они относились ко мне с полным равнодушием, а то и презрением. Отец тоже, мягко говоря, не баловал вниманием.

А от Стефана отказались родственники: дядя и тётя не захотели брать его в семью, сочли лишним ртом, который будет требовать к себе повышенного внимания, кучи денег на психологов и будет как-то ущемлять их пятерых сыновей.

Дальняя родня тоже не горела желанием становиться опекунами: дела у герцога Райта и его супруги в последнее время шли неважно, их поместье было на грани разорения, кредиторы одолевали.

Так что убитого горем подростка отдали в королевский приют, который располагался недалеко от дворца.

В отношении Стефана мой отец проявил великодушие: взял на контроль его дело и проследил, чтобы преступники были пойманы и казнены. Погасил все долги его родителей и даже дал парню титул герцога, который был у его отца.

Когда Стефу исполнилось восемнадцать, он унаследовал небольшое поместье и поступил в академию, которую блестяще закончил. У этого парня был острый ум и отличная память. Он поставил себе цель – со временем возглавить Тайную канцелярию, и чётко к ней продвигался.

Сейчас у него была должность старшего дознавателя, и он был осведомлён о многих тайнах дворца.

– Ну ты, конечно, влип, мужик. Правда, где-то в глубине души я тебе даже немного завидую. Я видел эту маркизу Энни Ламор – она прехорошенькая! – заявил он, присаживаясь в кресло на то самое место, где совсем недавно сидел Каргер.

– Мне не до шуток, Стеф, – поморщился я.

– Давай рассуждать логически, – заявил побратим. – Тебе нужен трон? Нужен. Тогда соглашайся на условия Каргера. Боюсь, другого выхода у тебя нет.

– Мне глубоко противны эти условия. Точнее, одно из них. У меня отец умер, а он настаивает на том, чтобы я лишил девственности молодую маркизу, у которой, вдобавок, есть истинная пара. Старый мстительный хрыч, – хмуро сказал я.

– Он слишком упрям, Рэй. Ты его не перешибёшь, – покачал он головой. – Конечно, можно нарыть на него компромат и надавить, но на это уйдёт время, которого у тебя нет. Коронация уже через неделю. Причём в этой ситуации тебе важен не только Каргер, но и его друзья, которых он в состоянии склонить на твою сторону.

– Согласен, – с досадой признал я.

Стефан посмотрел на меня с сочувствием:

– Смерть твоего отца была слишком скоропостижной. Так жаль, что он не успел официально объявить тебя наследным принцем. Это решило бы все проблемы. А сейчас тебе придётся выплывать из этой ситуации, брат. Нельзя допустить, чтобы трон перешёл к Рональду. Этот трус мигом заключит позорный мир с габерианцами и отдаст им половину наших территорий.

– Не сомневаюсь, – мрачно отозвался я.

– Хорошо, что я вовремя узнал о внезапной кончине Эдуарда и ты успел подсуетиться. Теперь, как говорится, только полный вперёд. Ты совершенно правильно объявил себя новым правителем перед всеми придворными, Рэй. В любых спорах упирай на то, что коронация – лишь формальность. Стоит габерианцам прознать, что Айгория осталась без монарха – и нам конец, – очень серьёзно заявил Стефан.

Глава 23. Тайный советник

Рэйвен

*

– Понимаю, для тебя это неожиданно и непривычно, но ради блага всего королевства проникнись мыслью, что ты уже правитель. Категорически нельзя допускать даже слухов о том, что в Айгории наступил период безвластия. Наши враги не дремлют, Рэй, а стоят у южных границ, – увещевал меня друг.

– Надеюсь, я всё делаю правильно, – произнёс я.

– Так и есть! – уверенно кивнул он. – Ты уже наш монарх, Рэйвен. Жёстко объясняй всем несогласным, что коронация – лишь формальность.

– А что думаешь насчёт условий от Каргера? Этот упырь затребовал себе замок и гарантию от репрессий, – криво усмехнулся я.

– Старый хорёк прекрасно понимает, что косвенно виновен в смерти твоего отца. Именно он взбаламутил короля Эдуарда: уговорил его вспомнить о праве первой ночи и подбил доставить сюда новобрачную – маркизу Ламор. Поэтому его условие избежать репрессий вполне логично, – отметил Стефан.

– Руки чешутся его наказать… – признался я.

– Понимаю, – отозвался побратим. – Но тебе слишком нужна его поддержка и связи, Рэй. Давай вспомним имена лояльных к тебе министров. Райзен, Лоу, Тадескер, Эльрин, Варнус. И ещё несколько человек. Их крайне мало. Большинство долгие годы воротили нос от бастарда короля. А у хитреца Каргера везде свои люди. Он – твоя гарантия пройти коронацию. Конечно, в течение этой недели к тебе потянется цепочка высших аристократов, каждый из которых захочет что-то урвать для себя в обмен на поддержку. Но всё равно твоих противников слишком много. Есть риск, что за министром обороны пойдёт вся армия. И мы получим одновременно: первое – гражданскую войну, второе – войну с Габерией, третье – полный крах всей нашей страны. Вся Айгория превратится в руины. Подумай о том, сколько людей пострадает во время этих чудовищных бедствий.

– Может, пойти от противного и заключить всех министров под стражу, а потом разбираться – кто лоялен, кто нет? – озвучил я вопрос, сам понимая его нереальность.

– Всё должно быть по закону, Рэй, – справедливо возразил Стефан. – Нужны веские основания для ареста, иначе тебя сметут с трона даже слуги. И потом, если всех пересажаешь – кто на коронацию-то придёт?

– Согласен, – задумчиво произнёс я.

– Смотри, коронация через неделю. На этой церемонии должны добровольно присутствовать восемьдесят процентов министров. Иначе она не состоится. На данный момент тебя поддерживают примерно тридцать процентов. Это те, кто знали о намерении Эдуарда дать тебе статус наследного принца. Остальные – ярые сторонники министра обороны или те, кто считает, что у принца Рональда больше прав на занятие престола. Это сейчас все притихли от шока из-за внезапной кончины короля, но будь готов к тому, что твои недруги скоро зашевелятся, – обеспокоенно посмотрел он на меня.

– Как думаешь, есть ли способ обмануть Каргера? – спросил я друга. – Меньшее, что мне сейчас хотелось бы делать – это лишать невинности маркизу Энни Ламор, у которой есть истинная пара – её супруг.

– Здесь у тебя нет выхода, друг, – покачал головой Стефан. – Каргер – опытный змеёныш, обмануть его не удастся. Ты же понимаешь, что он потребует от тебя магическую клятву? Нарушишь её или схитришь – и в лучшем случае станешь инвалидом, на радость всем своим врагам. Или вообще уйдёшь за Грань вслед за своим отцом.

– Даже если отбросить в сторону сочувствие к леди Энни, я сомневаюсь в легитимности этой затеи. По закону это действо называется королевское право первой ночи. А по факту моя коронация – через неделю. Я пока недокороль, Стефан. Монарх без короны. И что ты предлагаешь? Поселить на это время несчастную девицу во дворце и не подпускать к ней мужа? Тебе не кажется, что это слишком жестоко? – внимательно посмотрел я на друга.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.