Лиора Кейн
Код гримуара

пролог

В подземельях замка Штандель, где эхо прошлых империй шептало о тайнах, которые впитались в эти стены покрытые мхом, где свет солнца никогда не проникал, простирался лабиринт коридоров, высеченных в грубом камне. Их извилистые повороты создавали ощущение, что само пространство здесь искажено, подчинено зловещей воле. Стены казались монолитными, надежно скрывали вход, высеченный руками, знающими лишь тьму, скрывали то, что никогда не должно было покинуть этого места. Там покоилась она. Не книга, кошмар, закованный в переплет. Гримуар «Liber Malorum»[1].

Спертый воздух подземелья обволакивал, словно бледный саван, пропитанный запахом сырости, гнили и давно забытых страхов. Влажные стены, покрытые причудливой сетью трещин, напоминающих паутину, сплетенную самим временем. Каждая капля, срывающаяся со свода, звучала ударом погребального колокола.

Гримуар нельзя сжечь. Огонь не трогает его. Его нельзя открыть дважды. После второго раза разум гаснет, а душа превращается в тень, вечно блуждающую по коридорам Штанделя. Он ждет. Ждет того, кто осмелится сломать печати, кто рискнет взглянуть в бездну, рожденную на страницах, исписанных когтями безумия.Где-то в глубине находилась спрятанная комната. В центре, на постаменте из черного мрамора, лежала раскрытая книга. Она поблескивала в тусклом свете немеркнущих факелов, и хранила отголоски самых темных и холодных звезд, под чьим неверным светом была рождена. Страницы сшиты из кожи, чья природа была загадкой для тех ученых мужей, кто видел ее. Ни один зверь, ни один человек не знал такой кожи. Символы на страницах не нарисованы, а выгравированы. Когтями. Длинными, костяными, не принадлежащими ни одному существу, ступавшему по земле. В каждой царапине – безумие, в каждой линии – проклятие.

Четыре замка, выгравированные фамильными гербами династий, охраняли его от мира. Скованные древней магией, не поддавался ни отмычкам, ни взрывам. Только четыре ключа, могли открыть его.

Гримуар был словно живой и ждал того безумца, который рискнет прочесть его.

[1] «Liber Malorum» Книга зла (примерный перевод с латинского)

Глава 1

Моросящий дождь за окном размывал очертание ночного города. Вспышки молний озаряли темную комнату. Высокий с бледным лицом мужчина, с совершенно белыми волосами, в безупречно скроенном темно-синем костюме, стоял у панорамного окна. Его силуэт освещали вспышки молний. В просторном, минималистично обставленном кабинете царила тишина, нарушаемая лишь редкими всхлипами ветра за стеклом, раскатами грома и тихим тиканьем часов. Он ждал вестей.

Взгляд серых, выцветших, глаз был прикован к мокрым от дождя улицам внизу. Он ждал звонка. Звонка, который мог все решить. Либо вознести его на вершину мира, либо навсегда столкнуть в бездну.

После очередного раската грома, раздался звонок телефона. Танд Ботлих отвернулся от окна и медленно подошел к столу. Поднял трубку телефона. На том конце провода, что-то произнесли. Его губы тронула хищная улыбка. Он произнес всего одно слово:

– Жду.

Положив трубку телефона, сел в кресло.

– Наконец-то. Я тридцать лет ждал этого момента, ― прошептал он, закрыв глаза.

Затем встал с кресла, ощущая в теле прилив сил. Подошел к бару. Взял стакан и плеснул виски. Выпил залпом. Янтарная жидкость, должна была согреть изнутри. Но от долгого ожидания новостей, внутри всё заледенело. Ни вкуса, ни запаха мужчина не почувствовал.

В дверь тихо постучали.

– Войдите.

Послышался скрип и на пороге показался дряхлый дворецкий. Бермонт всегда служил верой и правдой их семье. С легким поклоном дворецкий поинтересовался:

– Милорд, куда подать ужин?

– Моя жена дома? ― спросил он у дворецкого.

С женой они уже давно существовали словно соседи, лишь для публики и знакомых, изображая крепкую семейную пару.

– Да, милорд, ― с почтением ответил дворецкий.

– В столовой, и пригласи Ини′дис к ужину.

Бермонт поклонился и вышел столь же тихо, как и вошел.

Через пятнадцать минут в дверь снова постучали. Горничная сообщила, что все готово к ужину.

Нерв на щеке Танда дернулся, и он спустился в столовую, где за столом уже сидела Инидис, никак не отреагировавшая на появление мужа. Помещение, где по особым случаям устраивалась приемы, сегодня излучала пустоту, прерываемая лишь эхом шагов и тусклым мерцанием свечей. Танд придерживался тех же традиций и привычек, которые существовали в его семье многие столетия. И яркий электрический свет казался ему нечто чужеродным. Танд перевел взгляд на жену. В свои сорок восемь лет она прекрасно выглядела и могла дать фору молодым. Высокая, стройная, с точеной фигурой, которую подчеркивало облегающие платье темно-синего цвета. Волосы, когда-то иссиня-черные, теперь украшали элегантные серебряные нити и были собраны в прическу.

– Добрый вечер, дорогая! ― поприветствовал он жену, присаживаясь напротив.

– Действительно добрый. Раз мой муж соизволил спуститься к ужину.

Танд поморщился от высоких нот в голосе. Уж лучше бы она промолчала.

– Инидис, – пришлось повысить голос. – Я не спрашиваю и не интересуюсь, куда испаряются мои деньги каждый раз, когда ты пропадаешь на благотворительных вечерах.

Женщина нахмурилась. Ее семья была разорена и если бы не ее красота, она не вышла бы за Танда и не стала бы графиней Розенфорд.

Они не испытывали друг к другу никаких чувств. Но долг велел обзавестись семьей и наследником. Ему было тридцать, ей восемнадцать. Инидис была хороша собой, образованная, воспитанная. Ее семья имела хорошую родословную. Но ее отца погубил « зеленый змей». Перед свадьбой они заключили брачный контракт. Инидис должна была забеременеть в течение года. При рождении девочки брак считался расторгнутым, но она получила бы хорошее содержание. При рождении сына, она становиться хозяйкой поместья и владеет частью состояния. Если в течение года беременность не наступает, брак аннулируется, и она возвращалась в свою семью. В обществе данные договоренности не были чем-то удивительным. Богатство всех семей издревле строится на взаимовыгодных условиях, и, конечно же, происхождении. Удача оказалась на стороне Инидис. К моменту первой годовщины она родила двойню: мальчик и девочка.

– Надо же и мне как-то развлекаться, пока мой дорогой муж, где-то пропадает, ― парировала она.

– Ты всегда была остра на язык, моя дорогая Инидис.

Женщина улыбнулась.

– Что-нибудь слышно о Дарене? ― поинтересовался Танд, приступая к ужину.

– Ничего. Ты же знаешь, как он увлечен морем.

– А должен был семейным делом, ― заявил граф нахмурившись.

– Разве муж Лесаны не справляется?

– Оржуд не мой сын. И я не доверяю этому хлыщу, ― в его голосе слышались стальные нотки, упоминание о муже дочери ему были не приятны.

– По-моему он, хороший молодой человек, ― заступилась за зятя, Инидис.

– Это, по-твоему, ― повисла тишина. Инидис уловила нотки раздражения в голосе супруга. – Хотя судя по твоему разорившемуся отцу, ни ты, ни кто – либо из твоей семьи и понятия не имеет как вести дела и то, как важно сыну учиться у отца. Эту никчемность ты и сыну передала.

Инидис решила прекратить разговор и не устраивать скандал. Ее задевало упоминание о ее отце, но в чем-то муж был прав.

После ужина каждый разошелся по своим делам. Танд вернулся в кабинет и запер дверь на ключ. Взгляд скользнул по рядам книг, выстроившихся вдоль стены. Он знал, что обыденный вид этого книжного стеллажа ― иллюзия. Его пальцы, привычным движением, нащупали в корешке старинного фолианта потайной рычаг.

Тихий щелчок разорвал тишину. Стеллаж сдвинулся в сторону, открывая темный проем. Винтовая лестница уходила вниз, во тьму. Мужчина не колеблясь, начал спуск. Каждый шаг отдавался эхом среди сырых, каменных стен.

Внизу скрывалась массивная дверь из темного дерева, окольцованная кованым железом. С левой стороны, на крючке, висела черная мантия. Накинув ее на плечи, он ощутил, как лицо полностью скрывается в глубокой тени капюшона.

С тяжелым скрипом отворил дверь. За ней расстилалась большая комната, освещенная множеством свечей. В центре, у мраморного стола, его ждала гостья.

Миниатюрная блондинка, с вызывающим макияжем. Короткое облегающие платье красного цвета, виднелось из под распахнутого черного плаща. В руках, она держала черный клатч.

– Мне передали, что ты хочешь встретиться со мной Айше.

– Да. У меня прекрасные новости. Я одурачила Верна, ― девушка засмеялась. ― Он все мне рассказал.

Танд смотрел на нее оценивающе.

– И как тебе это удалось?

Ему нужны были подробности и доказательства. Не хотелось, чтобы его в очередной раз обвели вокруг пальца.

– Я долго наблюдала за объектом, ― Айше скинула плащ и бросила его на стол. Демонстрируя свой наряд. Тонкие бретели едва удерживали ткань на плечах, а глубокий V-образный вырез акцентировал внимание на груди. Присела на край стола и положила нога на ногу. И без того короткое платье задралось еще выше. ― И все оказалось куда проще, чем я думала.

– Он клюнул на тебя? ― усмехнулся Танд, не веря ни единому ее слову. ― Верн однолюб, верен жене, прекрасный семьянин. А таких как ты, ― он скользнул по ней цепким глазом. ― Презирает. Он же аристократ.

Айше подалась чуть вперед.

– Вы зря недооцениваете меня. Любого мужчину можно соблазнить. Стоит лишь знать его слабые стороны и тайные желания, ― томно произнесла она.

Танд выжидающе молчал. Девушка продолжила обычным голосом, удивительным образом, преобразовавшимся в веселый и ненапряжный тон. Именно за это и ценил Танд эту девушку, за мастерство перевоплощения.

– Для него я Белла, студентка исторического факультета из Довервиля, которую он случайно сбил на машине. Чтобы загладить свою вину, он провел меня по всем музеям, библиотекам. Сколько же мне пришлось выслушать, ― Айше закатила глаза. ― Он просто псих, помешанный на истории. Ждет не дождется, когда его посвятят в «Вечные стражи».

«А вот это уже интересно. Даже близкие люди не знают, что существуют культы. Значит, она действительно к нему близко подобралась».

– Верн рассказал тебе, про культ? ― недоверчиво спросил он.

– Да, – Айше спрыгнула со стола и походкой от бедра прошлась по комнате. Выдержала паузу, и озорно взглянув на Танда, как бы невзначай, кинула. – И про гримуар, скрытый в подземельях замка Штандель.

Танд широко раскрыл глаза от удивления. «Как же я сам не додумался, про этот полуразрушенный замок первоначальника культа «Вечные стражи».

– И про ключ.

Айше вплотную подошла к Танду. Ей хотелось узнать, кто скрывается за капюшоном. Она положила свою маленькую ладонь ему на грудь и стала двигать ей выше. Танд перехватил ее руку.

– Ключ?

– На шее у его отца.

Он отпустил ее.

– Ты получишь свои деньги, как я и обещал.

Развернувшись, направился к двери.

– Благодарю милорд, ― услышал он в спину, замер на мгновение и ускорил шаг.

Только за дверью он смог выдохнуть.

Поднявшись в кабинет, набрал номер.

– Она слишком много знает.