Регина Новак
Украденный сюжет

1. Обычная жизнь автора ромфантов

– Таня, твоя смена уже началась! Иди встречать гостей! – голос менеджера Лены громко и уверенно прозвучал в помещении для персонала ресторана.

Таня вздрогнула, оторвавшись от экрана телефона.

– Снова заторможенная. – Лена, тридцатишестилетняя мать-одиночка, способная с улыбкой уладить любые проблемы, теперь смотрела на неё с сочувствием. – Похоже, кто-то вчера снова не спал, придумывая гениальные сюжеты.

– Так и есть, – Таня с трудом сдержала зевок. – Дописывала последнюю главу “Генерала-великана для избранницы из другого мира”.

– Уже? Кажется, ты только недавно его начала, – глаза Лены округлились, как у ребёнка, увидевшего фокус.

– Лена, на носу декабрь. Нужно срочно запускать новогодний ромфант!

Таня на ходу собрала волосы в низкий хвост, накинула пиджак и рванула к выходу из помещения.

– Я рада за тебя, – Лена понизила голос, – но сначала – гости. Вика одна не справляется, вечерний наплыв.

– Бегу! – бросила Таня, открывая дверь и входя в уютно освещённое пространство с приятной фоновой музыкой.

Новый ресторан в городе-миллионнике стал модным местом. Сюда шли за впечатлениями и фото для соцсетей. Работа хостес здесь была непростой: то очередная мало кому известная блогерша требовала “бесплатный ужин за рекламу”, то взгляд посетительницы, оценивающий тебя с ног до головы, кололся немой завистью.

Таня справлялась. Она умело носила фирменный пиджак и каблуки, её природная красота – густые чёрные волосы, большие глаза, безупречная осанка – работала как часть имиджа заведения. Она и сама рассматривала эту работу как шаг к цели: найти того, кто обеспечит ей красивую жизнь. А пока мечты не сбылись, подрабатывала писательством. Вернее, созданием любовных романов для сетевой платформы. Деньги скромные, но вместе с зарплатой хватало на аренду комнаты в приличной двухкомнатной квартире на окраине города. Однажды даже издательство заметило её историю и напечатало небольшой тираж.

У стойки хостес её уже ждали. Девушка в безвкусном обтягивающем платье и босоножках на шпильке (несмотря на начало зимы) нервно постукивала ногой. Её спутник, коренастый мужчина, пытался её успокоить.

– Сколько можно ждать? – голос гостьи перекрывал фоновую музыку. Один из её холодных серых глаз смотрел куда-то мимо Тани.

Внутри всё сжалось, но на лице Таня вывела свою самую безупречную, профессиональную улыбку.

– Прошу прощения за ожидание.

– Мой папа работает в органах! – фыркнула девушка, и её раздражение только возросло от Таниной улыбки. – Устроить вам проверку?

– Зай, давай просто поужинаем, – мягко сказал мужчина, он явно был старше своей спутницы.

В этот момент подоспела Вика с извиняющейся улыбкой.

– Вот пусть она нас проведёт, – капризно указала гостья на напарницу.

Таня, не переставая улыбаться, принялась за новых гостей.

Спустя десять минут, когда в зале воцарился относительный порядок, а Вика ненадолго отлучилась, к стойке приблизился тот самый коренастый мужчина.

– Кхм… – Он потер ладони. – Я хотел извиниться за свою девушку Марину. Она… немного эмоциональная.

Таня внутренне напряглась, но внешне осталась все так же доброжелательна.

– Всё в порядке, это я немного задержалась в начале смены. Передайте, пожалуйста, вашей девушке мои извинения.

– Я Дима, – он шагнул ближе и протянул руку через стойку.

Вежливость обязывала. Таня слегка коснулась его пальцев.

– Татьяна.

– Я сегодня после ужина свободен, – его глаза с интересом блестели, хотя запаха алкоголя не было. – Отвезу Марину домой… и могу заехать за тобой. Во сколько у тебя заканчивается смена?

Таня остолбенела. Она не помнила, чтобы они сразу перешли на “ты”.

– Ты мне понравилась, – продолжил он, демонстрируя белоснежные виниры. – Ты, видно, девчонка умная, всё понимаешь…

– Я… простите, я не…

– Вам что-то нужно? – как по сигналу, появилась Вика, она быстро заморгала.

– Всё в порядке! Просто решил лично извиниться за свою девушку. Я ей скажу, что так нельзя общаться с обслуживающим персоналом, – Дима отступил от стойки, не переставая улыбаться. – Приятного вечера.

– И вам, – бойко ответила Вика.

Когда он скрылся в зале, она тут же наклонилась к Тане.

– Что он хотел? Ты выглядела так, будто увидела привидение.

– Да ничего… Извинялся, – Таня с силой выдохнула.

Остаток смены прошёл в суматохе очень быстро.

Домой она возвращалась уставшей и опустошённой. Комната в двушке на окраине встретила её тишиной и беспорядком. Соседка, по всей видимости, гуляла, проводя время со своими глупыми подружками, для которых весь мир состоял из загулов в барах и клубах.

Опустошенность была привычной, почти физической субстанцией, наполняющий комнату запахом одиночества, состоящим из пыли, легкого амбре из мусорного ведра и запаха ароматической свечи, давно выгоревшей до дна. Механически, движимая инстинктом самообеспечения, Таня разогрела в микроволновке треугольник замороженной пиццы. Пальцы сами потянулись к пульту. На главной странице стриминга сияла афиша нового сериала – масштабной саги от крупнейшей медиакорпорации. «Ледяное сердце Феникса». Претенциозно.

Первые же кадры показали панораму заснеженных альпийских пиков, где, согласно титрам, обитало племя бессмертных существ. Это вызвало легкое недоумение. Пульсацию в виске. Сходство было случайным, конечно. Просто троп. Но вот героиня, Елена, с такими же, как у Таниного персонажа, шрамом на левом запястье в форме полумесяца. И ее реплика, обращенная к стражу-изгою: “Твоя верность – это тюрьма, ключ от которой ты потерял”.

Слово в слово. Точь-в-в-точь.

Таня перестала жевать. Крошки застыли у нее на губах. Она отодвинула тарелку. Желудок сжался в холодный ком.

“Совпадение, – мысленно проговорила она с четкостью, которую обычно теряла к концу дня. – Просто совпадение”.

Она сделала звук тише, встала, подошла к ноутбуку. Включила ноутбук и стала искать в своей писательской папке файл под рабочим названием «Снежный_Феникс_финальная_версия». Открыла. Пролистала.

Сердце билось теперь не в висках, а где-то в районе горла, тяжело и глухо.

Она ставила сериал на паузу, сверяла. Имена некоторых второстепенных персонажей. Детали интерьера в чертогах Лорда Стужи – синий бархат на стенах, отливающий сталью при свете факелов. Даже незначительная сцена, которую когда-то редактор вырезала из финальной версии для издательства. Эта была сцена с обучением героини игре на старинной флейте из слоновой кости. Она вспомнила лицо редактора, мягко сказавшей: “Это деталь лишняя, Татьяна, она не несёт никакой смысловой нагрузки, нужно это убрать”.

И вот она здесь, на экране, эта «лишняя» деталь, поданная с таким пиететом, будто это ключ к пониманию всей души персонажа.

Таня смотрела всю ночь. Холодное, методичное безумие овладело ею. Она делала заметки, сравнивала, выстраивала в уме карту совпадений, точную, как чертеж. К четырем утра пицца лежала на столе нетронутой, сыр застыл желтоватой коркой. На экране титры первого сезона сменялись трейлером второго.

Она выключила телевизор. Внезапная тишина оглушила. За окном, над крышами панельных домов, уже разливался тот невыразительный, пепельный свет, что предваряет зимний рассвет. Таня подошла к окну, положила ладони на холодное стекло. В груди бушевало не возмущение, а нечто более холодное и твердое – решимость.

Это была не случайность, не заимствование идеи. Это был плагиат, воровство. Ее мир, рожденный в этой самой комнате за чашками дешевого растворимого кофе по акции, украден и помещен в иную, глянцевую реальность.

Она обернулась, взгляд упал на экран ноутбука, все еще светящийся текстом ее повести. Она четко, почти беззвучно, прошептала в предрассветную пустоту:

“Нет. Так не будет”.

Слова повисли в воздухе, обретая вес. Это была не эмоция. Это был вердикт. Приговор. Справедливость – понятие расплывчатое, абстрактное, для слабых. То, что поднималось в ней сейчас, было иным: право собственности. Железное и неоспоримое. Они взяли её идею. И она поставит их на место и заставит заплатить. Каждую копейку за каждый символ, каждый миг этой долгой, бессонной ночи.

Таня села за ноутбук. Не для того, чтобы писать роман. Чтобы начать собирать доказательства.