Макс Фиш
Элен Рэй

Предисловие

Действие книги происходит в альтернативной версии Америки. Названия от городов до телешоу намеренно искажены или выдуманы. Все совпадения случайны. Сюжет не побуждает к действиям и не доказывает какую-либо теорию о парапсихологии. Во время работы над книгой нейросети не использовались.

Глава 1. Как всё началось

В один необычный день, когда чистое ночное небо озарилось тысячами пролетающих метеоров, видимых невооружённым взглядом, появилась на свет милая и нежная девчушка Элен Рэй. У неё были светлые волосы и голубые, ясные глаза. Такие же ясные, как её душа.

Элеонора и Седрик, так звали её родителей, всегда хотели дочку. Она была долгожданной, и они очень много вкладывали в неё любви, заботы и нежности.

Малышка Элен родилась в начале октября 1990 года в небольшом городке Америки в штате Вюрмонт. В таком, где новость облетала город быстрее, чем по радио.

Жила она с мамой и папой в весьма уютном деревянном двухэтажном доме викторианского стиля шестнадцатого века, оформленном в светлых тонах. Камин, деревянные столы и стулья, медвежий ковёр в гостиной, который совершенно не нравился Элен. Этот дом они купили у одного дизайнера.

Первые три года Элен росла как обычный ребёнок, и если и были странности, то это всё списывалось на детский лепет. Но когда ей исполнилось четыре года, стали проявляться удивительные способности всё больше.

Вечером, как обычно, все сидели в гостиной и занимались своими делами: папа смотрел телевизор, мама зашивала одежду и тоже поглядывала на телевизор и на Элен, а сама Элен играла на полу на ковре в куклы.

В комнату зашла прабабушка. Осмотревшись, она решила подойти, поговорить с Элен:

– Здравствуй, малышка Элен. Я твоя прабабушка.

– Привет, – вежливо сказала Элен.

– Мы с тобой раньше не виделись, но теперь я буду приходить к тебе иногда, чтобы поиграть и поговорить, ведь ты особенная. Только ты из всех можешь со мной говорить, – гордо промолвила прабабушка.

– Почему? Мама и папа на тебя обиделись? – недоумённо спросила Элен.

Прабабушка посмеялась.

– Нет, ну что ты? – прибавила она. – Вот смотри, твоя мама умеет хорошо шить, твой отец… ну, твой отец – он просто молодец. А ты! Ты, моя дорогая правнучка, можешь находить спрятанные игрушки и разговаривать с прабабушками!

– А мама этого не умеет? – с досадой произнесла Элен.

Тут мама заметила странное поведение Элен и решила спросить:

– Элен, куда ты смотришь и с кем разговариваешь?

– С прабабушкой. Она говорит, что иногда будет приходить к нам, – радостно произнесла Элен.

Прабабушка смиренно стояла и наблюдала за разговором с небольшой улыбкой.

– Милая, боюсь, это невозможно, – с грустью поведала мама. – Наша прабабушка сейчас находится в другом месте. Там, где находятся все хорошие люди.

– Это место называют загробный мир, – прокомментировала прабабушка.

– Это загробный мир? – смогла выговорить Элен.

– Что, откуда ты… Где ты это услышала? – удивлённо спросила мама.

– Это прабабушка сказала. Ты что, не слышала? Вот же она стоит, – сказала Элен, показав рукой.

Элеонора не на шутку разнервничалась. Седрик оторвался от экрана телевизора и обратил внимание на диалог.

– Элен, солнышко, не пугай маму такими играми, – взял инициативу папа. – Давай лучше мы с тобой в прятки поиграем.

– Подожди, Седрик, – забрала инициативу Элеонора. – Элен, а скажи, как прабабушка выглядит?

Элен повернулась к прабабушке и стала осматривать её сверху вниз.

– У неё серые волосы на голове. Коричневая кофта с пуговками. Ещё юбка длинная, даже ног не видно. Родинка на щёчке. И висюлька на шее с узорами, – с лёгкостью рассказала Элен.

Но она не поняла, почему это создало такое напряжение.

– Это невероятно! Седрик! Она описала мою бабушку, – произнесла побледневшая Элеонора.

– Скорее всего, увидела фотографии в альбоме, – пытался успокоить Элеонору Седрик.

– Ты же знаешь, что старые альбомы у нас на чердаке. Элен туда бы ни за что не смогла забраться.

Они оба замолчали, пытались в голове как-то всё это объяснить. Элен обернулась, чтобы что-то сказать прабабушке, но её уже не было. Недолго думая, она продолжила играть в куклы. Отец сделал вид, что ничего не было, и сказал, чтобы все ложились спать. Но его мысли об этой ситуации не уходили из его головы ещё долго.

Эту ночь мама и папа, конечно же, почти не спали. Каждый обдумывал произошедшее.

– Седрик, ты спишь? – тягостно спросила Элеонора.

– Нет, – как отрезал Седрик.

– Кажется, у нашей дочки что-то проявляется.

– Ничего у неё не проявляется. Что за ерунду ты говоришь? Просто увидела однажды фотографию и запомнила, вот и всё.

– А вдруг всё-таки проявляется? И ей придётся жить с этим всю жизнь. Это так тяжело, я очень переживаю за неё.

– Послушай, Элеонора, всё это ерунда. Всё с ней хорошо. Это вообще нигде не доказано про эти твои паранормальные способности. Ты ещё скажи, что она ложки гнуть будет, ну что ты выдумываешь? – не со злобой, а с заботой пытался успокоить и убрать мысль об этом Седрик.

Седрик всю жизнь проработал военным и никогда не сталкивался с этим. Его скептицизм можно было понять. Для него всё фантастика, что не доказано официально. Нет йети, нет НЛО, нет экстрасенсов.

– Я тебя уверяю, ничего не будет, – подбадривал он, погладив руку своей жене. – Элен вырастет красавицей и умницей. И всё у нас будет хорошо.

– Возможно, ты прав, и я действительно придала этому большое значение. Да и откуда бы у неё взялись эти мистические способности? Просто она заигралась, и всё, – взбодрилась Элеонора.

Седрик и вправду успокоил свою жену. После его слов им обоим стало легче, и они быстро уснули. Но они понятия не имели, что это только начало.

В возрасте от четырёх до семи лет Элен не переставала удивлять своих родителей. Конечно, она ошибалась и говорила странные вещи, но она ещё малыш, и её сила только набирала обороты. Самое частое, с чем ей приходилось сталкиваться, так это потерянные вещи в доме. С этим заданием Элен справлялась лучше обычного.

Шли годы, Элен подросла. У неё сегодня был день рождения, ей исполнилось восемь лет. В этот день, когда полагалось смеяться и радоваться, произошло то, что перевернуло жизнь семьи Рэй окончательно и бесповоротно.

Утро. Элен проснулась раньше всех в предвкушении праздника. На её милом личике нарисовалась улыбка и долго не сходила. И она собиралась всех заразить своим позитивным настроением. Она быстро вскочила и побежала в своей зелёной пижамке с изображением своего любимого персонажа – миссис Мандаринки – в спальню родителей.

– Мама, папа! Просыпайтесь! Вы чего так долго спите? Уже восемь утра, пора вставать! Вам ещё кучу дел делать. Готовить, украшать дом, накрывать на стол и убирать все мои игрушки! – кричала с восторженным лицом Элен.

– Эй, именинница, а мы не слишком яро пользуемся своим положением? – с ухмылкой спрашивал папа, вставая с кровати.

– Мне сегодня можно всё! Я королева, а вы мои подданные! – заявила Элен, спрыгнув с кровати и убежав в свою комнату.

Седрик и Элеонора засмеялись.

– Какая шустрая, – с улыбкой произнесла мама.

– Мне это нравится, – признался папа.

Праздник вовсю набирал обороты. Мама была главная по кухне, готовила сразу пять блюд. На плите работали все четыре конфорки. Сегодня на столе должны были оказаться любимые блюда Элен: жареная курица, варёная картошка, салат с мидиями, салат с красной икрой и жареная рыба.

Папа был ответственный за украшение дома, накрывание стола, и ещё сегодня ему пришлось убирать игрушки этой маленькой проказницы, у которой сегодня были все полномочия на власть.

Уже почти наступил вечер. Совсем скоро должны были прийти гости с подарками и хорошим настроением. Элен вбежала на кухню с криком:

– Ага! Не ожидали?! Всё сделали для королевского праздника? – с серьёзным видом, но всё равно шутя сказала Элен.

Элен оделась в очень стильный брючный костюм. Он был серого цвета, с резким переходом в белый цвет в районе сердца и до плеч. На голове у неё была белая шляпка с чёрным ободком.

– Да, ваше величество, королевский стол почти готов! – подыгрывая, объявила мама. – Игрушки прибраны, а дом снаружи украшает второй подданный!

Мама тоже была одета в праздничную одежду. На ней было длинное платье тёмно-синего цвета, тонкое золотое ожерелье с подвеской из тёмного камня на шее, золотые подвесные серьги и чёрные туфли на невысоком каблуке. Она всегда одевалась не вызывающе, но со вкусом. Правда, чаще всего выбирала одежду тёмных тонов. Наверное, потому что у неё были чёрные волосы. Зато глаза были серо-голубые и очень добрые.

– Вы хорошие подданные, сегодня я разрешу вам поесть со стола, – с ноткой доброты объявила Элен.

– Какая вы добродушная, наша королева!

– А когда привезут торт? – ехидно спросила Элен.

– Какой торт? Ах да… Я всё не могу привыкнуть к твоим… – немного расстроившись, сказала Элеонора. – Скоро.

Вот уже четыре года все в доме делали вид, что ничего не происходило. Волнение и тревога витали по комнатам, словно тучи. Это ощущалось даже без сверхспособностей.

– А ты знаешь, какого он будет цвета? – решила проверить мама.

– Зелёный. Мой любимый цвет потому что, – уверенно сказала Элен.

Элеонора мысленно успокоила себя тем, что Элен просто логически подумала. Но как про сам торт догадалась, ведь это был сюрприз? Скорее всего, как-то подслушала случайно. Элеонора всячески старалась искать объяснения и не приходить к той мысли, что у её дочери есть что-то паранормальное.

– Мам, – прервала она размышления Элеоноры, – почему все так странно на меня смотрят? Со мной что-то не так?

– Не думай об этом. Сегодня твой день рождения и мысли должны быть хорошими. Ты, главное, постарайся в себе это сдерживать, когда гости придут. Мы с тобой позже обсудим твои вопросы, ладно?

– Да, мама, я постараюсь их не пугать, – пообещав маме, Элен сразу пошла к двери.

– Ты куда? – спрашивает мама.

– Сейчас позвонят, – с уверенностью произнесла Элен.

Раздался звонок в дверь. Мама посмотрела на Элен с удивлением, но потом сразу постаралась отбросить эту мысль.

Элен открыла дверь, а там стояли все друзья и родные с подарками. И все в один голос закричали:

– С днём рождения!

– Ой, спасибо! – Элен побежала в толпу, чтобы обняться со всеми и поблагодарить за то, что пришли.

Все стали проходить внутрь и заносить подарки, спрятанные под слоем подарочной бумагой. Элен посмотрела на дядю Кенни, а потом на его пакет и вскрикнула:

– О, кукла Мэйси! Я так давно о ней мечта… – вскрикнула, а потом замолкла Элен.

Она посмотрела на маму и по взгляду поняла, что взболтнула лишнего.

– Ой, то есть… а что вы мне принесли, дядя Кенни? – попыталась выкрутиться Элен.

– Ну вот, не получился сюрприз. Видимо, слишком тонкий слой подарочной бумаги, и всё просвечивается, – отшучивался дядя Кенни, приподняв пакет. – Хм, странно, тут вообще ничего не видно, – проверив подарок, сказал дядя Кенни. – Вот какая догадливая у нас девочка!

Все гости стали раздеваться и проходить в зал. Вслед за ними юркнул папа. Быстро скинув куртку, он подошёл к Элен, поцеловал в лоб и сказал:

– Вот теперь всё готово к празднику. Сегодня будет замечательный день! Ведь моей любимой дочурке уже пробило целых восемь лет. Какая ты стала большая. А ещё совсем недавно мы забирали тебя из роддома. Именно тогда мы стали поистине счастливы. Ты – наш подарок судьбы.

Её строгий папа в этот момент расплылся в нежной улыбке. Элен ярко чувствовала волны искренней любви, исходящие от него.

– Папа, у тебя слезинка падает, – подметила Элен, взглянув в его голубые глаза.

В отличие от мамы, он был светловолосый, с острыми чертами лица. Он также был одет в праздничную одежду, но в более простую, поскольку не любил отходить от военного стиля. На нём были светлая рубашка в бордовую полоску, тканевый ремень песочного цвета и синие джинсы, из которых торчали звонкие ключи.

– Это потому что я люблю тебя, – ещё раз он чмокнул в лоб Элен и встал. – Пойдём, гости уже сели за стол и ждут тебя.

Элен с папой пошли к столу, где сидели все гости. С правой стороны на диване сели тётя Бэтти и папа. Слева на стульях сидели мама, Мила и дядя Кенни.

– Ну наконец-то. А мы уже заждались нашу главную красавицу, – очень звонко сказала тётя Бэтти.

Тётя Бэтти вообще всегда заполняла всё пространство своим телом и голосом. Обычно говорят, что хорошей женщины должно быть много, но в её случае это был перебор.

– Садись во главе стола, – указал папа.

Элен села за стол, и все продолжили дискутировать на тему еды и какая хорошенькая Элен.

– Тётя Элеонора, какой вкусный салат с мидиями. Я такого вкусного салата никогда ещё не пробовала, – похвалила Мила, подружка Элен.

– Спасибо, Мила. Я дам тебе остатки салата домой, если что-то останется, – с заботой сказала Элеонора.

Мила познакомилась с Элен, когда им было три годика. Они сразу нашли общий язык, как и их мамы. Мама Милы даже переехала в дом по соседству, чтобы их дочки чаще общались и устроила её в тот же класс, где училась Элен.

Мила была легко запоминающейся девочкой. У неё были пшеничный цвет волос и серо-голубые глаза. Она всегда очень эмоционально и громко реагировала на многие вещи. А когда улыбалась, на правой щеке виднелась очаровательная ямочка. Одета она была в пышное розовое платье с розовыми тканевыми браслетами на руках.

– А помните, – начал со стандартной шутки дядя Кенни, чтобы развеселить народ, – как маленькая Элен надела на голову горшок и говорила, что она космонавт?

Все подхватили и стали смеяться. Элен, как обычно, покраснела и сделала стесняющуюся улыбку.

Дядя Кенни всегда нравился Элен. Он был добрый, весёлый и простой. От него всегда веяло теплом и уютом. Выглядел он как обычный деревенский человек, ведь всю жизнь он работал на ферме и почти никогда её не покидал надолго.

– Элен, как покушаем, пойдём к тебе в комнату играть в прятки? – инициировала Мила побег из застолья.

– Давай! – обрадовалась Элен.

Элен просто обожала играть в эту игру. Там она могла использовать свой особый талант и почти всегда находила скрывшегося игрока.

– Или вот ещё, – продолжал вспоминать забавные случаи дядя Кенни, – когда Элен кушала и стала прикрывать глаза. Все подумали, что она засыпает, и Седрик наклонился к ней, чтобы взять на руки. И тут она делает глубокий вздох и как чихнёт ему в лицо!

Все так сильно засмеялись, что стол стал ходить ходуном. Но позже стало понятно, в чём причина. Тётушка Бэтти задевала стол животом, и когда смеялась она – дрыгался весь стол.

Хорошенько просмеявшись, Седрик вымолвил:

– Ах, ей всего восемь лет, а уже столько радости и смеха она нам подарила. Давайте выпьем за Элен! За нашу светлую девочку. Пусть она будет всегда нас радовать своими успехами и талантами.

Прозвенел первый звон бокалов, и все стали по очереди поздравлять именинницу. Вдруг Элен стало как-то нехорошо. Она почувствовала тяжесть в голове. Появилось лёгкое головокружение. Перед глазами будто что-то мелькало.

– А теперь мне слово! Я первая! – крикнула тётушка Бэтти и попыталась встать, но рухнула обратно на диван.

– Мисс Бэтти, уступите мне. Я быстро, – вырвал эстафету дядя Кенни. – Проницательная ты наша Элен, не буду медлить. Вот держи свою куклу Мэйси, ты её давно хотела. Поздравляю! Надеюсь, она подружится с другими твоими куклами.

Элен взяла коробку с куклой и старалась улыбаться, но из-за плохого самочувствия получилось не слишком эмоционально.

– Элен, ты не рада? – заметила мама.

– Она просто устала, Элеонора, – подбадривал с улыбкой дядя Кенни, – кому будет интересно сидеть с нами, стариками? Не смущайте девочку, давайте лучше выпьем за её здоровье!

Прозвенел ещё один звон бокалов. В глазах Элен проявлялись картинки всё чётче и быстрее, будто слайд-шоу. Красный шкаф. Больничная койка. Время 20:20. Собака.

«Ничего не понятно. Что всё это значит?» – думала Элен.

– Так! Теперь моя очередь. Больше никого не пропущу, – снова ворвалась тётя Бэтти и встала с места со второго раза. Она достала конверт, который, судя по виду, она использовала уже не первый год, и вынула из него небольшой листок.

– Дорогая наша Элен, милая ты наша девочка. Я хочу вручить тебе самый лучший подарок – мои стихи, которые я писала весь день и немного даже ночью. Вдохновение – такая капризная дама, приходится подстраиваться. Так что послушай, из-за чего я не выспалась:

Корни, стебель, лепесток,

Ментор здесь, он рядом.

Ты расти, родной цветок,

Не питайся ядом…

В этот момент Элен резко побледнела. Она уже не слышала, как её поздравляли. С ней явно происходило что-то странное. Шла куча разных картинок. Её куда-то тянуло, она не понимала, что делать. Все гости заметили, что с Элен что-то не то. Тётка прекратила поздравления.

– Деточка, тебе что, не понравились мои стихи? – с обидой спросила тётя Бэтти.

– Дочка, что с тобой? – взволнованно спросила мама.

Элен начала трясти головой мелкой дрожью. Все забеспокоились и начали суетиться.

Отец взял Элен за руку, и это дало мощный толчок. Его дочь уже не была на себя похожа. Она не видела стол и гостей. Она не слышала звуков посуды и голосов. Она будто перенеслась куда-то в другую вселенную. Было всё вокруг яркое и белое. Бежала куча картинок. Они давили на неё скопом. Было очень тяжело. Вдруг Элен заговорила не своим голосом:

– Это не ваши стихи!

Все притихли.

– Что ты такое говоришь, деточка? Я всегда сама пишу стихи. Это моё хобби, – выкручивалась тётка Бэтти.

– Красный шкаф. Зелёная книга. Четвёртая слева. Верхняя полка. Эти стихи вы берёте оттуда.

Тётя Бэтти тихонько села назад на диван с открытым ртом. Элен начинало трясти сильнее, и она не могла остановиться. Все стояли в шоке и не знали, что делать.

– Зачем вы воруете в магазине? Это не честно, – продолжала Элен давить на тётушку Бэтти. – Что это за дядька к вам ходит? С серыми волосами и в пиджаке, он плохой. Ему нужны только ваши деньги.

Элен повернула голову к дяде Кенни.

– Что с вашим конём? Отвезите к ветеринару. Очень жаль вашу собаку. Ногу сломали в четырнадцать лет. Плохо срослась. Поэтому вы так криво ходите, – говорила уже из последних сил Элен.

– Собака Милы… Спасти Джареда…

После этого она упала в обморок, ударившись головой об стол.

– Элен! – вскрикнула Элеонора и побежала к Элен. – Звоните в скорую, быстро!

Этот день родные и друзья запомнили надолго. Кто-то из-за страха, кто-то из-за обиды. Но одно можно было сказать точно – жизнь семьи Рэй резко перевернулась.

Элеонора и Седрик отвезли Элен в больницу к своему лучшему другу семьи – доктору Ричарду. Он – заведующий хирургическим отделением и специализировался на микрохирургии. Но многие пациенты и руководство ценили его как хорошего диагноста. Он считал, что поставить верный диагноз важнее, чем лечение.

После всех тестов и анализов Элен очнулась в одноместной палате. Она лежала одна, боясь пошевелиться. Её больше не трясло, но она чувствовала тревогу и страх. У неё в голове постоянно появлялись какие-то картинки. Она никак не могла их связать.

В палату зашли родители и дядя Ричард. Элен молча на них посмотрела. Доктор, как обычно, доброжелательно улыбнулся ей. Он был высокий и с карими, но очень маленькими глазами из-за очков, которые носил с самого рождения. Он подошёл к Элен с личной карточкой пациента и спросил, положив руку на её плечо:

– Ну, как ты, малышка? Не кружится голова?

Элен посмотрела на Ричарда и тихонько произнесла:

– Ваша дочь сейчас на море?

– Да, – в недоумении произнёс Ричард.

– Мне кажется, она не любит капусту и боится собак.

– Удивительно. Вот об этом нам, кажется, и надо поговорить.

Встал дядя Ричард и достал бумаги из карточки.

– Мы провели разные тесты, – прибавил он. – Исследования были, конечно, поверхностные. Было бы лучше провести глубокое обследование, но первично с сердцем и головным мозгом всё в порядке. Вообще ваша дочь абсолютно здорова по всем основным показателям. Но…

– Что но?! – не выдержала и вклинилась Элеонора.

– Некоторые показатели активности мозга выше обычного, я бы даже сказал, что такие показатели вижу впервые, но, возможно, это был сбой аппаратуры. Тем не менее, кажется, этому есть объяснения с учётом того, что вы мне рассказали про её «симптомы» перед обмороком. Конечно, сейчас это говорить достаточно неправильно, особенно с научной точки зрения, но либо у вашей дочери скрытая патология нервной системы, что маловероятно, либо ЭСВ, – заключил Ричард и закрыл карточку.

– Это что значит, Ричард? Эта ЭСВ смертельна? – испугался Седрик.

– Нет, я же сказал, что ваша дочь здорова. ЭСВ – это всего лишь ненаучный термин. Он означает экстрасенсорное восприятие.

В палате стояла минутная тишина. Элеонора и Седрик переглянулись.

– Что ты несёшь, Ричард?! Ты же доктор! Мы пришли сюда, чтобы получить помощь, а не гоняться за радужными единорогами, – вспылил не на шутку Седрик.

– Седрик, спокойнее. Здесь наша дочь, – постаралась успокоить мужа Элеонора, но его буйный нрав сложно было усмирить. Сразу видно – овен.

Все посмотрели на Элен жалостливыми глазами и кое-что заметили. Ричард подошёл к кровати и взглянул ей в глаза.

– Ну-ка Элен, посмотри на меня, – произнёс Ричард, нахмурившись.

Элен подняла голову и взглянула на Ричарда.

– Вы только посмотрите на её глаза, – с ошеломлённым видом сказал Ричард.

Родители подошли и были шокированы.

– Они разве такие были раньше? – спросил Седрик.

– У неё были светлые глазки, но сейчас они стали такие насыщенные, – добавила Элеонора.

– Они кристально чистые. Я такого ярко-голубого цвета никогда не видел! – восхищался доктор.

– Что же нам теперь делать? – спросила Элеонора с мокрыми глазами.

– Без сомнения, нужно продолжить обследование, чтобы изучить мозговые волны. Но сейчас я вынужден буду вас выписать, так как физическое здоровье в полном порядке. Приходите немного позже, чтобы не вызывать подозрений у вышестоящего руководства.

– Что ты задумал? Это не мутант какой-то, это моя дочь! Я забираю её домой, и сюда мы не вернёмся. Не думал, Ричард, что ты опустишься до лженауки, – сказал Седрик и подошёл к Элен, чтобы одеть её.

– Седрик, я понимаю, как это выглядит со стороны, но не будь таким твердолобым. Нельзя делать вид, будто у неё страшная болезнь! – защищал Ричард.

– Нет! Это ненормально, что она… видит через стену или общается с призраками. Так не должно быть. Её нужно избавить от этого! Скоро весь город узнает, что наша дочь странная! – разошёлся Седрик.

– Если помочь ей развить способности, она сможет помогать другим людям. В конце концов, ей может снова стать хуже, если пытаться заглушить это в ней, – старался убедить Ричард.

– Хочешь сделать виноватым меня?! – закричал Седрик.

– Хватит вам! – остановила спор Элеонора.

Все замолчали.

– Пойду заведу машину, – грубо сказал Седрик, взглянув холодным взглядом на Ричарда и направившись к выходу вместе с Элен.

Оставшись наедине с Элеонорой, Ричард продолжил:

– Элеонора, хотя бы ты меня послушай. Ты же знаешь, я желаю вам только добра. У меня тоже маленькая дочь, и я понимаю, что такое переживать.

– Я знаю. Я верю тебе, – сказала Элеонора.

– Сейчас совершенно неважны его убеждения, главное – это здоровье Элен, как физическое, так и ментальное. Не оставляйте это без внимания, помогите ей развить её способности, не делайте из неё изгоя.

– Знаешь, я так долго старалась это отрицать, не замечать. Я чувствую вину перед ней. Возможно, если бы я уделила ей больше внимания, этого приступа не случилось бы.

– Не вини себя. Ты замечательная мать, и Элен с тобой повезло. Только ты можешь ей помочь.

– Теперь всё будет иначе. Мне нужно как-то принять это самой. Ты же понимаешь, что это перевернуло нашу привычную жизнь.

– Элеонора, ваша Элен замечательная и умная девочка. Ничего плохого не случилось. Относитесь это как к дару, как к чуду. Ей нужно просто немного помочь, и она начнёт вас приятно удивлять.

– Спасибо, мне стало немного легче после твоих слов. Отягчает лишь то, что в обществе она станет белой вороной. Даже её отец против всего этого.

– Это твоя ноша, которую ты возьмёшь на себя ради долгожданной дочери. Тебе придётся поддерживать в ней огонь, несмотря на плевки в спину и злые слова.

Ричард положил руки на плечи Элеоноры, чтобы немного дать спокойствия.

– Приходите сюда с Элен на дополнительные обследования через месяц. Я постараюсь сделать так, чтобы нигде полученные данные не отразились.

– Спасибо тебе за всё! Ты сильно рискуешь, и я это ценю. Постарайся не попасться. Не хочу, чтобы тебя уволили из-за нас.

– Не переживай об этом. Лучше иди в машину.

– Да… Пока.

Элеонора вышла из палаты и направилась к автомобилю, где её ждали нервный муж и напуганная дочь. Пока она шла по коридорам мимо палат, размышляла о том, что сказал Ричард. Стала прокручивать всю жизнь Элен. Вспомнила эту кошмарную ночь. И пришла к твёрдому решению – никто не сможет переубедить, что её дочь – настоящее чудо. О таком ребёнке она мечтала. Добрая, особенная, смышлёная, готовая помочь всем – это настоящий подарок для их семьи. Но сможет ли это усвоить Седрик? Возможно, спустя время…

Сев в машину, спокойствие Элеоноры сменилось на напряжение. Всё время, что они ехали домой, стояло тяжёлое молчание. Элеонора, будучи мудрой женщиной, решила не беспокоить мужа. Сейчас он всё равно не был готов обсуждать эту тему. Но она ехала и думала:

«Как спустя время снова завести этот разговор? С чего начать и как убедить?»

В голове стоял водоворот мыслей, и никак не получалось сформировать из них что-то цельное.

Подъезжая к дому, Элеонору всё же посетила хорошая мысль:

«Сейчас главное не Седрик. Главное – заняться Элен, дать ей уверенность в себе. Скорее всего, придётся уйти на домашнее обучение и развивать Элен самой».

Как только все зашли домой, Седрик ускользнул в спальню, а Элеонора остановила Элен, чтобы обсудить с ней то, что сказал их добрый доктор.

– Элен, я хочу с тобой поговорить о случившемся. Не обижайся на папу, хорошо? Он тебя любит, просто он кроме армии ни во что не верит.

– Хорошо, мама, – грустно согласилась Элен.

– Теперь о том, что сказал доктор Ричард. Мы с ним поговорили, когда вы ушли из палаты.

– Зря папа на него накричал. От него скоро уйдёт жена, и он будет сильно грустить.

– Ох, Элен, ты моя умничка, – потянулась она, чтобы обнять свою дочь. – Ты очень талантливая, понимаешь? – мама взяла за плечи и посмотрела в ясные глаза дочери. – Доктор Ричард просил передать тебе, что ты не странная, ты особенная. И что у тебя всё будет хорошо.

– Спасибо. Дядя Ричард хороший врач и друг. Он мне нравится.

– Да, он хороший. А теперь вот как мы с тобой поступим, папу мы лишний раз не будем тревожить твоими способностями. Как только он будет готов, он сам даст понять.

– Мам, я не верю, что он поймёт. Он очень сильно расстроился из-за меня.

– Ты это чувствуешь своим шестым чувством?

– Наверное. У меня плохие ощущения.

– Что ты ещё видишь?

– Что меня все разлюбят.

Глаза Элен стали влажные, и одна слезинка потекла по розовой щёчке, а голова опустилась виновато вниз.

– Что ж, я уверена, что сейчас твои чувства ошибаются, – вытерла слезинку Элеонора своей чувствительной дочке, – потому что я, папа и твои друзья точно тебя не разлюбят. Точно-точно. Посмотри на меня, ты мне веришь?

Элен приподняла взгляд и покивала одобрительно.

– Сейчас в тебе говорит твой страх, а не твоя способность. Этому тебе нужно научиться в первую очередь. Я, конечно, не преподаватель экстрасенсорных наук, но будем с тобой вместе разбираться с этим делом. А пока иди умываться и спать.

С тех пор всё изменилось. По городу поплыли слухи о некой маленькой девочке с ярко-голубыми глазами, которая, несмотря на малый возраст, обладала ясновидением. В обществе отреагировали на это по-разному, иначе говоря, разделились на три группы. Первые считали это полной чушью и не верили в слухи. Вторые, коих большинство, переворачивали факты так, что девочка – потомственная ведьма и это она приносила бездомных кошечек в жертвоприношение. Как только не пятнала самыми разными слухами честную семью Рэй эта вторая группа. Третьи, коих самое меньшее количество, в основном здравомыслящие знакомые и друзья, которые не поменяли своё мнение, потому что знали, какая Элен на самом деле добрая и дружелюбная девочка, и она не виновата в том, что с ней произошло. Напротив, они даже старались использовать её дар в мирных делах. Но вот в прятки с ней, наоборот, больше никто не играл.

Самые главные разделения были в самой семье Рэй. Мама почти сразу приняла эту особенность и пыталась всячески помочь. Она даже радовалась, когда Элен справлялась с заданиями. А папа вырезал у себя из головы тот факт, что у родной дочери есть то, что может помочь многим, и что ей нужна огромная поддержка, чтобы не чувствовать себя изгоем. Он старался не обращать внимания на странности, он даже пытался не смотреть в глаза Элен, потому что они тоже странные и давали ему мысль о том, о чем он не хотел даже думать. Всё это напряжение в доме Элен, естественно, чувствовала. Но она не знала, что сделать, чтобы всё было как раньше. От этой способности избавиться было нельзя, но и с папой ссориться не хотелось. Поэтому, как посоветовала мама, она тренировалась на чердаке подальше от глаз, где могла максимально сосредотачиваться.

Прошло несколько недель после выписки из больницы, Элен снова стало не по себе. Она уже несколько дней не тренировалась. Проснувшись, она сразу почувствовала, что дома нет ни души.

«Папа уже ушёл на работу, но где мама? – подумала Элен. – Она не говорила, что куда-то уйдёт. Попробую почувствовать, где она сейчас».

Элен закрыла глаза и стала думать о маме. Не спеша в темноте стали проявляться картинки. Виднелась уличная плитка и как мама шла на чёрных коротких каблуках. Шёл небольшой дождь со снегом. Элен открыла глаза, взглянула в окно и расстроенно произнесла:

– Да уж, это и без шестого чувства видно, что на улице дождь. Какая из меня ясновидящая?

Немного подумав, Элен решила ещё раз попробовать. Она спрыгнула с кровати и приземлилась в центре комнаты.

«Может быть, нужен предмет, напоминающий маму?» – логически заключила Элен.

Она стала осматривать свою комнату. У стены стоял письменный стол. На нём лежали лишь кружка с водой, альбомы и карандаши. У окна стояла её кровать. Рядом с ней стояла тяжёлая тумба. На ней рядом со светильником она нашла заколку, которую мама оставила, пока читала сказку на ночь. Элен взяла заколку в руку, уселась на ковёр и закрыла глаза. Почти сразу в темноту ворвалась картинка – крыльцо нашего дома. Мама стояла на крыльце и чего-то ждала.

«Ерунда какая-то. Сегодня не получается ничего», – подумала Элен, как сразу же в дверном замке зашевелился ключ.

– А-а-а, вот что это значило! Наверное, мама стояла на крыльце и искала ключ в сумке, – обрадовалась Элен и побежала встречать маму.

– Доброе утро, дочка! А с кем это ты разговаривала? Опять прабабушка явилась? – настороженно спросила мама и стала оглядываться по комнатам.

– Нет, мама. Это я сама с собой. Я тебя потеряла и пыталась почувствовать, где ты. Сначала мне показалось, что я ошиблась, но ты и вправду стояла на крыльце, и вот ты здесь! А куда ты ходила?

– Я решила кое-что купить для тебя, – ответила мама, снимая верхнюю одежду и обувь. – Сможешь увидеть, что в пакете, не заглядывая туда?

– Не знаю. Хочу попробовать! – воодушевлённо ответила Элен.

Элен сконцентрировалась на пакете. Он был из плотного тёмного материала без каких-либо опознавательных знаков. Только сверхчутьё могло помочь. Она нахмурила брови. Напрягла губы. Старалась даже не моргать.

«Ну же, картинки, появляйтесь!» – старалась мысленно убедить шестое чувство работать.

Что-то начало проявляться. Покраснев, она произнесла:

– Я вижу что-то синее… посередине белые узоры. И там есть что-то ещё. Там несколько штук… всё, – выдохнув, расстроенно пробормотала Элен.

Она так сильно старалась удивить маму, что, как назло, ничего не получилось.

– Сегодня я не могу ничего. Не работает мой талант.

– Не расстраивайся, милая. Ты много что увидела. У тебя определённо есть дар, смотри, – мама стала доставать предметы из пакета. – Синее с белыми узорами, видишь? Это обложка журнала про паранормальные явления. Насчёт нескольких предметов ты тоже была права. Здесь ещё книги и пару дисков с научными фильмами.

– Ого, сколько всего. Но книги-то я должна была увидеть, – настаивала Элен.

– Ты же ещё маленькая девчушка у нас. И тебе многому нужно научиться. Как раз поэтому я купила всё это, чтобы мы вместе с тобой разбирались. Для начала этого хватит. Как только усвоишь и подрастёшь – куплю ещё.

– Ты будешь смотреть всё это вместе со мной? Правда?

– Конечно! Я же тебе обещала, что всё будем делать вместе. Мне интересно, на что моя единственная одарённая дочь способна.

– Спасибо, мамочка! – побежала Элен в объятия к маме. – А когда мы начнём?

– Ты пока иди к себе в комнату со всем этим. Готовься к сеансу ясновидения, а я дальше разберу пакет, помою руки и приду к тебе.

– Хорошо!

Элен рванула в свою комнату так резко, что выронила одну из книг. Проскакав полкоридора, она упала, раскрыв страницы. Элен подбежала, чтобы забрать книгу, и заострила внимание на иллюстрации. В нос ударил запах старых страниц. Она нагнулась, чтобы лучше рассмотреть. Там были изображены чёртики с тоненькими ногами и кривыми рожками и пугающие морды жутких зверей не из этого мира. Ещё непонятные символы и узоры. Она поняла, что её до жути пугало это, и она не хотела изучать содержимое этой книги. Элен подняла её и закрыла. На обложке было написано: «Древние обряды».

«Ужас какой», – подумала Элен и побежала к себе в комнату на второй этаж.

Раскидав книги по ковру, Элен стала смотреть, что бы ей взять первым. Усевшись, она стала брать книги по очереди. Про древние обряды она сразу отбросила подальше.

«Ясновидение для чайников», – мысленно прочитала она.

– Каких ещё чайников? – не поняла Элен и отложила книгу в сторону.

«Экстра-восприятие: как начать „видеть“».

– А вот это интересно, но посмотрю, что ещё есть, – выбрала книгу и отложила её в другую сторону.

«Медитация».

– Опять что-то непонятное. В сторону.

«Всё о сверхспособностях».

– Ух ты, вот это тоже интересно, – одобрила она.

Книги закончились, и Элен перешла на диски. Она взяла диск, на котором изображены призраки возле старого замка.

«Мир мёртвых».

– Ого, это там прабабушка сейчас? – прошептала Элен.

В комнату зашла мама и присела рядом с Элен на пол.

– Ну что, выбрала что-то интересное? – спросила Элеонора.

– Ага, смотри, – показала она маме диск про «Мир мёртвых».

– Так и думала, что ты выберешь это. Но давай диски посмотрим в другой день? Не хочется начинать обучение сразу с чего-то мрачного, – с улыбкой произнесла мама.

– Ладно, – сказала Элен, вернула диск обратно в стопку и тут же схватила книгу «Все о сверхспособностях». – Тогда смотри, какая книга. У неё картинки очень красивые.

– Давай посмотрим, о чем эта книга.

Элеонора взяла книгу в руки, параллельно обхватив Элен, и стала читать:

– Если вы взяли эту книгу, значит, у вас есть подозрения, что вы сверхчеловек. Или, быть может, вы уже знаете об этом и используете в быту. Но что это за талант? Что сокрыто внутри вас? А вдруг у вас несколько талантов, а вы не знали? Давайте разбираться! И поможет нам в этом полный список, составленный исследователями, которые долгое время изучали всевозможные способности.

– Ты готова? – уточнила Элеонора.

– Ага! Интересно, что за список? Продолжай, мам, – сказала Элен в нетерпении.

– Важная информация! Прежде чем бежать на крышу дома и проверять, умеете вы летать или нет и т. п., пожалуйста, внимательно прочитайте условия и придерживайтесь правил.

Элен и мама захохотали.

– Хорошо, что они это написали, а то люди бывают чересчур оптимистичные, – смеясь, сказала мама. – Ладно, продолжаем.

Мама перелистнула страницу и продолжила читать:

– Правила: любая проверка может привести к травмам разной степени тяжести. Создайте страховку для себя и окружающих. Дополнительные условия будут указаны в подразделах.

– Это важно. Потом обратимся к этому, – прибавила мама. – Категория «Физические способности», – озвучила Элеонора. – Суперспринтер. Если вы бегаете быстрее гепарда, ну или хотя бы добермана (порода собаки), то вам место среди сверхлюдей. При проверке данной способности проверьте, хорошо ли завязаны шнурки, а также наденьте защиту на колени и локти. Силач – поднять машину или сдвинуть с места поезд для них не проблема. Проблема может возникнуть для людей без этой способности. Это грозит от безобидного пука до грыжи. Проверить данную способность легко, если для вас затруднительно поднять микроволновую печь, на машину можете даже не смотреть.

Элен и мама пересеклись глазами.

– Не хочешь меня поднять? – спросила мама.

Элен обхватила маму и стала тянуть вверх, но вышел только звук кряхтежа.

– Всё-всё, не хватало ещё, чтобы живот заболел. Давай лучше пропустим эту категорию и посмотрим, что есть дальше, – предложила мама.

Элеонора стала листать страницы одну за другой.

– Какой огромный список, – подметила она. – Неужели на свете есть столько людей с разными талантами? – Листала дальше страницы и вдруг остановилась. – Вот, кажется, нашла.

Категория называлась «Парапсихология». В неё входили способности, которые можно было проверить без физического воздействия, иначе говоря, силой мозга или собственной энергии. В этой категории было куда больше сложных терминов, поэтому Элеонора старалась «переводить» на простой язык для Элен.

– В этой категории куда меньше шансов получить травму, однако если во время испытаний у вас от перенапряжения заболит голова, прекратите испытание и возьмите отдых, – прочитала мама. – Это мы с тобой возьмём на заметку, Элен, – обратилась она к дочери. – Следи за своими ощущениями, ладно? Если что, говори, и мы прервём обучение.

– Хорошо-хорошо, давай уже начинать. Мне не терпится обо всём узнать поскорее, – торопилась Элен.

– Итак, психокинез (или телекинез) – это перемещение физических предметов силой мысли. Для этого сконцентрируйтесь без особого напряжения на предмете и подумайте, куда хотите его переместить.

Элеонора и Элен переглянулись. Элен перевела взгляд на кружку, которая стояла на столе, и застыла. Через минуту стало понятно, что пытаться дальше нет смысла. Элен снова повернулась к маме и пожала плечами. Элеонора продолжила читать:

– Телепатия – чтение мыслей не только своих, но и чужих. Проверить проще простого – попросите кого-то подумать о чем-то, а вы попробуйте прочитать мысли этого человека. Проверим? – предложила мама. – Я сейчас буду думать об одном предмете, а ты угадай, о каком.

Элен мотнула головой и стала внимательно смотреть маме в лоб. Прошла пара минут. Затем ещё одна.

– Ну что, как дела? – прошептала мама.

– Я не знаю, не получается ничего. Мне обычно просто картинки идут в голову, – расстроилась Элен.

– Ну, не беда. Список большой, что-нибудь да найдём для тебя, – утешила мама.

Почему-то после этих слов грусть смыло с души Элен. Мама всегда умела сказать так, что возникало спокойствие и полная уверенность, будто с этими словами по воздуху передавались частички её спокойствия и впитывались в тело. Мама перелистнула страницу и продолжила читать вслух:

– Видеть призраков и вызывать их, иначе говоря, взаимодействовать с видимыми душами умерших людей. Если вы из таких, то не стоит их бояться, ведь они не могут и не хотят вам навредить. Однако не рекомендуем вам вызывать их, ведь это нарушит их покой.

– Прабабушка… – осознала Элен.

– Да, Элен. С самого детства ты можешь их видеть и даже общаться с ними. Скажи, а они как-то отличаются от живых людей внешне? – спросила мама.

– Да, у них вокруг есть белый свет. Он лежит, будто на них снег нападал.

– Интересно, но немного жутковато. Хотя, видишь, в книге написано, что их не надо бояться. Это значит, что они все добрые, потому что пришли из мира светлых душ, а из мрака их не выпускают.

– Потому что они плохо учились в школе?

– Нет, конечно, за это в ад не отправляют. Это потому что они очень плохо себя вели при жизни. Они могли обижать других людей или украли что-то. Там список тоже большой, так что не будем это сейчас обсуждать. В любом случае это тебя не касается, потому что ты хорошая девочка и ты будешь помогать людям.

– Как врачи или пожарные? – уточнила Элен.

– Это надо ещё проверить, умеешь ты лечить людей и тушить пожары. Давай дальше читать, – предложила мама и перелистнула страницу. – Ясновидение – одна из способностей экстрасенсорного восприятия. Позволяет видеть прошлое, настоящее и будущее. Если вы обладатель данного таланта, значит, вы замечали за собой предугадывание каких-либо событий. Проверить это достаточно просто: попробуйте предугадать, что будет завтра, или расскажите прошлое о человеке. Данная способность имеет более обширное значение, сюда может быть включено чтение людей, поиск людей, сканирование предметов. Как правило, сосуществует со способностью видеть призраков. Вот и вторая способность совпала у тебя. Видишь, какая ты талантливая? – утешала мама.

– У меня плохо получается. Я почти ничего не вижу, – сказала Элен.

Элеонора опустила книгу и прибавила:

– Родная, как ты думаешь, сколько врачи учатся, прежде чем начнут лечить людей? А сколько дети учатся в школах, чтобы потом могли выбрать университет?

– Думаю, много…

– Вот и в этом деле, я думаю, нужно много учиться и тренироваться. Не бывает ничего просто так. У всего есть цель, и за всё нужно платить.

Элен замерла и сделала задумчивое лицо.

– Задумалась насчёт платы? – засмеялась мама. – В жизни платить приходится не только деньгами, но и временем, например. То есть чтобы закончить школу, нужно приложить усилия и заплатить двенадцать лет своей жизни.

После этих слов лицо Элен будто побелело и возникла пауза. Элеонора решила прервать думы, чтобы вернуть разговор в позитивное русло.

– А в твоём случае тебе нужно тренироваться, чтобы «видеть» лучше и дальше.

Сработало. Это заинтересовало Элен и заставило зашевелиться.

– Значит, я смогу видеть будущее на много дней вперёд? – уточнила Элен.

– Конечно! Тебе же нужно разобраться, как это работает, причём без учителя. Представь, какая ты будешь умничка, когда всё поймёшь и будешь помогать людям, – гордо сказала мама.

Элен воспряла духом и, казалось, была готова уже сейчас начать всех спасать. Однако тут же вспомнила, что она ещё не заплатила временем, и ей стало тревожно.

– Давай ещё поищем совпадения, – попросила Элен.

Элеонора подняла книгу и продолжила читать:

– Аэрокинез – подвид телекинеза. Способность управлять потоками воздуха, не используя при этом рот.

Элеонора и Элен засмеялись.

– Так вот кто ветер делает? Спасибо ему за это в жаркие дни, – отшутилась Элен.

– Гнуть ложки силой мысли, – назвала мама следующую способность.

Элен и мама расхохотались в полный голос. Они даже не услышали, как домой вернулся папа. Разувшись, он пошёл в комнату, где царило веселье, которого давно не было дома.

– Девочки, что у вас там смешного? – поинтересовался Седрик, бренча ключами, торчащими из кармана штанов.

Смех сменился на страх.

– Ой, что делать? – заёрзала Элен.

Мама рукой показала – кровать. Элен стала закидывать книги и диски под кровать, но не успела до конца. В комнату зашёл отец с хорошим настроением. Однако когда он увидел, что происходило, настроение быстро упало до самого нуля.

– Вы что, издеваетесь надо мной?! – закричал Седрик и перевёл взгляд на Элеонору. – Ты ещё и книги купила?! Ты это поощряешь!

– Седрик, – сказала мама в привычной успокаивающей манере, – не при ребёнке. Пойдём в другую комнату и там поговорим.

Мама вновь взяла весь удар на себя. Седрик и Элеонора закрыли дверь Элен и удалились в самую дальнюю комнату на первом этаже, чтобы их родная дочь не слышала взрослые конфликты.

Стены заглушили звук, но напряжённая атмосфера, которая сменила спокойную обстановку, давала о себе знать. Словно по воздуху пустили тревожный газ, и Элен вдыхала его раз за разом, наполняя лёгкие и впитывая в кровь.

Убрав все книги под кровать, Элен задумалась: «Неужели это тоже плата за мои способности? Но почему тогда из-за этого страдает мама? Я не хочу, чтобы из-за меня мучились. Я больше не буду при папе делать это».

Элен была ещё слишком наивна. Она не понимала, что такие обещания очень сложно соблюдать. Тем более что её глаза и странное поведение всегда напоминали отцу о её необычности.

Вдруг раздался спасительный звонок в дверь, и конфликт был отложен на другой день. Элеонора открыла дверь, на пороге стояла Мила – подруга Элен. По ногам пошёл прохладный и влажный воздух.

– Здравствуйте, миссис Элеонора, а Элен уже дома?

– Здравствуй, Мила, да. Она уже лучше себя чувствует. Как твои дела? – любезно поинтересовалась Элеонора.

– Всё хорошо, мне купили велосипед, только вот покатаюсь я на нём не скоро. То снег идёт, то дождь, – сказала Мила.

– Я тоже заметила, что что-то не так с погодой. Такого никогда не было в такое время года. Слушай, что же мы с тобой через порог разговариваем, проходи.

– Спасибо, но я хотела позвать Элен погулять с нами, можно? Раз она лучше себя чувствует, то почему бы и не погулять? Тем более что моросит уже не так сильно, – хитро пыталась убедить Мила, поглядывая на небо и щурясь от капель, падающих в глаза.

– Честно, я не знаю, готова ли она, – сказала Элеонора.

Она на минуту задумалась о последствиях такой прогулки. В последнее время удача отвернулась от семьи Рэй. Стоило ли рисковать? Но посмотрев в глаза дочери, выглядывающей из своей комнаты, она решила, что затворничество не даст ничего хорошего. В конце концов, у неё есть хорошая подруга Мила, которая поддержит в трудный час.

– Хорошо, Мила, я разрешаю погулять. Можешь подождать её здесь.

– Спасибо, но я подожду у вас во дворе, – сказала Мила, убегая к скамейке в уже сырой куртке.

– Правда можно погулять? – неуверенно спросила Элен.

– А что ты так удивляешься? – сказала Элеонора, закрывая входную дверь. – Тебе нужно гулять и общаться с друзьями, чтобы твоя жизнь была полной и насыщенной.

– Вот здорово! Спасибо, мамочка! – сказала Элен, несясь к шкафу с вещами. – А что мне надеть?

– Что-нибудь не сильно тёплое. А то будете бегать и вспотеете. Главное, надень дождевик и для Милы возьми.

– Хорошо, мама! – крикнула Элен из своей комнаты.

Выполнив условия мамы, Элен выбежала к Миле во двор. Они сразу стали обниматься и гладить друг друга по спине. Дождевик хорошо защищал от ветра, и было совсем не холодно, но в лицо то и дело летела морось.

– Наконец-то тебя выписали из больницы. Я очень испугалась за тебя в тот день! – сказала Мила.

– Я знаю. Вот, держи дождевик, – сказала Элен, протягивая его Миле, – а то до конца промокнешь и тоже в больницу попадёшь.

– Что там было? – спросила Мила, спешно надевая дождевик.

– Я многого не помню, я же в обморок упала. Проснулась в больнице. Потом пришёл дядя Ричард и сказал, что во мне что-то поменялось. О, глаза и в голове что-то.

Мила уставилась в глаза Элен, и её маленькие глазёнки увеличились вдвое.

– Какой кошмар! – закричала Мила. – Они у тебя стали ярче. Если так и дальше пойдёт, то начнут светиться, и ты не сможешь в прятки играть по вечерам!

Элен немного попятилась назад и стала тереть подбородок, обдумывая сказанное.

– А я буду с закрытыми глазами ходить.

– Это же неудобно.

– Зато дома удобно. Ночью можно свет не включать.

– Хм, и правда удобно. А в голове у тебя что поменялось? – поинтересовалась Мила.

– Не знаю. Иногда голова болит и вижу картинки всякие про людей и предметы.

– То есть в твой день рождения тебе тоже картинки стали приходить?

– Ага. И очень много. Как будто смотрела кучу семейных альбомов.

– Ого, может, ты стала супергероем, который всё про всех знает? Может, ты ещё будущее видишь или прошлое? – спросила Мила и с нетерпением ждала ответа.

– Очень мало. У меня пока плохо получается. Мне нужно много учиться.

– Как классно! – закричала Мила, подняв руки вверх. – Ты теперь супергерой!

В ответ она лишь облегчённо улыбнулась. Для Элен эта фраза была самым важным, самым поддерживающим на данный момент. Ей было очень нужно услышать ещё одно одобрение её талантов.

– А теперь идём скорее играть с ребятами. Они уже заждались.

– Что за ребята? – немного напряглась Элен, ведь теперь она побаивалась большого количества людей.

– Они пришли с другого двора с нами поиграть. Пойдём познакомимся.

Мила повела Элен на детскую площадку, что на соседней улице находилась. Именно там собирались все ребятишки с этого двора, а теперь ещё и с другого двора стали приходить. Но Элен там ни разу не была. Однако ей всплыла картинка горки в виде НЛО и большой кучи из веток и строительного мусора.

Подходя к площадке, виднелись четыре фигуры, которые копошились на баскетбольной площадке. Двое из них боролись. У одного из них была коса. Только подойдя ближе, стало ясно, что это девчонка, хоть и плечистая и крупная для своих лет. Она мутузила какого-то паренька, который выглядел тоже не как слабак. Двое других стояли в стороне. Один из них доедал мороженое со своей футболки, а второй был болельщиком крепкого паренька. Он стоял и хлопал в ладоши, выкрикивая подбадривающие слова. Когда Элен и Мила подошли, драка закончилась в пользу плечистой девчонки с чёрной косой и в безрукавке. Она выпустила его из захвата и оттолкнула в забор.

– Ну что, углеглазый жопорук, может, добавки хочешь? – сказала низким голосом боевая девочка, потирая крупные ладони.

– Ты ещё пожалеешь об этом, – сказал проигравший в драке мальчик, который сразу не понравился Элен.

У него были чёрные глаза, налитые злобой. И по ощущениям у него такой взгляд всегда.

– Может, давай я сейчас пожалею. Тебя! Оттого что так вломлю тебе, что ты захнычешь как девчонка, – провоцировала плечистая девочка.

Тот мальчик ничего не ответил. Только зыркнул тяжёлым, злобным взглядом, поправил куртку и отошёл в сторону.

– Вот и помалкивай, – сказала девочка-борец и перевела взгляд на Милу с Элен, – а это кто у нас тут?

Все обратили внимание на Элен и стали оценивающе осматривать. Они определённо не видели в ней угрозы, поэтому взгляд их был свысока.

– Это Элен, моя соседка. Она супергерой у нас, – гордо произнесла Мила.

В голове Элен загорелось красным цветом слово «зачем?!». Она не планировала привлекать к себе внимание.

– Всем привет, – сказала Элен тихим голоском, немного попятившись назад.

Приветствием ответил только мальчик, который доел мороженое с футболки.

– Супергерой, значит? А меня победить сможешь? – спросила девочка-борец.

– Нет. Да никакой я не супергерой, – сказала Элен, поглядывая на Милу.

– Это хорошо, а то я с девчонками не дерусь. Только пацанов гоняю. Особенно тех, кто мне не нравится.

– Это Бэлла, – сказала Мила, показывая на неё.

Бэлла вблизи оказалась ещё крупнее и плечистее. Она однозначно не была толстой. Но её руки были больше, чем у папы Элен. Видимо, чтобы всем это нарочно показать, она носила футболку-безрукавку и куртку-безрукавку даже в такую прохладную погоду. На ремне висел брелок в виде автомобильного болта. Элен, осмотрев Бэллу, увидела картинку мужчины, от которого веяло теплом и любовью. Кажется, это был папа Бэллы, и они были очень близки.

– Будем знакомы, – сказала Бэлла, протягивая руку, – смотри, если кто-то из мальчишек будет тебя обижать, ты говори, я их быстро в колесо скручу.

Элен наклонилась вперёд, чтобы пожать руку Бэлле, но чем ближе она подносила руку, тем сильнее у неё начинала трястись и кружиться голова. Её даже немного пошатнуло вперёд, и она упёрлась рукой в грудь Бэллы. В глазах заблистали звёздочки.

– Ты это чего шатаешься? – убрала руку Бэлла.

– Я немного болею. Недавно только из больницы выписалась, – расстроенно сказала Элен.

– А чего ж ты больная ходишь тут?! Это не заразно? Хорошо, что я тебя не трогала.

– Нет, нет. У меня просто иногда голова кружится, и всё.

– Давление, что ли, скачет? У меня в детстве так же было. Ладно, пошла я домой. Все дела на сегодня закончила – кого хотела, побила. Так что делать больше нечего.

– Может, с нами поиграешь во что-нибудь? – спросила Мила.

– Не, я что, маленькая, что ли? Сами играйте в свои куколки, – сказала Бэлла, уходя с площадки.

Мила быстро переключила внимание и стала представлять ребят дальше.

– А это Дороти. У него девчачье имя, – показала Мила рукой на мальчика с мороженым.

Забавно, но от этих слов Дороти ничуть не обиделся. Хотя выглядел он и правда довольно чудно. Кудрявые волосы каштанового цвета и с глазами с гетерохромией. Один глаз был голубого цвета, а второй более светлый, как будто выцветший. Одет он был не менее смешно. От одного его вида хотелось громко рассмеяться. Серые штаны с кучей карманов. И, кажется, в каждом что-то лежало. Футболка, измазанная мороженым. Ощущение, что на футболке это не первый слой мороженого. И ботинки… Где же он их достал? Большие, бесформенные, коричневые ботинки, по виду будто он их снял с рудокопа. Но больший смех вызывала его пингвинья походка.

– А почему у тебя девчачье имя? В роддоме что-то перепутали? – вежливо спросила Элен.

– Нет, это папа, когда регистрировал моё имя, видать, задумался и написал Дороти. А вообще-то хотели назвать меня Антуан.

Ни то ни другое имя ему абсолютно не подходили. По виду он был скорее Том, или Чарли, или Пибоди.

– А это Крис и Билл, – махнула рукой Мила в сторону мальчишек, – они из другого двора.

– И чё? – спросил Крис с недоумённым взглядом.

Но никто из них так и не поздоровался, лишь только кинули презрительный взгляд в сторону девочек. Крис – это мальчик со светлыми, стоячими, жёсткими волосами. У него тоже была грязная одежда, но казалось, что она не стиралась очень давно. Грязь была именно уличная. Обычно так выглядели люди, которые жили больше на улице, чем дома. Особой угрозы от него Элен не чувствовала, но и доверять ему не стоило бы.

Второй мальчик был полной противоположностью. Его звали Билл. Помимо чёрных глаз, у него были чёрные-чёрные волосы. Одет он вполне прилично, вся одежда известных брендов: чёрная футболка, спортивные штаны и кеды. В карманах торчали кожаные перчатки. Элен чувствовала, что его лучше избегать. Это такой тип человека, который стремится к тому, чтобы набедокурить как можно больше. А ещё она чувствовала, что он кому-то нравится.

На площадке возникла пауза, и Мила решила взять инициативу:

– Мальчики, а вы из какого двора к нам пришли?

– А чё? – спросил Крис.

– Мы вас раньше тут не видели. Вы недавно переехали к нам? – продолжила Мила пытаться разговорить мальчиков.

– К кому это нам? – спросил Билл.

– Ну, к нам во двор.

– С чего это он ваш? Это общий двор. Захотел – пришёл, не захотел – не пришёл.

– Нет, лучше приходи. Когда больше народу, играть веселей. Кстати, давайте как раз сейчас поиграем? – радостно предложила Мила.

– Да во что с вами играть? Вы же мелкие, – фыркнул Билл.

– Можно… – задумалась Мила и осмотрела Элен. – О, точно! Можно поиграть в прятки. Тут не надо быть быстрым или сильным.

– Я соглашусь играть с одним условием, если водить будет она, – показал пальцем Билл на Элен.

Почему-то эта фраза очень напугала Элен.

– Я не… – начала Элен.

– Ну поводи, пожалуйста. Весело же будет, поверь, – стала уговаривать Мила.

– Мне почему-то не хочется, – сказала Элен.

– Ты не хочешь с нами играть? Ты считаешь нас тупыми? – стал давить Билл.

– Нет, я просто… ладно. Прячьтесь, я начинаю считать до пятидесяти.

– Спасибо, Элен! Надеюсь, ты всех найдёшь, – воодушевлённо сказала Мила и побежала прятаться.

– Меня она точно не найдёт. Я такое место знаю, что ещё ни разу никто не нашёл, – высокомерно произнёс Билл.

Все разбежались. Элен прислонилась к стенке баскетбольной площадки, закрыла глаза и стала считать до пятидесяти.

– Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь… Что это?

Стали появляться разные картинки. Снова горка в виде НЛО. Груда строительного мусора. И большое дерево с разбросанными корнями поверх земли. Элен стало безумно интересно, правильно ли картинки подсказали о местах, где спрятались ребята. Или в этих местах было что-то сильное, что притягивало её. Не терпелось уже побежать и проверить, но она сбилась со счёта.

«Не беда, пусть будет тридцать», – подумала Элен.

– Тридцать один, тридцать два, тридцать пять, тридцать восемь… Пятьдесят! Я иду искать!

Элен открыла глаза и стала искать места с картинок. Первое, что она увидела, была горка в виде НЛО. Она поспешила туда, но снаружи было пусто, тогда она заглянула внутрь.

– Первого нашла! – закричала Элен от радости.

– Ну и чё? Это ничё не значит. Я просто специально так плохо спрятался, – стал оправдываться Крис.

Элен и Крис вылезли из горки, и она стала искать другие места. Недалеко виднелась группка деревьев, где в середине было одно широкое, но не видно было корней. Элен побежала туда с проверкой.

Подбежав поближе, она заметила те самые корни. Они были такие большие, что легко было споткнуться. Милы видно не было. Элен захотела обойти дерево, чтобы убедиться, что никого тут нет. Как только она стала обходить, что-то зашелестело с другой стороны дерева. Элен продолжила идти по кругу, и шум снова появился. Она ускорила шаг, и с другой стороны что-то ускорилось. Тогда Элен побежала и заметила промелькнувшую обувь. Догнать не получалось, и она резко остановилась. Как вдруг на неё сзади налетела девочка со знакомым дождевиком, и они обе чуть не упали на корни.

– Мила, зачем ты убегала?

– Чтобы ты меня не нашла.

– Это уже какие-то другие прятки.

– О, было бы здорово совместить прятки с догонялками, – опять воодушевилась Мила. – И назвали бы такую игру… «Догопрятки», здорово?

– А вдруг уже есть такая игра?

– Ну, в нашем дворе-то нет!

– Ладно, придумаем название потом. Мне нужно ещё Билла найти.

– Я с тобой пойду… а то уже темно.

Элен и Мила вернулись в центр двора и стали осматриваться.

– Что ты ищешь? – спросила Мила.

– Гору мусора. Наверное, он там спрятался.

– Думаешь? Там же не спрятаться. Слишком много гвоздей и заноз.

– Мне картинки так показали.

– Может, они ошиблись?

– Но я нашла вас с Крисом по картинкам.

Элен не знала, как искать это место, ведь картинки путь не показывали. Поэтому они просто пошли осматривать весь двор со всех сторон.

У двора было несколько точек интереса: место с группкой деревьев, где на одном из них висела тарзанка, детская площадка в центре с горками, качелями и баскетбольным полем, где в основном занимались чем угодно, но только не баскетболом. Также недалеко был заброшенный дом со сломанными воротами, а за ним парковка, где во главе стояла жуткая металлическая статуя какого-то непонятного существа с большими глазами и носом.

В другой стороне стоял всем известный поезд, который разработали известные дизайнеры детских конструкций. Он состоял из паровоза и четырёх вагончиков. Естественно, это была уменьшенная версия настоящего поезда, но масштаб всё равно поражал всех детей. Внутри локомотива было много рычагов и кнопок. Даже был действующий негромкий клаксон. За право находиться во главе поезда всегда были жёсткие отборы через соревнования. В других четырёх вагонах, помимо сидений, было тоже кое-что интересное. Под ними установили пружины, стабилизаторы и другие механизмы, которые позволяли создать качку и небольшие отклонения корпуса в разные стороны, но при этом не допуская переворачивания. Иначе говоря, дети могли качать вагон изнутри, подпрыгивая или бегая по коридору между сидениями, имитируя движение поезда.

Первым делом они побежали осматривать модный поезд. Вдруг там что-то не достроили и остался строительный хлам.

– Тут ничего нет. Даже мусорных контейнеров не видно, – подметила Мила. – А ты что скажешь, Элен?

– Мне как-то тревожно, но я не чувствую, что это здесь.

– Тогда побежали в заброшку. Там наверняка есть мусор.

Мила и Элен прибежали к заброшке, но остановились у сломанного забора.

– Мне страшно туда заходить, – сказала Элен.

– Давай просто заглянем, но далеко идти не будем?

– Хорошо.

Мила и Элен сделали пару шагов и остановились. Элен стала искать место с картинки, но окружение совсем не совпадает. Здесь слишком мало места для такой горы мусора.

– Не здесь, – сказала Элен и выскочила обратно за забор.

– Что же тогда делать? Жаль, что у тебя не подсвечивается дорога к тому месту, вот было бы удобно, – вдохновлённо сказала Мила.

Элен посмотрела на Милу и задумалась, что подсветка могла бы быть невидимой, просто нужно это почувствовать. Она стала смотреть по сторонам и акцентировать на свои ощущения. Было сложно расшифровать ту бурю эмоций, однако что-то едва уловимое шло из территории за заброшенным домом.

– Может, там? – неуверенно сказала Элен.

– Это нечестно! Он ушёл далеко от двора, – разозлилась Мила. – Пойдём его скорей найдём и скажем, что обиделись.

Мила пошла быстрым шагом вперёд, а Элен замедлила шаг.

– Быстрее, а то скоро время закончится, и он выиграет, – возбуждённо сказала Мила.

– Мне нельзя уходить со двора, – напряжённо сказала Элен.

– Тут ведь не далеко. Вон торчит рука статуи. Ты уже почти его нашла, нужно просто дойти, и всё, и сразу обратно побежим.

– Не знаю… пускай он выигрывает.

– А вдруг он там застрял и ему помочь нужно? – сказала Мила, немного подумав.

Убеждение сработало. Элен почувствовала ответственность и двинулась вперёд.

Зайдя на территорию парковки, она смогла лучше разглядеть статую. Это определённо было животное, стоящее на двух ногах, похожее на тигра с мордой медведя и хвостом как у крысы. Выражение морды было злым. Элен по-прежнему не нравилась эта статуя. Но скинув взгляд со статуи в левую сторону парковки, она увидела ту самую кучу мусора из досок и металлических фигуристых листов, а рядом была строящаяся будка для выдачи парковочных талонов.

Мила и Элен подошли к куче, но обойдя вокруг, не увидели прячущегося.

– Видишь, тут негде спрятаться, – заявила Мила немного расстроенным голосом.

Элен ещё раз обошла кучу и встала с другой стороны. Она стала всматриваться и, кажется, что-то нашла. Мила, увидев, что Элен подошла к куче, подбежала к ней и стала помогать. Немного приподняв нижний металлический лист, они увидели кеды Билла.

– Нашла, – крикнула Элен.

Куча зашевелилась изнутри, и оттуда стал вылезать Билл.

– Кто вам сказал?! – заорал он, отряхиваясь от песка.

Девочки не ожидали такой агрессии и даже не смогли ответить.

– Меня никто никогда не находил тут! Это Крис вам подсказал?!

– Н-нет, мы сами нашли, честно, – стала оправдываться Элен.

Мила стояла ошарашенная и не могла даже пошевелиться. На неё никогда никто не кричал, и она просто не знала, что делать в таких ситуациях.

– Да, я им ничего не говорил, Билл, – сказал Крис, появившись из ниоткуда.

– Вы, мелкие курицы, признавайтесь быстро! Или сейчас получите! – рявкнул Билл, надевая перчатки зла.

Элен по своей наивности не придумала ничего лучше, как попробовать найти общий язык с обидчиком, используя свой талант.

– У тебя такой красивый чёрный кот дома живёт. Я люблю котов. Как его зовут? – сказала Элен дрожащим голосом и с натянутой улыбкой.

– Что? – опешил Билл.

Билл и Крис переглянулись.

– Так это ты та проклятая ведьма? Хочешь моего кота в жертву принести?! Хочешь крови его попить, а?! А со шкурой что ты будешь делать?! – рассвирепел Билл и стал надвигаться в сторону Элен.

Мила с Элен разрыдались и рванули в сторону детской площадки. Билл и Крис не стали за ними бежать, они просто вслед кричали всякие гадости:

– Бегите, ведьмы!

– Ваше место на костре!

– Мы вам ещё покажем!

– Мы защитим кошек от вас!

Добежав до детской площадки, им казалось, что те всё ещё шли за ними, и они продолжили бежать уже в сторону мини-леса, чтобы спрятаться. Но как только они туда забежали, обе споткнулись о корни, о которых они забыли, и рухнули.

– Билл – плохой, я не хотела с ним играть. Зачем ты меня заставила? – произнесла Элен, всхлипывая и вытирая ручей слёз.

– Я не заставляла. Ты просто смухлевала, вот все и разозлились, – ответила Мила, так же вытирая слёзы и грязь от куртки.

– Ты тоже разозлилась?

– Если бы ты не использовала свою суперспособность, то мы бы могли дольше играть.

– Ах вот так?! Ты сама радовалась, что я такая. Всё, я больше не буду ничего делать никогда.

Они отвернулись друг от друга и обиженно молчали. Немного полежав в грязи, каждой из них пришла мысль. Мила хотела извиниться, но Элен встала и стала осматриваться, будто опять играла в прятки.

– Ты куда? Не уходи, мне страшно, – сказала Мила, подскочив с места.

– Тихо, – промолвила Элен.

– Что такое? Опять мальчики? – никак не могла угомониться Мила.

– Где-то тут маленькое… живое, – произнесла Элен и двинулась на север.

– Маленькое? В той стороне может быть только крыса, – сказала Мила, идя за Элен по пятам.

Элен что-то продолжало вести по следу, словно она собака-ищейка. Когда они подошли к мусорным контейнерам, Мила одёрнула Элен за дождевик и завопила:

– Элен, это дворовая мусорка, тут правда много крыс, и они могут прыгать. Я боюсь, пойдём отсюда.

– Нет, его надо спасти, – буркнула Элен и стала открывать контейнеры по очереди.

– Вдруг нас увидят?

Элен наполовину залезла в контейнер. Шебурша пакетами, она чуть не завалилась внутрь, потянувшись поглубже, но удержалась.

– Если нас увидят, что мы копаемся в помойке, то нас засмеют, и мы никогда не выйдем больше во двор. А мне…

Мила замолчала, как увидела Элен, развернувшуюся к ней, держа в руках порванный свёрток из полиэтиленовых пакетиков, из которого торчала щенячья коричневая мордочка. Они посмотрели друг на друга и опять разрыдались.

Элен подошла к Миле, чтобы та получше его разглядела. Щенок был очень маленький, словно крыска. Даже цветом похож, то ли коричневый, то ли ржавый. Но особо рассмотреть не получалось, потому что он был весь липкий и грязный. Пакеты просто-напросто прилипли к щенку, и отдирать было опасно. Это девочки прекрасно понимали.

– Он такой маленький. И такой бедненький, – умилялась и одновременно огорчалась Мила.

Щенок, услышав голос Милы, повернулся и стал словно тянуться к ней.

– Кажется, ты ему понравилась. Только почему у него глазки не открываются? – спросила Элен.

– Не знаю, нужно у родителей узнать, – ответила Мила и подняла голову, оторвав взгляд от щенка. – Прости меня, Элен. Я больше так не буду. Я теперь всегда-всегда буду тебя слушать.

По их и так влажным щекам снова потекли слёзки.

– Хорошо. Подружки навсегда?

Элен протянула руку.

– Подружки навсегда, – обрадовалась Мила и пожала руку Элен. – Ты возьмёшь его себе? Ведь ты нашла его.

– Мне папа, наверное, не разрешит.

– Ну давай спросим скорее. Вдруг разрешит, и у тебя будет новый друг!

Элен спрятала свёрток с щенком под дождевик, и они с Милой побежали домой.

Позвонив в дверь, Элен надеялась, что откроет мама, но открыл папа.

– Вы где так испачкались, девочки? Что ты там держишь? – спросил Седрик.

– Это… мы нашли. Вот. Можно?..

Элен пыталась быстро достать щенка, но руки будто не слушались, и одежда мешалась. Наконец, спустив до самого низу, она протянула свёрток отцу.

– Можно нам его оставить? Он замёрз и хочет кушать, – неуверенно сказала Элен.

– У него ещё глазки почему-то не открываются, – дополнила Мила.

– Где вы его нашли? Если его выбросили, значит, он очень болен. Вам нужно отнести обратно, чтобы не видеть… В общем, зря вы это. И у нас нет места для собак, – сказал Седрик, пытаясь привести всевозможные аргументы.

– Его нельзя обратно. Он там точно погибнет, – возмутилась Элен.

– Лучше там, чем здесь, – настаивал отец.

– Нельзя так с животными! У него тоже должен быть дом, – крикнула Элен и, развернувшись, пошла куда-то.

– Элен. П-пора кушать. Заканчивайте играть, и иди домой, – воскликнул Седрик.

Мила побежала к Элен, и они пошли в сторону дома Милы. Элен шла и смотрела на щенка.

– Может, тебе разрешат взять его? – спросила Элен у Милы.

– Вроде у мамы аллергия на животных. Но пойдём спросим, вдруг разрешит, когда посмотрит в его глазки. А, ой, забыла, что он их ещё не открыл.

Девочки подошли к дому Милы. Это был обычный одноэтажный дом, обшитый сайдингом, но крыльцо было очень красивым, состоящим из небольших колонн.

Мила постучала в дверь. Открыла мама и сразу увидела щенка.

– Так и знала, что это однажды произойдёт. Что, нашли щенка и не смогли пройти мимо? – сказала мама Милы с улыбкой.

– Это Элен его нашла! Она его увидела третьим глазом. Он лежал в мусорном контейнере в этих пакетах. Мама, его нельзя обратно! – сказала Мила, показывая на свёрток, в надежде умилить маму.

Мама взглянула на щенка и поняла, что её дочь сделала добрый поступок. Ради этого можно было и потерпеть аллергию какое-то время.

– Ладно, заносите. Пусть пока у нас поживёт, а потом найдём ему новый дом.

– Ура! – вместе прокричали девочки.

Зайдя в дом, Элен отдала свёрток с щенком маме Милы.

– Посидите пока на кухне, а я приведу его в порядок. Мила, принеси мне с аптечки таблетки от аллергии, – попросила она.

– Хорошо, – сказала Мила, сбрасывая с себя верхнюю одежду на пол.

Мила рванула на кухню, пока Элен раздевалась и вешала их одежду на вешалку. Из кухни стали доноситься звуки падающих коробок, перемещения стульев и кряхтежа Милы. Уже спустя минуту мимо Элен пронёсся ураган Мила в сторону ванной комнаты с таблетками в руках. Сама Элен постеснялась без Милы идти на кухню и решила стоять в коридоре.

Она осмотрелась по сторонам. Ей нравился дом Милы. Все полы были в коврах, а стены ярких, весёлых цветов. Иногда ей не хватало чего-то подобного.

Вдруг стал доноситься щенячий писк. Мила выскочила из ванной и побежала на кухню, потянув за собой Элен.

– Что там такое? – спросила Элен, садясь за стеклянный стол. – Ему больно?

– Наверное, да. Или нет. Точно не знаю. Мама сказала выйти, чтобы дать ей спокойно снять пакет. А вдруг он… ну, как твой отец сказал. Он ведь выживет, скажи? Ты ведь можешь посмотреть, – спросила Мила, сев напротив Элен.

– Я не знаю.

– Ты же его нашла третьим глазом. А теперь посмотри чем-нибудь ещё, чтобы сказать, что с ним будет хорошо всё, – настаивала Мила.

– Я не умею ещё ничего. Оно само происходит.

– И что же нам теперь делать?! А вдруг он не выживет? Получается, мы зря сегодня на улицу выходили?

– Ну хватит уже, – нахмурилась Элен.

Она подняла глаза и встала со стола. За Милой в дверном проёме стояла мама с щенком в руках. Всё ещё он походил на уличную крысу, но уже чистую.

– Какой он миленький, – произнесла Элен и пошла к щенку, чтобы погладить.

Мила вскочила со стола и подбежала к маме.

– И как он? Он будет жить? А глаза не отмылись, что ли? – стала допрашивать Мила, бросая взгляд то на щенка, то на маму.

– Выглядит он вполне здоровеньким, – сказала мама, – но на всякий случай покажем его ветеринару. А глазки откроются, он просто ещё очень маленький. Поэтому его нужно выходить, чтобы он вырос большим и счастливым псом.

– А как вы его назовёте? – спросила Элен.

– Надо будет подумать над этим. Пусть Мила имя выбирает. Главное, чтобы оно подходило к его внешности, – заключила мама Милы.

– Хм, он коричневый и слепой. Может, Малыш-слепыш или Слеполадка? Как бы слепая шоколадка, – радостно сказала Мила.

– Придумывать названия это не твоё, – заключила Элен.

– Да всё моё, просто надо ещё варианты придумать, – уверенно ответила Мила.

Мила повернулась к щенку и стала его наглаживать. Элен вдруг замерла и стала смотреть на возникшую картину: мама с дочкой и новым питомцем обнимались и гладили друг друга. Обсуждали приятные планы. В их доме чувствовались любовь и тепло. Ей стало вдруг так грустно.

– Мне нужно идти домой, – промолвила Элен.

– А завтра ещё погуляем? – радостно спросила Мила, не отрываясь от щенка.

– Не знаю.

Все вместе направились в прихожую, чтобы проводить Элен. Она надела обувь, повернулась к шкафу, затем повернулась к маме Милы.

– Можно мне открыть шкаф? – попросила Элен.

– Конечно. Чего спрашиваешь? – удивилась мама Милы.

– Нельзя залезать без спроса в чужие шкафы, – заявила Элен.

– Ты молодец, это правильно, но здесь ты можешь не спрашивать. Мы тебя хорошо знаем и всецело доверяем, – успокоила мама Милы.

Элен оделась и взяла дождевики.

– До свидания, – сказала Элен.

– До свидания, Элен. Спасибо тебе за щенка. Ты сделала очень доброе дело, – похвалила мама Милы.

Элен едва заметно улыбнулась и прибавила:

– Пожалуйста.

– Да, спасибо тебе за «кофейное зёрнышко». Когда он вырастет, будем вместе с ним гулять в парке, – сказала Мила.

– Хорошо. Пока, – произнесла Элен и вышла на улицу.

На улице была погодка под стать настроению Элен. На небе висели тяжёлые тучи, с которых шла противная морось. Всё вокруг обрело тёмно-серый цвет. Казалось, что уличные фонари – и те светили серыми оттенками. Атмосфера этого вечера буквально добивала её, как бы говоря: «Сегодня идеальная ночь, чтобы прорыдать до утра в подушку».

Подойдя к своему дому, Элен подняла руку, чтобы постучать в дверь, но остановилась. Она задалась вопросом: кто откроет дверь сейчас? Спустя короткое время она уверенно постучала. Дверь медленно открылась.

– Мы уже начали волноваться, – сказала Элеонора.

Элен молча вошла в дом и стала раздеваться.

– Завтра побудешь дома, – сообщила мама.

– Понятно.

Возникла небольшая пауза.

– Где щенок? – поинтересовалась мама.

Элен немного не ожидала такого вопроса, но честно ответила:

– Он у Милы.

– Я рада, что он нашёл дом.

– И я, – произнесла Элен, убрав всю верхнюю одежду в шкаф.

– Элен…

Элен подняла виноватые глаза на маму.

– Щенок красивый?

– Да, очень, – сказала Элен, немного растаяв. – Он почти весь шоколадного цвета, кроме спинки. Там белое пятнышко сверху, будто молоком капнули. И хоть глаза ещё не открылись, но у него уже такой умный взгляд.

Элеонора рассмеялась.

– Разве так бывает? Какая ты у нас забавная, – сказала мама.

Они крепко обнялись и пошли вместе готовить ужин. Пока готовили, обсуждали нейтральные темы, будто и не было никакой проблемы. Словно они обычная семья, как было до дня Икс. Когда всё было готово, пришёл отец и все сели за стол.

– Приятного аппетита! – пожелали друг другу члены семьи Рэй и принялись за еду.

– М-м, очень вкусно. Вы это вместе готовили? – спросил Седрик.

– Да, Элен мне помогала. Кажется, у нашей дочки есть талант в готовке, – гордо сказала Элеонора.

– О, это здорово. Будешь поваром, когда вырастешь? В нашем городе как раз нехватка толковых специалистов в ресторанном деле.

В ответ был лишь звон тарелок и вилок.

– Элен, ты почему не отвечаешь отцу на вопрос? – с напором спросил Седрик.

– Седрик, будь мягче. У Элен сегодня был непростой день, – сказала Элеонора.

– Это всё из-за щенка? – спросил Седрик, поумерив пыл.

– Ну… да, – сказала Элен.

Седрик на мгновение замолчал и задумался.

– Ты думаешь, что я совсем бесчувственный? – тихо произнёс он.

Элен скромно пожала плечами.

– Я поделюсь с тобой своей историей, – стал рассказывать отец. – В детстве мне подарили пса. Это был красивый кобель породы пудель благородного чёрного цвета. Его звали Мэнсон. Мы с ним сразу отлично поладили. Я ухаживал за ним и тренировал его, чтобы он был умным и здоровым. А когда я болел, он ухаживал за мной. Вылизывал мне лоб, чтобы спадала температура. И знаешь, это помогало. Он мне всецело заменил родителей и друзей.

Элен внимательно слушала историю и даже перестала кушать. Отец продолжал делиться прошлым:

– После долгого периода я выздоровел. А через две недели Мэнсон сильно заболел. Ветеринары ничего не могли сделать. Они говорили, что у него редкое заболевание, которое бывает лишь у одной собаки из ста тысяч. Я им не верил. Это не может происходить со мной. «Почему именно я?» – спрашивал я себя. Спустя ещё две недели не стало Мэнсона. Из него просто что-то высосало жизнь. Я не мог прийти в себя целый год. Как ты понимаешь, после этого я не заводил себе никакое животное. Потому что их уход ничуть не проще, чем уход самого близкого человека. Поэтому я не хочу, чтобы ты пережила то же самое. Это очень тяжело.

Элен сжала губы, а по её щеке потекла слезинка, которая капнула в тарелку с салатом.

– Не нужно было тебе рассказывать эту историю на ночь, Седрик. Элен у нас девочка очень чувствительная, – расстроилась Элеонора.

– Не все же животные умирают от болезней, – промолвила Элен дрожащим голосом. – Мила и её родители выходят щенка, и он будет здоровым.

– То есть вы отнесли его в дом Милы? – огорчился Седрик.

– Да, ей разрешили его оставить, – обиженно сказала Элен.

– Ну, пусть потом не расстраиваются. У щенка, пролежавшего под дождём неизвестное количество времени без еды и воды, мало шансов на выживание.

– Седрик, – спокойно сказала Элеонора, намекая, что пора бы прекратить спор.

Седрик откинулся назад и стал ковыряться ложкой в остатках еды в тарелке.

– Элен, расскажи лучше, как погуляли с Милой? – отвлекала мама.

– Плохо. Мы пошли в дальний двор, и там были плохие мальчики, которые ругались и потом стали на нас кричать.

Элеонора нахмурила брови и немного наклонилась вперёд, но тут вклинился отец:

– Так, это что за мальчики такие?

– Они с другого двора пришли. Мы стали играть в прятки, и мне сказали водить, потому что я новенькая.

– И что дальше? То, что ты новенькая, не значит, что на тебя надо кричать, если ты где-то что-то не поняла. Безобразие. Неужели у нас тут завелись хулиганы? – недоумевала Элеонора.

– Ну, они разозлились, что я их всех нашла, – сказала Элен.

– Что-то я не понимаю. Ты же честно играла? Или они не умеют проигрывать? – недоумевал Седрик.

– Я… ну, нашла их… по картинкам, – призналась Элен.

– Ты опять использовала свои странные способности? Ты это хочешь сказать? – подвёл итог Седрик.

Элен виновато помотала головой.

– Ты что, издеваешься надо мной? Зачем ты это делаешь?! Неужели ты не можешь нормально хотя бы поиграть? – стал повышать голос Седрик.

– Седрик, спокойнее, – сказала Элеонора усмиряющим тоном.

– Элен, ты понимаешь, что из-за тебя у нас совсем не останется друзей? Скоро все узнают о нас и будут везде тыкать. Нельзя, чтобы на моей работе пронюхали про это. Иначе мне просто жизни там не дадут, – воскликнул Седрик, понизив голос.

– Седрик, – протяжно окликнула Элеонора.

– Почему ты её защищаешь? Надо что-то решать с её странностью.

– Седрик, не при ребёнке. Я тебе это уже неоднократно говорила.

Седрик скрестил руки, закинул ногу на ногу, образуя четвёрку, и отвёл взгляд.

– Элен, родная, если докушала, иди к себе в комнатку. Я к тебе скоро приду и почитаю сказку на ночь, – сказала Элеонора.

– Хорошо, мама.

Элен встала со стола, взяла свою тарелку, отнесла её в раковину и пошла к себе в комнату. Зайдя в комнату, она закрыла дверь, чтобы не слышать ссору мамы и папы. И хотя они остались на кухне на первом этаже, периодически были слышны громкие возгласы отца, которые сразу гасила мама. В это время Элен переодевалась в пижаму и всячески старалась издавать больше шума, чтобы максимально не слышать, что творилось внизу.

Спустя время возникло затишье. Элен уже лежала в своей мягкой кроватке и ждала маму. Она стала думать обо всём, что произошло за этот насыщенный день. О том, что и кто ей сказал. О том, как сказал. Это был однозначно плохой день. Слишком много плохого случилось. Слишком много злых слов было сказано в её сторону.

«А, может, я и правда плохая? – подумала Элен. – Вдруг я делаю только хуже своими талантами?»

В это время в комнату вошла мама. На часах было 23:23.

– Ещё не спишь? – поинтересовалась мама.

– Нет, жду тебя, без сказки ведь не усну, – сказала Элен.

Мама взяла стул и села рядом с кроватью. За окном шёл небольшой дождик и аккуратно постукивал по стеклу. В комнате светил уютным тёплым светом светильник.

– Какую ты хочешь сказку сегодня? – выясняла мама.

Элен ненадолго задумалась.

– Сказку про колдунью, которую все любили и никто не обижал.

Элен поджала губы и закрыла пол-лица одеялом. Мама же наклонилась к ней и стала гладить по голове.

– Моя ты нежная девочка. Ты сегодня совершила очень хороший поступок. Я так горжусь тобой. И всё благодаря твоим особенным способностям.

– Но очень много кого они злят.

– Не нужно об этом сильно переживать, родная. От этого тратится много твоей энергии, и на другие дела уже может не хватить.

Элен убрала одеяло с лица и спросила:

– Как это?

– Представь, что энергия – это вода, и находится она в колбе.

– Представила.

– А рядом стоят пять мисок. Это друзья, соперники, обучение, семья, дела. Но у тебя есть ещё шестая миска, это… Как же её назвать?

– Может, третий глаз?

– Пусть будет третий глаз. И только тебе выбирать, в какую миску налить воду. Если ты будешь отдавать много воды в миску соперникам, то на другие миски может уже не хватить. Поняла? – по-доброму улыбнулась мама и наклонила голову.

Элен опустила брови и заморозила взгляд.

– Да, я поняла, – сказала Элен и лишь раз моргнула. – А от рук может идти энергия?

– Трудный вопрос. А почему ты спрашиваешь?

– Иногда, когда я хочу чего-то коснуться, рукам становится горячо. Будто, если коснусь, ударит током. И голову начинает немного трясти, как на день рождения.

– Это что-то необыкновенное. Думаю, нам нужно с тобой узнать об этом. Может, это описано в тех книжках, которые я тебе купила? А пока мы не узнали, будь аккуратнее с прикосновениями. Не трогай лишнего.

– Хорошо, мама. Спасибо тебе!

Элен потянула руки, чтобы получить объятия. Мама наклонилась вперёд и крепко обняла Элен, нежным голосом прибавив:

– Всё будет хорошо. Вот увидишь. Твой ангел-хранитель всегда с тобой. Он не даст тебя в обиду.

– Правда?

– Конечно! – промолвила мама, выпрямившись. – Ты просила сказку про колдунью? Я знаю одну. Ложись поудобнее, сейчас я тебе её расскажу.

Элен легла на бок лицом к маме и подложила руки под голову.

– Сказка про добрую колдунью, – начала рассказывать Элеонора. – Однажды в одном городишке появилась колдунья. Она стала просить мэра разрешить ей жить здесь. Он разрешил, но с условием, что она не будет творить магию. И если он узнает, что она нарушила правило, то он изгонит её из города навсегда. Она поселилась на самой окраине города в небольшой каменной хижине, чтобы быть подальше от людей. Но спустя время народ прознал, что в городе появилась колдунья. Одни требовали изгнать её из города, другие хотели получить от неё помощь. Ни те ни другие не давали ей покоя, и так как колдунья была очень доброй, вскоре она стала принимать людей, которым требовалась помощь. Выстраивалась целая толпа перед её домом. Они ждали часами, лишь бы попасть к ней. Те, кто требовали изгнать её, спустя время так же встали в очередь, чтобы решить свои проблемы. Одни хотели вылечить свои давние болезни, другие мечтали найти хорошего мужа, третьи желали узнать будущее. Всем колдунья помогала. Но была одна пожилая женщина, которая не прекращала требовать изгнания колдуньи. Она всячески старалась собрать толпу приверженцев, крича на главной площади. Она даже смогла попасть на приём к мэру, требуя изгнания. Мэр же никак не реагировал, ведь в основном народ колдуньей был доволен. Тогда пожилая женщина решила узнать, почему к колдунье ходит столько людей. Она пришла к ней и попросила принять её без очереди, ведь она стара и слаба. Колдунья была доброй и пустила её. Пожилая дама стала жаловаться на свои болезни и просила помочь ей. Колдунья выслушала её и сказала, что её недуги очень тяжелы. Ей поможет только колдовское зелье. Женщина согласилась. Колдунья попросила подождать её несколько часов, пока она варит зелье. Дама была готова ждать сколько угодно, лишь бы зелье вправду помогло. Колдунья ушла в другую комнату, а она осталась. Женщина сидела и осматривала комнату. Взор её пал на окно, за которым виднелась толпа.

«Неужели колдунья правда всем помогает? Неужели её зелья и колдовство работают?» – думала старушка.

Спустя время колдунья вернулась к пожилой женщине и протянула зелье ярко-зелёного цвета. «Это излечит все ваши недуги», – сказала колдунья и проводила даму к выходу. Женщина долго сомневалась, пить ли ей это зелье, не отрава ли это? Но она решилась, и спустя три дня боли в её теле ушли навсегда. Пожилая дама не верила произошедшему.

«Значит, это правда, – подумала она, – её колдовство работает».

В этот же день она пошла к колдунье и отстояла огромную очередь, чтобы поблагодарить её. Женщина больше никогда не порочила честное имя доброй колдуньи и жила спокойно свою жизнь.

– А что мэр? – спросила Элен.

– Мэр? Хм… мэр и его жена долго не могли родить ребёнка. Она убедила своего супруга попробовать последний способ – колдовство. Они позвали колдунью к себе и попросили помочь. Колдунья была добрая и согласилась излечить недуг. Она сварила для жены мэра зелье и отдала его ей. Спустя год мэр и его жена пришли в хижину к колдунье, держа в руках своего ребёнка. Они благодарили её со слезами радости на глазах. За её поступок мэр предложил построить для неё большой дворец, но она отказалась, ведь она помогала людям не ради награды. Тогда жена мэра сказала, что назовёт ребёнка именем, которое назовёт колдунья. Колдунья назвала имя и сказала, что оно очень сильное и даст много сил, ведь в будущем он станет королём. Конец.

– Какая хорошая сказка. Я тоже хочу быть доброй колдуньей и помогать людям просто так, – восхитилась Элен.

– У тебя доброе сердце, Элен. Я знаю, что ты готова всем помогать и будешь, но береги себя. Если ты будешь слаба, ты не сможешь помочь людям. Не принимай близко к сердцу злые слова. Я знаю, что они ранят. Знаю, что это обидно, но научись не реагировать. Используй свою силу, когда попросят, ведь люди могут по-разному относиться к этому.

– Как и в сказке, пожилая женщина тоже злилась на неё, но потом она помогла, и она стала тоже доброй.

– Именно так, милая. А теперь засыпай и набирайся сил. Спокойной ночи, – сказала мама, поцеловав Элен в лобик.

– Спокойной ночи, мама.

Мама вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Элен уснула не сразу. Она обдумывала сказку и то, что сказала мама. Лишь спустя полчаса её веки потяжелели, и она не заметила, как провалилась в глубокий сон.

На следующий день Элен проснулась с приподнятым настроением. Будто ничего неприятного с ней не случилось вчера. В окно пробивались тёплые солнечные лучи, раздвигая холодный комнатный воздух. Она сразу же побежала на кухню, где мама уже готовила завтрак.

– Привет, мама. Чем это пахнет?

– Доброе утро! Варю кашу на молоке. Она будет полезна для твоего ума и тела.

Вдруг настроение Элен упало.

– А может, я лучше без завтрака сегодня буду? – заворчала она.

– Не выдумывай. Ты ещё даже не попробовала, а уже отказываешься. Садись давай за стол.

Элен села за стол с недовольным лицом и сказала:

– Дети едят кашу только в наказание.

Мама молча положила тарелку каши на стол и пододвинула к Элен. Пар и запах направились к носу Элен.

– Ну что такое-то? – сказала Элен, отвернувшись от тарелки.

– Что ты сегодня вредничаешь, дочка? Возьми ложку и попробуй. Если не понравится, сделаю тебе тосты с чаем.

Элен взяла ложку двумя пальцами так, будто держит использованный памперс, и ткнула в гущу кукурузной каши. Потом медленно, так же двумя пальцами, подняла ложку, с которой стекала каша в тарелку. Перевернув ложку в горизонтальное положение, она потянулась и съела половину ложки каши. Её нахмуренные брови расправились, а лицо даже посветлело.

– Ого. Вкусно-то как! – крикнула Элен.

– Конечно, я же тебе не овсяную кашу сделала, а кукурузную. Она послаще.

Элен взяла ложку крепко в кулак и стала поедать кашу, как голодный щенок.

– Элен-Элен, тише, не подавись.

– Не отвлекай, мам. Мне силы нужны.

Спустя сорок секунд на столе стояла уже пустая тарелка.

– А ещё есть? – спросила Элен, облизывая губы.

– Нет. Я сделала немного, чтобы ты просто попробовала. Могу сделать тебе тосты.

– Не хочу тосты. Лучше завтра ещё каши свари.

Мама рассмеялась.

– Хорошо, приготовлю, – прибавила она. – А теперь иди в ванную, смой с себя ночь и выходи на улицу. Я кое-что для тебя приготовила.

– И что же?

– Можешь попробовать отгадать, а лучше выходи, и приступим.

Элен взяла тарелку, быстро отнесла её в раковину и побежала умываться. Умывшись, одевшись, она выскочила на улицу, где её уже ждала мама на заднем дворе дома. В тот день была отличная погода, хоть и прохладно. На небе не было ни единого облачка, лишь чистое светло-голубое небо.

– Это что, испытания? – догадывалась Элен.

– Всё верно. Я взяла твою книгу по экстрасенсорике и прочла пару страниц. Узнала много нового. Поэтому тебе нужно тренироваться, чтобы у тебя стало лучше получаться.

– Ух ты, здорово! Сегодня лучший день в жизни.

– И твоё первое задание – чтение будущего. Попробуй сосредоточиться и увидеть, что будет завтра. Если пройдёшь все испытания, пойдём смотреть диски с фильмами про всевидящих.

Элен подняла взгляд наверх и стала тереть подбородок. Взгляд был серьёзный, ведь ей очень нужно было отгадать. Она нахмурила брови и устремила взгляд вдаль, будто пыталась что-то увидеть в небе. Увы, это не так работало. Прошло пять минут, и Элен не увидела ничего. Она посмотрела на маму и сказала:

– Не получается.

– Не расстраивайся, это было сложное задание. Давай попробуем то, что у тебя получается немного получше. Я на нашем дворе спрятала один предмет. Тебе нужно описать, как он выглядит, и найти.

– Ох, это ещё сложнее.

– Ты, главное, начни, а там само пойдёт.

– Даже не знаю, с чего начать. Есть какая-то подсказка хотя бы?

– Попробуй найти без подсказок. Вот как ты щенка нашла?

– Я не знаю. Я почувствовала. И появилось ощущение, будто знаю, куда идти.

– А картинки появлялись?

– Немного. Всё так размыто, будто пытаешься что-то вспомнить, как выглядит, но не можешь.

– Очень интересно, – восхитилась мама. – Однако тебе нужно научиться управлять своими силами. Тебе это пригодится в будущем. Постарайся почувствовать предмет, который спрятан. Если тебе поможет, то я его спрятала совсем недавно.

Элен стала думать о том, как раньше находила или отгадывала предметы. До этого предмет был перед ней, а сейчас он неизвестно где и неизвестно, как выглядит.

«Как же заставить работать эту способность?» – думала Элен.

Элен вдруг вспомнила, что в один из дней, чтобы угадать, где мама, она взяла её личную вещь.

«Хм, а может ли у вещи быть своя вещь?» – размышляла Элен.

Элен подошла к маме поближе. Немного постояла. Затем пошла по двору, останавливаясь у разной мебели, но сомневаясь, шла дальше. Вернувшись к маме, она с грустью помотала головой.

– Кажется, для первого раза я тебе устроила слишком сложные испытания, – признала мама. – Попробуй теперь поискать с подсказкой. Тебе нужно искать своего фиолетового зайку.

У Элен в голове возникло нечто неуловимое. Будто та мысль, которая убегала в голове и не давала себя поймать до последнего. Она стала цепляться за неё всеми силами.

Она закрыла глаза. Стала думать о своей игрушке. Пыталась вспомнить детали зайчика, с которым раньше она часто засыпала. Вдруг среди темноты мелькнуло что-то… цветное, яркое. Размытая картинка появилась на мгновение. Это определённо было что-то фиолетовое. Вспышка. На миллисекунду появилась более чёткая картинка, и Элен успела её разглядеть. Она открыла глаза и повернулась к маме.

– Мне пришла картинка зайки с одним повисшим ухом, – сказала она.

– Умница, Элен! Ты смогла! – порадовалась мама, схватив Элен за плечи. – Теперь попробуй найти его. Он спрятан здесь, во дворе.

Элен стала осматривать двор и думать о фиолетовом зайчике. Во дворе было много мест, куда можно было спрятать зайку. В левом углу двора стоял сарайчик, где лежали все папины инструменты. Рядом с ним была скамейка с подушками и пледом. С другой стороны стоял крытый каменный мангал с ящиками и прочими удобствами. От него шла тропинка к площадке со столом и стульями. А ещё по двору были расставлены пустые вазы из мангового дерева. Теоретически туда могла поместиться одна мягкая игрушка. И в целом игрушка могла быть где угодно. Поэтому нужно просто постараться почувствовать. Она вновь стала думать о своём зайчике и пообещала себе, что как только найдёт, обязательно возьмёт его с собой в постельку.

– Ну же, шестое чувство, работай, – прошептала Элен себе под нос и нахмурила брови.

Ощущения были неоднозначные. Всё не так, как было с щенком. Сомнения одолевали с большой силой. И чем больше она думала, тем сильнее они нарастали. Элен отошла от мамы и пошла в центр двора. Там она стала смотреть по сторонам. Мама осталась наблюдать за происходящим. Элен вдруг ощутила, что её будто ведёт в левую сторону, там, где стоят скамейка и сарай. Она медленно двинулась в ту сторону.

– Ты молодец! Идёшь в верном направлении, – сказала мама, чтобы дать ей немного уверенности.

На пути стояла одна из деревянных ваз. Элен, подойдя к ней, остановилась. Во дворе стало ощущаться напряжение. Мама начала немного переживать. Она надеялась, что Элен пройдёт мимо вазы, ведь она пошла в верном направлении. Элен немного постояла и двинулась дальше. Мама поуспокоилась. Она была рада, что та всё ближе к игрушке.

Элен подошла к сараю и остановилась. Теперь ей нужно было определиться, в каком из двух мест лежала игрушка. На скамейке буграми лежал плед и были неаккуратно разбросаны подушки. А в сарае было слишком темно, чтобы что-то увидеть. Зайка мог лежать в любом месте.

«Как узнать точно, где предмет?» – ломала голову она.

Это, казалось, невозможно. Элен не могла определиться. Находясь почти у цели, она не могла сказать точно. Она сделала несколько шагов назад. Ничего. Сделала пару шагов вперёд и подошла вплотную к двери сарая. Ничего… Элен почувствовала обиду и беспомощность. Ни с одним заданием она сегодня не справилась.

– Милая, ты у цели! – поддерживала мама издалека. – Покажи рукой, где лежит зайка?

Элен поджала губы. Медленно прислонившись лбом к двери, она громко заплакала. Горькие слёзы потекли рекой. Мама побежала к дочери, чтобы успокоить её.

– Тише-тише, родная. Всё хорошо. Ты была очень близко. Ты у меня такая молодец, – произнесла мама, заковав Элен в объятия.

– Я, я… у меня ничего не… – рыдая и заикаясь, пыталась сказать Элен.

– Я горжусь тобой! Это хороший результат. Нам просто нужно пойти посмотреть диски. Думаю, там мы узнаем все тонкости этого непростого дела.

Элен до того разрыдалась, что у неё перехватывало дыхание.

– Всё-всё, милая. Потихоньку успокаивайся. Ничего страшного не произошло, – сказала мама, поглаживая спинку дочки.

Спустя пару минут Элен стала понемногу успокаиваться и убрала голову с плеча мамы, чтобы вдохнуть воздуха.

– Я не нашла зайку. Я не заслужила смотреть диски, – промолвила Элен.

– Ещё как заслужила. Меня устроил такой результат, поэтому я засчитываю тебе это испытание. И потом, мы должны посмотреть видео, чтобы ты стала лучше разбираться. Нельзя блокировать тебе доступ к знаниям. Даже если они совсем антинаучные.

– Что такое антинаучные?

– В университете сама узнаешь. А теперь бери своего зайку, идём умываться и смотреть диски.

Мама потянула плед, и оттуда выглянул тот самый фиолетовый зайка с обвисшим ухом. Элен взяла его, обняла и сказала:

– Прости, зайка, что не нашла тебя. В следующий раз я буду лучше.

Вдвоём они направились домой. Элен умыла лицо прохладной водой, но ещё какое-то время всхлипывала. Спустя час подготовки к просмотру они собрались в зале, чтобы выбрать, что посмотреть.

– Ну давай с тобой выбирать. У нас есть «ЭСВ» и «Природа парапсихологии», – сказала мама, демонстрируя в руках диски.

– А где «Мир мёртвых»?

– Не буду скрывать, но я хочу, чтобы ты немного подросла для этого диска. Наверное, зря я его купила. Я считаю, нам лучше сначала разобраться с основами. Мёртвые подождут. Давай начнём с «ЭСВ». Судя по описанию, это то, что нам нужно.

Мама достала диск с упаковки. На неё сразу же накинулся особый запах нового, но дешёвого пластика. Она отмахнулась, затем вставила диск в видеоплеер. На экране забегали белые полосы. Потом появилось чёрно-белое изображение компании, которое немного дёргалось, будто запись была очень старая.

Мама села на диван, а Элен легла на пол около мамы. Когда изображение исчезло, по нарастающей заиграла мистическая музыка. В основном это был плавающий гул со звуками, будто из другой вселенной. В комнате воцарилась жутковатая атмосфера. Того и гляди, как комнату заполонит густой туман, а из пола полезут мертвецы. Вдруг на экране забегали разные фрагменты из научного центра, и заговорил диктор с плохим качеством записи:

– ЭСВ, или экстрасенсорное восприятие. Один из феноменов, которые до сих пор не изучены, наравне с шаровыми молниями и инопланетянами. Однако это не отменяет того факта, что это встречается на нашей планете с постоянной периодичностью. Наша команда серьёзно занялась исследованием, и спустя пять лет усиленной работы нам есть что вам сказать.

В конце фразы изображение и звук сильно исказились, будто порвалась плёнка и молния попала в аппаратуру. Но всё быстро исправилось, и начался новый кадр. На экране появился лысый ведущий в белом халате и с белыми очками. Он стал ходить по разным кабинетам, где была странная аппаратура, и рассказывать с постоянно опущенными вниз руками, лишь изредка поправляя очки.

– Сначала определим, какие разновидности ЭСВ встречаются. Мы разделили их на три группы. Перед этим обозначим пару моментов. Эти группы не имеют жёстких рамок. У одной группы может присутствовать черта от другой группы. Более того, известен один случай, когда у человека были активны все три группы. Это был универсальный комок энергии, способный на всё. Также известно, что он прожил ровно сто лет и физически умер около века назад в собственной постели. Другой момент затрагивает энергию. Люди с экстрасенсорными способностями получают особую энергию и могут преобразовывать её, пропуская через себя, в другую, обработанную энергию. Они, словно соковыжималка, получая апельсин, на выходе выдают сок. И все три группы преобразовывают энергию, трансформируя её под свои нужды, отличаясь способами реализации этой энергии.

На экране появился рисунок, разделённый вертикально на три части. В каждой из частей человечек рукой принимал энергию из красной тучи, висящей над ним. В первой части человечек выпускал из обеих рук энергию уже зелёного цвета вперёд, будто стрелял ею. Во второй части человечек, стоя на некой шкале с цифрами, расставил руки в разные стороны. Зелёная энергия, испускаемая из рук, сформировала ауру вокруг него. В третьей части человечек направил зелёную энергию в землю. С другой стороны земли стоял в такой же позе, но фиолетовый человечек. Словно это такой же мир, но отзеркаленный.

– Как мы видим, к первой группе относятся экстрасенсы, отдающие энергию, влияя физически на этот мир. К ним относятся исцеление и телекинез. Экстрасенсы второй группы оставляют энергию в себе, формируя временну́ю ауру вокруг себя. Образно, они оказываются на шкале времени, и чем больше аура, тем дальше они видят прошлое, настоящее и будущее; и тем больше им открывается информации о всех сущностях этого мира. В третьей группе экстрасенсы отдают энергию в иные миры. Они могут призывать различные силы в наш мир, общаться с ними, а также могут влиять на магию тьмы.

В кадре вновь появился ведущий, но почему-то без очков и… бровей. Мама и Элен переглянулись.

– Для работы таким тонко чувствующим личностям всегда приходится прибегать к «усилителям сигнала». Зачастую они проводят различные обряды. Одни используют огонь и свечи. Другие используют музыкальные инструменты. А кто-то пускает свою кровь или делает жертвоприношение. Им приходится это делать, чтобы усилить свои способности. Помимо этого, они носят с собой магические аксессуары. Обычно это кольца и медальоны. Давно известно, что металлы и камни хранят в себе энергию. Они влияют на своих хозяев. Дают им силу, но определённые могут и забирать. Третья группа выбирает более специфические аксессуары: черепа, пепел, землю мёртвых.

Заиграла более динамичная музыка, даже весёлая. А кадры сменялись фотографиями аксессуаров.

– Мам, я не хочу делать никакие обряды, – сказала Элен, помотав головой.

– И не надо. Давай мы лучше тебе потом купим кольцо красивое.

Диктор вновь появился в кадре и продолжил монолог:

– Энергию несут в себе множество сущностей, от камня и дерева до зданий и планет. Но это не самое интересное, что мы выяснили. После долгих исследований и испытаний информация подтвердилась – энергия содержит память. Говоря простым языком, обычный кирпичик, который ранее был частью здания, имеет энергию и содержит историю этого здания. Такие предметы мы называем энергообъектом. Их может ощущать и считывать только человек с ЭСВ. Тем не менее, как нам известно, для особо чувствительных экстрасенсов энергообъекты несут риск. К ним стоит прикасаться с осторожностью. Таких людей может настигнуть обморок или даже смерть.

Элен побелела, а мама не на шутку начала волноваться, но виду не подала.

– К энергообъектам может относиться практически любой объект, не созданный из искусственных материалов. Самую большую энергию в себе содержат люди, особенно в таких частях тела, как ладони, область сердца и виски. Также это предметы, ставшие свидетелями большого эмоционального потрясения, будь то катастрофа, убийство и тому подобное. Эти сильные эмоции впитывает предмет и меняет энергию с позитивной на негативную. Поменять энергию обратно очень трудно и долго. Могут уйти века на это.

В кадре появилась женщина, по всей видимости – экстрасенс. Она стояла за стенкой и вытянула руку вперёд. Казалось, будто она хочет коснуться её, но это она так сканировала и пыталась понять, что находится за стенкой. Почему-то в кадре не показали, угадала она или нет.

Элен посмотрела на свои ладони и вернула взгляд на телевизор. Начался новый кадр с лысым ведущим, только теперь он был в очках сварщика.

– Мы затронули почти все аспекты ЭСВ и зашли достаточно далеко, но мы забыли о самом главном. О начале пути, о зарождении таланта. Откуда берётся эта сила у людей? Врождённая способность или есть случаи приобретения при жизни? Мы всё выяснили. Пять лет экспериментов дали множество ответов. Возможно, мы узнали то, что не нужно было знать никому.

Заиграла зловещая музыка. Представился замок в подземелье, где чёртики творили зло. Варили в котлах зелья и мучили кого-то. Но на экране показали ведущего крупным планом.

– ЭСВ существует тысячи лет. В каждом племени был колдун, предсказывающий события, и целитель, излечивающий тела и души. Эти способности по цепочке поколений передавались дальше по роду. И хотя сейчас наступила эра технологий и прагматизма, малый процент людей, которым передались способности от далёких предков, живут вместе с нами.

«Прабабушка…» – подумала Элен.

– Они выглядят как обычные люди. Ходят среди нас, работают вместе с нами. Их сложно опознать. Но они видят этот мир иначе. Чувствуют по-другому, словно у них вырос ещё один орган чувств. В народах такое давно называют «третий глаз». Такие способности могут появиться из-за сильного физико-химического воздействия на организм, например удар сильным током, клиническая смерть. Но не пробуждает ли это в теле уже существующие, но спящие гены предков? Вопрос, на который мы не можем ответить с точностью. Для этого нам нужно продолжить свои исследования с людьми, обладающими сверхспособностями. Если у вас, дорогие зрители, есть подозрение на ЭСВ, сообщите нам об этом, и мы поможем во всём разобраться, а вы поможете нам.

На экране на чёрном фоне появилось классическое «конец», и, наконец, жуткая музыка перестала играть. Мама и Элен ещё пару минут молчали, обдумывая всё сказанное в фильме. Элен первая прервала тишину:

– Мама, я хочу ещё больше знать про всё это. Я буду много учиться.

– Не забывай, родная, что помимо этого тебе нужно получить школьное образование. Так что тебе придётся учиться гораздо больше.

– Думаешь, мне уже можно идти в школу?

– Я думаю, что уже пора заняться этим вопросом. Прошло достаточно времени с твоего больничного. Директор школы и так не в восторге от этой ситуации. Завтра пойду к ней посоветоваться, она всё же педагог. А на анализы к доктору Ричарду мы будем ездить после уроков.

Элен разволновалась, что ей придётся идти в школу. За время больничного она много пропустила уроков и почти всё забыла. Одно утешало, что там были её друзья.

– Как тебе фильм? – спросила мама, выключая телевизор.

Элен приподнялась и села рядом на диван.

– Жутковатый, – сказала она. – Но я кое-что узнала.

– Поделишься?

– Прабабушка. Мне мои таланты от неё достались.

– Да уж, не поспоришь. Что ещё?

– Ещё, что такие, как я, были всегда. Они лечили людей и могли вызывать дождь.

– Про дождь мы точно не знаем, но, возможно, было и такое. А я узнала, что ты относишься ко второй группе экстрачувствительных.

Элен состроила недоумённую моську.

– Рисунок помнишь? Там были три группы. Ты у нас лечить людей и вызывать духов не умеешь, но зато можешь угадывать, где лежит предмет.

– А, точно! А ещё что некоторые вещи нельзя трогать, руки, камни и чьи-то вещи. А то будет как на мой день рождения или даже хуже.

– Да, оказывается, это всё серьёзно для вас. Нужно подумать, как тебе себя обезопасить, а пока ничего не трогай.

– Ага, а то ещё ударит «током».

– Вот точнее не назовёшь, – сказала мама, встав с дивана. – А теперь давай всё убирать, пока папа не увидел это.

Мама взглянула на часы. На часах было 14:14.

– Ещё несколько часов до его прихода. Давай его сегодня не будем расстраивать. Приготовим ужин и вместе посидим, – сказала мама, положив руку на плечо Элен.

– Хорошо, я хочу помочь тебе нарезать салат.

– Надеюсь, огурцы не считаются мощными энергообъектами, – пошутила мама, и Элен засмеялась.

На следующий день, пока Элен спала, мама пошла в школу для беседы с директором. Там сказали, что Элен нужно возвращать в школу. Ей, как и любому ребёнку, нужно учиться вместе со сверстниками. Маму это убедило, ведь и правда дочери не хватало общения. Социализироваться – очень важно и полезно в это время. И если дотянуть вопрос, то Элен станет белой вороной… ещё сильнее. Директор уверяла, что всё будет хорошо и она проконтролирует, чтобы уровень знаний ей подтянули. Мама согласилась и обещала привести Элен уже в понедельник. Элен эта новость не сильно обрадовала. Она переживала все выходные о том, как всё пройдёт и всё ли будет хорошо. Точно ли она сможет догнать учебную программу?

В воскресенье вечером перед сном в комнату Элен пришли мама и папа.

– Элен, ты не спишь? – сказал он.

– Нет, папа. Не могу уснуть.

– Не нужно переживать из-за ерунды, – причитал Седрик. – Завтра ты пойдёшь получать необходимые знания. А на переменах будешь общаться со своими друзьями. Это самое счастливое время в жизни.

Почему-то это сработало, и Элен стало немного спокойнее.

– Обещай, что завтра принесёшь пятёрку.

Та одобрительно кивнула головой.

– Вот и молодец. Спокойной ночи, дочь. Мне тоже пора спать. Завтра важная проверка приезжает, и нужно быть во всеоружии.

– Спокойной ночи, папа.

Отец включил ночник и выключил основной свет. И выходя из комнаты, пока мама поправляла одеяло, задержал взгляд на Элен. Он немного улыбнулся и вышел. Мама села на кровать, взяв за руку Элен.

– Не переживай. Всё завтра пройдёт хорошо, – успокаивала она.

– А вдруг у меня что-нибудь не получится? – переживала Элен.

– В любом случае это нестрашно.

– Но…

– Милая, ты же не в первый класс идёшь. Ты уже некоторых ребят знаешь. И ты у нас не глупая, программу догонишь быстро. Я уверена, что завтра всё будет хорошо.

Элен одобрительно покивала головой, смотря куда-то вдаль, и сказала:

– Завтра будет идти дождь.

– Это ты сама или прогноз погоды?

– Картинки.

Мама потянулась и поцеловала Элен в лобик, прибавив:

– Постарайся заснуть. Завтра наступит в любом случае, поэтому лучше встретить его выспавшейся.

– Хорошо.

– Пусть тебе приснится что-то хорошее, – сказала мама, выходя из комнаты.

– И тебе.

Мама ушла, оставив дверь приоткрытой. Элен закрыла глаза и попыталась уснуть. Но ей всё что-то мешало. Ни одна поза не была удобной. Мысли не давали покоя. Она ворочалась минут тридцать, пока не провалилась в сон, в глубокий сон.

Ей снилось что-то грустное. Слеза потекла по щеке. Вдруг сквозь сон она почувствовала запах дыма. Элен открыла глаза и увидела, как провода под потолком проплавились, а искры падали на горящий стол. Она прижалась к стенке и от страха начала рыдать. Элен стала звать маму и папу, но никто не приходил.

«Почему они не слышат?! – думала Элен. – Где они?!»

Огонь стал переходить на шторы, а с них на кровать. Кусок горящей ткани упал на руку Элен и сильно обжёг. Она вскрикнула и выскочила из кровати, держась за ожог. Огонь быстро распространялся по комнате, больше нельзя было здесь находиться. Нужны были силы выбежать из комнаты, но Элен будто остолбенела. Слёзы перемешались с соплями. Она уже почти не видела ничего.

Вдруг открылась дверь, и в комнату ввалились родители. Она побежала им навстречу, но приблизившись, поняла, что это не её родители. Это были люди в белых халатах и перчатках. Элен резко остановилась. Они схватили её за руки и стали кричать, что это она во всём виновата. Что это она, разозлившись, случайно прокляла этот дом.

Внизу был слышен сильный треск горящего дерева. Несущие стены ослабились. Дом стал покачиваться. Внезапно люди в халатах толкнули Элен на пол и крикнули, что ведьмам положено гореть в огне, и закрыли дверь с той стороны. Она подскочила и, рыдая, стала долбиться в дверь руками и ногами. Дверь никак не поддавалась. Боковым зрением она увидела, что возле окна догорел огонь и туда можно было подойти.

Элен подбежала, открыла окно, взглянула вниз и увидела, что там стоял человек с протянутыми руками. Он махал, давая понять, что готов словить её. Элен обернулась назад и увидела, как огромная балка, держащая потолок, упала, ломая пол посередине. Назад пути не было, но ей страшно. Очень страшно. Но она решила довериться человеку. Элен с визгом спрыгнула со второго этажа и удачно приземлилась на его руки. Посадка была мягкая. Человек аккуратно положил её на землю и забежал в дом, чтобы спасти родителей.

Элен немного отошла назад. Из-за дома появилась полная луна. Она так ярко светила, что привлекла всё внимание.

«Какая же она большая. Но где звёзды? Обычно их хорошо видно», – думала Элен, совершенно забыв о пожаре.

Вдруг со стороны леса что-то хрустнуло. Она оглянулась, но ничего не увидела. Вернув обратно взгляд, она поняла, что перед ней не было дома. Элен стала вертеться. Вокруг был только лес. Она так испугалась, что стала кричать. Слёзы полились из глаз с таким напором, будто там прорвало трубу.

Луна зашла за облака, и тьма стала съедать окружение. Она кольцом сжимала Элен. Темнота почти добралась до Элен, как вдруг она подскочила на своей кровати.

Она не могла понять, где она и что происходит. Вокруг была привычная комната, а провода не плавились. На часах было 03:03. Не сразу она осознала, что это оказался лишь ужасный сон.

Элен заплакала, накрывшись с головой одеялом. Она рада, что это был просто кошмар, но ощущение того сна ещё не отпускало её. Как же было страшно. Ей больше не хотелось заниматься ничем сверхъестественным. Пока она размышляла на эту тему, не заметила, как вновь провалилась в сон.

Наступило утро. Мама пришла будить Элен. Она заметила на её глазах корочки от слёз и решила выяснить причину:

– Элен, родная, просыпайся. Что с твоими глазками?

Элен попыталась открыть глаза, но они залипли. Она стала тереть глаза. Корочки посыпались по лицу, и глаза раскрылись.

– Тьфу, тьфу, – произнесла Элен, оттряхивая лицо от остатков засохших солей. – Мне ночью сон очень страшный приснился.

– Сладкая, это всё из-за переживаний. Вставай, а то в школу опоздаем.

И правда, как только Элен подумала, что ей нужно идти в школу, у неё аж мандраж начался.

Спустя полтора часа они уже были возле школы. Элен шла в неудобной школьной форме кирпичного цвета. Моросил дождь, но было тепло. В здание стекались школьники и учителя. Кто-то из старшеклассников не спешил на уроки и отдыхал на качелях. Мама подтолкнула замедлившуюся Элен вперёд и кивнула в сторону школы.

Проводив в класс, она оставила её учителю и спешно ушла, так как прозвенел звонок. Учительница сказала всем детям сесть по местам, а Элен остаться возле неё.

– Дети, надеюсь, вы помните Элен, – объявила учительница. – Она немного отстала от графика, но я полагаю, вы будете к ней хорошо относиться и поможете по программе. Элен, тебе есть что сказать?

Элен волновалась, и ей стало как-то не по себе. Но нужно было что-то сказать.

– Эм, привет, я скучала по вам.

Мила помахала ей рукой с центра класса.

– Отлично. Иди сядь за последнюю парту и посиди там одна, а после уроков я подумаю, с кем тебя посадить.

Элен сильно смущалась. Идя к своей парте, с неё не спускали взгляд. Даже когда она села и начался урок, на неё то и дело оборачивались.

«Может, это из-за того, что глаза стали ярче?» – думала Элен.

– Элен, не витай в облаках. Вспоминай, как работать. Все уже начали писать, – гаркнула учительница.

Элен ощущала себя новенькой в классе. Но нужно и правда было собраться. Нельзя отставать. Она взяла ручку и стала криво, но быстро писать. Урок пошёл дальше. Элен стала успевать за ребятами. Но ощущение… что ей здесь не место, что она чужая, не уходило. На душе было неспокойно.

Прозвенел звонок, и учительница объявила перемену. Элен посмотрела на свои руки и увидела, что они трясутся. Но нельзя было подавать вид. Нужно было продержаться этот день, и, возможно, потом станет легче. Это просто нервы.

К Элен подбежала Мила, а за ней пошла почти половина класса. Она подскочила и попыталась сдать назад, но её окружили.

– Привет, Элен! Так здорово, что ты теперь с нами. Смотри, кого к нам привели, – произнесла Мила, показывая пальцем на Дороти. – Помнишь того мальчика с мороженной футболкой?

Толпа стала перешёптываться, осматривая Элен.

– Да. Привет, Дороти. Как тебе здесь? – сказала Элен испуганно, оглядываясь по сторонам.

– Привет. Здорово. У вас тут погода лучше, чем у нас. Можно мороженое хоть каждый день есть. А почему у тебя глаза будто светятся?

Вся толпа обратила внимание, и перешёптывания превратились в гул.

– Эй, Элен. Это правда, что ты та ведьма? – спросил Руперт.

– Видишь, глаза какие? Конечно, ведьма. Сейчас проклянёт тебя, – кто-то пошутил со спины.

Дальше было трудно понять, кто что говорил. Вопросы начали сыпаться градом.

– Элен, не слушай их. Ты супергерой. Спасаешь собак, а потом людей будешь спасать. И вас, дурачков, она не станет спасать, – ворчала Мила.

– А мне и не надо. Пусть себя лучше спасает! – крикнул кто-то сбоку.

Элен стала вертеться. Она не могла ответить. Ей становилось страшно, и появилось ощущение такое же, как в день рождения. Перед глазами стало что-то мелькать. Голова начала кружиться и потряхиваться.

– Элен, ты побелела, – напряжённо сказала Мила.

– Ого, она сейчас в ворону превратиться и будет клевать наши глаза! – крикнул кто-то сзади.

Какие-то девочки завизжали и отбежали подальше.

– Что там такое происходит? – крикнула учительница.

– Что с тобой? Объелась мороженого? Со мной такое было. Будто мозг заледенел, да? – сказал Дороти.

Перед глазами появился пятиэтажный кирпичный дом. Вокруг лежал снег. Много снега. Рядом с домом стоял большой сугроб. В нём застрял с головой мальчик. Упал с третьего этажа? Нет, со второго. Или прыгнул? Попытался выбраться. Ничего не получилось. Болтались ноги… смешно. Удача. Немного правее от головы торчала из сугроба скамейка. Половина метра…

– Элен! – крикнула учительница, наклонившись перед ней.

– Чт-то? – вяло сказала Элен, взглянув на учительницу.

Вновь картинка. Кладбище. На земле сидела женщина. Плакала. На плите фото. Её отец?

– Элен, ты слышишь меня?! – взволнованно и громко спросила учительница.

На заднем плане в окружении других девочек стояла вредная круглая отличница. Круглая во всех смыслах. Кажется, это дочь тётушки Бэтти. Такая же выскочка и не терпела, чтобы от неё уходило внимание.

– Мисс Кросс, она просто притворяется, чтобы к ней все подошли. Идите лучше к нам.

– Так, Элен, я веду тебя к медсестре, – сказала учительница и схватила Элен за ладонь.

Вспышка. От перенапряжения Элен тут же упала в обморок. Учительница от испуга отпустила руку и схватила её за подмышки. Ничего не было видно, лишь свист в ушах стоял какое-то время.

Элен проснулась уже в кабинете школьной медсестры. Рядом стояли медсестра, мама, учительница и директор.

– Элен, как ты себя чувствуешь? – спросила Элеонора взволнованным голосом.

– Немного голова гудит, – прошептала Элен. – Где я? Я опять упала в обморок?

– Детка, ты всех нас напугала. И часто с тобой это случается? – спросила медсестра.

– Миссис Рэй, мы не знали, что у неё запущенный случай, – оправдывалась директор. – Судя по всему, ей нельзя учиться с большим количеством людей. Теперь я подпишу вам заявление на перевод на домашнее обучение. Поучитесь дома какое-то время. А потом, когда ей станет полегче, вернётесь в школу. Пойдёмте со мной в мой кабинет.

Мама и директор вышли из палаты.

– Что же ты такая слабенькая? Прям не дотронуться до тебя, – буркнула учительница.

Элен стало неприятно от таких слов. Будто она была виновата в этом.

– Ладно, раз теперь всё хорошо, я пошла. Остальные не должны отставать от программы. До свидания, медсестра, – произнесла учительница и направилась к выходу.

– Давай я тебе сделаю сладкий чай с хлебом? – нежным голосом сказала молодая медсестра. – Тебе нужно восстановиться.

Эта медсестра немного походила на повзрослевшую Элен. У неё тоже были светлые волосы и голубые, полные сострадания глаза. Единственное отличие было в том, что у Элен не было лицо покрыто в веснушках.

Элен улыбнулась медсестре и одобрительно покивала. Медсестра ушла в подсобку. На заднем плане стали слышны шорохи пакетиков, звон стакана и ложки. Чайник потихоньку стал нагревать воду.

Элен лежала на спине и устремила взгляд в окно, откуда виднелось лишь дерево с одним оставшимся жёлтым листком, а за ним медленно двигалось угрюмое небо. Она стала думать о произошедшем. Несмотря на обморок, она почему-то чувствовала облегчение. Может, потому что теперь толпа ребят не будет накидываться с вопросами? Или что мама – её новый учитель и с ней не так страшна эта школьная программа? Как бы то ни было, то, что произошло, не так плохо.

– Вот твой чай и сэндвич, – сказала медсестра из подсобки.

Она вышла с медицинским подносом, на котором стояли кружка чая и сэндвич на бумажной салфетке.

– Спасибо большое, – сказала Элен и села за стол медсестры.

– Постарайся не пролить сладкий чай на эти важные бумажки, а то тётя директор даст мне такие же слипшиеся деньги.

Элен похихикала. В этот момент мама постучала в дверь палаты. Медсестра пошла открывать.

– Это снова я. Могу я забрать Элен домой? Мне все документы подписали.

– Да, конечно. Она чувствует себя лучше. Вот уже и чай пьёт.

Элеонора вошла в палату и удивилась.

– Элен, тебя ещё и покормили? Спасибо вам большое! Сколько мы вам должны?

Элен довольная кушала аккуратно с подноса, болтая ногами под столом и слушая разговор взрослых.

– Нет, нет, что вы, – отнекивалась медсестра. – Это я сама решила угостить. Чтобы у неё силы восстановились. Хорошая у вас девочка. Для такой не жалко и сэндвича.

– Ох, мне очень неловко. Спасибо вам ещё раз огромное! Вы так добры к нам.

Элен доела сэндвич и подошла к маме.

– Спасибо, мисс медсестра, вы хорошая. А мне уже лучше, даже голова не болит.

– Вот и отлично! Выздоравливайте. Съешь сегодня за ужином шоколадку, Элен.

– Хорошо. Мам, ты слышала?

– Мы вам очень благодарны. Всего вам доброго. До свидания!

Элеонора с Элен вышли из палаты и пошли домой. Выйдя во двор, Элен обернулась посмотреть на школу. Она чувствовала, что в ближайшее время она сюда не вернётся, а может быть, никогда. По пути домой мама решила обсудить случившееся:

– Как это получилось?

– Я не знаю, она просто предложила чай, и я согласилась.

– Нет, дочка, я про обморок. Что случилось?

– Ну, я… Когда я вошла в класс, мне стало нехорошо. Все смотрели на меня, и мне это не нравилось. На уроке я волновалась, потому что не успевала за всеми.

– Может, ты просто переволновалась? Ты же со вчерашнего дня переживала.

– Не знаю. А потом, когда началась перемена, все подошли ко мне и стали задавать много вопросов. Мне стало страшно, потому что они окружили меня.

– Скажи, ты чувствовала только страх? Или… было что-то ещё?

– Было то же самое, что в день рождения. У меня немного тряслась голова и… мелькали картинки. Много картинок. И они все налипли на глаза, я кроме них почти ничего не видела.

– Вот оно что. А потом ты упала в обморок?

– Ещё нет. Я пыталась что-то сказать, но не получалось. Подошла учительница и взяла меня за руку.

– Прямо за ладонь?

– Да.

– Всё складывается. Для тебя ладони это сильный, как там… энергообъект? И от этого твоя система… ЭСВ не справилась, и ты отключилась.

– Ты сказала прямо как тот учёный в фильме. Только ты с бровями. И это хорошо.

– Как же так, Элен? Для тебя весь окружающий мир опасен. Ведь неизвестно, что из вещей окажется сильным объектом, – стала возмущаться мама.

– Мама, я же не знала, что она схватит за руку.

Элеонора остановилась и встала на одно колено, взяв Элен за плечи.

– Да… прости меня, родная. Конечно, ты не виновата в этом. Это я виновата во всём. Надо было настоять и сразу оформить домашнее обучение.

– Мама, ты не виновата.

– Мы же смотрели фильм, и там чётко сказали, что эти энергообъекты как оголённые провода для вас. Но как теперь быть? Я просто не знаю, что делать…

Мама склонила голову. Казалось, что она сейчас заплачет. Элен пододвинулась ближе и обняла маму.

– Ничего, с этим мы тоже справимся, – сказала мама, положив голову на плечо Элен. – Мы что-нибудь придумаем, как защитить твои руки.

– Может, мне в перчатках ходить?

Мама на секунду замерла, а потом отклонилась назад и сказала:

– Как я сама не додумалась? Умница, Элен! Купим тонкие и красивые.

Мама поднялась и собралась идти вперёд, но резко остановилась и спросила:

– Нам скоро ехать к доктору Ричарду. Расскажи мне, что ты чувствуешь перед тем, как упасть в обморок?

Элен на мгновение задумалась.

– Я… Когда учительница брала меня за руку, было ощущение, что у неё рука очень горячая. А когда взяла, было так много картинок, и они все летели в глаза, будто сильный ветер дул. И от этого начинает гудеть голова, а потом болеть.

– То есть был… поток картинок?

– Да. А хорошее название! Давай так и будем называть – поток картинок?

– Да, так будет проще понять. И теперь, если почувствуешь, что поток картинок приближается, то нужно куда-то уйти подальше от источника энергии.

– Ух ты, здорово звучит!

– И последнее, что на этих картинках? Как это работает?

– Не знаю, когда много людей, то появляются картинки про этих людей.

– То есть, так сказать, фотографии из их жизни?

– Опять здорово звучит!

Мама заулыбалась. Ей самой стало радостно, что она начинала понимать, как оно работает. Быть может, им удастся избегать обмороков, если до конца разобраться.

Спустя месяц Элеонора и Элен приехали тайком от отца к доктору Ричарду. Он обещал провести исследования мозговых волн. Этот анализ мог приблизить к разгадке тайн магических свойств в светлой голове этой юной девочки.

– Миссис Элеонора, мисс Элен, рад, что в этот раз вы приехали сами, а не на машине скорой помощи, – сказал Ричард с лёгкой улыбкой.

– Привет, Ричард, – сказала мама. – К сожалению, мы недавно оказались вновь на больничной койке, но в школьной.

– Опять обморок? – удивился он и обратился к Элен: – Что случилось?

– В школе было много людей, и до моей руки дотронулись, – рассказала она.

Ричард повернулся к Элеоноре и спросил:

– Не понял. Что это значит?

– Мы сильно продвинулись в изучении этого вопроса, – сказала Элеонора. – Фильмы, книги и собственные наблюдения дали нам большое понимание, как это устроено.

Доктор нахмурил брови и стал потирать подбородок.

– Поделитесь информацией? – уточнил Ричард. – Будем считать это сбором анамнеза.

– Чтобы я не говорила то, что ты уже знаешь, скажи, что тебе уже известно? – спросила Элеонора.

– Честно, особо не было времени изучать этот вопрос. Как и все, слышал только про вызов призраков и снятие порчи.

– Что ж, хорошо. Тогда слушай.

Элеонора рассказала Ричарду всё, что они выяснили. Про руки и «оголённые провода», про поток картинок, про общение с прабабушкой и так далее. Доктор слушал очень внимательно и иногда то поднимал брови, то опускал. Он пытался мысленно объяснить это с научной точки зрения, но часто не получалось.

– Вы действительно сделали скачок, – похвалил он. – Зная, как это работает, вы сможете защитить себя в будущем. Вы большие молодцы и сделали большую работу. Теперь моя очередь. Будем выяснять, как работает её мозг, используя датчики и аппаратуру.

– Это не больно? – спросила Элен.

– Конечно нет. Я не позволю сделать тебе больно. Пойдём и посмотрим, что мы будем сегодня делать.

Ричард проводил их из палаты в диагностический кабинет. В нём стоял большой аппарат, похожий на бублик, который пугал своим видом. За ним сидел врач-диагност.

– Разве сейчас время обследования? – спросил диагност. – На какое время у них запись?

– Я сейчас разберусь, Джон. Иди пока выпей кофейку, – сказал доктор Ричард.

– То есть тебе не нужна помощь?

– Я справлюсь, спасибо за заботу.

Врач недоумённо посмотрел на них и неторопливо вышел из кабинета.

– Всё-то ему надо знать, – сказал себе под нос Ричард, пропуская их вперёд.

Он закрыл дверь на ключ, подошёл к аппаратуре и сказал с улыбкой:

– Вот, Элен, это компьютерный томограф. Он максимально безболезнен, так что можешь не бояться. Подойди ко мне, я тебя посажу на стол.

Элен, как и многие, всё равно смотрела на КТ с ужасом. Она неуверенно подошла, и Ричард подсадил её.

– Ложись головой вот сюда. Надень наушники, которые лежат сбоку. И ничего не бойся, ведь мы с твоей мамой рядом.

Элен качнула головой и стала следовать указаниям.

– Что мы должны увидеть, Ричард? – спросила Элеонора.

Он повернулся полубоком и ответил:

– На самом деле мы идём вслепую, будто ночью в туманном лесу. Здесь я хочу просто увидеть, что никаких изменений нет. А потом пойдём смотреть на её мозговые волны. После этого будем думать, что делать дальше.

– Спасибо, Ричард, – сказала мама Элен с глубокой благодарностью.

Он повернулся к Элен. Поправил ей подушку и перед началом сказал:

– Вот что сейчас будет: я нажму на кнопку, и ты заедешь внутрь томографа. Потом понажимаю разные кнопочки, и он начнёт работать. Будут разные звуки, но ты их будешь слабо слышать. Это он так фотографирует тебя. А потом через двадцать минут ты выкатишься обратно. А теперь скажи, ты готова?

Элен одобрительно покивала головой.

– Вот и отлично, нажимаю кнопку.

Ричард рукой махнул Элеоноре, и они вышли в соседний кабинет с большим окном. Он нажал на компьютере кнопку, и Элен стала заезжать вглубь КТ. В это время Элен стало страшно. Она впервые находилась в таком узком пространстве.

– Элен, это я, доктор Ричард, – сказал он по микрофону. – Рядом с левой рукой лежит груша. Возьми её в руки и нажми, если будет плохо или очень страшно. Но главное, не шевелись. А теперь мы начинаем.

Ричард нажал несколько кнопок. Томограф начал пищать и греметь. Элен это напугало. Она даже чуть не нажала на грушу, но сдержалась. Её учащённое дыхание и появившаяся дрожь намекали на предпоточное состояние, но в глаза не летели картинки. Это были просто страх и низкая температура в кабинете. Она решила, что как бы ни было страшно, не будет нажимать на кнопку.

Время быстро прошло, и аппарат перестал издавать звуки. Элен сначала испугалась, что это она могла своими способностями сломать его. Но тут она стала выезжать обратно из этой шумной техники. В кабинет зашли Ричард и Элеонора. Он подошёл к ней, снял с неё наушники и сказал:

– Ты молодец, Элен! Много кого охватывает паника в замкнутом пространстве, но ты выдержала.

– Я боялась… очень, но потом поняла, что не больно, и немного успокоилась.

– Я горжусь тобой, милая, и не сомневалась в тебе ничуть, – обрадовалась Элеонора.

– Так, результаты КТ я постараюсь расшифровать сегодня за несколько часов. А пока пойдёмте в другой кабинет, – сказал Ричард, открывая кабинет.

Все вышли, и Ричард закрыл кабинет. После этого он повёл их по длинному коридору. На стенах висели разные плакаты про заболевания, которые добавляли тоски к слабому освещению.

– Вот, пришли. Я сейчас зайду и кое-что узнаю. А вы пока посидите на скамейке.

Доктор-друг зашёл в кабинет. Элеонора и Элен сели на скамейку, осматриваясь по сторонам. Кроме них не было ни души. Ощущение было, будто они попали в секретный исследовательский центр, где проводили опыты над людьми, которые уже никогда не выйдут отсюда.

Спустя пять минут выглянул Ричард и позвал рукой в кабинет. Они зашли и увидели не менее жутковатый аппарат. Стояло кресло, а на нём висел шлем с кучей проводов. Элен остановилась и встала в проходе.

– Это она? – спросил помощник доктора Ричарда.

– Да, – ответил Ричард.

Они глядели в личную карточку Элен, а потом Ричард заметил, что Элен застыла, и сказал:

– Элен, не бойся, проходи. Этот аппарат ещё менее страшный, чем томограф. Он даже звуки не издаёт. Садись в кресло, я тебе сейчас расскажу, что мы будем делать.

Она подошла и села на край кресла, а мама села на стул напротив. Ричард вскоре подошёл к ней и сказал:

– Давай я возьму шлем, а ты двигайся к спинке. Садись поудобнее, чувствуй себя как дома, несмотря на эти провода.

Доктор-друг взял шлем и сел на одно колено перед ней. Элен пододвинулась и положила руки на подлокотники.

– Вот молодец. А теперь смотри: это энцефалограф, который изучает волны мозга. Я сейчас надену на тебя этот шлем и сяду за тот компьютер. Когда мы включим аппаратуру, можешь спокойно сидеть и ни о чём не думать. А из вон того, скажем так, принтера будет вылезать бумажка. Вот по ней мы и будем смотреть твои волны. Кивни, когда будешь готова начать.

Элен подняла глаза на Ричарда и кивнула. Ричард кивнул в ответ, взял шлем и аккуратно надел на голову Элен. Закрепив ремешок на подбородке, он встал, оттряхнул колено и пошёл за компьютер. Они что-то обсудили с напарником, после чего Ричард объявил:

– Элен, мы начинаем. Постарайся полностью расслабиться.

Элен посмотрела на маму. Та показала движением руки, что ей нужно просто ровно дышать. Так она и сделала. На заднем плане Ричард и помощник иногда тихо кидали друг другу фразы. Через минуту из «принтера» полезла бумага. Ещё через минуту Ричард сообщил:

– Так, пока приостановим исследование.

Он пошёл к выпавшему длинному листку и стал внимательно рассматривать его. Кажется, он был немного расстроен. Свернув лист, он подошёл к Элеоноре и сказал:

– Я посмотрел данные, и они одновременно хорошие и не очень.

Элеонора застыла и не смогла проронить слово.

– Дело в том, что это абсолютно обычные показатели.

– А нужны какие? – спросила мама Элен с полным недоумением.

– Это, конечно, хорошо, что они обычные, но при этом нет. Я ожидал увидеть хоть какую-то зацепку по её способностям. Иначе говоря, эти исследования ничего нам не дали, и мы не сдвинулись с места, – заключил Ричард, скрестив руки на груди.

– Ты же ещё не смотрел результаты КТ, – произнесла Элеонора.

– Я уверен, что там всё будет без изменений.

Ричард отвёл взгляд и о чём-то задумался. Спустя минуту он медленно пошёл в сторону компьютера, натирая подбородок. Подойдя к столу, стал смотреть на лист с графическими данными. Вдруг его осенило, и он поспешил к Элеоноре.

– Элеонора, я всё понял! – заявил Ричард с горящими глазами.

Позади них из компьютера выглянул помощник.

– Рассказывай, – заинтересовалась мама Элен.

– Волны были обычные, потому что она полностью расслабилась. Ей нужно здесь использовать свой талант, и тогда датчики должны это уловить.

– Подожди-подожди, Ричард. Что это значит?

– Ты что-то рассказывала про потоки и энергообъекты. Это то, что нам нужно!

– Нет. Только не сейчас. Она совсем недавно в обморок от этого упала. Я не могу рисковать дочерью. Ведь никогда не знаешь, чем может закончиться новый обморок. А вдруг она это не переживёт? – волновалась Элеонора.

С лица Ричарда сошёл восторженный взгляд. Его гениальная идея была уничтожена, не успев развиться. Немного отклонившись назад, он на мгновение задумался и кое-что понял.

– Ты права. Ты абсолютно права. Звучит вполне логично. Тут сыграл мой эгоизм. Я не подумал о состоянии Элен.

– Ничего, Ричард. Мы всё равно тебе за всё благодарны.

– Простите меня. Её телу и разуму нужно окрепнуть. Для этого понадобится много времени. Давайте вот как сделаем – пока что оставим все исследования до тех пор, пока она длительный период не будет падать в обморок. За это время вы сможете ещё больше изучить все нюансы её особенности. Особое внимание обратите на причины вызова обмороков. Договорились?

– Да, конечно, – сказала Элеонора.

– Тогда пойдёмте к кабинету КТ, – сказал Ричард, снимая шлем с головы Элен.

Все трое направились к выходу.

– До свидания, – сказали Элеонора и Элен помощнику их доброго доктора.

Он выглянул из компьютера и помахал рукой.

Придя к кабинету КТ, доктор Ричард попросил их посидеть в коридоре, пока он изучает снимок. Спустя двадцать минут он вышел из кабинета и сказал:

– Как и думал, всё в пределах нормы. Так что можете расслабиться и ехать домой.

– Спасибо ещё раз, Ричард. Мы не забудем твою доброту. Приходи к нам на пирог. Хоть так тебя отблагодарим.

– Спасибо за приглашение. Не обещаю, но постараюсь. Много работы, сама понимаешь.

– Понимаю. Но в любом случае всегда будем рады видеть. До встречи, добрый друг, – сказала Элеонора, направившись к выходу.

– До свидания. Ещё увидимся.

– До свидания, дядя Ричард, – сказала Элен.

Глава 2. Конфликт интересов

Прошло два года. За это время много чего произошло. Элеонора успешно преподавала Элен школьные предметы. Её любимыми предметами стали история и рисование. А самыми трудными для понимания были и есть математика и геометрия. Помимо этого, они не забывали про особые таланты Элен: прочитанные книги, просмотренные несколько раз документальные фильмы и пройденные разные испытания. Всё это мама делала вместе с Элен, но она запрещала использовать свои способности на уроках. Ведь ей нужно получить хорошее образование. Будущее туманно, а значит, нужно быть готовым ко всему. И знания обязательно пригодятся.

Но была другая сторона медали. За эти два года у Элен было несколько предпоточных состояний и один несерьёзный обморок. Она пережила это находясь дома, не контактируя с энергообъектами и массовым скоплением людей. Это создало загадку для мамы, и ответ всё ещё не нашли. Также популярность Элен давала свои гнилые плоды: от гневных записок в почтовом ящике до брошенных тухлых яиц по дому.

Зато у Милы было всё хорошо. К щенку быстро привыкли и перехотели отдавать его в другую семью. Этот пёсик давно раскрыл свои добрые глазки и радовал бесконечным любопытством. Сначала его хотели назвать Глазастиком или Шоколадкой, но потом Мила придумала ему имя Кирк. Всем оно сразу понравилось, и так его стали называть. Мама Милы полгода мучилась от аллергии, но затем в один момент она заметила, что симптомы куда-то делись и она могла гладить Кирка сколько угодно. А прошлым летом они летали отдыхать в Доминикану, а именно в Санто-Доминго. Вернулись они под большим впечатлением и собирались в следующий раз снова туда полететь.

Дворовой костяк тоже зря времени не терял. Мила иногда с ними гуляла и рассказывала Элен, что Билл никак не отставал от Бэллы. Он всячески старался её подловить и избить, но Бэлла, несмотря на удары исподтишка, всегда выкручивалась и давала мощный отпор. Многие стали подшучивать, что на самом деле он страшно в неё влюблён и таким образом показывал свои тёплые чувства. Дороти был всё такой же чудак – однажды пришёл в школу в двух правых ботинках. Один был его, а другой папы. В классе стали смеяться и говорить, что, видимо, папе пришлось идти на работу в маминых каблуках. Но он, как всегда, не обиделся и тоже посмеялся. Крис же парень странный. Как маятник, его качало из стороны в сторону, то он вместе с Биллом бедокурил, то помогал Миле донести учебники до дома.

Обстановка в доме Рэй была всё такая же напряжённая, словно на вулкане. Седрик с недавних пор взял дополнительные смены и почти не бывал дома. В один из таких дней он столкнулся с повсеместными нападками от коллег:

– Сержант Рэй, потрудитесь объяснить, почему рядовые вашего отряда ошиваются возле пункта приёма пищи, а не выполняют поставленную задачу высшим офицерским составом? – упрекнул капитан Кастинелло.

– Сэр, я…

– Чтоб тебя, Седрик! Кто тебя до сержанта повысил, если ты дома даже дочь не можешь приструнить? Учти, если не будешь справляться со своими обязанностями, понижу до рядового первого класса. А теперь иди и разберись с этим.

– Есть, сэр, – сказал Седрик, отдав честь.

В смятении он поторопился разобраться с возникшей проблемой. Подойдя к пищеблоку, Седрик увидел, как его рядовые, стоя немного поодаль от входа, веселились: один курил, двое других стояли с кружками и что-то там высматривали. Он набрал воздуха и подошёл к ним.

– Какого снаряда вы тут делаете?! – рявкнул Седрик. – Где вы должны быть?!

Двое приняли позу руки по швам, а третий продолжил допивать кофе в расслабленной позе.

– Да вот, сэ-эр, мы тут решили погадать на кофейной гуще, выиграют ли завтра «Рэд Рэтс», – заявил один из обнаглевших рядовых с хитрой ухмылкой.

Двое других рассмеялись.

– Как ты разговариваешь с тем, кто выше тебя по званию, тупой маменькин сынок?! – разозлился Седрик.

– Давайте без оскорблений, офицер.

Двое других стояли в стороне и наблюдали за происходящим так, словно они пришли на стендап.

– Я тебе устрою воспитательную меру, урод! Ты у меня…

– Сержант Рэй, что у вас здесь происходит? – спросил полковник со спины хриплым голосом.

Седрик развернулся и отдал честь.

– Воспитательная беседа, полковник, – отчитался он.

– Судя по всему, она зашла в тупик. Найдите время и загляните к майору Граймсу. Он расскажет, как эффективно наладить взаимопонимание между руководством и подчинёнными. Это понятно?

– Так точно, полковник. Сегодня же к нему схожу.

Полковник ушёл, а на заднем плане лыбились без капли страха рядовые. Седрик развернулся и крикнул:

– Рядовые, немедленно побежали исполнять поставленную задачу! А за то, что подставили меня, я найду способ отплатить той же монетой!

С их лиц медленно стекла улыбка, перейдя в ухмылку, и они пошли туда, где они должны были быть. Седрик заметил, что от напряжения у него тряслись губы и руки. Тогда они не восприняли его всерьёз, но через месяц он их подловил на грубом нарушении внутреннего порядка и сурово наказал.

Наступила зима. Элен сегодня проснулась позже обычного. По времени она уже должна была проходить с мамой уроки, но она ещё сидела на кухне и кушала кукурузную кашу, посматривая то на медленно падающие снежинки за окном, то в телевизор. Там показывали популярное шоу «Извольте глаголить», где участники рассуждали о том, какие предметы современности хорошо прижились бы в средневековье.

– Итак, уважаемые участники, время обдумываний подошло к концу. Прошу ваши варианты предметов, которые хорошо прижились бы в средневековье. Вижу, вы подняли руку, что же это? – сказал ведущий.

– Освежитель воздуха, – заявил один из участников с козлиной бородкой.

[Зал засмеялся.]

– Отличный вариант! – сказал ведущий. – Хотя, чтобы перебить вонь сточных канав и вездесущего дерьма, понадобился бы баллончик размером с луну.

[Лёгкий смех зала.]

– Одному из наших участников тоже пригодился бы. Не буду показывать пальцем… Джимми, – заявил второй участник.

[Зал охватил громкий смех и аплодисменты.]

– Отличная шутка! Но есть ли ещё варианты, дорогие участники? – спросил ведущий.

– Кхм, пожалуй, адвокат не помешал бы в те времена. Во всяком случае, моя дальняя рыжая родственница была бы жива, а я не боялся бы костров, – предположил третий участник.

[По залу вновь прошла волна смеха.]

– Пит, а может, она просто была ведьма?

– Без разницы, кто она. Меня больше интересует её наследство.

[Смех и аплодисменты.]

На кухню зашла недовольная мама и произнесла:

– Элен, это несерьёзно. Неважно, учишься ты в школе или дома, должны быть порядок и дисциплина. Сейчас время урока, но вместо этого ты смотришь бестолковые шоу.

– Мама, я кушаю вообще-то. А телевизор просто… я даже не смотрю его.

– И слышать не хочу отговорки. Бегом смывать с себя ночь и в класс.

Классом они стали называть бывшую рабочую комнату отца на втором этаже. Она ему давно не нужна и просто так простаивала, будто ждала изменений. Теперь там стоял обычный письменный стол в центре комнаты. Он как бы заменял парту. Мама сидела за рабочим столом отца. А сзади неё повесили доску с мелками. Справа от доски поставили маленький шкаф для учебников и школьных принадлежностей. Один минус этого кабинета – не было ни одного окна, но зато висела тяжёлая старинная люстра, кованная из металла.

Как велела мама, Элен быстро умылась и прибежала в домашний класс. На доске уже были написаны примеры.

«О нет. Математика…» – мысленно расстроилась Элен, остановившись в проходе.

– Проходи, Элен, проходи. Как бы ты этот предмет не любила, но знать его нужно. Это обязательно пригодится в жизни, даже экстрачувствующим.

– Когда же? Я могу всё узнавать через картинки. Когда лучше станет получаться, конечно, – сказала Элен, садясь за парту.

– Это неправильно. Восприятие и интеллект – разные вещи, и развивать их надо по отдельности. Ты у нас не глупая девочка и можешь основные предметы изучить. Я тебя не заставляю поступать в физико-математический колледж. Но школьные основы знать нужно обязательно, поверь мне.

– Ладно, – согласилась Элен, – что нужно делать?

– На доске я выписала примеры по вчерашней теме. Реши их за десять минут, пока я смотрю программу английского языка. Время пошло.

Элен перевела взгляд на доску и стала смотреть на примеры.

«По вчерашней теме? Я вижу это будто впервые. Разве такие примеры были? – стала думать Элен. – Ладно, время-то идёт, надо торопиться».

Вдруг ей пришла мысль о том, чтобы воспользоваться талантом. Как раз она уже несколько дней не практиковалась. Она выбрала пример попроще и уставилась на него.

«Так, девять умножить на семь плюс двадцать пять, плюс в скобках четыре умножить на шесть. Какой длинный, кошмар. Ладно, просто смотрим, и картинка проявится», – мысленно рассуждала Элен.

– Ученица за первой партой, я вижу, что вы делаете, – сказала Элеонора, не поднимая взгляда от учебника.

Лицо Элен приобрело опечаленный взгляд. Она открыла тетрадь, переписала пример и записала ответ. Затем переписала второй пример и стала его решать. А затем третий.

– Время для примеров закончилось, – заявила мама. – Давай я проверю ответы и будем двигаться дальше.

Элен принесла тетрадь и встала рядом с мамой. Элеонора открыла тетрадь, посмотрела на примеры и подняла взгляд на Элен.

– Вот результат того, что ты скачешь между способами добычи информации.

Мама повернулась обратно в тетрадь.

– В первом примере почти угадала ответ. За экстрасенсорику оценка «хорошо», за логику «плохо». Во втором примере всё верно, а в третьем ответа нет совсем. Из шести примеров лишь один правильный.

Элен поникла, опустив голову. Мама повернулась к ней и продолжила:

– Я не буду тебя ругать за плохую работу, но тебе нужно научиться не надеяться только на свой дар. Просто пойми, что в определённых моментах тебе нужна логика, а в других твоё особое чувство. Давай договоримся, что ты на уроках не будешь использовать свой талант.

– Ладно, больше не буду.

– Прекрасно. Ты у меня понимающая девочка. А теперь давай разберём эти примеры ещё раз, чтобы ты закрепила информацию.

Мама объяснила Элен, как решать примеры и задачи на умножение. Затем они прошли английский язык и окружающий мир, и уроки были закончены. Перед тем как отпустить её заниматься своими делами, она решила поговорить с ней:

– Элен, я хочу тебя кое о чём спросить.

– Да, мам.

– Я хочу спросить тебя о докторе Ричарде. Ты, наверное, можешь не помнить, но, когда ты первый раз попала в больницу, ты сказала, что он скоро разведётся. Тогда я не придала этому значения, но теперь ведь всё иначе.

– М-м-м, ладно, что ты именно хочешь узнать?

– Ну… мы давно с ним не виделись. Как у него дела? Сбылось ли то, что ты говорила про развод? Самой ведь спросить неудобно, но я переживаю за друга.

– А у тебя есть его вещь личная?

– У нас, к сожалению, нет его вещей. Может, без этого что-то получится?

– Хм, ну если подумать, то… наверное, он не развёлся. Я же тогда маленькая была и могла напутать.

– Ну да, ну да. Ладно. Спасибо, родная, – выдохнула мама и стала очищать доску от мела.

Элен стала убирать свои учебники в шкаф, думая о дяде Ричарде. На миг ей мелькнула картинка. Элен решила поделиться с мамой:

– Хотя знаешь, я кое-что увидела сейчас.

Мама развернулась, и её взгляд стал взволнованным.

– Он сидит на кухне. Грустный.

– Это всё?

– Вроде да.

Мама секунду подумала и произнесла:

– Может, просто маленькая неприятность случилась, – утешила мама. – Всем нам бывает грустно, иногда даже без причины. Что ж, теперь можешь идти отдыхать.

– Если ты не против, я бы хотела почитать новые книги про мой дар.

– Конечно, моя экстрачувствительная, ступай.

Элен убрала с парты мусор и пошла к себе в комнату. Элеонора дождавшись, когда она выйдет, изменилась в лице, села на своё кресло и произнесла:

– Ох, Ричард, за что тебе это?

Элен зашла к себе в комнату, оставив дверь открытой, взяла новую книгу со стола и села в центре комнаты. Почти все прошлые книги они с мамой прочитали, кроме мира мёртвых и древних обрядов. Мама до сих пор не давала открывать их и вряд ли когда-то вообще даст. Элен держала в руках книгу с жёлтой обложкой. На ней была изображена рамка по центру, а в ней люди, стоящие в разных странных позах. Книга называлась «Альманах мистиков». Она открыла первые страницы. В аннотации было написано, что это сборник потрясающих историй необычных людей. Элен стало интересно почитать истории про таких же, как она. Она открыла первую главу. «Всевидящий док Марийино» – так называлась глава. Выговорить это она не смогла и просто начала читать.

«Всевидящий док – одна из ярких звёздочек этого сборника. Он выдающийся учёный, обладатель полезной способности и просто наш хороший коллега. Будучи родом из Филиппин, устроился в национальную академию науки и технологий, где уже через год сделал ряд достижений, которые продвинули науку на мировой уровень. Интеллектом одарённый, но не об этом здесь речь пойдёт. Всевидящий док Марийино видел всё насквозь без всяких таинственных ритуалов, словно суперрентген, но, к счастью, никого не облучал. Он спас тысячи людей, просто посмотрев на вулкан. Он видел технику насквозь и видел проблему. А теперь смешайте этот особый талант с его мясистыми мозгами. Получилась горячая смесь, которая позволила ему так быстро достичь успеха в науке. А теперь перейдём к королю сборника…»

Элен краем глаза увидела, что кто-то вошёл в её комнату.

– Привет, малышка Элен.

– Привет. Ой… – удивилась Элен, увидев, что перед ней встала прабабушка.

– Я пришла навестить тебя. Ты же не забыла меня? – улыбнулась прабабушка.

– Нет, не забыла, конечно. Но ты давно не приходила.

– Я не могла раньше.

– Понятно, – произнесла Элен, опустив глаза на книгу.

– Что ты читаешь? – поинтересовалась прабабушка.

– Это новая книга про истории людей со всякими разными способностями. Другие мы уже прочитали, теперь мы лучше стали понимать про мои таланты.

– Как интересно, а ты прочитала те книги про мир мёртвых и тёмную магию?

– Мама говорит, что мне ещё рано такое читать и что я больше светлый маг, чем тёмный.

Прабабушка вдруг переменилась в лице. Она села на диван Элен и сказала:

– Мама не до конца понимает, с чем имеет дело, Элен. Однажды я расскажу тебе историю нашей силы, но пока что ты должна знать только одно. Слушай внимательно, Лучик. У тебя есть предназначение.

– Как это? – нахмурилась Элен.

– Я не могу тебе сказать больше. Пока что не могу. Сейчас ты должна развиваться совсем в другую сторону, чтобы раскрыть… то, что должна раскрыть. Иначе… ты не станешь сильной и просто не справишься с тем, что на тебя вывалится.

Элен от таких изречений слегка остолбенела. Разговор слишком серьёзный, и она не знала, как реагировать. Но прабабушка продолжила, слегка сбавив обороты:

– Миленькая, у нас с тобой непростой дар. И он требует больших усилий, как в спорте. На тренировках со спортсменами обходятся порой жестоко, но это всё ради благой цели: чтобы они стали сильнее и в самый важный час были готовы ко всем трудностям, понимаешь?

Элен послушно покивала головой.

– Умничка! Вот тебе мои просьбы: попроси маму почитать с тобой книгу «Мир мёртвых», сходи ночью на кладбище и найди магический талисман.

Глаза Элен от ужаса увеличились.

– Ночью? Что, одной? – спросила она.

– Не совсем. Приди одна и призови меня. Там мы вместе будем обучаться тёмной магии. Я научу тебя всему, что знаю сама. Это тебе очень поможет в будущем. Можешь мне верить, я тебя не дам в обиду, ведь я всегда защищала и буду защищать вашу семью от злых чар.

– Мне нужно спросить у мамы. И я очень боюсь идти одна, я же ещё маленькая.

– Хорошо, Элен, постарайся убедить маму разрешить тебе выполнить просьбы. А бояться не нужно, со страхом нужно бороться, чтобы он не съел тебя изнутри.

– Ладно, прабабушка…

– Теперь я могу уходить. Буду ждать твоего призыва. До свидания, Элен.

Не успела Элен попрощаться с прабабушкой, как она исчезла. Комната наполнилась чем-то едва уловимым. Какое-то чувство возникло, которое невозможно было описать. Элен закрыла книгу, окинув взглядом комнату в поисках той книги. Увидев «Мир мёртвых», она взяла её с полки и открыла первые страницы. Призраки, призывы, черепа. Элен закрыла книгу.

– Нет, нужно спросить у мамы, – взволнованно произнесла Элен.

Элен посмотрела на часы. 13:13.

«Ого, вот это совпадение», – подумала она.

Она вышла из комнаты и пошла к маме. Когда она спустилась по лестнице, кто-то нервно постучал по входной двери. В голове возникла картинка Милы. Но что-то было не так…

Элен подошла, чтобы открыть дверь, а мама появилась в проходе. Открыв дверь, они увидели заплаканную Милу в грязной куртке и с поводком в дрожащих руках.

– Элен, помоги, – тихонько произнесла Мила и вновь расплакалась.

– Мила, проходи. Расскажи, что случилось? – разволновалась Элеонора.

Мила зашла в дом. Всхлипывая и вытирая слёзы, она произнесла:

– Мой Кирк… пропал. Мой маленький пёсик. Я не смогла… я не…

– Элен, принеси Миле воды. Ей нужно немного остыть, – сказала Элеонора и села на кресло рядом с Милой.

Элен быстро принесла с кухни большой стакан воды и дала Миле. Она взяла стакан и выпила половину.

– Полегче? Теперь попробуй нам рассказать поподробнее о том, что случилось, – посоветовала мама Элен.

– Он куда-то убежал. Я, наверное, немножечко недозакрыла дверь, и он ушёл из дома. Мы с мамой и папой обыскали весь двор и не смогли его найти, – сказала спокойно Мила, а потом снова стала расходиться. – А вдруг с ним что-то случится или уже случилось?! На улице зима, он наверняка уже замёрз!

– Тише-тише, Мила, мы что-нибудь придумаем, – стала успокаивать вновь Элеонора.

Она посмотрела на Милу, потом на Элен и опустила взгляд в пол.

– Элен, помоги ему опять. У тебя с ним связь. Найди его, пожалуйста! Пожалуйста. Я не могу без него, – умоляла Мила.

Элен почувствовала огромную ответственность.

«А вдруг я его не найду? – размышляла она. – Вдруг найду, но будет слишком поздно?»

Она сильно разволновалась. Появилась лёгкая одышка.

– Я не знаю. А вдруг у меня не получится?

– Мила, Элен постарается тебе помочь, но она ещё учится. Помните об этом.

– То есть мне можно пойти поискать? – спросила Элен.

– Друзей нельзя оставлять в беде. Оденься и попытайся помочь ей.

Миле стало легче от этих слов. Появилась надежда на спасение. Но Элен легче не становилось. Одеваясь, она думала о том, что все на неё надеются, и от этого напряжение только росло. Если она его не найдёт, все расстроятся.

Мила допила вторую половину воды и с одышкой отдала стакан Элеоноре. Элен вышла к ним в коридор.

– Ну что, побежали, – торопила Мила.

– Элен, будьте аккуратны, помни про перчатки, – наставляла мама Элен. – И вспомни уроки с дисков и книг.

Элен опустила брови и одобрительно кивнула, надевая белые перчатки и пуховик.

Мила и Элен выбежали на улицу. Мила потянула за куртку Элен и протараторила:

– Мы искали в той стороне. Прохожие говорили, что видели его там. Побежали туда, и там ты скажешь, куда дальше.

Они побежали в сторону двора, но Элен вдруг замедлилась, а потом остановилась. Мила это заметила и крикнула:

– Ты чего остановилась?

– Я кое-что вспомнила из уроков. Дай мне его личную вещь.

– Ты прям как собака-ищейка, – сказала Мила, отдавая поводок.

Элен взяла поводок. Ничего. Картинок не было.

«Как же быть? Вдруг это сильный энергообъект?» – думала Элен.

– Элен, пожалуйста… почувствуй его.

«Куда же он мог побежать? – размышляла Элен. – Во дворе много мест, где можно спрятаться. А если он в лес побежал? Точно! Может, он в лесу, поэтому его не нашли? Стой! А вдруг он не там и мы зря время потратим, а он окажется в другом месте? А что, если его сейчас кто-то обижает? Нельзя просто стоять, нужно что-то делать! Почему нет картинок, когда они так нужны?!»

Элен стала расстраиваться, что ничего не выходит. Казалось, она сама сейчас заплачет. Мила, увидев лицо Элен, сказала:

– Нет. Пожалуйста, только не говори, что с ним что-то случилось. Ты что-то увидела, да? Что-то плохое?

Элен тихонько произнесла:

– Я ничего не вижу…

– Как? Почему?

– Не знаю.

Мила заплакала. Она медленно пошла к пеньку, села, закрыв лицо руками, и что-то бормотала себе под нос. Элен стояла с опущенной головой и смотрела на поводок.

«Я не вижу из-за перчаток. Может, снять и попробовать без них? Мне нужно это сделать ради Кирка. Обморок не такой уж страшный», – подумала Элен.

Она сняла правую перчатку, держа в левой руке поводок. Положила перчатку в карман. И медленно стала двигать указательный палец к поводку. Приближая палец к цели, она зажмурила глаза.

И вот она прикоснулась к поводку. Голова не тряслась, руке не горячо. Элен открыла глаза и приятно удивилась – она ещё в сознании. Значит, можно было взяться целой рукой. Так она и сделала, но, взявшись за ручку поводка, её голова тряхнулась в сторону. Она испугалась, но ничего больше не происходило. Теперь ей нужно было почувствовать через предмет, где Кирк. Она напряглась и стала ждать.

Корм. Соседские собаки. Лестница. Смех. Дождь. Одеяло.

«Что это значит? Это не то, что нужно сейчас, – подумала Элен. – Где Кирк сейчас? Он жив?»

Элен закрыла глаза. Пустота. Ничего. Вдруг что-то мелькнуло.

«Что это было? Это была… шерсть Кирка? Где же ты? Пожалуйста, покажи», – подумала Элен, убрав руку с поводка.

Элен стала думать о том, что чем больше и сильнее она старается, тем хуже получается.

«Может, попробовать не думать, и картинки начнут появляться? – стала рассуждать она. – Но сейчас не время экспериментировать! Прямо сейчас Кирк в беде, и он может в любую минуту… Нет. Нельзя думать об этом. Нужно найти его. Я должна найти его!»

Элен расслабила лицо. Взялась правой рукой за поводок. Глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

Спустя несколько секунд Элен почувствовала Кирка. Она повернулась в другую сторону и медленно двинулась вперёд.

Картинки сменялись одна за другой. Темнота. Дыхание. Страх. Грязные полы. Разбитые стены.

Мила, открыв лицо, заметила, как Элен уходила.

– Ты куда, Элен? – крикнула Мила.

Элен не ответила.

– Элен, ты чего? – напряглась Мила, рванув к Элен. – Ты уходишь?

– Он там. Кирк. Он живой, – холодно ответила Элен.

– Нет, Элен, он в сторону того двора побежал, – указала рукой Мила. – Ты что-то перепутала. Нам нужно оттуда начинать искать, а то мы так время зря потеряем, и с ним что-нибудь случится.

Элен остановилась рядом с уличным фонарём. Её лицо побелело.

– О нет, – промолвила Элен.

– Что, что такое? Давай, говори, – занервничала Мила.

– Он в крови! – испуганно сказала Элен.

– Не-е-ет, мой маленький комочек! Только не это, – паниковала и вертелась Мила. – Он же жив, да? Возьмись покрепче за поводок и посмотри, где он именно?

– Мила, ты торопишь меня.

– Нам нужно его найти. Он же маленький совсем! Я так больше не могу, – хваталась за голову Мила.

– Я знаю! Мне нужно собраться с мыслями. Картинки то появляются, то пропадают. Мне очень сложно. Голова разболелась.

Элен присела и тоже схватилась за голову. Мила, увидев, как тяжело Элен, решила не торопить её. Ведь на неё вся надежда. Она молчала столько, сколько было нужно. Она даже взяла себя в руки и перестала плакать. Мила просила в мыслях лишь о том, чтобы Элен нашла силы и сумела отыскать Кирка.

Сидя в такой позе, Элен попыталась вернуться к мыслям о собачке Милы, но головная боль перетягивала внимание на себя. Не давала нормально сконцентрироваться. В дополнение к этому поджимало время и вновь вернулись сомнения.

«Нужно опять постараться отбросить все лишние мысли и думать только о Кирке», – подумала Элен, крепко сжав поводок.

Вдруг фонарь около Элен стал мерцать, и её потянуло вперёд. Она обернулась посмотреть, не Мила ли толкала её. Она увидела, что Мила стояла в стороне, поглядывая то на фонарь, то на неё. Элен встала и поддалась, полностью доверившись своим чувствам. Она двинулась в сторону старых домов, по виду прошлого века. Мила устремилась за ней.

Осколки. Окно. Лапа. Боль. Ветхие стены. Рваный красный коврик.

Элен не заметила, как уже очутилась среди старых домов. Подул холодный ветер, гоняя за собой маленькие редкие снежинки. За домами был густой лес, откуда доносился собачий вой. Но вой был взрослой собаки, возможно, дикой. А, возможно, это был даже волк. Мила от страха прижалась к Элен.

– Мила, ты мне на ноги наступила, отойди.

– Я не могу, я боюсь.

Элен мягко отпихнула от себя Милу и стала оглядываться дикими глазами по сторонам.

– Он где-то здесь. Я чувствую его. Он живой.

– И где он именно? Не будем же мы в каждый дом заходить? Хотя если появятся волки, то я даже не знаю, что буду делать.

– Помолчи лучше пока. Я стараюсь сосредоточиться, а ты смотри по сторонам. Если что – кричи, – скомандовала Элен.

Она повернулась к домам, положив поводок в карман куртки, посмотрела на свои руки и выставила их вперёд, как было в том фильме про экстрасенсов. Мила удивлённо посмотрела на Элен, наклонив голову вбок, как собака.

Все дома были похожи как один. Двухэтажные деревянные строения с маленькими окнами и покосившимися лестницами, стоящие вдоль узкой потрескавшейся дороги.

На улице начинало темнеть. Дом искать становилось труднее. Звать Кирка девочки боялись, но Элен была уверена – он где-то рядом. Она сконцентрировалась на ощущениях. Нужно было узнать, в каком из этих домов спрятался пёсик.

– Ему там, наверное, холодно, – нарушила тишину Мила.

– Тс-с-с-с! – строго зыркнула Элен.

Она повернулась к домам и снова начала концентрироваться.

«Внутри был коврик и разбитое окно. Как выглядит дом снаружи?» – запросила Элен.

Несколько картинок дали ответ. Серый дом. Раненая лапа. Опавшие листья. Сухое дерево.

«Ещё. Этого мало. Пожалуйста, ещё», – мысленно просила Элен.

Серый дом. Косая балка. Кирк. Скрип лестницы.

«По дому кто-то ходит? Нужно быстрее его найти!»

Серый дом. Приоткрытая дверь. Разбитое стекло. Дыра в заборе. Зелёный разбитый горшок.

– Ура! – крикнула Элен и сразу прикрыла рот руками.

– Что, нашла?! – спросила с выпученными глазами Мила.

– Я увидела дом, но не знаю, где он.

– И как искать?

– Если увижу его, точно узнаю. Побежали!

Девочки стали бегать по улицам вдоль домов, заглядывая через забор. Осмотрев десять домов, они запыхавшиеся остановились возле одного из них.

– Может, это не здесь? Мы уже вроде все дома посмотрели.

– Он должен быть здесь, – произнесла Элен, оглядываясь по сторонам.

Вдруг она остановила взгляд на одном из домов через улицу.

– Может, этот? – сказала Элен.

Они подошли к дому, и Элен, осматривая забор, заметила дыру, ту же, что на картинке.

– Мила, кажется, нашли! Пойдём внутрь, – воскликнула Элен, пролезая через дыру в заборе.

Мила огляделась по сторонам и неохотно стала лезть вслед за Элен. Обе оказавшись во дворе дома, стали оглядываться.

– Вот, смотри! Высохшее дерево, прямо как с картинки! А вот зелёный разбитый горшок лежит. Он должен быть здесь! – обрадовалась Элен, рванув в сторону ветхого дома, но тут же опомнившись, резко остановилась.

– Ой, я кое-что вспомнила… – прошептала Элен.

– Что? – тихо произнесла Мила.

– Кажется, в доме кто-то есть, кроме Кирка.

Мила сделала шаг назад, глядя на дом, почти не дыша.

– Элен! Кажется, на меня кто-то смотрит в окне на втором этаже! – сказала Мила дрожащими губами.

Элен стала смотреть в то окно, но ничего не увидела.

– Я не вижу. Может, показалось? – успокаивала Элен.

– Ой. Кажется, на меня отовсюду смотрят. Я боюсь, Элен!

– Я тоже. Но давай тихонько будем идти. Мы должны спасти Кирка.

Мила посмотрела на Элен. Сомкнула рот и одобрительно кивнула.

Они на цыпочках стали продвигаться вперёд. Из-за дыр в стенах и ветра дом свистел. Идя к двери, под ногами скрипели старые доски.

– В какой он комнате? – спросила Мила.

– Там окно, разбитые стёкла и красный коврик.

– Понятно, давай ты первая. Просто ты знаешь, какой именно коврик. Вдруг их там много, – лукавила Мила.

Элен с ухмылкой посмотрела на Милу и пошла первая. Мила кралась вслед за Элен.

Зайдя в дом, их встретил холодный длинный коридор. Отчётливый свист ветра, скрип полов и давящая темнота нагоняли жути. Девочки тихонько продвигались по негостеприимному коридору.

– Элен, тут есть кто-то ещё живой?

– Кажется, нет. Здесь живое маленькое. Это должен быть Кирк.

Впереди по правой стороне была видна первая комната, а за ней зал с лестницей на второй этаж. Элен махнула рукой в сторону первой комнаты, Мила кивнула. Подойдя к комнате, они увидели, что она без двери. Элен почувствовала, что он здесь, совсем рядом. Она заглянула в комнату и увидела тот самый коврик из картинки. На полу лежали осколки с маленькими каплями крови, но Кирка не было видно, как и окна. Обзор преграждал угол.

– Пойдём внутрь, – прошептала Элен.

– Он там? – шёпотом ответила Мила.

– Кажется, да.

Они стали заходить вглубь комнаты словно из фильма ужасов. Осколки стекла, гуляющий ветер, кровь, обшарпанные серые стены. Не хватало только психопата с гигантскими ножами вместо рук.

Шаг за шагом появлялось разбитое окно. Под ногами хрустели осколки. Вдруг за углом тихонько поскулил щенячий голосок. Ускорив шаг, перед ними показался Кирк, лежащий у окна.

– Кирк!!! – обрадовались девочки, ринувшись к нему.

Увидев своих спасительниц, он, не вставая, стал вилять хвостом, прижав виновато уши. Мила его схватила, но Кирк болезненно взвизгнул.

– Ой, прости, пожалуйста, мой маленький щеночек. Это всё из-за меня, – расплакалась Мила.

Она стала осматривать лапки.

– О нет, он всеми левыми лапами поранился! Поэтому он не смог встать, – заключила Мила.

Она аккуратно наглаживала Кирка по спинке, взяв на руки, как вдруг сзади неё что-то рухнуло. Мила обернулась и увидела, что Элен лежала на осколках.

– Элен! Что с тобой?!

Она не знала, за что хвататься. Положив Кирка обратно, Мила потянулась к Элен, потряхивая её за куртку.

– Очнись, Элен. Я одна не смогу вас унести. Элен, мне страшно!

– Я что… в обморок… упала? – медленно произнесла Элен с закрытыми глазами.

– Фу-х, ты жива, – выдохнула Мила. – Да, ты упала прямо на осколки! Ты не поранилась?

– Нет. Голова только сильно болит.

– Нельзя лежать на полу, давай отодвинемся от окна подальше.

Мила аккуратно оттащила Элен в угол, напротив входа в комнату, а затем перенесла Кирка к ней. Они обе сидели, наглаживая Кирка, прижавшись к стене и друг к другу.

– Ну как, тебе уже лучше? – переживала Мила.

– Голова ещё кружится.

Мила опустила голову. По щекам пролегли дорожки слёз, а нижняя губа стала подёргиваться.

– Элен…

– Что?

– Спасибо тебе за… – разрыдалась Мила.

Элен медленно положила руку на голову Милы и стала вяло поглаживать.

– Спасибо, что ты опять спасла Кирка. Тебе было так тяжело, – продолжила Мила.

– Я не могла вас бросить в беде. Для этого я родилась такая, чтобы всем помогать.

– Спасибо тебе! Я без него не могу жить. Я так его полюбила! Если бы не ты, он бы тут погиб от холода или его бы съели волки. Он ведь такой маленький, – сказала Мила, аккуратно поглаживая Кирка.

– Ну всё, не надо, – попросила Элен, опустив руку.

Девочки посидели в тишине ещё несколько минут. Мила успокоилась, а Элен понемногу легчало. Вдруг краем глаза Элен заметила движение около двери. Она резко повернула голову и увидела, как что-то белое прошло мимо в зал.

– Мила… – испуганно окликнула Элен.

– А.

– Кто-то только что прошёл мимо…

Мила, резко поменявшись в лице, обернулась, высматривая малейшее движение.

– Я ничего не слышала. Ты же сказала, что в доме нет никого живого, – сказала Мила.

– А он и не живой. Это призрак!

Мила набрала воздуха и завизжала, хватая Кирка. Элен подскочила, и они вместе рванули подальше от этого участка. Они бежали и бежали, пока не остановились у дома Милы.

– Мне было так страшно! Это и правда был призрак? Это что, его дом? – запыхалась Мила.

– Не знаю. Я с ним не разговаривала.

– А с ними ещё разговаривать можно?!

– Я иногда разговариваю со своей прабабушкой, когда она приходит ко мне. А вот с тем дядькой я испугалась, он ведь чужой.

– Прабабушкой?! Как ты не боишься? Она ведь привидение.

– Призрак вообще-то.

– Да какая разница? Всё равно страшно!

– Большая разница. Призрак – это дух человека, а привидение – это когда просто привиделось, но ничего нет.

– Ну ладно-ладно, хорошо. Ради тебя больше не буду путать.

Элен схватилась за лоб, немного пошатнувшись.

– Что с тобой? Опять плохо?

– Голова, – произнесла Элен, садясь на землю.

– Ты чего?! Нельзя сидеть на холодном. Пойдём до твоего дома, я тебя провожу, – скомандовала Мила, поднимая одной рукой Элен, держа в другой Кирка. – О нет. Он мне на куртку написал.

– Беги в дом, а то простынешь, – сказала Элен.

– А как же ты?

– Я дойду сама.

– Подожди тут, я его занесу и приду к тебе.

– Не нужно. Лучше покорми Кирка. Завтра, может быть, погуляем, – произнесла Элен, направившись к своему дому.

– Ладно, но иди аккуратно. Не падай в обморок, хорошо?

Элен махнула рукой, медленно идя к своему дому. Мила забежала в дом, отдала Кирка маме и выглянула из открытой двери. Она хотела точно знать, что Элен не упадёт по пути.

Она дошла до двери и слабо постучала, одной рукой опёршись о стену. Дверь открыл Седрик. Только тогда Мила зашла домой.

– Где ты была, Элен? – спросил отец, впуская Элен в дом. – Ты почему такая грязная? Где ты так испачкалась?

Элен села на пуфик в коридоре, опустив глаза вниз.

– Ты будешь ругаться, – сказала Элен, коротко взглянув на него.

Отец подмял губы и сказал:

– Не буду. Говори.

Элен немного подумала и неуверенно произнесла:

– У Милы пёс потерялся. Я помогала ей его искать. А когда нашли, я упала в грязь случайно. Но хорошо, что с ним теперь всё будет в порядке.

– Ты у нас теперь ещё и ищейка? – недовольно буркнул отец. – Этим должен заниматься отлов собак. Тогда тебе не пришлось бы пачкать куртку.

Отец, развернувшись, пошёл на кухню, звеня брелоками. Элен нахмурилась и даже покраснела. Ручьи слёз пробились из глаз, и она закричала ему вслед:

– Почему ты меня не любишь?!

Отец резко развернулся с широко раскрытыми глазами, не ожидав такой бурной реакции.

– Что я сделала плохого?! – продолжила Элен. – Почему ты меня разлюбил?!

Отец молча стоял в недоумении, как реагировать на истерику.

– Зачем вы меня родили такую?! Зачем?! Я не… Я не…

На крик прибежала мама и грозно спросила у Седрика:

– Что ты опять ей наговорил, Седрик?

– Я ничего такого не сказал, чтобы так бурно реагировать.

Мама подошла к дочери и приобняла.

– Она у нас очень чувствительная девочка, будто ты не знаешь. Посмотри на неё, она целый час будет успокаиваться. Лучше иди, пока опять лишнего не сказал, – сказала мама, вытирая платком слёзы и сопли.

Седрик послушно удалился из коридора. Мама раздела Элен и повела в ванную комнату, чтобы умыть прохладной водой. Сорок минут мама успокаивала её. Затем отвела в комнату, где они ещё немного поговорили перед сном:

– Ну как, тебе уже полегче? – нежно спросила мама, поправляя одеяло.

– Да.

– Прохладная водичка всегда хорошо снимает пыл.

Мама и Элен минутку помолчали, а потом мама спросила:

– Тебя сильно задел папа, да? Что он сказал тебе?

Элен отвернула голову к окну.

– Будет лучше это обсудить, – прибавила мама.

Немного подумав, она повернула голову к маме и сказала:

– Он меня ненавидит, да? Всё из-за моей особенности?

– Родная, не нужно так думать. Это не так.

– Я это чувствую и вижу. Если бы я была как все, он бы не злился.

В комнате возникла давящая тишина. Обоим было что сказать, но слова никак не подбирались. Вдруг тишину прервала мама с улыбкой на лице:

– Знаешь, когда мы узнали, что ты появишься в нашей жизни, мы очень обрадовались. Папа всегда хотел девочку, а я просто была счастлива, что у нас получилось. Я ходила и улыбалась. Твой папа говорил, что я просто светилась от счастья.

Элен улыбнулась, расслабив брови.

– И вот, когда пришло время появиться тебе в этом мире, мы поехали в больницу. А уже через час родилась ты. Мне повезло с тобой, роды прошли очень-очень легко. Доктора говорили, что никогда такого не видели за всю свою практику. Я уже тогда поняла, ты особенная. И я всегда чувствовала, что ты принесёшь много счастья в этот мир.

– А что было потом?

– Доктора привели тебя в порядок и разрешили папе увидеть тебя. Он ждал этого момента больше всего на свете. Увидев тебя, у него полились слёзы радости. Папа стоял и не мог оторвать взгляд от своей сбывшейся мечты. Мы не решались его отрывать от этого. Потом он, конечно, подошёл ко мне, поцеловал и сказал: «Элен». Я его спросила, о чём он говорит. И он сказал, что так решил назвать тебя в честь меня. Твоё имя как моё, но немного сокращённое.

Элен сделала удивлённое лицо.

– Элеонора и Элен. Как я раньше это не заметила? – изумилась она.

Мама незаметно смахнула слезу с щеки и с улыбкой продолжила:

– Твой папа… он любит нас обеих и потому хотел, чтобы у нас всегда была связь. Так что не думай, что он тебя ненавидит.

Элен задумалась о сказанном и потом спросила:

– Он так злится, когда слышит о моих способностях.

– Твой папа непростой человек. Или наоборот, слишком простой и таких вещей не понимает. Для него это за гранью фантастики. Но, я уверена, что однажды он примет этот факт, ведь ты его любимая дочка, – с уверенностью сказала мама и поцеловала её в лобик.

Элен эти слова успокоили, дав сильную надежду. Осталось теперь дождаться этого момента, и всё в жизни наладится.

– Значит, прабабушка тоже фантастика? Ей бы это не понравилось услышать, – сказала Элен.

У мамы сделалось испуганное лицо.

– Она снова приходила к тебе? И что она говорила? – сказала она.

– Ой, да! Я же совсем забыла тебе об этом рассказать. Она хочет, чтобы я пошла на кладбище ночью.

Мама высоко подняла брови, а глаза сделались большими, прямо как в мультиках.

– Неужели она не знает, как я отреагирую на такое? На кладбище нужно ходить днём, чтобы чтить память, а не ночью тревожить души.

– Она хочет обучать меня там тёмной магии, чтобы я стала сильнее. А ещё мне нужно прочитать те книжки, чтобы лучше понимать.

– Мне эта идея совсем не нравится. Ты станешь сильнее и без этого. Хватит того, что ты видишь души людей и можешь с ними общаться. А призывать духов и делать жертвоприношения не наш путь. Ты светлая девочка и должна быть светлой во всём.

– Прабабушка расстроится, когда узнает.

– Прабабушка должна понять и принять наш выбор, ведь мы одна семья, хоть и с разными взглядами. Она ведь больше ничего не говорила?

– В конце она сказала, что защищает нашу семью от злых чар и не даст меня в обиду среди мёртвых.

– Вот и хорошо. Значит, тебе точно не нужно этим заниматься.

– Наверное, да. А что такое предназначение?

– Тоже она сказала?

– Ага.

– Ну… как бы сказать попроще? Это то, для чего создан человек. Каждый человек создан для какой-то главной цели. Эта цель и есть предназначение.

Элен замерла в раздумьях. Мама поняла, что вышло сложновато, и продолжила:

– Давай на примере объясню. Есть два человека: одна – примерный семьянин, а второй – космический инженер. У первой – предназначение создать большую семью и быть там примерной мамой. У второго построить космический корабль, который выполнит свою миссию. Часто предназначение ещё связывают с мечтой. Теперь понятно?

– Кажется, да, но всё равно сложно.

– Правильно. Это сложная тема, и многие люди тратят всю жизнь, чтобы понять своё предназначение.

– А почему так долго?

– Наверное, слишком сильно стараются, – улыбнулась мама.

Посмотрев на часы, она встала и прибавила:

– Заговорила ты меня, малышка. Уже слишком поздно, пора спать.

– Споёшь мне песенку на ночь? – попросила Элен.

– Я сейчас не распетая, давай завтра, хорошо?

– Ладно. Придётся мучиться без песенки сегодня.

Мама рассмеялась и сказала:

– Хитрюшка. Я же тебе не каждый день пою. Но завтра обещаю, что спою твою любимую песенку.

Поцеловав Элен в лобик, она юркнула из комнаты, прикрыв за собой дверь. Элен стала думать о сегодняшнем дне. О предназначении, о словах прабабушки. И о том, что если прабабушка ведьма, то почему у мамы нет способностей.

«Что, если начать изучать тёмные силы, тогда моё предназначение поменяется?» – размышляла она.

Как только Элен стала об этом думать, открылась дверь, и в комнату медленно вошла мама в чёрном одеянии. Повернув голову, она посмотрела на Элен глазами, налитыми ненавистью.

– Ты позор нашего рода, – злобно проговорила мама. – Довольно лжи, я прокляла этот дом. Все здесь обречены на страдания.

– Мама, что с тобой? Не пугай меня, – испугалась Элен.

Мама повернулась всем телом к Элен, подняла указательный палец и холодно произнесла:

– На твоих плечах воздвигнется усталый монолит. Тьма преследует нас. Это проклятье, погружающее всё ниже в отчаяние без возможности выбраться.

– Мама, ты ведьма? Ты же говорила, что…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.