Дзогра
Точка сборки

МАНИФЕСТ

Сразу хочу извиниться за эту книгу. Читая, вам может показаться (это не точно, но очень может быть), как будто я что-то поняла в этой жизни.

Но это совершенно не так, и может быть даже совсем наоборот. Ведь я только и делаю, что задаюсь детскими вопросами, на которые ищу ответ, хотя множество мнений и ответов на эти вопросы уже есть в мире. Но мне интересны не мнения каких-то очень уважаемых и, наверняка, очень мудрых людей. А мне интересен свой личный опыт и мысли, которые возникают в уме в виде ответа на этот опыт. А зачем это читать вам – я даже и не знаю. И очень сильно извиняюсь за потраченное вами время на мои не самые умные или не самые свежие мысли. Но знаю точно, что в этих мыслях я совсем не одинока. Потому что каждый из вас сталкивался в своём опыте именно с подобными мыслями. И пускай это предисловие звучит как извинение, но на самом деле оно даже и извинением не является.

Это просто предисловие, которое зачем-то пишут авторы. И какие-то умные авторы знают, зачем они его пишут, наверняка.

Но я ещё раз повторюсь, что я не автор и совсем не умный человек, а пишу потому, что просто пришло время написания книги, а не по какой-то иной уважительной или даже взрослой причине. Взрослую причину можно предъявить миру как собственный паспорт, показать – вот я. Я автор. Я могу писать. А моя-то книга совершенно иная. В ней нет той гордости автора, а есть лишь стеснение за неудачную фотографию в паспорте, на которой я так нелепо получилась и хожу с этой фотографией уже много десятков лет.

Если читатель, которого я уважаю, посчитает этот текст слабым – что ж, у него есть своя территория для исследования. А эта – моя. И я имею право составлять её карту так, как вижу. Даже если черновик будет кривым. Потому что единственная настоящая профанация – это бояться зафиксировать мысль из-за того, что она покажется кому-то недостаточно глубокой.

В общем, все началось с пробы пера. Какого такого пера? Почему до сих пор эта фраза, не имеющая ничего близкого к моей реальности, звучит во мне? Это озвучивание чаще всего не зависит от меня самой. Мысли, приходящие откуда-то из глубины моего нутра, разворачиваются порой очень ярко и заставляют меня испытывать определённые состояния, которые я чаще не выбираю, чем выбираю. Вот была бы моя воля, я бы никогда себе тревожные мысли не посылала. Если бы была такая возможность, в которой я заранее, например за день, предшествующий этому, выбирала мысли, которые будут звучать в моей голове, то я бы точно выбрала совершенно иные.

Например, мысли-убеждения, что со мной всё в порядке, а также мысли, что с другими тоже всё в порядке. Но нет! Мысли о собственной ущербности или гениальности попеременно врываются в мою голову, заставляя меня что-то чувствовать из-за них и непременно краснеть. А если взять мысли, побуждающие и направляющие мои действия, например, открыть холодильник и съесть кусок торта в 10 вечера или выпить вина. Вот эти мысли я совсем не выбираю. Да, внутри меня есть какой-то судья, разрешающий или запрещающий мне сделать действие, но есть и другой – отменяющий запреты первого. А есть и дарующий свободу от всех них. И эти роли постоянно спорят внутри меня, и я с удовольствием или негодованием наблюдаю их, как будто сижу в поезде, мне тепло, в руках книжка, а в окне театр из беспорядочных мыслей, рисующих свои узоры в моем сознании.

УМ

Мне надоел ум. Он такой важный. Знает. Обладает. Присваивает. Вот подруга рассказывает историю, а ум тут же выбрасывает свои заключения по этому поводу!

"Да-да! Это у меня тоже было, – и, перебивая ее, начинает свой монолог. Даже человека не дает послушать.

Ещё он заставляет меня переживать из-за каких-то домыслов, а не фактов. А факты ставит под таким углом к происходящему, что от фактов и следа не остаётся. Также он постоянно боится чего-то впереди и старается меня убедить в этом. Что непременно в будущем будет плохо или, может быть, даже хорошо, но откуда он это знает? Короче, доверять ему вообще нет желания! Я обнаружила, что только он и отвлекает от жизни, а у меня есть только одна возможность – наблюдать за ним!

ДАННОСТЬ

Я не выбирала это тело: эти гены, кости, эту родинку на плече. Не выбирала, в какой семье родиться, своих маму и папу. Их голоса стали фоновым сопровождением ещё до того, как я научилась мыслить. Вот по каким-то неведомым причинам мне досталось такое тело. Не другое, а такое, какое есть. Женское, с формами, которые мой ум бы подкорректировал, будь он изначально творцом данной формы, с запахом этого тела, с какими-то пристрастиями в еде, выносливостью, энергичностью, чувствительностью.

"Кто такие исходные данные заказывал и почему я не принимала в этом решения?" – спрашивает иногда ум сам себя. Могло же быть совсем по-другому. Потом это тело ещё стареть начинает.

Я не выбирала, как будет травмирована моя личность, какие костыли изобретёт мой ум для поддержки себя, награждённый рождением на планете Земля. Я только иногда обнаруживала их, как забытую купюру в осеннем пальто.

Тело живёт самостоятельной жизнью: дышит само (да, ум может задержать дыхание, но это какой-то конфликт в системе, а не управление), пищеварение, сердцебиение – всё мне не принадлежит. Да и дальше, и глубже если разбираться, то только разочаровываешься в своих возможностях.

Но мне приходится выбирать. Я не про завтрак и выбор чашки чая или кофе как сопровождение новому дню, а между жизнями. Остаться на этой работе, в этих объятиях, в этой стране – или шагнуть в неизвестность. Каждый раз, шагая в новое, я чувствую, что это не я выбираю. Я лишь прислушиваюсь к чему-то, что сильнее меня.

ЛОЖЬ

Любая мысль – это ложь, а ложь – это не в смысле неправда, а в смысле не истина. Сейчас расскажу почему. Вот, к примеру, возьмём науку математику. Есть у нас переменные Х и У или метры и километры, их же не существует на самом деле. Просто люди когда-то договорились, что необходимо что-то мерить, вот и придумали слова и смыслы, которые все одинаково трактуют. Да и сам язык. Русские договорились называть кошку так, а англичане – по-другому. Но кошка не меняет форму от того, как её кличут. Однако на «кис-кис» иностранные кошки не отзываются. Они тоже договариваются с людьми, на какое слово будут откликаться.

Так вот, любые слова – это символы, которых не существует. Просто кто-то когда-то так договорился, и я в этом участия не принимала. Для меня это какая-то данность, которая влияет на меня. Любое слово – это звук, звучание, вибрация, а то, что вибрирует, имеет частоту, а частота, говорят, способна исцелять, например. Вон и воду заряжают, и через частоту лечат. Простите, мой ум порой вмешивается, уж очень хочет поделиться опытом, который когда-то обнаружил и зачем-то запомнил. Он иногда будет плеваться концепциями, ещё раз прошу прощения за это.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.