В. Р. Мединский
Рассказы из русской истории. Профессионалы Империи. Книга седьмая

© Мединский В. Р., 2025

© ООО «Проспект», 2025

Глава 1
Сперанский. Пушкин русской бюрократии

Несправедливая история

Начну я с небольшого вступления… Поделюсь сокровенным. История – дама неблагодарная. Пространство истории тесное, места на ее страницах хватает не всем.

Кто в первую очередь попадает на ее скрижали? Кто предстает перед нами в виде мемориалов, памятников на центральных площадях, в именах этих самых площадей, улиц, городов? Кто более всех занимает страницы школьных учебников? Кому посвящены тысячи и тысячи книг, исследований, кинофильмов?

Конечно, тем, кто двигал армиями и государствами, основывал города, завоевывал соседние страны, расширял границы империй. То есть людям, деятельность которых так или иначе связана с войной… Скажу страшную вещь – деятельность которых связана со смертью.

Это справедливо и для России, а в остальном мире дела обстоят еще хуже.

Посмотрите, сколько у нас памятников врачам, тем, кто разрабатывал новые лекарства и прививки? Кто испытывал на себе новые способы лечения, жертвовал собственной жизнью, спасая от смерти людей совершенно посторонних, незнакомых? Много ли мемориалов тем, кто осваивал недра, искал полезные ископаемые? Людям, благодаря которым у нас дома сейчас светло, тепло, сухо и комфортно? Много ли у нас памятников известным педагогам, которые воспитали тех, кто сделал нашу жизнь лучше?

Продолжать можно долго.

Скажу вам честно, в этом видится мне глубочайшая несправедливость.

Мы можем восторгаться Наполеоном и Александром Македонским. Но когда мы с вами находимся в кресле стоматолога (про более глубокие медицинские манипуляции даже говорить не буду, пощажу ваше воображение), так вот: вы сидите в кресле стоматолога с открытым ртом… Думаю, каждый бы из нас променял всех великих полководцев на скромных, никому не известных людей, которые придумали и продолжают совершенствовать разные типы обезболивающих! Да-да, и то самое лекарство, которым сейчас делают укол перед тем, как начать сверлить вам зубы. Разве не так? Но имен этих славных малых мы не знаем. Они известны только узкому кругу специалистов. Им не стоят памятники на центральных площадях, они даже не упомянуты в школьных учебниках.

Тем более мы забываем людей, которые улучшали «скучную и серую» систему государственного управления… Тех, кто отлаживал работу чиновников министерств и ведомств. Тех, кто писал и переписывал законы, указы и инструкции, кто совершенствовал законодательство, приводил в порядок миллионы разных скучных бюрократических бумажек, без порядка и системности в которых вы просто не сможете жить в современном обществе. По крайней мере, в социуме, где есть вода, свет, отопление, полиция, пенсии, детские сады, театры, больницы и правила дорожного движения.

Без порядка в которых, поверьте мне, много лет отслужившему федеральным министром, ровно ничего, что делает нашу современную жизнь пусть не идеальной, но более-менее сносной, функционировать не сможет.

Наконец, тех неприметных советников и помощников, кто анализировал, прорабатывал, изучал, готовил бумаги, делал всю черновую сущностную работу, без которой люди, принимающие решения, известные каждому из нас, прославленные в веках великие и неповторимые государственные мужи НИКОГДА не смогли бы принять необходимые, правильные решения и вписать тем самым навеки свои имена в мировую историю.

Те самые, стоящие на пьедесталах памятников, глядящие с портретов учебников императоры, диктаторы и президенты, вряд ли что-то бы смогли сделать в одиночку, без команды, без своих соратников, ЦК и железных наркомов, «птенцов гнезда» и «комиссаров в шлемах», рядовых с жезлом в ранце, штабистов и прочих разных специалистов «бекап офисов».

А что до незаметных винтиков государственной службы, скромных бюрократов, то их мы вообще забываем. Более того, относимся к ним с нескрываемой иронией, переходящей в презрение. Что могут полезного сделать всякие там акакии акакиевичи, бумагомараки, волокитчики, да и взяточники через одного?

Нам и в голову не придет назвать улицу города в честь скромного человека в гоголевской чиновничьей шинели… Что он полезного делал-то вообще за всю жизнь?! Всю жизнь скрипел своим гусиным пером в роли какого-нибудь канцеляриста-столоначальника?

А ведь они всю жизнь честно трудились… Правда, «скучно» жили: никого не убивали, никого не завоевывали. Но как часто благодаря именно таким людям у целых народов, у миллионов людей менялась жизнь к лучшему.

А. Варнек. Портрет М. М. Сперанского. 1824

Всякий подданный Российской империи XIX века ощущал на себе результаты работы этого человека

Великий канцелярист

Сегодня мы поговорим с вами о таком бюрократе, чиновнике, канцеляристе, который внес в историю нашей страны вклад, если не больший, то уж точно сопоставимый с вкладом государей, императоров, полководцев, великих ученых и деятелей культуры.

Всякий подданный великой Российской империи XIX века ощущал на себе результаты работы этого человека.

В школьном учебнике о нем – буквально абзац. Возможно, студенты истфака даже смогут что-нибудь рассказать о нем без подготовки… скажем, в течение секунд 15–20. Но в массовом сознании имя этого человека никому ничего не говорит.

Заинтриговал вас? Герой моего рассказа того стоит.

Во-первых, мы и правда его почти не знаем.

Во-вторых, его жизнь, по крайней мере в российских масштабах, сопоставима с судьбой Наполеона. Наполеон стал примером того, как бедный корсиканский дворянин, курсант-офицер сделался повелителем Европы. Так ведь герой, о котором мы будем говорить сегодня, при рождении вообще не имел даже фамилии.

Человек без фамилии

Он родился в 1772 году в семье сельского священника. А у сельских батюшек в Российской империи XVIII века так же, как и у крепостных крестьян, фамилий не было… только имя. Отца героя нашего повествования звали Михаил Васильевич. Сына тоже назвали Мишей, и, войдя в надлежащие лета, он стал Михаилом Михайловичем. А фамилию наш герой получил только при поступлении в семинарию.

Мальчик был способный, решили ему дать серьезное богословское образование; отец устроил его в губернскую Владимирскую семинарию.

Там было не принято записывать студентов-семинаристов по имени или тем паче по имени-отчеству, вот ему и придумали фамилию. Это был первый носитель такой фамилии в его роду. Фамилия была звучная, от латинского глагола sperare – надеяться. Фамилия звучала – Сперанский, то есть «подающий надежды» или «заслуживающий доверия».

Наш сегодняшний герой – Михаил Михайлович Сперанский. Мальчик, у которого не было фамилии, сын сельского священника на какое-то время станет в Российской империи если не по должности, то по сути человеком номер два после государя императора Александра I.

И все – исключительно благодаря собственному уму, фантастической работоспособности, невероятной одаренности и образованности. Вклад, который он внесет в развитие нашего государства, действительно достоин отдельного рассказа.

Как Наполеон хотел приобрести Сперанского

Говорят, Наполеон в 1808 году на встрече с государем императором Александром I в Эрфурте во время известного саммита пообщался некоторое время со Сперанским. О нем он был и ранее наслышан, знал о его исключительных чиновничьих и бюрократических организационных талантах. А пообщавшись, Наполеон полушутя сказал Александру: «Государь, давайте поменяемся. Вы мне вашего Сперанского, а я вам какое-нибудь небольшое германское королевство[1]. Лады?» Ну вот, шутки шутками, но тем не менее Сперанского называли Пушкиным русской бюрократии[2].

Н. Госсе. Эрфуртский конгресс. 1850

На конгрессе Наполеон якобы предлагал Александру I обменять Сперанского на небольшое германское королевство

То, что сегодня мы так мало о нем знаем, в общем-то, не делает нам чести.

Поэтому давайте по порядку об этом удивительном человеке и его вкладе в нашу сегодняшнюю жизнь.

Вид села Черкутино. Фото начала ХХ в.

Здесь Сперанский родился и вырос. Сейчас это Владимирская область

Мы сегодня ведь не какая-то новая Россия. Нас не придумали в августе 1991 года, мы стоим на плечах титанов: на плечах Советского Союза, на плечах Российской империи, собственно и созданной такими людьми, как Сперанский. Вообще, советская историография, коль уже мы упомянули СССР, не относилась к нему враждебно. Она относилась к нему как бы сочувственно, но с прохладцей.

Говорили: да, вот Сперанский при Александре I пытался провести реформы. Либеральные такие, прогрессивные. Ну, конечно, провести их не смог, потому что для реализации его прогрессивных замыслов не хватило ни команды, ни поддержки царя. А самое главное, реализовать такие реформы в условиях самодержавия было совершенно невозможно. В этом, кстати, наши советские историки справедливы: да, такие реформы в то время в полном объеме были совершенно невозможны.

Церковь Рождества Богородицы в Черкутино, где служил отец Михаила Сперанского. Фото начала ХХ в.

До наших дней дожила лишь колокольня. Сам храм был разрушен в 1967-м

Разберемся, как из ниоткуда Сперанский смог «от сохи» дойти до самых вершин власти. Мало того: смог стать доверенным лицом сразу двух императоров: и Александра I, и впоследствии Николая I.

Как пелось в «Интернационале», «был ничем, а стал всем».

Родился он в деревне во Владимирской губернии[3]. Все мужчины в его роду на протяжении двух столетий становились попами. Отец – тоже настоятель маленькой сельской церкви. Фамилии, повторюсь, у них не было: свою фамилию Сперанский получает только при поступлении в семинарию.

Скромная жизнь семинариста

В семинарию его устроили[4] родители. Епархиальное учебное заведение во Владимире давало весьма неплохое образование, особенно по гуманитарной части[5].

Как только Сперанский становится провинциальным семинаристом, в его судьбе все кардинально изменяется. Именно с этого момента он берет судьбу в свои руки.

Уверен, что портрет Сперанского должен висеть в каждой школе, в каждом институте, в каждом университете. Потому что его жизнь и судьба – это пример того, что надо учиться, учиться и еще раз учиться. Всерьез, по-настоящему, только тогда будет успех. Всего, чего добился в жизни Сперанский, он добился исключительно благодаря учебе.

Для начала: Михаил Сперанский становится лучшим учеником в епархиальной семинарии. После этого ему удается перевестись, говоря современным языком, в главную семинарию страны, при Александро-Невской лавре[6], тогда еще при Александро-Невском монастыре, в Санкт-Петербурге.

П. А. Иванов. Портрет графа М. М. Сперанского. 1806

Всего, чего добился в жизни Сперанский, он добился исключительно сам благодаря учебе и труду

Александро-Невская семинария готовила не простых священников, а преподавателей для других семинарий, то есть учителей учителей. Здесь наш герой тоже становится образцом прилежного студента – золотым медалистом, «краснодипломником».

Программа, которую изучали в главной семинарии империи, была обширной.

В. Л. Боровиковский. Портрет А. А. Самборского. Конец 1790-х.

Влиятельный человек. Знал Сперанского с детства и сыграл роль в его судьбе

Изучались иностранные языки, включая французский, что особенно пригодилось Сперанскому. Кстати, языки совершенно отсутствуют у нас в современной системе образования. Они мало и плохо изучаются и в школе, и даже в вузах, за исключением разве что специализированных.

В Александро-Невской семинарии еще и постоянно заставляли писать сочинения на самые разнообразные темы. Система обучения предполагала, что сочинение – это речь, которую надо произносить публично с трибуны. Соответственно, все испытания, которые проводились, предполагали именно такую процедуру. Именно там Сперанский отточил навык своего фирменного письма: логичного, убедительного, можно сказать, красивого.

Александро-Невская академия. 1900

Здесь вчерашний семинарист очень быстро стал префектом академии

У меня приличный преподавательский опыт, в общей сложности лет около двадцати. И я вам уверенно скажу: современным студентам категорически не хватает умения письменно излагать свои мысли. Они могут довольно ярко, убедительно говорить. Если язык хорошо подвешен, если молодой человек или девушка по-книжному начитанны и не ограничивают себя интернетом и телевидением – говорить умеют. Но изложить то же самое письменно – это просто катастрофа. Не только с точки зрения почерка. Увы, с почерками у нас совсем проблемы, мы уже привыкли только печатать.

Катастрофа у студентов и по содержанию, по структуре текста: ибо нет, как правило, в написанном ни стройности, ни внятности, ни логичности изложения. Такого, чтобы в тексте было вступление, а в конце заключение. Чтобы второй абзац проистекал из первого, третий из второго и так далее.

Приходится сделать вывод: Сперанского учили лучше, чем учат студентов в наше время. Ни с языками, ни с созданием логичных, связных текстов у отличника-семинариста Михаила Сперанского никаких проблем не было. Его умение методично излагать свои мысли связано и с тем, что тогда Богословие преподавалось по Фоме Аквинскому – Sapienti sat.

Он прекрасно учился и как лучший ученик сразу после окончания семинарии в 1792 году был оставлен в ней же и преподавать.

Скромная жизнь преподавателя

Расскажу, как жили тогда преподаватели в семинарии. Примерно так же, как в университетах. Сперанский поначалу преподавал математику, получая за это 150 рублей. Потом ему добавили преподавание физики и красноречия, это еще 50 рублей. Классная нагрузка у молодого преподавателя продолжала расти: добавилась философия.

В конце концов его в совершенно юные годы назначили префектом[7] семинарии. Сперанскому всего 23 года, а он почти ректор. С учетом административной работы и преподавания нескольких дисциплин оклад Сперанского достиг приличной по тем временам суммы – 275 рублей. Но только не подумайте, что это в месяц, это 275 рублей в год. Примерно 25 рублей в месяц. Много это или мало? В сравнении с доходом государственного крестьянина или мелкого лавочника это нормально, для молодого специалиста – даже много.

А. Антропов. Портрет архиепископа Гавриила, в миру – Петра Петровича Петрова. 1774

Митрополит выделял одаренного юношу

Л. Гуттенбрунн. Портрет князя Алексея Куракина. 1801

Пришел в восторг от тестового задания кандидата в секретари

В сравнении же с жалованием высокопоставленного чиновника или офицера – совсем скромно. Сперанский жил небогато, но сухарем и скрягой не был. Часто ходил в Петербурге в театр, правда, покупал себе самые дешевые билеты на галерку по 25 копеек. Но и 25 копеек – это тоже заметно при зарплате 25 рублей в месяц.

Помимо преподавательской работы, Сперанский увлекся сочинительством. Поначалу писал публицистику, прозу, даже стихи. Стихи эти, кстати, сохранились. Неплохие.

Санкт-Петербургский митрополит Гавриил выделяет одаренного юношу. Он и сделал Сперанского префектом семинарии, а в 1796 году познакомил с одним из друзей детства государя императора Павла Петровича князем Алексеем Борисовичем Куракиным[8].

Судьбоносный князь

Я рассказывал о Куракине, о братьях Куракиных в цикле лекций о Павле I[9], повторяться не буду. Братья были довольно близкими друзьями Павла Петровича и как могли, то есть весьма бестолково, пытались помогать Павлу в его стремлении реформировать матушкину Империю.

Алексею Куракину представили Сперанского как толкового помощника, и он тут же устроил сложный экзамен. В течение буквально получаса Куракин надиктовал ему основные мысли для 11 писем разным людям на разные темы. При этом ведь предполагалось, что каждому человеку письма пишутся в разном стиле и даже в разных выражениях в зависимости от общественного статуса и должностного положения адресата. Одно дело – официальное письмо какому-нибудь графу, равному Куракину по положению. Другое дело – записка поставщику-лавочнику; третье – дружеское послание приятелю с приглашением на вечеринку.

Надиктовав, как сейчас говорят, примерный контент, Куракин попросил Сперанского представить эти письма готовыми к следующему утру.

За ночь Сперанский написал одиннадцать писем и все изящнейшим подобающим слогом. Куракин пришел в восторг, сказал, что ему остается только расписаться, потому что он сам бы в жизни лучше не изложил собственные мысли. Сперанский тут же был принят на работу с окладом в 400 рублей, то есть в полтора раза больше, чем префект главной семинарии страны.

М. Гомион. Князь Борис Алексеевич Куракин. 1830-е

Ученик. Станет дипломатом, сенатором и камергером

В. А. Голике. Потрет Сергея Семеновича Уварова. 1833

Ученик. Станет министром, президентом АН и идеологом

Он начинает служить у Куракина сначала домашним секретарем, ведает его перепиской. Я, честно говоря, завидую Куракину. Сотрудники, которые могут изложить собственные мысли начальника лучше него самого, да еще в разной стилистике и столь быстро, да сразу набело… Поверьте мне, они и сегодня на вес золота, никакой искусственный интеллект их не заменит.

Вскоре князь поручает ему преподавать русский язык и письмо двум мальчикам: своему сыну и племяннику. Это будет иметь долговременные последствия…

Сын Алексея Куракина Борис станет дипломатом, сенатором и камергером. Он умрет сказочно богатым человеком[10].

Племянника же звали Сережа, а фамилия была Уваров[11]. История – место во всех смыслах очень тесное… Сереженька всегда будет тепло вспоминать своего первого учителя русского языка. Да, это тот самый граф Сергей Уваров – будущий министр просвещения, будущий президент Российской академии наук. Тот самый основоположник главной идеологемы XIX века – Православие, Самодержавие, Народность. Вот у него-то Сперанский и был первым учителем русского языка.

В конце концов Куракин предлагает Сперанскому завязывать с преподавательской деятельностью в семинарии и полностью переходить на государственную службу[12]. Митрополит Гавриил не хотел Сперанского отпускать и сделал контрпредложение – принять монашество и сразу начать строить церковную карьеру.

Вы знаете, что в православной традиции есть белое духовенство, а есть черное. Белое – сельские батюшки, настоятели городских храмов; они могут заводить семью, иметь детей, собственное хозяйство, приобретать имущество в собственность. Монах же никакой собственности иметь не может, он принимает обет безбрачия. Но «зато» в православной церкви только монах может занимать административные и руководящие должности, то есть строить церковную карьеру.

Сделано это не без умысла. В особом статусе безбрачного монаха, не имеющего собственности, есть серьезная, веками сложившаяся логика: чем более высокую должность занимает человек в церковной иерархии, тем большую роль он играет в распоряжении должностями и церковным имуществом. Тем больше у него появляется разного рода соблазнов. У монаха, соответственно, соблазнов минимум – то, чем ты распоряжаешься, ты никогда никому не можешь передать по наследству. Как ты родился, в том перед Богом и предстанешь.

Сперанский отказывается от принятия монашества и от церковной карьеры. Он делает выбор – переходит на госслужбу, в канцелярию генерал-прокурора Сената. Как бы сейчас сказали, в Администрацию Президента.

Служебная карьера Сперанского развивается стремительно. Менее чем за три года он сделает карьерный рывок, фантастический для чиновника той эпохи.

Начинает делопроизводителем с чином титулярного советника, всего через три месяца получает следующий чин, а через три года достигает статского советника. Статский советник – это почти генерал на гражданской службе, с обращением «ваше высокородие». Сперанскому на тот момент нет еще 26 лет[13].

Карьерный рывок происходит вовсе не потому, что Сперанского особенно «тянул» Куракин. Нет. Если бы все зависело только от него, после опалы князя звезда Сперанского закатилась бы навсегда. Но Сперанский никуда не делся, он и после опалы Куракина остался работать в канцелярии Сената в той же высокой должности. Почему? Потому что был очень работоспособен и эффективен.

Эталонный трудоголик

Сперанского отличала феноменальная работоспособность. Всю свою жизнь он будет выдерживать рабочий график, который мало кому под силу выдержать и в течение года. Каждый день без выходных Сперанский вставал в 5 утра. В 8 утра он уже начинал официальный прием посетителей, а весь рабочий день, как правило, длился 18–19 часов.

Производительность, помноженная на острый ум, прекрасную эрудицию давала свои результаты. На любом посту, который занимал Сперанский, он очень быстро становился практически незаменимым.

После известных событий[14] императором становится молодой Александр I, и Сперанского тут же забирают в свою команду младореформаторы[15]. Точнее говоря, один из младореформаторов – граф Кочубей[16]. Тут уже все совпало. Реформаторы-романтики, так называемый Негласный комитет при Александре – все преисполнены идеей Просвещения. Они стремятся как можно быстрее начать реформы, отменить крепостное право… В общем, сделать что-то хорошее.

П. Ф. Соколов. Портрет В. П. Кочубея. 1834

Член Непременного совета и Негласного комитета. Взял Сперанского в свою команду

Конечно, Сперанский к этому времени уже никак не юный романтик; он опытный 30-летний чиновник, тоже убежденный приверженец идей философов Просвещения.

Во время искреннего увлечения царя и его команды проектом глобальных реформ Сперанский приходится очень ко двору. За несколько лет по поручению Кочубея и Негласного комитета он подготовил сотни указов, писем и распоряжений самого либерального направления.

В 1806 году его ждало новое возвышение. Случилось так, что Кочубей, к этому моменту граф и министр внутренних дел, чем-то тяжело заболел.

Пока Кочубей болел, вместо него на доклады к Александру I стал ходить Сперанский. Император пришел от него в абсолютнейший восторг. Что привлекло Александра, я думаю: Сперанский очень не похож на других.

Перед императором всегда были люди как бы трех категорий. Первая – это воздушные такие, возвышенные, знатные романтики-реформаторы, как Кочубей, Новосильцев[17], Чарторыйский[18]. Ну, об этом обо всем мы говорили, рассказывая в мини-курсе лекций об Александре I.

Вторая категория – старые екатерининские вельможи – неторопливые тугодумы, эдакие троекуровы.

И третья – серые, невзрачные чиновники… Исполнительные, но безынициативные.

У государя, все еще желающего что-то изменить к лучшему, все они равно вызывали раздражение. И тут появляется Сперанский, так не похожий ни на кого! Он такой же просвещенный и энергичный, как младореформаторы, такой же осторожный и взвешенный, как старые екатерининские вельможи, и притом знает всю профессиональную рутину лучше любого чиновника.

Александр I получает уникального человека дела. Сперанский не только предлагает, ЧТО сделать, но точно знает, КАК это сделать. Он может написать план-график работы, выражаясь сегодняшними словами, умеет установить ключевые показатели эффективности (KPI). Он может поэтапно, по дням и по месяцам, расписать, что надо делать вслед за чем и кому что поручить. Он может взять все поручения на контроль. А если ему дать полномочия, умеет лично добиться исполнения утвержденного проекта.

С. С. Щукин. Портрет молодого Александра I. 1810-е

Государю, все еще желавшему что-то изменить к лучшему, нужен был такой человек

С военной реформой у нас ассоциируется главным образом Аракчеев. Начиная с этого периода со всеми гражданскими реформами Александра нужно связывать их главного соавтора и исполнителя – Сперанского. Тогда-то Александр и берет его на встречу с Наполеоном в Эрфурт[19].

На встрече в Эрфурте французы уделяют Сперанскому большое внимание… даже избыточно большое. Его засыпает комплиментами сам Бонапарт.

И вот тогда появляется первая червоточинка. Теперь другие члены русской делегации начинают ревновать Сперанского не только к Александру, но и к его европейской известности. И вообще, что-то он слишком независимый и значимый! Обратите внимание на это. Ибо его популярность в Европе и связи с Францией самым трагичным образом отразятся на его судьбе.

План реорганизации Империи

После Эрфурта Александр просит Сперанского представить ему план реформ – план «Как нам реорганизовать Рабкрин» XIX века. Это план реорганизации Империи, только без радикализма. Александр уже не хочет никаких крайностей, он наелся этого еще до Аустерлица.

Вскоре наш герой такой план представляет – в мельчайших деталях[20]. Как бы сейчас сказали, с графиками, таблицами и целевыми показателями. Не буду описывать его подробно, все равно запомнить сложно. В этом плане масса деталей, касающихся реорганизации учреждений, установлений, законодательства. Для того чтобы это все запомнить, надо жить в той эпохе и понимать, о чем, собственно, идет речь.

Лучше широкими мазками, каковы были основные направления.

Первое. Сперанский считает, что пока отменить крепостное право невозможно, но предлагает план его поэтапного ограничения[21].

Второе. Предлагается комплекс мер, которые постепенно, в течение нескольких лет, как этого хочет и сам Александр, превратят абсолютную монархию в монархию конституционную. С внятным, вполне американским стилем разделения властей: отдельно власть исполнительная во главе с монархом; власть, контролируемая монархом и передаваемая по наследству. Отдельно власть законодательная. Отдельно – совершенно независимая – судебная власть.

По тем временам план реформ 1809 года… назовем его «Планом Сперанского»[22] – это был немыслимый прорыв в уровне государственного мышления. Конечно, реализован он не был, хотя Александру I сначала понравился. Император буквально носился с этими листами бумаги, всем показывая и рассказывая, пытаясь увлечь проектом реформирования собственную команду.

Но постепенно более консервативные министры, семья, окружение, я уже не буду говорить про военных… Все они скопом убеждали императора: эти предложения слишком радикальны. У нас близится война с Наполеоном, в ее преддверии нельзя ломать сложившуюся государственную систему. Сначала надо разобраться с внешнеполитическими проблемами, только потом переходить к внутренним. В общем, план этот так и остался на бумаге. Но кое-что Сперанский сделать смог, о чем мы и поговорим.

Из реализованного

При участии Сперанского была завершена реформа образования[23]. Возможно, это лучшее достижение Александровской поры. Кстати, идея создания Царскосельского лицея, сверхэлитного образовательного учреждения, – тоже идея Сперанского[24].

И. Е. Репин. Торжественное заседание Государственного совета 7 мая 1901 года в ознаменование столетия со дня его основания. 1903

Полотно масштабное – почти девять на четыре метра. Восемьдесят один человек во главе с Николаем II

В 1810 году создан Государственный совет. Сегодня в Российской Федерации тоже есть Госсовет, но это совсем другое учреждение. Тогда же в Госсовет входили, во-первых, все министры, то есть это был квази-Совмин. Далее. Как сегодня в Совет безопасности, туда входили силовики и отчасти высшие военные чины. Наконец, в Государственный совет входили просто наиболее авторитетные, уважаемые и влиятельные люди Империи и деятельные члены августейшей фамилии.

Государственный совет был органом, который рассматривал все инициативы, все серьезные законопроекты и советовал царю, как должно вести государственную политику. Такой совещательно-рекомендательный орган при императоре, на мнение которого государь мог опираться как на полноценную общеимперскую экспертизу. Кстати, Госсовет доказал свою жизнеспособность. Вспомним знаменитую картину Репина, копия с нее висит у меня в кабинете на работе… Репин изобразил юбилейное заседание, посвященное столетию (!) создания Госсовета, – в 1901 году[25].

В созданном Государственном совете Сперанский занимает должность статс-секретаря. Официально должность называлась государственный секретарь, он отвечал за общую организацию работы совета. То есть Сперанский по названию должности был при Александре примерно как Бурбулис при Ельцине, но с несравненно большими полномочиями.

Навел порядок с финансами

Сперанский проводит очень эффективную финансовую реформу. К окончанию первых наполеоновских войн финансы Российской империи пришли в совершеннейшее расстройство. Десятки лет не было в российской экономике такой неразберихи.

Колоссальный внутренний долг. Бюджетные расходы превышали доходы. При этом никаких заначек у государства не имелось: никаких резервов, никакого золотовалютного запаса, никакого фонда национального благосостояния. Весь этот колоссальный дефицит плюс еще выплата процентов по долгам перекрывались только одним способом – печатанием денег. Можете себе представить, какова была инфляция.

Если ранее государство успешно продавало ценные бумаги под 3–4–5% годовых, то теперь гособязательства никто не приобретал.

И вот со всем этим Сперанский разобрался. Он работал как наш Минфин.

Он ввел:

а) секвестр бюджетных расходов – требовал экономить на всем;

б) дополнительные налоги, главным образом на имущих.

Впервые зашла речь о налоге на дворянские имения. Этого дворяне никогда не простили Сперанскому: почти весь XVIII век они были выведены из-под любого налогообложения.

Теперь имения обложили существенным налогом. Богатые дворяне платили больше, чем бедные. Это им не понравилось;

в) налог на винокурение, то есть производство алкоголя. Этим тоже занимались главным образом в дворянских имениях. Любителям выпить, а особенно поторговать алкоголем, пришлось раскошелиться;

г) наконец, важной мерой стало прекращение выпуска бумажных ассигнаций. Уже выпущенные ассигнации постепенно изымались из оборота, масса бумажных денег уменьшалась.

В комплексе с большим количеством других мер[26] финансовая реформа Сперанского привела к тому, что в кратчайший срок, буквально в два года, дефицит госбюджета был ликвидирован[27].

Доходы казны выросли.

Так же как выросло и число врагов Сперанского.

Самая непопулярная реформа

Наверное, самое большое негодование дворян Сперанский вызвал своей реформой государственной службы.

Получение новых чинов, то есть движение по карьерной лестнице, стало зависеть от образования чиновника.

Впервые в истории России любое производство в новый чин становилось возможно только на основании специального образовательного экзамена[28].

Экзамен сдавался уже на восьмой чин Табели о рангах: на чин коллежского асессора. Это был первый чин, который давал в XIX веке личное дворянство.

Мы очень любим приводить в пример мудрых китайцев, которые не повышали в должностях чиновников, пока те не сдадут специальный образовательный экзамен. У нас то же самое ввел Сперанский. Хочешь вырасти выше восьмого чина – сдай специальные экзамены либо предъяви диплом об окончании университета.

Далее… Пятый чин по Табели, чин статского советника, на тот момент давал потомственное дворянство. Для получения пятого чина опять новые экзамены. И выше пятого чина без университетского диплома вообще нельзя.

Эта реформа дворянству совершенно не понравилась. Многим, будучи уже в летах, приходилось идти учиться, зачастую повторно. Они вроде как образованные, но получили-то только домашнее образование! А тут в серьезном возрасте надо сдавать своего рода ЕГЭ, причем тяжелый – ведь экзамен принимала соответствующая комиссия.

Фактически отменялась придворная служба. Все придворные титулы становились просто почетными, не более того. Обладатели их отныне не имели никаких обязанностей при дворе, им предлагалось заняться каким-то более полезным делом – перейти на чиновничью либо военную службу.

Опыт Финляндии

Нельзя не рассказать еще об одном успешном эксперименте Сперанского. После очередной русско-шведской войны (1809 год) вся Финляндия стала частью Российской империи. Правда, ей был предоставлен особый статус. Как планировали Сперанский и Александр, он мог стать положительным примером для всей страны. Ведь на большой по территории, но малонаселенной Финляндии можно отработать те реформы, которые потом будут задействованы везде, по всей России.

В Финляндии не было крепостного права. В Финляндии имелись собственные органы местного самоуправления. В Финляндии был свой парламент, своя конституция, собственная полиция и даже собственные территориальные воинские подразделения.

Россия же давала защиту, единую отлаженную систему госуправления и огромный рынок для финских товаров.

Для финнов это была совершенно идеальная система.

Финский эксперимент так и не распространился на территорию всей Империи. Но вот как интересно получилось… В начале XIX века финны были намного беднее среднероссийских губерний. А сто лет спустя, на момент выхода Финляндии из состава нашего государства, они жили гораздо зажиточнее, свободнее и спокойнее, чем народы остальной России. За эти сто лет благодаря реформам Сперанского финны сильно разбогатели.

Со Сперанским связана и такая любопытная история. В том же Эрфурте государь как-то спросил его: «Вот ответь мне, Михаил Михайлович, а где все-таки лучше? Во Франции, в Германии или у нас дома? Где жить лучше?» Сперанский дал остроумный ответ. Он никого не обидел, отчасти даже польстил государю, но, с другой стороны, был правдив: «Ваше Величество, в России лучше люди, а в Европе лучше установления, то есть лучше законы». Вот вам, как говорится, и намек, вот вам и программа действий. Надо менять установления, надо сделать их еще лучше, чем в Европе.

Друзья и враги

Насчет того, что в России люди лучше, Сперанский, безусловно, прав. Мы с этим согласимся. Но не все. У Сперанского были и завистники, и ненавистники. Он неизбежно порождал зависть и ревность. Мол, выскочка, безродный, ниоткуда. А его действия, реформы, его убеждения порождали идеологическое сопротивление.

В. А. Тропинин. Портрет Н. М. Карамзина. 1818

Считал реформы Сперанского вредоносными, пропитанными духом вольтерьянства

В числе его врагов был даже историк Николай Карамзин, убежденный, что реформы Сперанского – это подражание пагубной Франции, этому бессмысленному вольтерьянству, безбожию и революционной заразе.

Cреди членов семьи императора Александра тоже многие терпеть не могли Сперанского. Говорили, посмотрите, какой он заносчивый, этот попович. Он с нами разговаривает практически на равных! Сперанский действительно держался гордо, плюс его еще князь Куракин в свое время научил хорошо одеваться.

Канделябр

Выглядит скромно, а вещь дорогая

Детали туалета М. Сперанского

Непременные атрибуты каждого столичного франта

Когда он поступил на службу к Куракину, тот в первый же день службы посмотрел на него, всем своим видом говорящего «я префект семинарии, сын сельского попа», посмотрел грустно, да и говорит: ладно, кидай вот эту всю одежду в камин, куплю тебе все сам. Будешь отныне на службу ходить, как я тебя одену.

С тех пор Сперанский сделался большим франтом, появлялся везде щеголем, всегда носил перчатки и цилиндр. Любил красивую мебель, аксессуары. Вот у нас на столе канделябр со свечой.

Вот такой вот канделябр стоял на столе у Сперанского. Это, собственно, начало XIX века… Ампир европейский. Кстати, дорого стоил тогда. Это вам не какая-то сальная свеча, которая в плошке плавает.

Е. В. Мошков. Миропомазание великой княгини Елизаветы Алексеевны. 1795

Дочь маркграфа Баденского приняла православие и вышла замуж за великого князя Александра Павловича. Он стал императором, она – императрицей

Подчеркнутое чувство собственного достоинства у Сперанского, конечно, раздражало и членов императорской фамилии, и прочую знать. Ну все так понемногу на Сперанского Александру капали-капали, капали-капали, но царь поначалу не реагировал. Но ничего. Капля камень точит, как говорится, не силой, а частотой падения.

Падение

Итогом стала отставка Сперанского, причем скандальная, с намеком чуть ли не на измену[29]. Отставка, которая была при дворе названа высокопарно – падением. Придворные толсто намекали, что экс-Госсекретарь является агентом влияния Запада, чуть ли не шпионом[30].

Неправильные, нерусские реформы предлагает.

Технически отставка была организована следующим образом. Поздно вечером государь пригласил Сперанского к себе в рабочий кабинет. Двери закрыли, и никто не знает, о чем эти двое говорили при закрытых дверях более двух часов.

Сперанский, ему к этому моменту 40 лет, вышел на полусогнутых. У него в буквальном смысле тряслись руки, градом катился пот. Он оставил портфель с бумагами в приемной. Пытался его застегнуть. Портфель не застегивался; он запихал туда бумаги, потом схватил свой цилиндр, в беспамятстве пробовал засунуть его тоже в портфель. Наконец, смял цилиндр, впихнул, туда же засунул перчатки. Все это обхватил руками и упал в кресло. К нему бросились с водой, нюхательной солью. Всем казалось, Сперанский сейчас прямо на месте потеряет сознание и умрет от разрыва сердца.

Д. Доу. Портрет А. Д. Балашова. 1819–1822

Старинный недоброжелатель имел удовольствие препроводить нашего героя в ссылку

Как-то откачали, он поехал домой. А дома его уже ждет начальник полиции, министр Балашов[31], – известный недоброжелатель Сперанского, много лет строивший против него козни. Теперь в руках Балашова письменный указ, которым Сперанскому предписывается немедленно покинуть Санкт-Петербург и отправиться в ссылку. Причем при увольнении ему не выплатили никаких денег. Жил он на приличное по этим временам жалование, но накоплений особых не собрал. Все, что у него было, взял с собой и отправился в Нижний Новгород, потом в Пермь под надзором специального пристава.

Можно бы сказать, что все, финита ля комедия: стремительная, невиданная карьера из поповича в полупремьеры завершилась. Но нет. Мы не знаем, о чем говорил государь император со Сперанским. Мы даже не знаем, как он объяснял ему эту молниеносную отставку. Есть разные предположения.

Дело близилось к огромной общеевропейской войне, в которую втягивали и Россию. Человек, известный своими симпатиями к Франции, к Бонапарту, к реформам по французскому образцу. Человек, ненавидимый знатью и родовитым дворянством. Человек, к которому очень плохо относятся, как бы сейчас сказали, все силовики. Человек, который пользуется большим благорасположением потенциального противника – Франции. Конечно, такой человек рядом с государем ставил Александра в неловкое положение.

Есть время собирать камни, есть время разбрасывать. Кончилось время реформ, и, более того, кончилось время мира. Наступило время войны, время иных людей – военных, и Александр отодвигает от себя Сперанского. Но не навсегда.

Опять у власти

Война закончилась. В 1816 году Сперанского возвращают. Не сразу в Петербург, сначала назначают Пензенским гражданским губернатором; потом, через некоторое время, – Сибирским генерал-губернатором с резиденцией в Иркутске. Причем еще и ревизором.

Со своей обычной энергией Сперанский несколько лет приводит в порядок дела в Пензе, потом в Сибири. Делает это строго, бескорыстно, жестко.

Есть много историй про то, как Сперанский руководил в Сибири…

Начались и «посадки» проворовавшихся чиновников, и громкие отставки, кто-то из отставленных пытался покончить с собой, а кто-то – бежать за границу. Не все было чисто до Сперанского в Сибирском губернаторстве.

Он многое улучшил. Лично вел прием населения, смело вводил разные новшества, всегда был открыт для любых инициатив и предложений. Даже попробовал реализовать в Сибири свою идею разделения властей на отдельные ветви: судебную, законодательную, законосовещательную, исполнительную.

Там, на региональном уровне, он это как смог организовал. На общеимперском уровне, как я уже рассказывал, не все получилось. Например, Сперанский когда-то предлагал реорганизовать Сенат. Древний, со времен Петра, и крайне бестолковый орган. Никто не понимал, чем, собственно, Сенат занимается. Звание сенатора почетно, а его обязанности непонятны. Сперанский попробовал преобразовать Сенат в общеимперский Верховный суд, но у него тогда не получилось. А в Сибири получилось.

В 1821 году состоялось возвращение в Петербург. Сперанский становится членом департамента законов Госсовета, того самого, что был создан по его предложению.

Меняются императоры, но не Сперанский

Но вот что интересно. По воцарении Николая I Сперанского не отставляют. Наоборот, он становится одним из самых приближенных сотрудников нового императора. Государь не испытывает никаких либеральных иллюзий. Он офицер. Он только что с декабристами расправился. Он человек самых консервативных убеждений. А Сперанский, автор либеральных реформ, становится его ближайшим помощником.

Сперанский – автор Манифеста о создании Верховного суда над декабристами, он и сам вошел в состав этого суда. Был в числе тех, кто выносил приговор декабристам.

Дальше, правда, есть разные свидетельства. Одни говорят, что Сперанский в суде занимал самую жесткую позицию. Мол, люди, которые насильственным образом пытаются свергнуть власть, которые замышляют цареубийство, есть худшие из врагов постепенного реформирования, каких только можно себе представить, и заслуживают самого жестокого наказания.

Есть и другие свидетельства. Будто он буквально плакал при вынесении приговора. Так или иначе, в советских учебниках писали: осудив декабристов, Сперанский продемонстрировал свою лояльность новому курсу.

Главный законооформитель

И вот Николай I поручает Сперанскому создать то, чего ранее в законченном виде не было в России никогда.

Работу над кодификацией российских законов Сперанский начал как фактический глава Второго отделения С.Е.И.В. канцелярии, а уже в конце жизни Николай I назначил его главой департамента законов Госсовета.

Попытки предпринимались. Сначала Иван III, великий князь московский, создает Судебник. Потом кодекс с тем же названием, принятый на Стоглавом соборе при Иване Грозном. Потом, в годы правления Алексея Михайловича, отца Петра I, создается Соборное Уложение 1649 года – свод законов Московского государства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Считается, что это Наполеон так шутил. Но, говорят, некий индийский раджа предложил британскому правительству продать ему доктора Владимира Хавкина. Уроженец Одессы и сотрудник Пастеровского института Хавкин в 1890-е годы работал в Индии по приглашению британцев, научился побеждать чуму и холеру. Раджа предлагал за Хавкина стадо слонов. – Прим. ред.

Вернуться

2

Из книги историка С. М. Середонина (1860–1914): «Сперанский был своего рода Пушкиным для бюрократии: как великий поэт, точно чародей, владел думами и чувствами поколений, так точно над развивавшимся бюрократизмом долго царил образ Сперанского».

Вернуться

3

Сперанский родился и вырос в селе Черкутино (совр. Собинский р-н Владимирской обл). Это село упоминается в книгах писателя Владимира Солоухина, который родился и вырос в селе Алепино – в 3 км от Черкутино. Солоухин в 1935–1938 годах даже учился в Черкутинской школе. Тесен мир! – Прим. ред.

Вернуться

4

Начиная с Петра I предпринимались меры для повышения грамотности провинциальных священников: «а которые в тех школах учиться не похотят, и их в попы и в диаконы, на отцовые места, и никуда не посвящать, и в подъячие и во иные никакие чины, кроме служилого чина принимать не велено». Начиная с правления Анны Иоанновны не обучавшиеся в школах дети духовенства подлежали разбору в солдаты с 15 лет, причем их запрещалось посвящать в священнослужители даже после отставки. В свою очередь, церковные власти также издавали распоряжения о присылке детей в семинарии, налагая штрафы на священников, уклонявшихся от исполнения этого требования. – Прим. науч. ред.

Вернуться

5

Позже, в 1814 году, семинарии по статусу будут приравнены к гимназиям. Но по составу учащихся они были и будут намного демократичнее. – Прим. науч. ред.

Вернуться

6

На тот момент – Свято-Троицкий Александро-Невский монастырь, статус лавры монастырь приобрел при Павле I. – Прим. науч. ред.

Вернуться

7

Должность префекта подразумевала широкий набор административных функций: от надзора за поведением и прилежанием учеников до хозяйственного обеспечения деятельности семинарии. В начале XIX в. должность префекта была переименована в эконома. – Прим. науч. ред.

Вернуться

8

Братья Александр и Алексей Куракины приходились внучатыми племянниками воспитателю Павла Петровича Н.И. Панину. Алексей Борисович Куракин (1759–1829) – после воцарения Павла при Павле I генерал-прокурор, действительный тайный советник, главный директор Ассигнационного банка. Пережив кратковременную отставку со всех постов (опалу) в конце правления Павла, Куракин был возвращен на службу Александром I и стал Малороссийским генерал-губернатором, членом Непременного совета, министром внутренних дел (1807–1811). – Прим. науч. ред.

Вернуться

9

Мединский В. Рассказы из русской истории. XVIII век.

Вернуться

10

Борис Алексеевич Куракин (1784–1850) большую часть службы отдал министерству финансов, с 1822 года – сенатор, тайный советник. Член Верховного уголовного суда по делу декабристов. С 1833 года в отставке. В конце жизни остался единственным представителем семейства Куракиных, что позволило ему сосредоточить в своих руках все владения этого рода – Прим. науч. ред.

Вернуться

11

А. Б. Куракин был женат на Наталье Ивановне Головиной, чья старшая сестра Дарья Ивановна (в замужестве Уварова) была матерью Сергея Семеновича Уварова. – Прим. науч. ред.

Вернуться

12

Это происходит в конце 1796 года, после воцарения Павла I Петровича. Куракин тогда становится генерал-прокурором. – Прим. ред.

Вернуться

13

Это тем более фантастично, что Табель о рангах прописывала сроки нахождения в каждом чине: три и четыре года. «Ускоренное» производство в новые чины не поощрялось. Табель о рангах была рассчитана так, чтобы чиновник достигал бы крупных чинов только после 20–25 лет «беспорочной службы». – Прим. ред.

Вернуться

14

Император Павел I был убит в ночь с 11 на 12 марта 1801 года. – Прим. науч. ред.

Вернуться

15

Считается, что сначала Сперанский был взят секретарем к Д. П. Трощинскому – статс-секретарю Екатерины II (1793–1796) и Павла I (1796–1800), автору манифеста о восшествии на престол Александра I. По рекомендации Трощинского Александр I после воцарения назначил Сперанского своим статс-секретарем. – Прим. науч. ред.

Вернуться

16

Виктор Павлович Кочубей (1768–1834) – сенатор, член Непременного совета и Негласного комитета (1801–1803), министр внутренних дел (1802–1807). После вступления на престол Александра I высший законосовещательный орган при особе императора – Совет при Высочайшем дворе – был преобразован в Непременный совет (Государственный совет), который существовал наряду с действовавшим тайно Негласным комитетом. Непременный совет имел право создавать особые комиссии для подготовки реформ. В одной из них под руководством В. П. Кочубея как министра юстиции работал Сперанский. – Прим. науч. ред.

Вернуться

17

Николай Николаевич Новосильцев (1762–1838) – племянник А. С. Строганова, участник кружка «молодых друзей» при великом князе Александре Павловиче (имп. Александре I), где обсуждались планы преобразований. Член Негласного комитета, один из главных разработчиков министерской реформы 1802 года. Президент Петербургской Академии наук (1803–1810), одновременно до 1808 года товарищ министра юстиции и председатель Комиссии составления законов. При Николае I – Председатель Комитета по делам Царства Польского, Председатель Государственного совета и Комитета министров (1834–1838) – Прим. науч. ред.

Вернуться

18

Адам Ежи Чарторыйский (1770–1861) – князь, тайный советник, генерал-лейтенант российской службы. Адъютант вел. кн. Александра Павловича (имп. Александра I). Член Негласного комитета, сенатор, член Непременного совета (1805–1810) и Государственного совета (1810–1831). Товарищ министра иностранных дел, в 1804–1806 годах управляющий министерством. Сторонник воссоздания Польского государства. В период восстания 1830–1831 годов стал председателем Временного правительства Польши. – Прим. науч. ред.

Вернуться

19

Во время переговоров Александра I c Наполеоном в 1808 году в Эрфурте были подтверждены условия Тильзитского мира и выработаны условия дополнительного секретного соглашения о военном союзе. Подписанное затем министрами двух стран соглашение (Эрфуртская конвенция), однако, в дальнейшем игнорировалось обеими сторонами. – Прим. науч. ред.

Вернуться

20

В 1808 году Сперанский был назначен товарищем министра юстиции и членом министерской Комиссии составления законов, занимавшейся кодификацией законодательства и составлением новых законопроектов. С 1810 года Сперанский возглавил эту комиссию, причем ее статус был повышен – она была передана в структуру Госсовета с правом давать заключения по законопроектам, поступавшим в Департамент законов Госсовета. – Прим. науч. ред.

Вернуться

21

Сперанский писал в работе «О коренных законах государства» (1802): «Я бы желал, чтоб кто-нибудь показал различие между зависимостью крестьян от помещиков и дворян от государя; чтоб кто-нибудь открыл, не все ли то право имеет государь на помещиков, какое имеют помещики на крестьян своих.

Итак, вместо всех пышных разделений свободного народа русского на свободнейшие классы дворянства, купечества и проч. я нахожу в России два состояния: рабы государевы и рабы помещичьи. Первые называются свободными только в отношении ко вторым, действительно же свободных людей в России нет, кроме нищих и философов». – Прим. ред.

Вернуться

22

Были реализованы два проекта Сперанского: учрежден Государственный совет (1810), а затем завершено создание министерской системы (1811). Более широкая программа реформ касалась в первую очередь политико-юридической сферы деятельности государства и была изложена в подготовленном им «Проекте Уложения государственных законов Российской империи» и др. документах. При этом Уложение государственных законов представлялось Сперанскому не просто как кодекс, а как основной закон, своеобразный российский вариант конституции. – Прим. науч. ред.

Вернуться

23

Идейные основы реорганизации системы образования были изложены Сперанским совместно с его единомышленниками В. Н. Каразиным, М. Н. Муравьевым и др. в документе под названием «Предварительные правила народного просвещения». Документ определил содержание школьных и университетских уставов 1804 года. Декларировалось общее среднее образование, доступное всем слоям населения. Предусматривалось наличие четырех ступеней: высшей (университеты в каждом округе), средней (гимназии в каждом губернском городе), промежуточной (уездные училища) и низшей (приходские училища). Соответственно была реформирована и структура духовного образования: по аналогии с гражданским образованием установлена четырехступенчатая структура духовных учебных заведений, подчиненная комиссии духовных училищ при Святейшем Синоде: приходское училище – уездное училище – духовная семинария – духовная академия. – Прим. науч. ред.

Вернуться

24

Образовательная программа для Царскосельского лицея (открыт в 1811 году) была разработана Сперанским и ориентирована на подготовку государственных чиновников высших рангов. – Прим. науч. ред.

Вернуться

25

В 1801 году Александром I был учрежден Непременный совет – предшественник Государственного совета, официально созданного 1 января 1810 года.

Вернуться

26

Считается, что именно Сперанский предложил Александру I толковать условия навязанной Наполеоном континентальной системы таким образом, чтобы она не распространялась на суда, заходящие в российские порты под нейтральным флагом. – Прим. науч. ред.

Вернуться

27

В 1809 году бюджетные доходы Российской империи составили 256,7 млн руб., расходы – 278,4 млн; в 1810 году – 292,2 млн и 278,9 млн соответственно, в 1811 году – 331,9 млн и 272,1 млн. См.: Динамика экономического и социального развития России в XIX – начале XX в. [Электронный ресурс] / Кафедра исторической информатики исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. URL: http://hist.msu.ru/ Dynamics/ – Прим. науч. ред.

Вернуться

28

В соответствии с реформой чинопроизводства лица, имевшие придворный чин камергера или камер-юнкера, должны были подать в отставку или перейти на военную или гражданскую госслужбу. Для получения чинов с 8 по 5-й классы Табели о рангах необходимо было иметь полную выслугу лет и сдать экзамен по университетской программе (указ Александра I 1809 года). – Прим. науч. ред.

Вернуться

29

Считается, что причиной отставки стали обвинения Сперанского в государственной измене, которым Александр I, возможно, придал преувеличенное значение в преддверии неизбежной войны с Францией. Можно предположить, что этот «политический жест» должен был продемонстрировать решительность намерений Александра I и полный разрыв со сторонниками мира и дальнейших уступок Наполеону. Через несколько лет император изменил свое отношение к «делу Сперанского» и назначил его Пензенским гражданским губернатором (1816), а затем генерал-губернатором Сибири (1819), признав тем самым ложность выдвинутых против него обвинений. – Прим. науч. ред.

Вернуться

30

Отношения с Францией качались, как маятник, а Сперанский независимо от этого продолжал переписываться с французскими юристами. Неосторожно? Может быть, но никаких оснований для обвинения в измене. А государю-то намекали именно на это.

Что и правда было неразумно со стороны Сперанского, он не раз весьма своевольно и дерзко отзывался о непоследовательных шагах императора. – Прим. ред.

Вернуться

31

Александр Дмитриевич Балашев (Балашов) (1770–1837) – генерал от инфантерии (1823), с 1809–1810 годов военный губернатор С.-Петербурга и министр полиции. С 1819 года генерал-губернатор Воронежской, Орловской, Рязанской, Тамбовской и Тульской губерний. В 1834 году в отставке по болезни. – Прим. науч. ред.

Вернуться