Ирина Сощенко
Квантовая свобода

Этот путь требует не слепой веры, а любопытства исследователя и смелости сделать первый шаг в неизвестность. Вы не будете «работать над собой» – вы будете вспоминать себя. Снимать слой за слоем то, что вам не принадлежит, чтобы обнаружить алмаз собственного «Я», который был там всегда.

ВСТУПЛЕНИЕ

КИНОЛЕНТА И ЛАБОРАТОРИЯ

Меня всегда называли неугомонной. Моя жизнь – это кинолента, где кадры меняются быстрее, чем зритель успевает к ним привыкнуть. Я не могу иначе: я вижу вероятности. Вижу развилку в каждой привычке, дверь – в каждой стене, новый сценарий – в каждой устоявшейся роли.

Если мне не нравится работа, если вокруг зло и неуют, я не буду ждать и терпеть. Я встану. Сначала я просто держу эту мысль в голове, как семя. Потом принимаю решение – и это акт действия. Если зимой холодно, в моей голове сразу роятся мысли: как сделать квартиру уютнее? Добавить пледов, новых чашек, красивых тарелок тёплых цветов. Я не смотрю на проблему как на тупик. Я смотрю на неё как на поле для трансформации. И я никогда не рассматриваю одно решение как единственную вероятность. Я раскладываю перед собой десятки вариантов, чтобы выбрать нужный мне – тот, что создаст именно ту реальность, которую я хочу почувствовать кожей.

Я ухожу, меняю, трансформирую. Раньше я думала, что это просто характер. Сейчас я понимаю: это и есть метод. Я интуитивно вела себя как экспериментатор в собственной квантовой лаборатории. Что такое принцип неопределенности, как не этот веер вариантов в моей голове? Что такое коллапс волновой функции, как не тот момент, когда я, рассмотрев все «пледы и чашки», наконец покупаю именно эти? Мой выбор – это и есть акт наблюдения, который из спектра возможностей вызывает к жизни одну, осязаемую реальность.

Но всегда ли это был лишь мой выбор?

Были времена,когда все мои методы давали сбой. Когда боль, страх, гнев и ненависть после развода сгустились в непроглядную черную материю внутри. Я носила её в себе, как тяжкий, отравляющий груз. Я ходила в церковь, механически произносила слова молитв, просила Бога забрать эту тяжесть. Но казалось, что мои слова ударяются в свинцовый купол отчаяния и падают обратно, без ответа. И тогда я совершила радикальный акт – я перестала просить. Я перестала посещать храм. Я отвернулась не от Бога, а от формы, которая в тот момент стала для меня немой. Я замерла в тишине собственного сердца, где не осталось ни надежды, ни сил, ни даже слов.

И именно в этой абсолютной, выжженной тишине, когда я перестала бороться и умолять, оно и прозвучало. Не как утешение. Не как приказ. А как тихий, безоценочный факт, холодный и чистый, как звездный свет: «На все воля Бога».

Тогда я не понимала, что мое молчание и была самая настоящая молитва. А та тихая фраза внутри – не приговор, а ответ. Ответ, который пришел не как слово, а как новое качество зрения. Я вдруг увидела не свою боль, а – вероятность исцеления в бесконечном спектре состояний моей души».

В тот миг это не было смирением. Это было признанием краха. Моя воля – сломалась. Мой выбор – иссяк. Мой контроль – оказался иллюзией. И передо мной обнажилась голая реальность: есть нечто большее. Поле, в котором даже моё отчаяние – лишь одна из возможных конфигураций материи. И эта мысль, которая раньше могла бы обесценить мои страдания, напротив, дала им пространство. Она не спасла меня вмиг. Но она развернула моё сознание. Я перестала быть узником своей боли. Я стала наблюдателем, который наконец увидел не только частицу страдания, но и всё поле событий, всю запутанность причин и следствий, всю квантовую сложность человеческих отношений, частью которой я была.

С точки зрения религии – это был момент истинного смирения. Не того, что ломает, а того, что освобождает, снимая с меня титаническую ношу ответственности за то, что было вне зоны моего контроля. Это было доверие к пути, который я не понимала.

С точки зрения квантовой физики – это было осознание себя не как «частицы», бьющейся о стену, а как части поля. Поле («воля Бога») содержало в себе вероятность и этой боли, и её преодоления, и моего бунта, и моего покоя. Моё отчаяние было лишь одним из возбужденных состояний системы. А тихая фраза внутри стала актом перенастройки внимания – первым шагом к тому, чтобы наблюдать за другим, более целостным состоянием этого поля.

И вот здесь, в этом самом парадоксе – между активным творчеством «пледов» и капитуляцией перед «волей», – происходит встреча, где рождается моя книга. Это встреча со-творчества.

ГЛАВА 1

ПРИТЧА О САДОВНИКЕ

Представьте сознание человека как бескрайний луг под огромным небом. Это ваше поле вероятностей. На нём может вырасти что угодно: сад невероятных событий, лес смелых решений, тихая поляна покоя. Ветер доносит семена тысяч возможностей. Вы свободны.

Но так ли мы живем?

Чаще мы похожи на садовника, который получил в наследство не луг, а крошечный, перепаханный огородик. Мы усердно продолжаем дело предков: огораживаем этот пятачок земли высотным забором – чтобы соседи не увидели, как мы жарим наш скромный шашлык или хвастаемся нашим скудным урожаем. Мы вбиваем колышки страха: «а что, если отнимут?», «главное, чтобы было как у всех, хотя бы не хуже». Мы высаживаем не цветы, а знакомые, проверенные овощи нужды – картошку, морковь, лук. Те самые, что спасали от голода наших предков. Мы лелеем этот огород, думая, что это и есть вся жизнь. Мы боимся даже представить, что за забором – изобилие фермерских рынков, где можно купить всё, что душе угодно, и вместо грядок с картошкой разбить сад благоухающих роз, где можно не работать, а просто наслаждаться.

Мы сидим в своем загоне, построенном из страхов прошлого, и тоскуем, глядя на горизонт, который сами же от себя отгородили.

В Прологе я говорила, что вижу вероятности. Но так было не всегда. Долгие годы я была тем самым садовником. И самым прочным забором для меня стала не чья-то воля, а мой собственный, с детства выстроенный механизм выживания – моя эмпатия.

Этот забор начал строиться не в зрелом возрасте. Его фундамент закладывался в детстве, в семье, где главным «урожаем» были не овощи, а напряженные чувства, невысказанные претензии и громкие ссоры. Чтобы проплыть это море непредсказуемых эмоций взрослых, мне пришлось стать радаром. Я научилась считывать малейшие изменения в настроении мамы, предугадывать вспышки гнева, чувствовать ярость отца. Меня никто не спрашивал: «Что ты чувствуешь?». Мои чувства были непозволительной роскошью, пятном на картине взрослых проблем. Моей задачей было – чувствовать за них. Чтобы предупредить взрыв. Чтобы утешить. Чтобы, наконец, в доме наступила хрупкая, выстраданная тишина.

Я не была «жилеткой». Я была юным телохранителем чужих эмоций. И этот навык, как отточенный инстинкт, я пронесла во взрослую жизнь.

Ко мне тянулись нарциссы, жертвы, манипуляторы. Они шли инстинктивно, как на родниковый ключ в пустыне. Они чуяли: здесь можно безопасно слить токсичность, вывалить свой гнев, свою беспомощность. А я… я делала то, что умела лучше всего: впитывала и расшифровывала. Я давала их чувствам имена, находила причины, принимала всё без суда. После таких сеансов я могла три дня приходить в себя, чувствуя себя выжатой, опустошенной, как будто я тайно сдала в ломбард кусочек собственной души.

Сказать «нет»? Для меня это было не актом установки границы, а актом предательства самой своей природы. Отказать человеку во внимании было все равно что, находясь в спасательной шлюпке, оттолкнуть от борта цепляющиеся пальцы. Моя психика воспринимала это как убийство. Невыносимая вина была мощнее любого страха за себя.

Это и был мой забор. Он был построен из «спасительных» кирпичиков: «Твоя миссия – облегчать боль других», «Твое сочувствие – твоя единственная ценность», «Твои потребности подождут». Но внутри этого забора чахло и болело мое собственное, никем не распознанное «Я». Я коллапсировала всё многообразие человеческих связей (лёгких, радостных, взаимных) в одну исчерпывающую роль: эмоциональная станция скорой помощи для всех, кроме себя.

Мой забор «телохранителя» – лишь один тип. Но у всех наших тюрем есть общие строительные материалы. Давайте разберем их по кирпичикам:

· Кирпич Страха Выживания: Унаследованный страх голода, физической или эмоциональной нищеты. «Надо хватать и хранить своё». «Доверять нельзя». Это те самые «грядки с картошкой» вместо «сада роз».

· Кирпич Долга: «Я должна», «Так положено», «Надо терпеть». Это голос интроектов – чужих правил, которые мы проглотили, не пережёвывая, как моральную кашу.

· Кирпич Чужих Очков: Взгляд на себя глазами других. «Что скажут соседи по даче?», «А коллеги что подумают?», «Я разочарую маму».

Когда эти кирпичики складываются в стену, происходит преждевременный квантовый сбой. Вместо того чтобы удержаться в состоянии неопределенности (где есть десятки вариантов: уйти, поговорить, делегировать, отказать, изменить условия), мы в панике «хлопаем» реальность, выбирая самый знакомый, самый болезненный, но предсказуемый сценарий. Мы выбираем клетку, потому что на воле нам страшно. Мы играем роль жертвы, спасателя, безотказного работника, удобной дочери или сына.

Пройдитесь взглядом вдоль своей стены. Узнаете эти узоры?

· Финансовый забор: «Я не могу уйти с этой работы, потому что мне уже 35, и я потратил на эту профессию 10 лет». (Забор из кирпичей «Долга перед прошлым» и «Страха голода»).

· Социальный забор: «Я не высказываю свое мнение в семье, чтобы не было ссоры». (Забор из «Страха конфликта» и «Чужих ожиданий»).

· Забор отношений: «Я буду встречаться с этим человеком, потому что боюсь остаться одна, и все говорят, что он – хорошая партия». (Комбинированный забор из всех видов кирпичей).

· Зеркальный забор эмпата: «Я не могу попросить о помощи, потому что не хочу обременять других». (Тот же кирпич «Долга», но вывернутый наизнанку: моя миссия – служить, а не быть обслуженной).

Если хотя бы один пример вызвал в вас горькое «узнавание» – вы уже на пути. Вы прикоснулись к стене своего забора.

Мы не будем сейчас ломать стены. Слишком много сил уходит на борьбу. Сначала нужно просто увидеть.

Задание на неделю: Каждый вечер уделите 5 минут тишины.

· Вспомните один момент за день, когда вы почувствовали тяжесть, раздражение, обиду, чувство «попал в ловушку». Запишите ситуацию: «Я чувствовал(а) _________, когда _________».

· Спросите себя: «Какая мысль-кирпичик поддерживала это чувство?» Посветите лучом внимания на основание своей эмоции.

· Пример: «Я чувствовала истощение, когда три часа выслушивала подругу. Какая мысль? – Мой долг – быть для неё опорой. Её кризис отменяет мою усталость».

· Пример: «Я чувствовал унижение, когда начальник накричал на меня. Какая мысль? – Я тут никто. Мой удел – это терпеть, потому что это моя единственная надежная "грядка"».

Цель не в том, чтобы изменить мысль. Цель – разотождествиться. Увидеть: «Ага, это не Я. Это всего лишь старый, унаследованный кирпичик страха. Он в моей стене, но он – не я».

Вернитесь мысленно к тому садовнику. Теперь он заметил, что его «огород» – это музей голодного прошлого. Он не ломает забор в ярости. Он просто медленно подходит, касается шершавой древесины. И в щель между двумя кривыми досками он видит то, что забыл: бескрайний луг, поросший цветами, которых он не сажал. Свежий ветер. Небо.

Этот забор не вечен. Он сделан из ваших же мыслей. А раз так, то только вы имеете право его перестроить, уменьшить или вовсе разобрать, доска за доской. Первый и самый главный шаг – это увидеть.

ГЛАВА 2

ФУТБОЛЬНОЕ ПОЛЕ ЛЮБВИ

Мы разобрали заборы, которые строим в одиночку. Но что происходит, когда мы допускаем кого-то на свою территорию? Когда мы создаём пару, семью? По логике вещей, это должно стать пространством союза, где два садовника вместе возделывают общий сад. Но слишком часто вместо сада мы получаем стадион. А вместо союза – изнурительный матч, где любящие люди становятся главными противниками.

Представьте это поле. Зелёный газон возможностей – общий быт, планы, мечты, воспитание детей. По его краям – те самые высокие заборы наших личных страхов. И вот два человека выходят играть. Но игра начинает идти по странным правилам.

Один из игроков – женщина – выходит не просто на свою позицию. Она выбегает на поле с ощущением, что отвечает за всё. За состояние газона, за мяч, за счёт на табло, за погоду над стадионом. Ещё в раздевалке её ум прокрутил десять сценариев игры, и в каждом был скрытый страх: «Если я не проконтролирую, всё развалится». Этот страх – прямой наследник того самого «забора»: кирпичики «ты же должна», «хорошая жена – это…», «мать обязана». Она не просто игрок. Она – капитан, тренер, дворник и судья в одном лице.

Её партнёр, мужчина, выходит на поле с совсем другим посылом. Он готов играть. Но он видит перед собой женщину, которая уже мчится по всему полю, контролируя каждый сантиметр. Его робкая попытка паса натыкается на её крик: «Не туда! Я сама!», или на громкие слова «Не беспокойся, я всё уже решила». Постепенно энергия мужчины гаснет. Его роль сводится к тому, чтобы изредка отбивать летящие в него мячи требований или виновато стоять в стороне, пока женщина в одиночку тащит игру. Он превращается в зрителя на собственном поле. А точнее – в мишень.

Мяч в этой игре – это немые претензии и тяжёлая усталость.

Игра разворачивается так. Вечер, оба уставшие. Женщина, стиснув зубы, готовит ужин, параллельно отвечая на сообщения из родительского чата и думая о том, что завтра надо отвезти ребёнка к врачу. Она видит, как ее мужчина садится на диван. В её голове щёлкает счётчик: «Я тащу всё, а он отдыхает. Он не видит, не ценит». Это чувство – и есть мяч. Она не делает пас просьбы: «Дорогой, помоги, пожалуйста, нарезать салат». Нет. Она с силой бьёт этим мячом обиды в его ворота: «У тебя всегда есть время на диван, а на помощь – никогда!».

Мужчина, оглушённый ударом, пытается защищаться: «Да я только пришёл! Я бы помог, если бы ты попросила!». Но для женщины это – ответный укол. Ведь в её правилах «настоящий близкий человек должен догадаться сам». Пас сделан неудачно, мяч летит обратно. Диалог превращается в перепасовку взаимных обид: «Ты никогда не ценишь мои старания!» – «А ты всегда недовольна!». Гол не забит. Поле – вытоптано. Оба в грязи и в слезах. Женщина чувствует себя одинокой и непонятой героиней. Мужчина – атакованной и беспомощной жертвой.

Почему мы играем именно в эту игру?

Потому что это— столкновение двух «заборов». Её забор – «Я должна всё контролировать, иначе я плохая (мать, жена, хозяйка)». Его забор – «Мои попытки всё равно будут неправильными, лучше не лезть и не провоцировать гнев». Оба действуют из страха. Оба, сами того не ведая, "схлопывают" бесконечный спектр возможностей совместной жизни (можно договариваться, можно просить, можно меняться ролями, можно смеяться над неудачами) в одну тесную и болезненную реальность: «Я один(а) против тебя, а ты меня не понимаешь».

Здесь коренится главная ловушка эмпата-спасателя, о которой мы говорили в первой главе. Взваливая на себя всё бремя («я чувствую, что нужно сделать, и сделаю это сама, чтобы избежать конфликта/хаоса»), мы системно лишаем другого возможности стать со-игроком. Мы сами создаём динамику «я – ответственный взрослый, ты – беспомощный ребёнок». А потом горько удивляемся, почему партнёр не спешит разделить ответственность. Мы играем в одиночку, а потом обвиняем другого в том, что он не играет.

Но где же здесь женская природа? – спросите вы.

А она здесь – искалеченная. Потому что истинная природа не линейна и не монолитна. Она – река. Сегодня она бурная и стремительная – энергия действия, очищения, напора. Завтра – плавная и глубокая – энергия принятия, мудрости, покоя. Послезавтра – застывшая и неподвижная – энергия отдыха, накопления, зимней спячки.

Что делает с этой рекой забор гиперответственности?

Он пытается заключить её в бетонные берега постоянного, ровного, предсказуемого потока. «Я всегда должна быть сильной. Всегда – заботливой. Всегда – эффективной». Это противоестественно. Река в бетонном желобе перестаёт быть живой. Она не питает берега, в ней не водится рыба, она не отражает небо. Она просто функционирует. Так и женщина, пытающаяся быть «всегда-на-пике», выгорает, теряет связь с собой, со своими циклами, с самой сутью – быть разной.

Практика «Свисток и Передача».

Итак,мы осознали игру. Как выйти из неё? Нужно не просто перестать играть, а сменить игру.

Шаг 1 (Свисток): В момент, когда вы чувствуете, как знакомый ком обиды подкатывает к горлу, когда вы готовы сделать замах для мощного удара упрёком – мысленно дайте свисток. Скажите себе: «Стоп. Я снова играю одна за всю команду. Я пытаюсь забить гол в ворота своего же союзника. Это тупик».

Шаг 2 (Передача): Вместо удара на поражение, сделайте пас-предложение. Переформулируйте претензию в запрос или в приглашение к совместному творчеству.

· Вместо: «Ты никогда не моешь посуду!»

· Попробуйте: «Я сегодня выдохлась. Давай сыграем в игру: я готовлю ужин, а ты – главный по кухне после него? Или придумаем другой вариант?»

· Вместо: «Мне одной всё надо тянуть!»

· Попробуйте: «Мне очень нужна твоя поддержка в делах по дому. Давай в воскресенье сядем и вместе составим список дел, а потом честно поделим? Мне важно чувствовать, что мы команда».

Цель – не победить, а начать играть в одной команде. Команда называется не «Против друг друга», а «Против проблемы». Проблема – это усталость, неорганизованность, нехватка времени. А вы вместе – против неё.

Ваш Финал: От стадиона – к реке.

Что если однажды вы с партнёром, устав от вечной грязи на этом стадионе, возьмётесь за руки и уйдёте с него? Просто уйдёте. Не в разные раздевалки, а куда-то в другое место.

Представьте, что ваши отношения – это не поле для битвы, а два родника, которые сливаются, чтобы стать одной рекой. Иногда один из источников полноводнее, иногда мелеет – и тогда основной поток идёт от другого. Иногда река бурлит на порогах споров, иногда тихо несёт свои воды в долинах покоя. Её сила – в изменчивости, в текучести, в жизни.

Ваша задача – не выпрямлять её русло бетоном контроля и не рыть между собой каналы отчуждения. Ваша задача – чувствовать её общее течение, очищать её воды взаимным пониманием и доверять тому, что она знает путь к океану вашего общего счастья.

Но что, если у нас есть доступ не только к доскам для заборов и мячам для обид? Что, если у нас есть доступ к самому первоисточнику реальности, к тем силам, что заставляют реки течь, а семена – прорастать?

ГЛАВА 3

АВТОПИЛОТ СИСТЕМЫ

Мы разобрали заборы, которые строим в одиночку, и поля битв, которые создаём в паре. Но что, если самый громкий конфликт происходит не с партнёром, а с собственной судьбой? Что, если мы живём не свою жизнь, а чужую – хорошо отрепетированную пьесу по сценарию, который мы даже не читали?

Вы когда-нибудь ловили себя на этой мысли? Вы встаёте, идёте на работу или заботитесь о детях, делаете покупки, отдыхаете по графику. Всё правильно. Всё логично. Всё предсказуемо. Но где-то глубоко внутри шевелится тихий, навязчивый вопрос: «А я тут при чём?»

Это чувство – не что иное, как протест вашей души против полёта на автопилоте. Представьте, что ваша жизнь – это самолёт. Вы – пилот. Но вы так давно доверили управление автоматической системе, что забыли, как держать штурвал. Вы летите по заданному маршруту, даже если он ведёт не в вашу страну мечты, а в тупик выгорания. А когда начинается турбулентность (кризис, болезнь, опустошение), вы в панике, потому что не помните, какие кнопки нажимать.

Пора научиться летать заново. И для этого сначала нужно увидеть, какие программы управляют нашим полётом.

Самый первый алгоритм: школа, или Как учат бояться своего будущего.

Первый и самый жёсткий социальный алгоритм, в который нас погружают, – это система массового образования. Её первоначальная задача – дать базовые знания – давно обросла титаническим слоем побочных программ. Она учит не только математике, но и безоговорочному подчинению авторитету. Она тренирует не только память, но и умение подавлять свои вопросы ради тишины в классе. Она выдает не только аттестаты, но и психологические ярлыки на всю жизнь.

Сегодня этот алгоритм даёт сбой. И трещины видны не в документах, а в глазах учителей, которые сами стали заложниками системы. Вместо того чтобы раскрывать потенциал, они, обесточенные и выгоревшие, часто транслируют детям не веру в возможности, а свой собственный, выученный страх.

Учителя, не стесняясь, вместо того чтобы заниматься упором на достижения детей, пускают отколки-словечки: «Ну, найдёшь работу, будешь пилить свои ноготки» или «Уборщицы везде нужны».

Это не просто злость. Это – кричащая проекция. Учитель, говорящий такое, уже давно свернул многообразие своего представления о мире в беспросветную вероятность: «Жизнь – это борьба за выживание, успех случаен, а твой удел – тяжкий, низкооплачиваемый труд». Он не видит для ребёнка суперпозиции из тысячи путей: предпринимателя, художника, инженера-эколога, счастливого родителя. Он видит лишь ту самую «грядку с картошкой», на которой вырос сам. И своим ярлыком он пытается посадить на неё ребёнка.

Но здесь скрыт и ключ к освобождению.

Задача нас, как родителей и осознанных людей, – не принять этот ярлык как истину о ребёнке, а распознать его как истину о системе и о боли того, кто его навешивает.

Нужно рассказать детям (и напомнить себе): если взрослый позволяет себе унижать честь и достоинство ребёнка, это – не история про ребёнка. Это – яркое подтверждение невзрослости, страха и нерешенных травм самого взрослого. Это сломанный автопилот, который, не справляясь с управлением, пытается отключить двигатели у всех самолётов в небе.

Момент, когда родитель осознаёт это и решает не отдавать своего ребёнка в мясорубку этого алгоритма, – это и есть тот самый «квантовый скачок». Это не просто выбор «другой школы». Это отказ поддерживать своим вниманием, своими ресурсами, самым ценным – будущим своего ребёнка – ту вероятностную ветку, где детей учат ограничениям, а не полёту.

Школа – лишь первый вирус. Повзрослев, мы сталкиваемся с новыми программами.

· Алгоритм «Лестница успеха»:

Поступить в престижный вуз -> устроиться в крупную компанию -> расти по карьерной лестнице -> покупать статусные вещи. Вопрос: а если твой успех – это тихая мастерская или своя ферма? Алгоритм не учитывает эту вероятность. Он схлопывает многообразие счастья в узкую тропу социального одобрения.

· Алгоритм «Потребительского счастья»:

Чтобы быть счастливым, нужно больше работать -> больше зарабатывать -> больше покупать. Замкнутый круг, который высасывает энергию, но не даёт насыщения. Это бег по кругу в клетке, декорированной яркими этикетками.

Но есть один алгоритм, который тише других, но глубже. Он не написан в учебниках, но вшит в ткань культуры.

· Алгоритм "Возрастной капитуляции":

Иногда смотришь на человека в расцвете сил – ему 50, 55, 60 – и слушаешь его рассуждения о жизни, и внутри рождается тихий ужас. Он говорит как старичок, который уже «пожил, всё узнал, и ему этого достаточно». В его словах – усталость, не надежда. Ожидание не нового дня, а его конца. Он мысленно уже «по ту сторону баррикады» от жизни – от её риска, от творчества, от смелых решений. Он не живёт – он доживает, следуя программе, которая предписывает: «Твой плодоносный сезон окончен. Теперь тихо жди зимы».

Это – не естественный процесс старения. Это – коллапс. Человек добровольно "сворачивает" всё невероятное многообразие своего зрелого возраста в безрадостную ветку реальности.

Но, самое важное – сегодня этот алгоритм даёт грандиозный сбой. Очень много людей стали понимать, что возраст не помеха. Как раз сегодня – время, когда нужно использовать весь свой потенциал, смотреть в будущее с надеждой и верой. Эти люди совершают квантовый скачок. Они своим наблюдением, своей верой, своими действиями поддерживают ветку, где возраст – это титул «действующего чемпиона».

И в основе этого выбора лежит не просто личный комфорт. Лежит ответственность. Понимание, что от каждого из нас зависит будущее нового поколения. Как минимум, хочется стать примером для него и поддержкой. Жить так, чтобы твоя жизнь становилась мостом в будущее, а не забором, огораживающим прошлое.

Парадокс в том, что следуя внешним, «правильным» алгоритмам, мы попадаем во внутренний хаос – выгорание, экзистенциальный кризис, чувство потерянности («всё есть, а счастья нет»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.