# Домовой по соседству

Богданова Екатерина

Иногда дом выбирает хозяина сам.

Катя, студентка-скульптор, приезжает в старый дом на алтайской возвышенности, чтобы обрести независимость и вдохновение. Она ждала пыли, паутины и тишины. Но не ждала, что в доме уже живёт кто-то другой.

Хранитель. Дух. Рассерженный, одинокий и безумно красивый в лунном свете. Он является ей во снах и является в облике белоснежного кота, чтобы портить вещи и пугать по ночам. Его задача – выжить новую хозяйку, недостойную памяти прежней владелицы.

Их война – это странный танец: он проверяет её на прочность, а она, сама того не зная, даёт ему то, чего он не получал веками – признание. От вражды к настороженному перемирию, от перемирия к первой дружбе, в которой таится что-то большее. Но может ли что-то связать вечного стража прошлого и живую девушку, у которой впереди целая жизнь?

История о том, как вдохнуть жизнь в заброшенный дом, а заодно – в сердце того, кто в нём обитает.

## Глава 1. Заселение

Звук спешащего за мной чемодана на колёсиках разрезал глухую тишину ночной и по-осеннему холодной улицы.

Привет! Как дела? Я вот сегодня заселяюсь в небольшой домик, который недавно купили родители для меня, чтобы я могла жить рядом с университетом – теперь я студентка факультета скульптуры.

К трению колёсиков чемодана добавился рингтон входящего звонка.

– Алло.

– Катерина, ну что, ты уже на месте?

– Судя по навигатору, я уже подхожу, мам.

– Как зайдешь внутрь, запиши видео нам с папой. Так жалко, что мы не смогли вырваться с тобой, ты выбрала уж чересчур далёкое место для переезда. Даже время на 4 часа разнится. Надо было тебе остаться с нами в Москве, тут тоже ты могла учиться на художника-скульптора.

– Ну нет, ты же знаешь, мы с Москвой не сходимся характерами. Мне нравится здесь: много природы, воздух более свежий… Алтайский край, – последние слова произнесла на действительно удовлетворённом выдохе, – Хорошо. Я запишу тебе завтра видео, как разложусь на месте.

– Хорошо, тебе предстоит много работы по уборке. Бывший собственник говорил, что в доме очень давно уже никто не жил.

– Можно нанять клининговую компанию.

– Ну, это ты уже сама может пойти и заработать тогда на клининг, если сама ленишься. Мы с папой уже сделали тебе подарок в виде дома – уборка за тобой. Всё, пора нам с папой работать дальше.

– Давай, пока.

Скинув звонок, я вернулась к мобильной карте. Она указывала, что я нахожусь уже непосредственно перед домом.

Было достаточно темно, и местность не особо разглядеть. Дом находился на небольшой горной возвышенности, поблизости не было соседских домов – все старались строиться внизу на ровной поверхности. Но этот дом был не таким, как все – небольшой размер и заросли, окутавшие его до самой крыши, придавали ему вид некой сказочной избушки. Говорили, что до этого здесь жила старушка, очень любившая этот дом, и попросили о нём заботиться всем сердцем.

Что ж, вид отсюда на город по истине прекрасен: открываются все ночные огни: от уличных до небесных светил.

Было понятно, что ноябрьский и алтайский морозец не даст мне долго любоваться прекрасным видом, и я открыла калитку в свой новый дом. Раздался логичный для старой входной дверцы скрип.

Далее меня вела каменная тропинка непосредственно к входу самого дома. Справа и слева был, по всей видимости, небольшой сад – хотя сейчас он и не ухожен, но когда-то здесь действительное было атмосферное место. То, что мне нужно. Нужно только силы в себе найти всё снова здесь довести до красоты.

Что же касается обстановки внутри дома – тут пыльно, грязно и везде паутина. Я провела небольшой осмотр: тут два этажа, но второй этаж мансардный и там всего одна комната, из которой я запланировала сделать свою. А внизу будет гостиная, кухня и туалет. На вместительном длинном крыльце можно будет сделать что-то наподобие летней веранды.

Так как сейчас поздний вечер, убираться я не буду после дороги. Нужно сначала отдохнуть.

На первом этаже я нашла раскладную кровать с матрасом, который пришлось все-таки вытряхнуть на улице. В чемодане у меня был наматрасник и одноразовое постельное белье – на первый раз мне достаточно и такого.

Переодевшись в домашнюю, но все же теплую одежду, я легла в кровать и закрыла глаза. Заснуть пока не получалось, ворочалась – скорее не от неудобства, а от нахлынувших волнительных эмоций, связанных с переездом, предстоящей уборкой и грядущей через несколько недель учёбой. В голове вертелся план, постоянно сменяющийся новыми корректировками о том, как сделать лучше или что вовсе делать не надо.

Пока я блуждала в собственных мыслях, меня заставил резко распахнуть глаза звук, будто что-то небольшое упало и разбилось.

Глаза-то открыла, только не видно ничего. Пошевелиться страшно, это же новое место! Начинаю думать: дверь я закрывала, окна приоткрывала немного, чтобы проветрить. Начала с кровати осматривать все находящиеся в зрительной доступности – вроде всё как и было. Глаза потихоньку стали привыкать к темноте и я заметила своё упавшее с тумбочки, стоящей у окна, зеркальце (естественно разбившееся от падения).

Как оно упало? Разве я его на край положила?

Подождав еще несколько секунд, я всё-таки нашла в себе силы встать и подойти к зеркальцу. Осколки не рассыпались, остались разбитыми в оправе, и в них я увидела свое отражение, озарённое лунным светом от окна. Ладно, вроде всё в норме, хоть я и «струхнала». Надо поскорее лечь спать и завтра утром прибрать.

Я развернулась к кровати и, пройдя пару шагов к ней, снова испугалась от неожиданности. На краю кровати сидел белый кот – откуда он здесь взялся?

– Фух, я так в первый же день здесь коньки откину, – отдышалась я, – это ты зеркало свалил?

Казалось, кот смотрел на меня серьёзными изучающими голубыми глазами, и у меня сразу создалось ощущение, будто я вторглась на его территорию. Вдруг из-за него вышли еще два небольших котенка серого цвета, также изучающих меня зорким взглядом.

– Ребяяяятки, вы что, тут живёте? – немного расслабившись после их появления, я пошла к ним навстречу. Если же тут коты, то это значит здесь нет опасности, так ведь? Животные не будут находиться там, где что-то происходит опасное.

Я присела на кровать, но зрительный контакт с животными не разрывала. Вроде не мерещится.

– Так, мне нужно спать, – я постаралась залезть под одеяло так, чтобы не зацепить котиков, – что-то я устала. Наверное, стресс вызвал сонливость. Котики, давайте познакомимся завтра, хорошо?

И я спустя пару минут провалилась в сон, как в какую-то пропасть. Такого раньше не случалось. Даже не так – я не заснула: я закрыла глаза, провалилась в темноту, но как будто и не сплю и всё ощущаю. Это…как минимум дискомфортно.

Затем я начала ощущать давящую тяжесть на груди, она становилась сильнее с каждой секундой. О нет, только не говорите, что это то самое – «сонный паралич». Я только слышала про него, но никогда не испытывала. Да за что мне это. Так, надо попробовать открыть глаза.

С трудом, но у меня получилось их приоткрыть. Оказывается, на груди лежал белый кот всё с таким же сердитым взглядом.

Так, хорошо, это всего лишь кот. Но почему я не могу сдвинуться?

Холодный свет луны добрался до моей кровати и, проскользая по ней, начал окутывать меня с ног и выше. Я же испытывала странное холодящее чувство по мере поднятия лунного света по мне. Помимо лунного света меня еще и начала окутывать паника, я не понимаю, что происходит, мне тяжело дышать и почему я не могу даже пальцем пошевелить.

Лунный свет поднимается по мне всё выше и переключается на кота, который в нём начинает казаться и вовсе ослепительно-белоснежным.

Затем у меня в глазах начинает мутнеть от нехватки кислорода, их застилает влажная пелена выступающих слёз. Пытаюсь сфокусировать зрение на коте, но… какой-то он совсем большой стал. Ничего не вижу, вокруг пелена.

Мне удаётся прикрыть глаза и снова немного приоткрыть – на мне уже сидит не кот, а какой-то молодой мужчина, освещенный лунным светом. Его холодные пальцы смыкаются на моей шее, и до меня доходит осознание того, что меня душат. Паника становится еще сильнее, но по-прежнему не сдвинуться.

– Хозяин! Хозяин!, – раздаются чьи-то детские голоса позади, – погодите, Вы же задушите её! Что нам делать, если о нашем доме пойдёт худая молва?

Я рассмотрела тех серых котят, вцепившихся в рукава белобрысого парня. И просящих не душить меня.

Кажется, я точно сплю. Может, стоит не бороться и просто отключиться, тогда я проснусь?

– Этот заросший мхом дом и так уже давно никому не нужен, так какая разница, что о нём ещё начнут говорить люди? – наконец ответил молодой человек.

– Хозяин, остановитесь! – взвизгнул один котёнок, впиваясь когтями в его локоть. – Вы же навлечёте на нас Проклятие Запертого Дома! Вы же знаете правило: насильственно отнятая жизнь навеки привяжет её дух к этим стенам!

Пальцы на моей шее замерли. Не ослабли – замерли. Бархатный голос прозвучал задумчиво и леденяще:

– Ты прав. Мёртвая хозяйка – вечная хозяйка. А нам нужна временная. Живая… чтобы её можно было выжить.

Темнота накатывала сладкой и тяжелой волной, унося моё сознание.

Хватка на шее ослабла ровно в тот миг, когда границы моего "я" готовы были расползтись. Я рухнула в бездну без мыслей и чувств, а последним, что донеслось из ускользающей реальности, был его голос…

– Она жива? – тело девушки стали обнюхивать котята.

–…Жива, – ответил мужчина, не спуская глаз с лица девушки.

– Она видела Ваш истинный облик, что теперь делать?

– Ничего. Она решит, что всё это сон.

Мужчина встал с кровати и начал осматривать вещи, новые для этого места.

Тем временем, котята зализывали следы удушья на шее девушки, после чего те моментально исчезали на глазах.

– Неужели она собирается здесь жить? – спросил один из котят.

– Лет двадцать прошло с того момента, как здесь жила Нина. Её дети и внуки даже ни разу не появились здесь, а от этой девушки не пахнет родством с ними, – проговорил другой котенок.

Мужчина поднял с пола разбитое зеркальце. В осколках, отражавших лунный свет и его бледное лицо, не было гравировки. Но когда он повернул его к себе, на тусклой оборотной стороне, будто проявляясь из глубины серебра, возникли буквы – не выгравированные, а будто проступившие изнутри: «Екатерина».

– Значит, её зовут Екатерина, – тихо промяукал котёнок.

Домовой (мужчина) замер, сжимая в пальцах осколок зеркала. Голос его прозвучал тихо, но в нём дрожала та самая старая, незаживающая боль:

– Наша Нина… её уже нет. А её кровь – дети, внуки – даже не вспомнили дороги сюда. Они продали память о ней. А эта… эта купила. Купила нашу память, как товар. Разве она может понять?

– Интересно, что она будет завтра делать? – воодушевился второй котёнок.

– Не стоит так радоваться, она не станет здесь хозяйкой, – оборвал надежды котят мужчина и положил зеркало обратно на тумбочку.

– Вы выгоните её отсюда?

– Мы с Ниной заботились об этом доме не для того, чтобы его бросали и перепродавали, – ответил мужчина, – недостойный не будет здесь жить. Я обещал охранять дом до самого конца. А что может такая мелочь, как она? В лучшем случае следить за садом. Я против неё!

– Но ведь у неё документы на этот дом, – котят вытащили из чемодана папку с подтверждением права собственности на дом.

– Не волнует! Давайте выкинем её отсюда вместе с этой дряхлой кроватью.

– Хозяин! Успокойтесь! Просим Вас, давайте хотя бы понаблюдаем за ней пару дней, – в унисон закричали котята.

– За эти несколько дней я устрою ей такое, что она сама вылетит отсюда пробкой, – на этих словах мужчина растворился в воздухе.

Рассвело и вместо отвратительного звука будильника меня разбудило приятное пение птиц. Непроизвольно улыбка проскользнула на моём лице и привстала с кровати, сладко потягиваясь.

Какой-то странный сон мне приснился, зато какое приятное утро.

Однако… почему эти два серых котёнка сидят на кровати и смотрят на меня?

Я насторожено оглянулась вокруг: все вещи на тех же местах, где я их и оставила. Дом не смотрится страшным при свете дня, а очень даже уютным и милым.

– Котятки, откуда вы взялись? – я протянула к ним руку, чтобы погладить. В ответ они подались к моей руке и охотно приняли ласку и замурчали.

Я взяла их на руки и встала с кровати.

– Мне сегодня предстоит уборка в доме, если будете мне помогать, я покормлю вас.

Котята воодушевлённо замяукали. Я их опустила их на пол, а сама стала переодеваться в рабочую одежду. Тут мой взгляд зацепился за зеркало, лежащее на тумбочке.

–Странно, почему оно оказалось разбито?

Я взяла его в руки и начала осматривать, будто причина бы вывалилась из его трещин. Возникло странное чувство с еле заметной тревогой на сердце, но я решила не придавать этому сильное значение, дабы не размножать плохую энергетику. Я собрала аккуратно осколки с зеркала и положила в пустую коробку для мусора.

Котята, лишь переглянувшись, стали следовать за мной по пятам.

Итак, для начала – закупка в магазине необходимых вещей, затем уборка в доме: очистила грязь со стен, сняла всю паутину и пыль, помыла полы. Подмела во дворе, собрала опавшие листья, покрасила и подтянула, чтобы не скрипела, уличную калитку.

Как и ожидалось, на уборку ушел весь день, хотя я даже еще не закончила. Решив прерваться от пропалывания сорняков из сада, я оглянулась на котят и решила пригласить их пойти выпить вместе со мной молока для подъёма сил.

Однако, зайдя в дом, я обнаружила не заправленную кровать и свои разбросанные вещи.

– Что здесь происходит? Я же всё прибирала по местам!

Я схватила котят и стала оглядываться в доме, однако признаков присутствия посторонних не было.

– Я схожу с ума что ли?

Котята стали тереться об меня и облизывать руки, будто успокаивая. Не знаю как, но у них это получилось. Я медленно проследовала на кухню за молоком.

– Пейте молочко, быстрее вырастете, – пропела я котятам, наливая в блюдце белую жидкость.

Снова звук будто что-то упало, я побежала в комнату, чтобы проверить – стул лежал на боку.

– Кто здесь? – мое сердце заколотилось, как бешеное. Это не шутки, что здесь происходит. Мой взгляд зацепился за тумбочку, на котором должно было лежать разбившееся ранее зеркало. На ней сидел тот самый вчерашний белый кот с голубыми глазами, и тут же в моей голове стали по очереди всплывать события ночи. Я схватилась за шею и стала жадно хватать воздух, будто хватку тот мужчина из сна ослабил не ночью, а только что.

Я повернулась в сторону кухни, чтобы проверить котят – они тоже уже сидели передо мной, будто выжидая, каким будет мой следующий шаг.

– Я определённо сбрендила. Этого не может быть: всё, что в моей голове – этого не может быть!

Раздался звонок в телефоне – мама всегда чувствует, когда надо позвонить.

Я быстро подбежала к телефону:

– Алло, мам…

– Доброго дня! Хотя, у тебя же уже вечер! Как дела? Обосновалась?

– Да, мам, привет. Тут странно, постоянно вещи разбросанными оказываются, сколько бы я не убира…

– Катя, – перебила и ухмыльнулась мама, – ну это не новость. Меня рядом нет, никто за тобой вещи подбирать теперь не будет.

– Да нет же, я занимаюсь уборкой, всё качественно!

– Ну не знаю, ты думаешь, что кто-то приходит и разбрасывает вещи за тобой? – засмеялась мама.

– Я не знаю, не похожу, но тут какие-то кошки, – было неприятно, что мама не верит в мою самостоятельность.

– А, кстати, бывшие хозяева предупреждали, что в этот дом часто приходят кошки. Они и жили с бабушкой, и приходили в него после того, как её уже не стало. Она их подкармливала в своё время и просила детей заботиться о них после её смерти. Поэтому продолжай их подкармливать, если они будут приходить.

– Стоп, если они жили с той бабушкой, то сколько им лет уже с учетом еще и того, что здесь много лет никого нет? – я начала осматривать кота и котят, – тут два котенка еще.

– Наверное, это старая кошка с новыми котятами. А может это уже и не именно та кошка, а её ребенок со своими котятами.

Кошачьи глаза продолжали протирать на мне дырку, пока я договаривала по телефону.

– Ээээ… ладно. В общем! Я пошла убирать дальше. Пока!

Меня немного задело, что мама не прониклась верой в моё умение убирать качественно, поэтому у меня даже из головы вылетело, что кто-то мог намеренно раскидать мои вещи.

Я прибрала разбросанные вещи в доме заново, в моих глазах комнаты буквально блестели. Довольная своим трудом, я пошла за своим телефоном, чтобы записать видео родителям о том, как я обустроилась, но… Куда я положила телефон? Что на этот раз?

Прошерстив каждую поверхность в доме от столиков до пола, телефон я так и не нашла.

– И как прикажете мне его найти вообще?

Из угла выходят мои котосожители и проверяют за мной каждый убранный угол.

– Ну а вы не видели мой телефон, котики? Если найдете, я накормлю вас вкусным ужином.

Котята, будто бы поняв мою речь, с оживлёнными глазами начали всё обнюхивать в поисках.

А вот что касается большой кошки, или кота – я так и не проверила его половую принадлежность, питомец гордо прошел к прикроватной тумбочке, запрыгнул на неё и улёгся.

– Ну а ты не будешь мне помогать, как твои дети? Плачу кошачьим премиальным кормом, – я ухмыльнулась самой себе, – подумать только, вот она самостоятельная женская доля: живешь одна – общаешься с кошками.

Что ж, раз ты так внаглую разлегся передо мной, проверю-ка я самым известным и простым народным методом – мальчик ты или девочка. Обойдя котика сзади, я тихонечко стала подкрадываться к нему – у вот, я уже у цели. Стараюсь незаметно приподнять длинный хвост и…вот-вот, ещё чуть-чуть.

– Так ты всё-таки кот! – воскликнула я, переведя взгляд с его таких же белоснежных бубенцов, как и он сам, на его голубые глаза.

– Ой…

Готова поклясться, в его глазах отчетливо читались чувства, неприсущие животным – недоумение и стыд.

Через секунды он уже завопил, вскочил, как ужаленный, и вцепился в мою руку.

– Да что ты за недотрога такая! Весь из себя прям-таки царь, – я отступилась от кота и схватилась руку, на коже уже выступили багряные капли.

Кот же выгнулся дугой на тумбочке и продолжал шипеть. Казалось, он накинется на меня снова, но мой взгляд привлёк отблеск лежащего под котом телефона.

– Так ты всё это время лежал на нём? – вскрикнула я, – Стоп, его же не было на тумбочке, я проверяла её.

Кот резко перевел взгляд на телефон, затем снова на меня. Одним грациозным взмахом хвоста у него получилось скинуть телефон на пол, от чего, к моему сожалению, треснуло стекло дисплея.

Сделав морду а-ля «я выполнив свой долг», кот спрыгнул с тумбочки. Но вместо того чтобы уйти, он сел напротив, обвив хвостом лапы, и уставился на меня своими бездонными голубыми глазами. В них не было злобы. Было… оценка. Любопытство.

Я подняла телефон с разбитым экраном. В молчании, тянувшемся между нами, я вдруг совершенно чётко поняла: это не война. Это – собеседование. И я только что провалила первый тест на аккуратность, но, кажется, прошла первый тест на упрямство. Он мотнул головой, будто отгоняя мушку, развернулся и вышел в коридор, оставив меня наедине с треснувшим экраном и странным чувством, что экзамен только начался.