Я, лось, мышь, пёс и другие
Александр Кормашов

© Александр Кормашов, 2025

ISBN 978-5-0068-7137-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– Пц! Пц!

Звук был такой, как будто кого-то подзывали. Я оглянулся. Рядом никого не было. Правда, неподалёку ходила женщина из нашей деревни, с которой мы только что поздоровались и перекинулись парой слов. Она тоже собирала грибы. Но сейчас она находилась ко мне спиной и явно не могла сказать «пц». – Пц!

В кустах стоял лось. Здоровый рогатый лось. И это он меня подзывал. Тут я хладнокровно подумал, что если бы это был слон, то он бы подманивал меня пальцем. Потому что у слонов на конце хобота есть такой отросток, который так и называется палец. Этим бы пальцем слон меня и подманивал. Но у лося вместо слоновьего хобота была только верхняя губа. Этой губой вместе с языком он делал «пц». Я подошёл. Увидев, что я подошёл, лось завращал глазами. А потом начал кивать всей головой сразу. Лось кивал в направлении женщины из нашей деревни. – Смотри, – сказал он, – она собирает мухоморы. Глупости! Со мной такие фокусы не проходят. Я-то отлично знал, что женщина собирает не мухоморы, а зонтики. Потому что сам их беру. В моей корзинке уже лежали несколько штук. Просто я брал не все подряд, а отбирал только самые ровные и раскрывшиеся, чтобы они легли на сковородку, как блин. – Не, – сказал я лосю и покачал пальцем. – Не-не-не. Ты ошибся. Эти грибы не мухоморы. Немного похожи, но это съедобные грибы. Их можно есть. Смотри. С этими словами я достал из корзины один зонтик, откусил от него небольшой кусок и начал жевать. Впрочем, не сильно, а только передними зубами. Вкус был слегка металлический, как у всех сырых шампиньонов. Лось побледнел. Я впервые видел такого лося. Вроде бы лесной житель, а совсем не разбирается в грибах. – Смотри, – опять сказал я и начал доставать и показывать ему другие грибы. Лось ничего не узнавал. Похоже, он слышал только про мухоморы. – Знаешь, друг, а ты странный, – задумался я. – В таких случаях спрашивают, ты что, с другой планеты свалился?

Он промолчал. Но это был нечестный вопрос. Я-то ведь хорошо знал, ни одно из животных, живущих на нашей планете, вообще не имеет представления, что оно живёт на какой-то планете. Однако я ошибался. Лось действительно мог свалиться. Он был совсем не в курсе, как мы тут живём. Хотя я не исключаю, что если бы даже он заранее подготовился, что-нибудь почитал, поучил, всё равно мог забыть. Так ведь он и забыл! Ну совсем ничего не помнил. Кроме мухоморов. Я впервые видел лося, который потерял память.

Из принципа гуманизма и чувства сострадания я предложил ему пойти со мной. Просто чтобы лось не потерялся в лесу. Сначала он долго отнекивался. Тогда я сказал: – А что ты будешь есть? – Я не знаю. Тогда я ему показал, что он будет есть. Я подвёл его к молодой осине и похлопал её по стволу. – Смотри, какая. Красивая, да? Стройная? – Да. – Смотри, что ты будешь делать. Ты закатаешь верхнюю губу, обнажишь передние зубы и будешь вот прямо со ствола обдирать эту мягкую нежную зелёную кору. Обдирать и есть. Обдирать и есть. Думаешь, дереву понравится?

После этого он согласился пойти со мной в деревню.

Удивительное дело. Когда лоси ходят по лесу со своими большими рогами, они ничего там не задевают. Но стоит им выйти из леса, пересечь поле и зайти в огород, а потом пройти через сад к самому дому, как рога будто сами собой украшаются сломанными ветками с яблоками и грушами. Как венком. Именно с таким венком на рогах лось стоял перед моим кухонным окном, пока я открывал створки. А когда я открыл, он попробовал заглянуть в помещение. Но не вышло. Рога не пролезли. Повторно он не пытался, чтобы не разбить стёкла. – Убери подбородок с подоконника. Кому сказано? Не клади подбородок на подоконник! – услышал я голос. – И почему у тебя такая нечёсаная борода? У тебя нет расчёски? И зачем ты соришь тут листьями? И зачем притащил столько яблок? Они ещё кислые. Тьфу! Я же говорил, кислые. Голос принадлежал Мишелю. Лось, конечно, был с ним незнаком, но я очень даже.

Мишель не был кошкой. Он не был даже котом. Однако был рыжим. Когда он впервые попал в мышеловку, я этому очень удивился, потому что никогда не видел рыжих мышей. И я его отпустил. Но через некоторое время он вновь объявился в доме, хотя и повёл себя очень странно. Во-первых, он прогнал всех других мышей, серых, а, во-вторых, стал искать контакта со мной. И это у него получилось. Однажды я забыл на столе телефон, и он набрал на нём вот такой текст:

«Милостивый государь!

Должен сразу сказать, что хотя я и мышь, но я мыш (запомните: без мягкого знака)! И еще я полевка (правильно: полевк). Смею донести до Вашего сведения, что я чувствую себя хорошо, хотя вы повредили мне ребра и грудь. С тех пор в сырую погоду в груди у меня что-то ноет. Надеюсь, у Вашего организма таких проблем нет. В любом случае, я искренне рассчитываю на то, что в дальнейшем наши отношения будут развиваться гораздо успешнее. Уверен, Вы в этом тоже заинтересованы. А посему, идя Вам навстречу, имею небольшую просьбу. Не соизволите ли Вы, сударь, отправляясь спать, приставлять к столу стул, а на этот стул класть пакетик с влажными гигиенически салфетками? Тогда перед тем, как забраться на стол, я буду тщательно (!) вытирать лапы, а уж если что-нибудь и съем на столе, то сначала протру свою мордочку и усы. С уважением Ваш мыш-полевк Мишель».

Я сразу понял, что это писал не я. Потому что я всегда пишу с буквой «ё», у меня такая привычка. Также я никогда бы не употребил это странное «мыш-полевк», но только «мышь-полёвка». Законы русского языка не различают мышей на мужской и женский род. Хотя слово «мыш» вполне употребительно. Появление Мишеля я объяснял тем, что в некоторые неурожайные годы полевые мыши покидают поля и перебираются в жилые дома. Но с рыжими я пока дела не имел. Хотя нет. Когда-то одна наглая мышь утащила у меня зёрна кукурузы, на которую я ловил карасей. А ещё однажды меня укусил бурундук. Но всё это к Мишелю не относилось. Он был слишком горд и воспитан, чтобы кого-нибудь кусать. Как какой-нибудь английский дворецкий. Или мажордом. И ещё он был очень аккуратным, а поэтому не терпел, чтобы какая-нибудь еда падала со стола на пол. Однажды на него шлёпнулся здоровенный бутерброд с колбасой, после чего он написал мне второе письмо. Второе письмо оказалось ещё длиннее, ещё обстоятельное, со ссылками из интернета, но скорее касалось правил, которые Мишель желал установить в доме. Первым он изложил правило пяти (зачёркнуто) трёх секунд, после которых с пола ничего поднимать нельзя. Вторым правилом шёл запрет держать все двери летом открытыми. Из-за чего в дом без спроса заходят чужие коты и собаки. Вот таким был Мишель. С виду важный, но в душе весьма трогательное и ранимое существо. Он совершенно не выносил неучтивого к себе обращения. Когда я, бывало, на него немного сердился и типа топал ногой, он тут же падал на бок и прикидывался мёртвым. То есть сильно-сильно больным. Тогда я был должен везти его к ветеринару. Но тут он, конечно, перегибал палку. Я просто брал веник и заметал больного на совок. А потом выносил в коридор и там оставлял. После этого он смотрел на меня таким взглядом, что мне становилось стыдно.

Между тем быстро наступил вечер. Я приготовил ужин. Зонтики – очень вкусная еда, если нагреть на сковороде масло, а затем класть на них грибы целиком, шляпкой вниз, посолив с обеих сторон. Готовятся они очень быстро. Один раз перевернул, и уже можно этот блин перекладывать на тарелку. Есть его следует горячим, отрезая небольшими кусочками и смакуя. По вкусу и запаху зонтик напоминает курицу. С этим даже Мишель был согласен. Правда, он сам не ел, а с волнением ходил по подоконнику. Увидев соседского пса Полая, прибежавшего на запах курицы, он воскликнул: – Ага! Вот ещё один едок несъедобного. У нас тут едят зонты, а у вас, говорят, по-прежнему грызут обувь?

Полай сделал вид, что он даже не знает такого слова «обувь». Он страстно вилял хвостом и отчаянно задирал голову, глядя на окно кухни. Впрочем, иногда всё же отвлекался и сердито облаивал моего нового друга, лося, который предусмотрительно отошёл в сторону. Впрочем, кто-кто, а Полай имел право обижаться на лосей. Скоро расскажу. Я перегнулся через подоконник и угостил собаку кусочком гриба. Первый кусочек Полай пожевал, но от второго резко отказался и даже перестал вилять хвостом. Лосю кусочек зонтика я тоже предлагал, но он ещё дальше отошёл от окна, тем более что по улице ехала машина и остановилась, чтобы посмотреть на странного лося, у которого на голове венок из яблок и груш. Тарелка с бутербродами, затем поднесённая лосю, удивила машину не меньше.

Так у нас появился лось. Мишель и Полай, собака и мышь, поначалу не очень принимали лесное животное, но потом, как говорится, обнюхались. Даже стали друзьями. Эту троицу я называл «бандой рыжих». Рыжим ведь был не только Мишель, рыжим был и пёс, так и лось оказался рыжеватым! Когда я помыл его из автомобильного шланга и протёр щёткой, шерсть на нём оказалась вполне светлая. А так он был, конечно, шатен. Имя лось выбирал себе сам. Я подсказывал, и он остановился на имени Алексей. Согласен, очень хорошее имя. С греческого переводится как «защитник». Хотя ему больше подошло бы Александр, то есть «защитник людей», но с другой стороны не совсем красиво и благородно защищать на планете одних лишь людей. Защищать нужно всех. Лось Алексей носил своё имя с гордостью. И его нисколько не волновало, что некоторые вредные грызуны за глаза называли его то Лёшей, то Лёшиком. Самый мелкий и вредный из них, мыш-Мишель, этим злоупотреблял.

После ужина мы обычно садились на веранде и смотрели на вечерний закат. Лично для меня любой закат связан с морем, и хотя в закате главное зрелище – это небо, наш местный лес не возражал, если я называл его «морем леса». Удовольствие смотреть на закат разделяли, конечно, не все. Если честно, один только я. Мишель часто не выдерживал покоя. Он вскакивал на перила, начинал по ним нервно бегать и причитать: ах, как ему плохо, ах, как ему плохо. Опять у него болят рёбра и не дают ему дышать полной грудью. Это потому, что он видел лежащего на полу пса. Полай, он тоже любил лежать на полу в позе сильно-сильно больного.

Немного о грустном. Мышь и собака, конечно, не были близнецы-братья, но братья по несчастью они были точно. Мишеля я прищемил мышеловкой, а Полай попал под машину. Дело было так. Полай родился в хозяйстве охотника-собаковода. Тот занимался гончими собаками и время от времени притравливал молодых псов, заставляя их бегать за лосями. Полай тоже бегал. Однажды один из лосей скакал вдоль дороги, а потом резко её перебежал. И прямо перед машиной. Полай бросился за ним и… не успел. К счастью, машина была не самая большая и не самая тяжёлая. Полая в тот день спасли, потом вылечили, но и покупать его как породистую собаку уже никто не хотел. А потом его взял один наш сосед. Взял и взял. Но сам он редко появлялся в деревне, и Полай просто гулял на воле. Даже никому не мешал. Бывало, невпопад лаял, но стоило крикнуть: «Полай!» – как он тут же переставал. И ещё делал вид, ты, мол, извини, но я по заказу не лаю. Надо ли говорить, что появление в деревне лося Алексея стало для Полая большим потрясением? Он долго принюхивался к этому животному. Всё хотел понять, уж не тот ли это лось, из-за которого он попал под машину? Но узнать ничего не узнал. Только выяснил, что лоси не люди и для собак все они пахнут одинаково. Узнав про эту историю, Алексей и сам переживал. Однажды он спросил у меня, а сколько собаке лет? Я ответил, примерно пять-шесть, но точно не знаю. А потом вдруг заметил, что лось стал подкидывать голову вверх, словно пытается посмотреть на свои рога. Я делал вид, что ничего не замечаю. Просто ведь знал, что лоси узнают о своём возрасте исключительно по отросткам у себя на рогах. Скоро осень. Алексей рога сбросит и всё сможет подсчитать сам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.