AXERION: 02
Алексей Нечай

© Алексей Нечай, 2025

ISBN 978-5-0068-7109-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вестник Смерти

«Даже как-то обидно» думал Джет, сидя со скрепленными в кандалы руками в самом заднем отсеке челнока для перевозки военнопленных.

Вдвойне было непонятно, что сие действо было выполнено после столь успешной облавы в подземке. Экзоскелет обладал впечатляющим функционалом, будучи артефактом древней цивилизации. Однажды ему пришлось заплатить за него огромную цену: не окажись он рядом с ним по стечению обстоятельств, да с выпотрошенными внутренностями, сейчас бы не пришлось тут быть.

Он сидел в десантном отсеке, на жестком сиденье у стойки, где по соседству крепились карабинами бойцы группировки «Мистиглаз». Он припевал про себя давным-давно услышанную мантру.

Сперва Джет натянул запястьями и сломал цепь средними пальцами. Дергаться не спешил, пока «транспорт» не вылетел из выдолбленной шахты в свободное воздушное пространство, и не покинул глубокое подземелье. Он удивился, увидев вокруг белоснежные горы.

Горы, в подземельях которых он был до этого – должны быть достаточно далеко.

«Нехило забрели по катакомбам, получается.»

– Ну что, пернатый, удобно сидеть?

Колкость одного из конвойных Джет пропустил мимо ушей. Такие вещи его давно не цепляли, но отвратительная рожа конвойного принудила оставить на десерт диким тварям его потроха. С такими отвратительными усиками обычно ходят на свидания с девками, корча примерных семьянинов.

Его боевой товарищ, пристегнутый у правого борта вызывал куда больше симпатии. Точней сказать – меньше отвращения.

Плененный Джет некоторое время назад уже освободился от своих оков, и ждал удобного момента.

Но ему надоело.

«Без своих элемов и Олдена лично – вы, похоже, мало на что способны. Дилетанты».

Джет сделал первый рывок.

Кровь из шеи ближнего окропила салон челноком и лицо усатого. Умирая, он даже не успел ничего понять. Он был освобожден от жизни мановением руки смерти, и вовсе не мучился.

Еще трое наемников сидели в переднем отсеке салона. Один из них крутил в руках «Импульс» – меч Джета. Последний был вне боевой готовности – не активирован.

«Не хватало еще этим дуракам сделать того, что не вписывалось в мои планы».

Вторую жертву он провел в иной мир тоже оперативно. Активировал магнит в руке, и через мгновение Импульс оказался в ней. Дернувший было наемник слева оказался припечатан во внутренний борт фюзеляжа. Джет пронзил его мечом через солнечное сплетение и приподнял, закрываясь от пальбы.

– Сука! – Пришел в себя усатый из заднего отсека.

Ударом ноги бывший пленный отправил его в нокдаун, все еще прикрываясь от пальбы другим.

Прикрывался он по привычке, как учили в молодости, в крыле спецотряда организации. Это было вовсе не обязательно – Альбинос – экзоскелет, его было не пробить таким мелким калибром.

«Но талант, как говорят, не пропьешь – форму нужно поддерживать».

– Вали урода! – Исторг предсмертный вопль третий, что успел выхватить пулемет.

Очередь прошла вскользь по салону, когда он скинул бедолагу и устремился кувырком по диагонали к незадачливому стрелку, после чего вонзил орудие в подбородок бедолаге. Третья смерть пополнила заряд реликвии Альбиноса.

– Неееет! Братааааан! – Оклемался оставшийся наемник.

Строго его судить не стоило. От начала Джетом небольшого кровавого шествия по десантному отсеку – прошло около пяти секунд. Не каждый сумел бы спохватиться в настолько короткий промежуток времени.

Даже опытный вояка повидавший виды не среагировал в настолько стремительный поворот событий. А поворот, для не наметанного глаза – был очень стремительный. Не церемонясь, убийца повернул лезвие Импульса влево, и одним рывком снял сразу две головы.

«Четвертый».

Смахнул кровь с меча, неспеша зашел в кабину пилота. Второе кресло было свободно – Джет расслабленно в него свалился.

– Лети дальше. – Указал он «Импульсом» пилоту в прямом направлении. – Не суетись.

– Сука паскуда тварь‼! – Оклемался усатый. Он проталкивался и спотыкался через тела мертвых товарищей, ловя равновесие в накренившемся челноке.

Джет достал из кобуры пилота пистолет-пулемет, и угостил назойливого усача очередью свинца в колено. Последний взвыл, упал на пол салона. Креном его откинуло в другой край, и он затих.

«Головой, видимо, ударился».

– Куда? – Голос молодого пилота дрожал.

Видимо, не так давно заступил на должность».

Аппарат он вел справно и умело. Работодателя только выбрал неудачно. Таким как он – жить да жить.

«Хотя, как тут нормально поживешь».

Это вовсе не тот мир, и за так называемой нормальной жизнью порой кроется куда больше ужаса. Кому то везет всю жизнь греться в кресле руководителя, но быть сожранным депрессией, на пару с раком или, на худой конец, диабетом. Или подсиживающими подчиненными.

«Что лучше – выбирай сам».

А кто то, как этот парень, летает с полжизни, если повезет, небо видит. По лицу видно – вежливый, образованный. Таких дома ждет жена. Но смерть – штука непредсказуемая. Она, в отличие от жены, ждет всех.

«Но сегодня не его день».

Джет сканировал панель – обучал «Альбинос» управлению. Убивать летчика было рано.

– Прямо дикие территории. – Уточнил молодой нервно. – Тиранды могут ракетой угостить.

Об этом Джет уже подумал, параллельно прикидывая место, где можно перетоптаться. В городе Н Джет оставил за собой не самую плохую репутацию.

«К тому же, Синий Король все еще должен мне полсуммы за последний заказ».

Через территории тирандов был самый близкий, но рискованный путь. С другой стороны, в облет не хватит топлива.

– Возьми левей. – Указал он нужном направлении. – Там путь будет отделен снежным хребтом. Не думаю, что на солевых озерах кто поселился – слишком опасное место.

Последнего он точно не знал, но оставалось надеяться. В крайнем случае решение оказалось бы роковым. Для пилота, конечно. Джету не хотелось его губить раньше времени. Краем глаза бывший пленник поглядывал на топливный индикатор. Горючего оставалось на пару часов полета, если лететь не быстро.

Не все местные тиранды были агрессивны и воинственны. Ими обычно становились выброшенные войной на помойку цивилизации жители пригородов. Кто-то идет в мусорщики, а кто – в бродяги. После чего они сбивались в мелкие, а затем – в крупные группировки и банды, уходили в леса или горы.

«И расскажи им после про соц-пакеты Федерации или Империи».

Торговля топливом или едой с пожитками делают им основной товарооборот, так что даже если воздушных путешественников захотят сбить из ракетницы, которую кстати нелегко добыть, это постараются сделать с минимальным ущербом. Вряд ли такой воздушный челнок они сумеют поднять в воздух – требуется специальная квалификация, но кому продать или обменять, по запчастям или целиком – найдут наверняка.

Пилот дал крен влево, и они направились по нужному курсу.

– Вы меня убьете? – Взволновано, не глядя в сторону Джета, спросил он.

– Будешь паинькой – останешься жить. – Ответил он. – И в следующий раз получше выбирай нанимателя. В идеале – иди на службу. В идеале – на юг. Там сложней получить гражданство, но дольше поживешь, если летать планируешь.

– Он хорошо платил.. – Попытался возразить пилот, но осекся после взгляда со значением.

Джет понимал, что пилоту ни о чем не докладывают, и осталось только догадываться, откуда у Олдена такие спонсоры, что направо налево покупает военную технику и нанимает ценные кадры. Да и вообще – кто бы это мог быть? Связи с господином Т, дорогие заказы, совместные операции с верхушкой Империи.

«Неужели Якир?»

Бойцы из группировки Олдена не были похожи на имперских, их манер и форму Джет знал отлично. К тому же пара лысых элемов, что отпилили бедному пацану Хэлу руку, после чего тот был убит Олденом.

«Олден сколачивает свою армию, и как минимум на региональное ОПГ она уже тянет. Глядишь, скоро дотянет до „запрещенной организации“ в какой-нибудь».

С тактикой и стратегией у него тоже в порядке. Заряды своей брони Альбиноса Джет тоже высадил незадолго до встречи с ним, а силу Вестника Смерти использовать слишком дорого. Он бы убил всех на месте, а там были не только враги Джета, но и друзья. Везение его подвело.

«Или это не везение?»

Во всяком случае Джет точно знал, что нет никаких шансов у банды Олдена, которая его скрутила – сражайся он во всю мощь.

«Мистиглаз хренов.»

Вспышка слева озарила туман над щелочным озером, и он пожалел о своем решении лететь таким путем.

«Зараза.»

Но кто мог предположить, что на смертельно едких солевых озерах окажется непонятная разумная жизнь, да еще и вооруженная переносными ракетницами ПВО? Джет бы скорей поверил в фиолетовых носачей-единорогов, агитирующих за здоровый образ жизни, путем рассказа анекдотов вместо ужина.

Пилот моментально среагировал, выпустил полкассеты тепловых ловушек и дал забористый крен вправо, уходя от ракеты за самую ближнюю скалу. Когда челнок почти дошел до намеченного укрытия, ракета было потеряла след, но в боковой иллюминатор Джет заметил, как другая попадает в край скалы.

«Плохо дело – мы попали сразу в несколько огневых точек.»

Шансы пролететь хоть несколько дальше для него устремились к нулю, а для парня-пилота и вовсе – сохранить жизнь. Будто бы из последних сил, борясь, он увиливал от ракет как мог. Не вцепись Джет во второй штурвал – его бы швыряло по кабине, как трупы дохлых «Мистиглазовцев» в десантном отсеке челнока.

Он прикинул компьютером Альбиноса траекторию самого дальнего, нового снаряда, и с досадой понял, что от него увернуться шанса нет.

Полоска сканирования панели во внутреннем экране Джета – заполнилась.

«Теперь пилот – я.»

– Тебя как величать? – Спросил Джет.

– Ролан!

– Видишь горный хребет? – Он указал мечом на явный выступ.

– Мне сейчас не до хребтов! – Орал пилот.

Джет взял рукой его сверху за шлем и повернул голову в нужном направлении.

– Вон тот. – Указал Хоуст еще раз, более настойчиво. – Буду ждать тебя там два дня.

«Пилот мне пригодится.»

Джет пристегнул его ремнем к механизму катапульты и отправил кнопкой в свободное воздушное путешествие. Как пилот он успел себя показать, и свой транспорт бы не бросил. Обычно это их и губит – слишком любят свои корыта и переоценивают свои способности. Винить его было не за что, в мозгу не вмонтирован компьютер, читающий ракеты, как у Джета. То, что он собрался делать – даже подготовленный организм не выдержал бы.

«Надеюсь, куда идти – он понял».

Оставшись в одиночестве, Джет уселся на место второго пилота, перехватил управление.

«Попробую спасти эту посудину».

Выбил заглушку из-под приборной панели и пошарил плату с контактами процессора борт-компьютера. Времени осталось немного, он мысленно обратился ко своему итерфейсу Альбиноса:

– Команда: сканирование характеристик челнока; максимальная взлетная высота и перегрузка. – Он посмотрел на смписок высвеченных характеристик, – алгоритмы запуска первой и второй космической скорости. Прочность обшивки и маневренность при падении.

Ракета все приближалась, но вся необходимая информация высветилась перед глазами Джета через полсекунды. Обнаружилась возможность отсоединения грузопассажирского отсека.

«Отлично – это можно использовать.»

В доли мгновения он собрался с мыслями и начал маневр. Натянул штурвал на себя до отказа – нос челнока со скрипом и натугой стремительно поднялся к небу.

Гашетку подачи топлива утопил до упора – его осталось не так много, но для виража должно хватить. Судя по движению, ракета, к его сожалению, оказалась высотной, а это значит, что оторваться полетом за пределы атмосферы не выйдет. Скрепя свое нафаршированное болтами и проводами сердце, Джет решил сменить тактику.

Интерфейс Альбиноса быстро отыскал на приборной панели челнока опцию второго космического ускорения. Не теряя более ни секунды – ракета догоняла – он выбросил остатки тепловых ловушек. На мгновение показалось, что они выполнили поставленную задачу, но слегка отклоняясь от курса, назойливый цилиндрический преследователь снова взял пилотируемый аппарат Джета в цифровой прицел.

Пуля из пассажирского отсека просвистела в паре сантиметров от его затылка и срикошетила о внутреннюю часть лобового стекла челнока. Похоже, что придя в себя, без особых комментариев, усатый решил поквитаться. Плохо, что его не научили: открывать огонь по единственному пилоту челнока, на котором летишь – нехорошая идея.

«Плохо для него, но хорошо для меня.»

Стрелок как раз напомнил Джету о возможности отстыковки грузопассажирского отсека. И потом думай, что судьба не помогает, ведь особых причин не убить этого чудака сразу у него не было.

Он не пощадил приборку и с размаха врезал по тумблеру, едва не выломав с начинкой. Дверь отсека за спиной в мгновение захлопнулась, а факт отсоединения стал ощутим благодаря резкому ускорению – передняя часть фюзеляжа с кабиной и двигателями весили немного. Маневренность после этого тоже заметно усилилась.

Вспышка за спиной озарила края обзорной зоны панели и часть иллюминатора. Джет удивился, поняв, что грузовой отсек остановил ракету.

«Прощай, усатый мачо.»

Но радоваться было рано. Он уже подходил до верхнего края атмосферы, когда сообразил, что на хвосте висят еще две ракеты калибром помельче. Сплюнул в сердцах и в очередной раз сменил тактику.

«Ну а что делать, братцы, машина плохо прогнозирует подобные обстоятельства.»

То есть «Альбинос» вообще не умел прогнозировать на сто процентов. Только цифры, вектора и вероятности. Пришлось полагаться на остатки мозга, некогда живого гайзера, полноценного организма по имени Джет Хоуст.

Нужно было дождаться, пока ракеты подойдут совсем близко. Можно сказать, вплотную. Мгновение, опасный момент. Он провернул ручки штурвала кистями вовнутрь. Так делать было запрещено, и на такие выверты обычно ставилась блокировка компьютером.

«Но кунг-фу моего компьютера в голове – сильней.»

Крылья челнока развернулись турбинами наизнанку, он почувствовал жесточайшее торможение, которое едва не вышвырнуло его в открытый космос сквозь стекло.

Вспышки слева и справа двух ракет едва не ослепили, звука их полета уже не было слышно в вакууме. Они были очень быстрые, особенно в космосе. О движении таких что-либо трудно сказать даже при Альбиноса.

До последнего надеясь на удачу, он до боли возжелал, был готов молиться всем богам и даже просить его величество деда Мороза, чтобы они улетели прямо – в небытие. Но похоже, что он хотел слишком много.

В зеркальном порядке два далеких отблеска разлетелись в стороны двух орбитальных станций содружества «Акита». Могло показаться что ракеты полетели к ним, но стало очевидно – они закладывают петли и возвращаются по его, Джета – бессмертную душу.

«Зараза.»

Он поднял закрылки хвоста вверх, чтобы челнок сделал сальто назад – или же мертвую петлю. На нем не было подобных возможностей – ему помогла гравитация Аксериона и то, как наизнанку он вывернул крылья с турбинами. Самым сложным было попасть ими обратно, в такт опрокидыванию. Пришлось в очередной раз убедиться, что не будь со ним драгоценного ИИ – по времени он идеально все рассчитывал – плакала бы задумка.

«Осталось самое сложное».

Его назойливые взрывоопасные преследователи уже взяли прямой курс – это можно было четко понять по мониторингу заднего вида. Джет понимал, что сила тяжести помогает не только ему, но и им, и ничего не оставалось, кроме как снова вдавив гашетку ускорения на максимум, переключить тумблер на вторую космическую скорость.

Знать бы он не знал, что значит двадцатикратная перегрузка – казалось, что даже его экзоскелет из неизвестной материи затрещал по швам. Он почти засомневался в маневре, когда челнок затрясло с неимоверной силой. Метнул взгляд в экран заднего вида, и сомнения отпали – от ракет он ушел в отрыв, пусть и небольшой.

Корабль, скорее всего уже вышел за пределы возможностей, и мог разлететься на ходу каждую секунду времени. Остался последний и, пожалуй, самый сложный этап мертвой петли – затормозить корыто хоть бы настолько, чтобы не пришлось ходить и искать собственные запчасти. Ветровое стекло уже залило пламенем, а и корпус – раскаленной краской.

С каждой секундой приближения к поверхности барельеф горных хребтов стремительно увеличивался. Доли секунды, и Джет снова натянул штурвал до упора сразу после того, как отключил второе космическое ускорение. Почувствовал, как натянулись крепежные ремни.

От сверхторможения один из них оторвался, но второй выдержал. Нагрузка стала плавно смещаться от него в кресло – вектор полета стал иметь более горизонтальный характер.

Челнок уже летел совсем над лесом, когда назойливые снаряды его настигли. Верней не совсем его. Поскольку такие виражи они закладывать не умели, а аппаратура наводится на тепло, они с грохотом угодили в солевое кипящее озеро практически вертикально, и подняли огромные столпы брызг.

Джет даже удивился тому, откуда там столько щелочной воды – брызгами окропило все окружающие заросли, выжигая их, превращая пролесок в пустыню.

Дело оставалось за малым – найти приемлемое для посадки место, не нарвавшись на дополнительные снаряды.

Как только он выдохнул, по левому борту сильно долбануло, и он едва не оглох. Проверил фланг, выругался про себя матом.

Турбина полыхала, было ощутимо как борт валит влево и выворачивает по отсутствию тяги. Джет как мог попытался удержать курс, но получался своеобразный воздушный «дрифт». Высота терялась быстро, можно сказать – стремительно.

Место посадки, а точней – падения, если не развернуться, выходило не очень удачное. Он рисковал быть размазанным о высокую скалу. Идея о том, как вытянуть ситуацию, пришла в голову как никогда кстати, а дать команды на просчет ИИ времени не осталось. Он решил действовать наверняка.

Джет клацнул рубильник питания и выключил тумблер подачи топлива на оба двигателя. Гул прекратился, и слышался только шелест воздуха. Он парил по потокам ветра на своем небесном паруснике, развевая дым поврежденным двигателем.

Печальным было отсутствие возможности выпустить шасси. Да и оно, честно сказать, вряд-ли спасло бы. Ему больше не грозило шмякнуться о скалу, но по курсу были деревья.

Они сперва зачесали по днищу, затем забили о крылья. Срезав несколько крон, правое крыло ударилось о ствол, и челнок закрутило, а Джета впечатало в левую сторону салона. Дерево было крайним – его вышвырнуло на небольшую опушку, а с другой стороны остался склон, переходящий во злосчастную скалу.

Еще пара мгновений, его подбросило к потолку от удара днищем о грунт речушки. Повезло, что гравий оказался мелким. Хоть сколько, но он отпружинил и смягчил удар.

«Хрен знает, что не так было этой турбине.»

Он выполнил маневр «на кончиках пальцев», или «прошелся по лезвию бритвы» – и такой бесславный конец познал этот дивный летательный аппарат.

Ему пришлось выковыривать себя из-под подмятого иллюминатора. Заклинивший ремень отрезал своим мечом «Импульсом», который перед этим носком за гарду вытащил из приборной панели. Вообще, после такой то посадки, на салон челнока без слез было не взглянуть. Что творилось снаружи даже представить страшно было.

Джет просочился через искаженные кресла пилотов к выходу из транспорта, уперся спиной в перило, и что есть силы дал ногой в дверь-люк. Последняя со свистом вылетела, он высунул голову в открытый проем, в глаза ударил свет, а по дыхательным каналам экзоскелета побежал свежий воздух.

«Задумка вышла, мягко говоря, так себе.»

Если бы он мог снять приросшую к лицу маску, то сразу по выходу из челнока сделал бы это.

Луг лазурной травы, огороженный невысокими деревьями с листьями причудливой формы давали понять, что это место идеально подошло бы для пикника.

Погода сулила хороший денек, и если бы не груда отработанного металлолома за спиной Джета, к которой в скором времени придется вернуться для ремонта, он бы точно лег и уснул.

Фильтры маски искажали запах свежего воздуха: ему хотелось вдохнуть полной грудью. Птички издавали удивительное чирикание вкупе с шелестом травы и листьев. Наверняка этот пролесок был опасен для незащищенного путешественника, в силу множества ядовитых трав, насекомых и мелких животных, но он к таким не относился.

Перемежающиеся горами кроны деревьев, у коих были толстенные фиолетовые стволы, размером с домик, создавали впечатление зубастого забора спереди, а подножие горы за спиной скатывалось снежной горкой. Если бы транспорт Джета взорвался – ему бы пришлось драпать уже от лавины.

На долю мгновения он поймал себя на том, что потерял бдительность, и решил оглядеться. И неспроста: послышавшийся было шорох не сулил ничего хорошего.

Датчики движения забивались многочисленными перелетами птиц, качанием веток и растений от ветра, и оставалось полагаться только на инстинкт.

Джет не забывал о том, что неподалеку обитало злосчастное племя горцев, или же мусорщиков, подбивших его транспортное средство. Хоть он и не знал, есть ли у них самих транспорт.

Отблеск на той стороне опушки отвлек его от размышлений. Давно забытое поджимающее чувство тревоги, или – ярости поднялось изнутри. Навеянное его божественной сущностью-покровителем, оно предупреждало, стимулировало избежать надвигающуюся опасность.

«В подземке концлагеря я его не чувствовал. Хоть он и прислал свои проклятые механизмы».

Последнее относилось к кибернетическим гибридам-техногенам – воинству Фангорра. Джету стало понятно – кто послал ракеты вдогонку его челноку. Следовало готовиться к нешуточной схватке – сфера в его груди пульсировала, будто маяк, чувствуя нарастающее напряжение. Сейчас ему нужно будет противостоять сущности, не ограниченной одним только телом.

«Фангорр. В этот раз – сам?»

Джет активировал «Импульс» – тот, в свою очередь, резво затрещал молниями. Он устремился подальше от посаженного челнока в сторону пурпурно-цветущей опушки леса, в полу-приседе, скрываясь за высокой травой, усеянной разномастными растениями.

Датчики движения то тут, то там – засекали разного размера и количества животных, птиц, а может – насекомых. Джету было не до них – экзоскелет-реликвия «Альбинос» вычислял иные сигнатуры передвижения, более ломаные, громоздкие.

В десяти метрах по правую руку громко просвистело, и чуть позади – в двадцати метрах, прогремел жуткой громкости взрыв. Джета трухнуло, подогнав ударной волной в спину. От правого плеча и ноги отбились осколки шрапнели.

«Фугасный снаряд. Спасибо броне.»

Он сидел в небольшом углублении перед ручьем – скрывался за валуном от артиллерии.

«Из пушки по воробьям бить решил. И где он только тяжелую военную технику нашел?»

Джет осекся, вспоминая не столь далекое расположение подземелья, которое воинство Фангорра успешно захватило. Собственно, на самих подступах оно тоже привело с собой много тяжелой техники. Фангорр, как никто другой – прекрасно знал, на кого сейчас идет, и решил зайти с крупным калибром.

«Быстро же он посчитал, где я упал. Хорошо, что челнок нерабочий. Хотя, если подумать – со своими возможностями это разумное ведро сможет его быстро залатать.»

Джет принял решение во что бы то ни стало отбить полуживую посудину. Он деактивировал «Импульс» за ненадобностью и прикрепил за левым предплечьем – оставил в быстром доступе.

Сейчас нужно было добыть стрелковое оружие, а для этого – нужно было вернуться к челноку. Выругавшись про себя, что сразу не захватил его с собой, Джет дождался пока стихнет залп взрывов по округе, ломающий деревья и сметающий траву. Проверил заряд «Альбиноса» на скоростное передвижение, рассчитал время, за которое прибудет к челноку. Оставалось рассчитывать на долгую перезарядку артиллерии – не хотелось бы застать прилеты, находясь в челноке, Джет понимал, что система слежения у врага превосходная.

Две секунды затишья – и в следующие десять Джет пронесся белым шлейфом и ворвался в салон челнока, хватая оружие и выметаясь обратно в поле подальше – на этот раз в сторону горного склона. Нужно было занять высоту для хорошего обзора и обстрела, желательно с валунами, за которыми можно укрыться.

Он взял сильный разбег и перед прыжком в высоту резко воткнулся обеими ногами в визуально самый крупный камень. Силы такого толчка не выдержал даже он – треснул пополам и раскрошился, но функцию опоры выполнил отлично.

Джет взлетел на добрых шесть метров и глубоко воткнул в выступ скалы импульс, удерживая в другой руке пулемет, а гранатомет прицепив на спину. Мощным рывком он подтянулся, буквально вышвыривая всего себя наверх боковым сальто, вынимая меч прилетел ногой на плато. Рядом был увесистый валун – Джет кувыркнулся под него.

И вовремя – за секунду после этого в скалу, аккурат в место, проткнутое Импульсом, смачно прилетел арт-удар, поднял облако пыли и разбросал огромные куски гранита.

«Проклятье, не будь уши закрыты звуковым барьером – не видать бы мне больше слуха».

По камню-укрытию застучали пули. Некоторые из них пролетели над головой Джета, и оставили свистящую очередь.

«Быстрые.»

Джет скрипнул зубами и выглянул из-за валуна. Огонь вели аккурат из лесной черты. Техногены не спешили идти в ближний бой, несмотря на то, как быстро они вычислили его, и добрались до пункта назначения.

Его зажали в полукруг со стороны лесополосы, а перед лицом подымалась высокая скала, на которую под плотным огнем точно не залезть.

Он резко встал, развернулся, и дал очередь по лесополосе, стараясь демаскировать противника по движению. Результат Джета не обрадовал – его оцепило три десятка киборгов, и на подходе было еще столько же.

Уйти живым представлялось возможным. Но для этого нужно было призвать Алсаза – сущность его покровителя. Джет знал, что техногены, управляемые Фангорром, не отстанут от него.

«То есть – сам Фангорр.»

Призывать сверхсилы очень не хотелось, слишком она дорого стоила – он рисковал потерять контроль и больше никогда не вернуться в себя. Выяснение отношений между богом-машиной и богом-смертью заботило Джета, но при более выгодных обстоятельствах. Он поймал себя на том, что все еще не знает, тут ли «главный» Фангорр.

«Мудила.»

Он отругал себя, вспомнив, что его тело-разум и так нежизнеспособно, вернее – находится в пограничном между жизнью и смертью состоянии, поддерживается системами экзоскелета. Уж как два десятка лет. В любом случае – нужно было что-то решить.

Джет упал, разворачиваясь так, чтобы выглядывать из-за камня. Лежа на боку, он вычислял местонахождение врага и давал по короткой быстрой очереди до тех пор, пока не закончился боезапас.

После – отбросил и достал из-за спины гранатомет. Несколько мелких противников разбежались, а еще двоих Джет угостил – гранаты он оставил на крупных кибер-увальней.

Они обладали громоздкими – несколько метров в высоту – телами, а огромные головы без челюстей и с рогами-антеннами вытягивались на длинных позвоночных шеях, играли роль локаторов. В руках же их были переносные гаубицы.

Недолго размышляя над удобствами такой артиллерии, джет выпустил гранату точно по расчету в голову одному и второму. Сейчас они представляли для него наибольшую угрозу. Помимо быстрых скалолазов, которые уже вовсю подбегали к его, Джета, твердыне, собирались брать штурмом. Покидать её было нельзя – осажденный взял наизготовку свой меч «Импульс», и собрался принять бой за укрытием.

Голова на длинной шее перемахнула через камень сверху, распахнула челюсть и приготовилась вцепиться зубами в лежачего Джета.

Он, не вставая, в ответ нанес хлесткий удар крест-накрест. Жуткий железно-мясной череп рассыпался на четыре части – забрызгал из искусственных артерий мазутом и кровью укрытие.

Еще один запрыгнул справа от валуна – получил последнюю гранату из гранатомета, разлетелся по округе, и дополнительно окропил стрелявшего химически опасными нечистотами.

Джет сделал рывок ногами, выполнил подъем разгибом со спины. Он сел на корточки, отвел Импульс за спину, приготовился к следующему удару.

Следующие две прыткие твари ринулись на него одновременно. Первый атаковал со спины – Джет круговой атакой рассек сперва его, передний получил свой заслуженный контакт с электрическим лезвием после. Весь бой он старался не высовывать головы из-за камня, он не знал чем в него будут стрелять.

Только сейчас ему подумалось, что за лесополосой как-то затихло. Он дал несколько залпов, и отправил несколько гранат, но это не поимело бы такой фантастический эффект.

Очередь из желающих рассыпаться на части прытких скалолазов тоже потихоньку стала иссякать, когда Джет отправил очередного ударом ноги обратно вниз, а потом приготовился к следующей волне.

Промелькнула мысль, что как бы ему не хотелось – вызвать Алсаза придется. Уловив момент затишья, он сел на колени спиной к валуну, стер черную жидкость с глазных стекол. Положил Импульс, прикоснулся к бьющейся в конвульсии сфере.

Сила рвалась наружу, чуяла приближение заклятого врага. Скопление уплотнялось: оно не давало шанса избежать, возможно, последней схватки.

Техногены громоздились, залезая по плечам друг друга на высоту Джета, клацая челюстями и посылая пулеметные очереди по валуну-укрытию.

Призыв сущности-покровителя прервала очередь взрывов. За ней последовала внезапная тишина.

По звуку – возня внизу прекратилась, а шум боя переместился ближе к лесополосе. Он был нетипично странным: пулеметные очереди прекратились, казалось, будто один из киборгов вышел из строя и начал резать других. Это перерастало во рвущие, хрипящие, скрежечущие симфонии. Послышался выстрел из гаубицы, но он как будто захлебнулся непонятными всплесками.

Джет встал с коленей и выглянул за валун на этот звук. Один из техногенов-артиллеристов стоял, направив дуло гаубицы себе в голову. Головы и низа грудной части уже не было – их ошметки разлетались высоко над лесом. Тело, спустя несколько мгновений упало. От него тянулся шлейф черного смога по линии огня противника, рассеивая звуки резаного металла и плоти.

Клуб черного смога двигался быстро. Во рваном силуэте узнавались взмахи лезвий, чередуемые с меткими выстрелами по противникам.

Противник же, стоял в ступоре, глядя на нечто, не в силах пошевелиться. У нескольких получилось сдвинуться… Но вместо нападения – они бросились в бегство.

Последнее у них не получилось – из клуба жгущего черного смога вытянулась рука с обоюдоострым лезвием, раскрыла пятерню. Из пальцев к беглецам устремилась красная молния. Она свалила обоих замертво.

Джет опешил, не доверяя своим глазам. Ему захотелось помассировать виски, но он вспомнил о забрале вокруг головы из неизвестного сплава. Он проговорил вслух про себя:

– Вестник Ужаса.

Не такую помощь он собирался призвать. Он сосредоточился, пытаясь понять, насколько внезапный помощник находился под властью своего покровителя.

Увиденное ему не понравилось – Бракус, он же Абсолют Ужаса, почти овладел сознанием своего носителя. Его Вестник явно не владел собой.

«Что за безрассудство?»

Неожиданное спасение могло обернуться катастрофой, поэтому он, недолго думая спрыгнул с укрытия, и направился по зигзаго-образной траектории по направлению к комбатантам.

«Случись что, остановить себя он не сможет, но другой – да.»

Воины Фангорра, а точней их бывшие живые половины, впали все как один – в ступор, под действием сил буйствующего пучка тьмы.

– Нееееееееет! – Взвыл утробным рыком, почти по-живому, один из крупных техногенов, с четырьмя руками – по пулемету в нижних, вместо верхних – ржавые лезвия пил.

– Вирусняк!!! – Крикнул Джет здоровяку, обращаясь к коллективному разуму. – Не сегодня!

Рывком он сменил направления, разрядил последний заряд своего экзоскелета, и в мгновение оказался рядом с ним.

Встрял в почву перед высоким прыжком – на сей раз под ногами огромного воина. Инерция позволила взлететь над головой недруга.

Джет провернулся в полете вниз головой, срезал за два оборота вокруг своей оси руки и нижнюю челюсть гиганту. Уцепился за голову и уперся ногами в спину.

Вонзил руку в позвоночник, в попытке вырвать сердцевину – ядро системы большого техногена, в который поместил свое сознание сам верховный вирус. В последний миг туша огромного киборга отключилась, свесила остаток головы, упала на колени, затем – на живот.

Джет вытащил ядро, подымаясь на спине жертвы. Но оно больше не было активно.

«Дерьмо.»

Он огляделся вокруг. Под опушкой леса, скалой, что послужила ему убежищем, на поле и в траве валялись только останки воинов Фангорра, бездыханные и неподвижные. Они портили картину природы.

Черный силуэт, которого Джет назвал «Вестник Ужаса» оторвал голову последнему и выкинул. Тело бросил как тряпку, в траву.

Черного смога вокруг него не уже не было, броня же потрескалась. Кусок ухмыляющейся жуткой маски откололся.

Казалось – оболочка вот-вот рассыплется, и спаситель упадет замертво. Он не получал повреждений, было похоже, что просто истощился.

Джету это не показалось странным – Вестники способны на большие фокусы. Но этот явно недавно, если не впервые, употребил силы по назначению.

Они стояли и смотрели друг на друга несколько секунд. Броня у черного Вестника окончательно потрескалась, как скорлупа, осыпалась, а вслед за ней на колени упал и ее уставший носитель.

Пару мгновений он стоял, пытаясь ловить равновесие. Не вышло – он закатил глаза и упал на бок в траву обессиленный, после чего уснул среди тлеющих остатков.

– Да, дружок. Это не бесплатно. – Сказал Джет.

Он медленно к нему подошел, деактивировал меч, убрал в ножны.

Вместо руки новоприбывшего был демонический артефакт, в виде каменной руки.

Поверх рук же были надеты боевые нарукавники с когтями. Они растворились в черном тумане.

Под черной накидкой узнавались сходящие на нет, постепенно светлеющие узоры, и сосуды с черной кровью.

– Пацан. – Выдохнул Джет.

Черный и Белый

Костер трещал, освещал небольшой участок вспаханной упавшим бортом челнока почвы. Джет ждал пилота в надежде, что его не захватили кибернетические недруги. Он смотрел на пламя, а в голове его были одни только вопросы. Он догадывался, почему Фангорр пытается добраться до него.

Еще он думал об артефакте, на поиски которого он потратил несколько лет жизни в подземелье-концлагере. Эти годы он чувствовал его близкое присутствие. Оно манило, но направление определить у него так и не вышло.

Артефакт сам притянул к себе нужного носителя.

Человека, по имени Хэл.

Более того, потом судьба прислала этого носителя к нему, Джету. Он закинув через плечо, принес Алана в кабину пилота, откинул кресло и уложил.

«Ты отдохни. Потом интересный у нас будет разговор.»

Он просканировал тело парня, и не выявил никаких следов замены органов.

Как у самого Джета.

Обновилась только потерянная в бою с бойцами-элемами Олдена – рука.

Пацан спал беспокойно подергивая частями тела, как будто сон не развеял недавно пережитое.

«Слишком сильно его пошвыряло.»

Отдельный факт беспокоил Джета сильнее других. Он знал, что Вестником Ужаса не могут стать обычные существа. Только человек, такой, как жили когда то на в древние времена.

Он обернулся, краем глаза взглянул в открытый вход челнок, через который просматривалось откинутое кресло пилота.

Черты лица парня действительно отличались ото всего, что гайзер видел раньше. Нос без горбинки, как у батрийцев, кожа не темная – как у карийцев. Глаза были зарыты, но Джет помнил что они серые. Такие бывают только у тиртов. Тех – что метрового роста. Кожа была почти белая, еще до экспериментов Тектора, но для гайзера Хэл был явно не тщедушен.

«Если это правда – он первый человек за многие тысячи лет. Я думал – они выглядят совсем иначе».

Джет вновь посмотрел на огонь. Он вспомнил о Фангорре. О том, что ни ему самому, ни его покровителю Алсазу, не место в одной вселенной с тем, кто бросил самой смерти вызов.

Одна из лун Аксериона вышла из-за облаков, ярко осветила поляну, на которой сидел у костра Джет. Фосфорные ночные цветы моментально среагировали на мертвенные лучи, распустили свои бутоны, зазывали светлячков. Последние не преминули задерживаться – тот час же подлетели. Сотни, может тысячи цветов, создали эффект звездной поляны. Гайзер поймал себя на том, что давно не наблюдал подобной красоты, дикой и в то же время спокойной. Несколько лет, намеренно проведенные в пещере – давали о себе знать.

Послышался шорох за спиной.

Из двери челнока, неуверенно шатаясь, вышел молодой человек по имени Алан Хэл. Отойдя несколько метров, упал на четвереньки, его вырвало. Затем снова.

Гайзер наблюдал за этим в пол оборота. Он прекрасно помнил свой первый призыв – было то же самое.

Когда Алана отпустило, он встал и вяло подошел до костра. Стянул с плеч плащ, сложил в несколько раз, положил на землю и сел сверху.

– Жрать хочется. – Выдавил он из себя хрипло.

Джет молча достал из-за спины паек, найденный в запасах экипажа, бросил парню.

Тот одной рукой неуклюже поймал, едва не выронив. Разорвал пакет. Достал желеобразную колбаску. Посмотрел на гайзера возмущенно.

– Что это за херня? – Покрутил в руках.

– Извини, ресторан для рекордсменов по количеству смертей закрыт. – Ответил Джет.

– Так уж вышло. Само получилось. – Он еще раз посмотрел на непривлекательный студень. – Ты не пробовал?

– Оставил привилегию тебе.

– Надеюсь, не просрочено… – Он помассировал виски. – Я, вроде как, в мед-академии учился. Что-то придумаю.

Джет удивился. Спросил:

– Что еще вспомнил?

– Боль в руке. Её отрубили. – Алан потрогал плечо. – Грудь тоже, вроде болит, а вроде нет…

– Я спросил что помнишь, а не что болит. – Напомнил Джет. – Как зовут, что было. Меня помнишь?

Алан презрительно зыркнул на собеседника, ответил:

– Ты совсем меня за больного держишь? Провалов у меня нет… По крайней мере до момента, где мы встретились. Фамилия – вроде Хэл. Зовут… Алан.

– Хорошо. Очень хорошо.

– Могло быть иначе?

– Очень даже. Что ты видел, когда сражался?

– Сражался?

– Дурака не валяй.

Они с десяток секунд смотрели друг на друга, оценивающе. Хэл заговорил первым.

– Все вокруг было в огне. Ветер – горячий. Вместо облаков – раскаты огня. Из них бьют красные молнии… Кровавые гейзеры бьют из недр. Вокруг тени. Я их разрывал. На горизонте – силуэты великанов. Мне было очень больно. Я будто горел заживо. – Хэл, рассказывая, держал голову в руках, будто та сейчас отвалится.

Джет промолчал со значением.

«А у меня-то все просто черно-белым становится. И время почти замирает.»

– Я встретил Зверя, или как его там… – Продолжил Алан.

– Бракуса. Что он тебе предложил? – Что сущность хотела взамен, Джет и так знал.

– Сказал, поможет отомстить. Даст силы убить Олдена и всех его приспешников. – Алан нахмурился.

– И ты уже понял, что не все так просто, верно?

Хэл, немного помолчав, глянул на Хоуста. Кивнул, произнося:

– У меня теперь жуткая слабость, голова болит. А еще какая то ментальная пустота. От меня будто кусок оторвали.

– Верно. Я конечно, очень признателен что ты вовремя подоспел. Но не вздумай все время пользоваться его силой. Иначе ты растворишься, и себя утратишь. Хорошо, что я был рядом, пусть и не потребовалась моя помощь. Ты сам истощился раньше, в силу неумения пользоваться силой. Ну, либо он решил тебя отпустить. Пока что.

– Научи меня. Ты тоже…

– Не все так просто.

Джет понимал, что не просто так Алан оказался рядом настолько вовремя. И что сопровождать Вестника Ужаса – предстоит Джету. К тому же гайзер понимал, что этот человек ему нужен. Он произнес:

– Но я сделаю от себя возможное. Взамен – ты поможешь мне.

– С чем?

– Я тоже должен кое кого убить. Очень сильного. Не из мести, конечно.

– Есть кто-то, с кем бы ты не справился без меня?

– Тяжело признавать, но да. Ты хорошо справляешься с этими гибридами, приспешниками Фангорра. – Он кивнул в сторону одного из тел неподалеку. – Ты скажем так, специфически на них влияешь.

– Ты хорошо знаешь Олдена? – Внезапно перевел тему разговора Хэл.

– Ах да. Теперь о наболевшем… – У Джета скребли кошки на душе при воспоминании о их с Олденом общим прошлым. – Я согласен с тем, что его надо завалить.

На лице Алана проступила злобная ухмылка.

– Есть хорошие новости. – Продолжил Сайбрит.

– Например?

– Пилот, летевший со мной – был им нанят.

Алан осмотрелся.

– Не вижу никакого пилота.

– Дай договорить. Он должен прийти на это место завтра, максимум – послезавтра. За это время надо накопать оружия, еды. Узнать – где самый близкий населенный пункт. Так что заняться нам, помимо прочего, будет чем.

– Оружия на поле боя целая свалка. Кстати, как я понимаю, железяки не нападают снова из-за моего присутствия?

– Ты себе льстишь. Но – это возможно.

– А что они вообще тебе так прицепились? Можешь говорить, что угодно, но я точно понял, что ваша встреча в этой жопе мира – не случайность.

– Есть у нас некоторые разногласия.

– Ну-ка посвяти.

– Во все тебя посвяти. – Буркнул Джет. – Запасись терпением. – Подумал, и добавил. – Буду краток. Во первых – Фангорр тоже человек. Вернее, когда то им был. Это не к тому, что я хочу истребить всех человеков – ты и так единственный. Просто с убийством человека у меня, как у Вестника, есть некоторые сложности. Это – одна из причин, почему мне нужен ты. Подробней пока не скажу, просто поверь.

– А во вторых?

– Создав когда-то давно искусственный интелект, оцифроав свое сознание и распространив, как вирус, он бросил вызов самой смерти. А это для меня, вернее сказать не для меня, а для «товарища» сверху – концептуально.

Алан почесал черные пряди, растрепал, потом пригладил обратно.

– Сложновато. – Парень выдавливал из себя слова.

Джет в ответ промолчал.

Хэл вновь переспросил:

– Так что у тебя с Олденом за дела были?

– Давние дела. Работали вместе. Ты ужинаешь, или нет?

– Завтракаю. – Ответил Алан, глядя на рассвет. – Тебе не нужно поспать, мозги там прочистить? Или процессоры, что там у тебя.

– Ты прав. Это утро мне уже успело надоесть. Приятного аппетита. – Джет поднялся и принялся залазить в приоткрытую дверь фюзеляжа. – Через пару часов пойдем оружие собирать.

Он оставил Алана один-на-один с отвратительной протеиновой колбаской. В кресле пилота – закинул ноги и сложил их крест-накрест, руки – ладонями поместил на бедра. Через импланты он мысленно дал экзоскелету команду сканирования местности.

Сон моментально охватил гайзера по имени Джет Хоуст.

***

Снова черная комната лаборатории, где я лежу, не в силах пошевелиться. Ум, скованный страхом, не дает двинуть ни единой конечностью из оставшихся.

Приказ закрыть лабораторию, чтобы предатели не смогли добраться до мистической брони, вышел мне очень дорого.

Взрывом накрыло весь этаж. И теперь это – погребальный саркофаг, заваленный обломками, облитый моей кровью.

Я без рук. И ошметок ноги болтается на куске мяса. Разорванный живот пульсирует еще не затихшим фонтанчиком, левый глаз не видит, потому что его нет. Выжить никаких шансов не осталось…

В дальнем углу лазурно-голубым светом засветились две точки, а за ней – один крупный круг пониже. Они паутиной запустили свет по жилам брони, и та ожила, разбила стекло и вышла ко мне. Мой взор окутала тьма.

Внезапно я переместился в отделение учебки моего спец-подразделения. Стоял яркий день, кабинет был залит белым светом.

Я жду брифинг назавтра, помню, что будет ответственный день. Нельзя подвести свой взвод – начальство сильно на меня рассчитывает. Я сидел один и смотрел в окно, как всегда – пришел раньше всех.

– Джет! Привет, Джет! – Помахала мне рукой Лиза.

Я еле заметно махнул ей в ответ. Последнее время она подозрительно часто стала проходить мимо в это время, я знал, что она идет к себе в главный отдел.

Мы хорошо общаемся, один раз она даже позвала меня съездить вместе с ней в увольнение, навестить больного друга. Я отказал, уговаривая себя, что это из-за карьеры спец служащего в «Скайлайне», но где-то в глубине подъедало неприятное чувство. Навязанные с детства предрассудки мешали мне даже несмотря на то, что я их сознаю. К тому же – ведь не может быть, чтобы молодой, пусть и подающий надежды капитан спецназа, мог вот так бросить все ради одной…

Я вновь поймал себя на самооправдании. И вообще, как я сюда попал? Я думал, что уже давно прекратил службу. Что там случилось, почему прекратил, не помню…

В кабинет вошел Фангорр. Чтобы пройти через дверь, ему чуть ли не пополам пришлось согнуть свое высокое, в брезентовом плаще, худощавое тело. Зайдя, он расставил все четыре длинные, канатоподобные руки, прозвучали серво-приводы и поршни гидроцилиндров. Черные впадины глазниц стали манить, затягивать, нагонять ужас.

– Отстань. Я занят, не видишь? У меня скоро брифинг. – Махнул я на него рукой. Казалось, что он удивился. Я вновь посмотрел в окно.

Но Лизы там уже нет.

***

Когда полностью рассвело – они пришли на вчерашнее поле боя. Груды железяк, очерненные потеками и лужами масла, перемешанными с кровью, отдавали нафталиново-тухлым неприятным запахом. Плоть мертвых техногенов начинала гнить, привлекала внимание местных хищников. По хорошему все это нужно было бы скинуть в утиль и не травить фауну.

Из правого предплечья Джет достал миниатюрную пилу-штык, бродил по полю и отрезал ремни крупно- и среднекалиберного боекомплекта для винтовки.

– Ищи гранаты для подствольника. – Негромко сказал он Алану, обернувшись через плечо.

Молодой делал что надо, но больше ходил и рассматривал трупы-останки, будто сам выискивал подтверждение того, что все это сделал он.

Утром он сходил к ручью и смыл засохшие остатки масла и крови на слипшихся отросших волосах, убрал с лица, подвязал на затылке. Джету казалось, что парень смотрит с удивлением на останки врагов, немного растерянно, будто не принимая свою собственную работу.

– Ты помнишь? – Решил уточнить Сайбрит.

– Очень смутно. Почти ничего.

«Размечтался».

Он сплюнул, глядя на горелые микросхемы проводки, ведущие к мускулам. Враг перегрузил всю электронику.

– Вряд-ли мы унесем больше. – Подошел к Джету увешанный несколькими винтовками и гранатометом Хэл.

– А мы пока и не будем нести. Погрузим, сколько сможем, на челнок.

– Ты его ремонтировать собрался?

– А что не так?

– Мне казалось, что им пора бы уже помойку пополнить.

– Другого у нас нет. Пешком мы тут совсем загуляемся.

– У тебя есть идеи помимо той, где горелый двигатель чудным образом исцеляется?

– Еще немного, и я в принудительном порядке склоню тебя к новаторским решениям. – Буркнул Джет.

– Не напугал. – Ответил Алан. – У этого крылья меняют геометрию. Можно их сложить, а фюзеляж поставить на шасси. Там есть резервный двигатель в хвосте. Просто нужно не использовать те, что на крыльях. Но колеса бы, если честно, помощней.

– Ты разбираешься в этом барахле?

– Сам не знаю. Наверное, интересовался когда-то. Давно было дело.

Алан потер виски, его голова вновь заболела:

– Что-то не так. – Произнес он.

– Говори.

– Я чувствую страх. Очень много. Не мой. Он шумит в голове, едва различимый. Далеко. Там война, много смерти… Все куда то бегут.

Джет вспомнил о своей способности чувствовать смерть, но она была привычной, как обоняние или зрение.

«Способность проявилась и у парня.»

Гайзер предполагал подобное, но не думал, что способность Хэла «слышать» будет настолько мощной.

– Расстояние сможешь определить? – Спросил он.

– Километров пятнадцать… Нет, двадцать… Точней не скажу. Мать-перемать, как унять этот шум?

– Никак, со временем он утихнет сам. Будет вроде фонового звука. Ты просто не будешь внимание обращать. Я тоже чувствую, когда кто-то умирает. Приятного мало, но жить можно. Терпи пока что.

– Мне определенно легче не стало, но спасибо.

– Как могу. Новости, на самом деле, хорошие. Можем идти по направлению твоего чутья. Мое так далеко не берет.

Они договорились быстрей перенести оружие сколько смогут, и запереть в челноке. Сложили оружие в ящики с боекомплектом, Джет нацарапал на нем послание пилоту, если тот придет. Двое планировали вернуться, проверить, жив ли он. Ручей был не так далеко от места крушения, пайка еще оставалась в челноке.

Нужно было проверить, что или кто есть в той стороне, где Алан слышит отзвуки страха, и в каком количестве. Было бы большой удачей встретить какое-никакое поселение, разжиться полезным, разведать путь.

Неспеша они собрались в дорогу, путь был не так близок. Они могли добраться до сумерек, главным было не наткнуться на серьезное препятствие, вроде скоплений техногенов.

Как догадывался Джет, они расставили регулярные форпосты по всей скалистой области, возводили укреп-районы. Отдельно за скобки можно было вынести их охоту на гайзера. Сейчас он был не в самой выигрышной позиции: ресурса призыва Абсолюта оставалось не так много, а стандартными методами многих было не одолеть. Слишком сильно выросла армия киборгов за время, пока Джет томился в подземельях.

– Они уже и техникой завладевать могут. – Сказал Алан.

Походя по зарослям, они наткнулись на поросший мхом и и диким плющом танк. Кусок его башни был разворочен, из него свисали кабеля и провода, а на другом их конце был прикреплен мертвый киборг.

Плоть на металлическом скелете была обглодана хищными животными, некоторые ее остатки, такие как кожа головы с волосами – высохла до гербария. В одной из глазниц остался искусственный глаз.

– Видать давно здесь ходили. Несколько лет, минимум. – Джет подошел к трупу.

Он срезал кусок сухой плоти. Внимательно поднес к лицу и покрутил в руках. Прожилки на коже были не совсем той фактруы, что есть у антропоморфных существ. Она была слишком грубой.

Можно было сказать, что при жизни это был некий зверь, но имел прямоходящее строение тела. Если присмотреться к железному черепу, то в местах по бокам от макушки можно было обнаружить выемки. Ода из них пустовала – в другой узнавался кусок отломанного рога. Он обернулся, взглянул на Алана, сказал:

– Атхаши-киборг. Понял?

– Не совсем. Поясни.

Они выдвинулись дальше в путь, продолжили разговор.

– Не знаю каким образом, но чудовища из подземки завладели технологиями Фангорра. Или наоборот.

– Может, они союз заключили?

– В жизни не поверю. Что угодно, только не это. Атхаши и друг друга то за обе щеки – не прочь сожрать.

– Но если это так и есть?

– Скорей всего Фангорр заявил о себе, так сказать, во всеуслышание. Там, во «Вратах» – в подземке бывшего конц-лагеря. Ясное дело, что никого там из живых не осталось уже.

– Я видел ту армию. Зрелище жуткое. – Алан вспомнил, как с Маркусом выбежал на взлетную площадку башни. – Тогда из-за этой армады горизонта видать не было.

– Самое плохое, что они будто из под земли выросли – хрен пойми как. Их никто не ждал, и даже предположить не мог. Сейчас мы на севере Аксериона – практически за полярным кругом, и все кто тут есть – живут порознь. Связь практически отсутствует, государств нет. ФЭН и ИЧС далеко на юге, но ФЭН – гораздо ближе. В случае войны, первый удар придется на них.

Они вышли в снежную долину. Далеко впереди узнавалась линия горизонта – край горного хребта. До него было еще полдня бодрой ходьбы, по не слишком пересеченной местности.

Спутники Аксериона добавляли ей разностороннего освещения, отчего долина казалась более объемной и глубокой, нежели на самом деле.

С неба срывался некрупный снег, а из-за резкого похолодания на длинных хвойных ветках проступил иней. Где то лесополосе ла стая некрупных травоядных животных, а на другой стороне пасся крупный одедь.

Могучая длинная шея на мощном теле несла на себе голову в рост тирта – около метра с лишним. Он снимал с крон фиолетового дерева побеги и цветы, неспеша жевал. Шерсть на его теле развевалась под еле заметными порывами свежего ветерка.

– Такого я еще не видел. – Смотрел Алан несколько секунд.

Они пересекли долину и направились дальше – меж двух гор. До них была приличная дистанция, требовалось пересечь густой пролесок.

Некоторые редкие деревья росли гораздо выше остальных. Толстые спиралевидные стволы закручивались удивительными узорами, на них рос мох, он перемежался с плющом.

Джет указал спутнику на гриб, от него дымкой летели споры. Рисковать, подходя к ним близко и вдыхая – не стоило. Через час ходьбы, если это можно было назвать ходьбой, они покинули густой пролесок.

Перед ними открылась относительно прямая тропинка. Она была покинутой и давно заросшей, но угадывалось, что по ней когда-то ходили, и даже ездили. Шествие заняло еще некоторое время, прежде чем они выбрались на открытую местность перед подножиями, виденную часом раньше издалека.

Чутье на смерть дало едва заметный отзвук, и он насторожился. Огляделся вокруг, внимание остановилось на уходящей вдаль меж горами дороге.

На склонах узнавались брошенные форпосты, а в низине проходила заросшая дорога. Узнавался когда-то давно заброшенный тракт, торговый или транспортный.

Один из форпостов был выворочен, казалось, совсем недавно. Блестящие царапины на выгнутых арматурах выдавали недавнее сражение, а разбросанные очерненные золой валуны валялись будто бы не на своих местах.

Можно было понять, что в башенку сперва попали снарядом, затем расстреляли из крупного калибра. Проанализировав Джет понял, что самым подозрительным было отсутствие любой мертвечины или остатков незваных железных гостей.

Странным было и то, что штурм был как будто со стороны, откуда они пришли. Но прежде по пути он не замечал никаких следов массового движения. Он прислушался к себе. Импульсами стали доноситься «звуки» смерти.

– Сайбрит. – Позвал Джета Алан не сильно известным прозвищем.

Гайзер вспомнил, что Хэл еще не слышал его настоящего имени. Он подошел к парню. Добавил:

– Меня зовут Джет.

Алан удивленно обернулся, но промолчал и кивнул. Он на корточках смотрел с небольшого обрыва в лощину, что проходила справа от межгорья.

Джет сел рядом, струсил снег со своего плеча.

В лощине возилось некоторое скопление человекоподобных киборгов. Различить зону их деятельности не составляло труда.

Среди белого снега, который на дне лощины скопился в первую очередь, зияло красным огромное пятно. Техногены добивали и резали невесть откуда взятых местных жителей.

Один из черных, почти полностью железных приспешников Фангорра с равномерной скоростью вращал вполне, казалось бы, живой головой – он осматривал местность. Нельзя было дожидаться, пока он направит взгляд в их сторону.

Через небольшой склон виднелась уродливая коническая конструкция, похожая на мясной зиккурат.

Джет однажды такую видел. Устройство внушало жуть. Оно умело передвигаться на шагающем механизме из восьми членистых ног, а пожираемый материал обычно помещался в огромное коническое брюхо-кузов. Каким образом, гайзер не знал, да и особой охоты узнавать не было.

К станции по очереди подходили более миниатюрные аналоги. Они подносили трупы, либо недобитых членов гарнизона. Выживших почти не осталось.

Штурмовать эту полевую кухню Хоуст не испытывал ни малейшего желания. Он обеими руками был за то, чтобы продолжить путь по направлению к ближайшему населенному пункту. Но подъедающее чувство будущего возможного преследования его тоже не оставляло.

– Валим их? – Задал вопрос Хэл, будто читая мысли старшего товарища.

– Остынь. – Сайбрит пересчитал количество врагов. – Смысла нет. Живых осталось слишком мало, а врагов – несоизмеримо больше. Поторговать, поспрашивать, куда идти – вряд-ли у кого сможем. Эти – не особо разговорчивые. – Он указал мечом на ближайшую комбинацию из плоти и механизмов. – К тому-же, светиться перед нашим «другом» снова, лично у меня нет большой охоты. А еще, если ты снова впадешь в неистовство – это может сделать дополнительную проблему. Мне бы не хотелось вслед за ними надирать зад и тебе.

– Сколько уверенности.

– Ладно, бросаем эту ерунду.

Он на секунду задержал свою мысль и вспомнил о пилоте, ведь он мог оказаться в числе жертв. Но быстро отогнал от себя эту мысль. Бой был бы слишком дорогостоящим. Пускать в ход свой арсенал «на полную» Сайбриту не хотелось. Он только-только смог пополнить энергетические резервы экзоскелета.

– Я еще слышу эти… Звуки? – Перебил мысли Джета Алан.

– Где?

– За тем межгорьем. Километров семь. Еще много людей. Здесь, видать, аванпост.

– Ясно. Значит, дальше по направлению еще эти уроды.

Джет еще раз осмотрел жуткую картину «переработки мяса». Увидел знакомое очертание лица. Если бы не сканер «Альбиноса» – он бы вряд-ли узнал пилота.

«Ролан, кажется.»

– Так что, ты готов размяться? – Внезапно переменил свое решение Джет.

Алан непонимающе глянул. Будто это не он уговаривал Джета секунду назад, а наоборот.

– Легко же тебя убедить. – Он так и не понял смены настроения Джета.

Сайбрит встал с корточек, потянулся. Добавил:

– Вон тот парень. – Ткнул пальцем, указывая. – Это пилот. Нужен живым. С ума сходить – не думай. И слушай меня. Кричать я сильно не смогу – будет очень громко, но условимся парой знаков. Я в твоем «приходе» – должен читаться нормально.

– Ладно… Ты главный. – Алан усмехнулся.

Он закрыл глаза, напрягся. Под глазами проступили черные вены, на теле появились узоры. Из черного тумана на руках появились боевые нарукавники, а кожа начала обрастать броней. Рывком он выпустил когти-лезвия. На его лице из ничего возникла хищно ухмыляющаяся маска.

Гайзер оценивающе глянул на парня. Джета настораживало, что его спутник может обезуметь. Прежде чем пойти в бой, он помолчал несколько секунд. Затем произнес:

– Передавай привет Бракусу. Начнем с этой головы-маяка. – Он имел в виду ближайшего «часового».

Сайбрит со свистом вынул меч и покрутил в руках. Глянул на его кончик.

«Импульс» весело затрещал лазурно-белыми молниями.

***

Ролан проснулся. Он обнаружил себя в темной пещере. В одном из её концов виднелся тускло освещенный выход. Он оглянулся по сторонам и обнаружил, что прикован механическими позвоночным щупальцами к некому аппарату.

По правую и левую руку от него было еще двое таких же бедолаг: тот что слева, был в возрасте. Справа была женщина средних лет, она задыхалась и плакала, а когда обнаружила, что Ролан зашевелился, стала молить на непонятном языке о помощи.

Он постарался нащупать руками шлем – разбитое стекло мешало обзору. Голова болела, он не помнил как здесь оказался. Приземление нельзя было назвать мягким. Он покрутил воспоминания в памяти и вспомнил, что упав он ударился шлемом о камень и потерял сознание. Он снял послуживший добрую службу агрегат и скинул на пол пещеры.

Шлем громко шмякнулся и покатился вниз по пещере. Когда глаза привыкли к темноте, то он с ужасом обнаружил, что вдоль стены множество людей были так-же прикованы крест накрест к жутким паукообразным механизмам. Можно было заметить, что неведомым образом к железному скелету крепились органические структуры, вроде мышц и кожи. Они один за другим, по очереди шли на выход из пещеры. Кто-то из людей-жертв был в сознании, но многие спали.

Очередь дошла до Ролана. он пытался дергать ногами в попытках создать инерцию и опрокинуть паука. Но тот обладал многократно большей массой, и казалось, что он даже не заметил.

– Долетался я. – Прошептал он про себя тихо.

Несколько лет практики в его представлениях давали совсем иную перспективу, чем быть пущенным на непонятные опыты посредством механических тварей.

В нем стала нарастать сильная тревога, а к горлу подкатил ком. Мало того, что следовало готовиться к неминуемой смерти, так еще и сотрясение мозга давало тиранду о себе знать. Его стошнило на грудь вечерним пайком.

Яркий свет пещеры сменился жутким пейзажем, когда глаза привыкли к свету. В небольшой лощине на поляне была развернута механизированная установка, охраняемый солдатами-киборгами, которых Ролан никогда не видел. Его стошнило, но в этот раз уже не от сотрясения, а от увиденной картины и запаха.

Механо-пауки подходили к большой конусообразной, со сглаженным профилем, установке, похожей на брюхо паука. Спереди, у земли – были клешни. Они захватывали уцелевший народ, а клешни-помощники отрезали им ноги и руки. После этого все добытые «запчасти» фасовались в различные отверстия конуса.

Транспортируемые спереди и сзади бедолаги – те что были в сознании, заорали. Кого то стало рвать так-же, как Ролана. Кто-то молился на неизвестном языке. Пилот же попал в глубокий ступор. Ему не хотелось верить, что конец пришел таким жутким и бесславным образом.

Хлюпанье крови, звуки работы режущих устройств. Уборка ненужных внутренностей ковшом из-под ног. Очередь постепенно дошла и до Ролана. Он посмотрел в небо.

Сперва ему показалось, что это марево, или вспышка света умирающего сознания. Но он опустил глаза вниз.

Оказалось, что это был какой-то электрический разряд. Он в хаотичном порядке летал от солдата к солдату, а через мгновенье после вспышек последние рассыпались на две или три половины, заливали снег вокруг красно-черными смесями.

Ролан окончательно перестал понимать, что происходит, когда несколько глядевших на него киборгов сперва замотали резко головами, а после этого направили оружие друг на друга. Один даже наставил свою винтовку на матку-паучиху, и выпустил несколько зарядов из гранатомета.

От близких взрывов пилота контузило, он оглох, а от ударной волны получил оглушение. Он помотал головой в попытках прийти в себя. С удивлением ощутил, что транспортный паук, который его удерживал, лежал ногами брюхом на земле, а он, Ролан, уже сидел на пятой точке.

Он схватил руками щупальца и обнаружил, что те поддаются. Их получилось разжать, и пилот освободился.

Вокруг уже с полминуты стояла перекрестная стрельба. Пули свистели, летали в непонятных направлениях. Где-то был слышен факел огнемета и треск молний.

Ролана покинула мысль, что он выжил после неудачного падения, и сейчас он в аду. Из-за бороздящих пространство очередей и взрывов по поляне он покатился колбаской в ближайшее укрытие.

Через несколько метров его уже нельзя было отличить от месива на полу: он прокатился по кучам внутренностей, крови, масла. Все это было плотно перемешано со снегом и грязью. Все что ему оставалось – это лежать, накрыв голову руками. Но он осмелился приподнять взгляд, в попытках оценить ситуацию, и что вообще стало происходить.

Он был ошарашен увиденным. Сперва он думал, что электроника у матки-паука закоротила, и дала такие мощные разряды электричества. Но когда он увидел молнии с красным плазменным разрядом, то понял – что от пережитой паники свихнулся.

Один из непонятных черных силуэтов – он существенно отличался от других: был ниже ростом и более коренастый – метал эти молнии прямо из рук в других тварей.

Даже не из рук: он направлял руками их полет, а сами молнии брали начало в его спине, чуть пониже шеи, из красным светящего позвоночника, который в свою очередь, огибал спину атакующего, крепился к ней ветками-ребрами.

Его едва удалось различить, когда плащ метателя отлетал из стороны в сторону. Внезапно он прекратил и неестественно быстро побежал в сторону оставшихся, уцелевших врагов. По мере набора скорости от него шлейфом тянулся черный, непрозрачный дым, который в конце концов окутал его полностью.

Он двигался рывками, перепрыгивал зигзагом из стороны в сторону, избегал пули таким образом. Еще мгновение – он настиг обороняющихся воинов. Расправы Ролан не видел, поскольку его за шею попытался поднять другой, подошедший сзади, враг.

Тиранд даже не успел развернуться в его сторону: голова после белой вспышки отлетела куда-то в сторону, подобно мячу. Он упал обратно в грязь и лег, но уже набок, озирался по сторонам. Увидел рытвину на одном из склонов, юзом пополз туда, не отрываясь от грязи. Он молился богам, чтобы не попасть под взрыв или пулю. Когда почти достиг намеченной цели, он внезапно заметил как сверкающая молния на мгновенье задержалась…

Он узнал силуэт конвоируемого лично им, Роланом, совсем недавно бывшего пленника, Джета Хоуста.

– Твою ж мать. – Пилот ухватился руками за голову, попытался её закрыть от летящих поблизости пуль.

Тем временем черный силуэт – видимо, он был заодно с Джетом – седлал, перепрыгивая одно за другим пауков-транспортеров, обрезал им кабеля подачи масла, и те падали наземь.

Он глянул в сторону, обнаружил мертвого большого рогатого андроида, с тяжелым оружием. Он лежал на боку, и ствол пушки смотрел прямо по направлению в паучиху-матку.

Внезапная волна ярости накрыла пилота.

– Ну сука! У-у-у-у-у тварь! – Ругался он про себя.

С низкого старта он, скользя через шаг, подбежал к телу, ухватился за ствол, пошарил рукой с другой стороны. Нашел спусковой крючок.

– Отлично, бля!

Красная пелена упала у него перед глазами.

Сквозь истошный крик снаряды очередью полетели в коническое брюхо, наполненное всевозможными «запчастями» некогда живого народа.

Череда гулких взрывов, как от выстрелов, как и от попаданий – разорвала пространство, но Ролану уже было плевать – он и так был контуженный, наполовину глухой.

Даже после того, как от перерабатывающего механизма почти ничего не осталось, пилот продолжал держать крючок. Он крепко вцепился в оружие и не отпускал, даже когда от врага ничего не осталось, а боезапас закончился.

За его спиной внезапно возник Джет, взял на удушающий прием вокруг шеи.

Ролан стоял в контузии, и до последнего держал в руках оружие с зажатой гашеткой, не желая отпустить.

Но свет вокруг постепенно погас, и он забылся.

Сидзору

Наоли сидела на своей кровати в комнате, освещенной фонарями города и звезд, и поглаживала по волосам свою младшую сестру, спавшую у нее на коленях.

С момента вооруженного переворота, в ходе которого трагической погиб её друг, прошло полгода.

Сестра – Анни никак не могла прийти в себя. Из улыбчивой и жизнерадостной девушки она превратилась в замкнутую и молчаливую.

Наоли тоже долго не могла смириться с другой потерей – своего напарника. Даже их мать стала другой: был убит и друг их семьи. Больше чем полжизни они были сотрудниками и хорошими знакомыми.

Зашумел экран телевизора:

– «Был пойман дезертировавший принц Империи, известный как младший сын императора Маркус Фациус Третий.»

Новые нарративы на канале СМИ раздражали Наоли не меньше, чем прежние новости. Телевизор звучал приглушенно, еле слышно, но девушка обратила внимание на широкий мигающий экран. На нем показывали избитого парня, которого ведут за плечи, и взяв в кольцо охраны.

Из вещания можно было разобрать, что во времена «революции» в ИЧС бедолага сумел скрыться, а новоиспеченная власть захватила трон и убила его родителей. Его могли перестать искать. Но принц проходил службу в армии, и заработал клеймо дезертира.

Раздался звонок, и через несколько секунд послышались неуверенные, шаркающие шаги матери. Она подошла ко входной двери и спросила «кто там?». После некоторой возни, она открыла дверь, и позвала:

– Анни! Это Джозу.

Младшая сестра подняла рыжую голову с колен Наоли. Она встала и наспех расчесала спутанные рыжие пряди. Одела тапочки, вышла в прихожую.

– Привет. Проходи.

– Как себя чувствуешь? Выздоровела? – Разбуваясь, спросил юноша.

Девушка неделю не могла привести в норму свое здоровье, наряду с душевным состоянием. Несмотря на то, что училась Анни в академии медицинских технологий на кафедре биомеханики, она не могла найти действенного средства от новоявленной болезни. То и дело ей хотелось забиться в угол, а в последнее время её стал донимать жуткий кашель непонятного происхождения.

– Как всегда. Наол тоже заразился – хоть на работу не выходи…

Наоли нехотя, вышла поприветствовать Джозу.

– На сегодня недомогания нам не отнимать. Я умираю без тренировок уже, мой лечащий врач запретил.

Она зло пристукнула кулаком по стене.

Анни порой казалось, что её боевая сестра слишком уж была зациклена на неважных вещах.

– Я постараюсь выудить хоть какую-то информацию у руководства. – Пытался помогать Джозу. – Иногда такое впечатление, что они у нас работают, не интересуюясь собственной профессией. Тоже мне, врачи…

– Не напрягайся, Джозу. Это не их работа, хватит винить первых попавшихся под руку. – Наоли откашлялась. – Все с нами в порядке будет. Чай будешь? Или кофе?

– Не откажусь.

Пройдя в кухню, Наоли включила мягкий фиолетово-пурпурный свет, не напрягающий глаза.

Ленточная подсветка кухонного стола отсвечивала снизу белым, и наряду со звездным пейзажем создавалось впечатление, будто вместо кухни Джозу попал на борт космического корабля. Он присел за длинную барную стойку, и Анни поставила кофе-машину.

– Сам как? Давно тебя не видно. – Спросила младшая сестра.

– Отец приказал особо на улицах не появляться… Меня уже не раз обыскивали. Кто знает, что им в голову взбредет. А самое обидное – содружество «Акиты» – молчит. Как будто и нет других станций!

– Остынь, боец. Что же им теперь, разнести нашу в щепки? Ты понимаешь, сколько тут народу? Как минимум нужна контрразведка… – Наоли села за высокий стул рядом, укутавшись в свою мастерку.

– Опять терминами разбрасываешься. – Тихо прошептала Анни.

Наоли продолжила:

– К тому же, ты видел военный потенциал у Империи. Хоть бы только это – но они же еще и на всю голову долбанутые. Им никто ничего не докажет. По крайней мере, сейчас. – Она посмотрела в космическое пространство за окном, заполоненное крейсерами и парящими линкорами.

Она пригладила красную челку когда заметила, что волосинка торчит в сторону. Ей тоже не нравилась нынешняя власть. Обыски, допросы, раздевание догола. Подъем баз данных, серой информации, новая присяга. Стоило хоть слово поперек своему начальнику сказать – могли на военный суд отправить. Военная полиция Акиты-12 была более демократичная. То-ли дело сплетни между своими, знакомыми старожилами. В участке полиции слишком часто можно было услышать тайные перешептывания между сотрудниками, замышляющими против режима захватчиков.

– Они во время захвата власти всех не перестреляли. Все могло быть хуже. – Она похлопала Джозу по плечу, подбадривая.

– С принцем-беглецом они оказались не очень обходительны. – Обратил внимание Джозу на телевизор, где показывали плененного молодого мужчину в скрученном положении.

– Аю, выключи ящик, пожалуйста. На работе этой головной боли хватает. – Выругалась Наоли.

Анни достала из шкафчика три миниатюрные чашки и стрельнула голубоглазым взглядом в сторону большого экрана, после чего повела пальцами в сторону, и экран погас.

В свете фонарей космического города, вперемешку с ярким небом туманности Двух Цепей, создавалось освещение, которое никак не тянуло к напряжению. Тем не менее, ему было отведено очень много места, в свете последних событий.

– Небось еще поставят за этим Принцем смотреть. – Поддержал тему Джозу. – Всем было лучше, когда они сидели на своем Аксерионе, и спокойно воевали с федерацией. Но вздумалось же укрепить базу здесь. По телеку ничего не посмотришь, теперь Акита-12 – не нейтрально военная станция, а машина анти-федеративной пропаганды.

– Слышал по поводу экзаменов? – Решила подключиться к разговору и перевести тему молчавшая Анни.

– Нет, я не особо сейчас в учебе. Головной боли с работой хватает. Что там?

– Вышел указ о вербовке медиков прямо из академии, после полного окончания курса. – Она поставила чашки с кофе, оперлась поясницей об стол и сложила руки на груди.

– Этот «Ястреб» совсем берега попутал. – Заиграл желваками Джозу, имея в виду Императора. – С этим нужно что-то решать. Я не могу сидеть на месте…

– А что мы поделаем? Посмотри в окно, за купол, горячая ты голова.

Младшая сестра, вслед за старшей, обратила внимание на огромные крейсеры, лавирующие в открытом космосе подле Акиты-12. Они взяли конструкцию модуля в плотное окружение, и были обернуты своими гигантскими орудиями наружу.

– Даже если будет контр-диверсия внутри купола. – Поддержала Наоли. – Они просто разнесут станцию в клочья. Скажу я вам – нужно отсюда уходить.

Она взяла кружку и выпила залпом, несмотря не то, что там был почти кипяток.

За последние несколько недель красноволосая накти плотно подсела на этот бодрящий напиток. Наоли никогда не была слабой. Но помимо болезни, её донимали обстоятельства на работе и депрессия от собственного бессилия в сложившейся ситуации.

Полгода назад она как могла выполняла свою работу. Она хотела спасти хоть и не весь модуль, но паренька по имени Алан Куз, которому прострелили грудь, после чего увезли невесть куда его тело, и невесть зачем.

– Наоли, подойди пожалуйста! – Из соседней комнаты послышался зов её матери.

– Скорая помощь – на выезде. Приятного. – Она встала из-за стойки и пошла к их матери Лизе.

– Спасибо. – Джозу по привычке козырьнул ей, держа напиток в другой руке.

Анни по-прежнему стояла сложив руки и облокотившись поясницей о кухонный стол, в пол-оборота к парню.

Затянулось неловкое молчание.

Свет падал на её волосы снаружи – из окна, и ленточный светильник добавлял лучей снизу. За паром от кружки – её и без того голубые, ярче, чем у кого-либо, глаза без зрачков, отражали всю палитру красок полузатененного помещения. А светло-рыжие волосы – отблескивали фиолетовым контуром на кончиках.

– Нужно куда-то переводиться из академии. – Решил разорвать тишину Джозу, он почесал свой черный ежик взад-вперед, и отпил напитка.

– Я не знаю куда. – Анни смотрела в окно, на мигающие огни города. – Тут везде их власть. Они убили все хорошее, что можно было…

– Аю…

– Не надо, Джозу. Не называй меня так. Пожалуйста.

– Алан и моим другом был. Не вини себя. Что мы сделали?

– Поспешили.

Он опустил голову и притупил взгляд.

Анни решила остаьтся друзьями с Джозу через время после переворота.

Для Джозу было ясно, почему ей захотелось это сделать. Стресс от потери близких пережить не так просто, а иногда лучше для этого уединиться. Похищение их общего друга никому не сыграло на руку.

Она часто закрывалась в своей комнате, могла подолгу заниматься чем-то. Доносился плач, иногда она что-то писала или рисовала.

Мать и сестра замечали, что девушка делала это больше не из трудолюбия, но чтобы скрыться и не выходить на свет. Даже со своими подругами – Зои и Кин, она стала общаться реже, чем прежде.

– Наверное тебе пора. – Она поставила кружку на стол.

– Анни, за что? Я ничего не прошу… – Недоумевал парень.

– Просто я так не могу, прости меня. Мне самой непонятно, я тоже мучаюсь.

– Ну хорошо. Только не жалей потом.

– Уже жалею. Много о чем. – Она посмотрела в карие батрийские глаза Джозу. – Идем, я проведу тебя.

***

– О чем ты, ма? – Наоли сидела на диване, закинув ногу на ногу.

Её любимые камуфляжные штаны дополняли ярко-зеленый, без черных зрачков, присущий только накти – цвет глаз. Она поскребла вшитый тактический наколенник, после чего натянула отвернутый рукав мастерки.

– Отсюда можно уйти. И это нужно сделать вам с Анни как можно скорей. – Мать присела на диван, рядом со старшей дочерью.

– Почему ты вдруг об этом заговорила в тот момент, когда мы заболели. Нельзя подождать, пока мы выздоровеем?

– Боюсь, доченька, если вы останетесь тут – то не выздоровеете. – Лиза сцепила руки и опустила взгляд. – Но есть, конечно, один вариант. Он рискованный, и не гарантированный.

– Мам, объясни на понятном языке. Чем мы с Анни заболели?

– Помнишь, как мы спешили под дождем на корабль? Тебе тогда было еще совсем мало, почти пять лет.

– Смутно. – Наоли приложила указательный палец ко лбу, вспоминая. – Я помню только дождь, серое небо. Солдаты, которые нас окружали, были вооружены. Я такой брони больше не видела нигде. Они вели нас к челноку, и были чем-то взволнованы. Почему когда я спрашивала за это – то ты говорила, что это был страшный сон? Я точно помню, что это не так.

– Да, это был не сон. Тебе тогда было слишком рано знать все подробности, но боюсь – время пришло. – Лиза нервничала, это можно было понять по бегающим лазурным глазам.

Наоли в ответ сохраняла молчание.

– Отец эвакуировал нас из главного отделения промышленно-вооруженной компании «Скайлайн», она была на то время самой мощной производственной базой оружия на Аксерионе… Я никогда не говорила вам, но на тот момент ваш папа её возглавлял. Он знал, что через несколько дней на них нападет империя, вкупе с наемниками. У них были сильные разногласия из-за отказов и плохих поставок оружия…

– Отец производил и торговал оружием, это понятно. Но при чем тут наша с Аю болезнь?

– В общем, вы были очень важны не только для меня и него, но для всей компании. Потому что на вас возлагалась большая роль в разработке биологического оружия.

– Подожди. Ты хочешь сказать, что вы над нами ставили опыты? – Наоли начала злиться.

– Я как могла отговаривала его, была зла и обижена за то, что он так поступает с вами. Но у меня не было выхода. Выйти на поверхность Аксериона было еще хуже, чем участвовать в такого рода проектах. И его можно было понять, из-за давления научного отделения. Им сильно не нравилось, что президент корпорации абстрагируется и занимается только финансовыми вопросами. Они требовали жертв. Это был ультиматум для него. Не вини его, он делал все для того, чтобы мы были в безопасности.

– Ставя над нами опыты? Так себе оправдание.

– Это были не просто опыты. – Мать пыталась успокоить надувшуюся Наоли. – Я до последнего надеялась, что этого не произойдет, но вы должны были… нет, должны будете стать чем-то очень опасным. Я не позволю никому вами завладеть, как оружием. Этой силой распоряжаться сможете только вы – мои девочки. Ты и Анни. Надеюсь, ваш папа именно этого для вас все время хотел…

– Ладно, допустим. – Девушка остыла. – Что мы будем делать?

– По истечению определенного срока вам должен вводиться особый препарат. Некая модификация генома по икс хромосоме. Ваши симптомы: кашель, недомогание и головные боли – знак того, что время приближается. – Лиза выдохнула.

– Так. И где нам достать это зелье? – Наоли несознательно начала потирать кулаки.

– Первую версию скорее всего, забрала империя или наемники. Они хранились в главном отделении «Скайлайн», но убитый Марк, как один из ведущих биохимиков проекта, должен был забрать себе копию. Я знаю его, он всегда так делал…

– Да уж. – Девушка опустила глаза, вспомнив о недавнем убийстве.

Копия должна храниться у него в сейфе-холодильнике. Я не знаю, Наоли, стоит ли оно такого риска. Ты моя девочка, и я переживаю за тебя. Я знаю, что лаборатория Марка скорее всего под сильной охраной, но других вариантов в пределах Акиты-12 нет…

– Ладно, успокойся, мам. – Молодая накти придвинулась и обняла Лизу. – Я все понимаю, и постараюсь сделать все, что можно. Подниму кого-нибудь из старых знакомых на базе, они помогут.

– Спасибо, что поняла меня. Только не наделай глупостей, очень прошу тебя. – Лиза обняла Наоли в ответ.

– Я же не маленькая девочка. – Наоли сверкнула глазами.

Она прикидывала, что можно было сделать.

В участке имелись несколько людей, сильно обозленных на империю, способных пойти на очень рискованное дело идеи ради. Своего рода солдаты удачи, авантюристы.

Несколько раз Наоли, еще при власти СБА-12, сильно помогла им, а среди их отряда долг списывать не принято. Сама накти старалась не прибегать к этому, и спускать все за «дружескую взаимопомощь».

Но как бы она не хотела – на этот раз в одиночку девушка не справится.

***

На другой день Наоли вышла на работу в отделение. Съездила по патрульным местам, потом поспешила сдать отчет и сходить в спортзал отделения, где вечно зависал её давний знакомый.

Брат убитого во время нападения напарника Наоли – Кирихимы Сая, был недюжего телосложения. Он часто злился, и был несдержан – ему очень трудно было уживаться в нынешнем режиме. Он выпускал пар посредством походов в спортзал, и творил из груши отбивную.

– Снова беспокоишься? Кай, я бы хотела тебя кое о чем спросить. – Наоли подошла к нему, пока тот жал от груди огромный снаряд.

– Секунду. – Сквозь зубы рычал Кай, пока дожимал штангу.

Он небрежно бросил её на стойки и поднялся. Под неярким белым светом спортзала тени падали ровно вниз, и можно было различить идеально четкую сепарацию между волокнами его вздувшихся мышц.

Кариец не любил разговоры, но Наоли была одной из немногих, с кем он мог пообщаться.

– Говори. – Кирихима Кай был младше неё по званию, но не фамильярничал.

– В общем, нужно будет бомбануть одно место, охраняемое солдатами империи. – Девушка сразу перешла к делу, понизив голос.

– Ни хрена ты с козырей заходишь.

– А что не так?

– Я ничего, я только за. Знаешь, я не люблю языком чесать.

– Завтра у меня увольнение… Можно обсудить будет.

– Ага, еще громче скажи. Вон, Сильва, мразь, все слушает. – Он указал еле заметно сидящего за стойкой тирта, который любил прищуренным взглядом бороздить комнату в поисках жертвы доноса. Сильвер был сторонником имперского режима. Многие его не любили за это, но все молчали, потому что он в любой момент мог пойти и донести. Он всякое обо всех знал, только ждал повода.

– Не думаю, что он услышит. Ну так что?

– Ты хоть объясни вкратце?

– Нужно найти кое-чего из охраняемого персональными имперскими войсками объекта.

– Продолжай.

– Я знаю, ты любишь большие пушки, и в случае чего у тебя появится возможность их применить. Думаю никто лучше тебя не сможет разнести пару-тройку имперских танков. До разгерметизации не дойдет, если все получится – кинем дезинформацию о взрыве боекомплекта. Но долго это работать не будет.

– Вот это уже больше похоже на разговор. Кто поможет с последним?

Кай почесал свою черную щетину, и провел рукой по коротко стриженной карийской голове, утер пот.

– Пока что нас двое. Но можно взять еще Доссию и Лена. Думаю, они будут не против. – Наоли сложила руки на груди.

– Вроде неплохо. Сильно много народу только не бери. Срисуют.

– Я и не собираюсь. Это пока что все, кто нужен.

– Что со снарягой? Доступ к складам с уставными ракетницами и взрывчаткой у меня есть, но нет обвеса без опознавательных знаков. Думаю никто не заметит, если на один день пропадет моя любимая ручная гаубица.

– Камуфляж оставь мне. Я спрошу у Лена, что можно придумать. Он в этом спец.

– Отлично. Давно хотел сделать хоть что-то внятное.

– Тише. – Наоли стала замечать, что Кай повышает голос.

Потоки воды в душевой кабинке помогали ей одолеть нарастающую тревогу, дело было рискованное. Это уже были совсем не те шалости, что в детстве, когда они дурачились, будучи одноклассниками, взламывали частный транспорт, цепляясь, катались на нем.

Она чувствовала, как подкативший ком к горлу уходил с остатками смытого с лоснящейся гладкой кожи ног и груди пота. Отработанное напряжение покидало тело, но Наоли понимала, что это временно.

За дверями спортзала она подождала, пока Кай помоется и переоденется, последний всегда это делал медленно. По ходам главного отделения военной полиции они вдвоем пошли на поиски Лена и Доссии.

Коридоры были равномерно освещенные напольными светодиодными панелями, а стены были сделаны из толстого, пуленепробиваемого стекла. Из-за такой причудливой внутренней архитектуры можно было без труда осматривать офисные помещения и помещения радиосвязи. Именно поэтому наружные стены здания невозможно было пробить даже с танка. Они не имели окон, только несколько главных и запасных выходов можно было найти.

– Здоров. Как поживаешь? – Кай спросил его первым.

Не оборачиваясь, Лен попросил закрыть за собой дверь.

Наоли весело пригласила его опрокинуть по чашке кофе.

Он взглянул со значением, умел читать между строк, и понял, что она избегает системы прослушивания и камер наблюдения в офисных кооперативах.

Посторонних глаз тоже было слишком много, сотрудник не любил особо трепаться на работе о разных «отстраненных» темах. Давала знать о себе профессия.

Как и вся философия жизни – которая базировалась на скрытном существовании «из тени». Любимым его оружием были неразлучные пистолет с глушителем и нож. Табельное – он носил только для проформы. Действовал он всегда скрытно.

Наоли нужен был такой разведчик для предстоящего визита. Они бегло проговорили основные моменты.

– Можешь прихватить с собой Доссию? – На выходе, спросила Наоли, едва не забыв.

– Хорошо, я разыщу её. Передам твой привет, думаю она не против посидеть, поболтать. – Он взял со стола свой ПНВ и бросил незаметно для камер наблюдения в сумку.

Они заспешили к выходу.

Наоли нужно было успеть зайти на рынок и купить несколько важных деталей, для успешного продвижения дела. Встретиться с Леном они договорились после работы, ближе к завершению рабочего дня.

Она переодевалась из рабочей красно-черного мундира в гражданскую одежду, и девушке подумалось, как объяснить все услышанное намедни от матери своей сестре, поскольку Лиза явно не собиралась это делать сама.

Анни плохо воспринимала насилие, пусть Наоли периодически и тренировала её рукопашному бою. Узнай она о том, что ради спасения их обеих старшая рискует жизнью и репутацией – всенепременно стремилась бы отговорить её от данной затеи. Даже несмотря на то, что это был их единственный шанс на выживание.

Самое плохое, что если бы она всерьез взялась её отговаривать, то Наоли не поручилась бы за собственную стопроцентную настойчивость. Анни очень легко могла убедить её на что угодно. Это было её врожденной особенностью.

– Сидзору, еще не ушла? – Спросила сотрудница, зашедшая в раздевалку.

Девушка не помнила её имени. Возможно, она была от оккупантов.

– Нет. Уже ухожу. – коротко бросила Наоли.

– Задержись, тебя начальник хотел видеть.

Наоли занервничала.

– Зачем? – Спросила она.

– Не знаю. Передал, если встречу, сообщить, что ты нужна.

– У меня средство связи есть.

Мистической случайностью, в этот момент заиграла мелодия устройства связи. Ком вновь стал подкатывать к горлу. Она ощутила, что страсти накаляются, и подняла трубку.

– Слушаю.

– Капитан Сидзору, подымитесь, пожалуйста, в кабинет допроса.

– Есть. – она положила трубку. – Приехали. – Прошептала про себя сквозь зубы.

– Все в порядке? – Спросила сотрудница.

– Все нормально. – Наигранно скорчила подобие улыбки Наоли.

Она надела верхнюю одежду – кожаную куртку, джинсы и сапоги, после чего вышла по направлению допросного отделения. Она сильно боялась, что их разговоры кто-то услышал и доложил.

Идя по коридорам и подымаясь по лестничным пролетам, она старалась не смотреть прохожему персоналу в глаза. Большинством из них были боевые андроиды, которые легко умели считывать признаки переживания и нервозности, и самым уязвимым местом были глаза.

Дойдя до места, она вошла в дверь, где была скрытая за зеркалом комната с кучей компьютеров, полиграфов и прочей электроники. Рядом с окном наблюдения стоял начальник отдела.

– Пришла? Отлично. – Сказал он, наполовину повернувшись.

– Так точно. – Доложила Наоли максимально спокойным голосом. – Что-то серьезное?

– В общем – ничего особенного. Нужно будет отвести заключенного в его камеру, после допроса. Все уже ушли, конец рабочего дня.

У Наоли ком откатил, и сердце прекратило бешено колотиться.

За столом в допросной камере сидел молодой парень в обносках, заляпанный кровью и с запекшейся черной жижей на коже. Навскидку, он был лет двадцати пяти. Его лицо «украшали» немногочисленные побои, и девушка его узнала. Вчера вечером она видела его по новостному канало СМИ. Но её внимание больше привлек тот, кто сидел напротив.

– Я все задавался вопросом, куда же ты пропал, брат. Ты вырос с тех пор, как я тебя видел в последний раз. – Мужчина снял перчатки и положил рядом с собой на железный гладкий стол.

Жесткое волевое лицо с квадратной челюстью, екороткая борода с проседью, большой шрам на щеке. Это был Якир Фациус Третий, по прозвищу Ястреб, глава Империи. Они несколько секунд с заключенным смотрели друг на друга молча, после чего Император, он же верховный главнокомандующий, снова заговорил.

– Маркус, сколько можно тебе говорить, перестань от меня бегать.

– Твой авторитет неоспорим, но только не для меня. – Зарычал на него названный Маркусом. – Не я сговорился с наемниками, и не я продал трон, Якир. Не я решил делить с ними власть, принадлежащую нашему отцу. – Он закашлялся и сплюнул на стол кровь.

Было видно что фактологический допрос уже закончился, и двое больше выясняли отношения.

– Полегче. Я же назначал тебе нормальное место. Чего ради ты все затеял?

Ответом Маркуса было молчание.

– Молчишь. Позорище. На какой помойке тебя нашли?

Наоли передернуло. Разговор действительно тянул на «элитный». Якир не особо церемонился ни о своем имидже, ни о имидже брата.

– Работать охранником в рабовладельческом концлагере было и получше, чем сейчас быть в империи. – Он рефлексивно сплюнул на стол перед Якиром.

– Как скажешь. – Якир утер перчатки, забрызганные кровавой слюной младшего брата. – В любом случае ты вместо боя предпочел побег, что уже унизительно и недостойно имперского воина. А принца – тем более. Я за тебя ручаться больше не буду. Уводите его.

Наоли и несколько подчиненных зашли в камеру допроса.

На Якира она старалась не смотреть. Этот мужчина источал из себя слишком огромное напряжение, чудовщиная аура висела над ним, Наоли с одной стороны не верилось, что все беды могли исходить от обычного человеческого естества, пусть и довольно фактурного.

Она прогнала от себя мысль о том, что выдерни она быстро пистолет и прострели ему голову, и все было бы кончено. Было бы, только для неё в первую очередь. Во вторую – для Анни. Казалось, что он взглядом читает мысли, поэтому она их прогнала. Она почувствовала его и за километр.

Девушка подошла к принцу. Отстегнула его наручники-кандалы от стола. Он зло стрельнул карим взглядом в её сторону и молча встал. Когда она и один из солдат взяли его под локти, чтобы увести, он вырвался, со словами:

– Убери руки, пес.

Он получил под дых кулаком и скрутился, откашливаясь. Из их разговора можно было сделать вывод, что младший брат был очень зол на старшего.

***

– Принцесса! – Послышалось из камер, когда они попали в отдел заключенных. – Иди ко мне! Я покажу тебе голубые берега!

Не было понятно, кому это адресовалось. Но не трудно было догадаться, что кричали «фанаты» нового пленника. Они прижимались лицами к стеклам своих камер, корча разные рожи и выкрикивая непристойные фразы.

– Ну и контингент. Оппонентов для имперских элит здесь тоже много. В тюрьме тебе придется несладко. – Решила вставить Наоли пару слов.

– Капитан Сидзору, не говорите с заключенным, пожалуйста. – Послышалось в наушник рации.

В ответ Маркус ничего не сказал, а просто вопросительно посмотрел. Его лицо казалось очень озабоченным, но и злым одновременно. Он чувствовал себя жертвой обстоятельств: с одной стороны он любил семью, которую когда-то потерял, с другой – не мог отпустить оставшейся больной привязанность к брату.

Принц болезненно воспринимал его предательство, убийство их клана ради собственных амбиций. Он много думал о том, что сам не лучше, поскольку был искушаем собственным нежеланием быть на втором месте, жить в тени старшего брата до конца жизни.

Пока они шли по коридору, Наоли могла оценить внешность. Он действительно многим походил на брата. Желтовато-бронзовый оттенок кожи, присущий всем батрийцам, карие крупные глаза, строгие, почти квадратные, черты лица. За тем исключением, что пленник был гораздо худее императора, говорило об истощении и голоде.

Его привели в комнату для мытья пленников, сказали догола раздеться.

– Что? – Он растерянно посмотрел на Наоли, покраснел.

Наоли отвернулась. Без особой пощады его поставили к стене обдали сильным напором холодной воды, едва не сбили бедолагу с ног. Затем он развернулся – повторили спереди.

Двое дополнительных конвойных в латексных перчатках провели его в соседнюю комнату, Наоли осталась ждать на выходе. Оттуда доносились команды:

– Открой рот. Так. Высунь язык. – Проследовала пауза. – Развернись, наклонись. Раздвинь ягодицы.

– Что? Не буду.

– А ну тихо!

Проверка на пронос запрещенных предметов имела свою специфику. Сквозь недовольное кряхтение заключенный через несколько минут оделся в новую чистую одежду-комбинезон, пронумерованный на спине.

По всем показаниям судьба не сулила ему ничего хорошего. Он мог не выжить даже после завтрашнего обеда в столовой, или вечерней прогулки.

Многие в этой тюрьме были сильно потрепаны во время военного переворота, после чего заключены в эти стены. Бывших сотрудников военной полиции и СБА-12 не сильно заботило, что брат императора повернулся против империи.

Многие были готовы просто на то, чтобы как-то насолить вражескому лидеру. Только если это не целенаправленный ход, воспитания нерадивого ради. Даже если ему удалось бы сбежать – Акита-12 не сильно будет приветствовать Маркуса.

Девушка не сомневалась в том, что недоброжелатели найдутся и среди гражданского населения. Но могло оказаться и наоборот.

Она запомнила номер камеры и маркировку одежды, когда конвой военной полиции привел принца к месту пребывания. Он вошел в пустое помещение, и за его спиной спустилось бронированное стекло.

После этого наручники сами отключились и упали с его рук в специальный люк. Посторонние предметы в камерах не допускались. Ему повезло – помещение оказалось одиночным, хотя это в любой момент могло измениться. Нельзя было сказать, к лучшему это или к худшему – опасность быть убитым подстерегала парня одинаково в любой момент.

Наоли для себя решила, что воспользуется полномочиями капитана и поставит дополнительный надзор над принцем, раз уж брат не сильно переживает о его судьбе. Во всяком случае – повернись судьба к ней лицом, а не как обычно, иметь в хороших знакомствах потенциального претендента на лидерство во вражеском государстве было не худшей идеей.

Он развернулся и еще раз встретился с Наоли взглядом, после чего она ему подмигнула.

Гримаса недоумения на лице молодого мужчины была последним, что увидела девушка перед тем, как развернулась и пошла с командой обратно.

Наоли

– Что-то ты долго. – Кай сидел за барной стойкой и опрокидывал уже пятую кружку.

– Случилось странное. – Села Наоли на свободное место рядом. – Начальство задержало. Внезапно пропали все капитаны, а до камеры нужно было сопроводить, угадай кого.

– Да ну? – На удивление быстро смекнул Кай.

– Отделений у нас не так много, так что кого то из нас точно бы запрягли. Не думаю что принц так уж плох, но в околодке ему точно нелегко придется.

– Что правда – то правда. Ему бы в добавок кого приставить, на охрану. – Раздобревший от алкоголя Кай говорил не слишком громко.

– Я уже об этом позаботилась. На обратном пути. Лен уже здесь?

– Да, сейчас подойдет. Слабый у него мочевой пузырь.

В баре было людно, но здоровенный кариец одним своим видом отпугивал всех вокруг. Наоли заметила еще одну пустую кружку рядом.

– Что хорошего будете? – Спросил худощавый татуированный бармен.

– Среднюю, пожалуйста. – Ответила Наоли, приподняв один палец.

– Сейчас будет.

Лен подошел сзади незаметно, как он это всегда любил делать, и сел по левую сторону от Кая.

Галдеж музыки и танцующий народ внизу добавляли в зал много шума, и можно было говорить о чем угодно. Даже профессионалам с идеальным оборудованием для прослушки было бы трудно выцепить хоть бы одно слово.

Сверкающие лазера и неоновые вспышки скрывали лица для дальнего просмотра. Даже если за ними и послали шпиона, то вряд-ли бы он разглядел заговорщиков, не подходя близко.

– Я в общем и целом рассказал ему, что и как. Осталось только уточнить детали и определить время. – Продолжил Кай.

– Капитан Сидзору. – Вмешался Лен. – Я не согласен с тактикой Кирихимы. Переть в открытую на ворота – это верная смерть.

– Я знаю. – Говорила Наоли на слегка повышенных тонах, так, чтобы собеседнику было слышно. – Но в случае, если нас опознают, иного шанса у нас не останется. Пара взрывов, в рассыпную, и на дно.

Жестикулируя, она сложила руки в виде креста. С самого начала она не собиралась идти в открытую атаку против оккупантов.

Как выяснилось – Кай неверно истолковал план боя и огорчился, когда узнал, что скорее всего придется отступить.

– Так что, мне координировать радиосвязь? – Подошла и села рядом с Наоли Доссия.

Она убрала назад свои длинные черные волосы и собрала в хвост. Батрийка с самого детства дружила с радиоэлектроникой, и подходила на роль дистанционного оператора, как никто другой. Она имела много претензий к империи, но самое главное, что ей пришлось уволиться с любимой работы, по пришествию к власти Якира.

– Униформу без шевронов можно купить у Олоди на черном рынке. Он ушел со старого места. Имперцы его в оборот взяли. Новые координаты я скинул шифром. Только спрячься и убедись, что не следит никто. – Продолжил говорить Лен. – Не вздумай идти туда без маски, иначе там многие тебя могут узнать, а так – прокатишь за больную. Скользких хватает. – Говорил он.

– Я поняла, учту. – Наоли залпом выпила свою кружку алкогольного. – Осталось определить время. Операцию лучше провести сразу на смене. Я раскидаю датчики по местам.

– Ночью. Это мой вариант. – Кай сделал последние глотки пива и потребовал снова наполнить кружку.

Под ночью подразумевалось время суток, в котором улицы космической стации через купол не освещала туманность Двух Цепей.

– Соглашусь. В ночную – лучше всего. – Поддержал Лен.

– Мне без разницы. Я все равно без работы. – Доссия сделала равнодушный вид. – Режим и так убит.

– Пожалуй, на этом и сойдемся. – Наоли завороженно осматривала гущу на дне кружки.

Наоли запрокинула кружку и высыпала себе в рот остаток коктеля, после чего скривилась прожевала. Глядя со стороны, это могло показаться смешным, но это было успокоительным средством. Её немного трясло и знобило из-за подступающей болезни, но гуща работала. Не зря хвалили за полезные свойства.

Было уже позднее время. Наоли вышла из бара и окинула окрестности улиц Акиты-12. На первый взгляд можно было даже не подумать о переменах.

По-прежнему светили громадами зданий жилые и торговые блоки космической станции. Было видно маленькие диски спутников, и центральный – самый большой. Полыхающий тут и там огненными вспышками и сетями крупных городов на теневой стороне.

Аксерион. Больная планета заражала своей войной все вокруг. Наоли всю жизнь верила в то, что живет в безопасном месте. Но материя движется, и ничто не уходит от её энтропии: две сверхдержавы – ФЭН и ИЧС, протянули свои гибельные щупальца войны на неприступные, парящие на орбите города.

Она бегло окинула близлежащие улицы возле бара, затем стоянку с транспортом. Её летательный двухместный челнок выделялся среди остального транспорта. Выключив сигнализацию, она села в салон и открыла бардачок.

Среди хлама нашлось несколько записей и адресных карточек на подпольном рынке.

Лен нацарапал числами новое расположение – писать на голографический локатор было нельзя. Она сверила данные. Наоли и раньше туда захаживала – несмотря на то, что работала в военной полиции.

Даже в спокойные времена на Аките был спрос на контрабанду, невесть откуда и как провозимую через контрольные пункты на влете. Сама девушка считала, что местные барыги были под крылом авторитета, который в свою очередь имел связи на модуле. Другого объясненья просто и быть не могло. Чего уж говорить про имперское ОПГ.

Неспокойные времена – расцвет черного рынка.

Наоли тронулась и, набрав небольшой отрыв от пролетной части, предназначенной для транспорта, неспеша полетела вдоль плотных рядов жилых и торговых блоков.

За боковым окном часто мелькали неоновые вывески магазинов с медикаментами – уж этого добра на двенадцатой станции хватало.

В позднее время нечасто можно было увидеть столь плотное движение по пролетной части, но случалось, и Наоли знала, что слишком быстро лучше не гнать. Даже несмотря на то, что дома её могли хватиться. По каналу передачи звучала спокойная музыка – на редкость удивительное явление – и девушка сделала её погромче.

Долетев до нужного заворота, она неспеша сбавила высоту и полетела вдоль неприметных входов в торговые блоки. Наоли приземлила и припарковала аппарат в укромном и незаметном уголке, возле местного стока. Дальше лететь на нем было нельзя из-за номеров.

Торгаши не любили военных.

Она убрала челку назад за ухо, затем пристегнула к куртке капюшон, и вышла из челнока. Нырнула в темный проход и оценила, как сильно изнанка помещения отличалась от остальной Акиты-12.

Узкие улочки и балкончики изобиловали импровизированными навесами из ткани, отделы с подержанной техникой имели витрины с побитыми стеклами. Красные огоньки ламп перемешались с вентиляционным освещением от Акиты, а ржавые трубы тут и там норовили прорваться.

Несвежий запах мяса вперемешку с очень даже вкусными жареными кусочками разбавлял запах хлора и газа, а шум от призывов здешних торгашей «купить вкусняшку» рассеивал внимание по всему месту.

Наоли поглубже натянула капюшон и зашла в торговую лавку Олоди. Он промышлял спекуляцией на контрабандном оружии и прочей околовоенной атрибутики.

– О! Давненько ты не захаживала! Как ты меня нашла? – Приветствовал он Наоли, пытаясь изображать, что узнал посетительницу. – Не важно! В этот раз у меня есть новый ствол. Автомат, электро-индукционный. Какой выберешь на этот раз?

– Придержи эти игрушки для парней покрупнее, братик. – Она улыбнулась уголком рта. – Сегодня мне нужна форма. Без опознавательных знаков.

Наоли не хотеось вручную обрывать костюмы, но если иного выхода не найдется…

– Такие имеются, тебе повезло. – Олоди несколько разочаровался.

Недолго копался под стойкой и выкинул наверх темный, почти черный камуфляж на все тело, с комбинацией серого. Наоли бегло осмотрела материал и наличие тактических карманов, после чего довольно причмокнула.

– Нужно два мужских и два женских. Мужские – один побольше и поменьше, женские – одинаковые. Есть такое?

– Не глумись, девочка. Хреновы разумисты из новой великой державы бизнес мне не подкосят. Всё есть! – Низкорослый старик-тирт почесал затылок, после чего достал еще три запакованные свертка.

– Спасибо, Олоди.

– Могу дать тканевые маски в подарок, если купишь этот нож. – Он достал добротный тесак с кнопкой зажигания на лезвии. – Разрежет что угодно.

– Что угодно не нужно, а вот почесать кому причинное место в самый раз. Если не задерешь цену до небес, то я подумаю. – Она повертела инструмент в руке.

– Всего тридцать ну? – Он сцепил пальцы в предвкушении выгодной сделки, и выложил четыре маски на столик.

Наоли окинула их взглядом, затем снова глянула на на нож.

– За это? Ну ты и жмот. Ладно, идет. – Высыпала она деньги в ответ.

– Захаживай. – Загреб деньги и расплылся Олоди в румяной улыбке, подчеркивающей красный, опухший от бодрящего алкогольного напитка, нос.

***

В квартире была тишина, когда девушка вернулась домой. Все спали: и Лиза, и Анни. Она сняла обувь и тихо, стараясь не шуметь, проскочила в свою комнату. Сумку с купленной снарягой она тихо положила рядом со своим рабочим столом, и нажала на кнопку с потайной панелью.

Столешницы и стенка разделились пополам и разъехались в стороны, после чего из полости вперед выдвинулась стойка с разнообразным оружием, тактическим инструментом и военной одеждой.

Наоли взяла свои любимые парные пистолеты, автоматическую винтовку и бронированный шлем, разложила их вряд на столе. После чего аккуратно упаковала в сумку с новыми купленными вещами, по очереди. Спрятала сумку за стол.

– Почему так поздно? – Анни стояла в дверном проеме за спиной старшей сестры.

– Задержали на работе, Аю. Довелось увидеть принца-пленника. – Посредством этого Наоли пыталась уклониться от дальнейших расспросов.

– Да? И как он? Симпатичный? – Потирая заспанный глаз, с улыбкой спросила Анни.

– Потрепанный немного, но вполне бодрый. Симпатичный – вряд ли. Видела бы ты его, как бешенный пес на Якира кидался.

– Ого, ты видела Якира? – Расширились в удивлении глаза.

– Видела. Мрачный он.

Наоли не хотела вдаваться ни в подробные описания событий, ни иИмператора.

Анни снова скрутило в жутком кашле. Наоли быстро подскочила и поймала её. Подержав спиной к себе, пока сестра откашляется, она взяла её на руки и отнесла в комнату.

– Я в порядке, Наол. – Она попыталась улыбнуться, но внезапно уснула.

– Ничего, Аю. Скоро мы тебя вылечим. Обещаю. – Ответила тихо старшая сестра сама про себя.

***

– Господа, наденьте маски. – Бросила она четыре свертка, которые добыла.

Они стояли на широченной крыше одного из недостроенных торговых блоков. Ночью строители расходились по своим домам, и оставляли будущий комплекс на попечение электронной сигнализации, с которой без труда справилась Доссия.

Стройка находилась как раз против лабораторных кооперативов, где некогда работал Марк Куз. Именно туда нужно было проникнуть Наоли, чтобы разыскать и добыть заветное лекарство, какого бы вида оно ни было.

Она осматривала периметр комплекса сквозь монокль-телескоп с различными фильтрами. Устройство ей понравилось – благо у Лена таких штуковин хватало. Она переключила режим ночного виденья и анализ инфракрасного свечения, после чего поставила стандартный режим с авто-захватом цели.

Целевое здание было вытянуто в ширину и имело четыре основных блока. На выступе каждого находился прожектор-осветитель, а с правой стороны – широкий ангар для крупногабаритного транспорта. Что туда ввозили во время работы – Наоли было неведомо. Но это был один из потенциальных вариантов попасть внутрь, к тому же – наиболее возможный из них.

Потому что на широкой посадочной полосе перед лицевой частью блоков стояло несколько танков-пулеметов, и ходило взад-вперед несколько дежурных вояк империи, споря о чем-то и жестикулируя руками.

– Я думал их будет больше. – Добавил Кай, он стоял рядом с девушкой и глядел в свой здоровенный бинокль.

– Не будь они такой занозой, я бы и сама радовалась. – Наоли повесила аппарат на пояс и продолжила говорить в передатчик. – Доссия, проверка связи.

– Прекрасно тебя слышу. – Она уже спускалась вниз по лестнице, по направлению к их неприметному фургону.

Разместить транспорт под строительным участком было лучшим вариантом на случай скорого отступления. Наоли знала, что просто так проникнуть в лабораторию им никто не даст. Даже несмотря на то, что там сейчас никто не работал.

– Мы разделимся на три группы. Лен пойдет вперед – на разведку. Я буду сразу за ним, а как попадем внутрь здания – объединимся. Если накосячим и подымем тревогу – Кай со своей пушкой прикроет сверху – благо обзорность с крыши хорошая. Если что, не жалей снарядов и бей сразу по танкам. – Это относилось к здоровяку. – В остальном поможет Доссия. Под её контролем камеры наблюдения, частоты связи империи и вон тот незаметный беспилотник.

Она ткнула пальцем вверх, но там ничего не было видно.

– Я на месте. – В наушник было слышно, как Доссия уселась в операторское кресло.

– Готовность – минута. – Дала команду Наоли и натянула маску на голову, после чего сверху надела пуленепробиваемый шлем.

Лен повторил то же самое, только вместо шлема натянул ПНВ поверх маски. Кай передернул затвором ручной гаубицы, а Доссия откашлялась в микрофон, и настроила шифрованную частоту связи.

– Пошли.

Девушка в шлеме зацепила карабин за перило и спрыгнула с крыши. Полет был плавным и без ускорения благодаря фиксированной скорости подшипника на механизме.

Рядом с ней и чуть выше таким же образом спускался Лен.

Краем глаза девушка заметила, что на нем был намотан стальной канат, а за спиной были подвешены крупные ручные кусачки, для толстого прута.

Они мягко встретили ногами пол и одновременно отцепили спусковые катушки, после чего худосочный мужчина бесшумно, в полу-приседе пошел вперед, разрывая дистанцию.

По связи радиопередачи они больше не говорили, ибо Наоли знала что имперцы любят использовать боевых андроидов на разных радиочастотах.

Она небыстрым шагом зашла в узенький проулок, в котором то и дело встречались вертикальные лестницы на крыши недостроенного сооружения, и в конце концов уперлась в решеточный забор, через который нужно было перелезть.

Лен решил не применять клещи в этом месте, и был уже на территории лабораторного комплекса.

– С торца чисто. – Еле слышно отдалось в микрофон – разведчик старался действовать бесшумно.

Наоли в два движения оказалась на вершине забора, и спрыгнула с другой стороны.

Стоянка пустовала – можно было только увидеть несколько танков вдалеке, если присмотреться.

– Ангар оцеплен десятком бойцов, андроидами – в том числе. – Донеслась информация от Доссии. – Есть свободная вентиляция со стороны служебного входа. Я бы рекомендовала воспользоваться ей.

– Вижу. – Ответил Лен. – Я рядом с ней, жду.

Однажды она проспорила разведчику, что тот не сможет повторить её трюк с выпитым кипятком. Проспорила она не деньги, но услугу. Через базовый терминал военной полиции Лен хотел раздобыть керамбит с плазменным наконечником, но оружие находилось на стадии тестирования, и было доступно только военным по званию старше. Коим и являлась Наоли.

Спор Лен решил замять, и сказал что за такое великолепное оружие при удобном случае поможет с каким-нибудь делом. Это было одной из причин, по которой он вызвался на задание с радостью.

Она тихо подбежала и дала ему команду пригнуться, потому что солдаты периодически просвечивали территорию. Посидев пару секунд за цистерной с газом, пока прожектор не отвернется, они выскочили и быстро вскрыли решетку вентиляции. Наоли прыгнула в проем ногами вперед и оказалась в изогнутой трубе. Она никогда не жаловалась на боязнь тесных помещений, но и удобством внутри маленького тоннеля не пахло. На повороте девушка извернулась, как могла, и поползла головой вперед.

За спиной прозвучали защелки поставленной на место решетки – Лен всегда убирал за собой следы, чтобы охранный персонал ничего не заподозрил.

– Как тебе видок? – Заслышались в наушник смешки Доссии.

Через миниатюрные камеры она могла видеть видимое Леном «от первого лица».

Наоли налилась бы краской от смущения, если бы сама не была обтесанной до мозга костей пацанкой.

– Тихо. – Шепнула Наоли, заслышав сквозь металл вентиляции подозрительные голоса.

– Аккуратно! Ты не уголь тащишь! – Возмущенный голос по звуку был старческим. Слышался звон стекла.

«Ампулы» мельком проскочило в голове девушки, но она быстро отогнала плохие мысли.

– Хорошо, но мне бы не помешала помощь. – Послышался в ответ почти мальчишеский голос.

– Да я в твоем возрасте вообще не ныл, хватался за любую работу! – Возмутился снова дед.

– Направо. – Шепнула Наоли через плечо назад, и в извороте проскочила в соседнее ответвление вентиляции.

Луч света пробивался через решетчатое окошко, и в него можно было посмотреть на интерьер лабораторного комплекса. Он не столько походил на научный, сколько на производственный, и девушке понравилось, что он пустовал. На весь складской ангар живых было всего две души, которые на данный момент покинули помещение.

Наоли уперлась ногами в разные стенки вентиляции для того, чтобы можно было приложить более мощное усилие, и услышала, как Лен сзади поперхнулся. Не обратив внимание, она нажала на решетку, но последняя не поддалась. Тогда красноволосая воительница уперлась ногами в неё, а спиной – в стенку напротив. Взрывное усилие – и железяка с треском вылетела, повиснув на одном креплении.

Наоли аккурат проскользнула кувырком вперед, и повисла, ухватившись за карниз вентиляции, на руках. Благо, не пришлось спрыгивать с большой высоты – инженеры-архитекторы позаботились о мостиках под потолками, а потолок этот находился высоко. Она встретила ногами решетчатый мостик тихо, практически без шума, и отошла в сторону, открывая место для приземления Лену.

Накти бегло окинула помещение, и обнаружила, что они находились в складском помещении, преимущественно с ферменными колоннами.

Освещение было тусклое – это объясняло отсутствие работы на месте. В противоположной стене расположились широкие окна с помещениями, внешне отличимыми от того, в котором двое напарников сейчас находились. Именно туда им и нужно было попасть.

Клещевой кран с мостовой конструкцией сейчас не работал, а это значило, что у Наоли была возможность сократить дистанцию и время.

Она перепрыгнула на спящую гигантскую машину, и гуськом побежала по её «хребту» к противоположному балкону склада. Бояться высоты она отучила себя еще в детстве, когда подолгу стояла на крышах высоток, на большой высоте.

Мать часто ругала её за это, но Наоли это не останавливало.

Достигнув цели, она перепрыгнула через невысокий забор и сразу припала к стенке под окном, потому что в ней горел голубовато-белый свет. Внутри комнаты все настенные и потолочные панели были матовые и «прилизанные», они создавали сильный контраст с грубым и неотесанным складским помещением своей аккуратностью.

Лену не потребовалась команда, чтобы повторить действие Наоли. Он сел под стеклом, но ближе ко входной двери в лабораторию, после чего отверткой сковырнул панель доступа и подсоединил две клемы.

– Пару секунд. – Послышался голос Доссии.

Батрийка несколько лет отслужила в военной полиции Актиты-12 цифровым инженером, но по захвату власти империи – бросила концы в воду. Базу данных чистить она умела, так что за неё никто даже не вспомнил. В свои тридцать лет она зарабатывала на жизнь разработкой нелегального программного обеспечения на разного рода технику.

В последнее время Доссия зачастила с хакерскими атаками на правительственные сервера, и делала она не за деньги, но потехи ради. Но вот подвернулся случай, когда атаковать появилась возможность более «локально», и хакерша, конечно, не смогла отказаться от подобной инициативы.

– Еще немного. – Сразу после её реплики послышался треск электроники – магнитный замок расцепился.

Лен тихонько оттолкнул дверь ногой в сторону и кувыркнулся внутрь лаборатории. Наоли еще раз осмотрела склад, и неуверенно проследовала за ним.

– Камеры я отключила. – Донесла запоздалую новость Доссия.

Капитану это прибавило уверенности, потому что сконцентрировав внимание на возможных угрозах, про камеры она и вовсе позабыла.

– Смотри, тут есть планировка. – Лен стоял около одного из сенсорных мониторов, и клацал по нему пальцами.

Наоли подошла к нему, и то, что она увидела – её обрадовало. Комнаты и отделения были подписаны по порядку, и оставалось только найти необходимый холодильник на схеме. Она прокрутила список от начала до конца.

– Проблема в том, что я не знаю где искать. – Наоли последовательно нажимала на каждый из вариантов списка. – Доссия, есть мысли?

– Вообще я не биохимик, но думаю это выглядит подозрительно. – Она вывела на экран надпись с графой «Р1А1», который был скрыт от Наоли. – Просто папка была под шифром.

– Точно! Это оно. – Наоли даже сняла шлем, потому что в комнате было душно.

– Не спеши только. Там повсюду турелей натыкали. Если они работают, то вам будет не очень. – Добавила программистка.

– Жалко меня там нет. – Решил заговорить молчавший все время Кай. – Себе бы такие подрезал.

– Тебе абы подрезать. – Добавил Лен.

– Разговорчики. – Уняла Наоли. – Пойдем неспеша.

Она приблизилась к выходу в коридор и выглянула одним глазом. Полное отсутствие рабочих в ярко освещенных белых коридорах выглядело жутким.

Все двери были открыты, но при этом оборудование стояло нетронутым, так, будто весь ученый состав просто испарился. Иногда на отполированных металлических стенах встречался логотип организации «Скайлайн», и логотип – подчеркнутый оранжевой линией октагон.

Тишину разрывали только их с Леном неспешные шаги. Они осторожно просматривали все помещения сквозь прицелы. Привычка оставалась привычкой.

– Ничего себе. Такого я точно не ожидал. – Констатировал Лен, когда первым свернул в один из выходов.

И неспроста, потому как там был самый настоящий внутренний сад. Как оказалось – они все время ходили по внешнему кольцу лабораторных комплексов. Оно отделялось от внутреннего – главного участка, двориком с разного рода растениями и деревьями.

Зеленая травка была разделена аккуратными, отражающими свет фонарей тротуарами, которые сходились в одну большую дорогу и шли к широкому входу внутрь головного цилиндрического помещения. Все это было под освещением звезд туманности, которому помогали настенные прожекторы.

Ворота были экранированы матовой сталью и находились за опущенной решеткой. Кто-то очень постарался намертво закрыть их, но Наоли смутило совсем не это.

Под воротами была лужа давно засохшей крови, которую даже никто не удосужился убрать. Если внимательно присмотреться – то тут и там обнаруживались такие же кляксы, но поменьше, и пулевые отверстия. Пожженные сварочными и лазерными инструментами стены чернели своими полосами в хаотичном порядке – было видно, что стреляли отступая.

– Следы стрелковой стычки. Даже не представляю, что там, за дверью. Оператор, помоги с ней. – Наоли поняла, что нужно осмотреть помещение.

– Эм… Вы уверены что хотите туда? Мне от этой идеи не по себе. Ладно, уже занимаюсь. – Прошло пару секунд, и Доссия продолжила. – Трудно достучаться, большинство электроники кто-то выжег изнутри.

– Жахните может? – Добавил Кай.

– Базуку прибереги для оккупантов, чемпион. Шуметь нельзя. Тут твои трюки не пройдут. – Ответила по связи Доссия. – Я попробую подключиться к терминалу вручную. Лен, организуй пожалуйста.

– Скукота. – Разочаровался здоровяк.

Разведчик молча повторил трюк с открытием двери складского помещения.

– Отдохните немного, я постараюсь найти обход. Все равно эту железяку сломать не выйдет, кто-то постарался запаять её как следует. Только зачем?

– Можно я к вам подскочу? – По звуку шагов было слышно, как Кай ходит по крыше из стороны в сторону, в нетерпении.

– Оставайся на месте и остуди буйну головушку. – Сказала Наоли. – Обойти друзей на входе не так просто.

– Тьфу. – Послышалось в ответ. – Есть.

– Начальник. Подержите пожалуйста эту железяку. – Лен сковырнул здоровую панель электропередач, и она медленно наваливалась на него.

Девушка подскочила и помогла удержать дверцу, после чего они совместными усилиями отставили её в сторону. От напряжения в горле капитана запершило – ей захотелось откашляться, но она сдержалась. О своей болезни она не говорила, обьяснив команде, что нужно добыть пару колб с препаратами.

Детство старшей дочери без отца никак нельзя было назвать легким. Будучи единственным опекуном, их мать остро нуждалась в сторонней помощи, но заводить новые отношения не хотела из-за того, что не могла забыть их с Анни отца.

Настало время, когда юная девочка подросла, и ей пришлось стать опорой для матери, и вторым родителем – для младшей сестры. Работа в военной полиции закалила её характер, занятия спортом, единоборствами – физическое здоровье. В критических ситуациях она могла положиться на силу крепких рук и ног.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.