# Экологичная цивилизация. От истоков к общественно рациональному становлению

Александр Васильев

Данная книга представляет собой сборник статей автора, завершающих системно-исторические исследования возникновения и развития экономики, государственных и социальных систем, определяющих общественное развитие, цивилизацию. В каждой главе представлена достаточно широкая библиография научных работ отечественных и зарубежных ученых по тематике книги.

© Александр Васильев, 2025


ISBN 978-5-0068-7064-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Предисловие

Данная книга определилась статьями автора, написанными по результатам научно-исторических и социально-философских, системных исследований, с привлечением работ отечественных и зарубежных ученых (представленных отчасти в библиографии). Они были направлены на системное раскрытие процессов, определивших возникновение и развитие так называемой экономической жизнедеятельности, детерминированной естественными основаниями, экологией и целями общественных лидеров в управлении общественным развитием. Эти статьи были опубликованы ранее на одном из научно-публицистических сайтов «Рунета». В данной книге они представлены после их частичной переработки и дополнения.

Как и прежде, все статьи содержат достаточно большой массив научных публикаций не только отечественных, но и зарубежных ученых, способствующий наиболее полному, глубокому пониманию изложенных в них рассуждений и выводов автора. В частности, сделаны и некоторые свежие дополнения публикациями отечественных ученых в ведущих социально-экономических журналах. В итоге сложилась тематически цельная книга, – думается, полезно дополняющая и развивающая предыдущие результаты авторских эволюционно-системных и системно-исторических исследований, и соответственно, полезная современным отечественным ученым, особенно работающим в поиске и формировании наиболее прогрессивных цивилизационных моделей ускоренного развития России в сотрудничестве с другими странами.

## 1. «Экологичная экономия» назначена человеку и обществу «её величеством» Природой

> «Только тогда можно понять сущность вещей,

> когда знаешь их происхождение и развитие»

> (Гераклит Эфесский, Аристотель)

Данная статья продолжает, по сути, научное раскрытие авторской темы «антропосоциальная тектология», которая была представлена ранее несколькими публикациями. За прошедшее время они, после некоторой доработки и дополнений, составили книгу под названием «Введение в антропосоциальную тектологию» [1]. Теперь, после углубленного изучения соответствующей литературы появилась необходимость дополнить её и многие предыдущие публикации эволюционно-системным рассмотрением процессов, определивших понимание «экономики» и соответствующее всемирное экономическое развитие.

Хорошо известно, что «экономика» («политическая экономия») как научное направление в познании «экономического» развития всего мирового сообщества и, конечно, отечественного основывается на работах известных классиков – прежде всего, А. Смита и К. Маркса. Называть её наукой, в понимании автора, можно лишь условно, поскольку она в своих основаниях и прочем не соответствует пока естественным основаниям существования и развития человека и общества (пока действительно нет таковых научных оснований ввиду запаздывания действительно научного обществознания, – по социально-политическим и прочим причинам). То есть можно сказать, что эволюционно назначенная человеку и обществу природно адекватная (природосообразная) «естественная, экологичная экономия» была не осознана классиками политической экономии (и не могла быть осознана ввиду отсталости в познании всеобщих законов и системных закономерностей природы; в этом направлении только начинал работать их современник Э. Геккель, – см. ниже). Они создали, в сущности, сугубо «искусственную экономию». Сама цель ее – безграничное обогащение благами жизни (по А. Смиту) противоречит природным целям предписанным человеку и обществу, – «противна природе» по Аристотелю, который был против включения соответствующей «хрематистики» (как искусства обогащения) в «экономику» как нормативную дисциплину общества. На взгляд автора, весь «капиталистический способ производства» (по Марксу) исторически и сущностно, во всем его развитии, основывается на хрематистике, – начиная от способов обретения начального капитала (которые часто являлись и до сих пор являются преступными для общества). И регулярное, расчетливое для наращивания капитала установление «добавленной стоимости» (часто с вредным для граждан-потребителей ростом, вплоть до ситуаций сохранения их жизни, и для развития всего общества, – по последствиям инфляции и пр.) также надо относить к хрематистике (преследующей личные цели обогащения, невзирая на последствия для общества). Общественно целесообразное, рациональное развитие общественного производства возможно и необходимо осуществлять (как показал великий опыт СССР) и согласованно с общественно целесообразным развитием граждан (как «человеческих структурно-функциональных Единиц» (ЧСФЕ) общественного производства).

В предыдущих работах автор приступил к системному раскрытию закономерностей антропосоциогенеза, формирования и развития антропосоциальных целостностей (АСЦ), – получивших обозначение простыми словами – община, общество и другими (в нашем словаре), – можно сказать, частично отражающими целостность, и далее начал раскрывать, – посредством уникальной работы ведущего советского экономиста В. Я. Железнова, происхождение и развитие процессов, определивших через века классические «экономические» произведения. Данным кратким сообщением предлагается «заглянуть» еще глубже, в естественные основания тех процессов, которые были названы в совокупности самим их исследователем, немецким ученым Эрнстом Геккелем «экономией природы» [2; 3], – в составе «экологии», определенной им же в качестве науки (понимаемой в современном научном сообществе, как правило, лишь через результаты практической деятельности).

Уже в 20 в. американский исследователь Юджин Одум представил научно развитую (в том числе посредством всемирного экономического развития) Экологию [4], однако, к сожалению, без соответствующих предложений в части научно-системного развития Экономики как науки. Тем не менее, он научно обоснованно показывает естественную, эволюционную связь экологии с организацией совокупной жизнедеятельности антропосоциальных целостностей (обществ) во всем мире (получившей в Древней Греции отражение в общественном сознании словом «экономия»). Им были сделаны и некоторые критические взгляды на экологически значимое всемирное экономическое развитие. А в рассматриваемом здесь плане примечательно то, что свое введение в Экологию он начинает такими определениями:


Однако, как буквально, так и практически «экономика» – это всё же не искусство, а устоявшиеся в обществе «нормы и правила» (введенные посредством осознания практических результатов соответствующей целевой жизнедеятельности, индивидами-лидерами в обществе). В. Я. Железнов (и др.) отнес к искусству (в экономической деятельности) так называемую (в Др. Греции) «хрематистику», что действительно соответствует всемирной практике. На взгляд автора, под общественной Экономией (экологичной, политической) надо понимать фундаментальную социально-гуманитарную науку, как нормативную дисциплину общества, определяющую организацию полноценного и прогрессивного общественного воспроизводства и целевого развития в окружающем мире, во взаимодействиях с мировым сообществом, а под «экономикой» – понимать реальную совокупную деятельность общества, внутреннюю и внешнюю, по общим высшим целям воспроизводства и развития. Соответственно определениям Ю. Одума и великому опыту человечества Экономия должна быть наиболее экологичной по своим фундаментальным основаниям, принципам и законам.

Невольно возникает вопрос – каким же образом определяет «общественную экономию» высшая наука об обществе – отечественная социология (согласно ее назначению, от Огюста Конта)? Заглянем в «Тезаурус» современной отечественной социологии (Тезаурус социологии: темат. слов.-спр.. / под ред. Ж. Т. Тощенко. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2009.). В разделе «Экономическая социология» мы находим следующие определения (которые, несомненно, требуют отдельного критического рассмотрения, как и понимание отечественной социологией «экономики» как таковой и отношение к действующей, выраженное наименованием раздела и его содержанием):

«Слово «экономика» происходит от греческих слов oicos – дом, хозяйство и nomos – правило, закон. В буквальном смысле трактуется как «правила ведения хозяйства».

Термин «экономика» используется также в значении: наука о способах ведения хозяйства, об отношениях между людьми в процессе производства, обмена и потребления, о закономерностях хозяйственных процессов. В рамках теории экономической науки принято выделять два уровня анализа.

Макроэкономика – … и микроэкономика – … <…>

Экономическая сфера жизни общества представляет собой целостную социальную систему (или функциональную подсистему), ответственную за производство, обмен и потребление материальных благ и услуг, необходимых для жизнедеятельности людей. Экономическую сферу рассматривают наряду с другими сферами: социальной, политической и духовной. Взаимодействие функциональных подсистем общества осуществляется тремя путями: 1) через связь выполняемых ими функций; 2) через частичное переплетение и взаимосвязь их институтов; 3) через взаимодействие относящихся к ним формальных организаций.

Общая модель устройства экономики включает в себя рынки ресурсов, рынки товаров, денежное хозяйство, государство, фирмы (компании и т.п.). Центральное звено этой модели – человек, работник, и основная цель экономики – удовлетворение потребностей людей».

Среди основной литературы к этой статье «Тезауруса» указана монография: Тощенко Ж. Т. Социология. М., 2005. Гл. «Экономическая социология». Указанную статью надо читать, конечно, полностью, но уже начальные (в то же время основные) фразы говорят о многом по отношению к современной социологии как высшей социально-гуманитарной науке (по объективному назначению).

Однако здесь важно вернуться всё же к работе Ю. Одума и привести следующую фразу из предисловия русского Издателя его Экологии:

«По Одуму, экология – это междисциплинарная область знаний, это наука об устройстве многоуровневых систем в природе, обществе и об их взаимодействии. Такое понимание объекта и содержания экологии соответствует, безусловно, широкому общественному интересу к этим вопросам в том виде, как он проявляется на Западе. По Одуму получается, что всё, что в природе, – выглядит разумно, целесообразно и энергетически эффективно (в конце концов). Развитие же общества грозит конфликтом с природой и опасно само по себе, поэтому в развитие общества нужно заложить принципы экологической сукцессии. Становится понятным, почему биологическое содержание книги дано так, что у науки нет принципиальных затруднений – идеал не может быть двусмысленным. Междисциплинарный объект объединяется здесь одной идеей – идеей системного подхода. Иногда приходится читать о преимуществах системного подхода перед всеми другими способами научного исследования. Автор книги пишет, что разумно естественное сочетание „редукционизма и системного подхода“, причем системный подход отражает холистическую точку зрения. … В книге не исследуется, каким образом и из каких уровней устроена природа. Эти уровни даются готовыми, поэтому приходится констатировать, что в данном случае системный подход – это предвзятый подход. Более того, этот подход здесь претендует на описание общих законов развития природы и общества, с чем согласиться нельзя. Нужно также заметить, что соответствие между процессами в природе и обществе устанавливается автором на уровне поверхностных аналогий, но не общих механизмов. И это понятно, так как основа социальных отношений в любой конкретной среде – это отношения людей в процессе труда, но не потоки капитала, энергии и т. д. Тем не менее соответствующие разделы весьма интересны и полезны, так как содержат много сведений о конкретных работах в разных аспектах взаимоогтношения природы и хозяйственной деятельности людей».


Надо заметить, что это предисловие академика В. Е. Соколова, – редактора перевода, было сделано в то время, когда «системный подход» применительно к общественному развитию, даже к начальному антропосоциогенезу, – когда его использование научно оправдано и продуктивно, вообще не использовался (официально) в отечественной социальной науке (не используется и до сих пор, даже в теоретической социологии). Видится и недостаточная подготовка В. Е. Соколова в области системных исследований общественного развития. Данная работа Ю. Одума посвящена сложным глобальным процессам всей природной и антропосоциальной эволюции, и всему общественному развитию во взаимодействиях с природой (вплоть до современного автору периода).

Рассмотрим теперь научный вклад Э. Геккеля в эволюционно-системное понимание природных, естественнонаучных оснований «экономии», – можно сказать, эволюционно (через человека) предписанной всем антропосоциальным целостностям Земли, с которых начиналось всемирное общественное развитие. К сожалению, пока что нашлись (в эл. формате) лишь две указанные публикации по начальным научным исследованиям в области экологии и миропонимания Э. Геккеля.


«Антология экологии» [2] указывает следующие основные работы Э. Геккеля и в переводе на русский язык:

Haeckel E. Generelle Morphologie der Organismen. Allgemeine Grundzüge der organischen Formen-Wissenschaft, mechanisch begründet durch die von Charles Darwin reformirte Descendenz-Theorie. – Berlin: Druck und Verlag von Georg Reimer, 1866. Bd. 1: Allgemeine Anatomie der Organismen. – S. 574. Bd. 2: Allgemeine Entwicklungsgchichte der Organismen. – S. 462. (Отрывки цитируются в переводе Г. А. Новикова, 1980, с. 63—79.).

Учение об органических формах, основанное на теории превращения видов. Составлено по сочинению Эрнста Геккеля «Generelle Morphologie» / Под ред. Ил. Мечникова. – СПб.: Изд. А. Заленского, 1869. – 179 с. (Автор перевода не известен).

Геккель Э. Естественная история миротворения. Общепонятное научное изложение учения о развитии. Т. 1. Общее учение о развитии. (Трансформизм и дарвинизм). – Лейпциг; СПб.: «Мысль», А. Миллер, 1908. – 274 с. (Перевод с нем. В. Вихорского); Т. 2. Общая история происхождения видов. (Филогения и антропогения). – СПб.: «Научная мысль», 1909. – 384 с. (Пер. с нем. А. Г. Генкеля.).


В указанной антологии приведена статья содержащая избранные отрывки из указанной выше работы Э. Геккеля 1866 г. (в переводе Г. А. Новикова), под названием «Всеобщая морфология организмов. Общие основы науки об органических формах, механически основанной на теории эволюции, реформированной Чарльзом Дарвиным». В ней полезно выделить следующие фразы:

«Под э к о л о г и е й C мы понимаем о б щ у ю н а у к у о б о т н о ш е н и я х о р г а н и з м о в с о к р у ж а ю щ е й с р е д о й D, куда мы относим в широком смысле все „условия существования“. Они частично органической, частично неорганической природы; но как те, так и другие… имеют весьма большое значение для форм организмов, так как они принуждают их приспосабливаться к себе. К неорганическим условиям существования, к которым приспосабливаются все организмы, во-первых, относятся и физические и химические свойства их местообитаний – климат (свет, тепло, влажность и атмосферное электричество), неорганическая пища, состав воды и почвы и т. д. В качестве органических условий существования мы рассматриваем общие отношения организма ко всем остальным организмам, с которыми он вступает в контакт и из которых большинство содействует его пользе или вредит. Каждый организм имеет среди остальных своих друзей и врагов таких, которые способствуют его существованию, и тех, что ему вредят. Организмы, которые служат пищей остальным или паразитируют в них, во всяком случае, относятся к данной категории органических условий существования» (Haeckel, 1866, Bd. 2, S. 286).


«Экология – «…учение об экономии природы, часть физиологии, которая до сих пор в учебниках не фигурировала, но обещает принести… Блестящие и самые неожиданные плоды» (Haeckel, 1866, Bd. 2, S. 235).


«Экология – наука о взаимоотношениях организмов между собой, точно так же как хорология – наука о географическом и топографическом распространении организмов… это физиология взаимоотношения организмов со средой и друг с другом» (Haeckel, 1866, Bd. 2, S. 236).


«Под экологией мы понимаем науку об экономии, о домашнем быте животных организмов. Она исследует общие отношения животных как к их неорганической, так и органической среде, их дружественные и враждебные отношения к другим животным и растениям, с которыми они вступают в прямые и непрямые контакты, или, одним словом, все те запутанные взаимоотношения, которые Дарвин условно обозначил как борьбу за существование. Эта экология (часто также неправильно обозначаемая как биология в узком смысле) до сих пор представляла главную часть так называемой „естественной истории“ в обычном смысле слова. Она развилась, как то демонстрируют многочисленные популярные естественные истории старого и нового времени, в теснейшей связи с обычной систематикой. Хотя эта экономия животных теперь разрабатывается в большинстве случаев не критически, она тем не менее имеет то преимущество, что сумела поддержать интерес к себе среди широких кругов зоологов» (Haeckel, 1870, S. 365; пер. Г. А. Новикова, 1980, с. 66—67).


Доказательство истинности эволюционного учения Э. Геккель сводит к 10 группам биологических данных (Геккель, 1909, с. 363—366):

1. Палеонтологические данные…

2. Онтогенетические данные…

3. Морфологические данные…

4. Гистологические данные…

5. Данные систематики…

6. Дистелеологические данные (учение о нецелесообразности)…

7. Физиологические данные…

8. Психологические данные…

9. Хорологические данные…

10. Экономические или биономические данные: «…сюда относятся E крайне сложные и запутанные явления, которые определяются отношениями организмов к окружающей среде, к органическим и неорганическим условиям жизни, это так называемая „экономия природы“, взаимоотношения между всеми организмами, которые живут совместно на одном и том же месте. Механическое объяснение этих экологических явлений дает „биология“ в узком смысле слова (лучше бы назвать ее биономией) – учение о приспособлении организмов к окружающей их среде, их изменении в борьбе за существование, при паразитизме и т. п. Эти взаимоотношения „экономии природы“ при ближайшем рассмотрении кажутся как будто мудрыми творениями планомерно работающего создателя, однако при детальном, глубоком изучении их они оказываются естественными последствиями механических причин, результатами настоящего приспособления» (Геккель, 1909, с. 366).


«Прежде всего, бросается в глаза то обстоятельство, что ни один организм не может жить во всех земных местностях. Организмы наиболее сходные, которых потребности следовательно наиболее одинаковы, должны жить в одной местности, оспаривая друг у друга каждый глоток вдыхаемого ими воздуха. Из этого вытекает уже ряд взаимодействий чрезвычайно сложных, подлежащих ведению Экологии, т. е. науки об Экономии природы, находящейся еще в весьма жалком состоянии …. Уследить „борьбу за существование“ в этих ее потаенных проявлениях (и они то всего многочисленней) чрезвычайно трудно, благодаря несовершенству и разрозненности наших экологических сведений. „Нет ничего легче“, – говорит Дарвин, – „как установить на словах истинность факта всеобщей борьбы за существование; но нет ничего труднее как составить себе о ней осязательное понятие“. Я же убежден, что без этого мы будем иметь только темные (или же вовсе ошибочные) представления о целой экономии природы, о распределении органических существ, о их редкости или излишке в данной местности, о их исчезновении и изменениях, которым они подвержены» (Учение об органических.., 1869, с. 132—134).


По определениям Э. Геккеля и Ю. Одума в отношении человеческого общества (как антропосоциальной целостности высших организмов обладающих высоким разумом) можно рассматривать несколько уровней экологии, например, человеческий; корпоративно производственные уровни; уровень мегаполиса; региональные, включающие водные бассейны и аэрокосмический уровень. Приведенные фразы способствуют системному обобщению и осознанию основной детерминации свершившегося общественного развития, от самих начал антропосоциогенеза, и акцентировать внимание, системное видение именно на начальных стадиях общественного развития, на всемирном переходе от развития детерминированного естественными законами к развитию жестко определяемому искусственными (экономическими и прочими) средствами, и главное, определяемому общественно неадекватными «правителями» (после адекватных «вождеств»; см. исследования Аристотеля и др.).

Указанные годы основных работ Э. Геккеля сразу же вызывают вопрос об отношении к ним К. Маркса и Ф. Энгельса (определивших становление и развитие экономики СССР). Этот вопрос требует отдельного исследования (совместно с исследованием натурфилософии Е. Дюринга). Однако «Диалектика природы» Ф. Энгельса показывает, что он (судя по списку литературы и многих цитирований) изучал основные работы Э. Геккеля, но судя по тексту, не осознал «экономию природы» (организмов) и, соответственно, ее значение для организации общественно рациональной, природосообразной для человека и общества «экологичной экономии». К тому же этим сочинением Энгельс занимался уже после основной работы К. Маркса над изучением и критикой существующей политической экономии (Маркс вообще не отвлекался на изучение природы и начального развития общества, этим занимался, как известно, Энгельс, – в противоборстве с Е. Дюрингом).


После предварительного ознакомления с научными трудами Э. Геккеля и Ю. Одума можно задаться, – в исследовательском плане, таким вопросом: в чем же состоит коренное отличие сложившейся антропосоциальной эволюции от предыдущей эволюции животных, в том числе человека, которое обусловило сложившееся общественное развитие в экологическом и экономическом содержании? Из системного обобщения этого развития мы видим, что в отличие от животного мира оно было жестко детерминировано интеллектуальной (разумной) и даже эмоциональной, интеллектуально примитивной, эгоистичной деятельностью так называемых правителей, выдвигавшихся теми или иными путями, законами и силовыми действиями на место высшего центра управления общественной организацией индивидуальных и коллективных, производственных и прочих деятельностей. В то же время, с объективных позиций надо видеть, что общество всегда было и остается «общим домом», предоставленным «её величеством» Природой Земли, вместе с известными уже богатствами, для сохранения и развития жизнедеятельности высших в эволюции организмов – Homo sapiens. Так что «народное хозяйство» – это, в сущности, природное пространство жизнедеятельности народа, вместе с наработанными за века искусственными средствами, сооружениями, – объективно требующее структурной и функциональной организации для надежного сохранения и прогрессивного развития всей антропосоциальной целостности, – повсеместно оснащенной уже сложной техникой, в существующих и прогнозируемых условиях окружающего мира, во взаимодействиях с мировым сообществом (на это «Хозяйство» надо смотреть «сверху и сквозь века его развития»).

Великая история всемирного общественного развития наглядно показывает борьбу идей, знаний и концепций (Учений), отражавших великий опыт и интеллектуальное (научное) познание закономерностей человеческого и общественного развития. В этом плане выделяются, как известно, период философского осознания великого опыта природы и человечества в Древней Греции и период дополнительного научно-практического и —теоретического познания человека и общества в ведущих европейских странах 18—19 веков. В этом плане и соответственно рассматриваемой теме надо обратить внимание на возникновение и развитие идей и концепций, объединенных термином социалистические, то есть предлагавших совершенствование социальной организации производства и распределения благ, и несколько позже обобщенную концепцию социализма на базе соответствующего творчества Сен-Симона и его единомышленников (учеников). Здесь видится целесообразным привести полную статью о «социализме» из «Новой философской энциклопедии» и несколько фрагментов из научно-исторической работы АН СССР посвященной Учению Сен-Симона (системно сформированному его учениками) [5]. Надо сразу отметить, что все они показывают естественнонаучную близость идей социализма того периода к экологии и природной экономии, – можно сказать, к «экологичной экономии» представленной работами Э. Геккеля, Ю. Одума и их последователей.

«СОЦИАЛИЗМ (от лат. Socialis – общественный) – 1) комплекс определенных социально-философских и идейно-политических концепций, доктрин, установок; 2) совокупность социально-политических движений; 3) предполагаемый в будущем или существовавший в СССР, странах Восточной Европы, Китае и некоторых странах Азии общественно-политический строй.

В социально-философском плане социализм представляет собой нечто большее, нежели конкретное идейно-политическое течение, а именно – особый тип понимания социально-политического мира, систему воззрений, установок, ориентации, теорий, доктрин. В совокупности они призваны обосновать и защищать идеал общественного устройства, основанного на приоритете общественной собственности на средства производства, отсутствии эксплуатации, справедливом распределении материальных благ и т. д.

Социализм при всей его многовариантности имеет единые истоки и определенный комплекс концепций, идей, принципов и идеалов, присущих любой разновидности этого типа общественно-политической мысли. Социалистическое мировоззрение вобрало в себя утопические идеи древности и средневековья (см. напр., «Государство» Платона, «Утопия» Т. Мора и др.), некоторые установки и ценности хилиастических, или милленаристских сект и движений, европейского просветительства и т. д.

В современном понимании социализм является историческим феноменом, возникшим в Новое время в качестве реакции на социальные и экономические отношения становящегося капиталистического общества, особенно на реальности, вызванные промышленной революцией. Поэтому естественно, что как более или менее отчетливо сформулированное течение социально-философской и идейно-политической мысли социализм начал формироваться с кон.18 в. Показательно, что само понятие «социализм» впервые появилось около 1830. В 1827 он был использован для обозначения сторонников кооперативного движения Р. Оуэна в Англии, а в 1832 – для характеристики учения социалистов-утопистов Л. К. де Сен-Симона, Ф. М. Ш. Фурье во Франции. Считается, что в научный оборот это понятие было введено П. Леру в работе «Об индивидуализме и социализме» (1834), как противоположное по смыслу термину «индивидуализм».

Для всех этих авторов было характерно критическое отношение к существовавшей в тот период общественно-политической системе, которая, по их мнению, основывалась на принципах несправедливого распределения материальных благ, социального неравенства, духовного и физического порабощения людей. Противопоставив эгоистическому индивидуализму своего времени идеал нового сообщества людей, связанных между собой чувством коллективизма, социального равенства и братской солидарности, приверженцы социализма претендовали на то, чтобы заменить капитализм и индивидуализм общественной и коммунальной формами производства и распределения, эгоизм альтруизмом, а конкуренцию сотрудничеством.

Исходя из того, что современное ему общество страдает от нездорового и разнузданного индивидуализма, порожденного разрушением порядка и иерархии, Сен-Симон, напр., утверждал, что залогом его спасения является развитие науки и техники, а также появление класса промышленников и технических работников, которые уже начали строить новый индустриальный порядок. Соединение научного и технологического знания с индустриализмом приведет к обществу, управляемому экспертами. Это новое общество, считал Сен-Симон, не может быть эгалитарным, поскольку люди не равны по своей природе, однако, оно обеспечит всем равные возможности, чтобы каждый мог занять в обществе положение, соответствующее его способностям» (подч. – А. В.).


В. П. Волгин во вступительной статье «Социальное учение раннего сен-симонизма» отмечает в своем предисловии (с. 27 и далее, в «Изложении» учеников Сен-Симона):

«На смену старому праву наследования, праву более сильного и привилегии рождения, идет новое право: право труда, право способности. Сен-Симон пришел сказать человеку: «Твоя праздность противоречит природе, она нечестива, вредна для всех и для тебя самого, ты будешь трудиться». Основанное на этом праве труда новое общество есть ассоциация трудящихся, ассоциация, цель которой – совместный труд.

«Всемирная ассоциация – вот наше будущее. Каждому по его способностям, каждой способности по ее делам – вот новое право, которое заменит собою право завоевания и право рождения, человек не будет более эксплоатировать человека, но человек, вступивший в товарищество с человеком, будет эксплоатировать мир, отданный во власть ему». <…>

Ученики вкладывают в понятие ассоциации совершенно новое содержание. У Сен-Симона есть идея труда как основы будущего общества, есть представление об относительности права собственности, есть противопоставление права собственности праву рождения. Но та своеобразная и продуманная комбинация, в которой находятся эти элементы в «Изложении учения», составляет бесспорную заслугу учеников. Мысль Сен-Симона в вопросе о собственности остается в рамках буржуазного строя, – мысль учеников разбивает эти рамки, устанавливая связь эксплоатации с собственностью на средства производства и приходя к выводу об отмене права наследования.

Мы находим в «Изложении учения Сен-Симона» не только установление общих принципов. Сен-симонисты пытаются, с одной стороны, конкретно предствавить своим слушателям и читателям строение возвещаемой ими системы, с другой стороны, найти в окружающей действительности элементы, зародыши будущего. В разрешении первой задачи они идут путем совершенно оригинальным, их построение ни в малой степени не напоминает н и построения их предшественников, коммунистов XVII века, ни гениальных фантазий их современника Фурье; здесь они закладывают основы совершенно нового направления социалистической мысли, получившего впоследствии у их эпигонов название коллективизма (здесь надо вспомнить А. Богданова, – А.В.). В постановке второй задачи, тесно связанной с их историческим подходом к вопросам социализма, они, естественно, вовсе не могли иметь предшественников среди социалистов-рационалистов.

Ассоциация не только кладет конец эксплоатации; она представляет выход из господствующей в области производства анархии. Сен-симонисты считают существующий строй совершенно нелепым с точки зрения экономической целесообразности (общественной цел-ти, – А.В.). Основным пороком строя, в основе которого лежит частная собственность, является его неорганизованность (по отношению к достижению общественных целей, – А.В.). Мы уже знаем, что распределение средств производства, покоящееся на праве наследования, случайно и произвольно. Но и тогда, когда собственник – человек действительно способный, он стремится не к общественному благу, а к своему частному обогащению: он пользуется своими правами исключительно в целях эксплоатации неимущих. Между тем назначение предпринимателя, с общественной точки зрения (с общ. разумной т. зр., – А.В.), состоит в том, чтобы организовать удовлетворение общественных потребностей известным родом продуктов, чтобы правильно распределить с этой целью орудия труда. В интересах человечества (каждого общества, – А.В.) эта функция должна быть урегулирована. Анархическая система частного производства должна быть заменена централизованной системой производства общественного. Будущий хозяйственный строй должен создать организацию промышленности, какую до сих пор человечество знало только в области промышленности военной.

Ни в одной из социалистических систем начала XIX века эта идея централистической организации общественного производства не выражена с такой отчетливостью как у сен-симонистов. Их экономический идеал в этом отношении диаметрально противоположен мечтам Фурье и Оуэна, призывающих человечество вернуться к небольшим самодовлеющим хозяйственным группам».

По отношению к этим и другим взглядам и пониманиям сен-симонистов, с позиций современных научно-системных знаний (см. авторскую библиографию), надо отметить следующее. Ассоциация трудящихся, всеобщий коллективный труд и закрепление объектов, – через право собственности, используемых для достижения общественных целей за ответственными «управляющими», организующими их сохранение, эксплуатацию (использование, – в переводе с фр.) и общественно целесообразное развитие соответствуют не только положительному опыту СССР, но и эволюционно-природной организации успешных в эволюции антропосоциальных целостностей. Организация военной промышленности являлась в годы сен-симонистов положительной моделью организации всего общественного производства, являлась в начальный советский период и является в современный, – не только для России, но и других стран, теперь ее надо называть системной, общественно рациональной. Идея ассоциации отражается теперь понятием функциональной целостности, системности в организации специализированных корпораций, а в международном плане – договорными отношениями сотрудничества и взаимопомощи в тех или иных областях деятельности. Поскольку все основные производственные корпорации (в широком понимании – производства) организуются в современный период системно, то главное общественное значение имеет уже не сама ассоциация (функциональная целостность, в т. ч. международная), а ее цели. Великий опыт природы, естественных антропосоциальных целостностей (АСЦ – ранних обществ) и свежий еще в социальной памяти опыт социализма СССР, европейских стран и стран евроазиатского социалистического содружества, – небывало великий в истории масштабными достижениями в общем строительстве и интеллектуальном развитии, выдвигает в общественном сознании главный закон общественно рациональной организации АСЦ – закон системности. Он определяет в каждом конкретном обществе, в зависимости от геополитических, экологических и прочих условий, ряд высших целей АСЦ и соответствующие специализированные иерархии подцелей, и следовательно всю структурно-функциональную организацию общественного производства. Оно, в отличие от общественно иррациональной рыночно-капиталистической экономики, является не товарным, а общественно целевым, служит наиболее эффективному (по совокупным общественным затратам) достижению высших целей общества.

Системные исследования отечественного развития в 20 веке, с изучением соответствующей литературы, методологии системного познания, в том числе научных работ А. Богданова (Малиновского) показывают, что социализм того века приближал сверхобщество СССР и другие страны социалистического содружества (международной ассоциации по учению сен-симонизма) к системной организации экономической деятельности и общества в целом, его целевого развития. В этом убеждают и великие достижения, особенно известное масштабное строительство, великая победа над европейским фашизмом, атомный проект и стремительный выход в космос, – свершившиеся именно благодаря данной системности.

Теперь, ввиду существенного системного познания природы и общества как такового, отечественного развития, надо говорить (с научных позиций) уже о научно-системной организации общества как антропосоциальной целостности, которой эволюционно (всеобщими закономерностями живой природы и человека) предписаны естественные фундаментальные основания общественной «экологичной экономии». Что касается социализма как исторически возникшего идейно-политического понятия, то его научно-практическое развитие целесообразно терминологически не связывать с системными преобразованиями в экономике и прочих сферах российского общества.

С представленных здесь и ранее системных позиций общественную (политическую) Экономию можно определить, очевидно, как фундаментальную социально-гуманитарную научную дисциплину, – в составе теоретической социологии, о государственных нормах и правилах организации общественного производства (материального, энергетического и информационного), распределения продукции и целевого потребления, обеспечивающих прогрессивное общественное воспроизводство и целевое развитие в существующих и прогнозируемых условиях окружающего мира и в развитии взаимодействий с мировым сообществом.

Надо заметить в заключение, что о «системной экономике», системной её организации уже много лет говорят ведущий экономист Г. Б. Клейнер и его единомышленники, – однако говорят с позиций рыночно-капиталистической её организации (от первичного воздействия «советника» Е. Гайдара – Я. Корнаи). Эти принципы организации целевой жизнедеятельности «общественно экономических формаций» (по Марксу), – в сущности, антропосоциальных целостностей (удерживаемых от распада тем или иным образом государственным комплексом), уже более 4-х веков сохраняются в общественном сознании высокоразвитых стран на основе известных целей обогащения экономических и политических элит.

Но, думается, представленные в данной статье научные сведения об эволюционном Предписании человеческому обществу и научные обобщения по антропосоциогенезу и антропологии [6—9], современные научные публикации ведущих ученых о «политической экономии» [10—15] будут способствовать всё же научному формированию твердых, естественно-системных фундаментальных оснований для отечественной Экономии общественно рационального характера. С этой целью, несомненно, необходим, прежде всего, системный анализ развития политической экономии в СССР, которому хорошо содействует, например (дополнительно с другими), научно полноценная статья С. Ф. Чернякова [10] о заблуждениях и ошибках политэкономов и обществоведов СССР (не говоря уж о регрессивном воспроизводстве ЦК КПСС). А в плане системного подхода, системного анализа вообще, надо надеяться, будут содействовать и авторские системные исследования по экономической проблематике [1].

Этой фразой предполагалось завершить данную статью, поскольку критическое рассмотрение и научное развитие указанных выше и других современных публикаций по «вопросам политической экономии» выливается в отдельную, большую и сложную тему. Однако, публикация А. А. Пороховского [11], – можно сказать, экономически базовая и близкая к теме данной статьи, вызывает необходимость сделать еще несколько замечаний, именно по рассматриваемой теме.

Не говоря уж об отсутствии системного подхода к анализу эволюционно-исторического формирования «экономической» целевой жизнедеятельности человека и образуемых им групп (коллективов, артелей, корпораций) [1—9], надо сказать следующее. Если подходить действительно системно и по методологическому совету (принципу) Гераклита и Аристотеля (см. эпиграф), то надо начинать с мышления об организации естественной «экономической» жизнедеятельности, то есть с установления норм и правил надежного сохранения, прогрессивного воспроизводства и целевого развития жизненного пространства (природного дома) с множеством соответствующих средств (предметов) достижения целей, образующих так называемое «хозяйство». Далее надо анализировать уже процессы перерождения естественной экологичной экономии (Э. Геккель, Ю. Одум) в искусственную, – во многом человечески и общественно иррациональную (Аристотель, В. Я. Железнов и мн. др.), рыночную и рыночно-капиталистическую (М. Вебер, К. Поланьи и др.).

А. А. Пороховский неоднократно говорит о существовании во всем мировом сообществе рыночной (классической и прочей) политической экономии более 400 лет, подчеркивая тем самым якобы ее фундаментальность и незаменимость. Однако, с научных позиций надо заметить, что человек стремящийся к безграничному обогащению средствами комфорта жизни существует гораздо дольше, от периода бурного развития товарно-рыночных и —денежных отношений. И, как известно, классическую политическую экономию подготовили (практической деятельностью) именно таковые люди Англии (обладающие соответствующими конституциональными характеристиками [1]), – передовой страны в этом и производственно-торговом, агрессивно-захватническом планах. Кстати, таковые люди захватили и американский континент, уничтожив основную массу коренных жителей и подчинив их остатки. Таковые люди удерживали рыночно-капиталистическую экономику и в западной Европе, – препятствуя известным революциям, и делают это в современный период, с возрастанием захватнической агрессии по отношению к России и другим странам, стремящимся к мирному сосуществованию и сотрудничеству.

В разделе о политэкономии СССР указанный автор не отмечает главное – переход к общественно целевой экономии, с гуманными нормами по отношению к прогрессивному воспроизводству и всестороннему общественно целесообразному развитию человеческих ресурсов. Он, как и большинство современных экономистов, видит в СССР «плановую экономику». Однако, планомерность это, в сущности, характеристика не самой экономики, а управления экономической деятельностью. Планомерность экономической деятельности (здесь надо отметить всемирное использование «сетевых планов»), – посредством хронологической ее организации, можно сказать, есть базовое «правило ведения хозяйства». Но главным правилом является системная организованность, то есть концентрация ресурсов для достижения высших целей общественного развития. С. Ф. Черняков [10] приводит, например, следующий вывод об организации производства при социализме и слова Маркса:

«…социализм не совместим с товарным производством. „Социализм форма производства, диаметрально противоположная товарному производству… Непосредственно общественное производство, как и прямое распределение, исключает всякий товарный обмен, следовательно, превращение продуктов в товары… а значит и превращение их в стоимости“ (Маркс, 1960, с. 104); (Энгельс,1961b, с. 320)».

«Непосредственно общественное» – это и есть «общественно целевое» (Маркс, к сожалению, не использовал системные понятия «целей и средств их достижения» и «ценностей» как средств достижения целей. Кстати, думается, по этой причине произошла и переводческая коллизия, раскрытая В. Чеховским, – сделавшим новый перевод первого тома Капитала, – прежние переводчики тоже не использовали эти понятия, их просто не было в экономической науке). С. Ф. Черняков, как и большинство современных экономистов-историков и теоретиков также не использует указанные и прочие системные понятия, ограничиваясь формализованными экономическими понятиями Маркса и советской политической экономии. В то же время организация общественного воспроизводства и развития определяется, от начал социогенеза, именно целеполаганием в центральном (государственном) комплексе управления (определяемым высшими целями общества, которые в современный период уже хорошо известны из великого опыта и научного познания). Надо сказать, современные президентские и губернаторские Проекты – это, по сути, и есть Планы, как информационные средства организации экономической и прочей деятельности, – но, уже в рыночно-капиталистической парадигме их реализации.

А. А. Пороховский сопоставляет рыночную активацию экономического развития (к удивлению) с активностью организма (с. 5): «Как и всякий живой организм, рыночное индустриальное хозяйство не застывает в своем состоянии, а имеет внутренние источники для развития и роста, что постепенно приводит не только к новым технологиям, видам разделения труда и повышению производительности труда, но и ставит на повестку дня вопрос о сути прогресса человечества – экономическом, социальном, духовном».

Но, если уж сопоставлять, то согласно заявленному автором подходу, надо делать это системно. А организм есть «живая система», его самосохранение и генетически, а в человеке и сознательно, интеллектуально, заданное саморазвитие, активность по достижению высших целей в этих и других направлениях обеспечивается системным единением структурно-функциональных единиц (СФЕ), органов и функциональных подсистем. Рыночная активность определяется совсем иными, хорошо известными факторами и жизненными целями (интересами) различных акторов.

Эволюционная экология, природная экономия организмов указывают, – как рассматривалось выше, на естественно (эволюционно) предписанные человеческому обществу рациональную (природосообразную) «экологичную экономию» и императив функциональной целостности. Современное научное изучение организмов (живых целостностей) как «живых систем» показывает, что системная организованность обеспечивает минимизацию общего потребления из окружающей среды (природы), особенно энергетических продуктов, – за счет концентрации внутренних ресурсов (СФЕ и пр.), в процессах достижения жизненных целей (см., например, «Основы общей биологии» / под ред. Э. Либберта). Это хорошо видится и в развитии ранних обществ, сохранившихся в свое время и получивших прогрессивное развитие именно посредством функционально-целевого единения ЧСФЕ и общего хозяйства, организации добычи из природной среды, производства, функционально необходимого распределения и потребления продуктов, обеспечивающих достижение общих целей надежного существования и прогрессивного развития в суровых условиях окружающей среды, – то есть исходной совокупности процессов, которая обозначается с периода начального философского самоотражения общества термином «экономика».

Общественное значение функционально-целевого единения народа хорошо видится и в начальные и в особо трудные годы СССР. И именно системное единение (научно-интеллектуально и политически посильное в те годы, в «путах» догматического марксизма и напряженностях сталинского режима) обеспечило, как отмечалось выше, великие победы в общем индустриальном строительстве и защите Отечества от европейской фашистской чумы. Более того, цивилизационный переход к организации экономической деятельности на базе общественно благоприятных (рациональных) конституциональных характеристик человека [1] (нравственных, физически и интеллектуально деятельностных и прочих, к развитию и использованию которых, кстати, призывает и наш Президент) обеспечил в период СССР и глобальное единение народов многих стран, – под обозначением «социалистический лагерь», благоприятное для всех стран сотрудничество. Теперь, на фоне современных агрессий рыночно активированных стран, с возрождением фашизма, социалистическая альтернатива (в сущности, общественно системная, – развиваемая в Китае через интеллектуально-техническое развитие общественного производства) видится спасительной для всего человечества!

### Литература*

1. Васильев Александр. Введение в антропосоциальную тектологию. Издательские решения (по лиц. Ridero), 2025. 262 с. (К осознанию законов «живых целостностей» как эволюционно предписанных фундаментальных законов общественного развития. «Искусственный интеллект» эволюционно назначен человеку и обществу. Конституциональные характеристики человека как основные детерминанты организации и развития антропосоциальной целостности. Тектология как эволюционно назначенная интеллектуальная деятельность и ее продукты в общественном развитии).

2. Геккель Эрнст. Мировые загадки. Общедоступные очерки монистической философии.

М.: ЛИБРОКОМ, 2012. 256 с.

3. Антология экологии / Состав. и коммент. чл.-корр. РАН Г. С. Розенберга. – Тольятти: ИЭВБ РАН, 2004.

4. Одум Ю. Экология. В 2-х т. М.: Мир, 1986.

5. Изложение учения Сен-Симона. Под ред. В. П. Волгина. М.: Изд-во АН СССР, 1947.

6. История первобытного общества. Эпоха первобытной родовой общины. Отв. ред. Ю. В. Бромлей. М.: Наука, 1986. 575 с.

7. История первобытного общества. Эпоха классообразования. Отв. ред. Ю. В. Бромлей. М.: Наука, 1988. 567 с.

8. Бромлей Ю. В. Очерки теории этноса. М.: Наука, 1983. 414 с.

9. Орлова Э.А История антропологических учений. Учебник для студентов педагогических вузов. М.: Академический Проект; Альма Матер, 2010. – 622 с. – (Фундаментальный учебник)

10. Черняков С. Ф. Социализм: ошибки в теории (советская политэкономия 1960-х – 1970-х годов) // Вопросы политической экономии. 2025. №1. С. 151—166.

11. Пороховский А. А. Политическая экономия в XXI веке: системный подход в решении проблем современной экономики // Вопросы политической экономии. 2025. №2. С. 182—198. (2015. №); URL: https://interpolitec.su

12. Гловели Г. Д. Политэкономия в широком смысле: марксизм и мир-системный анализ // Вопросы политической экономии. 2025. №2. С. 139—165.

13. Цаголов Г. Н. Политэкономия будущего // Вопросы политической экономии. 2025. №2. С. 97—113.

14. Хубиев К. А. Школа Цаголова: содержание, научное и практическое значение // Вопросы политической экономии. 2025. №1. С. 48—64.

15. Колганов А. И. Современная линия развития Цаголовской школы // Вопросы политической экономии. 2025. №1. С. 80—85.

____________________________

* Все перечисленные публикации имеются в электронных форматах.

## 2. Краткое введение в «экологичную политическую экономию»

> «Только тогда можно понять сущность вещей,

> когда знаешь их происхождение и развитие»

> (Гераклит Эфесский, Аристотель)

### Часть 1. Истоки и детерминация «экономического» развития

Аннотация. Данная статья дополняет (с некоторыми повторами) недавнее введение в большую и сложную тему, названную автором «антропосоциальная тектология», которая была представлена вниманию широкого круга читателей одноименной книгой. Она определилась известными работами А. Богданова и авторскими эволюционно-системными исследованиями общественного развития, – кратко говоря, посредством системного подхода на базе теоретической биологии и этнографических, антропологических исследований, с использованием соответствующих работ ведущих отечественных и зарубежных ученых. В исследованиях раскрывается, прежде всего, всеобщая детерминация тотальной организованности «живых целостностей» (организмов) и ранних антропосоциальных целостностей (АСЦ) объективными (эволюционными) установками (целями) их устойчивого воспроизводства и развития в окружающих условиях. Посредством сочинений Аристотеля и этнографических исследований выявляется всемирный переход от естественно-системной (экологичной) экономии АСЦ (общин) к искусственной, по целям индивидуального обогащения, – во многом общественно иррациональной, – нормы и правила которой были выработаны в свое время известными классиками экономической мысли (на базе великого опыта) в качестве Учения, названного позже «политической экономией».


Термин «политическая экономия» должен быть сохранен в социально-гуманитарных науках потому, что соответствующие знания являются объективно необходимыми для, также объективно необходимого, центрального комплекса управления общественным развитием, функционал которого выполняли в ранних обществах так называемые «вождества», а затем, и в современности – государства [1]. К. Маркс приводит в своем предисловии к «Критике политической экономии» (Капитал. Том 1) следующие слова:

«Предметом моего исследования в настоящей работе является капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения производства и обмена. Классической страной капитализма является до сих пор Англия. В этом причина, почему она служит главной иллюстрацией для моих теоретических выводов. Но если немецкий читатель станет фарисейски пожимать плечами по поводу тех условий, в которые поставлены английские промышленные и земледельческие рабочие, или вздумает оптимистически успокаивать себя тем, что в Германии дело обстоит далеко не так плохо, то я должен буду заметить ему: De te fabula narratur! [О тебе эта история рассказывается!]. Существенна здесь, сама по себе, не более или менее высокая ступень развития тех общественных антагонизмов, которые вытекают из естественных законов капиталистического производства (подч. – А.В.). Существенны сами эти законы, сами эти тенденции, действующие и осуществляющиеся с железной необходимостью. Страна, промышленно более развитая, показывает менее развитой стране лишь картину ее собственного будущего».

К. Маркс исследовал не происхождение и развитие «экономии» в обществе, как совокупности известных процессов составляющих её, – начиная от «естественных» обществ и следуя сочинениям Аристотеля, а сложившуюся и утвердившуюся в Англии искусственную экономию, то есть методологически ошибаясь, – в частности, считая законы капиталистического производства естественными, в то время как они явно искусственные (начиная от денег и обмена на их основе). Маркс начинал критику, можно сказать, недостаточно научно, поскольку не исследовал процессы общественного развития, определившие основания «политической экономии». Такой подход определился, думается, главной его целью – дать рабочему классу, угнетенным народам хорошо понятное и сильное знание в борьбе с жестокой эксплуатацией, за благоприятную для всех трудящихся общественную жизнь.

В древних общинах и ранних, дорыночных обществах мы видим господство общественных целей, обеспечивающих наиболее высокие характеристики всей антропосоциальной целостности, способности надежного и достаточного потребления из окружающей природы, прогрессивного воспроизводства и защиты от опасных воздействий окружающего мира. В ведущих рыночно-капиталистических обществах, которые выработали своей практикой развития (на базе искусственных средств – рынков, денег и соотв. отношений) известные возможности и правила обогащения (А. Смит и Д. Рикардо), господствовали уже существенно иные, капиталистические цели, а общественные являлись «подчиненными» им, или «вынужденными», и достигались государствами по мере сбора налогов и величины социального бюджета. В этом плане можно сделать и такой, глобально обобщающий вывод: всё человечество перешло к искусственно организуемому развитию, посредством искусственно организуемого развития человека по господствующим в общественном сознании целям установленным экономикой и политикой государства. Здесь уместно сделать и такое краткое замечание по поводу современных дискуссий по «ИИ». Мыслить «о главном» в общественном развитии, несомненно, должен не искусственно созданный «техно-интеллект» (ИТИ), а человеческий, естественно и искусственно образованный посредством специализированного развития высокопотенциального сознания и обучения полноценному мышлению, познанию и проектированию сложных и сверхсложных организаций (систем) нашего мира, – по эволюционно-историческому пути развития человека и человеческих обществ (АСЦ) [8]. Всё созданное ранее и в текущий период (благоприятное для общества и вредное, опасное, разрушительное), создано искусственно образованными и развитыми (на базе предыдущего развития) «интеллектами» человеческих Единиц (ЧСФЕ), – традиционно и научно обозначенных известными социально-экономическими и политическими словами-терминами.

В современный период, на базе великого опыта, мы хорошо видим, что постоянные, объективно существующие и возникающие цели могут быстро и общественно эффективно (по совокупным затратам ресурсов) достигаться лишь адекватной организацией производственных и прочих процессов, составляющих «общественно целевую (целесообразную)» экономику. То есть организация её должна определяться не активностями «снизу» (по известным целям индивидуального обогащения, социального возвышения), а мышлением «сверху», то есть высшим, надгосударственным интеллектом, – «адекватно знающим», знающим фундаментальные законы развития антропосоциальных целостностей (обозначенных известными простыми словами) и пути (орг. проекты, программы, алгоритмы, планы) эффективного достижения общественных целей. Системное самопознание приводит к выводу о необходимости господства максиморума адекватности так называемой «государственной политики» состоянию «подвластного» ей общества (как сверхсложного объекта управления), существующим и прогнозируемым условиям его жизнедеятельности в окружающем мире, отношениям с мировым сообществом.


Понятие экологии тесно связано не только с хорошо видимыми вредными воздействиями экономической и прочей деятельности на окружающую, общемировую природу, но и с самой организацией совокупной общественной жизнедеятельности, определяющей так называемую экономику. Исследование истории ввода в общее научное познание понятия экологии приводит нас к работам выдающихся ученых-исследователей живой природы – Э. Геккеля и Ю. Одума [2—4]. Выясняется, что всеобщие жизненные, экологические закономерности в эволюции организмов, в том числе человека, определили не только экологию ранних человеческих общин (как антропосоциальных целостностей – АСЦ), но и их природосообразную «экологичную экономию» (естественную экономию). В этом плане здесь надо представить соответствующие фрагменты текстов из статьи Э. Геккеля [2] и из введения в первом томе Ю. Одума [4].

Э. Геккель: «Экология – «…учение об экономии природы, часть физиологии, которая до сих пор в учебниках не фигурировала, но обещает принести… блестящие и самые неожиданные плоды» (Haeckel, 1866, Bd. 2, S. 235).

«Экология – наука о взаимоотношениях организмов между собой, точно так же как хорология – наука о географическом и топографическом распространении организмов… это физиология взаимоотношения организмов со средой и друг с другом» (Haeckel, 1866, Bd. 2, S. 236).

«Под экологией мы понимаем науку об экономии, о домашнем быте животных организмов. Она исследует общие отношения животных как к их неорганической, так и органической среде, их дружественные и враждебные отношения к другим животным и растениям, с которыми они вступают в прямые и непрямые контакты, или, одним словом, все те запутанные взаимоотношения, которые Дарвин условно обозначил как борьбу за существование. Эта экология (часто также неправильно обозначаемая как биология в узком смысле) до сих пор представляла главную часть так называемой „естественной истории“ в обычном смысле слова. Она развилась, как то демонстрируют многочисленные популярные естественные истории старого и нового времени, в теснейшей связи с обычной систематикой. Хотя эта экономия животных теперь разрабатывается в большинстве случаев не критически, она тем не менее имеет то преимущество, что сумела поддержать интерес к себе среди широких кругов зоологов» (Haeckel, 1870, S. 365; пер. Г. А. Новикова, 1980, с. 66—67).

В предисловии редактора перевода книги Ю. Одума говорится:

«По Одуму, экология – это междисциплинарная область знаний, это наука об устройстве многоуровневых систем в природе, обществе и об их взаимодействии.…

По Одуму получается, что все, что в природе, – выглядит разумно, целесообразно и энергетически эффективно (в конце концов). Развитие же общества грозит конфликтом с природой и опасно само по себе, роэтому в развитие общества нужно заложить принципы экологической сукцессии (от лат. successio – преемственность, наследование, – А.В., из биологич. словаря)».

Сам автор отмечает в своем предисловии:

«Как интегрированная и естественная наука экология с огромным успехом может быть применена к практической деятельности человека, поскольку для ситуаций, складывающихся в реальном мире, почти всегда характерны два аспекта: естественнонаучный и социальный (экономитческий и политический). Эти два аспекта нельзя рассматривать в отрыве друг от друга, если мы хотим найти долговременные решения критических проблем».

И начинает свою 2-х томную работу следующими вводными определениями:

«Слово экология образовано от греческого „ойкос“, что означает дом, и „логос“ – наука. Таким образом, изучение нашего „природного дома“ охватывает изучение всех живущих в нем организмов и всех функциональных процессов, делающих этот „дом“ пригодным для жизни. В буквальном смысле экология – это наука об организмах „у себя дома“, наука, в которой особое внимание уделяется „совокупности или характеру связей между организмами и окружающей их средой“, если воспользоваться одним из определений из словаря Уэбстера. Слово „экономика“ (от греч. oikonomike) также образовано от греческого корня „ойкос“ и буквально означает искусство ведения домашнего хозяйства; следовательно, экология и экономика должны идти рука об руку. К сожалению, многие считают экологов и экономистов противниками с непримиримыми взглядами. Позже мы рассмотрим разногласия между ними, возникающие из-за того, что специалисты в области каждой из этих дисциплин слишком узко смотрят на свой предмет, а также узнаем о попытках навести мосты между ними».

Надо сразу отметить, что человек как высший организм, живущий в указанном «доме» отличается от своих предшественников в эволюции, по сути, лишь наиболее развитым сознанием, то есть в плане обеспечения жизни ее сохранения и прогрессивного развития ему эволюционно предписано организовывать экологически адекватную жизнедеятельность в общецелевом сотрудничестве. В отношении «экономики» надо заметить, что она определилась всё же не искусством (по Ю. Одуму), хотя многие изначальные процессы «обогащения», составляющие её, были отнесены Аристотелем и др. именно к искусству, а устоявшимися в обществе «нормами и правилами», введенными от природы и сознания индивидов-лидеров в этой сфере. Аристотель отнес к искусству в экономической деятельности так называемую «хрематистику» (в Др. Греции) [5], что действительно подтверждалось и подтверждается до сих пор всемирной практикой.

На взгляд автора, под «эволюционно назначенной общественной Экономией» (экологично-политической), – с позиции высших целей АСЦ, надо понимать фундаментальную социально-гуманитарную науку, как нормативную дисциплину в общественном сознании, определяющую организацию прогрессивного общественного воспроизводства и целевого развития в окружающем мире, во взаимодействиях с мировым сообществом, а под «экономикой» – понимать реальную совокупную деятельность общества. Квазиэкономическую деятельность по сугубо индивидуальным целям, не направленным на достижение общественных целей, надо относить к общественно паразитической (по сути) квазиэкономике. Ключевым понятием в этом плане является широко используемое в рыночной экономике понятие «занятости». Трактовка его нашлась в «Энциклопедическом словаре по экономике» (2009 г.) В. Г. Золотогорова (см. также статью: Соколова Г. Н. Занятость и безработица в условиях рыночной модернизации // Социологические исследования. – 1998. – №9.). Вот основная часть словарной статьи:


Сторонники этого понятия могут сказать: все «занятые» увеличивают производство и потребление, сумму налогов, то есть бюджет государства и ВВП. Однако, бюджет накапливается не собиранием денег с «полей чудес» (на которых трудятся «занятые»), поэтому «занятость чем-либо лишь для получения рыночного дохода», – чем-либо бесполезным для общества, а часто и вредным (ввиду максимизации дохода), и всегда затратным для общества «делом», бизнесом – это, по сути, скрытый «экономически правовым» оформлением общественный паразитизм (расширяющийся рынком). Он привел в истории «экономического» развития и продолжает приводить даже к производству человечески и общественно вредных (вплоть до летальных) продуктов потребления.

Объективно (эволюционно) заданным понятием для каждого человеческого общества является понятие «служебная деятельность», – как «служба Отечеству» (не трудовая обязанность или повинность, а именно служба, – подразумевающая общественно целесообразную деятельность). Оно позволяет не только ранжировать все специализированные деятельности по функциональному уровню и вознаграждать служащих соответствующими благами (начиная от организменных), – через денежный «потенциал потребления», но и минимизировать паразитическую, квазислужебную деятельность во всем обществе.

Соответственно определениям Ю. Одума и великому опыту человечества общественная Экономия должна быть наиболее экологичной, общественно целесообразной и рациональной по своим фундаментальным основаниям, законам и принципам. Экологичной – значит адекватной (в определенной мере) эволюционно выверенным законам и принципам сохранения, прогрессивного развития и всестороннего совершенствования «живых целостностей» (организмов и биоценозов), жизнедеятельного пространства («дома» и «хозяйства») и человеческого сообщества (АСЦ) в нем (экологическая – соответствующая конкретным (установленным) целям, задачам и нормам «экологических программ», – см. совр. словари экологических терминов; экологичная – соответствующая нормам экологии, – «Толковый словарь русского языка ХХ века. Под ред. Г. Н. Скляревской. РАН, Ин-т лингв. иссл. Изд-во «Фолио-Пресс», СПб. 1998.).


К научному осознанию широкой и общественно глубокой взаимозависимости социальной экологии, экологии человека и прочих составляющих общемировой экологии с организацией и осуществлением так называемой «экономики» необходимо предложить, дополнительно к указанным выше (первичным) научным работам следующую выборку вводной научной литературы:

1. Реймерс Н. Ф. Экология (теории, законы, правила и гипотезы). М.: Журнал «Россия молодая», 1994. – 367 с.

2. Степановских А. С. Экология: Учебник для вузов. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2001. – 703 с.

3. Гиренок Ф. И. Экология. Цивилизация. Ноосфера. Отв. ред. Н. Н. Моисеев. М.: Наука, 1987. – 183 с. (… анализируется философское содержание глобальных проблем современности. Выявлены процессы, связанные с формированием экологической картины мира, раскрыта связь естественного и искусственного в структуре функционирования цивилизации, а также место и роль понятия ноосферы в составе естественнонаучного мышления. Особое внимание уделено исследованию концептуальных оснований традиции русского космизма.)