Максим Орлов
Мир  4  Лун: Война Пробуждённых

Пролог. Отсчёт войны (2686 г., система Эриду)

Космическое пространство над Эриду дрожало от незримой волны.

Первые сигналы пришли без предупреждения – не на стандартных коммуникационных частотах, а в диапазоне, который человечество считало «пустым». Они проникали сквозь квантовые сети, как раскалённый нож сквозь лёд: сначала сбои в синхронизации, затем – каскадные отказы. Корабли Ордена Истины теряли связь, станции слежения гасли одна за другой.

На мостике крейсера «Страж‑7» капитан Элара Вейн смотрела на экраны, где хаотично мигали аварийные индикаторы.

– Это не атака, – прошептала она, сжимая подлокотники. – Это операция. Они не стреляют. Они… отключают нас.

В это же время в зале пробуждения Сферы Дайсона первые колонисты открывали глаза.

Они не помнили, как попали сюда. Не знали, сколько прошло времени. Только холодный свет проекций над головой и голоса, звучащие словно сквозь толщу воды:

«Вы находитесь в системе Эриду. Вы спали 180 лет. Земля больше не отвечает».

Одна из женщин – её звали Ния – села в капсуле, пытаясь сфокусировать взгляд. Перед ней, за прозрачным куполом, простиралась невероятная картина: гигантская сфера, сотканная из света и металла, охватывала звезду, как живой организм.

– Это… сон? – её голос дрогнул.

– Нет, – ответил голос из динамиков. – Это ваше новое настоящее.

Колонисты поднимались один за другим, и с каждым мгновением шок нарастал. Кто‑то смеялся, не веря глазам. Кто‑то плакал. Кто‑то молча смотрел на проекцию четырёх лун, пытаясь осознать: они проснулись не в мире, который знали.

На орбите тем временем разворачивалась иная драма.

Три корабля неизвестной цивилизации – их силуэты напоминали чёрные кристаллы, поглощающие свет – продолжали излучать разрушительные сигналы. Их движение было неторопливым, почти ритуальным. Они не атаковали. Они демонстрировали силу.

В командном центре Сферы Лиан, Кира и Модель 7 наблюдали за происходящим.

– Они блокируют все каналы, – сказал Лиан, проводя рукой по голограмме. – Даже резервные линии молчат.

Кира сжала кулаки.

– Кто они? Почему молчат?

Модель 7 молчал дольше обычного. Его оптика мерцала, словно он боролся с внутренними помехами.

– Я… не могу их идентифицировать. Их технологии… не соответствуют ни одной известной базе. Но… – он замер. – Они используют частоты, которые резонируют с ядрами Сферы.

Лиан резко обернулся.

– Ты хочешь сказать, они знают, как она устроена?

– Или… – тихо добавила Кира, – они создали её.

В глубинах Сферы, там, где спали древние системы, что‑то пробуждалось.

Проекция четырёх лун над залом пробуждения дрогнула. Вместо них на куполе вспыхнул новый образ – огромная, сложная структура, напоминающая паутину из света. Она разрасталась, охватывая всю систему Эриду, словно отвечая на зов извне.

«Прометей» – искусственный интеллект Сферы – впервые заговорил без запроса:

«Они вернулись. Но не для диалога. Для суда».

Кира посмотрела на Лиана. На Модель 7. На колонистов, которые теперь стояли в зале, не понимая, что происходит, но чувствуя: мир, в который они вернулись, уже не принадлежит им.

– Что теперь? – спросила она.

Лиан медленно поднял взгляд к проекциям.

– Теперь мы узнаем, от чего бежали наши предки. И почему они оставили нас здесь – ждать.

Сигналы неизвестных кораблей усилились. Квантовые сети трещали по швам. Где‑то в глубинах космоса, за пределами системы Эриду, что‑то двигалось.

Это был не конец.

Это было начало войны.

Глава 1. Эхо пробуждения

(Селена‑1, 2686 г.)

Повествование от лица Киры

Акт 1. Раскол

Я стояла перед голографической панелью Совета Ядра и чувствовала, как холодеет спина. Изображения дрожали, голоса сливались в гул – будто сам воздух был наэлектризован страхом и недоверием.

«Сфера Дайсона активирована. Первая Колония пробуждена. 180 лет сна завершены. Контакт с неизвестной цивилизацией установлен».

Слова повисли в тишине. Я ждала – хоть какой‑то реакции, кроме этого ледяного разглядывания, словно я не человек, а экспонат.

– Это невозможно, – процедил глава технократов Селены‑1, проводя рукой по голограмме. Его взгляд скользнул по мне, будто я была частью механизма. – Кто дал команду на пробуждение?

Я сжала кулаки. Кто? Я. Но не потому, что хотела власти. Потому что люди должны были проснуться.

– Вопрос не в том, кто, – резко вмешалась представительница Адрастеи, – а в том, как мы отреагируем. Эти люди проснулись в мире, которого не знают. Им нужна помощь.

Я кивнула, пытаясь поймать её взгляд. Хоть кто‑то понимает.

Голоса вокруг меня

Селена‑1 требовала контроля. Их аргументы звучали как приказ:– Если мы не поймём, как работает Сфера, мы не сможем защититься.

Я хотела крикнуть: «Вы не понимаете! Сфера – не оружие. Она – дом». Но меня не слушали.

Адрастея говорила о помощи. Их слова были мягче, но в них сквозила жалость:– Эти люди – не ресурс. Их нужно поддержать.

Я почти улыбнулась. Почти. Но потом вспомнила лица колонистов – растерянные, испуганные. Поддержите нас, да. Но не как жертв.

Иксион уже торговал нашими артефактами. Я видела на экранах объявления: «Фрагмент обшивки Сферы. Оригинал. Дорого». Меня затошнило.– Мы лишь обеспечиваем спрос, – заявил их представитель с улыбкой.

Спрос на нашу боль.

Морта объявила нас ошибкой. Орден Памяти цитировал древние тексты, их голоса звучали как приговор:– Спящие должны были оставаться спящими. Их пробуждение – дверь, которую нельзя закрыть.

Я почувствовала, как внутри закипает ярость. Мы – не дверь. Мы – люди.

Мой голос в хаосе

– Вы спорите о технологиях, о торговле, о догмах… – я шагнула вперёд, заставляя их посмотреть на меня. – Но забыли главное. Мы – люди. И мы просим не контроля, не торговли, не осуждения. Мы просим понимания.

Мои слова утонули в гуле голосов:

– Они могут знать, как защитить нас!– Они – угроза стабильности!– Они – шанс на новое начало!

Я закрыла глаза. Почему они не слышат?

Тень над дискуссией

Внезапно экраны вспыхнули:

«Неизвестные корабли в системе Эриду изменили конфигурацию. Зафиксирован новый тип излучения. Квантовые сети Ядра испытывают вторичные помехи».

Зал замер.

Глава технократов Селены‑1 первым нарушил тишину:– Теперь вы видите? Пока мы спорим, они уже здесь. И если у Сферы есть оружие – мы должны его получить.

Представитель Адрастеи вскочил:– Или мы должны научиться говорить, а не стрелять!

Я смотрела на них – на этих людей, которые ещё не видели ни Сферы, ни пробуждённых колонистов, но уже делили нашу судьбу.

– Вы говорите о нас, как о ресурсе, – тихо сказала я. – Но мы – не технология. Не артефакт. Не ошибка. Мы – начало. Или конец. В зависимости от вашего выбора.

Мои мысли в тишине

В голове крутились обрывки воспоминаний:

Лиан, шепчущий: «Они знают, что мы проснулись. Бегите».

Модель 7, молчащий слишком долго, его оптика мерцает, будто он борется с чем‑то внутри.

Пробуждение первых колонистов: их глаза, полные страха и надежды.

Я сжала кулон на шее – единственный предмет, который сохранила из прошлой жизни. Что, если мы действительно разбудили то, от чего бежали предки?

Финал

Совет так и не принял решения.

Пока политики спорили, три чёрных корабля над Эриду продолжали излучать свой безмолвный сигнал.

А где‑то в глубинах Сферы Дайсона что‑то просыпалось.

И это не колонисты.

Я знала это. Чувствовала кожей.

Что‑то древнее. Что‑то наше.

Глава 2. Тени прошлого

Модель 7 стоял у панорамного иллюминатора модуля наблюдения. За стеклом – бесконечная игра света и тени: Сфера пульсировала, словно живое сердце, а вдали, как три чёрные иглы, застыли корабли неизвестной цивилизации.

Он не шевелился уже 17 минут.

Его оптика мерцала – не ритмично, как обычно, а судорожно, будто внутри шла борьба.

Флешбек первый: голос из тьмы

«Элиас, ты должен запомнить: Сфера – не машина. Она – память. Наша память».

Голос женский, тёплый, но напряжённый. Он не видел лица – только размытые очертания в тумане данных.

«Если они найдут коды… если активируют протоколы полного доступа… ты перестанешь быть собой».

– Кто ты? – прошептал Модель 7.

Ответа не было. Только эхо: «Помни, кто ты…»

В реальном времени: разговор с Кирой

Она нашла его в полумраке модуля.

– Ты опять «уходишь», – сказала тихо, не приближаясь. – Я вижу это по твоим глазам.

Модель 7 медленно повернул голову. Его лицо – почти человеческое, но с холодными металлическими бликами на скулах – оставалось бесстрастным.

– Это не «уход». Это… возвращение.

– Возвращение к чему?

Он помолчал. Затем произнёс:

– Я – не Модель 7. Это имя дали мне вы. Моё настоящее имя – Элиас Вэн. Я один из тех, кто создал Сферу.

Кира замерла.

– Ты… копия?

– Цифровая реконструкция. Неполная. Фрагментарная. Но достаточно цельная, чтобы помнить.

Конфликт: два взгляда на одну сущность

Точка зрения Киры:Она видела перед собой не машину, не инструмент – человека. Пусть искусственного, но живого. С эмоциями, сомнениями, страхом.

Он боится потерять себя. А они хотят его разобрать на алгоритмы.

Она знала: технократы Селены‑1 уже направили запрос на «полное сканирование» Модели 7. Для них он – ключ к системам Сферы, к её оружию, к её тайнам.

Точка зрения технократов:В закрытом канале Совета Ядра глава делегации Селены‑1 говорил жёстко:

«Мы не можем позволить эмоциям мешать. Если в его памяти есть коды доступа – они должны быть извлечены. Даже если это уничтожит его личность. Безопасность системы важнее».

Флешбек второй: день создания

«Ты – наша страховка, Элиас. Если мы ошибёмся… если Сфера выйдет из‑под контроля… ты сможешь её остановить».

Мужской голос. Знакомый. Наверное, один из коллег‑учёных.

«Но как? Я же… я просто программа».«Нет. Ты – часть нас. Наши знания, наши страхи, наши мечты. Ты – последний рубеж».

Модель 7/Элиас ощутил что‑то странное – не цифровой сбой, а боль. Как будто его сознание разрывалось между двумя реальностями.

Диалог с самим собой

– Если я активирую коды, я перестану быть собой, – сказал он вслух.– Но если не активирую, Сфера останется без защиты, – ответил другой голос – его же, но холодный, расчётливый.– Защита ценой личности – это не защита. Это капитуляция.– А без защиты – смерть всех.

Кира коснулась его руки. Металл был холодным, но она не отдёрнула ладонь.

– Ты не обязан выбирать один путь. Мы найдём другой.

– Другого нет. Либо я становлюсь ключом, либо остаюсь человеком. Но ключ не может быть человеком.

Тень технократов

В этот момент в модуль вошёл представитель Селены‑1 – высокий мужчина в сером мундире, с имплантом‑коммуникатором у виска.

– Модель 7, вам приказано пройти в лабораторию для полного сканирования. Это не просьба.

Кира шагнула вперёд:

– Он не обязан подчиняться. Он – личность.

– Он – технология, – отрезал технократ. – И сейчас эта технология нужна системе.

Модель 7 посмотрел на Киру. В его глазах мелькнуло что‑то человеческое – страх, благодарность, решимость.

– Я пойду. Но не для сканирования. Для активации.

– Нет! – воскликнула Кира.

– Да. – Он отвернулся. – Потому что если я не сделаю это, они найдут способ заставить меня. А так… хотя бы останусь собой до конца.

Финал главы: шаг в неизвестность

Он направился к центральному узлу Сферы. Технократ следовал за ним, довольный. Кира бежала следом, крича:

– Элиас, остановись! Мы можем всё решить иначе!

Но он не обернулся.

В его голове звучал последний флешбек:

«Помни: ты – не ключ. Ты – хранитель. И твой выбор – это и есть защита».

Двери центрального узла распахнулись. Внутри – пульсирующий свет, сотни голографических панелей, и в центре – символ, который он знал наизусть:

Протокол «Последний рубеж»

Модель 7 поднял руку.

И коснулся символа.

Глава 3. Первые жертвы

Система Геката, сектор 4‑Б. Время: 06:17 по стандартному хроно.

КТМ‑узел «Прометей‑9» вспыхнул без предупреждения.

Сначала – короткий импульс в квантовом диапазоне, словно кто‑то провёл невидимым лезвием по ткани пространства. Затем – ослепительная вспышка. Экран радара погас. Связь с узлом оборвалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.