# Жертва

Глеб Лютаев

Успешный компьютерный гений, счастливый муж и отец, Артем живет идеальной жизнью. Но все рушится в одно мгновение, когда его любимая жена оказывается при смерти. Времени осталось совсем немного, и все же судьба подбрасывает Артему шанс – он узнает про древний ритуал, способный вернуть жизнь. Однако за каждый подарок тьмы приходится платить… Готов ли он пойти на сделку с тёмными силами ради родного человека, даже если цена спасения окажется страшнее самой смерти?

Любое использование материалов данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается


Иллюстрация на форзаце adelekaner


© Лютаев Г., 2026

© ООО «Издательство АСТ», оформление, 2026

* * *

> Вообще, мужчина с хорошей женщиной – счастливейшее из созданий Божьих, а без оной – самое несчастное. И спасает их только одно: они не знают, чего лишены.

> Стивен Кинг


## Пролог

Артем сидел рядом с умирающей женой.

Слезы собирались в уголках глаз и стекали по щекам, несмотря на все его попытки держать себя в руках. Он задавался только одним вопросом: почему она? Почему здесь и сейчас умирает именно она, а не кто-нибудь другой, кто-то менее нужный Артему, да и этому жестокому миру тоже? Сколько маньяков, каннибалов и педофилов носит на себе планета, и ничто их не берет: ни мнимое правосудие властей, ни всеми любимый и обожаемый Бог. Даже рак зачастую обходит их стороной.

А вот до ни в чем не повинной Кристины он добрался. Да вцепился такой хваткой, что ни Всевышний, ни современная медицина помочь не могли.

Артем смотрел на лицо любимой.

Некогда красивое, теперь оно представляло собой череп, обтянутый серой безжизненной кожей. Вместо ярко накрашенных пухлых губ осталась лишь тонкая мертвенно-бледная полоса, вместо длинных белых волос – короткая мальчишеская стрижка.

Артем проклинал все, что привело Кристину в эту палату, все, что довело ее до такого состояния. И особое место в этих проклятиях занимал Бог. Именно к товарищу на букву «Б» у Артема было больше всего претензий. Как Он мог проигнорировать ее искренние молитвы?

Кристина, едва узнав о болезни, стала поистине верующей. Даже соорудила небольшой уголок с иконами в больничной палате и просила молиться Артема вместе с ней. Она до последнего надеялась, что Бог услышит их просьбы, даст второй шанс или хотя бы отсрочит неизбежное…

Удивительно, как меняются люди, во что они готовы поверить и на что пойти, когда смерть дышит в затылок. Теперь он знал это, как никто другой.

Поначалу доктор без устали рассказывал байки про новые чудо-средства, про последние разработки то ли отечественной, то ли зарубежной медицины. И Артем, дурак, верил. Сначала химиотерапия, лучевая терапия, потом безумно дорогая трансплантация костного мозга в Германии… И вот итог: Кристина умирает, а Артем ничего не может с этим сделать. Как жить без нее, не имеет ни малейшего представления.

Было бы проще, если бы он ее не любил. Но, как назло, Кристина оказалась той женщиной, о которой мечтает любой мужчина: она была заботливая, умная и обворожительная. Имела красивую подтянутую фигуру, длинные белые волосы и голубые глаза. Ее улыбка могла растопить даже самое черствое сердце. Ее доброта и умение слушать не раз вытаскивали Артема из жутких депрессий. Она вселяла в него уверенность даже тогда, когда его руки безнадежно опускались. Поэтому именно ей он был обязан своими успехами, состоянием и благополучием.

Даже теперь, когда Кристина находилась в шаге от смерти, она убеждала Артема, что нужно двигаться дальше, ведь у него есть чудесная дочка. Но как можно жить без женщины, любовью к которой он был пропитан до последней клетки тела, до самого потаенного уголка души? Это было выше его сил, и смириться так просто он не мог. Просто не имел права принять такой исход.

Артем снова вспомнил, о чем говорил старик-художник.

Тот с уверенностью заявлял, что может помочь даже в самом безнадежном случае. А с Кристиной все обстояло именно так. Иначе Артем ни за что бы не согласился сделать то, ради чего пришел в больничную палату. Он никогда бы не решился на такой безумный поступок.

Весь образ художника, его обиталище и окружение говорили о том, что он действительно знает нечто большее, недоступное всем остальным людям. Что-то в нем столь же пугало и отталкивало, сколь и притягивало.

После мучительных раздумий и бессонных ночей, взвесив все за и против, Артем предпочел не полагаться на здравый смысл. Да и о каком здравом смысле может идти речь, когда твоя вторая половинка иссыхает на глазах? Когда трехлетняя дочь, глядя на маму, не понимает, куда делись ее длинные волосы и почему она так сильно похудела. Господи, как же это больно и страшно… Это настолько тяжело, что от нахлынувших воспоминаний сдавило грудь.

Артем осмотрелся. Он знал, что закрыл дверь, что, кроме них, здесь никого не может быть, но ему было страшно. Сегодня он собирался переступить черту и совершить преступление. Ему казалось, что за ним постоянно кто-то следил и этот кто-то знал, что он задумал.

Тело пробил озноб.

Несмотря на жаркий август, температура в палате была достаточно прохладной и вполне комфортной.

Комфортной, чтобы умереть.

Внутренности словно сжались от дурного предчувствия, а лицо покрылось испариной. Кожа под медицинскими перчатками взмокла и прилипала к латексу. Как ни старался, он так и не смог унять дрожь.

Обстановка вокруг давила и угнетала, что-то ломало его изнутри. Пугало все пережитое за последние дни. Но еще больше страшило предстоящее.

Выбор сделан.

Артем посмотрел на жену в последний раз.

Кристина лежала без сознания, напичканная обезболивающими препаратами. Ее бледное тело, едва поддерживающее жизнь, было утыкано всевозможными датчиками и трубками. Мерные звуки дорогостоящей аппаратуры, словно хронограф, отсчитывали время до неминуемой кончины. Если бы знать раньше, если бы болезнь намекнула о себе за полгода до первых признаков, то все могло бы сложиться иначе.

Артем встал со стула, убрал кислородную маску, приблизился к жене и нежно поцеловал в губы. Она не ответила, потому что давно находилась где-то между жизнью и смертью. Он же ощутил холод от прикосновения к ее коже.

Еще чуть-чуть – и будет поздно. Дальше оттягивать нельзя.

Аккуратно приподняв голову супруги, он вытащил из-под нее подушку и, накрыв ею лицо любимой, стал душить.

## Часть 1. Почти не преступление

### Глава 1. Диагноз

1

– Та-а-ак… Вот здесь осторожнее, ступенька.

– Это ты мне говоришь или Даше? – смеясь, спросила Кристина.

– Это я говорю вам обеим. Не хочу, чтобы мой сюрприз сорвался.

Артем медленно спускался по лестнице, ведя за собой жену. Ее глаза были завязаны красным галстуком. Ничего другого Артем просто не смог найти в суматохе того утра. Подарок для супруги доставили на час раньше, и он едва успел все организовать.

Другой рукой Артем держал крохотную ладошку дочери. Ей было всего два года, поэтому она спускалась так же неуверенно, как и ее мама.

– А что, если я спрошу нашу дочь о том, что она сейчас видит? – Кристина не переставала задорно смеяться, и Артем вместе с девочкой невольно хихикал ей в унисон.

– Ну уж нет, дорогуша. Так будет нечестно. Да и Даша вряд ли что-то тебе скажет.

– Ты уверен?

– В Даше? Не особо. Секреты хранить она еще не научилась. Или я ошибаюсь?

Спустившись с крыльца, они проследовали к выходу со двора по выложенной гранитом тропинке. Из будки выбежала светло-серая хаски. Собака радостно виляла хвостом, словно чувствовала настроение семьи.

– Прости, Линда. Для тебя пока что ничего.

Казалось, собака поняла хозяина с полуслова и поспешила обратно. На улице стояла изнуряющая июльская жара, поэтому Линда бо́льшую часть дня проводила в тени своего скромного убежища.

Подойдя к воротам, Артем открыл высокую металлическую калитку и повел Кристину за пределы двора.

– Ух ты! – воскликнула Даша, как только они оказались на дороге.

Артем поспешил развязать импровизированную повязку, дочка не успела озвучить то, что привело ее в такой неописуемый восторг. Девочка по-прежнему выражалась невнятно, будто говорила не на человеческом языке, а на языке троллей. Но Кристина с легкостью могла бы перевести ее лепет.

– Не может быть… – хриплым голосом сказала девушка, едва увидела автомобиль. – Это что, мини-купер?

Перед ними стояла небольшая светло-голубая машина с хромированными ручками и до блеска натертым кузовом. Капот был перевязан широкой розовой лентой с поэтичной надписью: «Вместе навсегда». По обе стороны к зеркалам были привязаны красные воздушные шарики.

Артем не отрывал взгляда от любимой. Больше всего на свете ему нравилось дарить ей подарки и видеть ее счастливой, такой, как в этот самый момент. Он невольно улыбнулся, глядя, как у жены выступили на глазах слезы. Ее губы подрагивали. Секунду спустя она радостно завизжала, захлопала в ладоши и кинулась мужу на шею.

Даша весело засмеялась, глядя на родителей. Ей определенно нравилось их задорное настроение.

– Так, милая, осторожнее. Тебе нельзя делать резких движений. Кажется, теперь ты не одна, и нужно беречь ту лялю, что сидит у тебя в животике.

Кристина не обращала внимания на слова мужа. Она продолжала целовать его и повторять слова благодарности. Артем чувствовал, как ее длинные волосы щекочут ему лицо, он ощущал запах ее кожи, влажность губ. Прекрасное чувство. Когда же Кристина успокоилась, Артем аккуратно опустил ее на землю.

Очень тактично, переждав мгновение любовной эйфории, к ним подошел молодой человек, доставивший машину по адресу. С улыбкой на губах он протянул ключи хозяину дома.

– Нет, спасибо, это не мне, это ей. Машина ее.

Парень понимающе кивнул и отдал ключи вытирающей слезы Кристине.

– Артем Сергеевич, – обратился молодой человек, – если вас не затруднит, могли бы вы подписать несколько бумаг?

– Конечно, – ответил Артем.

Доставка машины прямо к дому обошлась в приличную сумму, но он об этом нисколько не жалел. Он мог позволить себе подобное баловство, тем более это принесло несказанную радость Кристине.

После того как все официальные моменты были улажены, представитель автосалона уехал на такси, а они всей семьей перебрались в новенькое авто. Кристина расположилась за рулем, Артем сел на соседнее сиденье, а дочка уместилась сзади, с интересом разглядывая незнакомую машину. Салон был пропитан запахом новой кожи.

– Спасибо, любимый, я никак не ожидала от тебя такого!

Артем наигранно удивился.

– Прям уж и не ожидала? – спросил он с улыбкой. – Ты ведь догадывалась, что после того, как сдала на права, я просто обязан подарить тебе машину? К тому же… – Артем многозначительно посмотрел на ее живот.

– Да, но я не думала, что ты сделаешь это так скоро.

– Разве я мог поступить иначе после такой новости?

Кристина погладила свой живот и улыбнулась.

– Я предполагала, что ты сделаешь мне подарок после родов. Но ты… ты… – На глаза девушки вновь навернулись слезы. – Ты не перестаешь меня удивлять. Я так сильно люблю тебя! – Она потянулась к Артему и крепко обняла.

– А меня? – послышался обиженный голосок с заднего сиденья.

Родители засмеялись.

– И тебя люблю, – сказала мама, повернулась и вытянулась промеж сидений, чтобы коснуться носика дочки кончиком пальца.

– Если честно, я думал о том, чтобы пригнать машину к роддому. Но не выдержал. Я был так ошарашен твоей беременностью, что проделал это все просто в порыве бурных эмоций. – Артем говорил как бы между делом, открыв бардачок.

Кристина не ответила. Она поглаживала руль, обшитый белой кожей, и изучала приборную панель. Рычаг переключения передачи был очень схож с тем, которым девушка пользовалась при обучении в автошколе.

– Ну что, отметим?

Кристина посмотрела на мужа, он игриво подмигнул.

– Каким образом? – поинтересовалась она.

Откуда-то из-под сиденья, словно фокусник, Артем достал ярко-красный пакет, из которого извлек бутылку шампанского и пару стеклянных бокалов.

– Только предупреждаю: пить я тебе много не дам, помни о своем положении.

– Когда ты умудрился… – Кристина хотела спросить, но передумала. К чему эти подробности? Ее муж творил чудеса, и она была безумно счастлива. – Ты у меня самый лучший.

После того как Артем покинул салон и открыл въездные ворота, Кристина под его чутким руководством загнала машину во двор. Гараж был рассчитан на два автомобиля, но сегодня ставить туда мини-купер они не стали.

– Ну что, приступим? – спросил Артем и, не дожидаясь ответа, с глухим хлопком открыл шампанское.

Даша испугалась, но, увидев счастливые лица родителей, весело рассмеялась. Артем наполнил бокалы, а затем, взболтав как следует бутылку, вылил остатки напитка на машину.

Кристина с дочерью удивленно переглянулись.

– Это ты типа обмыл машину? – спросила супруга.

– Ага, но надо обязательно закрепить результат. – Он поднял бокал, и Кристина звонко ударила по нему своим.

Дочка к этому моменту заскучала и ушла играться с хаски.

– Даша, аккуратнее с Линдой. Линда, аккуратнее с Дашей! – предупредил Артем. – Она еще совсем кроха.

Малышка не обратила внимания, собака понимающе гавкнула в ответ и, когда девочка подошла к ней, принялась бешено вилять хвостом.

Кристина с обожанием посмотрела на мужа и сделала несколько маленьких глотков.

– Артем, еще раз спасибо. Ты не представляешь, что для меня все это значит.

Артем ничего не ответил. Он и без слов прекрасно видел, что чувствует Кристина. Все отражалось на ее лице, читалось во взгляде. Он испытывал те же эмоции и в очередной раз убедился, что она та самая и единственная, с которой он всегда сможет быть самим собой.

– Крис, я не перестану делать то, что радует тебя.

Девушка опять улыбнулась. Пожалуй, в тысячный раз за это утро.

– Я знаю.

Кристина обвела взглядом свою машину и бережно провела ладонью по капоту, а затем сделала еще один небольшой глоток шампанского.

В этот миг в ее взгляде что-то поменялось. Потеряв равновесие, она пошатнулась. Артем обеспокоенно посмотрел на супругу.

– Что такое?

– Я не знаю, голова закружилась. Наверное, шампанское. Сейчас все пройдет.

Кристина постояла так еще мгновение, но вскоре ей стало хуже и она выронила бокал. Тонкое стекло звонко разбилось о плитку. Девушка облокотилась о машину сначала одной рукой, а затем, словно была не в силах удержаться, выставила вперед вторую.

– Что-то мне…

Она не договорила. Артем видел, как ее тоненькие, упертые в капот руки затряслись, а колени подкосились. Он едва успел подхватить Кристину, прежде чем она упала бы на подъездную дорожку.

Паника охватила Артема. Супруга лежала без сознания и ни на что не реагировала. Он встряхнул ее за плечи, прощупал пульс. Трясущимися от страха руками Артем достал мобильник.

Пока он суетливо набирал номер скорой помощи, позади раздались неторопливые шаги. Увидев маму, Даша непонимающе посмотрела на отца и заплакала. Ей в унисон, как будто где-то очень далеко, протяжно заскулила Линда.

Хвостом собака больше не виляла.

2

В Пензенский онкологический диспансер они попали только через два дня. Праздничного настроения как не бывало. Кристина до сих пор чувствовала себя плохо и жаловалась на постоянную слабость.

В то злополучное утро Артем перенес ее на террасу в задней части дома и укрыл в тени, положив на диван. Даша продолжала плакать, не понимая, что происходит. Время тянулось бесконечно долго, и Артем снова и снова набирал номер скорой. Позже от сдержанности не осталось и следа и он перешел на крик.

Когда Кристина очнулась, Артем немного успокоился. В то же время, как по команде, где-то рядом замигали синие огни. Он метнулся к калитке и проводил медиков к жене.

Кристине измерили давление и температуру, проверили реакцию на внешние раздражители. Ничего особенного не нашли и предположили, что девушка просто переутомилась. Когда же Артем рассказал про ее беременность, посоветовали обратиться в больницу и на всякий случай сдать анализы.

Так они и поступили. Кристина, конечно, сначала воспротивилась, но он быстро убедил ее в том, что нужно думать не только о себе, но и о будущем ребенке.

На учет в роддоме Кристина еще не встала, поэтому Артем привез ее в одну из частных клиник города, куда они периодически обращались. Там у Кристины взяли анализы, и через день пришли результаты. По словам лечащего врача, которого достаточно хорошо знала их семья, в крови Кристины наблюдалось увеличение СОЭ, повышенное количество лейкоцитов и пониженное – лимфоцитов. Беспокойство, которое выразила озадаченная пара, доктор не разделял, советуя полагаться на лучшее. Он также сказал, что результаты необходимо показать узкопрофильному специалисту, а потому делать какие-либо выводы слишком рано.

На вопрос Артема, сможет ли он кого-нибудь посоветовать, доктор рекомендовал знакомого гематолога, с его слов – очень порядочного и опытного врача. Прямо при них он позвонил ему и попросил принять Кристину. Судя по всему, у коллег были весьма дружеские отношения.

– Гематолог – это кто? – настороженно поинтересовалась девушка.

– Это врач, специализирующийся на заболеваниях крови, – ответил доктор с неохотой.

Кристина ахнула, прикрыв рот рукой.

– Не стоит беспокоиться раньше времени, – заверил доктор. – Я для того вас и направляю к специалисту, чтобы во всем разобраться.

– Что еще за болезни крови? – взволнованно спросил Артем, взглянув на супругу. Кристина, поникнув, тихо сидела на месте, ее сложенные вместе руки дрожали.

– Артем, еще раз повторяю: поезжайте к специалисту в этой области. Он посмотрит анализы и просветит вас.

На парковке возле онкодиспансера почти не было свободных мест.

«Кто бы сомневался, – подумал Артем. – В наше время завсегдатаев подобных заведений хоть отбавляй». Найдя свободный уголок, он остановил машину и заглушил двигатель. Однако выходить не спешил.

– Я боюсь, Артем, – сжимая сумочку на коленях, проговорила Кристина. – Скажи, у нас все будет хорошо?

Артем и сам не на шутку разволновался, уж очень ему не понравилось упоминание о болезни крови. Но все же настроил себя оптимистично и заверил жену, что скоро они вернутся домой и заживут прежней жизнью. Просто нужно убедиться, что все в порядке.

Кристина понимающе кивнула, и они обнялись.

– Ну что, готова, моя радость?

– Угу, – только и ответила девушка.

Прямо перед бампером, возле забора, расположилась троица пожилых людей – две женщины и один мужчина.

– Здоровья вам, молодые люди, – поспешила заговорить одна из старушек, когда пара вышла из машины. – Чай, кофе, может сладкое?

Вид у нее был странный – скорее всего, с головой бабули творилось что-то неладное, – но зла она им не желала. Семейная пара вежливо отказалась.

– Молодой человек, – услышал Артем голос все той же женщины, когда они уже подходили к воротам.

Он повернулся, ожидая услышать от нее какую-нибудь несуразицу.

– Что?

– Вы забыли закрыть машину.

Артем посмотрел на брелок.

– Спасибо большое, – ответил он и нажал кнопку блокировки дверей.

Уходя, услышал, как троица позади вновь кого-то добродушно встречала и так же желала прибывшим здоровья.

«Не помешало бы», – подумал Артем.

На территории больницы пара встретила не так уж много людей, как они ожидали. Кто-то из присутствующих просто прогуливался в тени деревьев, другие прятались в кустах и курили, как школьники на перемене. Большинство были посетителями, но Артем распознавал и самих больных.

Он наблюдал, как мимо прошли две бледные, чересчур худые девушки лет восемнадцати, а может, и того меньше. В их глазах отчетливо просматривалась грусть, но не безысходность. Их головы были покрыты платками. Но больше всего бросились в глаза нарисованные брови. Свои, похоже, выпали, и они не очень умело подводили их, пытаясь выглядеть как прежде.

Кристина тоже обратила на них внимание. И если Артему было не по себе от увиденного, то каково сейчас ей? Он обнял супругу и ощутил, как все ее тело дрожит.

– Ну что ты, что такое? – ласково спросил Артем, пытаясь ее успокоить.

– Ничего. Я просто боюсь.

– Все у нас будет хорошо. Я же уже говорил. Пойдем, хочется поскорее со всем этим разобраться.

В регистратуре Абрамовы назвали фамилию, и их любезно проводили в гематологическое отделение, избавив от нужды искать кабинет и стоять в очередях.

Врач, к которому направили семейную пару, оказался заведующим и по совместительству лучшим специалистом в Пензе. По крайней мере, так было написано на сайте больницы.

Их знакомство с Артемом произошло не лучшим образом. Кристина отвлеклась на чтение какой-то брошюры на стене, и Артем, не заметив, подошел к кабинету доктора один. Она не слышала, как за приоткрытой дверью врач отчитывал какого-то старика:

– Чего ты сюда приперся, дед? Тебе один хер подыхать, так вали уже отсюда.

Перебранка закончилась минуту спустя, после чего из кабинета показался пожилой мужчина – поникший и униженный, с влажными глазами. Он ушел, опираясь на трость.

Вышел доктор и настороженно посмотрел на Артема. Было очевидно, что тот слышал его разговор с предыдущим посетителем. И все же, сделав непринужденный вид, врач пригласил Артема с Кристиной к себе.

– Здравствуйте, здравствуйте, – улыбнулся мужчина. – Обычно я принимаю только в порядке очереди, но Игорь Александрович очень просил за вас, а я не могу отказать своему студенческому другу, знаете ли.

Артему он не понравился сразу. И дело было не только в сцене со стариком, но и в его внешности: пухлое и краснощекое лицо напоминало рожи с предвыборных плакатов. Обычно именно с такими физиономиями рвались в депутаты. Кроме того, человек в белом халате, с густыми бровями и поредевшими рыжими волосами казался скользким и говорил как-то слишком наигранно.

– Меня зовут Герман Борисович, я заведующий отделением и введу вас в курс дела, если понадобится. Но пока мне нужны только результаты ваших анализов.

Кристина протянула папку, и доктор принялся изучать бумажки.

– Извините, вас ведь Артем зовут? – сказал врач, не отрывая взгляда от медицинских документов.

– Да, – подтвердил Артем.

– Вы не могли бы выйти ненадолго? – попросил Герман Борисович. – Мне нужно осмотреть вашу супругу. Не хочу никого смущать.

Артем взглянул на жену, та ответила обеспокоенным взглядом и кивнула. Он вышел из кабинета.

Оказавшись в коридоре, Артем не мог найти себе места. Громко топая ногами, он расхаживал взад-вперед, пытаясь хоть как-то унять волнение. Если бы все было нормально, то доктор не стал бы просить его выйти. Кого там смущать? Кристину? Что он там не видел? Да и зачем ему вообще осматривать ее?

Спустя какое-то время Герман Борисович открыл дверь и пригласил Артема войти. Кристина сидела на кушетке в углу и с обеспокоенным видом поправляла футболку. Врач подошел к рабочему столу и по телефону вызвал к себе некую Катеньку.

Минуту спустя в кабинет вошла дежурная медсестра.

– Катенька, – обратился он к симпатичной молодой блондинке с ярко накрашенными губами. – Ты не могла бы отвести девушку в тридцать восьмой кабинет для сдачи анализов?

– Да, конечно. Пройдемте со мной. – Она жестом позвала Кристину за собой.

– Но я думал, нам уже ничего не надо сдавать… – удивился Артем. Он посмотрел на супругу и заметил, как у той бегает взгляд. Ему было не по себе, хотелось обнять и успокоить ее. Да и самому не помешало бы прийти в норму.

– Не беспокойтесь вы так. Специфика нашей работы требует некоторых стандартных процедур.

Артем кивнул Кристине, и она покинула кабинет следом за миловидной Катенькой. Мужчины остались наедине.

3

– Нет, только не это!

Хорошо, что доктор посоветовал присесть, иначе Артем, скорее всего, упал бы. Он почувствовал, как ноги налились свинцом, как внизу живота скопилось нечто, что норовило вырваться наружу. Казалось, весь его мир рухнул в одну секунду.

Артем хотел что-то сказать, наверное оспорить диагноз, который ему озвучили, но в горле пересохло. Он и не знал, что язык может так прочно прилипнуть к небу. Попытался прокашляться, чтобы голосовые связки наконец заработали, но даже это ему не помогло. Поэтому продолжал сидеть напротив доктора, понуро опустив голову.

Герман Борисович почтительно выжидал. Многолетний опыт научил его разумному поведению при оглашении подобных диагнозов.

Пару минут спустя Артем пришел в себя. Он с трудом унял дрожь в руках, тяжело сглотнул и после нескольких неудачных попыток заговорил тихо и сбивчиво:

– Что нам теперь делать?

Вполне повседневный вопрос, но теперь, когда речь шла о жизни и смерти любимого человека, он вовсе не казался таким уж обыденным. Судя по всему, у Кристины не что иное, как лейкоз, или, как еще называют эту болезнь, лейкемия. Артему было сложно упорядочить мысли, новость стала шоком. Доктор намеренно отправил Кристину с медсестрой. Хотел сначала рассказать все мужу, а уж потом поставить перед фактом девушку. Чтобы убедиться в диагнозе, Кристине предстояло сдать дополнительные анализы, но Герман Борисович уверял, что наметанный глаз не подведет.

– Действовать, – твердо ответил врач. – В таких случаях нет времени на раздумья, я предлагаю не затягивать с курсом химиотерапии и как можно скорее положить вашу жену к нам.

– К вам? Вы имеете в виду вашу больницу?

– Конечно, почему бы и нет? В нашем отделении мы можем предложить современные способы лечения. Пусть мы и находимся не в самом заметном городе страны.

Смущенный вид Артема заставил врача, на бейдже которого красовалась примечательная фамилия Шнейдер, дать некоторые пояснения.

– Я понимаю, о чем вы думаете. Внешне наш онкодиспансер выглядит невзрачно, но не судите книгу по обложке. В прошлом году Пензенская область вышла на пятое место по показателям заболеваемости злокачественными новообразованиями. Наш город пропустил вперед лишь Архангельскую, Брянскую, Сахалинскую область и Мордовию. В связи с этим из бюджета были выделены огромные деньги на новейшее иностранное оборудование, а наши гематологи и онкологи, в том числе и я, прошли стажировку у лучших врачей в Москве. Так что теперь нам нет необходимости направлять больных туда.

Артем слушал доктора и не мог поверить в то, что это происходит наяву, а не в каком-то кошмарном сне. Видя перед собой пухлого мужчину в идеально выбеленном халате, он воспринимал его речь как злой и совсем неуместный розыгрыш.

– Вы уверены в ее диагнозе? То есть… Я имею в виду, может там какая-то ошибка?

Доктор тяжело вздохнул и покачал головой. Он поднял со стола бумаги, принесенные Кристиной, и поправил очки.

– К сожалению, уверен. Конечно, сейчас она повторно сдаст кровь из вены, и мы проведем углубленный анализ, но я тридцать лет работаю в этой сфере. Я просмотрел амбулаторную карту вашей жены, выслушал жалобы. Вы ведь замечали, что в последнее время она часто болела простудными заболеваниями?

Артем не задумывался об этом, но, прокрутив в голове последние полгода, пришел к выводу, что это действительно так.

– Вы думаете, есть какая-то связь?

– Не всегда, но чаще всего. К тому же Кристина сказала, что пару месяцев назад переболела ангиной.

– Да, мы обращались в больницу. Ей назначили антибиотики, и они сделали свое дело, а ЭКГ не выявило каких-либо осложнений на сердце. Врачи сказали, что ей ничто не угрожает.

– В этом-то и проблема. Рак очень коварен. До поры до времени он не подает никаких признаков. Легче бороться с ним на ранних стадиях, когда он наиболее уязвим. В этом нет вашей вины или врачей, что наблюдали Кристину во время ангины. Многие признаки, характерные для рака, подобны сигналам тревоги и для других заболеваний. Порой очень сложно выявить онкологию без углубленного медицинского обследования, которое мы проведем в ближайшие дни.

Каждое слово, произнесенное доктором, эхом раздавалось в ушах Артема. Мысли беспорядочно вертелись в голове, и он никак не мог выудить оттуда нужную. Что он слышал о лейкозе? Где лучшие клиники в мире по лечению этой болезни? Вдруг захотелось убежать из давящих стен больницы и запереться в своем кабинете, включить компьютер и просканировать Сеть в поисках того, что выглядело бы куда более обнадеживающе, чем невзрачное здание, напоминающее лечебное заведение только благодаря наличию людей в белых халатах.

– У вашей жены наблюдаются все признаки болезни: бледность кожи, утомляемость и увеличенная печень, которая даже при пальпации прощупывается, – продолжал говорить доктор Шнейдер, не обращая внимания на состояние Артема. – Про анализ крови я молчу. Это основной показатель.

– Увеличенная печень?

– Да, при пальпации это легко определить. Но, естественно, мы проведем УЗИ.

Доктор наконец перестал сыпать ужасами и замолчал, дав Артему возможность обдумать услышанное.

– Каковы наши шансы? – спросил Артем. Он намеренно сказал «наши», потому что знал: без Кристины его жизнь не будет иметь смысла.

Казалось, доктору не было дела до выбранных парнем местоимений.

– К сожалению, – ответил он, – мне приходилось озвучивать подобные диагнозы не одну сотню раз, и я всегда пытаюсь быть максимально честен с людьми. Пока нет вашей супруги, я могу сказать точно, что шансы на успех есть, хотя болезнь при таких симптомах, скорее всего, запущена. Я скажу точнее после того, как мы получим результаты анализов из нашей лаборатории. Но… Артем, как мужчина и муж, вы должны кое-что иметь в виду.

Доктор замолчал, сцепил пальцы в замок и задумчиво уставился в окно, будто нарочно затягивая монолог.

«Все, что сказано до “но”, – лошадиное дерьмо», – подумал Артем, не до конца осознавая, где он мог это слышать.

– Но что? – спросил он в нетерпении.

– Но, как вы понимаете, это потребует немалых финансовых затрат. К сожалению, лечение, которое имеет шансы на успех, стоит очень дорого. По крайней мере, в наше время. Может, в будущем что-то поменяется, а пока мы ничего не можем поделать с высокой стоимостью препаратов и процедур, которые необходимы вашей жене. Я могу вам предложить лечение при поддержке государственной программы, но шансы увеличатся в разы, если вы согласитесь на платную палату. Да и Кристине там будет гораздо комфортнее.

Артем окинул взглядом доктора сверху вниз. Накрахмаленный, чуть ли не хрустящий халат идеально сидел на тучной фигуре. Очки в золотой оправе не из дешевых, а уж часы на правой руке – тем более. Да и обстановка в кабинете была соответствующей. Этот врач однозначно неплохо зарабатывал на чужом горе, но сейчас Артему было плевать. Да хоть все деньги мира – лишь бы Кристина жила, только бы смогли помочь.

– Деньги для меня не проблема, – наконец выпалил Артем. По собственному опыту он знал, что подобное нельзя говорить людям, которые пытаются тебе что-то впарить. Однако сейчас речь шла о его жене, и если ему впаривали ее жизнь, Артем готов был отдать все.

– Я говорю об очень больших деньгах, Артем.

– Каких именно деньгах?

– Речь о десятках тысяч долларов.

– Неважно. Я достану их. Вы гарантируете мне, что все получится?

Доктор едва заметно скривил рот, чем вынудил собеседника смутиться. Невозможно было понять, какие чувства испытывал этот толстый упырь. Артем ничего не мог с собой поделать, только недоумевал, откуда взялась такая неприязнь к вроде бы хорошему врачу (вероятно, образ униженного старика достаточно прочно засел в подсознании). Захотелось вдруг перекинуться через стол и настучать доктору Шнейдеру по его поросячьей роже. Но этот порыв Артем сдержал. Да и не смог бы он никому сейчас причинить вреда. Подавленный, он вряд ли мог даже справиться с собственным весом и подняться со стула.

– Для того чтобы давать гарантии, мне надо досконально изучить состояние вашей супруги, провести все необходимые анализы. Скорее всего, придется прибегнуть к стернальной пункции.

– Это еще что такое?

– Мы сделаем прокол грудины, возьмем на анализ костный мозг и изучим его клеточный состав. Подобный способ позволит подобрать наиболее подходящий метод лечения. Благо она довольно молода, чтобы все это перенести.

Господи, как все это ужасно звучит!

– И как же мне быть? – спросил Артем. – Как я должен сказать ей об этом? От ваших слов мне становится страшно, не говоря уже о Кристине.

Доктор посмотрел сочувствующе. На этот раз вид у него был искренний.

– Если вы не можете, ей могу сообщить я.

Артем обдумал предложение врача. Он до сих пор не мог поверить, что судьба свела их с раком. Он знал, что эта болезнь существовала, выкашивая год за годом тысячи людей, но все они были где-то там, далеко за горизонтом счастливой семейной жизни. А теперь в личное пространство Артема вошла болезнь, о которой все слышали, но ничего не хотели знать.

До тех пор, пока это не касалось лично их.

Как же было страшно. Как сказать обо всем Кристине?

С тех пор, как они познакомились, Крис всегда была беззащитной девочкой. Ее наивность не знала предела, ее жизнерадостность оказывалась заразительной для всех, кто ее окружал. Она могла найти позитив там, где его никогда не было и не могло быть. И именно это однажды заставило его влюбиться в Кристину.

Он должен сообщить ей сам, как бы тяжело ни было.

– Нет, – сказал Артем после затянувшейся паузы. – Эту новость сообщить должен я.

– Понимаю. – Доктор кивнул. – Если вы не против, я хочу дать вам совет. Позволите?

– Конечно. Что мне еще остается? – Артем едва мог усидеть на месте, так не терпелось ему выйти из кабинета.

– Вы должны настроить ее на борьбу. Заставьте супругу верить в успех, в то, что она будет жить и что вы будете все это время рядом с ней, не бросите ни при каких обстоятельствах. Внушите ей это. Я наблюдал много смертей, но видел и много чудесных спасений, когда люди выкарабкивались из самых, казалось бы, безнадежных ситуаций. Я верю в то, что человек способен выжить даже тогда, когда никто на это не рассчитывает. Если Кристина сама себя уверит в том, что ей это нужно, шансы гораздо выше. Давно замечено, что стресс пагубно влияет на онкобольных. Окружите ее заботой и любовью, не давайте унывать, тогда шансы значительно увеличатся.

Да, такое Артем уже слышал. И вроде кто-то говорил что-то подобное, когда его отец лежал в палате интенсивной терапии после инсульта. Но того не надо было ни в чем убеждать, он и сам противостоял надвигающейся смерти, боролся изо всех сил.

– Спасибо за все, Герман Борисович, – сказал Артем, вставая со стула. Трясущимися руками он собрал со стола документы и уложил их обратно в папку. – Если вы не против, я заберу жену и обсужу все с ней. Мы решим, как поступить.

Доктор тоже встал и протянул Артему визитку.

– Не забудьте: чем скорее вы сюда вернетесь, тем лучше. Не затягивайте. Думаю, вам лучше рассказать все подальше от больничных стен, так ей будет легче принять… э… – доктор замялся, – информацию. Всего хорошего. И звоните, как все обсудите.

Когда Артем подошел к двери, сердце вдруг забилось внутри, словно птица в силках, дыхание стало сбивчивым.

Боже, он совсем забыл!

– Что-то еще? – поинтересовался врач, когда Артем развернулся к нему.

– Она вам не сказала?

– О чем?

– Кристина беременна.

Похоже, доктор был ошеломлен этой новостью.

– Кто? Ваша жена?

– Да.

– Об этом она умолчала. – На этот раз даже врач, сотни раз выносивший смертный приговор своим пациентам, кажется не смог совладать с собой. Он плюхнулся в кресло, отчего то натужно скрипнуло, сложил пальцы в замок. – Какой у нее срок?

– Пять недель, – сказал Артем.

– Ох-ох-о-ох… – Видимо, человеческие чувства Шнейдеру были не чужды.

Мужчина еще пару раз вздохнул, затем посмотрел Артему в глаза. Он явно обдумывал то, что собирался сказать.

– Доктор, не томите. Мы очень хотели этого ребенка, но у нас уже есть один. Дочь. И если вопрос стоит между месячным плодом и Кристиной, я знаю, какой сделаю выбор.

– Да, понимаю. На самом деле, очень редко к нам попадают беременные женщины, тем более на таком раннем сроке. Позже, на втором и третьем триместре, мы легко спасаем жизни детей. Удивительно, но плацента чудесным образом защищает плод от химических препаратов, даже самых сильных. Однако в данном случае я вынужден не просто рекомендовать, а требовать прерывания беременности. Плацента еще толком не сформировалась и не убережет дитя от вредных воздействий. Мне очень жаль.

Мир Артема не просто рухнул, он развалился на тысячи мелких кусочков, и, чтобы собрать его обратно, предстояло совершить нечто невозможное.

Он вышел из кабинета и, прежде чем найти Кристину, забежал в туалет. Его вырвало. Никогда раньше не испытывал того, что пришлось пережить в этот день. Чувство безысходности, которое вселилось в него после разговора с врачом, разрывало изнутри. Всего несколько дней назад Артем считал себя одним из счастливейших людей на земле, и вот теперь он здесь, один из несчастнейших.

Он умылся и попытался отыскать Кристину. Не найдя, вышел на улицу и написал ей сообщение, что будет ждать снаружи. Артем стоял у крыльца, не обращая внимания на снующих мимо людей и сдерживая новые рвотные позывы.

Тем не менее самое тяжелое было впереди. Предстоял разговор с Кристиной, и перед тем, как Артем его начнет, необходимо привести в порядок собственные мысли, совладать со своими страхами и отчаянием.

Поэтому для начала хорошо бы убедить в успехе лечения сначала себя, а уж потом жену.

4

Покинув процедурный кабинет, Кристина прочитала сообщение в мессенджере и вышла из больницы.

Артем сидел на обшарпанной деревянной лавочке под густой кроной клена. Когда она увидела его, улыбнулась.

«Боже, до чего же она красива», – подумал Артем. Длинные белые волосы небрежно развевались от ветра, ей приходилось постоянно поправлять их. Светло-голубые джинсы плотно сидели на округлых бедрах – Артем их просто обожал, – а белая футболка выгодно обтягивала грудь.

Однако красивее всего была именно улыбка. Видя ее, он словно окунался в океан блаженства, полностью в ней растворяясь. Здесь, в тени деревьев, эта улыбка один в один походила на ту, что сразила его несколько лет назад в комнате университетского общежития. Теперь уверенность Артема ослабла. Перед мысленным взором предстало неизбежное. Он понял, что сейчас произойдет нечто непоправимое, и одному богу известно, когда вот такую искреннюю улыбку Артем увидит в следующий раз.

Как только Кристина приблизилась, он почувствовал неприятное ощущение где-то в уголках глаз. Неужели он сейчас заплачет? Неужели это действительно может произойти с ним, тридцатидвухлетним, уверенным в себе мужчиной? Когда подобное было в последний раз? Артем даже вспомнить не мог. Нет. Он этого не допустит. Она ни разу не видела его слез, и, если теперь он даст слабину, Кристина все поймет.

Артем взял себя в руки, натянуто улыбнулся и спросил:

– Потеряла меня?

– Даже немного испугалась, уж не бросил ли ты меня.

Кристина присела рядом на лавочку. Она уставилась на мужа гипнотизирующим взглядом голубых глаз.

Артем сделался серьезным. Как ни пытался себя заставить, он так и не смог больше изобразить непринужденный вид.

– Никогда и ни за что, родная, – сдавленно прохрипел он.

Он посмотрел Кристине в глаза. Ее улыбка мигом сошла на нет, превратив лицо в подобие высеченной из камня маски. Именно в тот момент девушка все поняла, причем еще до того, как Артем рассказал об их совсем не радужных перспективах.

А после были долгие, казавшиеся вечностью объяснения. Горькие слезы девушки, признания Артема в любви, его попытки успокоить жену, обещания, что все будет хорошо, и еще много всего, что в итоге оказалось совершенно бесполезным. Кристина не то чтобы не слушала, она не слышала. Все это время Артем изо всех сил старался не заплакать сам.

Не отдавая себе отчет в собственных действиях, Кристина продолжала держаться за живот, словно чувствовала угрозу малышу. Когда пришло время и Артем сказал про аборт, несчастная истошно закричала, да так громко, что мужу пришлось прикрыть ее рот ладонью. На крик обернулись все, кто был в радиусе ста метров. Люди таращились на пару, пытаясь понять, что же такого случилось у молодой семьи.

Ничего особенного, просто вокруг их идиллии разило тошнотворным смрадом смерти.

В какой-то момент Артем понял, что супруга больше не кричит. Тогда он аккуратно убрал руку от ее лица и крепко обнял.

В этот момент мимо шел парень, похожий на живого мертвеца из фильмов про зомби. Он с трудом передвигался, опираясь на костыли. Вдруг парнишка остановился и с сожалением посмотрел на молодых людей. Выдержав в таком положении несколько секунд, с тоской в глазах он двинулся дальше. Сопровождавшая парня женщина принялась ему что-то нашептывать.

Лысая девочка, тоже оказавшаяся неподалеку, с грустью помотала головой и быстрым шагом исчезла за углом, словно чего-то испугалась. Артем понимал, чего именно. Все они когда-то были на месте Кристины, и добрая половина этих несчастных теперь гнили живьем, пожираемые одной из самых страшных болезней двадцать первого века.

Всех этих людей – проходящих мальчиков и девочек, женщин и мужчин, выглядывающих из окон больницы стариков – объединяло одно: им было жаль молодую и красивую девушку, но гораздо больше они жалели себя, глядя на нее. Ей только предстояло понять, что такое рак, они же были уже слишком хорошо с ним знакомы.

Спустя время, может полчаса или час, Кристина перестала рыдать, остались лишь редкие всхлипы. Она выглядела подавленной. Тушь потекла, и лицо покрылось черными разводами, спускающимися вниз по щекам к подбородку подобно изогнутым руслам рек на картах.

Артем достал из ее сумки влажные салфетки и как мог очистил лицо от туши и слез. Затем нежно поцеловал и изложил план, который наспех накидал в голове.

В эти три минуты он постарался вложить всю свою уверенность. Как-никак им предстояла борьба с одним из самых опасных врагов человечества.

5

Когда чета Абрамовых подходила к машине, старушки, торгующие чаем и булочками, больше не желали им здоровья. Мысленно Артем порадовался их молчанию. Он понятия не имел, как отреагирует на доброжелательность людей после пережитого за последний час.

По дороге к маме Артема, у которой они оставили Дашу, Кристина не вымолвила ни слова. Все это время она казалась отрешенной. Пару раз Артем пытался заговорить с ней, но девушка не реагировала. Она смотрела в окно пустым взглядом и не отвечала на прикосновения.

Артему было неловко.

Впервые со дня их встречи он не мог понять, как и с какой стороны подойти к Кристине, как подобрать слова. В конце концов, бросив эту затею, уставился вперед и постарался больше не отвлекаться от дороги.

Так весь путь до района Спутник Абрамовы проехали в тишине, нарушаемой лишь мерным гудением кондиционера.

Артем не знал, как сообщить страшную новость матери. Ей было почти шестьдесят, и крепким здоровьем она не отличалась – в последнее время у нее постоянно прыгало давление. К тому же невестку она любила как родную дочь, поэтому такие известия следовало излагать крайне аккуратно. Артем волновался. Он знал, что матери нельзя нервничать, но держать ее в неведении тоже не мог. Он был обязан все рассказать.

Квартиру в одном из относительно новых районов Пензы Артем купил маме через полгода после смерти отца. Пока папа был жив, родители ни при каких условиях не хотели уезжать из родной деревни. Отец не усидел бы в четырех стенах и дня. Ему, мужику старой закалки, было жизненно необходимо возиться во дворе, копошиться в сарае, что-то вечно ремонтировать в гараже. Кроме того, он не мог представить жизнь без ежедневного и почти священного ритуала: кормления кур. Со временем родители Артема перестали держать скотину, но вот неприхотливых домашних птиц оставили.

Когда у отца случился правосторонний инсульт, он умер не сразу. Врачи прогнозировали смерть через неделю, максимум через две. Однако папа продержался четыре месяца, чем вызвал всеобщее изумление. Ему было немногим больше пятидесяти пяти, но за годы непростой сельской жизни здоровье заметно пошатнулось. И все же после удара папа не переставал сопротивляться и помутнению сознания, и физическому бессилию. Он даже пытался говорить, хотя испытывал серьезные проблемы с речью.

В те месяцы Артем часто приезжал к матери помогать по хозяйству, но всегда ненадолго. В их старом доме отсутствовал интернет, а без него Артем не смог бы работать. Мама все еще надеялась, что отец выкарабкается, знала его характер. Помнится, как горько она плакала, когда они сидели на крыльце, которое отремонтировал Артем. Но даже в тот момент она смогла вызвать на лице сына улыбку, сквозь слезы заявив:

– Артем, я никуда не поеду. Ты же знаешь, твой отец – тот еще осел. Он даже инсульту не даст собой помыкать.

Артем прекрасно понимал, о чем речь, и поэтому особо не настаивал, когда мама отказалась переезжать в город.

Когда же отец все-таки скончался, женщина наконец сдалась. Почти все ее подруги и знакомые покинули деревню, кое-кто умер, а единственный сын жил теперь в Пензе, в сорока километрах от дома. За бесценок Артем продал родительский участок и купил матери двухкомнатную квартиру в новом доме в Спутнике. Он выбрал район неслучайно: яркие цветные дома и широкая набережная с ее фонтанами и чудесными видами должны были скрасить ее одинокие серые дни. Так еще и неподалеку от маминой новой квартиры жила ее старая подруга. Она переехала туда годом ранее, и Артем помнил, как мама однажды обмолвилась, что после переезда Лиды в город теперь и пообщаться не с кем.

Таким образом, он разом убил двух зайцев. В тот день, когда они переступили порог новой, хорошо обставленной квартиры, мама лила слезы чуть ли не до вечера. Женщина никак не могла поверить, что это ее новый дом. В голове у нее никак не укладывалось, как сын добился таких успехов, как он мог теперь так просто купить шикарное, по ее меркам, жилье.

Артем смотрел на все это с чувством сожаления. Первоклассный ремонт и хороший район не могли стереть горечь невосполнимой потери. Отца не стало, а его он любил гораздо сильнее матери. Именно отец воспитал в нем сильного самостоятельного мужчину. Именно на отца Артем равнялся и во всем брал с него пример.

Тем временем мама продолжала жаловаться, исследуя метр за метром новой жилплощади. Мол, сын зря потратил столько денег и ей, старухе, достаточно одной комнаты, чтобы коротать время до смерти.

Артем же с улыбкой на губах поспешил возразить ей:

– Мама, а где, по-твоему, я буду спать, когда приеду в гости? К тому же здесь есть вайфай, так что так просто от меня не отделаешься. Да и внуков надо будет где-то расположить, когда появятся.

Женщину эти аргументы устроили, особенно последний. О внуках и она, и покойный отец мечтали давно, вот только сын с невесткой все затягивали. В тот день женщина еще не знала, как и сам Артем, что Кристина только-только забеременела Дашей.

Так или иначе, у мамы теперь было комфортабельное жилье с кучей магазинов в шаговой доступности. А вечера она могла коротать на красивой набережной Суры, всего в десяти минутах ходьбы.

Когда Артем припарковал машину возле малиновой многоэтажки, Кристина продолжала молчать, не сводя взгляда с лобового стекла. Он не торопил ее, просто сидел рядом.

Наконец девушка сама нарушила тишину и заговорила хриплым голосом:

– Мы не должны говорить твоей маме о ребенке. Про болезнь – да, про аборт – ни в коем случае.

Артем пришел к тому же выводу.

– Согласен, это будет лишним. Ты пойдешь или хочешь остаться в машине?

Кристина медленно повернула голову и посмотрела на него. Ее огромные голубые глаза были сухими впервые за несколько часов.

– Ты меня уже хоронишь? – спросила она изменившимся тоном и – о чудо! – улыбнулась. Пусть едва заметно, пусть не совсем той улыбкой, какой обычно озаряла его жизнь, но этот вопрос выглядел как шутка.

Артем улыбнулся в ответ. Он протянул руку и коснулся ее щеки.

– Ни в коем случае, моя хорошая. У нас впереди еще целая жизнь. У нас!

Несколько мгновений спустя они уже страстно целовались, как будто были на первом свидании. Артему эти прелюдии напомнили времена студенчества, когда вот так он чуть ли не каждый вечер наслаждался обществом девушки, которая впоследствии стала его женой.

В порыве страсти, совсем потеряв голову, супруги почти перебрались на заднее сиденье. Артем не понимал, как такое возможно после того, что они узнали сегодня. Еще час назад он пытался закрыть рот Кристине, чтобы заглушить дикий вопль, а что теперь…

Они бы точно продолжили, если бы не телефон, на котором заиграло мощное гитарное соло.

Louna.

Значит, мама.

– Артем, вы поднимаетесь или так и будете там стоять? Я вижу, твой трактор возле подъезда. Поднимайтесь давайте, я к вашему приезду кое-что приготовила.

Все мамы – такие мамы.

– Уже идем.

6

«Кое-чем» оказались любимые всей семьей манты, запах которых дразнил уже в прихожей. Мама также не поленилась приготовить домашний малиновый компот и блины с творогом. Артем с Дашей наелись от живота, хотя у малышки было свое индивидуальное меню. Кристина чуть пожевала для приличия и за столом была немногословна. Та жизненная энергия, которая проснулась в ней в машине, рассеялась без следа.

После того как девочки ушли в комнату, Артем остался с мамой наедине. Только теперь он заметил, как она постарела за последние годы. Ему вдруг стало стыдно, что он уделял ей так мало времени. Дело было не только в ее возрасте. Морщин на лице и седины в волосах добавило и одиночество – неизбежный, но не самый лучший спутник после смерти мужа, отца Артема.

Артем изо всех сил пытался видеться с ней чаще. Приглашал в гости на выходные, иногда приезжал сам, жертвуя пьяными посиделками с друзьями или коллегами по работе. Однако как он ни старался, ничто не могло заменить для мамы его отца – ворчливого, но любящего мужа, которого она лишилась.

А ведь Артем помнил времена, когда она была совсем молодой, красивой и стройной девушкой. Никогда бы не подумал, что годы способны сотворить с ней подобное – опустить веки, безжалостно расширить талию и согнуть спину. А когда она перестала красить волосы?

Артем нервно подергивал ногой, пытаясь понять, почему мама больше не следит за собой. Неужели он так переживал из-за смерти отца, что совсем не заметил изменений в ней?

Лучше бы обо всем этом не думать. Но у Артема не получалось.

Кристина играла с Дашей в комнате, когда он за чашкой чая рассказал матери о заболевании. Как и договорились с женой, про беременность и аборт он умолчал.

На удивление, мама не заплакала, хотя новости дались ей нелегко. Слушая, она то и дело придерживалась за сердце, громко вздыхала и даже махала перед лицом ладонью, чтобы прийти в себя. Артем искренне переживал, все ли с ней в порядке и как бы не случилось чего непоправимого.

Однако мама оказалась крепче, чем выглядела. После расспросов о возможном лечении, о шансах на успех и о докторе, с которым общался сын, женщина вынесла свой вердикт. Она уверенно заявила, что Кристина будет жить и что сейчас ей как никогда нужна поддержка любящего мужа, что он, Артем, не имеет права опускать руки, даже если жена прекратит борьбу.

В этой женщине Артем узнал бывалую и строгую училку. Мама проработала в сельской школе всю жизнь и знала, как приструнить детей.

Речь мамы здорово воодушевила, особенно после того, как та пригласила за стол Кристину и отчитала за пессимистичный настрой. Ее слова и шутливые угрозы шквалом осыпались на девушку, и печальные известия вдруг обернулись в глазах Абрамовых всего лишь шуткой. Супруги даже немного посмеялись и на несколько секунд, казалось, забыли о страхе.

– Дочка, – сказала мама в заключение, – даже не думай покидать моего сына, у него, кроме тебя и Даши, никого нет. Я уже слишком стара, чтобы подбирать за ним носки, разбросанные по дому.

Уходили они в приподнятом настроении и даже решили прогуляться по набережной: прошлись вдоль реки, помочили руки в прохладной воде фонтана, прокатились на колесе обозрения. Радости Даши от таких приключений не было предела. Она еще не осознавала всех тягот взрослой жизни и просто радовалась мелочам.

По пути домой Артем думал о будущей ночи. Ему предстояло изрядно потрудиться в поисках ответов на вопросы о лейкозе, способах лечения и лучших клиниках в мире, специализирующихся в этой области.

И о необходимой сумме денег.

7

По приезде домой Артем сам выполнил все вечерние ритуалы, с рождением ребенка ставшие своеобразной традицией в их семье. Он осознавал, как тяжело сейчас Кристине. Слабость не проходила. После напряженного дня и долгой прогулки она легла на кровать и больше не вставала. Хотя заснуть не удавалось.

За это время Артем покормил Дашу, пусть она и не особо хотела есть после бабушкиных угощений. Затем помог ей искупаться и уложил спать, спев «Мышку» из репертуара «Чижа». Благо дочка угодила в объятия Морфея почти мгновенно.

Кристина поблагодарила мужа за заботу. После, не произнеся ни слова, она ворочалась в постели часа два, время от времени жалостливо всхлипывая в темноте. У Артема так и не получилось ее успокоить. Он запретил ей заходить в интернет в поисках статей о лейкозе и способах борьбы с ним – пообещал целиком и полностью взять на себя обязанности по лечению. Зная ее мнительность, он просто не мог допустить, чтобы супруга накрутила себя еще больше, начитавшись страшилок, которые могли попасться в Сети.

К полуночи девушка наконец сдалась и уснула. Артем покинул постель и отправился туда, где ему лучше всего думалось.

Кабинет Артема, как и их с Кристиной спальня, располагался на втором этаже дома. Обставленный по личному усмотрению хозяина, он был единственным местом во вселенной, где Артем полностью отстранялся от этого мира. В кабинете он работал, иногда читал и, главное, мог позволить себе играть в приставку, которую ненавидела жена.

У Артема была даже своя мини-библиотека, состоявшая в основном из книг по программированию и информатике. Однако исторические романы он тоже не обходил стороной, хотя они и не пригодились бы в его профессии. В основном к ним относились книги Пикуля, а также другие издания, связанные с историей двадцатого века. Особенно Артема увлекала Вторая мировая война.

На одной из стен, оклеенной светло-зелеными обоями, висели портреты выдающихся полководцев Великой Отечественной: Жукова, Василевского и Рокоссовского – уважаемых и почитаемых Артемом стратегов, чьими решительными действиями он всегда восхищался. На той же стене, к его удовольствию и к удивлению всех, кому довелось побывать в кабинете, висели еще две картины. Одна – с изображением Дейенерис Таргариен, другая – с Тирионом Ланнистером. Любимые персонажи «Игры престолов» были написаны маслом на заказ, и Артем очень гордился тем, что обладал чем-то единственным в своем роде.

Кристина порой в шутку «ревновала» его к королеве драконов и утверждала, что Артем женился на ней только потому, что они с Эмилией Кларк были похожи. Сходство действительно присутствовало. Его жена, как и актриса в сериале, имела пусть не серебряные, но длинные белые волосы. Были и другие общие черты: голубые глаза, пухлые губы, широкие бедра и аккуратная грудь. Они были даже одинакового роста. Артем не замечал этого, пока Крис ему не намекнула. Долго они тогда смеялись, а потом устроили что-то вроде ролевых игр, где супруга в шутку изображала мать драконов.

Кристина всегда с пониманием относилась не только к его пристрастиям, но и к работе. Она будто чувствовала, когда Артему нужно сосредоточиться и уединиться. Никогда не отвлекала, даже если ей требовалась помощь по дому. Она терпеливо ждала и только тогда, когда Артем покидал кабинет, могла обратиться к нему с какой-либо просьбой. А ведь он мог не выходить оттуда больше десяти часов, игнорируя голод и отлучаясь только в туалет. Кристина просто знала, что так надо. В этом была вся она, и никого другого рядом с собой Артем представить не мог.

До рассвета Артем просидел за компьютером, изучая всевозможные медицинские ресурсы и форумы. Вначале он заглянул в «Википедию», потом потратил несколько часов на переходы по бесконечным ссылкам и чтение статей. Всю полезную информацию Артем конспектировал в блокнот, туда же выписывал выдержки из научных статей, адреса и номера, чтобы наутро все хорошенько обдумать, выбрать нужное направление и следовать этим маршрутом. Примечательно, что насчет новейшего оборудования и хороших гематологов в Пензенском онкодиспансере доктор Шнейдер не соврал.

К шести утра все, что волновало Артема последние сутки, было упорядочено и расписано на страницах записной книжки. Теперь им с Кристиной осталось отсеять лишнее и двигаться дальше, навстречу выздоровлению. В ту ночь он наивно полагал, что им удастся победить болезнь, поставить, как говорится, рак раком.

Но сначала предстояло кое-что еще.

Номер и адрес клиники, где быстро и безопасно делали аборт, Артем записал в самом конце, перед тем как лег спать.

### Глава 2. Лечение

1

Утро выдалось тяжелым.

После бессонной ночи Артем едва смог открыть глаза. Когда он вышел из комнаты, Кристина уже была на кухне. Выглядела она еще хуже прежнего: кожа была бледной, на лице остались мятые следы от подушки, глаза покраснели, а плечи поникли. Пока она готовила завтрак, они не проронили ни слова. Казалось, девушка вновь ушла в себя.

Только Даша была на своей волне – радостно и безмятежно выносила мозг родителям. Хорошо, что она ничего не понимала.

За кружкой кофе Артем кратко рассказал Кристине о том, что прочитал ночью. Супруга слушала без особого энтузиазма, и ему это очень не нравилось. Он понимал, что уныние до добра не доведет. Если так будет продолжаться и дальше, далеко они не уйдут. Хотелось в очередной раз прочитать жене пару нотаций, но озвучивать мысли при дочери Артем не стал.

Когда Абрамовы позавтракали, прибыла Ирина Сергеевна – няня, которую они нашли для Даши. Женщина работала у них уже больше полугода и за это время зарекомендовала себя как хороший специалист. Несколько лет назад она вышла на пенсию, ее дочь с мужем и детьми переехала в другой город, поэтому, посидев дома месяц, она нашла себе неплохое занятие. Всю жизнь Ирина Сергеевна проработала воспитателем в детском саду, и общение с детьми давалось ей очень легко. Для нее воспитание чужих малышей было не столько работой, сколько призванием. Даже Даша, не особо жалующая чужих дядь и теть, всем сердцем полюбила няню и, когда та долго не приходила, задавала много вопросов.

Попрощавшись с дочерью, молодые родители направились в онкодиспансер – в ближайшее время это место должно было стать для Кристины новым домом. Артем всю дорогу рассказывал о новейших медицинских разработках, о нескольких хороших клиниках в Германии, Турции, Испании и Израиле. Но Кристина, как и утром за завтраком, его не слушала.

В конце концов Артем не выдержал: нашел удобное место, остановил машину и заглушил двигатель.

– Что случилось? – поинтересовалась Кристина, бросив расфокусированный взгляд в сторону мужа.

– А ты не понимаешь?

– Не особо.

– Послушай, – как можно спокойнее постарался сказать Артем, – если сейчас диагноз подтвердится, нам нужно сразу же начинать лечение. Немедленно, понимаешь, Крис?

Девушка молчала, лишь хлопала ресницами да время от времени утирала пальцами покрасневший нос.

Артем не собирался останавливаться:

– И лечение не будет успешным, если ты не настроишься на выздоровление. Я уже настроился, Крис! Я люблю тебя и не собираюсь терять. Я сделаю все, чтобы мы зажили прежней жизнью, потому что не представляю себя без тебя. Кроме того, у нас есть Даша, ты не забыла об этом?

Кристина все-таки сорвалась и заплакала – то ли ее тронули слова мужа, то ли она думала о болезни… Девушка поправила распущенные волосы и покачала головой: конечно же, она помнила о дочери.

Артем не спускал с нее глаз:

– Нет, милая, я хочу, чтобы ты сказала мне. Говори.

– Я… Я… Не забыла. – Говорить мешали тихие всхлипы. Ее голова поникла, а руки крепко сжались в кулаки.

– Не забыла что? – не унимался Артем.

– Не забыла, что у нас есть дочь. Но… Артем, а вдруг ничего не получится? Ты понимаешь, что мне страшно? Я имею в виду…

Артем улыбнулся и взял супругу за руку. Он чувствовал ее напряжение, как тяжело даются ей слова. За окном начинался дождь, и капли воды легонько стучали по корпусу машины.

– Все получится. И раз ты все еще помнишь, подумай вот о чем. Даше нужна мама, мне нужна жена. И мы никогда тебя не бросим, мы не хотим тебя терять. Мы будем с тобой, а ты должна быть с нами. Иначе никак!

Кристина шмыгнула носом, вытерла слезы и посмотрела Артему в глаза.

Тот продолжил:

– Без тебя мы с Дашей не справимся. Ты нам нужна, нам нужна твоя вера в успех, твоя заразительная жизнерадостность, сумасшедшие причуды, которые мы так любим.

На этот раз девушка не смогла сдержать улыбку. Она прекрасно понимала, что имеет в виду муж.

Артем обожал Кристину за то, что она всегда и везде оставалась собой – бесшабашной и неугомонной девчонкой. Без преувеличения. Его очаровательная, самая красивая в мире жена могла начать глупо пританцовывать прямо посреди улицы, если рядом проезжала машина с понравившейся ей музыкой. Кристина единственная из всех, кого он знал, могла себе позволить безудержно смеяться в кинотеатре, если ей показалась забавной какая-то сцена в фильме. И все равно, что остальные в зале молчали и сосредоточенно пялились в экран. Если Кристина считала что-то смешным и начинала хихикать (а она именно хихикала, а не смеялась), уже ничто не могло ее остановить. В конце концов окружающие люди тоже начинали хохотать вместе с ней. Всегда, когда подобное происходило, Артем знал: другие зрители смеются не из-за кино, их заставляет хохотать заразительный смех его жены. Невольно он и сам начинал глупо ржать.