Александра Кузнецова
Вы ошиблись няней, дракон!

Глава 1

Впереди меня шел енот. Он постоянно что-то говорил, пояснял, советовал, но я никак не могла сосредоточиться на словах.

И ясное дело!

Большой прямоходящий енот в бирюзовом расшитом бисером халате, а промеж серых ушек маленькая золотая шапочка с кисточкой, раскачивающейся в такт ходьбе.

Ходьбе и его хвосту. Большому полосатому хвосту.

Я засмотрелась на хвост и чуть не упала, вовремя ухватившись за белоснежную мраморную колонну дворца.

– Обувь неудобная? – участливо поинтересовался енот, я лишь натянула на лицо улыбку.

Причем тут обувь? Дело в ногах. Ноги-то не мои!

Я приподняла подол длинного лилового платья и еще раз посмотрела на тонкие белоснежные щиколотки.

Не мои.

Черные глаза-бусинки смотрели на меня с участливым сочувствием.

– Фарго не знает, как вы люди вообще носите обувь.

Енот пошлепал босыми лапками по мраморному полу, чем вызвал мой очередной ступор.

– О, дорогая, – вздохнул он, поправляя съезжающую на бок тюбетейку, – очень неудобно вас торопить, но мы так ждали здесь вашего появления. Особенно наш уважаемый регент-дракон.

Я снова улыбнулась и беспомощно пискнула что-то утвердительное. Еще и дракон?!

Енот махнул хвостом и снова пошлепал вперед, заставив меня семенить следом. Туфли и правда были неудобные, на каблуке, да еще и размера тридцать пятого, наверное, может, тридцать шестого.

А у меня тридцать восьмой.

Был.

А сейчас? Я подумала, что не уверена, что мои нынешние ноги заканчиваются пальцами, вдруг там перепонки, замаскированные копыта? Что еще может быть в этой чертовщине.

– Фарго понимает, что вы немного в шоке, перемещение души между мирами дело нешуточное! Но не переживайте, это совершенно нормально, – весело продолжал енот, размахивая пушистым хвостом, словно метелкой.

– Да, конечно, обычное дело, – пробормотала я и снова вздрогнула.

Голос тоже незнакомый. Очень нежный, девичий, словно колокольчик. Не мой голос. Я едва поборола желание снова себя ущипнуть. После прошлого остался синяк и досадное понимание, что происходящее – реальность.

Мы прошли по светлому коридору, стены которого были увешаны картинами в золочёных

рамах. Портреты незнакомых благородных господ сурово взирали на меня, будто осуждая за то, что я тут вообще делаю. Впрочем, этот вопрос я задавала себе и сама.

– О, вот зеркало, о котором вы спрашивали! – воскликнул енот и указал лапкой на высокое, богато украшенное трюмо у стены. – Как вам ваше новое тело?

Я осторожно подошла к зеркалу и чуть не охнула вслух. Из отражения на меня смотрела стройная, хрупкая девушка с густыми волосами цвета зрелой пшеницы, идеальной фарфоровой кожей и огромными голубыми глазами.

– Вам нравится? – с неподдельным энтузиазмом спросил енот. – Мы очень старались подобрать тело максимально похожее на ваше прежнее. У нас получилось?

Я с усилием натянула улыбку, которая казалась мне немного кривой, и нервно кивнула:

– Спасибо, – пискнула я, – Один в один.

Если не учитывать, что настоящая я – высокая шатенка с вечно растрепанными волосами, хрипловатым голосом и синяками под глазами от хронического недосыпа.

Наверное, такой до болезни была Рая?

Но вслух я решила ничего не говорить. Енот так гордился проделанной работой, а мне сейчас совершенно не хотелось никого огорчать.

– Замечательно! – просиял енот, которого, очевидно, звали Фарго. – Теперь Фарго проведет вас мимо сада, покажу вам мальчика.

– Мальчика?

– Да, наследника! Нашего будущего короля. Не волнуйтесь, в должность няни вы вступаете завтра, а сегодня просто посмотрите на него, регент наверняка спросит ваше первое впечатление, к тому же…

Я уже не слышала слова Фарго. Ладно дракон, ладно енот. Но я?! Няней?! Я же в жизни с детьми не работала. Да что там, даже не пересекалась толком!

А уж когда енот подвел меня к открытой трассе, где виднелась маленькая одинокая фигурка, мне и вовсе поплохело.

В конце террасы, на краю белокаменного парапета, в одиночестве сидел маленький мальчик. Он был настолько хрупким, что казался тонким, почти прозрачным, будто и вовсе сотканным из воздуха и солнечных лучей. Бледное личико, нежное и задумчивое, обрамляли тонкие светлые волосы, почти серебристые на солнце. В длинных худеньких пальчиках ребёнок держал палочку и без особого энтузиазма ковырял ею землю в огромном глиняном горшке, где рос грустный куст с поникшими листьями.

Рядом с мальчиком, на небольшом расстоянии, стояли двое стражников в строгих мундирах, с каменными, абсолютно равнодушными лицами, словно вырезанными из мрамора. Казалось, они даже не замечали ребёнка, которого должны были охранять.

Я замерла, невольно ощутив болезненный укол где-то в груди. Почему он один? Почему никто с ним не разговаривает, не играет?

– Конечно, – вздохнул Фарго, чуть понизив голос, – мы уже обсуждали с вами состояние наследника и его проблемы, но вы ведь и сами всё видите. Именно поэтому мы выбрали вас – никто другой лучше не справится, – и добавил уже тише, – Хотя лично Фарго считает, что сломанное уже не починить, но вам, людям, виднее.

Я не сразу поняла смысл его слов. Сердце тревожно застучало в груди. Сломанное?

Я присмотрелась внимательнее. Мальчик медленно поднял голову и встретился со мной взглядом. Его глаза оказались глубокими и грустными, огромными, цвета грозового неба.

В них не было ни радости, ни любопытства, только молчаливая тоска и какое-то щемящее ожидание.

Он выглядел так, будто давно смирился с тем, что его забыли здесь, среди этих строгих, холодных стражников и равнодушных взрослых, для которых он не ребёнок, а всего лишь «наследник» и «будущий король».

Хотя, это мне так показалось. А что я понимаю в детях? Не просто же так он здесь один.

А вдруг с ним что-то не так?

Может, он по ночам разговаривает с призраками, поджигает шторы или крадёт ножи со стола?

В голове тут же всплыли кадры из всех ужастиков про дьявольских детей, которые я когда-либо смотрела. Маленькие ангелочки, за милыми улыбками которых скрывались маньяки!

Я сглотнула, стараясь прогнать нелепые мысли. И вообще, зачем им няня из другого мира? Что за бред? Неужели не нашлось никого отсюда. И отсюда – это откуда?

Голова все еще кружилась, я подняла глаза на небо и заметила его слегка лиловый оттенок. И воздух. Дышится как-то иначе. Совершенно точно, однозначно, железобетонно я в другом мире.

– Едрёна корень! – буркнула я под нос.

– Что? Что вы сказали? – встрепенулся енот.

– А… спорись хотела. А где его прошлая няня? Можно с ней пообщаться на предмет… передачи опыта?

Енот вздохнул, повертел шапочку в маленьких лапах.

– Она в темнице безвременья, как и прошлая, впрочем.

Не очень-то обнадеживает, так скажем.

– А… какая-нибудь няня, другая?

– О, боюсь остальные покинули нас…

– Уволились?

– Покинули… – уклончиво ответил енот, лишь усугубляя мою внутреннюю панику.

– Ах, а вот, кстати и регент!

Я услышала тяжелые решительные шаги за спиной и медленно обернулась, поперхнувшись дыханием.

Вот это да…

Передо мной стоял он – Регент-дракон. Один его взгляд приковал меня к месту, заставив позабыть, как вообще дышать.

Высокий и мощный мужчина возвышался над всеми присутствующими на целую голову, заставляя меня чувствовать себя лилипуткой.

Боже, и с чего я взяла, что он будет покрыт чешуей? А есть ли у него крылья?

Но несмотря на отсутствие драконьих признаков я нутром чуяла, что передо мной не человек. Точные, но плавные движения, словно каждый жест оттачивался тысячу раз и в его облике неуловимо чувствовалось что-то хищное.

Тёмные одежды из тяжёлого бархата подчёркивали крепкую фигуру. Вроде камзол, но почему-то казалось, что дракон закован в броню.

Я встретилась с ним взглядом, попыталась отвести глаза и не смогла. Холодная серая сталь, острая, как бритва.

– Регент Кайден, – нервно пробормотал Фарго, поспешно сняв тюбетейку и прижав её к груди лапками, – позвольте Фарго представить вам Раису Львовну. Лучшего пи-педагога-дефектолога-логопеда с Земли.

Регент смотрел на меня с неприкрытым недоверием. В его ледяных глазах читалось глубокое сомнение.

Фарго нервно кашлянул и торопливо начал перечислять мои достоинства:

– Раиса Львовна является автором многочисленных научных трудов по психологии и педагогике! Она молодой специалист, но воспитала десятки талантливых и одарённых детей, справлялась с самыми сложными случаями! А ещё у неё невероятно добрый характер, небывалое терпение и… и…

Фарго беспомощно замолчал, явно потеряв нить рассказа, и беспокойно замахал лапками, стараясь выжать из памяти хоть что-то ещё убедительное.

Я снова улыбнулась, чувствуя, как улыбка выходит ещё более натянутой и нелепой. Научные труды? Терпение? Я пыталась вспомнить, читала ли хотя бы одну книгу по психологии? Фрейда из любопытства…

Но Регент, казалось, не слушал енота. Он продолжал изучать меня тяжёлым взглядом, от которого мороз пробегал по спине.

– Любопытно, – негромко произнёс он наконец, чуть сузив глаза. – Очень любопытно.

Я изобразила на лице самую добродушную и спокойную улыбку, на которую была способна, хоть от страха колени дрожали мелкой дрожью.

Кайден молчал, пристально изучая меня своим пронзительным взглядом. Сердце моё застучало так сильно, что, казалось, он наверняка это слышит. Но мужчина оставался неподвижным, словно высматривая подвох или ошибку.

А она была! Я никакая не Раиса, я Ольга! И вовсе я не педагог…

Неожиданно Кайден шагнул вперёд и заговорил. Голос его был глубоким, тихим, но каждое слово звучало так, словно он выносит приговор:

– Мне нужно переговорить с вами. Наедине.

Я едва успела удивлённо моргнуть, как сильные пальцы сжали мой локоть, властно и уверенно уводя в сторону. Я бросила испуганный взгляд на Фарго, но енот лишь виновато пожал плечами, поспешно водружая на голову тюбетейку.

Регент остановился только в глубине террасы, за тяжёлой бархатной портьерой, и развернул меня к себе лицом. От его близости я вдруг забыла, как дышать, а сердце снова замерло в ожидании чего-то страшного.

– Я приказал оракулу доставить няню с Земли, – негромко произнёс он, внимательно изучая моё лицо, – потому, что это гарантирует отсутствие у вас связей при дворе. За трон идет грызня и я устал распутывать клубки интриг. Как бывший генерал, я решаю такие вопросы мечом. И вас это тоже касается. Есть вопросы?

Я поняла, что что-то спросить нужно. Можно ли уже уволиться? Что такое безвременье? Кто такой оракул? Где я вообще нахожусь?! Почему он – дракон. Но я поборола волну паники и рассудила, что няня бы спрашивала о ребенке. Выдохнув, я произнесла все еще чужим для меня голосом:

– А… что случилось с его родителями? – осторожно спросила я, боясь задеть больную тему, но не способная удержаться от вопроса.

Дракон мрачно отвёл взгляд, поджал губы и сухо ответил:

– Мертвы. Но не советую вам касаться этой темы. Ваша задача – воспитать будущего короля, поверьте, я буду за вами следить. Не вздумайте влезать в дворцовые интриги.

– Почему именно с Земли? Няня с Земли?

Регент бросил взгляд на сад, где все так же одиноко и безучастно копался малыш.

– Мама Артура была попаданкой с Земли. Надеюсь, у вас получится установить с ним контакт.

Я сглотнула и молча кивнула. Регент отпустил мою руку, бросил на меня последний тяжёлый взгляд и решительно удалился, оставив меня в полнейшем замешательстве.

– Ох, дорогая, – выдохнул Фарго, осторожно выглядывая из-за портьеры и поправляя свою тюбетейку, – не стоит так пугаться. Регент, хоть и суров, как полагается бывшему вояке, но не казнит никого без повода.

Я нервно сглотнула и задумчиво посмотрела вслед удаляющейся высокой фигуре.

Интересно, если сказать регенту, что я нечаянно подменила Раису Львовну собой, он мне поверит? Или сожжёт на месте? Хотя, если честно, подмена вышла не такая уж нечаянная. По-хорошему во всём виновата я сама.

Я глубоко вздохнула и снова посмотрела на малыша. Совсем крошечный, хрупкий, будто сделанный из тончайшего фарфора. Сколько ему лет? Три с половиной? Четыре? Да какая разница – в любом случае слишком мало, чтобы сидеть здесь в одиночестве под холодным присмотром равнодушных стражников.

Моё сердце сжалось.

Я совсем не умела обращаться с детьми.

Никогда не работала ни воспитателем, ни няней, и даже племянников или младших братьев и сестёр у меня не было.

Но что-то подсказывало мне, что именно сейчас мальчику больше всего нужен кто-то,

кто просто будет рядом, не пугаясь его и не отвергая.

– Я попробую, малыш, – тихо пробормотала я.

Главное сейчас – не наделать глупостей, как буквально вчера… вчера в прошлой жизни. Ведь именно из-за моей несносной привычки сначала действовать, а потом думать я и оказалась здесь.

В чужом теле, в чужом мире и в совершенно чужой роли.

Но отступать уже поздно.

В конце концов, если меня не сожгут прямо сегодня, может, всё ещё получится исправить?

Или хотя бы не сделать хуже…

Я резко села на кровати, сердце застучало как сумасшедшее. Глянула в окно – ночь!

– Сейчас! Минутку! – пискнула я чужим голосом и вздрогнула от неожиданности.

Зачем я понадобилась дракону посреди ночи? Уж явно не для романтической встречи. С ребёнком что-то?!

Я подскочила к зеркалу, стараясь пригладить волосы. Они все еще ощущались чужими, как и все тело.

Я даже не успела до конца прийти в себя, как дверь распахнулась, и в комнату вошла… горничная?

Я так и замерла с поднятой рукой.

Передо мной стояла рыжая лисица с хитрой мордочкой, одетая в аккуратное голубое платье с белоснежным передником. На голове – белый чепец, из-под которого торчали остренькие ушки.

Она поразила меня даже больше Фарго. Мир магии и говорящих животных – с ума сойти.

– Раиса Львовна, нужно идти, – вежливо произнесла лисица и грациозно повела хвостом, – Его Величество не привык ждать.

Я смогла только кивнуть и послушно последовать за ней, совершенно забыв спросить, куда именно меня ведут. Да и какая разница, если впереди меня вышагивала говорящая лиса?! Я с трудом сдержалась, чтобы не ущипнуть себя ещё раз.

По бокам молчаливо следовали два охранника – вполне человеческих, хоть на том спасибо.

И лица у них были настолько серьёзные и суровые, что меня начала накрывать паника. Похоже, ничего хорошего меня не ждало.

Наверняка подмена вскрылась!

Сейчас ведут на ковёр к регенту, отчитают, выселят и вернут обратно.

Почему-то от этой мысли стало как-то даже спокойно. Вот и отлично, все встанет на свои места. В конце концов я же не специально!

У мальчика будет отличная добрая няня. Рая – мечтательница. У неё каждый день

начинается с вопроса: кому я сегодня подарю чудо? Даже если вчера её «чудо» украли вместе с кошельком.

Правда в голове мелькнула мысль, хороша ли такая няня для мальчика, которому потом предстоит стать королем?

Дракон говорил что-то про интриги, заговоры. Я бы выбрала на место няни кого пожестче, впрочем, а что я в этом понимаю?

С детьми не умею, с людьми тоже не лажу.

Раиса наверняка заслужила новую счастливую жизнь, а мальчик любящую няню.

Ну и ладно, даже один день в чужом теле, в красивом платье и с такой лёгкостью в ногах – уже роскошный подарок судьбы.

Говорящие еноты и лисы, дракон в небе, замок настоящий. Классно!

Жалко только не поела!

Я с грустью прислушалась к собственному животу, который вдруг жалобно заурчал. Налопаться чего-нибудь местного и тогда можно домой… Домой?

Я внезапно поняла, что даже не знаю, что сейчас считать домом. Больничную палату, наверное.

Раз уж это мои последние минуты в другом мире, надо насладиться ими как следует!

Я замедлила шаг, разглядывая всё вокруг и пытаясь запомнить каждую деталь.

Дворец и правда оказался невероятно красивым: высокие стены, плавные арки и колонны, украшенные тонкой резьбой, похожей на кружево. Было в этом что-то неуловимо восточное.

Мягкий свет чуть розоватых факелов освещал коридоры, отражаясь в полированном мраморе и создавая уютную, почти домашнюю атмосферу.

Странно, что я раньше не замечала всей этой красоты – наверное, слишком сильно нервничала.

Мы вышли во внутренний дворик, тот самый, где днём играл мальчик. Сердце снова сжалось от воспоминания о его грустных глазах, но я быстро отогнала это чувство и решительно свернула к ближайшей клумбе.

– Раиса Львовна? – удивлённо окликнула меня лисица, но я лишь махнула рукой.

– Одну секундочку!

Я наклонилась к цветам, вдохнула их странный, сладковатый аромат. Экзотические бутоны выглядели сказочными: яркие, разноцветные, с лепестками, похожими на крылышки бабочек. Я осторожно коснулась пальцем самого крупного цветка, и он неожиданно вздрогнул и тихонько захлопнулся.

Я улыбнулась. Надо же, чувствительные какие!

– Ох, Раиса Львовна, пожалуйста! – обеспокоенно попросила лисица. – Регент нас ждет. Он будет недоволен, если мы опоздаем…

– И что сделает? – поинтересовалась я с горькой усмешкой.

Ох, как же хорошо это быть собой! Не прикидываться Раей, не бояться, что обман раскроют.

– Где у вас тут кухня? – поинтересовалась я у охранников.

Один из здоровяков растеряно указал куда-то в сторону лестницы. Лисица тут же хлопнула его лапой по плечу.

– Эй! Велено привести!

– Это тебе велено привести, хвостатая. Нам велено сопроводить…

– Отлично! Тогда сопроводите меня на кухню, – решительно сказала я и поспешила к лестнице.

Лестница оказалась длинной и витиеватой, с широкими ступенями, выложенными мозаикой. Я шла, осторожно придерживаясь за гладкие мраморные перила и любуясь игрой огней на потолке. Казалось, это мой личный триумфальный спуск, пусть и в сопровождении двух растерянных охранников и разгневанной рыжей лисицы.

Внизу нас встретила массивная деревянная дверь с красивыми коваными завитками. Я без всяких церемоний толкнула её, и дверь легко открылась, выпуская навстречу густой аромат корицы и свежей выпечки.

Кухня оказалась огромной, похожей скорее на роскошную пиршественную залу, чем на рабочее помещение. Высокий потолок с дубовыми балками, развешенные повсюду гирлянды сухих трав и специй, длинные разделочные столы из светлого дерева, заваленные разнообразной едой. В печах уютно потрескивал огонь, а медные кастрюли и сковородки блестели в отблесках пламени.

Повара и поварята, похожие на маленьких пушистых медвежат в белых колпаках, застыли с открытыми ртами, увидев моё неожиданное появление.

– Кто это? – пискнул самый маленький, уронив на пол сковородку.

Хотелось пошутить, представиться «ревизорро», но это было бы уже слишком.

– Прошу прощения! – сказала я, шагая вперёд и с наслаждением вдыхая восхитительные ароматы. – Я няня наследника, очень голодная. Накормите меня?

– Раиса Львовна, умоляю вас! – зашипела лисица, цепляясь лапками за мой подол, – Регент испепелит нас за опоздание.

– Не вас, а меня! Так что позвольте девушке напоследок наесться всласть! – беспечно бросила я, высвобождаясь из её лапок и устремляясь к ближайшему столу.

Смущенные моим появлением поварята поспешили подсунуть мне корзинку с румяными пирожками, я откусила и застонала от удовольствия.

– Сладкое тесто, сочная, чуть пряная начинка – фантастика! Ну вы волшебники, а не кулинары!

Мои невольные комплименты произвели неожиданный эффект, кажется, маленькие повара решили скормить мне все, что попадется им под руку.

Рядом обнаружилась огромная кастрюля с густым фиолетовым супом. Мне уже налили половник на пробу.

Я не стала дожидаться ложки, хлебнула через край и с удивлением попробовала снова:

– Такой приятный маслянистый вкус. Вроде никак, а на послевкусие орех и… какая-то специя. Обалдеть. Это с лепешкой едят?

– Это сосус! Его можно совсем немного! Ложку-две! – ворчала лисица, – Умоляю вас, берите пирожки и идем быстрее.

И я уже была готова согласиться, но тут из печи на моих глазах достали что-то наподобие рагу. Запах мяса ударил в нос, и я поняла, что никуда отсюда не уйду.

Я уже и забыла, кого это – вкусно есть! Мне предстоит больничная диета до конца жизни, так что я буду использовать каждый миг. И неважно сочетается ли этот соус с мясом и не будет ли плохо от такого количества соуса. Завтра это уже будут не мои проблемы!

Поварята услужливо положили мне рагу, какую-то полу застывшую холодную кашу, яичный рулет с чем-то красным.

Я пробовала и не могла сдержать стонов.

– Очень вкусно, очень. И мясо. Мясо – это восторг.

Я встретилась с суровым взглядом лисицы и вздрогнула.

– Надеюсь, это приготовили не из говорящего быка или барана? – спросила я.

Лисица взвизгнула от ярости.

– Так, все! Хватайте её и тащите!

Она попыталась подтолкнуть ко мне одного из охранников, но не смогла сдвинуть его с места.

– Приказа хватать и таскать не было! – запротестовал он, подняв руки вверх. – Она ж няня наследника, вдруг осерчает, а регент нам головы открутит?

– Регент за опоздание всем нам головы открутит! – взвыла лисица.

Но я уже перестала слушать. На столе появились десерты! И благодарные зрители в виде пушистых говорят, буквально заглядывающих мне в рот и ожидающих еще похвалы.

Передо мной возвышалась башня из воздушных пирожных с кремом и ягодами, рядом карамельный пудинг и ещё какое-то чудо с голубым желе и лепестками цветов.

Я быстро схватила пирожное и с наслаждением отправила в рот. Крем растёкся по подбородку, капнул на платье, но есть аккуратнее я не могла.

– Восторг! Кто додумался добавить в крем кусочки желе – волшебник. Мм…

– Тогда я сама! – рыкнула лисица и со звериной прытью ринулась на меня.

Я вскрикнула от неожиданности и отскочила, успев схватить пирожное уже с другими ягодами.

– Не стой между мной и едой! – пригрозила я, – Я чуть не умерла и мне нужно, необходимо, архиважно заесть стресс!

Но лисица похоже озверела в прямом смысле слова. Она выгнула спину дугой, в глазах

блеснул чистый хищный азарт.

– Люблю надирать зад бесхвостым! – прошипела она и приготовилась к атаке.

– Стоять, – предупредила я, аккуратно отодвигая тарелку за спину. – Это моё!

Лиса сузила глаза… и молнией метнулась вперёд.

Я охнула, попыталась заслонить тарелку локтем, но не вышло. Лисица повисла на моей руке, локоть соскользнул и тарелка, словно катапульта, запустила пирожные в полет. Одно, особенно прыткое перевернулось в воздухе и врезалось… в регента, некстати появившегося в проеме двери.

Тишина стала такой, что можно было услышать, как крем медленно скользит вниз по ткани.

Я замерла. Лиса замерла. Даже пирожное, кажется, притворилось мёртвым.

Я сглотнула. Даже осознание того, что завтра я проснусь в больничной палате, если вообще проснусь, не помогало справиться с дрожью в коленях.

Нет, этого человека – дракона, регента, правителя – нельзя было игнорировать. Он излучал такую непоколебимую властность, что вся моя бравада тут же сошла на нет. Надо же, секунду назад я думала, что ничего не боюсь. Ага…

Повара тоже застыли, как маленькие статуэтки. Лисица прижала лапки к мордочке, охранники вытянулись в струну и смотрели прямо перед собой, будто надеясь, что регент примет их за мебель.

Тут в кухню вбежал запыхавшийся Фарго, его бирюзовый халат развевался, а тюбетейка съехала набок. Он остановился рядом с регентом, тяжело дыша.

– О, ночное нападение на кухню! – поспешно воскликнул енот, переводя дыхание. – Милые шалости! В каждом хорошем педагоге живёт ребёнок! Это, кстати, прекрасный способ найти контакт с наследником. Просто восхитительно! Правда, Ваше Высочество?

Енот бросил на меня отчаянный, почти умоляющий взгляд, но я, честное слово, и рта открыть боялась. А попытка енота сгладить ситуацию, казалось, и вовсе была напрасной.

Дракон и бровью не повел. Все так же смотрел на нас, будто насквозь видел.

– Кстати, а что вы все здесь делаете среди ночи? – Фарго все еще пытался улыбаться, но уголки губ уже нервно подрагивали.

Никто не ответил. Все застыли в ожидании, но никто не осмеливался даже пошевелиться. Нужно было что-то делать, в конце концов я виновата.

Я сглотнула, мысленно попрощалась с жизнью и взяла со стола чистую салфетку, протянула регенту:

– Пожалуйста…

Дракон молча взял салфетку из моих дрожащих пальцев и неторопливо вытер крем с камзола.

Казалось, воздух на кухне снова начал циркулировать. Я робко улыбнулась в надежде хоть немного сгладить ситуацию.

Но улыбка погасла, когда регент медленно произнёс тихим, но безжалостным голосом:

– Веду няню на допрос к провидицам.

Раздался дружный стон поварят. Фарго вздрогнул, глаза его округлились от ужаса, а тюбетейка снова съехала набок. Лисица покачала головой и закрыла мордочку лапками.

Я в растерянности переводила взгляд с регента на енота и обратно.

Регент резко развернулся и направился к выходу, не говоря больше ни слова, лишь коротким жестом приказав следовать за ним. Я покорно двинулась вслед, даже не подумав возражать. Сердце билось где-то в районе горла, и каждый шаг отдавался тревожным эхом в голове.

Позади нас плелись молчаливые охранники, понурый Фарго и лисица, которая уже даже не ворчала, а тихо поскуливала от обреченности.

Мы вышли во двор.

В ночной тишине сад казался ещё прекраснее: цветы тихо шелестели лепестками, в воздухе густо пахло сладкими пряностями и свежестью трав. Я подняла глаза и вдруг заметила на клочке неба третью луну – маленькую и золотистую, словно светящуюся монетку, кто-то аккуратно повесил над горизонтом.

Как жаль, что такое чудо я вижу в последний раз…

Шли мы молча, будто направлялись на казнь. Я готовилась к самому худшему: к темнице, пыточной или подвалу. Но неожиданно дракон свернул в сторону высокой башни, у подножия которой был разбит небольшой шатёр.

Башня возвышалась мрачной громадиной, её тёмные окна то и дело вспыхивали неестественным светом, будто в ней бушевала какая-то загадочная, непонятная жизнь.

Я осмелилась приблизиться к Фарго и шёпотом спросить:

– А… что там, в башне?

– Оракул, – так же шёпотом ответил енот, вздрагивая от одного произнесения этого слова.

Регент тут же обернулся, и Фарго резко замер, нервно сглотнув остаток своих пояснений. Лисица и охрана остановились на безопасном расстоянии, явно не желая подходить ближе.

Шатёр выглядел странно. Полупрозрачный шёлк ткани трепетал на лёгком ветерке, отбрасывая дрожащие тени. Внутри угадывались какие-то фигуры, неясные силуэты, от которых по коже пробегал неприятный холодок.

Регент уже почти коснулся полога шатра, собираясь войти, как я вдруг набрала в грудь воздуха и решительно шагнула вперёд:

– Подождите!

Дракон медленно развернулся, прожигая меня взглядом насквозь:

– Вы хотите что-то сказать? – спросил он холодно и властно.

– Я… да, хочу, – выдавила я, стараясь не отвести взгляд, хотя дракон буквально прожигал меня насквозь. Голос предательски задрожал, но я все же продолжила: – Пожалуйста, не наказывайте слуг. Я правда сама виновата. Они тут ни при чем.

Регент молчал. Он так пристально смотрел на меня, что я разнервничалась еще больше. Просто не могла молчать, потому слова поделись из меня рекой:

– Со мной просто случилась… истерика, – призналась я тихо, чувствуя, как на глаза предательски наворачиваются слезы.

– Вчера я умирала. Сегодня я оказалась здесь и завтра меня, может быть, вообще не будет. Я понятия не имею, что со мной происходит. Тело чужое, голос чужой, луна чужая. Я никогда не думала, что в жизни такое бывает. А я уже смирилась, была готова принять…

Голос сорвался, и я тяжело выдохнула, отчаянно пытаясь справиться с накатывающими эмоциями. Мне вдруг стало мучительно стыдно за всё: за ночной разгром на кухне, за глупую браваду, за то, что я сейчас так жалко стою перед этим суровым, непоколебимым драконом и чуть ли не плачу. И за Раю тоже ужасно обидно, хоть загадочный напиток и прибавил ей сил, все равно она ждет свой второй заслуженный шанс, а я тут…

– Простите меня, – прошептала я уже едва слышно. – Мне так хотелось хоть немного почувствовать себя живой. Хоть ненадолго. Не наказывайте их…

Я ждала гнева, насмешки, ледяных слов, которые окончательно добьют мою и без того пошатнувшуюся уверенность. Но вместо этого он неожиданно произнёс:

– Я знаю, каково это. Смириться со смертью, принять её и остаться в живых.

Я удивлённо вскинула голову и встретилась с его взглядом. Глаза регента всё ещё были холодны, но теперь в них появилось что-то новое, чего я никак не могла уловить. Дракон перевел взгляд на небо и вздохнул, смотря в даль.

– Это неожиданно тяжело, выбивает из колеи.

Он замер, кажется, возвращаясь в свои воспоминания. Я заметила, как он сжал кулак, как между чёрных бровей пролегла морщинка.

– Так вы простите их? – наконец осмелилась спросить я.

Дракон моргнул, перевел на меня взгляд и мне показалось, что я заметила на кончиках губ неуловимую улыбку.

– Я ещё никого не казнил за пятно крема. Это глупо.

На сердце вдруг стало легко, будто гора свалилась с плеч. Я благодарно улыбнулась, сама не понимая, отчего так радуюсь.

Дракон поднял полог шатра, жестом приглашая меня войти. Секунду я медлила, а затем вошла.

Я шагнула внутрь шатра, и сразу же меня охватила тревога. В полумраке слабо мерцали лампы, отбрасывая дрожащие тени. В воздухе висел тяжёлый аромат, от которого кружилась голова.

Неожиданно что-то холодное и гладкое обхватило мои ноги. Я дёрнулась, но меня уже

держали крепко и уверенно. Сердце бешено забилось, я попыталась вырваться, но новые кольца обвились вокруг талии, плеч и запястий, лишая возможности даже шевельнуться.

Из темноты выплыли фигуры – пять женщин с прекрасными, но пугающими лицами и змеиными телами вместо ног. Их глаза странно сверкали, отражая мерцающий свет ламп. Они молча смотрели на меня, и от их взгляда по коже пробежал холодок ужаса.

– Отпустите меня! – закричала я, отчаянно дёргаясь и пытаясь освободиться. – Пожалуйста! Я ничего не сделала!

Но существа не ответили. Одна из них приблизилась совсем близко, наклонилась ко мне, и я почувствовала обжигающе-острую боль от её укуса на шее.

Я вскрикнула и дернулась снова, но крепкие кольца змеиных тел удерживали меня неподвижно.

Одна из женщин-змей повернулась в сторону полога и с лёгким шипящим акцентом произнесла:

– Яд начал дейсствовать, м-сссой господин. У вас ессть дессять минут. Спрашшивайте, теперь она не ссможет сссолгать.

Я испуганно замерла, ошеломлённая таким поворотом. Ничего себе детектор лжи! Да я от одного вида этих существ была готова добровольно рассказать всю правду и сознаться даже в том, чего никогда не делала.

Я подняла взгляд, ожидая вопросов дракона и с ужасом пытаясь представить, что будет, когда он получит ответы.

– На кого ты работаешь? – спокойно, но жёстко спросил он. – Назови имена своих сообщников.

Я ошарашенно уставилась на него, забыв даже о боли и страхе. А вот рот мой помимо воли открылся:

– Какие сообщники? Нет у меня сообщников. Вы тут с ума посходили?!

– Ззззадавайте по одному вопроссссу, повелитель, – подсказала провидица, льстиво заглядывая в глаза дракона.

– Фу, пошлость какая, – ляпнула я и тут же захотела закрыть рот рукой.

Похоже они пожалеют, что покусали меня. Я за словом в карман не полезу. Дракон вздохнул и медленно и четко повторил вопрос:

– На кого ты работаешь?

– На дракона-регента. Он мужик хоть и красивый, но похоже с кукушкой у него не очень. Паранойя. Не удивительно, что в этом мире няни не нашлось. Небось все сбежали…

Регент чуть сузил глаза, затем перебил мой словесный поток:

– Кто готовил тебя к допросу?

– Меня вообще жизнь к такому не готовила! Что это за жесть такая?!

– Кто научил тебя обходить вопросы под ядом провидиц? – кажется дракон терял терпение, так и я тоже.

И контролировать себя не могла.

– Никто не учил! Я пять минут назад даже не знала, что они существуют! Что за бред?

Его лицо стало ещё суровее.

– Какие тебе дали инструкции?

– Мне никто не дал никаких инструкций и это свинство! Кто вообще так нанимает персонал? Вы слышали что-то о собеседованиях, этике, испытательном сроке? В этом мире все такие дикие? Я даже не знаю, как мне собираются платить!

– Яд не действует? – дракон с удивлением посмотрел на провидицу, – Это возможно? Иммунитет? Противоядие?

– Сссссспросссссите у неё что-то личное… я почувссссствую разззззницу…

– О чём больше всего жалеешь в жизни?

Вопрос прозвучал неожиданно мягко и болезненно задел что-то внутри. Губы дрогнули, я не смогла сдержаться – слова полились сами собой:

– Я не достигла мечты. А была очень и очень близко. Буквально ключи в руках! Маленький дом на берегу реки, своя собственная конюшня, лошади. Ещё бы день-два и запах травы по утрам, рассветы с крыльца… – мой голос сорвался, глаза защипало от слёз, – но мне позвонили из клиники. Пришлось продать всё. Абсолютно всё. Конюшню, дом, даже вещи. Покрыть долги, оплатить кредиты, а остатки пустить на лечение, которое… как вы уже поняли, оказалось напрасным.

Слёзы потекли по щекам, а я не могла даже рукой их вытереть – змеиные кольца всё ещё держали крепко.

– Больше всего я жалею, что не плюнула на всё это и не уехала сразу, не прожила отпущенное время так, как мечтала. А теперь моя мечта – это просто горькое сожаление…

Я подняла взгляд и встретилась с глазами регента. Он молча смотрел на меня, но в его суровом взгляде впервые мелькнуло что-то живое. Будто и его самого на секунду настигла давно забытая боль утраты, а затем он спросил:

– И вы решились на убийство наследника?

Я вытаращила глаза от удивления, полностью забыв о змеях, страхе и даже о том, что передо мной дракон.

– Убийство ребёнка?! – я чуть не задохнулась от возмущения. – Вы в своём уме вообще? Да как такое в голову может прийти?

Дракон кажется совсем не ожидал такого напора, но, честно говоря, я уже была на пределе.

– Вы вообще за кого меня принимаете?! Кем нужно быть, чтобы вот так вот… ребёнка? И что потом? Жить припеваючи? Да любого нормального человека совесть съест!

Я хотела добавить еще что-то но мысль выскользнула из головы, к горлу подступила тошнота. Глаза потяжелели, веки медленно опускались, а тело стало таким тяжелым.

– Что происходит? – пробормотала я, чувствуя, как силы стремительно покидают меня. – Что вы со мной сделали?

Голос доносился откуда-то издалека, сознание медленно уплывало. Я почувствовала, как змеиные кольца ослабли и исчезли, а крепкие руки бережно подхватили меня, не давая упасть. Последним усилием я приоткрыла глаза и встретилась со взглядом дракона. Его лицо было близко-близко, глаза с тревогой смотрели в мои.

– А ты красивый, – прошептала я из последних сил, глядя на него строго, хоть и с трудом удерживая глаза открытыми, – но с доверием большие проблемы, да.

Во взгляде дракона мелькнуло удивление, но в следующее мгновение весь мир померк, а я провалилась в сон.

Очнулась я медленно, словно выныривая из глубокого сна. Сначала осторожно пошевелила пальцами, убедившись, что могу это делать. Затем неуверенно приоткрыла глаза, вглядываясь в потолок с красивой лепниной.

Сердце гулко застучало – я в палате? В своём теле или…?

Я резко села на кровати, опустила взгляд и увидела тонкие, изящные руки, лежащие поверх шелкового одеяла. Выдохнула с облегчением и одновременно с тревогой: я всё ещё в чужом теле, а значит – в другом мире.

Неожиданно воспоминания накрыли меня волной. Допрос, змеи-провидицы, дракон… Я охнула и быстро огляделась. Комната была той самой, в которую меня поселили раньше. Только стол ломился от фруктов, а на подоконнике стояло аж три букета цветов.

Почему я ещё здесь? Разве дракон не выяснил всё, что хотел? Понял ли, что я не та, за кого себя выдаю?

С трудом выбравшись из кровати, я направилась к зеркалу. Оттуда на меня смотрела хрупкая девушка с нежным лицом и огромными глазами.

– Ну и влипла же ты… – шёпотом сказала я отражению.

Неужели они так ничего и не поняли?

Мысль была пугающей, но где-то глубоко внутри, совершенно неожиданно, зашевелилась маленькая надежда. Может, всё ещё не потеряно?

Нет, хватит притворяться! В конце концов, хуже уже не будет. Я дождусь подходящего момента, наберусь смелости и честно признаюсь дракону, что я не Раиса Львовна, и даже близко не няня. Пусть отправляют обратно, пусть наказывают, но хотя бы совесть будет чиста.

А до тех пор…

Я внимательно посмотрела на отражение, снова удивляясь невероятной хрупкости и изящности чужого тела. Надо же, всю жизнь мечтала похудеть, а тут, пожалуйста – целиком и полностью в чужой жизни и даже в чужой фигуре.

Отвернувшись от зеркала, я подошла к столу и взяла ароматный, незнакомый фрукт, осторожно куснула его. Сладкий, сочный сок потёк по пальцам, вызывая невольную улыбку.

Ну что ж, раз уж я здесь ненадолго, почему бы не получить удовольствие от каждой минуты, пока не наступит час правды? Ведь кто знает, как скоро он наступит. Но наступит обязательно.

Я просто дождусь нужного момента и скажу дракону всю правду.

Раздался стук в дверь, от неожиданности я вздрогнула. Кто это может быть? Лисица или Фарго, наверное.

– Входите! – крикнула я.

Дверь распахнулась, и на пороге возник… дракон.

Я замерла с фруктом в руках, не сразу осознав, что он вообще делает в моих покоях. Регент тоже выглядел удивленным. Он скользнул по мне взглядом, а затем вздрогнул и отвернулся:

– Простите, я думал вы одеты.

Я посмотрела на свое отражение в зеркале еще раз. Похоже это белое платье что-то вроде ночнушки? Я бы в таком и на красную дорожку вышла…

– Секундочку. Я как раз думала о вас.

– Обо мне?

Я мысленно чертыхнулась, понимая, как двусмысленно это сейчас прозвучало.

– Не о вас, а о разговоре с вами… минуту, я оденусь все же…

– Я подожду в коридоре, – сказал Кайден и вышел, прикрыв за собой дверь.

Ещё раз взглянув в зеркало, я простонала. Щёки горели, а яркие лучи солнца, пробивающиеся через занавески, пронзали ткань платья, выставляя напоказ очертания хрупкой фигуры.

– Да что ж такое-то! – простонала я и решительно распахнула шкаф.

Сердце колотилось как сумасшедшее, руки дрожали, и я никак не могла сообразить, какое из многочисленных платьев выбрать.

Наконец я схватила первое попавшееся – простое на вид, светло-зелёное с нежными кружевами – и поспешно натянула на себя. Платье оказалось не таким простым в обращении и требовало сложной шнуровки на спине.

Я с досадой покрутилась на месте, тщетно пытаясь нащупать шнуровку пальцами. Как вообще здесь люди одеваются самостоятельно?

Отчаявшись, я выглянула за дверь. Но в коридоре кроме дракона никого не было.

– Эм, простите, – неловко кашлянула я, – могли бы вы помочь? Я не знаю, как завязать эти шнурки.

Кайден обернулся на меня, приподняв одну бровь, но ничего не сказал.

Повисла напряжённая пауза. Я уже начала жалеть о своей просьбе, но затем дракон все же вернулся в мою комнату и скомандовал:

– Поворачивайтесь.

Я послушно повернулась к нему спиной и смущенно пояснила:

– Там, откуда я, одежда попроще, да и нравы полегче.

Кайден затянул шнуровку с удивительной деликатностью и точностью. Я застыла на месте, ощущая тепло его дыхания на шее, и почувствовала, как мурашки бегут вниз по позвоночнику.

– Спасибо, – едва выдохнула я, стараясь не двигаться и не показать, как сильно смущена.

Что же такое со мной происходит в присутствии дракона? Я еще раз посмотрела на себя в зеркало и поймала в отражении его взгляд.

– Не за что, – произнёс он тихо, но голос его звучал чуть мягче и теплее, чем прежде. – У меня мало времени, скоро совет, так что позвольте мне объясниться.

Я нервно сглотнула, набрала в легкие воздуха, чтобы сказать ему правду о подмене, но он сбил меня, начав говорить первым.

– Понимаю, что моё поведение могло показаться вам бестактным и грубым, – начал Кайден, хмуро глядя куда-то в сторону. – Отчасти это так, но в таких условиях мы живём. Мои источники доложили, что велика вероятность, что оракул – участник заговора. Отсюда и допрос…

– Оракул? – переспросила я.

Кайден спохватился и спешно пояснил:

– Маг, отвечающий за перемещения между мирами. Я поручил ему выбор няни и заключение договора. Как вы понимаете, допросить его я не могу.

Я как раз ничего не понимала, потому переспросила:

– Почему?

Дракон вздохнул и терпеливо пояснил:

– Оракул мифическое существо, сотканное из ткани пространства. Оно одновременно в этом мире и во всех других. Не него не действует магия, только нерушимый договор…

– Нерушимый договор…

Прошептала я и снова провалилась в воспоминания. Что же я подписала в тот день в больничной палате?

Глава 2

В понедельник мошенники должны были прийти снова. На этот раз подписывать какой-то договор.

Я была уверена, что это или какая-то мутная доверенность или вовсе купля-продажа квартиры. Но наивная Рая никак не хотела слушать мои аргументы.

– Не веришь мне, поверь своим глазам! Они дали мне отвар, который сработал. Даже врачи вынуждены подтвердить, что мне намного лучше, – говорила она и отворачивалась.

Дурацкие сектанты забили ее голову чушью про перерождения и магические элементы. Общеизвестно, что никакой отвар не может излечить от рака, но похоже к разуму Раи взывать было бесполезно.

Я решила её спасти несмотря на протесты.

И тут как раз врачи были моими помощниками. Всего-то надо отправить Раю на внеплановое обследование на то время, когда назначена встреча с мошенниками.

И подменить себя ей.

За окном раскинулось два старых каштана, широкие листья которых практически лишали нашу палату света. Мы и днем включали лампочку, чтобы не ходить в полумраке.

Я отправлю Раю на процедуры, надену её очки, косынку, выкручу лампочку и лягу на её койку! Лысый скелет от лысого скелета не слишком-то отличается. Я ещё раз посмотрела на себя в зеркало и поморщилась. Ну да, круги под глазами, бледные губы, белая кожа. Может сработать.

Главное действовать быстро и решительно. Терять-то все равно нечего.

Я дождалась, когда Рая уйдет в душ, и быстро направилась к кабинету дежурного врача.

– Простите, Любовь Валерьевна, можно к вам, – спросила я, впрочем, уже заходя в кабинет, – я по поводу Раи.

– Я уже сказала, что не могу запретить посещения потому, что вам кто-то из ее родственников не нравится, – буркнула врач, смотря на меня поверх очков.

– А я не об этом, – фыркнула я, – Вот мы ее убеждали в один голос не рисковать с народной медициной, а она нас не слушала. В итоге у нее все выходные ноги сводило. Может прокапаете ей магнезию?

– Странно, мне ее жалоб не передавали. Пусть сама приходит…

– А она не придет, а ночами стонет и спать мне не дает.

– Ладно, выпишу ей назначение, пусть вечером идёт в процедурный. Анализы сдали?

– Сдали.

Я вернулась в палату, испытывая облегчение и тревогу одновременно. План казался простым, но в любой момент что-то могло пойти не так.

Рая как раз вернулась из душа, завязывая свою яркую косынку и тихонько напевая что-то веселое. Глядя на нее, я снова ощутила укол совести. Но другого выхода не было.

– Рая, – стараясь говорить спокойно и буднично, сказала я, – тут заходила Любовь Валерьевна.

– Ой, что-то случилось? – насторожилась Рая, встревоженно глядя на меня.

– Да нет, ничего особенного. Она сказала, что тебе снова нужно капельницы поделать. Ты же жаловалась, что ноги сводит, помнишь? Только сказала идти в процедурный кабинет. И еще добавила, что тебе после капельницы обязательно нужно зайти к гинекологу, прямо там, на этом же этаже.

Рая поморщилась и тяжело простонала:

– Ох, опять эти процедуры. Думала, уже отвязались от меня со своими капельницами…

– Ну, зато спать будешь нормально, – бодро добавила я, стараясь не выдать себя волнением.

– Ко мне прийти должны.

– Я им скажу, чтобы тебя подождали.

– Спасибо.

Я отвернулась, скрывая облегчение и чувство вины. Пока Рая сделает капельницу, пока отстоит очередь к гинекологу, чтобы выяснить, что ей не назначено, пока пойдет уточнять, я уж с мошенниками справлюсь.

Суну диктофон под подушку. Планшет поставлю так, чтобы на его камеру записать их визит. А потом можно и полиции передать материал.

Мне осталось самое важное – добыть очки и косынку. С очками было проще простого: Рая надевала их только для чтения и обычно оставляла на прикроватной тумбочке.

А вот косынка была настоящей проблемой. Рая носила её постоянно, и яркий, узнаваемый рисунок выделял её среди всех пациентов отделения. Без этой косынки даже я могла не узнать подругу.

Нужно было что-то придумать.

Я глубоко вздохнула и сделала вид, что потянулась за тарелкой, стоящей на тумбочке за спиной Раи. Сердце тревожно застучало, но назад пути уже не было. Одним быстрым движением я зацепила ножом кусочек масла и нарочито небрежно обернулась, аккуратно отправляя масляный комочек прямо на косынку подруги.

Рая вздрогнула и недоумённо оглянулась:

– Ой, что это такое?

– Аааа, прости! – поспешно воскликнула я, изображая искреннее огорчение и досаду. – Неуклюжая я какая! Это же масло! Давай я постираю, пока пятно не въелось окончательно!

– Да ладно тебе, Оль, ерунда.

Но я уже была непреклонна, вытягивая руки к косынке:

– Нет-нет, мне ужасно неловко. Я всё сделаю сама. Снимай давай быстрее…

Рая со вздохом стянула косынку и неохотно вручила её мне:

– Только аккуратнее, пожалуйста, это моя любимая…

Я с облегчением забрала косынку и поспешила к раковине, демонстративно застирывая масляное пятно и тайком наблюдая за реакцией Раи. Она тихо покачала головой, потом порылась в тумбочке и достала запасной платок, на этот раз бледно-голубой. Мысленно я победно улыбнулась.

До самого обеда мы лежали молча. Я притворилась спящей, чтобы избежать лишних вопросов. Рая же углубилась в чтение книги, тихонько переворачивая страницы и время от времени вздыхая.

Когда санитарка принесла обед, мы молча разложили подносы. Уже приступая к супу, Рая вдруг спросила тихо, будто между делом:

– Оль, а на что бы ты была готова ради выздоровления?

Я нахмурилась, отложив ложку в сторону.

– Ну это же глупо. Ты же знаешь, чудес не бывает.

Она помолчала немного, а потом снова тихо спросила, глядя куда-то в стену:

– А если бы чудо требовало жертвы? Если бы кто-то предложил тебе выздоровление взамен на чужую жизнь? Это… ужасно?

– Ты про что? – я напряглась, рассматривая её внимательнее. – Типа обмена заложников? Мне кажется, на такое невозможно ответить, пока сама не окажешься перед таким выбором…

Рая снова вздохнула и отвернулась, оставив меня с тревожным, неприятным чувством. Что за странные мысли она вынашивает? И как далеко зашли эти мерзкие мошенники со своими разговорами?

Я выглянула в окно, и тревога неприятно кольнула сердце. У ворот больницы только что припарковалась знакомая машина с грязными, заляпанными пылью номерами. Те самые типы, которые уже несколько недель обхаживали Раю, неспешно выбирались наружу.

Времени совсем не оставалось.

– Рая, – стараясь не выдать своего волнения, я повернулась к ней, – тебе пора на процедуры, опоздаешь!

Она вздохнула и поднялась с кровати, беря в руки медицинскую карточку.

– Иди, иди, а я тут, если что, твоих гостей развлеку, – постаралась я улыбнуться как можно естественнее.

Рая кивнула и медленно, нехотя вышла из палаты. Я облегчённо выдохнула. Теперь самое важное.

Сердце стучало так, что казалось, его слышат даже в коридоре. Я схватила табуретку, осторожно залезла на неё и, дотянувшись до лампочки, быстро выкрутила её. Палата мгновенно погрузилась в спасительный полумрак. Широкие листья каштанов создавали приятную, мягкую тень, в которой трудно было различить детали.

Я спрыгнула с табуретки, ощутив головокружение и слабость, но упрямо направилась к Раиной тумбочке. Надела её очки – зрение сразу поплыло и стало мутным. Хорошо, что я не собиралась ничего читать, лишь создать нужное впечатление.

Затем дрожащими пальцами натянула на голову её косынку. Последний штрих. Теперь можно было ложиться.

Я забралась в постель, подтащив одеяло к подбородку и отвернулась лицом к стене, чтобы скрыть несоответствие лиц. Моё сердце колотилось так громко, что я боялась, его услышат мошенники.

Не прошло и минуты, как дверь палаты приоткрылась, впуская внутрь две фигуры.

Я осторожно повернула голову, разглядывая незваных гостей сквозь Раины толстые очки. Мужчина и женщина. Мужчина – высокий, худой, с лицом цвета воска, казалось, его лицо не выражало никаких эмоций, словно маска. На нём был костюм, который выглядел на несколько размеров больше нужного, отчего фигура казалась нескладной и

чужой. В руках он держал какие-то бумаги, свернутые в трубочку, как свиток.

Женщина была полной противоположностью. Маленькая, коренастая, с ярким платком на голове и несколькими рядами массивных бус на шее, похожих на дешёвые украшения уличной гадалки. Она постоянно теребила пальцами бусины и нервно оглядывалась по сторонам, словно опасаясь, что её вот-вот разоблачат.

Оба выглядели так, будто сошли с обложки дешёвого детективного романа. Мужчина шагнул ближе и заговорил низким, тихим голосом:

– Раиса Львовна, добрый день. Спасибо, что согласились. Мы принесли договор.

– Вы вообще меня слышите? Вам дурно? – прозвучал голос дракона, резко выдернув меня из воспоминаний.

Я встрепенулась и поспешно заморгала, пытаясь собраться с мыслями.

– Простите, я… всё хорошо.

Я тряхнула головой, стараясь отбросить вязкую пелену прошлого. Дальнейшие события того дня казались мне туманными, словно их скрывала плотная завеса, и я никак не могла вновь сфокусироваться на настоящем. Дракон смотрел на меня внимательно, хмурясь и явно сомневаясь в правдивости моих слов.

– Пожалуй, сегодня вам стоит отдохнуть, – негромко произнёс он, – я не мастер красноречия, и мои извинения вышли неуклюжими. Но у меня есть для вас подарок, который, надеюсь, скрасит ваше нахождение здесь.

Я хотела возразить, настоять на признании, наконец-то открыться и рассказать ему правду, но дракон неожиданно шагнул к окну, пригласив меня следом. Моё сердце сбилось с ритма, когда я подошла ближе и взглянула вниз.

Во внутреннем дворе дворца стояла лошадь невероятной, сказочной красоты. Её изящная голова была гордо поднята, длинная грива цвета расплавленного серебра струилась на ветру, словно сотканная из лунного света. Жемчужно-белая лошадь, отливающая нежной бирюзой.

Никогда не видела ничего подобного. И не удивительно!

От восхищения у меня захватило дух. Я невольно прижала ладонь к стеклу, словно боясь, что это мираж, который может исчезнуть в любой миг.

– Она ваша, – тихо сказал дракон, наблюдая за моей реакцией. – На допросе вы сказали, что любите лошадей.

Сердце сжалось до боли. Я не могла ее принять, нет, это было бы неправильно, но хотя бы раз прикоснуться, ощутить под пальцами шелковистость гривы…

– Можно… можно я подойду ближе? – спросила я тихо, почти шёпотом, словно боясь спугнуть это чудо. – Я просто хочу посмотреть на неё…

Дракон кивнул, на его губах мелькнула едва заметная улыбка.

– Конечно. Она ждёт вас.

Я обернулась к двери, регент сделал жест, приглашая меня пойти вперед.

Я вышла в коридор, быстро спустилась по широкой каменной лестнице, чувствуя, как с каждым шагом учащается дыхание.

Регент молча шел следом, словно суровая тень.

В парке на газоне меня ждала лошадь!

Солнечные лучи струились сквозь ветви деревьев, мягко играя на ее мерцающей шкуре. Моё сердце стучало так, будто я снова была здоровой, настоящей, будто снова стояла на пороге своей мечты.

Подойдя ближе, я замерла на мгновение, боясь потревожить эту красоту, а затем осторожно протянула руку. Лошадь доверчиво наклонила голову и мягко коснулась моего плеча тёплым бархатистым носом. От этого лёгкого, нежного прикосновения у меня на глазах навернулись слёзы.

Я осторожно прижалась щекой к её голове, вдохнув незабываемый аромат конской гривы и почувствовав невероятную нежность и тепло. Желание жить вернулось ко мне с такой силой, что я едва устояла на ногах.

Дракон стоял рядом, наблюдая за мной молча и внимательно. В его взгляде было что-то странное, непривычно мягкое и задумчивое, будто он впервые видел меня такой.

– Нравится? – негромко спросил он.

– Очень нравится! – прошептала я, поглаживая длинную серебристую гриву. – Она прекрасна…

– Её зовут Луна.

Я улыбнулась, понимая, насколько идеально ей подходило это имя. Нежная, серебристая, загадочная – такая же, как и ночное светило в небе этого чужого, волшебного мира.

Я провела ладонью по её гладкой шее, с нежностью перебрала пальцами шелковистые пряди гривы. Мне не хотелось отпускать её, но пришло время сказать правду. Нельзя больше оттягивать этот момент.

Я посмотрела в небесно-голубые глаза лошади и вздохнула. Прекрасный подарок, пусть и всего на мгновение.

Собрав всю свою волю и смелость, я глубоко вздохнула, сделала шаг назад и обернулась к дракону:

– Я хотела сказать, что произошла ошибка и…

Я резко обернулась, готовая, наконец, произнести слова признания, но на месте, где только что стоял дракон, уже никого не было.

Лишь пустота и шелест ветра среди листвы, словно регент растворился в воздухе. Я подняла голову к небу.

– Ваше… Высочество?.. – удивлённо позвала я, оглядываясь по сторонам, – Величество? Сиятельство…

Но дракона не было видно, вместо него вдалеке показалась маленькая, суетливая фигурка, которая бежала так быстро, что едва не теряла на ходу бирюзовую тюбетейку. Это был Фарго. Енот спешил изо всех сил, то и дело оступаясь, и прижимая лапкой шапочку, чтобы не унесло ветром.

– Раиса Львовна! Раиса Львовна! – запыхавшись, громко кричал он, отчаянно

размахивая лапкой. – Фарго уже здесь! Фарго здесь, не волнуйтесь!

Я невольно усмехнулась, глядя на то, как он бежит со всей возможной быстротой своих коротеньких лапок. Одежда ему явно мешала, на четырех лапах он был бы куда проворнее.

Добравшись до меня, енот согнулся пополам, пытаясь отдышаться, и при этом всё равно продолжал говорить:

– Фарго приносит глубочайшие извинения! Столько неприятностей для вас! Ох, какой позор, какое неудобство! Фарго никогда не простит себе! Мы все сделали, чтобы не было допроса! А он был!

Он прижал лапки к щекам и широко раскрыл глаза, полные ужаса, а затем с облегчением вздохнул:

– Но вы в порядке! Фарго счастлив, что всё хорошо закончилось! Конечно, Фарго знал, что оракул не ошибся в вас! Но Фарго боялся… очень боялся!

Я вздрогнула, услышав в его словах тайный смысл, хотела переспросить, но енот не дал мне вставить ни слова:

– Фарго бегал к советникам! Говорил им, Раиса Львовна – добрая, честная, замечательная няня, и не желает никому зла! Но Фарго не послушали! Кто-то плетет козни против вас! Наговор!

Он драматично схватился за сердце и покачнулся, но тут же выпрямился, продолжая тараторить:

– Но сейчас, видя вас здесь, живой и невредимой, Фарго готов снова поверить в справедливость!

– От всех этих переживаний у меня голова не на месте, – мягко начала я, поглаживая Луну, которая заинтересованно следила за происходящим. – Напомните, меня же выбрал и перенес оракул?

– Да-да! Все так! О, бедная Раиса Львовна, сколько переживаний!

– А оракул может… отправить меня обратно?

В глазах Фарго появился ужас.

– О нет, нет! Только не говорите, что регент запугал вас?! Нет… все теперь будет хорошо!

– Я просто интересуюсь, пытаюсь понять как все устроено. Все же другой мир.

– О, Раиса Львовна, какая вы смелая, великодушная! – восхищённо воскликнул енот, снова чуть не уронив свою тюбетейку. – Это великолепная лошадь, очень дорогая и редкая! Подарок от регента?! Фарго восхищён тем, как вы вошли в доверие!

Он уважительно поклонился мне:

– Теперь всё будет хорошо, Фарго уверен! Регент убедился, что вы не враг!

– Да-да, я понимаю, но мне бы хотелось поговорить с оракулом. Это возможно?

Фарго прижал лапки к груди и округлил глаза, с ужасом смотря на меня, будто я предложила что-то немыслимое и ужасное.

– О нет, нет, Раиса Львовна! Что вы такое говорите! – енот тревожно зашептал, прижимаясь ко мне и постоянно оглядываясь. – С оракулом встречаться строго запрещено! Запрещено-презапрещено! Если регент узнает, он сначала оторвёт Фарго уши, а потом и вовсе отправит в небытие! От Фарго останется только маленький клочок шерсти на память потомкам!

Он с ужасом поёжился и нервно поправил съехавшую на глаза тюбетейку.

– Я не знала, что всё так серьёзно, – осторожно сказала я, пытаясь успокоить его, но Фарго, кажется, только сильнее разволновался.

– Ох, Раиса Львовна, лучше не спрашивайте о таком! Лучше и не думайте! – енот ещё сильнее понизил голос и приблизился ко мне вплотную. – Конечно, если бы вы случайно… совершенно нечаянно… абсолютно случайным образом узнали, что у подножия башни, там, где куст роз цветёт, есть тайный ход… Фарго же ничего такого вам не говорил, правда?

– Конечно, Фарго, я ничего не слышала, – поспешила уверить я енота и дружелюбно улыбнулась. – Вообще ничего. Более того, я сейчас занята куда более важным делом – собираюсь объездить эту прекрасную лошадь!

Фарго облегченно вздохнул и тут же улыбнулся во всю свою енотскую мордочку:

– О, конечно, конечно! Какая замечательная идея! Фарго уверен, что вам понравится прогулка. Фарго откланивается, чтобы не мешать вам. Если что – зовите!

Он торопливо поправил тюбетейку и суетливо удалился в сторону дворца, оглядываясь через плечо, словно опасаясь, что кто-то подслушал наш разговор.

Я же повернулась к Луне, которая терпеливо ждала меня, фыркая и перебирая тонкими, изящными ногами. Осторожно придерживая юбки длинного платья, я приблизилась к ней и погладила по теплой шее, чувствуя, как сильно трепещет сердце от волнения и восторга одновременно.

– Ну что, девочка, прокатимся?

Луна тихонько заржала, словно соглашаясь со мной. Я улыбнулась, поправила поводья и, набрав полную грудь воздуха, решительно поставила ногу в стремя. Платье предательски путалось и мешалось под ногами, но я сжала зубы и осторожно подтянулась, аккуратно устраиваясь в седле.

Как только я оказалась наверху, на меня тут же нахлынули воспоминания. Запах сена и свежей травы, шелест деревьев и мягкий стук копыт по земле. С детства я мечтала оказаться вот так в седле, свободной и сильной. Сжимая поводья в тонких пальцах, я ощутила, как счастье наполняет меня до краёв, готовое вот-вот выплеснуться наружу.

Я слегка тронула бока Луны ногами, и лошадь медленно двинулась вперёд. Серебристая грива струилась на ветру, а каждая клеточка моего тела пела от восторга. Деревья проплывали мимо, замок остался за спиной, и сейчас я будто была в совершенно ином измерении, где существовали только я, моя мечта и эта невероятная лошадь.

Сначала шагом, затем осторожной рысью, потом, набравшись уверенности, пустила Луну в лёгкий галоп. Ветер ласкал лицо, играя с волосами, сердце стучало в ритме копыт, и я уже не могла сдержать счастливой улыбки, которая светилась на моём лице, хотя глаза предательски застилали слёзы.

Даже осознавая, что этот миг может стать последним, что я, возможно, никогда больше не сяду в седло, я была счастлива. Я позволила себе прожить это мгновение до конца,

наполняя сердце радостью, благодарностью и печалью одновременно.

Через какое-то время я вновь перешла на шаг, успокаивая своё дыхание и нежно поглаживая шею лошади. Слёзы теперь свободно текли по щекам, но это были слёзы благодарности, а не горя.

– Спасибо тебе, Луна, – прошептала я, склоняясь к её мягкой гриве, – ты подарила мне самый счастливый миг в моей жизни.

Лошадь тихо заржала в ответ, будто понимала и разделяла мои чувства.

На душе было тепло и одновременно горько. Я знала, что рано или поздно придётся расстаться и с Луной, и с этим миром, который подарил мне такое невероятное счастье. Но сейчас, в этот самый момент, я позволила себе не думать ни о чём, кроме тёплого дыхания лошади и тихого шелеста ветра.

И, подняв голову, я с улыбкой посмотрела в небо, благодаря за этот миг, за исполненную мечту и за шанс снова почувствовать себя живой.

Я глубоко вздохнула, но расслабиться так и не смогла. Слишком сильно давило осознание того, что всё это предназначалось не мне. Это был второй шанс для Раи. Второй шанс, которого она так отчаянно ждала, за который, вероятно, готова была отдать всё.

А вдруг… вдруг она и правда согласилась на то, чтобы убить наследника?

Я снова осторожно направила Луну вперёд, позволяя ей неторопливо двигаться по широкой дорожке, и постепенно окружение вновь поглотило всё моё внимание. Вокруг было так красиво и тихо, что я ненадолго забыла обо всех тревожных мыслях.

Дворец возвышался рядом, удивительно изящный и при этом не слишком высокий, словно задуманный специально, чтобы гармонично слиться с окружающим парком.

Его стены были сложены из нежно-розового камня, который в солнечных лучах мерцал лёгким золотистым оттенком.

За дворцом раскинулась огромная территория. Аккуратные дорожки, выложенные мелким белым камнем, петляли по широкой зелёной лужайке, плавно переходя в просторный парк, где густые, вековые деревья отбрасывали прохладные тени.

Дальше располагалось обширное поле, покрытое мягкой травой, на которой паслись несколько лошадей, издалека казавшиеся миниатюрными. Возле поля я увидела изящные конюшни с высокими белыми колоннами и крышами, покрытыми медной черепицей. Рядом с конюшнями стояли небольшие постройки, вероятно, для прислуги или садовников.

Вдалеке, окружая всю эту красоту, возвышалась ещё одна стена, также сложенная из розового камня. Она выглядела массивной и надёжной, отделяя внутренние покои и парк от остального мира.

Интересно, а что там за стеной? Наверное, город? Значит где-то должны быть ворота.

Я решила объехать стену по кругу, наслаждаясь теплом и светом.

Ветер нежно перебирал листву, где-то далеко пели птицы, воздух был свежим и напоенным ароматами цветов и трав.

Да уж, я попала в настоящую сказку.

Мы с Луной неспешно двигались вдоль живописной аллеи, когда мой взгляд случайно

упал на небольшой прудик, окружённый камнями и красивыми кустарниками с мелкими голубыми цветами. Там я заметила группу телохранителей и маленькую фигурку наследника. На фоне широкоплечих крепких мужчин мальчик выглядел совсем крохой.

Что это за сказка такая, в которой такому малышу, словно сотканному из света, грозит опасность?

Наследник стоял у самой кромки воды, сосредоточенно вглядываясь в отражение облаков, и неуверенно держал небольшую удочку.

Рядом с ним, сохраняя почтительное расстояние, стояли двое мужчин-телохранителей. Судя по всему, они учили мальчика ловить рыбу.

Я натянула поводья, и Луна фыркнула и послушно замерла на месте. Наследник обернулся на звук, я встретилась с его взглядом и вздрогнула. Он смотрел неуверенно, но с осторожным интересом.

Телохранители тут же заметили моё появление и переглянулись. Похоже, они знали о моём существовании, но не имели конкретных инструкций. Я приветливо улыбнулась, постаравшись показать, что я здесь без дурных намерений.

– Простите, что помешала вашей рыбалке, – мягко сказала я, медленно спешиваясь и осторожно поддерживая длинное платье. – Просто мы с Луной увидели вас и решили познакомиться. Правда, Луна?

Лошадь тихонько фыркнула, наклонив красивую голову в сторону мальчика, словно тоже приветствуя его. Наследник настороженно посмотрел на телохранителей, ожидая их разрешения. Старший из мужчин слегка улыбнулся и уважительно кивнул.

Тогда мальчик осторожно передал ему удочку, а сам осторожно шагнул ко мне, его глаза широко раскрылись от восторга. Похоже ему, как и мне, очень нравились лошади. Наследник робко протянул маленькую ручонку, чтобы коснуться гладкой шеи Луны.

– Не бойся, – тихо подбодрила я, слегка улыбнувшись. – Она очень добрая и дружелюбная.

Мальчик осторожно коснулся кончиками пальцев тёплой, бархатной морды Луны. Лошадь фыркнула и чуть наклонила голову, приветствуя ребёнка.

Лицо малыша осветила искренняя и светлая улыбка, такая красивая, что моё сердце сжалось от неожиданного прилива нежности и тепла.

Телохранители одновременно ахнули, переглянувшись между собой.

– Он… он улыбается! – прошептал один из них едва слышно.

– Не припомню, когда он так улыбался в последний раз.

Я смотрела на мальчика, который продолжал гладить Луну, с каждым мгновением всё увереннее и смелее.

– Её зовут Луна, – тихо сказала я, – Она будет очень рада, если ты будешь приходить её навещать.

Мальчик поднял на меня свои огромные, доверчивые глаза и смутился, тут же пряча улыбку.

В этот самый момент я окончательно приняла решение.

Как бы ни было хорошо здесь, как бы я ни была благодарна за этот невероятный подарок судьбы, я должна поступить правильно.

Этот маленький мальчик заслуживает самую лучшую няню на свете – добрую, терпеливую и светлую, такую, как Рая.

Я осторожно присела на корточки перед мальчиком, заглядывая в его ясные, большие глаза. В горле вдруг встал тугой ком, и я с трудом сглотнула, пытаясь справиться с подступившей грустью. Так хочется, чтобы с ним было все в порядке. Чтобы никто не посмел ему навредить…

– Ну что ж, маленький принц, мне пора, – тихо сказала я, стараясь улыбаться, хотя улыбка выходила грустной. – Ты будешь навещать Луну, правда?

Он внимательно посмотрел на меня, словно понимая больше, чем мог сказать. Затем медленно протянул ладошку и осторожно коснулся моей щеки. Этот простой, искренний жест оказался для меня полной неожиданностью. Меня будто молнией прошибло, и я отпрянула в сторону, едва сдерживаясь чтобы что? Расплакаться? Обнять его?

Я уже все решила! Я не имею право отобрать чужую жизнь и чужую мечту. Это не моя сказка.

– Будь храбрым, – сказала я уже едва слышно, погладив его по мягким волосам.

Быстро поднявшись, я решительно шагнула к Луне и погладила её по шее:

– Давай покажем им, как ездят настоящие всадницы! – шепнула я лошади с озорной усмешкой, подтягивая подол длинного платья и ловко запрыгивая в седло.

Серебристая грива Луны взметнулась на ветру, а сама она словно почувствовала моё настроение и нетерпеливо переступила с ноги на ногу, ожидая сигнала.

– Вперёд, девочка! – воскликнула я и с громким смехом дала ей волю.

Луна сорвалась с места, мгновенно переходя на галоп. Я наклонилась ближе к её шее, чувствуя, как ветер обжигает лицо и развевает волосы. Всё внутри меня пело от восторга и азарта, свободы и счастья. Юбка платья развевалась на ветру, глаза блестели, а на губах сияла бесшабашная улыбка.

Мы стремительно мчались по мягкой траве, легко минуя кусты и деревья, вызывая удивлённые и восхищённые взгляды прислуги, охраны и вельмож.

Но мне было всё равно. Я неслась вперёд, позволяя себе забыть обо всём на свете, кроме этого, восхитительного ощущения свободы и полёта.

В последний момент я слегка потянула поводья, ловко направив Луну к конюшне. Она остановилась плавно, с грациозностью, присущей только ей, фыркнула и встряхнула серебристой гривой, будто разделяя моё весёлое, озорное настроение.

Спешившись, я крепко обняла её шею и нежно прошептала ей на ухо:

– Ты просто невероятная. Спасибо за этот день. Ты навсегда останешься в моём сердце.

И хотя в душе снова проснулась печаль от осознания скорой разлуки, я была полна решимости.

Мягко погладив Луну по бархатистому носу, я постаралась запомнить это ощущение тепла и нежности. Конюх, парень с добрыми глазами, подошёл ближе и

уважительно склонил голову.

– Пожалуйста, позаботьтесь о ней, – сказала я, протягивая ему поводья и улыбаясь. – Она особенная.

Парень кивнул и бережно принял поводья, тихо заверив меня, что Луна будет в надёжных руках. Я вздохнула, бросила последний взгляд на лошадь и повернулась в сторону замка.

Под ногами приятно пружинила мягкая трава, щекоча ступни сквозь тонкую подошву туфель. Я замедлила шаг, позволяя себе наслаждаться простыми и оттого особенно ценными ощущениями – теплом солнца на коже, ароматом свежей зелени, лёгким ветерком, шепчущим что-то нежное и успокаивающее.

Склонившись, я коснулась ладонью травы. Вокруг росли небольшие цветы, похожие на пушистые одуванчики, только нежно-голубые, словно сотканные из небесного света. Я задела один из них, и он тут же разлетелся тысячами мельчайших искорок, похожих на светлячков, которые медленно парили в воздухе, мягко сияя и постепенно растворяясь.

Я удивлённо замерла, глядя на это крошечное чудо, затем осторожно коснулась ещё нескольких цветов. И снова воздух вокруг меня наполнился мерцающими искрами, кружившимися в лёгком танце света.

Настоящая сказка.

Но не моя.

Я медленно направилась через сад к башне оракула, стараясь запомнить каждое мгновение, каждую деталь этого волшебного места.

Хотелось бы попрощаться и с регентом. Поблагодарить за Луну. Несмотря на его суровость и подозрительность, в нём чувствовалась какая-то надёжность, что-то притягательное и сильное, чего мне очень не хватало в прежней жизни.

Я вздохнула.

Нет, лучше оставить всё как есть. Мне совсем не хотелось портить впечатление от этого удивительного мира очередным гневом дракона, его холодным взглядом и очередным допросом.

Всё равно он скоро всё узнает, когда сюда вернётся настоящая Рая.

Я аккуратно приподняла край платья, осторожно шагая по каменной дорожке, ведущей к башне. Глядя на её мрачные стены и тёмные окна, я подумала, что делаю правильно.

Вспомнив слова Фарго, я нашла розовый и неприятно колючий куст и спрятанную за ним дверь, слишком низкую и узкую, видимо не предназначенную для людей.

Тёмные ступени вели наверх, и я, подобрав юбки, направилась вверх, навстречу судьбе.

Узкая винтовая лестница, скрытая в густом сумраке, едва слышно поскрипывала. Я преодолела всего несколько ступеней, а казалось, что вечность.

Холод пробежал по коже – будто я пересекла незримую черту между реальностью и чем-то иным. Воздух здесь казался густым, насыщенным пылью, а скрип казался тихим шёпотом, едва различимым, но наполняющим душу тревогой.

Чем выше я поднималась, тем больше казалось, что лестница уходит вверх бесконечно. Изредка по стенам мелькали загадочные отблески света, только свечей или факелов не

было. Отблески были сами по себе.

Свет словно сам проникал сквозь древние каменные стены, и мне подумалось, что, наверное, он проникает сюда из каких-то других миров. Недаром же оракул отвечает за перемещение людей и душ.

Пространство вокруг будто искажалось, краем глаза я видела, как искривляются ступени, но стоило повернуть голову, присмотреться – всё казалось обычным.

Я почувствовала, что ещё немного – и ноги одеревенеют от страха. Хоть возвращайся назад!

Наконец лестница привела меня к высокой двери, резной и украшенной странными символами. Подойдя к ней, я ощутила почти физически, как перехожу черту.

Ну что ж, чему быть, того не миновать.

Я осторожно надавила на дверную ручку, и дверь беззвучно подалась. Мягкий, тёплый свет залил меня, словно я шагнула на вершину маяка, окружённого бескрайним морем тумана. Комната была круглой, стены её исчезали в мягком сиянии, будто их и вовсе не существовало, лишь огромные окна открывали вид на бесконечную дымчатую даль, подсвеченную призрачными огнями.

Посреди комнаты стояла фигура, настолько тонкая и прозрачная, что казалась сотканной из тумана. Огромные крылья, похожие на крылья мотылька, едва заметно дрожали, переливаясь серебристо-голубым светом. Он медленно обернулся, и моё сердце замерло.

Лицо существа было прекрасным, неземным, словно высеченным из света и ночи одновременно. Глаза, глубокие и бездонные, словно сама ночь, встретились с моими, пронизывая насквозь. Он едва заметно улыбнулся, губы шевельнулись, и до меня донёсся тихий шелест:

– Рая, я уже думал, что ты решила нарушить наш уговор.

Я вздрогнула от неожиданности и растерянно шагнула назад, пытаясь найти слова. Что здесь происходит? Почему он назвал меня Раей? О каком уговоре он говорит?

– Кажется… что-то пошло не так…

– Да, – существо вздохнуло всем телом, – кто-то узнал о нашем плане и донёс дракону. Но вы справились, я не сомневался. У вас прекрасная подготовка, мне жаль, что ваши правители не смогли по достоинству оценить ваши шпионские таланты. Но мы их оценим. После смерти наследника вас ждёт не только новая жизнь, но и награда.

Сердце забилось так сильно, что, казалось, сейчас выскочит наружу. Дыхание застряло в горле тяжёлым комом, мешая произнести хоть слово. Мысли забегали, как тараканы, сталкиваясь и опрокидываясь друг о друга.

Рая… шпионка? Нежная, наивная, светлая Рая – и убийство?! Наследника и вправду собираются убить, а я случайно заняла место убийцы!

Меня затошнило от осознания, как близко была трагедия. Как же быть теперь? Как остановить всё это? Кому довериться, если даже регент подозревал меня?

Паника начала затапливать сознание, но я попыталась взять себя в руки, отчаянно хватаясь за остатки здравого смысла.

Что делать? Что делать?

– Какой у вас план, Раиса Львовна? – прошелестел оракул.

Глава 3

Я растерянно смотрела на оракула, чувствуя, как паника сжимает горло ледяной хваткой. Нужно было что-то сказать, хоть что-то, чтобы он ничего не заподозрил. Но язык казался ватным, и нужные слова никак не находились.

Какой у меня мог быть план? Что сказала бы настоящая шпионка? Если подумать логически, даже убийце-шпионке сначала нужно было бы осмотреться, разобраться в ситуации.

Да! Именно так!

Я судорожно вдохнула и медленно произнесла, стараясь, чтобы голос звучал уверенно:

– Сначала нужно… освоиться и втереться в доверие регенту.

Оракул молча смотрел на меня своими бездонными глазами, и казалось, будто он способен видеть каждую мою мысль насквозь. От его взгляда холодок пробежал по позвоночнику, заставляя сердце сжиматься от тревоги.

– Очень разумно, – наконец прошелестел он. – Нельзя, чтобы регент заподозрил нас. Нужно действовать тонко. Но не затягивайте, если у мальчика проявятся магические способности или кто-то в нашей цепочке окажется слабым – конец.

Я торопливо кивнула, отчаянно пытаясь выглядеть спокойной.

– Я буду осторожна. Но нельзя действовать вслепую.

– Конечно, – продолжил оракул, – через три дня я жду вас с планом. Не задерживайтесь.

Последние слова прозвучали как предупреждение, и от них мурашки снова побежали по коже. Я понимала, что балансирую на грани – ещё одно неосторожное слово, и моё прикрытие рухнет, а вместе с ним исчезнет любая возможность спасти наследника и себя.

Я кивнула ещё раз, с трудом удерживаясь на ногах от нахлынувшей слабости. Теперь я окончательно поняла, что у сказки, в которую я попала, есть и тёмная сторона.

Я осторожно покинула башню, с трудом сдерживая порыв оглянуться. Каждый шаг вниз по винтовой лестнице отдавался громким стуком сердца. Казалось, словно невидимые глаза смотрят прямо в спину, следят за каждым моим движением. Может, так оно и было?

На свежем воздухе стало чуть легче дышать, но тревога не отпускала. Сомнений не оставалось – мне нужно было срочно найти дракона и обо всём рассказать. Но… не сейчас. Сейчас это будет слишком подозрительно.

Я нервно огляделась, делая вид, будто просто любуюсь окрестностями. В голове лихорадочно вертелись мысли: куда бы пошла настоящая шпионка-убийца? Что бы она стала делать после встречи с оракулом?

В библиотеку? Искать сведения? Или, может быть, к Фарго? Сердце сжалось от ужаса. А что, если Фарго тоже замешан в этом кошмарном заговоре? Доверять никому нельзя.

Глубокие размышления неожиданно прервал мой собственный желудок, громко и недвусмысленно заявив о себе голодным урчанием. Вот уж точно: кто как, а я не

шпионка, не убийца и уж тем более не няня. Я просто ужасно голодный человек.

Подумаю обо всем потом. Для начала я должна подкрепиться. Будь что будет!

Спустившись по широкой лестнице, я свернула в коридор, ведущий на кухню. Оттуда уже доносился манящий запах свежей выпечки и пряностей, заставивший мой желудок заурчать ещё громче. Мелькнула мысль, что независимо от того, в каком мире я нахожусь, кухня всегда остаётся местом спокойствия и утешения.

Распахнув массивную дверь, я вошла внутрь, вдохнув полной грудью вкусные ароматы. Однако едва я сделала шаг, как прямо передо мной возникла знакомая рыжая мордочка с недовольно вздёрнутым носиком.

Лисица сердито фыркнула, обмахивая хвостом собственные лапки, и раздражённо произнесла:

– Опять ты?!

Я неловко замерла на месте, чувствуя себя так, будто меня застукали на горячем.

– Эм… да. Проголодалась, – робко оправдалась я, пытаясь выглядеть невинно.

– Не сомневаюсь! – лисица саркастически прищурилась.

Я вздохнула и беспомощно развела руками:

– Мне стыдно за вчерашнее, честное слово. Я была не в себе.

Лисица со вздохом посмотрела на меня, затем повернулась к маленьким поварятам, которые замерли, с любопытством наблюдая за нами.

– Слышали? Няня обещает не переворачивать кухню вверх дном! – громко объявила она. – Что ж, попробуем ей поверить. Накормите её, прежде чем она снова что-нибудь испортит.

Повара и поварята словно соревновались в желании накормить меня всем, что было на кухне. Передо мной возникла гора ароматных пирожков с хрустящей корочкой, тарелка дымящегося овощного рагу, ломтики золотистого хлеба с маслом и мёдом, кувшин чего-то прохладного с ярким запахом травы.

Я едва успевала пробовать блюда, только изредка вставляя восхищённое «ммм» и благодарно улыбаясь суетившимся вокруг поварятам. Да, я заедала стресс и давала себе в этом полный отчет.

Лисица тем временем расположилась напротив, устроившись на высокой табуретке и наблюдая за мной с нескрываемым неодобрением. Она демонстративно сложила лапки на груди и негромко фыркала, явно желая высказать всё, что думает.

– Люди, – сердито проворчала она себе под нос, глядя, как я беру очередной пирожок, – всегда ведут себя так, будто они короли мира!

Я поспешно проглотила кусочек пирога и внимательно посмотрела на лисицу. Почему бы не использовать её ворчание себе во благо?

– А разве короли не были людьми? – невинно поинтересовалась я, протягивая лисице ломтик хлеба с мёдом.

Никогда не думала, что лисья мордочка может передать такую гамму чувств! Она сначала подозрительно уставилась на предложенное лакомство, потом осторожно взяла

его кончиками когтей и быстро сунула в рот. Прожевав, она негромко пробурчала:

– Люди правят, потому что на их стороне драконы! Встань они на нашу сторону, и на троне было бы углубление для хвоста!

Я слегка улыбнулась и налила лисице в кружку прохладного напитка:

– Правда? А как так получилось? Драконы же тоже с хвостом, почему они не на стороне хвостатых?

Лисица простонала, закатив глаза, но напиток взяла и даже сделала глоток, прежде чем ответить:

– Драконы – это драконы! Ты ничего не понимаешь!

– Так и расскажи, – попросила я, отламывая ещё кусочек хлеба и делая вид, что вся во внимании.

Лисица фыркнула, смерила меня взглядом и начала втолковывать, как ребёнку:

– Раньше люди жили себе в деревнях и городках, выращивали картошку, а мы жили в лесах, полях…

– И всегда были разумные? – спросила я с любопытством, пытаясь одновременно проглотить вкусный кусочек овощного рагу и не подавиться.

Лисица возмущенно взмахнула лапкой, едва не опрокинув кружку:

– Да нет же! Я тебе про стародавние времена толкую! Тогда хвостатые ходили на четырёх лапах. Это было до Разлома и до пробуждения драконов.

– Разлом? – переспросила я, заинтересованно наклоняясь вперёд и забыв на секунду о пирожке, который только что взяла.

– Ты вообще, что о мире знаешь? – укоризненно покачала головой лисица. – Чему ребёнка учить собралась? Даже не знаешь, как мир устроен!

– Мы живём в расширяющейся вселенной, пронизанной струнами, – попыталась я вспомнить хоть что-то из физики, от которой была максимально далека.

Лисица с явным недоумением уставилась на меня, потом презрительно фыркнула:

– Какие струны? Ты в лютне, что ли, жила? Бусы! Одна бусина – один мир, а нанизаны они на нить времени.

Я мысленно нарисовала себе эту странную картину, пожала плечами и спросила:

– Допустим, а вокруг что? Пустота? Космос? Звёзды?

Лисица театрально закатила глаза и, потянувшись лапкой, стащила со стола ещё один пирожок:

– Магия, конечно! Когда наш мир треснул, в него и хлынула магия. Всех, кого она коснулась, всех изменила! Люди стали магами, звери встали на ноги и заговорили, а драконы проснулись.

Она замолчала, хитро глядя на меня и с хрустом откусывая кусочек пирожка, явно наслаждаясь вкусом и вниманием.

– И потом люди и животные объединились, подружились и создали государство? – предположила я, допивая прохладный напиток и откидываясь на спинку стула.

– А потом началась война и кровь! – воскликнула лисица, вновь сердито сжав лапки в кулаки. – Ты вообще знаешь людей? Конечно, они решили, что они главные! Запрещали нам изучать магию, пытались лишить животных голоса. Горели леса и города, а драконы просто наблюдали и не вмешивались.

Она чуть замолчала и вдруг грустно опустила взгляд в стол:

– А потом родился Великий маг Элиан. Самый могущественный маг в мире! Он переманил драконов на свою сторону, и вместе они объединили королевство под правлением магов. Но, конечно, на трон сел человек. Его сын! Как же иначе-то? У людей же всё по наследству, а не по способностям. Вот и правят теперь нами… или правили… кто знает, как теперь будет.

И в эту секунду я поняла, что отчасти их будущее, судьба этого мира зависит от меня тоже! От того, что и как я скажу дракону, от того, смогу ли защитить мальчика.

– А что случилось с родителями мальчика? Был переворот? – осторожно спросила я лисицу.

В ту же секунду воздух на кухне будто застыл. Все взгляды резко устремились на меня.

Лисица замерла, уронив пирожок обратно на тарелку. Поварята стихли, даже огонь в печи, казалось, притих. Мне стало совсем не по себе.

Минуту стояла напряжённая тишина. Лисица нервно водила ушами и настороженно прислушивалась, словно ожидая, что сейчас произойдёт что-то ужасное. Затем она резко наклонилась ко мне, оскалив зубы и зашипела:

– Ты что, с ума сошла такие слова произносить?! Регент может подумать, что ты заговорщица, и конец тебе! Допрос, клетка, пытки!

Я невольно отпрянула, потрясённо уставившись на лисицу.

– Он… он что пытает людей?!

Лисица раздражённо покосилась на меня и быстро посмотрела по сторонам. Потом, уже тише произнесла:

– Не будь глупее, чем ты есть, двуногая. Регент не пытает никого лично, конечно. Но его люди… Особенно если заподозрят тебя в заговоре против наследника!

Она сделала паузу и снова нервно посмотрела по сторонам, потом сглотнула и зашептала:

– У нас об этом не говорят, но тебе, наверное, нужно знать. Король и королева погибли при странных обстоятельствах. Генерал Кайден отвечал за их безопасность, понимаешь? Был генерал, а сейчас регент, на троне сидит и за мальчика правит.

Я почувствовала, как холодок страха прошёлся по моей спине. Поварята тем временем стали понемногу возвращаться к своим делам, делая вид, что ничего не слышали, и только бросали на меня настороженные взгляды.

А что, если регент и правда решил захватить власть и никакой он мальчику не союзник и не защитник. Держит его, как марионетку? В истории земли таких примеров пруд пруди. Да и в такую версию верится легче, чем в то, что дракон из благородных чувств защищает мальчика, чтобы потом отдать ему корону.

Только что делать мне?

– Спасибо за предупреждение, – вздохнула я, ещё раз внимательно взглянув на лисицу. В её глазах читалась настороженность, но, кажется, и лёгкое беспокойство обо мне тоже промелькнуло. – Слушай, а как тебя зовут? Мы ведь даже не познакомились толком.

Лисица моргнула, слегка растерявшись от такой перемены темы, и гордо распушила хвост, расправляя складки на переднике:

– Лиана. Старшая камеристка Его Высочества. Между прочим, отвечаю за спокойствие и соблюдение порядка во дворце! – Она слегка вскинула носик и многозначительно прищурилась, явно ожидая должного почтения.

– Очень приятно, Лиана, – серьёзно произнесла я, с трудом удерживая улыбку. – Я, кажется, немного испортила твой порядок во дворце? Прости, я и правда не хотела. Просто я понятия не имею, что здесь принято, а что нет. В моём мире всё было иначе.

Лисица снова фыркнула, но уже более снисходительно:

– Это заметно, двуногая. Ходишь, вопросы задаёшь, правила нарушаешь… Люди вечно думают, что их незнание освобождает от ответственности!

– Лиана, если ты хочешь, чтобы я соблюдала правила, – осторожно и с лёгкой улыбкой предложила я, – то может, сначала расскажешь мне о них?

Лисица подозрительно сузила глаза, размышляя, можно ли мне доверять, потом тихо цокнула языком, закатила глаза и тяжело вздохнула, словно соглашаясь на что-то крайне неприятное:

– Ладно уж! Но один шаг в сторону – и пеняй на себя!

Я облегченно улыбнулась, чувствуя, как напряжение понемногу отступает. Хоть в этом странном мире у меня появился кто-то, с кем можно хотя бы поговорить откровенно.

И кто-то, кто наконец объяснит мне правила игры, в которую я невольно оказалась втянута.

Лисица решительно спрыгнула с табуретки, быстро отряхнула лапками передник и с неожиданной строгостью взяла меня под руку, потянув к выходу из кухни.

Я удивлённо подчинилась, стараясь не задавать лишних вопросов.

– Итак, двуногая, – наставительно заговорила Лиана, шагая рядом и чуть задрав мордочку вверх, – во-первых, никто не врывается на кухню и не ест там просто так! Это безобразие и нарушение всех правил этикета!

– Но я была очень голодна, – попыталась оправдаться я, но лисица только негромко фыркнула:

– Это не оправдание! Утром все завтракают за одним столом, вечером все ужинают. Свой стол для слуг, свой стол для вельмож, свой стол для охраны, свой стол для царственной семьи. Всё спокойно и по расписанию, а не так, как тебе вздумается.

Мы начали подниматься по лестнице, ведущей на верхний этаж.

– Во дворце есть три внутренних сада и один внешний, – продолжила Лиана уже мягче, едва мы вышли в просторный коридор. – Внутренние – это малый сад с лечебными

травами, большой сад с цветами и фонтаном, мы мимо него проходим и тайный сад, он в крыле царственной семьи и слугам туда хода нет.

Мы вышли на первый этаж, и я невольно замедлила шаг, рассматривая просторную галерею с высокими, узкими окнами. Сквозь них струился золотистый свет, ложась на старинные вазы и огромные зеркала в богато украшенных рамах.

Пол был выложен мелкой мозаикой, от которой в солнечных лучах отражались разноцветные блики, придавая всей галерее какой-то волшебный и праздничный вид.

Было в архитектуре что-то неуловимо восточное, но я никак не могла понять, в чем это выражается.

По правую сторону открывался вид на внутренний дворик. Здесь я впервые увидела наследника.

Сейчас дворик уже не выглядел пустым – по дорожкам суетливо сновала прислуга, расставляя по углам маленькие столы, накрытые белыми скатертями. Вокруг звучали весёлые голоса и тихий смех.

– Вот это и есть Большой сад, – пояснила Лиана, заметив мой любопытный взгляд. – Здесь накрывают столы на завтрак и ужин, в середине дня – чай.

И правда, следом за скатертями на столиках появились стаканы расписного стекла, некое подобие самоваров, подносы с выпечкой.

– Охрана обедает в малом аптекарском саду, – продолжила рассказывать лисица, уводя меня дальше по коридору, – А в Тайном – регент и наследник. На земляном этаже также располагается тронный зал, большой зал собраний, малый зал, библиотека. На втором этаже жилые комнаты и большая гостиная, а также летняя веранда. Туда ведут три лестницы.

Я задумалась, пытаясь мысленно выстроить перед собой карту, но у меня ничего не получалось. Замок казался огромным, запутанным лабиринтом.

– А есть какая-нибудь карта замка? Ну, чтобы не заблудиться…

Лисица резко обернулась, её глаза вспыхнули, она прижала палец к губам, раздражённо зашипев:

– Тише! Опять задаёшь опасные вопросы!

Я невольно отступила назад, удивлённая её резкой реакцией:

– Что опять! Карта – это же удобно!

Лисица схватила меня лапой за рукав и резко притянула к себе, заставив наклониться поближе. Её голос прозвучал почти испуганно:

– Тише ты! Кто во дворце работает, тот свою дорогу знает. А карта замка – это не удобство, а опасность. Если план попадёт не в те лапы, его могут передать заговорщикам! И тогда случится беда! Какое тебе дело, в какой комнате что? Знай себе, где спать, где есть и где учебный класс.

Я замерла, ощущая, как по спине вновь пробегает холодок. Похоже, весь замок был пропитан паранойей и страхом. То ли из-за поведения регента, то ли подозрительность регента была следствием происходящего. И, вспоминая разговор с оракулом, меры предосторожности были не зря.

Лисица отпустила мою руку, нервно оглянулась по сторонам и быстро пошла вперёд, бросив на меня предупредительный взгляд:

– Лучше бы тебе побыстрее выучить все и ничего больше не спрашивать. Так безопаснее для всех, поверь.

Я молча кивнула.

– Вот вход в библиотеку. Здесь нет запретных книг, так что можешь спокойно брать и читать, только выносить их нельзя.

– А какой распорядок у регента? – спросила я и тут же получила хмурый взгляд лисицы, – что?! Я просто хотела переговорить с ним об Артуре. Завтра начинать работу, а я ничего не знаю о ребёнке. Ни его распорядок дня, ни его предпочтения, ничего!

– Ну, так ты же лучшая иномирная няня, так? – съязвила лисица, – Должна с первых минут всё понять. И вообще, у меня и без тебя дел полно. За ужином поговорим, а пока отдыхай, погуляй, почитай…

Лисица махнула хвостом и скрылась за поворотом. Да уж, доброжелательность, поддерживающая атмосфера и прозрачность. Вот поэтому я всю жизнь предпочитала работать с лошадьми!

И что теперь делать? Поговорить бы с регентом? Правда теперь рассказывать правду было страшновато. Получается, что один раз я его уже обманула. Да и лисица намекнула, что и самому регенту выгодно, если мальчика не станет.

Я вспомнила суровый взгляд Кайдена, его прямую спину, глубокий голос с лёгкой хрипотцой. Слабо верилось, что такой сильный и могущественный дракон видит в хрупком малыше угрозу.

Чтобы не изводить себя мыслями понапрасну, я решила пойти в библиотеку. Возможно, там нет карты замка, но уж карта мира найдётся!

Глава 4

Я осторожно толкнула массивную дверь библиотеки и невольно замерла на пороге, удивлённая её размерами и строгой красотой. Высокие стеллажи, полные старинных томов, огромные арочные окна, из которых лился тёплый рассеянный свет, запах старых книг, воска и дерева.

Я прошла вглубь зала, осторожно касаясь кончиками пальцев кожаных корешков. Книги выглядели вполне обычными, удивляла только разница в размерах и формах.

Квадратные, прямоугольные, даже круглые. Кажется, в этом мире каждый фолиант был ценностью, и создатели стремились подчеркнуть это любыми способами.

К некоторым экземплярам было даже страшно прикасаться, будто это экспонаты музея, а я переступаю через невидимую ограждающую ленту.

Всё же я решилась, подошла и вытащила с ближайшей полки тяжёлый том, раскрыла его наугад и облегчённо вздохнула: витиеватые буквы, немного похожие на вязь, неожиданно легко складывались в понятные слова.

«Лекарственные растения юга и их применение», – гласил заголовок. Я пробежалась глазами по странице. Подробные иллюстрации листьев и корней, мелкий, но разборчивый текст. Интересно, это магия позволяла мне понимать язык этого мира?

Отложив книгу обратно на полку, я решила найти что-то полезнее – например, историю королевства или карту.

Пройдясь по залу, я заприметила большую арку, скрытую занавеской из зелёного шёлка. Она явно разделяла библиотеку на части.

Не удержавшись, я отодвинула ткань и замерла в изумлении.

Передо мной открылось пространство, напоминающее старинную оранжерею. Сквозь ажурные окна струился солнечный свет. Воздух здесь был наполнен терпким ароматом зелени, смешанным с едва уловимым запахом чернил и бумаги.

Между зарослями растений стояли витые металлические полки на них… лежали книги. Живые…

Из приоткрытой фрамуги дул лёгкий ветерок и книжные листья тихо шелестели, словно перешёптываясь друг с другом.

Невольно протянув руку, я коснулась ближайшей книги. Под пальцами ощутила тепло и живую энергию. Аккуратно отодвинув несколько зелёных листочков, я увидела под ними тонкие страницы, похожие на лепестки, с полупрозрачными, сияющими строчками.

– Невероятно… – прошептала я, не веря собственным глазам.

На мгновение мне показалось, что книга сама чуть качнулась навстречу моей руке. Весь зал вдруг наполнился тихим шёпотом и шелестом, словно все эти живые книги приветствовали меня.

Это уже слишком!

Я выскочила из оранжереи со смесью страха и восторга. Да, этот волшебный мир пугал своей жестокостью и радовал невероятной красотой.

Решив, что больше ни за какие шторы лазать я не буду, я прошла чуть дальше и заметила наконец то, что напоминало карту.

Это была медная скульптура: на высокой подставке в кольцо сворачивался лист старой бумаги со рваными краями. Почти цилиндр, но с разрывом. Частью скульптуры было ещё что-то наподобие линзы, то ли изображающее светило, то ли ещё что-то.

Я подошла к необычной скульптуре поближе, осторожно протянув руку к старинному листу.

На поверхности бумаги виднелись горные хребты и извилистые реки, города и селения, обозначенные миниатюрными точками.

– Пытаетесь понять, куда именно занесла вас судьба? – раздался за спиной низкий, чуть хриплый голос, от которого по позвоночнику пробежали мурашки.

Я вздрогнула и резко обернулась. У высокого окна, опершись рукой о подоконник, стоял Кайден. Свет мягко обрисовывал его профиль, подчёркивая строгую линию подбородка, серьёзный взгляд и спокойную уверенность. Длинные волосы свободно спадали на плечи, поблескивая в лучах заходящего солнца. По его взгляду невозможно было понять, что он сделает в следующую секунду. Злится он или спокоен?

Опасен ли он для меня? Опасен ли он для малыша?

– Пытаюсь найти точку опоры, – негромко ответила я, неожиданно даже для себя самой откровенно.

– Точку опоры? – он чуть наклонил голову набок, внимательно глядя на меня. – Интересное выражение. Земное?

– Оно означает что-то вроде стабильности, чего-то надёжного, понятного, – пояснила я. – С этим пока большие сложности.

Кайден чуть улыбнулся уголками губ, шагнув ближе. Он посмотрел на карту поверх моего плеча, и мне вдруг показалось, что пространство вокруг нас стало чуть теснее.

– Мы здесь, – сказал он, протягивая руку вперёд. Его рука оказалась совсем близко к моей, почти касаясь пальцев, и я ощутила его тепло, хотя между нами оставалось расстояние в несколько сантиметров.

Я посмотрела куда он указывал, но на карте были только огромные деревья.

– Мы в лесу? – изумилась я.

Регент покачал головой:

– Это карта нашего мира до Разлома.

Я обернулась на регента и встретилась с его взглядом. Он едва заметно улыбнулся, отчего его обычно строгое лицо вдруг показалось совсем другим.

– Мир до Разлома сильно отличался от того, что вы видите сейчас.

Он наклонился к карте, и я невольно последовала за ним. От него исходило едва уловимое тепло:

–Это парящие острова, – сказал он, указывая пальцем на изображения островов, которые возвышались над землёй, словно застывшие облака. – Здесь были королевства драконов.

– А люди? – спросило я, пытаясь увидеть хоть один город.

– Они жили в предгорье, – пояснил регент, проводя рукой по ряду острых пиков, возвышающихся над лесом.

Горный хребет выглядел как огромный скелет какого-нибудь ящера, присмотревшись, я заметила едва уловимые очертания крыльев и вздрогнула.

– Похоже на скелет дракона!

– По легенде мир образовался именно так, впрочем, это не по моей части. Мне достаточно знать, что люди когда-то жили племенами в горных городах, вытачивали в камнях храмы, перебрасывали верёвочные мосты. В леса они спускались редко. Чащи были полны хищников, ядовитых змей и тайн прошлого.

– А океан? На карте показаны какие-то подводные города? – присмотрелась я.

– Это королевства водного народа, – подтвердил регент, снова наклонившись к карте. – До Разлома они почти не общались с миром суши, храня свои тайны глубоко под водой.

– А есть водные драконы? – спросила я.

– Есть, – подтвердил регент.

– А это солнце или какая-то звезда? – я коснулась рукой линзы на подставке, и дракон покачал головой.

– Сейчас я покажу, – произнёс регент негромко, и я услышала тихий щелчок, словно сработал какой-то скрытый механизм.

Линза, закреплённая на подставке, вдруг вспыхнула мягким, золотистым светом. На мгновение казалось, что она вобрала в себя солнце, а потом лучи тонкими нитями растеклись над картой, пронизывая её насквозь.

– Что это? – прошептала я, не отрывая взгляда от завораживающего зрелища.

Карта ожила. Парящие острова, до этого застывшие на рисунке, плавно двинулись в воздухе, медленно покачиваясь, словно гигантские облачные корабли. Сквозь сияющую дымку я отчётливо разглядела башни драконьих городов, ажурные мосты и сады, свисающие каскадами зелени над бесконечностью внизу.

– Какая красота… – едва слышно выдохнула я.

Но стоило мне произнести эти слова, как свет в линзе потемнел, став фиолетовым, передвигающимся, как северное сияние.

Острова дрогнули. Сначала едва заметно, а затем всё сильнее, потеряв свою лёгкость и величественность. Один за другим они начали рушиться вниз, сквозь плотные облака, к зелёным бескрайним лесам.

Я невольно вскрикнула, видя, как древние башни и храмы ломаются на части, рассыпаясь дождём из камней и осколков.

– Нет… – я прошептала, чувствуя, как на глазах появляются слёзы от невозможной, завораживающей и страшной красоты гибнущего мира.

В лучах света вспыхнули леса. Огонь стремительно пожирал древние деревья, и те, будто живые существа, извивались в беззвучной агонии, охваченные пламенем. Казалось, я чувствую запах дыма и слышу треск сгорающих вековых стволов.

В воздух поднялись стаи разноцветных птиц, тщетно пытаясь спастись, но их крылья загорались в воздухе, вспыхивая и угасая, словно маленькие падающие звёзды.

В следующее мгновение горный хребет, величественный и неприступный, разорвался изнутри, выбрасывая вверх потоки раскалённой лавы. Словно само сердце земли лопнуло, извергая огонь и камни.

Я хотела отвернуться, но не могла отвести взгляд от происходящего.

Волны цунами поднялись из океана, оставляя на берегу обломки кристальных башен, статуй и резных раковин. Мир бился в агонии. Мне показалось, что что-то смотрит на меня из этого света. Смотрит и видит насквозь.

Испугавшись, я резко отступила назад, врезаясь в крепкую грудь дракона. Его руки рефлекторно легли на мои плечи, удерживая.

Я обернулась, глядя на регента в панике.

– Что это?!

– Это Разлом, – произнёс регент и снова щёлкнул линзой.

Лучи света исчезли, и я с облегчением выдохнула, посмотрела в глаза регента. Он был

спокоен и твёрд, но я уловила что-то ещё… похожее на отблеск печали.

– Простите, я не хотел вас напугать, – тихо произнёс он, убирая руки с моих плеч, – Это не карта нашего мира. Это надгробие, памятник прошлому. Раньше он стоял в тронном зале, как напоминание о хрупкости мира, но я распорядился переставить. Артуру не нужно лишних потрясений.

Я вздрогнула, понимая, что возможно это тот самый момент, когда нужно открыть правду. Только сначала понять, друг регент или враг.

– Кстати, об Артуре, – выдохнула я, отстраняясь от регента и смотря ему в глаза, – что на самом деле случилось с его родителями и почему мальчика хотят убить?

Регент нахмурился, провел пальцами по карте и несколько долгих мгновений молчал, словно решая, можно ли мне доверять. Он выглядел хмурым и каким-то очень уставшим.

Наконец он тихо заговорил, не глядя на меня:

– Я до сих пор до конца не понимаю. Никогда не интересовался политикой. Моим делом всегда была защита королевства, его границ. Король отдавал приказы, я их выполнял. В спокойное время присутствовал во дворце, как положено.

Он сжал руку в кулак и слегка поморщился, словно вспоминая что-то неприятное.

– Рано утром того проклятого дня поступило срочное донесение: восточная граница атакована. Это было неожиданно, никто не ждал там проблем. Королевское семейство ещё спало, так что я отправился на разведку без особого приказа. А затем, на половине пути, я заметил дым над столицей.

Кайден замолчал, прикрыл глаза, словно борясь с тяжёлыми воспоминаниями, и я затаила дыхание, боясь его перебить.

– Мне с самого утра что-то не нравилось, – продолжил он с усилием, – что-то подсказывало, что дело нечисто. Я полетел обратно, но было уже поздно. Дворец был охвачен огнём.

Регент открыл глаза, и я увидела в них смесь боли и злости, зрачки сузились и взгляд потерял всяческую человечность. Передо мной был разъяренный дракон:

– Я опоздал. Всё уже полыхало. Огонь перекинулся с нижних этажей на башню королевских покоев. Стены рушились, воздух наполнился дымом, криками. Я мог обратиться в человека и использовать магию, потушить огонь, но заметил, как что-то падает с башни. Я спикировал, подхватил, это был Артур, совсем крошечный ещё. Он даже не заплакал, когда оказался в моих когтях. А в следующее мгновение башню разнесло магическим взрывом. Так погибла королевская семья. Я не смог защитить их.

Слова регента звучали тяжело и горько. Мне казалось, что он не просто вспоминает, а заново переживает те ужасные мгновения, снова и снова виня себя.

– Вы не виноваты, Кайден. Вы герой. Вы спасли Артура и…

Я нерешительно сделала шаг вперёд и, собрав всю смелость, осторожно коснулась его плеча.

Регент резко отдёрнул руку, словно прикосновение причинило ему боль, и сердито посмотрел на меня:

– Мне не нужны жалость и утешение. Мне нужно подчинение и порядок.

Его голос стал жёстким, почти грубым, будто он сознательно пытался оттолкнуть меня. Я почувствовала, как вспыхивают щёки, и невольно шагнула назад, не сводя с него растерянного взгляда:

– Почему вы везде видите врагов? Пожары случаются, несчастья случаются…

Он прервал меня, холодно и резко:

– На границе всё было в полном порядке. Я выяснил это позже. Донесение подделали, чтобы убрать меня из дворца в тот день. Это не несчастный случай. Это тщательно продуманное убийство.

В его голосе проскальзывало рычание зверя, словно дракон, спрятанный под человеческим обличием, рвался наружу. В стальных глазах Кайдена вспыхнул опасный огонь.

Я тяжело вздохнула, опуская руки и отступая на шаг:

– Простите…

Я не хотела…

Регент посмотрел на меня и вдруг его взгляд смягчился. Он вздохнул, беря над зверем контроль, и едва заметно покачал головой:

– Это вы меня простите, Раиса Львовна, – тихо произнёс он. – Вы не из этого мира и никак не связаны с тем, что произошло тогда и продолжает происходить сейчас. По иронии вы, пожалуй, единственный человек, которому я могу хоть как-то доверять.

От его слов мне стало одновременно тепло и страшно. Я понимала, что наступил момент сказать ему правду, раскрыть карты до конца. Но язык не слушался, а сердце билось слишком быстро, чтобы найти правильные слова.

Кайден же отвернулся, погружаясь в свои мысли, и прошёлся вдоль ряда книжных полок. Его пальцы скользили по корешкам в поисках чего-то. Я же стояла неподвижно, сжав пальцы в кулаки и лихорадочно подбирая слова.

Нужно решиться и сказать. Но как начать?

Кстати, господин регент, насчёт доверия, тут ошибочка вышла. Или, Кайден, мне очень неловко, но я подменила вашу няню. У такого разговора вообще может быть подходящее начало?

Я уже открыла было рот, чтобы начать хоть как-то, но регент заговорил первым, не глядя на меня:

– Не уверен, что смогу полностью оградить вас от интриг двора, но приложу для этого все усилия. Артур не произнес ни слова, после падения с башни, а прошло уже два года. Ему скоро исполнится пять, но магия в нем так и не пробудилась. Народ может не принять его, потому напряжение нарастает. И чем дольше я ищу заговорщиков, тем больше запутываюсь. Я перестал понимать, кому могу верить, а кому нет. И это чувство… оно не отпускает, давит каждый день. Я веду себя грубо и жестоко.

Он снова обернулся ко мне, и в его глазах читалась смертельная усталость:

– Меня называют узурпатором. А я занял этот трон лишь затем, чтобы сохранить жизнь Артуру. Его отец был не просто королём – он был моим самым близким другом.

– Я… понимаю, – тихо ответила я, чувствуя, как сжимается сердце от его слов. Что

могла сказать ему я, незнакомка из другого мира, в этой ситуации? Как объяснить, что я здесь по ошибке и совсем не та, за кого он меня принимает?

Кайден, не заметив моего замешательства, подошёл к одному из шкафов, взял несколько книг и, не глядя, протянул мне.

– Вот, здесь вы найдёте ответы на вопросы, которые могут вас заинтересовать. О мире, о магии, немного о драконах и о людях. Это поможет вам освоиться. Я не самый лучший наставник.

Я осторожно взяла книги, чувствуя вес фолиантов в руках. Они казались тяжёлыми не только физически, но и морально, буквально груз знаний. И снова я не могла найти правильных слов.

Регент посмотрел на меня чуть хмуро, его взгляд на мгновение задержался на моём лице, словно он хотел сказать что-то ещё, но в последний момент передумал, сказал другое:

– Мне пора идти. Нужно подготовиться к собранию вельмож. Отдыхайте и набирайтесь сил. Завтра у вас первый день с Артуром. Прошу вас, берегите его. Он нуждается в защите и тепле больше, чем кто-либо в этом замке. Его мать была попаданкой, может быть, это вас сблизит.

Он уже шагнул к двери, когда я вдруг поняла, что больше не могу молчать. Моё сердце стучало так, словно я решилась на прыжок с обрыва.

– Подождите! – голос мой дрогнул, и я торопливо сделала шаг вперёд. – Мне нужно кое-что сказать вам.

Кайден остановился и медленно обернулся. В его взгляде читалось недоумение.

– Что-то случилось за то короткое время, что вы здесь? – спросил он осторожно, нахмурившись.

Я глубоко вдохнула, сжала руки ещё сильнее и, собрав всю оставшуюся смелость, посмотрела прямо в его глаза:

– Я… я не Раиса Львовна.

Он не сразу понял, что кроется за этим. Несколько секунд Кайден стоял совершенно неподвижно, будто я говорила на незнакомом языке. Потом его зрачки сузились:

– Что вы имеете в виду? – голос его был тихим, но я уже почувствовала нотки рычания.

Можно было сделать вид, что все ошибка. Что он не так понял или я не так выразилась. Зовите меня Раечкой, ха-ха. Но это было бы глупо.

– Произошла ошибка. – Слова давались мне тяжело, и каждое казалось грузом. – Я не няня, которую выбрал оракул. Я вообще не няня.

Регент медленно подошёл ближе, теперь глядя на меня пристально и напряжённо. Его руки поднялись, и я уже чувствовала, что они вот-вот сомкнуться на моей шее, но Кайден не стал меня душить, схватил за плечи и потащил куда-то.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.