# Моя попытка номер два

Алёна Викторовна Медведева

Все началось с влюбленности в мужчину, с которым она не может быть… Но судьба предоставила второй шанс. Теперь каждый шаг Лоены меняет жизни тех, кто окружает её. Каждый выбор способен вновь привести к катастрофе или подарить шанс на любовь.

Книга содержит сцены распития алкогольных напитков. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью

* * *

## Глава 1

Сперва появилось ощущение тепла. Сильные, горячие мужские руки. Шершавые ладони, гладящие по спине, оглаживающие бока; губы, скользящие по шее. Ощущение прикосновения тёплого дыхания на коже. Приглушённые, но настойчивые движения, тяжесть мужского тела.

Всё происходило словно в полусне, где не разобрать, когда заканчивается сновидение и начинается реальность. Она вздохнула, запустила пальцы в чужие волосы – мягкие, густые. Кожа под её ладонью дрожала. Мужчина дышал неровно, рвано и жадно, будто не мог насытиться. Его поцелуи обжигали, пробуждая чувственную дрожь и волнение в груди. Его голос был низким и хриплым:

– Лои…

Это имя! Ощущение потрясения пронзило её, затмевая собой все прочие эмоции.

Так звал её только он.

Память вспыхнула, как факел: день летнего солнцестояния, карнавал на улицах Ариллии, симпатичный темный маг, которого они с сестрой заприметили во время гуляний, спор о том, что она сможет его заполучить в два счета, склянки с ведьминым зельем, предложение магу освежиться напитком в знойный вечер…

Раскрыв глаза, она внезапно увидела чётко – свет, пробивающийся сквозь тонкие щели в досках, пыльные блики, золотая пыльца в воздухе. Спина вдавлена в сено. Оно колет, но не больно, а живо, лишь обостряя ощущения в словно ожившем моменте. И запах – травяной, пряный, – такой был только на южных склонах Ариллии в июне. В том месте… в том дне… Все так живо отпечаталось в ее памяти… тот роковой день… каждый его миг она сотни и сотни раз переживала в своих мыслях. Переживала, поначалу радуясь, потом сожалея, а в итоге ненавидя.

Она резко вдохнула, её сердце сбилось с ритма. Глаза расширились: что происходит?.. Ощущения идентичны сохраненным в памяти, но так реальны… Это не сон.

Мужчина над ней был молод – намного моложе, чем она помнила его сейчас. Губы, напряжённые от страсти. Скулы, обозначенные так чётко, как бывают только у тех, кого ещё не коснулась усталость жизни. Серо-голубые глаза – не смотрели, они прожигали неподдельным чувством.

– Ты… – не веря, прошептала она. – Это… ты?

Он улыбнулся. Тепло, немного насмешливо. Поцеловал в висок.

– Конечно, я. Кто же ещё, Лои? Грезишь наяву?

Её пальцы ослабли, руки, миг назад обвивавшие плечи мужчины, обмякли. Она в потрясении, все еще не понимая, скользнула взглядом по его лицу. Ресницы. Едва приметная морщинка между бровей. Все черты, знакомые до боли. Виар. Виар дер Роуф. Её муж. Маг. Мужчина, которого она когда-то… соблазнила.

Нет. Этого не может быть.

Лоена с трудом подняла голову. Вокруг – старый деревянный сарай, давно сгоревший… в прошлой жизни. Сено. Душистая травяная пыль. Летний ветер, что пробивается сквозь щель в стене и ласкает нагую кожу.

Паника уже начала закипать в душе, но её тело всё ещё отзывалось на ласки, волны истомы и наслаждения не угасли. Вновь эти ощущения? Она закусила губу, стараясь не задохнуться от собственного осознания. Это реальность. Не сон. Не фантазия. Она чувствует всё. Не просто помнит, нет – именно чувствует, проживает эти моменты здесь и сейчас.

И Виар… реально здесь. Молодой. Настоящий.

Она прижалась лбом к его плечу, трепеща от счастья и полноты близости. Влажные ресницы дрожали. Он шептал ей на ухо её имя, касался – нежно, жадно, как будто впервые, как будто не ждал подвоха.

Потому что и правда не ждал. Тогда он ей верил.

Он не помнит. Вернее – не знает. Для него всё происходит впервые.

А для неё – во второй раз. Все это до мельчайшей детали уже было в ее жизни. Прежней? Лоена поняла, что зелье перерождения, то, над чем трудилась последние годы и ради чего по капле отдавала жизнь – получилось. Она переродилась! И вернулась ровно в тот день, когда началась их с Виаром история. История коварной ведьмы и выпускника-мага, которого она заманила в ловушку в ночь карнавала.

Они ещё какое-то время лежали в объятиях друг друга. Её дыхание выравнивалось. Она не решалась говорить, страшась спугнуть момент. Сколько раз в дальнейшей жизни она мыслями обращалась к нему, черпая силы в той надежде и упоении, что испытывала в объятиях Виара. Он тоже молчал, просто прижимал её к себе, гладя по плечам. И в какой-то момент она услышала, как грудь мужчины начинает опадать ровнее, выравнивается его дыхание – он засыпал в первых лучах рассвета.

А вот она – не могла. Слишком сильные эмоции всколыхнул этот миг. Она медленно приподнялась на локтях, оглядываясь вокруг.

Этот сарай…

Она знала его до мельчайших деталей. Это место – самая грязная тайна её прежней жизни. Здесь, сто семьдесят с лишним лет назад, она заманила молодого мага Виара дер Роуфа, сразу ей понравившегося, предварительно опоила его приворотным самолично приготовленным варевом, заставила остаться наедине и соблазнила.

А когда он, одурманенный приворотом и страстью, дремал на её груди, она дала сигнал магическому патрулю, и их… застали на горячем. Именно в этом и была цель ведьмы – она поспорила с сестрой, что заполучит мага в мужья. Все было подстроено так, чтобы Виар попал в старую как мир ловушку. По закону Ариллии, по традиции и чести, мужчина, застигнутый в близости с незамужней женщиной, обязан взять её в жёны.

Так она получила его. Силой. Ложью. Через обман и ловушку.

И в ответ на это… он прожил с ней ужасную жизнь. Он никогда не унижал ее, но он просто – никогда её и не любил. Ни дня. Ни ночи. Ни мгновения. Холодная, одинокая жизнь в браке с человеком, что ее презирал до последнего вздоха. А она любила его тем сильнее и одержимее, чем больше он отдалялся. Погружённая в тщетные попытки привлечь его внимание, она сделалась жалкой. Мелочной. Колючей. Озлобленной. Она ревновала, манипулировала, устраивала демонстративные сцены, флиртовала напоказ. Дошла даже до того, что помогала его недругам, вредя карьере мага. Готова была на все, лишь бы он обратил на нее внимание. Хотя бы накричал… разозлился… сорвался на гнев.

Но, нет. Кроме той карнавальной ночи, она не получила от него ничего кроме холода и презрения. Даже ненависти не было… Тогда бы он мог развестись – поводов она давала предостаточно, известная на всю столицу скандалистка.

Превратилась в ту, кого сама ненавидела.

А он всё равно не развёлся. Ни разу за долгую жизнь не отругал, только больше никогда не назвал ее Лои… Лишь – нира Лоена – произнесенное ледяным тоном, слышала она от него при крайней необходимости. И он всегда молчал, с полным безразличием принимая как слухи, так и выговоры, и понижения ранга на службе, тем самым всегда защищая её. Но вопреки всему как маг добился он многого: Виар дер Роуф посвятил жизнь работе, с абсолютным рвением отдаваясь делам магического сыска и преследованию обвиняемых. Дома он едва ли проводил с десяток дней в году, пропадая на бесконечных служебных заданиях, с очевидным безрассудством рискуя собой так, словно не дорожил жизнью вовсе.

Дом их давно стал пустым и угрюмым, где в одиночестве и разочаровании собственной жизнью прозябала Лоена. Чувство тоски и злости, что разъедали душу женщины, постепенно затопили разум – даже умения ведьмы оказались бессильны, ее сила слабела. И только в последние дни жизни, когда её сердце ослабло, а злость сменилась смирением, женщина осознала, что разрушила сразу две жизни: свою и мужа. Старуха с потухшими глазами, она поняла, кого предала больше всего. И к чему было так упрямо стремиться добиться любви и уважения от Виара дер Роуфа, начав с обмана?.. Добиваться любви мужчины, посвятить этому жизнь? Зачем?..

Глупая, бессмысленная жизнь. Молодая ведьма, имевшая все возможности и силы, так бездарно ими распорядилась. Замерев в семейном склепе дер Роуфов напротив надгробной плиты мужа, нира Лоена осознала трагедию своей жизни. Одержимость мужем разрушила все. Здесь среди потомков магов она особенно отчетливо поняла свою глупость. Прервался род дер Роуфов – детей у них, конечно, не было. А что осталось нире Лоене на закате долгой жизни?..

Тогда в голове ведьмы и созрел план: посвятить последние дни, капля за каплей, отдавая собственную кровь, и сварить зелье – элексир перерождения. Получится ли?.. Будет ли у нее шанс вернуться в то время, когда она сделала неверный выбор? И спасти судьбы – свою и мужа?..

Получилось! И теперь… она снова здесь. В моменте, с которого начался их брак.

Та же ночь. Те же доски под спиной. Та же искрящаяся пыль в свете рассветных солнечных лучей. И мужчина рядом, ещё не её муж, ещё способный уйти, если она даст ему это право.

Её руки задрожали.

Я не хочу его обманывать. Не хочу отнимать у него и у себя выбор. Если мне дали второй шанс – я спасу не себя. Я спасу его. Должна спасти!

Лоена резко села. Потянулась за платьем. Локоть задел холщевую сумку с глиняным сосудом – остатки приворотного зелья, уже не нужного. Сердце ухнуло в пятки.

Улики ещё можно уничтожить. Положение ещё можно спасти.

– Лои?.. – голос мага был сонный, растерянный. Он с недоумением наблюдал за тем, как его спутница подскочила с копны сена и заметалась, собираясь. – Еще так рано…

Лоена натянула платье через голову, спеша и с трудом справляясь с запутанными завязками. Руки женщины дрожали. Он уже стискивала в ладонях свой мешок, недоумённо оглядываясь и отчаянно прислушиваясь.

– Что ты делаешь?

Не обращая внимания на мужчину, ведьмочка подхватила башмачки и обернулась к кривой дощатой двери сарая.

– Я ухожу.

– Лоена, подожди…

Нет. Я не подожду. Я тебя отпущу на этот раз. Теперь я буду жить ради себя!

И она метнулась к двери – пока магпатруль не пришёл, не оставив обоим шанса на хорошее расставание.

В сарае пахло летом. Высохшим сеном, крошкой миндального грибка в углах, терпкой смолой, что сочилась с досок, когда те прогревались под полуденным солнцем. А ещё – юностью. Теми тайнами, что здесь шепчутся вполголоса, дыханиями, что замирают в тишине.

Но для ведьмочки Лоены, не так и давно начавшей посещать собрания ковена, этот запах теперь был тревожным. Он напоминал ей не лето, а ловушку. Ловушку, которую она сама когда-то расставила – и сама же в неё угодила.

Голова кружилась. Не от страсти – от осознания. Всё ещё можно изменить. Всё.

Лоена метнулась к низкой дверце, с трудом открыла деревянный запор. Доски со вздохом отворились, выпуская её на свободу – в светлое утро Ариллии. Небо было разбавлено розоватыми всполохами облаков. Воздух свеж, прохладен, ещё не нагрет. Мир только просыпался, а она уже бежала от него, как от приговора.

Босые ноги женщины ударялись о влажную траву. Платье цеплялось за ветви, задиралось на бегу. Волосы выскальзывали из беспорядочного пучка, касаясь лица, словно руки прошлого, пытаясь удержать.

Но она бежала. Бежала словно от смерти, думая лишь о необходимости оказаться дальше от этого места. Сквозь сад. Мимо зарослей огнелистника, где прятались ящерки-подсветки. Мимо изгороди с цветущими амальфами. До калитки, ведущей к дороге.

Я успею. Главное – выйти за территорию заброшенного дома. Пока не пришли. Пока…

– Лоена! – голос Виара позади был подобен грому.

Она замерла. Тело инстинктивно отозвалось на это имя – как заклинание. Губы дрогнули. Она сжала кулаки, не оборачиваясь, и зашипела:

– Не подходи.

Он догнал её. Был без обуви, в расстёгнутой рубашке. Ветер трепал его волосы, на шее блестела струйка пота. Молодой. Настоящий. Совсем не тот, кого она помнила – сдержанного, холодного, всегда выбритого до хруста.

Этот Виар был живым. Гневным. И непонимающим.

– Что происходит? Почему ты убегаешь? Мы же… разве… – он осёкся, вглядываясь в её лицо. – Ты боишься меня?

Она покачала головой, в панике озираясь – маг заступил ей дорогу.

– Я боюсь себя. Того, что могу сделать. Того, что уже сделала.

– Ты ведёшь себя так, будто это было принуждением? Но это ты, Лои. Ты смотрела на меня так, что я забыл, как меня зовут. Ты шептала, что хочешь меня, ты звала, увела за собой. А теперь… – он выдохнул. – Теперь ты убегаешь?

– Я не прячусь, – сдержанно ответила она, делая шаг в сторону, желая обогнуть внушительную фигуру мужчины. Сердце билось словно птица в клетке. Как невовремя Виар решил добиваться объяснений, мешая ее намерениям: – Я… пытаюсь спасти нас обоих.

Он сделал шаг ближе, ступая с затаенной осторожностью, явно стараясь не напугать ведьмочку, но и не позволить ей сбежать. Всматривался пристально – и намека на сон не было во взгляде. По вкрадчивости движений, по силе, которая чувствовалась в ауре, не оставалось сомнений – боевой маг, что не позволит уйти без разрешения.

Лоену накрыло отчаянием: какая насмешка судьбы – он мешает собственному спасению. Она попятилась, спиной уперлась в ствол старой ивы и с тоской перевела взгляд на его лицо. Листья щекотали плечи. Сердце в груди билось с такой яростью, будто пыталось вырваться из клетки.

– От чего ты хочешь нас спасти, Лоена?

Нира Лоена нервничала все больше: время утекало как песок сквозь пальцы. Взгляд ее метался в панике от его лица к заветной калитке, хотелось реветь в голос и в отчаянии топать ногами. Но как она могла объяснить все магу?.. Судорожно искала слова, смотрела в его глаза, безмолвно умоляя отпустить. Пронзительные глаза, светло-серые, как рассвет над северным морем. В них было недоумение, огонь, даже толика гнева. Но не было ненависти.

Он ещё не успел возненавидеть меня.

– От судьбы, которая тебе не по плечу, – прошептала она. – От жизни со мной.

Маг шагнул ещё ближе, почти заключая женщину в плен своего тела. Расстояние между ними сократилось до дыхания. Он опустил руку – не чтобы схватить, а чтобы коснуться её локтя, едва-едва, нежно.

– Ты… жалеешь, что была со мной этой ночью?

Чуть склонил голову на бок, ожидая ответа, пытаясь нащупать причину такой очевидной паники своей соблазнительной ниры.

– Я жалею, что не остановила себя, – вскричала она, поддаваясь дрожи, – пока не стало поздно. Пропусти! Прошу…

И вот тогда – именно тогда, она почувствовала, что мир «сорвался с якоря».

Щелчок портала. Искажение воздуха. Почти не слышно – но у ведьм, как и у магов чуткий слух.

Она не успела! Из-под ивовых ветвей вышли трое магов в синей форме магического патруля. С лицами серьёзными, как приговор, взглядами, цепкими как артефакт чтения души.

– Нира Лоена, дер Виар, – начал старший маг. – По заявлению очевидцев и обнаруженному магическому следу, вы обвиняетесь в нарушении Указа Чести. Вы были заподозрены в близости вне официального союза. В соответствии с законами Ариллии, вас обязуют прибыть в ближайшее отделение магсовета для магосвидетельствования либо заключения брачного договора.

Лоена дрогнула – ноги женщины подкосились, грозя падением. Пальцы сжались в кулаки на ткани платья, на глаза выступили слезы ужаса. Неужели все напрасно, и горькой судьбы не избежать?..

– Это ошибка, – глухо от мгновенно осипшего голоса взмолилась она. – Между нами ничего не было.

Виар дер Роуф задумчиво прищурился, продолжая пристально наблюдать за лицом своей испуганной спутницы. Сам маг встревоженным не выглядел, в сторону собратьев по магии даже не взглянул. На слова ведьмы отреагировал старший патрульный, негодующе приподняв бровь:

– Свидетели видели, как вы вдвоём ночью после полуночи входили в старый сарай у заброшенного дома, а четверть часа назад спешно его покинули. Магический след слияния – подтверждён мною.

Глаза Лоены шокировано распахнулись: кто тот педантичный наблюдатель, что в суете карнавала смог заприметить все подробности ее коварной задумки?.. Она, а тем более боевой маг почувствовали бы близкое присутствие постороннего. Сама ведьма отчетливо помнила, что заранее просила сестру вызвать магический патруль к этому месту, но… поздним утром, когда, как она планировала еще в прошлой жизни, будет сладко спать в объятиях мага. К тому времени все следы приворотного зелья должны были бесследно выветриться из его крови…

Сейчас ведьмой руководили совсем иные намерения: она отчаянно стремилась избежать прежнего сценария развития событий. Но все получалось только хуже: магический патруль явился раньше, в ее сумке имелась прямая улика, а маг… он совсем не выглядел готовым отпираться.

– Это… – она с трудом сглотнула, – это было не то, что вы думаете. Просто прогоняющий хмель отвар, слабость от долгих празднеств, мы… мы заснули. Да, именно – никаких нарушений, и никаких требований с моей стороны.

Лоена с надеждой посмотрела на мага: ему же не нужно это постыдное пятно в биографии?.. Она точно помнила, что как раз в этот период он ожидал повышения… Из-за их «поспешного» брака и шумихи, спровоцированной драматичными стенаниями Лоены в самых людных местах города, повышение в тот раз отложили. Впрочем, позже Виар дер Роуф получил новую должность. Заслуженно…

Но сейчас ведьма больше всего желала, чтобы маг сделал вид, что они мирно проспали эту ночь в разных углах сеновала, опьяненные хмелем, чем помог бы избежать магосвидетельствования. Если оба они не предъявят требований, у магического патруля не будет оснований для задержания.

– Отвар? – цепкий ум бывшего мужа проявил себя: Виар ухватился за упоминание напитка, с которого и началось их знакомство. Лоена первоначально преподнесла его магу как прохладительное средство. – Ты говоришь, что он предназначен для вытрезвления?

Определенно, маг заподозрил истину: молодая ведьма не просто так подошла к нему с лотком с напитками в карнавальную ночь. Как быстро он догадается о привороте и ее обмане?.. Руки судорожно стиснули холщовую сумку: она в шаге от разоблачения и его ненависти.

– Ну, у него много разных свойств… – запнулась ведьма, избегая прямого взгляда мага. Еще и присутствующие маги из патруля со всем вниманием следили за их беседой. – Если нужно… я скажу, что это так. Я всё скажу. Только не заставляйте…

– Молчать, – Виар вдруг резко оборвал ее фразу и повернулся к патрулю.

– Даррен, – по всему выходило, что он был знаком с магами из патруля. Ведьма сразу насторожилась и внимательно посмотрела на старшего из их компании. Пришлось напрячь память из прошлой жизни, но она вспомнила, что Даррен дер Вайр был однокурсником Виара по академии. И кажется, они не ладили еще со времен учебы. – Ситуация действительно выглядит двусмысленной. Если репутация дамы требует брака – я готов заключить союз. Не обязательно настаивать на магосвидетельствовании – с моей стороны нет возражений, я готов принять ответственность.

Лоена пошатнулась, мир, казалось, провалился под ее ногами. Пусть иначе, но все шло как в прежней жизни. Она не обратила внимания, что Виар и Даррен буравят друг друга напряженными взглядами, но ее испугал ледяной тон мужчины, такой знакомый по ее трагичным воспоминаниям.

– Нет! Я не хочу. Мы не подходим друг другу! Он – боевой маг, я – ведьма с лавочными амбициями. Он достоин большего! Ему же обеспечена головокружительная карьера!

Нира Лоена немногим не билась в истерике, желая отвести от себя участь неизбежного брака, но никто из присутствующих магов не обращал на нее внимания. Вопиющее пренебрежение! Пусть она и являлась простой лоточницей, торгующей своими настойками на улице, но в случае брака ее мнение тоже должны были учесть? В конце концов, говоря о чести дамы, они подразумевали именно ее честь!

Но стоило ведьме упомянуть карьеру, оба резко уставились на нее. Старший патрульный вздохнул.

– Вы спорите. А по закону при наличии магического следа и противоречивых заявлений стороны обязаны быть сопровождаемы в ближайшее отделение магсовета.

Лоена содрогнулась: снова всё, как в прошлый раз. Но на этот раз – больнее, потому что она уже знала, чем всё это закончится.

## Глава 2

Камень, которым вымощена дорога – ощущался холодным. Ведьма чувствовала это даже через подошвы башмаков. Ступая по гладким плитам здания ближайшего магического патруля, нира Лоена чувствовала себя не ведьмой, не женщиной – даже не живым человеком. Лишь тенью, протянувшейся из прошлого. Она уже была здесь – в этих стенах, под этим куполом, шаг за шагом продвигаясь к собственному приговору.

Только теперь… она уже знала, чем закончится этот путь.

Виар всю дорогу от окраины города, где находился сарай с сеном, шёл рядом – молча. Он был собран, спокоен и сдержан. Волосы приглажены, плащ расправлен, шаги выверены. Глядя на него, никто не сказал бы, что пару часов назад он страстно обнимал женщину в стоге сена. Ни эмоций, ни растерянности – только абсолютная, выверенная магическая дисциплина.

Как в прошлой жизни… именно таким она видела его в редкие мимолетные встречи.

Но Лоена уже знала: чем он сдержаннее снаружи – тем сильнее буря внутри.

В прошлой жизни она дожидалась этой бури, жаждала ее. Пыталась её спровоцировать, вынудить взрывом ревности, страсти или боли прорваться хоть каким-то чувствам. Но он всегда оставался холодным и отстраненным. Даже когда она флиртовала с молодыми выпускниками-магами на приёме главы Службы магического патруля. Даже когда слёзы катились по её щекам в тишине их опочивальни. Он никогда не повышал голос, не спорил, не искал оправданий. Он просто презирал ее, заставляя ощущать себя… грязной и недостойной.

И всё же он не ушёл, не расторг их брак, а до последнего вздоха вопреки советам его окружения продолжал нести ответственность за свою жену.

– Прибывшие: Виар дер Роуф и нира Лоена, – возвестил маг-писарь, заглянув в светящийся список.

Их провели в зал магических регистраций – тот самый, где стены из прозрачного кварца позволяли видеть город, а потолок был сплетён из белоснежных лент магосвета, пульсирующих с едва слышным гудением.

Тот же зал. Та же сцена.

Они остановились у круга подписания. Мрамор. Голубоватый отблеск. Стол с пером, наполненным зельем согласия. Пергамент с уже вписанными именами.

Виар молчал. Но она слышала, как он взволнованно дышит. Признак это гнева или предвкушения?.. Каковы его истинные желания? В прежней жизни она едва ли обращала внимание на эти детали, полностью охваченная ликованием от благополучного исхода своего коварного плана. Сейчас же, еле переставляя ноги, плелась, подпираемая в спину группой магов. Они все несомненно знали Виара, пусть он и перебросился парой фраз только со старшим магом из патруля, но взгляды, которыми они обменивались между собой, наводили на мысль, что повода для ликования у ведьмы не было: присутствующие мужчины разгадали ее ловушку.

Мысленно каждый из них ставил себя на место дер Роуфа? Сочувствовал ему? Оказаться вот так связанным с обычной ведьмой-лоточницей, пусть даже молодой и красивой?.. Все маги относились к категории завидных женихов, им предопределена была карьера, дом и стабильность. Оттого и становились они извечными мишенями для охотниц на женихов. Лишь факт нарушения Указа Чести свидетельствовал против Виара, но если станет известно о приворотном зелье – ведьме несдобровать, тут не то что замуж не выйдешь, еще и накажут пожизненно. А холщовая сумка со злополучным сосудом так и оставалась в руках Лоены – безопасно выбросить ее по пути возможности не представилось.

– Протокол требует подтверждения обеих сторон, – монотонно произнес седой писарь без особого энтузиазма. – Достаточно сказать: “Я признаю союз”.

Молчание повисло в зале с высоким куполом. Она не могла говорить. Губы пересохли, а сердце сдавило паникой: капкан вот-вот захлопнется, необходимо что-то предпринять. Виар дер Роуф тоже молчал, чуть склонив голову к плечу и наблюдая за женщиной, что стремительно ворвалась в его жизнь и перевернула ее с ног на голову. О чем он думал? Чего выжидал?..

Наблюдали и окружающие маги. Беспристрастные свидетели, они стояли вдоль прозрачных стен, любопытствуя и постепенно по мере затянувшегося молчания шёпотом обсуждали развернувшуюся сцену. Чужие взгляды жгли спину ведьмы, как холодное железо.

В прошлой жизни она мечтала, чтобы он сказал эти слова. Добровольно. Сказал – и посмотрел в ее глаза.

А теперь он повернулся к ней – и смотрел. Смотрел пристально и изучающе, вопрошающе. Не как в прошлом. Не с отвращением. Не с безразличием. Он смотрел, как на женщину, которую готов защищать, но которую не понимает. При этом он не боится взять за неё ответственность.

– Я признаю союз, – первым произнес маг.

Лоена судорожно вздохнула: невозможно. В прошлый раз потребовалось немало угроз с ее стороны, чтобы заставить его выплюнуть заветную фразу. И сейчас она рассчитывала на эту заминку… Потому не успела перебить.

– Прекрасно, – писарь сделал пометку. – Нира Лоена?

Она молчала. Воздух в горле сгустился в ком. Всё нутро кричало: нет, нет, нет! Губы не разжимались, язык словно одеревенел.

– Я… – прошептала она.

Скажи: “не признаю”, Лоена. Скажи это.

Она закрыла глаза.

Я такая трусиха…

– Нира Лоена, есть что-то еще? Вы скрываете от нас истину? – прервал поток лихорадочных мыслей Даррен, шагнув к ведьме. – Почему вы молчите? Маг угрожал вам возмездием за признание? Или… в случившемся есть и ваша вина? Что вы говорили про отвар?..

Она впервые осознала каким безжалостным может быть взгляд Даррена дер Вайра – просто убийственным. Прежде она не смотрела пристально в его карие глаза, больше ориентируясь на официальные безликие полуулыбки. С его женой Лоена была близка в прошлой жизни вопреки тому, что сами маги держались друг с другом прохладно.

– Не пугай ее, – тоже ступив наперерез и взмахом руки заставляя старшего мага в патруле остановиться, сухо бросил Виар. – У нее есть право подумать.

– О чем тут думать, если нарушен Указ Чести, – Даррен выглядел недовольным. – Женщина совершенно не задумывается о репутации.

Таким нарочитым моралистом его и помнила Лоена. Не раз и не два он публично отчитывал ее мужа, выговаривая ему о позорящем семью поведении жены, убеждая разорвать постыдный союз. Тогда Виар неизменно отвечал, что лучше всех знает какая у него жена, но от развода отказывался. Впрочем, сейчас вмешательство дер Роуфа отвлекло патрульного от мысли об отваре.

– Нира? Вы сделали выбор? – раздался по-старчески скрипучий голос писаря.

Так ничего и не придумав, Лоена опустила взгляд на пол и подавленно выдавила:

– Я признаю союз.

Увы, изменить исход не получилось – история снова закрутилась трагичной спиралью. Жить с запятнанной таким нарушением репутацией еще сложнее чем в браке с дер Роуфом. Магия мгновенно вспыхнула внизу – голубой круг подписания заполнился светом, и их имена начали сиять, соединяясь рунами на пергаменте.

Союз заключён. Слишком поздно отступать. Все предопределено.

Лоена застыла на месте, уставившись на брачный пергамент остекленевшим взглядом. Сейчас в прозрачном зале находилось только тело ведьмы, душа ее рухнула в прошлое, вновь испытывая пережитую там боль.

– Идем, – очнулась она, осознав, что помещение опустело, а маг взял ее за руку и осторожно тянет за собой, при этом не сводя с лица жены пронзительного взгляда, словно способен был заглянуть в ее душу.

Когда они вышли из зала, солнце уже поднялось выше. Камни под ногами нагрелись, но внутри Лоены по-прежнему все застыло от холода. Первым делом она вырвала свою ладонь из рук мужчины, не заметив его ответного напряженного взгляда, и зашагала по дороге, не думая о цели. В душе женщины скопилась мировая скорбь. Хотелось скорее спуститься с холма, отдалиться от величественного здания магического совета.

Виар шагал рядом молча. У ворот городской площади он остановился, пространным жестом притормаживая и ведьму. Посмотрел на неё с лёгкой насмешкой:

– Жена, я ожидал от тебя большего энтузиазма. Вчера так меня добивалась, а сегодня – сдалась? Струсила? Кажется, сегодня утром кое-кому не помешал бы хмельной отвар для храбрости?..

Она отвернулась, насторожившись: отвар упомянут случайно, или это намек, что маг разгадал причину своего вчерашнего… забытья? Взгляд заметался вокруг, ища, где бы можно незаметно «потерять» холщовую сумку. Сейчас большинство горожан, спешащих по своим делам, толпились на улицах города, что существенно упрощало задачу. Можно «забыть» ее на прилавке или на чьей-то скамье на углу?..

– Я перед тобой очень виновата, – слова, которые она отчаянно желала сказать ему в прошлой жизни, но так и не смогла.

Маг сжал челюсти, отчего лицо его мгновенно посуровело.

– Полагаю, я перед тобой виноват не меньше.

Она ничего не ответила, только пожала плечами, понимая, что он все равно узнает истинную причину своего поспешного супружества. И проживет жизнь, презирая обманщицу-жену, за которую взял ответственность.

Он молча открыл портал, чем немного нарушил стройный поток пешеходов.

– Отправимся ко мне домой. Там всё, как положено – получил его чуть меньше года назад, поступив на службу. Будешь отныне в безопасности и полном довольстве. Как жена мага.

Лоена кивнула, на самом деле безучастная к любым его словам. Сердце молодой ведьмы переполняла горечь – она доподлинно знала, что никакой дом не способен уравновесить боль отчуждения. Со своим нынешним умом и опытом она бы предпочла продолжить жить в комнатушке в ковене на окраине, которую делила с другими сестрами, обучающимся навыкам ведьм. А со временем, торгуя своими зельями, скопила бы на небольшой домик с лавкой где-нибудь в провинции. Да, это была бы простая жизнь, далекая от кругов, где отныне будут принимать супругу Виара дер Роуфа, но она не была бы такой горькой и одинокой.

Женщина с чувством обреченности шагнула в портал, который вывел ее в сумеречный полумрак незнакомого помещения. Впрочем, она мгновенно узнала его по прошлой жизни. Воздух в приёмной зале был прохладным, пах пыльцой люмра, воском свечей и старыми книгами. Свет стекался с потолка, отражаясь от стеклянных арок – высоких, вытянутых, как в храме. Дом был магическим: живым, чувствующим. Он встречал их не звуками мелодии текущей из фонтана воды, а тишиной, которая словно затаилась в ожидании.

– Добро пожаловать домой, – очертив рукой пространство вокруг, Виар пояснил спокойно. – Сюда теперь будут доставляться твои вещи. Слуги – молчаливые, по традиции, живут вне дома, приходят только днем. У каждого своё задание, они не станут лезть в дела хозяев, рабочий контракт предполагает обет молчания – слухов из нашего дома никто разносить не будет. Осмотрись, обустраивайся, раз в месяц буду приносить тебе свое жалование – распоряжайся как жена. Из какого ты ковена? Я отправлю кого-нибудь забрать твои вещи.

Лоена кивнула рассеянно. Дом был… прежним. И с ним на нее навалились самые грустные воспоминания. В прошлом, в этом доме она проводила дни в одиночестве, бродя по холодным залам, прикасаясь к мебели, которую он выбрал без неё и до нее, запретив хоть что-то менять. Спальня, в которой он никогда не ночевал, кухня, где она упорно училась готовить для него – всё ощущалось чужим.

Но сейчас, в этой новой жизни, Виар открыл ей двери сам. И даже придержал жену за талию, когда она чуть оступилась на пороге. Он провёл её наверх, в комнаты, отведённые под личные покои.

– Здесь наша спальня, – коротко пояснил. – Если предпочтёшь жить отдельно – скажи. Я привык в студенческой казарме академии магии к порядку и простой жизни, поэтому быт тут самый аскетичный, но ты можешь изменить его по своему усмотрению.

Он предлагал выбор. Он, который тогда просто поставил перед фактом, и исчез из её жизни в первый же вечер.

Комната, как и прежде, была просторной. Лёгкий аромат пыльных роз из запущенного дворика, открытые ставни, расшитое покрывало с символом звёздного узора на подголовье, массивный камин в углу. Лоена шагнула внутрь, обвела взглядом знакомые до мелочей стены. Здесь она рыдала в подушку, здесь сжигала письма, которые писала ему, но так ни разу не отдала.

Но сейчас – всё было чисто. Ощущалось новым. Не было следов её боли. Не было «тлена печали» в подушках. Только хруст простых белых простыней и запах свежей древесины.

– Я предлагаю поесть. Ты, должно быть, устала. Спускайся как будешь готова, – Виар сдержанно кивнул в направлении ванны и вышел.

Он вел себя сдержанно. Конечно, они вчерашние незнакомцы. Но не был холоден.

* * *

Обед оказался неожиданным – овощное рагу с ветчиной и грибами, отвар из сливы кеварт и хлеб с вкраплением тмина. Всё – простая, но любимая еда Лоены.

Странное совпадение? Ведьма удивилась: магическое вмешательство в ее сознание исключено, она бы сразу почувствовала.

Если Лорена кушала медленно, больше смакуя и оттягивая момент завершения обеда, то маг поел быстро и, извинившись, предупредил, что ему надо успеть уладить кое-какие дела. С этим он столовую покинул, оставив новоявленную жену в одиночестве. Такое знакомое состояние! Но ведьма сдержала стон, зная, что все только начинается; ее вина что малодушно не отказалась от брака. Подумаешь: репутация?..

Когда она, насытившись, поднялась в спальню, Виар ждал у двери. Он стоял в расстёгнутой рубашке и домашних брюках, на его волосах ещё блестела влага – только что помылся? Взгляд, серо-голубой и чуть настороженный, скользнул по её лицу. Лоена насторожилась: в прошлом к этому моменту мага дома и след простыл.

– Поела? – тихо спросил он, внимательно наблюдая за выражением лица женщины. – Как тебе дом? Все устраивает?

Она сжала пальцы. Горло пересохло. Вот так запросто говорить с Виаром о простых домашних делах было… непривычно.

– Всё… слишком хорошо, – ответила честно.

Он улыбнулся. Усталой улыбкой взрослого мужчины, которому приходится быть осторожным с тем, кто значим?.. Неужели?..

– Сегодняшний день… вымотал нас обоих, – продолжил он странный разговор. – Но я не хотел, чтобы ты оказалась в ловушке. Я сдержу слово и позабочусь о тебе. Никто тебя не принуждает. Ни к чему.

Лоена окончательно оторопела: оправдываться здесь полагалось ей.

Так не говорил ее муж. Никогда. В той жизни он просто исчезал и игнорировал ее. А в этой – стоит у порога их комнаты. И ждёт.

Женщина прошла мимо, чувствуя, как напряженно сжались мышцы спины от ощущения, что он двинулся следом.

– Если ты не против, – он подошёл ближе, коснувшись дыханием ее шеи, – я останусь.

Ты должен был спросить. Ты должен был уйти. Я не готова…

– Виар, – её голос дрогнул в смятении, – у меня… жутко болит голова. Слишком много… странного сегодня.

Он остановился.

– Я могу облегчить боль. Заклятием.

Она встрепенулась, отшатываясь:

– Нет. Прошу. Без магии. Для ведьмы всё, что касается чужих воздействий – тяжело.

Он опустил протянутую ранее руку.

– Конечно. Тогда – просто отдыхай. Я… побуду в соседней комнате. Если что – зови.

И он вышел, прервав их неловкий разговор. Разговор двух незнакомых людей, которые пока не очень понимают – о чем говорить.

Все не так! Он не настаивает. Не злится. Не исчезает.

Скинув одежду, Лоена рухнула в кровать и долго лежала без сна на белоснежных простынях, беззвучно плача в тишине. Не от страха. А от боли: эта кровать стала самой верной спутницей ее прошлой жизни.

Как же сейчас всё воспринималось по-другому… и почему я тогда выбрала худшее?

* * *

Утром ведьма проснулась от запаха хлеба. На столике в углу обнаружила горячие булочки с запечённым сыром, мягкий суп с травами и маленькая записка:

«Попробуй съесть хоть что-нибудь. Ты бледная. Виар»

Она откинула волосы на спину. Села и посмотрела в зеркало. Отражение подтвердило: правда бледная. Но она, именно та, какой была давно, в пору молодости. Обольстительница. Ведьма. Вопреки сну, уставшая. Настороженная. Но всё ещё живая.

Я переродилась! Получила свой шанс. В этой жизни я не буду жалкой. Я не буду жить только ради него. Одержимой любовью. Я ведьма. Я сильная. Я буду жить для себя. Отныне только так.

Она собрала волосы повыше, смотав в пучок. Надела простое серое платье без кружева, обмотала талию поясом. Откуда оно взялось в шкафу – не думала, все еще ощущая себя так, словно вернулась в этот дом после недельной отлучки. Завтракать не стала принципиально, решив, что перехватит чего-нибудь на улице.

И пошла в город искать помещение под лавку. Сегодня просто побродить по улочкам, подмечая, где оживленнее снует народ, где есть подходящие помещения, сдающиеся в аренду, где какой городской контингент. Конечно, ведьма и прежде гуляла по столице, но именно сегодня у нее были не только мечты, но и решимость, которую она готова была осуществить на практике.

Сегодня она присмотрится, наметит для себя интересные варианты, чтобы возможно уже завтра отправиться обсуждать договор по аренде. А маг? Как отнесется к тому, что его жена вознамерилась открыто продолжить свою деятельность. В прежней жизни нира Лоена всеми силами стремилась скрыть, что она ведьма – принято считать их не самой добропорядочной категорией населения, а уж чтобы ведьма и в супругах у мага-законника? Вовсе редкость.

Раз обстоятельства и собственные страхи не позволяют изменить судьбу, остается изменить себя.

* * *

Дом под Стеклянной аркой казался тихим. Привычно тихим. Даже ветер, что гулял за окнами, звучал в его стенах словно приглушённо.

Начался второй день ее повторной жизни и повторного же брака. Но никак не получалось избавиться от ощущения, что трясина прошлого затянет ее вновь. Накануне ведьма вернулась очень поздно – не жалея ног, обошла всю столицу, подыскав для себя пару хороших вариантов для аренды. Но домой не спешила. Дом мага никогда не был ее крепостью, как бы она не тешила себя обратными надеждами. Но сейчас – Лоена решила твердо – она бездарно не растратит свой выстраданный второй шанс и… обустроит себе «крепость» в другом месте.

Сделает свою жизнь другой.

Вопреки привычке возвращаться в пустой и холодный дом, прямо за порогом обнаружился поджидавший ее муж. От неожиданности она воззрилась на него как на привидение: чтобы Виар и ночью был дома?!

– Лои… – как-то осторожно обратился он к ней, спешно поднявшись с небольшого диванчика в прихожей, – с тобой все в порядке? Где ты была так поздно?

Только после его слов ведьма очнулась: сейчас же не прошлый раз, и это его дом!

– Да, все прекрасно, только устала, – деловито сообщила мужчине, проходя мимо и стряхивая пыль с платья. – Увлеклась и забыла о времени. Донесу ноги до постели и сразу спать.

Виар дер Роуф с недоумением наблюдал за женой. Она, действительно, выглядела усталой. Природная бледность усилилась, мягкие темно-каштановые волосы местами припорошило паутиной, на скуле отпечатались следы пыльных пальцев. Но врожденная живость и энергичность, так очаровавшие его накануне, никуда не делись – сейчас он видел их в сконцентрированном и обращенном внутрь себя взгляде. Магу показалось, что ее глаза поблескивают кошачьим изумрудным отблеском: ведьма точно чего-то задумала. Он заметил этот эффект еще накануне: ночью, когда она его соблазняла, ее взгляд так же сверкал.

Только сегодня о соблазнении и речи не было… Всего сутки разницы, а Лоена его словно перестала замечать. И это женщина, что в ночь карнавала просто не давала ему прохода, буквально пожирая взглядом. Спеша сегодня домой после рабочего дня, Виар планировал совсем иную встречу с пылкой супругой. Вместо этого обнаружил пустой дом, слуг, которые уверили, что ниры нет с утра, и завтрак, заботливо принесенный мужем в спальню, она тоже не съела. По всему выходило, что маг успел чем-то обидеть жену?.. Может ли быть, что она разочарована условиями? Ожидала большего? Буравя взглядом ее спину, он шагал следом, не зная толком как завести с ней разговор об их браке. Она же не может не понимать обязательств, что взяла на себя, став женой?..

Очнулся от этих мыслей на пороге спальни, когда прямо перед его носом захлопнулась дверь, а в замочной скважине недвусмысленно провернулся ключ. Виар дер Роуф полагал себя мужчиной порядочным, выламывать дверь в спальню собственной жены магией он бы точно не стал, но… установленный ею порядок их жизни его определенно не устраивал.

До предела разочарованный он развернулся к комнате, где отдыхал с утра, обдумывая как найти подход к супруге? Странности в поведении этой женщины его не отпускали. Сначала с таким жаром его преследовать, соблазнить и вместе нарушить Указ Чести, чтобы затем пытаться сбежать, в сомнениях мяться с ответом при заключении брака, а потом и вовсе неуступчиво захлопнуть перед ним дверь спальни?.. В памяти мужчины всплыли насмешливые фразы, которыми сегодня весь день на службе его поддевали собратья. Неужели, Даррен прав, и ведьма его намеренно использует?..

* * *

Нира Лоена сидела на низком диване в гостиной, поджав под себя ноги. Простая льняная рубашка, самовольно позаимствованная из гардероба мужа, волосы забраны в небрежный пучок, плед на коленях. В ладонях – кружка с отваром мяты и лемонгресса, давно остывшая.

Она сидела здесь уже второй час. Смотрела на огонь в камине и молча вспоминала. В прошлой жизни этот камин почти никогда не горел. Пыль в топке. Холодный камень. Служанка зажигала его к праздникам – да и то больше для вида. Камин – это больше про дружные семьи.

Он почти не бывал дома. Виар дер Роуф – боевой маг, всегда на линии угрозы. В их силе и стойкости – вся ценность магов. Каждый конфликт, каждый намек на нарушение законов, каждый магический след преступления – он шёл первым. Будто искал, где можно погибнуть.

Она вспоминала, как дни тянулись пустыми нитями. Завтрак одна. Обед одна. Ужин – в одиночестве. Потом бессонница. Потом – вечер с зельем тишины и беззвучными рыданиями.

Он не был жестоким. Не кричал. Не упрекал. Не ограничивал. Он просто не смотрел на неё.

А она…

Она боролась. За внимание. За жест. За каждый взгляд. Доходила до глупостей. Платья с разрезами и низким декольте, яркий макияж с блёстками, приёмы, где она слишком громко смеялась рядом с другими мужчинами. Всё – чтобы он хоть как-то отреагировал.

Он не реагировал. Все было напрасно.

Только однажды, когда она, чтобы вызвать его ревность, публично поцеловала младшего мага на балу, Виар подошёл к ней после приёма и безразлично сказал:

– Если ты хочешь свободы – скажи. Не унижай ни себя, ни меня.

И ушёл. На три месяца. На задание в темные земли. Вернулся – с ожогами, множеством ран, которые не брала даже магия, и страшным шрамом на спине – кажется, его почти разрубило пополам.

Тогда она впервые подумала, что он нарочно ищет смерти. Что, возможно, не может простить себе, что женат на ней. Не может простить, что она обманом принудила его жениться.

Теперь я знаю. Он и вправду не простил. До конца жизни.

Но он и не ушёл. А она не заговорила о разводе, не после тех усилий что приложила, чтобы заполучить мага в мужья.

Лоена поставила кружку на стол и резко поднялась с дивана.

– Я не допущу повторения, – сказала вслух сама себе. Сказала твердо и решительно, сейчас со всей очевидностью осознавая роковую ошибку. – Я не позволю себе снова так… раствориться в нём. Это не любовь. Это яд.

Ведьма подошла к зеркалу. В отражении – женщина с пока еще тёплыми горящими глазами, тонкими чертами лица и чуть полноватыми губами. Слегка волнистая темно-каштановая прядь выбилась из пучка, и она медленно убрала её за ухо.

– У тебя есть второй шанс, Лоена. Ты сама добилась его, хоть что-то осознав к закату жизни. И на этот раз ты проживешь свою лучшую жизнь, будешь жить для себя. Не ради него. Не ради признания любви. Ради себя.

Она достала из секретера у стены плотный лист бумаги, обмакнула перо в чернила и начала писать план своей новой жизни:

– Развестись – по закону и без шума, через два года;

– Не привязываться к магу, держать все это время дистанцию, не привлекать к себе чужого внимания, жить разными жизнями;

– Найти дело, работать, быть занятой. Не ждать его в пустом холодном доме!

Пауза. Потом добавила ниже:

– Перестать любить.

Именно последний пункт плана – самый сложный, Лоена знала это. Виар – сейчас молодой и сдержанно-неприступный – как и когда-то в прошлом был ее идеалом, самым желанным мужчиной, любимым… Но теперь она знала, что ее одержимая любовь не взаимна, а значит, не принесет ей счастья. В этой жизни она найдет в себе силы и вырвет ее из сердца.

– Лои?

Голос мага заставил подскочить на месте. Он явно вернулся домой и искал ее, шагая из комнаты в комнату. Но почему он дома днем?! Продолжая жить давно укоренившимися привычками, Лоена никак не ожидала подобного – она даже толком не привела себя в порядок с утра.

Суетливо дернувшись, в испуге схватила лист с расписанными пунктами плана, спешно сминая его в комок. Сердце билось так, словно ее вот-вот застукают возле бездыханного тела. Не хватало увидеть этот список дер Роуфу! Ему подобное не объяснить. Бросив перо на столешницу, умудрилась опрокинуть чернильницу, но времени устранять устроенный бедлам не было – двери гостиной распахнулись. Муж Лоены шагнул в помещение и сразу застыл в изумлении созерцая испуганную жену, застигнутую у секретера в непозволительно короткой мужской рубашке с полурассыпавшимися из пучка волосами и лихорадочно бегающим взглядом, а также комом бумаги, что она нервно стискивала в руках. Позади, образуя на полу темное пятно, из опрокинутой чернильницы медленной струйкой стекали густые чернила.

– Что-то случилось? – взгляд мужчины замер на стройных женских ногах, глаза широко распахнулись. Такими откровенно оголенными он их не лицезрел даже в ночь карнавала в сарае с сеном. – Дом… пустой.

– Я… эээ… отпустила слуг, – голос прозвучал глухо и сипло: ведьма не на шутку перепугалась.

В прошлой жизни она часто прогоняла всех, оставаясь дома совершенно одна. Проживать свое одиночество на глазах других – было невыносимо. Оттого и бродила порой по дому, ступая из одной темной комнаты в другую, растрепанная и полуодетая. Мысленно Лоена треснула себя по лбу: сейчас все иначе. Пока!

– Я тебя напугал? – Виар старался, но не мог отвести взгляда от ног жены. – Что ты делала?

Мужчина тряхнул головой, пытаясь вернуть ясность мыслей.

– Я… эээ… да ничего, собственно. Так… составляла небольшой список…

Лоена запиналась через слово: маг стоял напротив такой красивый и мужественный. А она мысленно твердила себе, что должна держаться от него подальше и вести себя тихо как мышь! Тогда у нее будет шанс соблюсти пункты плана и спасти их жизни.

– Покупок? Решила что-то докупить? – реагируя на заминки жены, поспешно решил подсказать маг и полез в карман форменной мантии. – Вот мой товарный амулет. Им и расплачивайся… Не успел тебе отдать.

Мужчина протянул ей заряженный на его ауру артефакт, но супруга неожиданно шарахнулась от его руки как от восставшей нечисти и, чуть обогнув его, рванула из комнаты, вскрикнув на ходу:

– Не надо, спасибо. Мне пора. Я спешу, у меня еще дела.

Как зачарованный маг стоял и смотрел на мелькающие из-под белоснежной ткани рубашки женские ноги. Ему больше всего хотелось броситься следом, нагнать жену, подхватить ее на руки и унести в их спальню. Где та бесстыдная соблазнительница, что осмелилась опоить его хмельным настоем и увлечь на сеновал? Почему теперь она шарахается от него как вампир от осины? Определенно, соглашаясь на брак с ведьмой, Виар дер Роуф рассчитывал совсем на иное взаимоотношение в их паре. Согласившись на брак с, по сути, простой горожанкой, он рассчитывал, что их пару минует вся эта нарочитость и показушность, где жизнь ради вида и официоза, принятая в родовитых семьях. Нет, Виар принял свою ведьму, надеясь, что в их семье будут страсть, чувства, доверие и взаимное тепло. Пока же перед ним неизменно захлопывались двери супружеской спальни.

– Наверное, ей требуется время привыкнуть, – вздохнул он, магией приводя в порядок чернильницу и с неодобрением покосившись на нетопленный камин: за долгие годы трудного обучения он порой представлял себе дом, где будет жить его семья – жена и дети, где они будут собираться у жаркого огня и проводить вечера вместе.

Лоена же в это время, покрывшись испариной, сжигала в спальне ком смятой бумаги над пламенем свечи. Как было бы ужасно, если бы этот список увидел кто-то еще. Почему во второй жизни все «сбоит»? Или же она просто подзабыла какими были их первые дни?.. Кажется, какой-то прием у главы службы магического патруля?..

Лоена натянула плотное платье, нашла сапоги, накинула серый плащ и крадучись отправилась к выходу в надежде, что маг заскочил домой на минутку, просто что-то забыв, и уже ушел.

Вышла на улицу. День казался туманным. Серое небо нависало над городом, улицы поблескивали лужами. Слуга из сторожки у ворот поспешил навстречу молодой хозяйке и спросил, вызывать ли карету – она отказалась. Ходить – полезно для мыслей. А сейчас мысли ведьмы особенно нуждались в порядке: обжигающий взгляд мага, которым он обежал ее застигнутую на месте планирования фигуру, так и стоял перед ее мысленным взором.

Ведьма сжимала веки и кулаки, трясла головой и шумно дышала, принуждая поток ненужных мыслей уняться. Нельзя любить Виара! Надо думать о деле.

Сегодня я арендую место. Помещение. Просторное. С витриной. Будет лавка. Для зелий, амулетов, артефактов. Всё, что я умею варить – изготовлю сама. Всё, что не связано с ним. Все, что смогу сама.

И она устремилась к вчерашнему месту.

## Глава 3

Пыль на улочках Ариллии прибилась недавним дождем, воздух посвежел. Продавцы лавок давно открыли ставни, гремели щеколдами, перекликались дворники с доставщиками, и где-то вдали звонил колокол с башни гильдии артефакторов.

Лоена шагала по булыжникам в старых кожаных ботинках, промокших у носка. Сегодня утром она обнаружила большую корзину со своими вещами, что оставались в ее комнате в ковене. Кто-то бережно упаковал их, прежде чем отправить в дом мага. Вероятно, сестра Сиэль, что помогала Лоене осуществить ее план в карнавальную ночь. Вот старые ботинки и пригодились, а еще неприметный серый от долгого использования в непогоду плащ, без лишних швов, без эмблем. Но даже привычная простая одежда не помогала почувствовать себя прежней почти завершившей обучение и строившей планы по заполучению мага ведьмочки. Груз прошлой жизни давил на плечи, словно делая ее старше. Сейчас Лоена сама напоминала себе старших ведьм, что стояли во главе ковенов в этом мире, где за миловидной внешностью молодых женщин скрывался опыт многих и многих прожитые десятилетий.

Только она, город и мысль, что сегодня начнётся её новая жизнь. Опыт прежней жизни позволит избежать ошибок!

«Лавка должна быть небольшой. Со светом. Чтобы травы не увядали, а зелья не скисали», – прокручивала она в голове, заходя на вторую улицу за аптекарской башней.

В этом районе обосновались не меньше десятка ведьм и два уважаемых артефактора. Конкуренция – зверская, но и спрос в столице куда выше. Особенно, если продавать не просто зелья, а то, чего не найти на обычных прилавках: охлаждающие амулеты от боли, амулеты, читающие звериные следы для охотников, огненные печати для мастерских. Только в юности она делала ставку на свои зелья. Наблюдения из прошлой жизни оказались на пользу. Она умела. Помнила. У неё был опыт. Слишком долгий. Из той, прежней жизни.

К полудню ноги гудели, как колокола в храмовый праздник. Лоена обошла пять помещений – сырые, узкие, дорогие или рядом с дешевыми вонючими складами рыночников. То клопы в плинтусах, то гоблин-арендодатель с зубами, чернее сапога.

И вот – последнее на сегодня место. Переулок был узким, но солнечным. Дом стоял в глубине, чуть в стороне от шумной улицы. Фасад старый, облупившийся, но с большими окнами и резной вывеской, покрытой пылью.

«Пусто, – подумала она. – Идеально».

Хозяином помещения оказался гномом с длинными бровями, тяжёлым взглядом и руками, размером с кастрюли. Сидел на ящике, жевал что-то непонятное, шумно шмыгал носом.

– Аренда? Да, есть, – буркнул он. – Сто двадцать медяков в луну. Не меньше трёх лун вперёд. И никаких переделок. Если окна треснут – сама вставляешь. Печи нет. Подвал сырой.

Лоена моргнула.

– Простите, сколько?

– Сто двадцать. Слышала с первого раза.

Это грабёж, цена завышена вдвое. Даже с магическим местом. Даже с окнами. Даже если сюда зайдёт сам архимаг и купит зелье бессмертия.

– Слишком дорого, – сдержанно произнесла ведьма. – Здесь и магпроводки нет. И запах плесени, даже на лестнице. Я дам девяносто. И то много, сам знаешь. Это место давно простаивает.

– Ха! Девяносто?! Да ты… – начал было гном, но тут в тень козырька от лавки шагнул кто-то ещё.

– Семьдесят пять, – раздался негромкий голос Виара дер Роуфа.

Лоена удивленно оглянулась: откуда здесь взялся маг? Он стоял позади неё, высокий, в простой тёмной мантии, с ладонью, небрежно лежащей на эфесе дорожного жезла.

Хозяин-гном резко умолк. Уставился на законника. Задвигал носом, будто воздух вокруг стал гуще. Лоена доподлинно знала как опасен Виар – в прошлой жизни однажды видела его в деле, но остальные словно чувствовали угрозу, идущую от него.

– Простите… Кто вы?..

– Муж, – сказал Виар. Коротко. Без нажима. Чуть качнув головой в направлении женщины.

Лоена чуть не выронила сумку. Ее, еще миг назад имевшую самые зыбкие перспективы на удачный договор и вынужденную колыхаться как былинка на ветру, безвольно следуя намерениям гнома поживиться на ее скудных накоплениях, словно подперло сбоку каменной стеной. Настрой владельца дома изменился мгновенно.

Сделка была заключена за три минуты. Хозяин ушёл, бормоча что-то про «акцию дня» и «скидки семейным парам», а Лоена всё ещё стояла, с открытым ртом и держала в руках договор аренды, скрепленный магической печатью.

– Ты… что ты здесь делаешь? – выдавила она, когда они, наконец, остались одни в пустой лавке. – Как ты узнал, что я здесь…

– Я не знал. Увидел тебя на улице. Окрикнул, но ты так глубоко о чем-то задумалась, что не заметила, поэтому пошел следом. Еще с утра хочу с тобой поговорить, но ты постоянно куда-то пропадаешь. Теперь понятно куда. Собралась открыть свою лавку? Чего не сказала? Я бы помог с поисками.

Он подошёл к окну, провёл пальцем по ветхой раме, где уже плясала пыль, и неодобрительно покачал головой.

– Нужны глифы защиты. Тройной барьер, от вторжений. С внутренним якорем. Я наложу.

– Виар… – жена опустила глаза, все еще не зная, как реагировать на такую своевременную помощь всегда безразличного к ее жизни супруга. – Я не просила.

Вопреки представлениям Лоены, маг отреагировал очень спокойно. Ни намека на пренебрежение в отношении ее намерений торговать. Пусть теперь и не с лотка на улице, но все же… Еще и сам арендную плату за полгода внес, успев приложить товарный амулет раньше, чем она нащупала в кармане свой кошель, который попал к ней вместе с другими вещами.

Он обернулся и посмотрел пристально, с недоумением.

– Ты – моя жена. Лоена, ты сама так решила, помнишь? Никто тебя не заставлял соглашаться на брачный ритуал.

Это он еще тактично промолчал, что никто не заставлял ее соблазнять сурового одинокого мага. Ведьма отвела взгляд в сторону, признавая его правоту. Но скопившаяся за прошлую жизнь горькая обида на этого мужчину взяла свое:

– И что? – голос женщины дрогнул. – Ты считаешь, что… это даёт тебе право… вмешиваться в мои дела?

Маг нахмурился, продолжая неотступно преследовать жену взглядом. Ее поведение он понимал все меньше и меньше. Сделал шаг ближе, потом второй. Но, не дойдя до Лоены пары шагов, – остановился. Словно боялся пересечь границу. Или еще больше напугать женщину? Других причин помимо страха, внушаемого магами другим, он не видел.

– Это даёт мне… обязанность. Помогать. Поддерживать. Дать тебе защиту. Потому что ты здесь одна. Потому что… ты – моя жена. И потому что так поступает муж. Разве не ради этого ты устроила весь спектакль в карнавальную ночь?

Тишина повисла между ними, натянутая, как струна арфы. Лоена сглотнула, просто не веря собственным ушам. Такое красноречие? Такие слова? И от кого? От молчащего всю жизнь Виара дер Роуфа? Что-то совершенно невозможное. Сделала усилие. Нервы натянулись словно пружина. Она выдавила лёгкую, очень ровную улыбку:

– Спасибо. Ты… добрый человек. Но это всё. Больше мне не помогай, и деньги я верну, как только заработаю.

Он смотрел на неё и не улыбался в ответ. Миг назад смотрел с полуулыбкой, внимательно, демонстрируя явное тепло и намерение сблизиться. Но взгляд изменился – стал цепким и пронзительным, как если бы мужчина ожидал подвоха.

– Лоена, думаю нам стоит кое-что обсудить, – маг кивнул в направлении деревянного стула, покрытого толстым слоем пушистой пыли. – Я еще утром хотел с тобой поговорить, поэтому и пошел сейчас следом, рассчитывая перехватить.

К счастью, они стояли внутри лавки, скрытые от посторонних глаз и ушей. Но Виар дер Роуф еще и медленно вскинул руку, активируя волну полога тишины – разговор предстоял важный. Ведьма занервничала – в прежней жизни вопреки всем ее стараниям муж в принципе не удостаивал ее разговорами, от того она не совсем понимала как стоит вести себя сейчас, вновь задаваясь вопросом: почему Виар другой в ее новой жизни?..

– Ты добивалась нашего брака, пошла на немыслимые поступки. Ты же не можешь не понимать последствия нарушения Указа Чести для женщины? – он бросил на нее прямой суровый взгляд, отчего Лоена нервно отступила на шаг, отводя взгляд: да, она понимала, иначе не согласилась бы на заключение брака. – Я не упрекаю тебя, тем более, что тоже ответственен за случившееся. Для себя я принял сложившуюся ситуацию, согласившись принять обет. Но разве наше общее согласие не означает готовность постараться и стать мужем и женой?

Женщина озадаченно слушала: к чему он ведет? Какой-то странный призыв для того, кто ненавидит жену. Не живи она вторую жизнь, наверняка с жаром поддержала бы его инициативу, но теперь Лоена знала: муж ее скоро возненавидит. Оттого избегала отклика на его призыв, твердо решив упредить взаимную боль и разочарование.

– Мы уже являемся мужем и женой, чего еще ты от меня хочешь? Я признаю, что целенаправленно добивалась брака и вынудила тебя жениться. Но у меня есть решение. Давай договоримся о разводе? Это восстановит для тебя справедливость. Причем так, чтобы вред для твоей карьеры стал минимальным. Какой момент лучший для развода? А до этого я буду вести максимально незаметную жизнь, чтобы большая часть твоего окружения и не помнила о твоем браке.

Маг, очевидно, лишился дара речи. Лишь смотрел на жену и делал попытки что-то ответить, но дальше безмолвно приоткрытых губ дело не шло – слова не находились.

– Почему ты хочешь развестись? – в итоге довольно глухо прозвучал вопрос мужчины. – К чему тогда было добиваться замужества? – он попробовал вразумить Лоену. – Мы только что встретились, не знаем друг друга… А ты уже решила, что мы не подходим для совместной жизни. Не слишком ли поспешные выводы?

– Не говори, что мы не знаем друг друга, – ухватилась женщина за внезапную идею. Она лихорадочно искала для него аргументы в пику их браку, страшась разоблачения. И вот он своими мыслями подкинул Лоене идею. Округлив глаза, она проникновенно призналась: – В определенном смысле мы очень даже близко знакомы. И знаешь что? Я попробовала и поняла: ты мне не подходишь. Определенно, мне нужен кто-то получше. Возможно, дело в возрасте? Ты – хороший человек, да, но я решила, что буду искать в мужья… кого-то помоложе.

Сказать, что после слов Лоены лицо мага вытянулось, это ничего не сказать. Во взгляде Виара отражалась гремучая смесь из потрясения, гнева и смущения. Прежде на жизненном пути он пусть и ценой немалых стараний получал лишь заслуженную похвалу и восхищение. Со времен учебы в академии магических стражей критике он подвергся впервые. И от кого! От собственной жены. Подобное признание способно вогнать в краску и боевого мага. Тем не менее, глаз он не отвел, продолжая открыто смотреть в лицо Лоене. Ночь карнавала маг помнил очень смутно – детали словно размыло туманом. Да, факт нарушения Указа Чести неоспорим, но как он там справился?.. Мужчина толком не помнил.

Впрочем, факт захлопывающейся перед носом двери супружеской спальни предстал перед Виаром в новом свете.

– Жена, – тоном он особо выделил свое обращения, давая понять, что на поводу дурных женских эмоций идти не собирается, – все маги проходят десятилетнее обучение, без этого должным образом силой не овладеть, затем не меньше пяти лет оттачивают навыки в провинции или на границе, и только лучшие из нас получают шанс на повышение. Конечно, это куда больший срок чем проходят люди без магических способностей до брака. Но и жизнь наша примерно вдвое длиннее. Ведьмы в ковене же тоже обучаются восемь лет после совершеннолетия? Что же до твоих… ээ… претензий, то мы просто сегодня снова попробуем. Уверен, справлюсь лучше и докажу тебе, что вполне гожусь в мужья. Надо только больше практиковаться. И мы будем!

Лоена напоминала рыбу, вытащенную на берег. Она в ужасе пучила глаза и в безмолвном протесте открывала рот, желая прервать обещания мужа.

Как вообще между ними до этого дошло?..

– Не думаю, что это поможет, – слабым голосом, чувствуя, как подкашиваются ноги, пролепетала женщина.

– Это та проблема, которую я в силах изменить, – боевой маг не привык легко сдаваться перед жизненными вызовами и совсем не готов был упасть в глазах понравившейся ему женщины. – Жена, ты можешь быть спокойна, доверяй мне. Доверие – это основа любого брака, я тебя не подведу.

Ноги ведьмы подкосились, она рухнула прямо на стул, подняв облако пыли. Маг попал в самое больное место – именно его доверие она неизменно предавала в прошлой жизни.

– Осторожнее, – прокашлявшись, Виар использовал какое-то заклинание, и пыли стало заметно меньше, а воздух в помещении посвежел. – Как же давно тут не прибирали. Подожди до вечера, я помогу здесь с уборкой?

Про себя ведьма только горестно вздохнула: столько разных планов на этот вечер.

– Не надо, – собственный голос казался деревянным. – Мне поможет сестра из ковена.

– Тогда не старайтесь сделать все за один день? Тяжелую работу оставь мне. Защиту наложу: от взлома, пожара или наводнения. Магпроводку тоже сам могу организовать, – деловито перечислял мужчина, окидывая помещение внимательным взглядом. Тут, словно вспомнив, протянул Лоене товарный амулет. – Вот, жена, везде расплачивайся им. И я, собственно, с утра пытаюсь предупредить тебя, что послезавтра состоится ежегодный прием у главы службы магического контроля. Всем положено быть с семьями.

– Можно я не пойду? Скажусь приболевшей.

Ведьма даже подскочила, услышав про прием. Когда-то уже Виар приглашал ее туда. Именно этот первый прием стал катастрофой. В последующие года он уже с таким рвением и желаем представить коллегам супругу не вел туда Лоену, но она неизменно сама рвалась на это сборище, пользуясь возможностью хотя бы на публике оказаться ближе к мужу и добиться хоть капли его внимания.

– Лоена, это неразумно, – вновь принялся увещевать ее маг. В нежелании жены публично демонстрировать их союз он вновь заподозрил ее желание оставаться в тени ради перспективы развода. Оттого твердо вознамерился супругу переубедить и всем продемонстрировать. – Слухи о нашей женитьбе и так бродят по столице. Не будем прятаться, надо открыто и честно предстать перед всеми взглядами. Я представлю тебя коллегам, заведешь знакомства с женами других магов. Если же ты продолжаешь думать о разводе – напрасно. Просто дай время, я обязательно все между нами улажу. Иначе к чему было жениться? И ты не думаешь о том, что можешь быть беременна? В нашей семье же будут дети? Я очень на это надеюсь, – Виар подмигнул вмиг побледневшей Лоене. – Наша семья обязательно будет любящей и счастливой, обещаю. Жена, до вечера, мне пора на работу.

Последнее дер Роуф прокричал уже от двери. К счастью, он не ожидал от ведьмы ответа. Говорить сейчас Лоена не могла – слишком большим ударом стали слова мага. Тут и злополучный прием, и ожидания Виара от их будущего, и дети… Никогда в прежней жизни они не говорили о будущем и тем более о детях. Возможно, не успели заговорить об этом в начале брака, а потом… все потеряло смысл.

Когда маг ушёл, Лоена ещё долго стояла, уткнувшись лбом в оконное стекло. Ей было страшно. Станет ли прием отправной точкой их разлада? Или – женщина всеми силами старалась прогнать эту мысль – на этот раз все будет иначе?..

Возможна ли надежда на другой исход или лучше твердо придерживаться своего плана?

Впервые за всё время после перерождения, она почувствовала, что её решимость – не так прочна. Что где-то, глубоко в груди, зародилась пока еще робкая, но надежда.

Но дела не ждали, каким бы путем не пошла жизнь, в этот раз Лоена твердо решила думать о себе. А значит, первоочередная задача – обустроить свою лавку. Стряхнув с плаща пыль, ведьма вышла на улицу и, с чинным видом прикрыв дверь, направилась в сторону окраины города, где располагался ее ковен. Сестра Сиэль наверняка заждалась от нее вестей. Особенно, если маг прав, и по столице ходят слухи об их странной свадьбе.

Откуда вдруг такой интерес к их не самым известным персонам?..

– Ты в самом деле вышла замуж за мага? Все получилось? – Сиэль даже подпрыгивала от возбуждения, пугая прохожих.

Поговорить получилось уже по пути назад, в ковене рядом все время кто-то вертелся.

– Ты так удивляешься, словно не приняла в моем плане непосредственное участие.

Лоена ворчала – в этой жизни она сожалела о содеянном.

– Прости, – сестра Сиэль резко остановилась и уставилась взглядом на мостовую под ногами. – У меня не получилось сделать обещанное, признаюсь, что струсила в последний момент и не пошла в магический патруль. Думала, что подвела тебя…

– Как это: струсила? – пришел черед Лоены опешить. – Но магпатруль явился! Нас застукали. Кто тогда подал жалобу?

Не зря ведьме казалось, что служба магического контроля появилась раньше – в час росы. В прошлой же жизни они явились, когда солнце уже успело прогреть воздух, а утомленная ночными ласками парочка сладко выспалась на сене. Рассчитывая на это, Лоена и пыталась сбежать.

– А они не сообщили?

– Я не спрашивала… Думала это ты донесла, все как договорились.

Обе ведьмочки вместе обучались в северном ковене и дружили давно. Когда Лоена заприметила на столичных улицах красавца-мага, чтобы выяснить о нем побольше, именно Сиэль она попросила о помощи. И в карнавальную ночь, когда Лоена опоила мага приворотным зельем, они действовали сообща.

– Может быть, маг спросил?

– Не думаю… – Лоена призадумалась. – Разве что он как-то позже это выяснил. А в тот момент, он…

– Что?!

Нира Сиэль так и подпрыгивала на месте, терзаемая любопытством. Признаться, сама бы она никогда не отважилась провернуть такой фокус с магом.

– Просто согласился и женился.

– Даже не пытался отговориться? Спихнуть вину на тебя? Пригрозить казнью? Он же не понял, как ты заманила его на сеновал?

Сестра Сиэль очень переживала, провожая той ночью взглядом сгорбившуюся под тяжестью обмякшего мага фигуру Лоены. Она вела его к заранее запримеченному заброшенному сараю. А празднующая толпа вокруг, верно, принимала их за парочку перебравших хмельного варева.

– Нет, он вообще сразу согласился, никаких условий не выдвигал, – Лоена вздохнула: в прошлой жизни он тоже не убегал от ответственности. – Дер Роуф – человек порядочный. Поэтому, если узнает о привороте – моей семейной жизни конец.

– От кого ему узнать? Кроме нас об этом никто не в курсе. Но только подумай… Поражаюсь, как такой видный мужчина, еще и маг высшего уровня доходил в холостяках до встречи с тобой? Ты его дом проверила? Там нет семейного склепа с десятком твоих предшественниц?

– Его незадолго до карнавальной ночи перевели в столицу… – Лоена никогда прежде не думала о том, что её муж мог бы создать семью, родить детей и прожить вполне счастливую жизнь с… другой женщиной. – И никаких предшественниц, уясни!

Почувствовав недовольство сестры нира Сиэль поспешила сменить тему:

– Верховная ведьма после того, как накануне из дома мага в северный ковен явился слуга с просьбой собрать и выдать ему все твои личные вещи, была очень недовольна. Он принес и письмо от дер Роуфа. Верховная ведьма с поджатыми губами проходила весь день, о чем-то совещалась со старшими сестрами. Затем они долго отчитывали всех нас, наставляя быть осторожнее, беречь свою репутацию и не переходить дорогу магам.

Слова сестры заставили Лоену вздрогнуть: в прошлой жизни ведьмы северного ковена тоже от нее отвернулись, не признавая своей.

– Вот это плохо, – указывая рукой на арендованную сегодня лавку, сникла женщина. – Возможно Верховная догадалась о моем обмане? Или дер Роуф все понял и высказал ей претензии? Сиэль, я теперь переживаю, что создала и тебе проблемы, все же знают о нашей дружбе.

Лоена искренне дорожила дружбой с сестрой. Исправить совершенное до перерождения она не могла – от того страх за содеянное все сильнее оплетал душу.

– Переживать имело бы смысл, если бы я действительно поучаствовала, – фыркнула Сиэль, наоборот испытывая только восхищение храбростью сестры. Это прямо читалось в ее взгляде. – Но я ни при чем! А о том, что было в письме, спроси мужа? Можешь еще и выбрать подходящий момент, и сама признаться ему в природе зелья, которым его опоила под видом прохладительного напитка?

Нира Сиэль уже носилась по всей лавке, замирая от восторга – обзавестись своим местом для торговли было настоящим делом. Такое могли себе позволить лишь старшие ведьмы ковена! Небольшие проделки Лоены определенно стоили такого результата!


Могу ли его спросить? Будет ли он готов ответить? Особенно после грядущего приема… Прошлое буквально нависло над будущим ведьмы.


Пока самые отчаянные мысли роились в голове, обдумывая грядущий прием, руки делали дело – ведьмочки принялись наводить порядок в будущей вотчине. К сумеркам лавка обрела планируемые очертания: вычищенные окна больше не скрывали внутренний зал, полы скрипели от чистоты, прежде пыльный воздух сейчас благоухал ароматными сушёными травами, что ведьмы развесили над дверью. Нира Сиэль смеялась, складывая в углу пока пустые корзины и без устали мечтая о том, как скоро сюда будут стекаться люди, восхищённые их мастерством – зелья обоих ведьмочек всегда себя оправдывали.

– Представь, Лоена, – глаза у неё блестели, – очередь из клиентов! И все ахнут, что у нас снадобья и мази не хуже, чем у старших сестёр ковена. Мы будем знамениты!

– Смотри шире. В округе есть лавки и других ведьм, но наша станет особенной.

Старая отмытая до хруста широкая столешница пахла смолой, растаявшей на солнце. И новым началом. Лоена вытирала лоб краем рукава. Сиэль выгребала из кармана передника неведомо как попавшую туда землю. Обе устали, но чувствовали небывалый прилив сил. У них болели спины от того, что таскали ящики, сваленные в углу. Но это не умоляло радости в душе Лоены – она впервые за обе жизни ощущала, что начинает жить ради себя.

Старый дубовый прилавок занял своё место у окна. Полки пока висели немного криво, но на них уже стояли банки для будущих запасов сушёных цветов, аккуратно перевязанные ленты с подписями: «арника», «змеиный корень», «костяника огненная». В углу стоял зачарованный котёл – обваренный по краям, но ещё способный на чудеса. Единственное наследие Лоены.

Сквозь витрину заходящие лучи солнца падали на отмытый стол, где лежали листы с расчётами и рецептурой. Ведьмы уже предвкушающе обсуждали формулу для зелья от хандры, решив добавить при варке щепотку розового клевера – для мягкости эффекта. Глаза устали, пальцы не гнулись и потемнели от пыли. Но на душе… стало спокойно. Даже о муже женщина за эти полдня не вспомнила.

Дверной колокольчик звякнул нерешительно. Лоена обернулась. На пороге стояла женщина лет сорока, с встревоженными глазами и платком, стянутым на затылке.

– Простите… это будет лавка ведьмы?

– Да, – отозвалась Лоена, выпрямляясь. – Моя. Чем могу помочь?

Женщина подошла ближе, прижимая к груди кошелёк.

– У меня девочка. Шесть лет. Сны… нехорошие. Плачет, не может проснуться, не помнит потом. Врач говорит – нервы. Я думаю – сглаз. Поможете?

Лоена, переглянувшись с сестрой, кивнула. Не сразу, с паузой, словно прислушиваясь. Такое скорое появление первого покупателя показалось им странным.

– Принесите одну прядь волос ребенка. И платок, в котором она спала. Завтра. Я приготовлю оберег. Он будет пахнуть мятой и ладанником. Повесьте над кроватью.

Женщина выдохнула с облегчением. Протянула монеты.

– Заплатила бы вдвое. Главное – помогите.

Когда та ушла, Лоена села на табурет и посмотрела на пока пустую витрину. Сквозь отмытое стекло была видна улица, живущая своей привычной жизнью. Люди спешили, кареты гремели в отдалении. Никто не обращал внимания на очередную лавку. Почему эта женщина заглянула к ним?

– Что привело ее к нам? – оказалось Сиэль размышляет о том же.

– Возможно, случай? Или судьба? Знаешь, порой словно что-то толкает постучаться в закрытую дверь? – перерождение странно сказалось на Лоене, она начала допускать то, о чем прежде и не подумала бы. – Вдруг в своей прошлой жизни эта женщина прошла мимо, не решившись попросить о помощи? А сейчас – исправила ошибку.

– Оо… – Сиэль не была бы ведьмой, если бы сразу не уловила подтекст. – Эликсир перерождения. О нем ходит столько слухов, но я не знаю ни одной ведьмы, кроме Верховной, что знала бы его рецепт. Говорят его можно выпить лишь однажды… Даже подумать страшно сколько бы оно стоило, реши кто-то его продать.

– Вопрос в другом: работает ли оно? Есть ли шанс исправить ошибки…

– Шутишь? Если получится переродиться, то кому нужны ошибки прошлой жизни? – Сиэль красноречиво покрутила пальцем у виска. – Важны лишь преимущества! Ты просто создаешь себе возможности и идешь новой дорогой. А ошибки прошлого пусть остаются на прошлом же пути. Ух, я бы разгулялась, доведись мне прожить вторую жизнь.

Лоена вздрогнула, вспомнив какой болью дается это проклятое зелье. Его стоит пить, лишь собрав все неудачи мира на своей дороге. Сестра Сиэль устало потянулась:

– Думаю, на сегодня закончим. Я отправлюсь в ковен. Ты домой собираешься? Завтра с раннего утра займемся чуланом и задней комнатой?

– Договорились, – тоже расправив руки, кивнула Лоена.

Вопреки усталости она ликовала. И, наконец, одиноко не ждала никого из-за порога. Ни мужа. Ни внимания. Ни любви.

И всё же… Он пришёл. Снова без стука. Сиэль при виде шагнувшего через порог мага подскочила со стула и как была – в заляпанном переднике – ринулась к выходу. Виар резко отстранился, избегая соприкосновения с незнакомой ведьмой. Впрочем, и она немногим не вжалась в стену, минуя его.

– Магический сигнал от двери – слабый, – сообщил Виар, окидывая преобразившееся пространство одобрительным взглядом. – Его легко обойти. Я перекрою. Глиф защиты надо дублировать.

Он поставил на пол две коробки, что ранее прикрывал полой мантии.

– Что это? – спросила Лоена устало.

Даже гневаться и спорить сил не осталось. Тем более с красавцем-мужем.

– Банки. Пустые и ненужные. Из служебной лаборатории – в них прежде были лечебные мази. Ты говорила, что будешь настаивать свои мази – решил, что склянки пригодятся.

Она не говорила. Она даже не помнила, чтобы он слушал, если бы она и говорила.

– Виар… – медленно начала ведьма, наблюдая за мужчиной, который скинул мантию и деловито принялся закатывать рукава рубашки. – Я же не просила… помогать.

– Я просто сделаю, что планировал. Буду знать, что здесь безопасно. И вмешиваться в твою торговлю не планирую.

Лоена отвела взгляд, неожиданно ощущая себя необычайно довольной. Такого в прежней жизни не случалось. Сейчас же… все словно стало другим – не только она, но и Виар, их жизнь… Чтобы он прежде вот так запросто что-то ей мастерил? А она, уставшая за день, лениво качалась в старом кресле, что обнаружилось под грудой ящиков и наблюдала за… собственным мужем, занятым наложением защиты на окна?.. Немыслимо!