# Принцесса-лягушка для майора

Марина Дамич

Один новогодний корпоратив выливается в ночь, о которой я ничего не помню. Но со мной рядом та, кто может восполнить пробелы в памяти - моя рыжая проблема. И прежде чем я подберу ключик к моим воспоминаниям, она быстро разберется с моим сердцем.

Я - майор спецслужб, Василий Красин. И я говорил себе, что никогда больше не буду доверять женщинам. Любовь для слабаков. Она мешает карьере, а близкие люди служат маяком для моих врагов.

Поймав свою Принцессу-Лягушку я вдруг понял, что больше никогда не отпущу ее. Теперь она - моя!

Но за мной по пятам идет тот, с кем я много лет веду борьбу. Смогу ли я защитить свою принцессу или для этого придется ее отпустить?

В романе присутствуют:

- властный и очень сильный герой. Настоящий мужчина, но очень сложный. Сможем его переделать?

- дерзкая и неунывающая героиня

- откровенные сцены и всякое непотребство

- здоровый (а временами не очень здоровый) сарказм

- Новый Год

- никакого анти-стресса!

## Глава 1. Майор

Гул в голове громче любых реактивных двигателей.

Тело ломит, будто я накануне хорошенько подрался. Сжимаю пальцы в кулак. Костяшки сбиты и саднят.

Медленно открываю глаза, чтобы очнуться от этого тупорылого сна. Странно. Я уже давно не вижу кошмары и прочие флэшбеки из своего военного прошлого. С чего вдруг сейчас они являются?

Лежу на животе. Лицом на подушке. Ужасно неудобный и слишком мягкий матрас. А подушка из стремной синтетики, от которой жарко.

Это точно не моя кровать.

Какого лешего происходит?

Подношу правую руку к глазам, чтобы понять — почему она болит? И.. твою мать!

Рука и правда сбита. С кем я дрался, я не пойму? Вернее… не помню! Черт!

Часы я ношу на правом запястье. Сейчас точные швейцарские стрелки оповещают мне, что уже одиннадцать. И суббота. Верно — если бы была пятница, мой телефон бы уже разрывался. Кстати, где он?

Я слышу шорох простыней слева от себя. Что-то, а вернее — кто-то, шевелится и тут же замирает. Переворачиваюсь на правый бок, не понимая, почему моя левая рука едва мне поддается и тащит за собой что-то тяжелое.

Очень неудобная ситуация на случай, если мне придется себя защищать.

Блять, серьезно? Что за хрень?

Первое, что вижу — рыжие волосы. Яркие, как пламя. Из меня романтик и создатель метафор — такой себе. Никогда этим не отличался.

Рядом со мной лежит девушка, замотанная в простыню. На самом краешке кровати. И наши руки вытянуты, потому что скреплены наручниками.

Тут я конкретно так зависаю над нашим контрастом — моя мощная смуглая волосатая ручища. И ее — розовато-нежная, сплошь покрытая веснушками.

Интересно — она вся такая? В веснушках? Будто булочку корицей посыпали?

Возбуждаюсь моментально.

Значит, вчера у меня были потрясающие ролевые игры? Почему, блять, я ничего об этом не помню?

Надо восполнить свою потерю памяти. Или заполнить ее новыми впечатлениями.

Лица у рыжули не видно, как и фигуры. Но я уверен, что под простыней там шикарное и голое тело.

А вот лицо, конечно, интригует.

У меня никогда не было рыжих. И я вообще знаю только, может, парочку — и те замужние. Но и волосы у них другие.

Таких буйных кудряшек я точно прежде не видел. Не мелкие, как пружинки. Напротив, крупные спиральки. Мягкие такие. Да, я уже невольно зарываюсь рукой в этом безобразии и откидываю пряди с лица, чтобы разглядеть свою красотку.

Едва не подпрыгиваю от неожиданности, встретившись с ярко-голубыми и очень жгучими, не смотря на цвет, глазами.

Если бы мы не шалили ночью, я бы решил, что она меня ненавидит или думает, как прикончить. Но я вряд ли оставил ее вчера разочарованной, хоть ни хрена не помню.

— Руки убрал! — цедит сквозь зубы.

А как убрать? Я понятия не имею, кто она. Но ее красота вышибает воздух из легких. Я никогда не видел, чтобы утром женщина выглядела так роскошно. Особенно без косметики и этого вечного тюнинга. Ресницы самые натуральные — рыжие, как и ее волосы. Брови — такие же. Веснушки задорные усыпаны по лицу. Вздернутый и совершенно идеальный нос в ярости напрягается. А губы… блять, что за губы?

Я уже настолько привык, что женская красота она такая… вся сделанная, правильная, отточенная, а здесь… Хаос в соседстве с совершенством.

Честно, таких девушек я обычно обхожу за километр.

Мне хватает столичных фифочек для коротких отношений, чтобы без какого-либо будущего.

А такие естественные, одновременно настоящие и эмоциональные означают одно — меня ждет дом с белым забором, яблоня под окном и золотистый ретривер во дворе, бегающий от моих же трех отпрысков.

Я к этому максимально не готов. Такая жизнь не для меня.

Наверное.

Тогда почему я нихрена не помню? Явно был в несознанке. И что я сделал в первую очередь? Сразу же нашел ту, от которой надо бы держаться подальше.

Не только нашел. Хорошенько трахнул и еще скрепил с собой наручниками.

Красавчик! Жаль только, что не помню ничего.

Тяну на себя руку с наручником, невзирая на сопротивление рыжули. Ей что? Было мало? Поэтому обижается?

Ничего, я сейчас все нагоню.

— Не трогай меня, козлина! — она сопротивляется, но физически слабовата против меня.

Простынь мешает, но я умудряюсь оголить ее грудь.

Феерично! Да, она вся в веснушках! И розовые вершинки с ума сводят, заставляют прикоснуться к ним губами. Ласкаю их поочередно, нежно играя с ними языком и покусывая.

Моя девчуля заметно расслабляется. И даже перестает колошматить меня своими бесполезными кулачками. Вот уже стонет и зарывается пальцами в мои волосы.

Шикарная. Вкусная. Потрясающая.

Размер идеальный. Пышный, но в меру, четко под мои ладони. И у нее все натуральное. Уф!

Все темнеет перед глазами. Кровь разгоняется по телу, заставляя хотеть ее до потери рассудка.

Тяну простынь вниз и этим движением пугаю свою рыжулю. Да чего она так боится? Что такого мы с ней вытворяли? Неужели натер ей там все? Быть не может…

Приподнимаюсь над ней, невольно хмыкая — не только наручники нас держат вместе. Наши пальцы сплетены. Ее розовые короткие ноготки впиваются в мою кисть.

— Что не так, крошка? — шепчу, болезненно вдавливаясь пахом ей в живот. Она прекрасно чувствует, как сильно я ее хочу. Ее щеки вспыхивают алым то ли от смущения, то ли от злости.

Очень интересно.

— Я девственница, придурок! — орет на меня и, пока я прихожу в себя от этой информации, ловко впивается зубами в мое запястье.


## Глава 2. Майор

Охренеть!

Девственницами от меня еще никто не уходил! И уж тем более не просыпался в одной кровати, когда мы оба голые и в наручниках.

Резко убираю руку от этой кровопийцы. Случайно рву ее волосы наручниками.

— Ай! За что? — ругается на меня и пытается извернуться и пнуть.

Простынь, тем временем, спускается все ниже, обнажая прекрасный мягкий животик.

Нет, так не пойдет.

Решаю обезвредить ее, резко перевернув на живот.

Она умудряется замотаться в свою же руку, скрепленную с моей наручниками. Свободную я ловко захватываю и прижимаю к кровати.

Я не знаю, чем эта позиция лучше. Она явно мне не помогает прийти в себя. Напротив. Простынь оголяет сочную и шикарную попку. Тоже в веснушках! Вот это подарочек!

Точно! Вчера был корпоратив с коллегами в честь Нового года. Это я хорошо помню. И не вот эта вот попойка, от которой башню сносит. А чинный и благородный прием. Смокинг, бабочка, все дела.

В конце концов, я — майор очень уважаемых и серьезных спецслужб. У меня за плечами годы оперативной работы и организации масштабных мероприятий. Я, конечно, могу погулять, но только в компании своих самых близких людей. Точно не с коллегами, у которых пятак выворачивает от чужого успеха.

Ладно.

Рыжуля выгибается и ругается, даже не представляя, насколько мы оба близки к непоправимому. Уф! Провожу ладонью по сладкой булочке и легонько шлепаю. Мягенькая! Не спортивная ни разу, но очень аппетитная.

Я в шоке. Откуда у меня эта девственная красотуля в постели?

После корпоратива я вышел из ресторана.

Так.

Напрягаю извилины. Вот вспоминаю, как подхожу к своему Гелику и жму на брелок, чтобы открыть дверь.

А дальше?

Темнота.

Следующее в киноленте — злющая рыжая девственная ведьма в постели. Не в моей. Но со мной. И в наручниках.

Оглядываюсь по сторонам.

Мы в каком-то простом номере в очень дешевом отеле.

— Отпусти, идиот! — возвращает к себе и своей аппетитной попке рыжая.

Даже не понимает, что я пытаюсь от нее отвлечься, а у меня ни хрена не выходит!

Отпустить? Отпустить?! Как это сделать?

Сейчас взвою от боли, как сильно хочу ее.

— А тебе принципиально девственницей оставаться? Я сделаю все красиво и приятно, обещаю, — шепчу ей на ухо.

Нет, я точно придурок.

Женщина меня не хочет. Какие мне еще намеки нужны?

Вернее, хочет. Я слышу ее прерывистый вздох. Выгибается подо мной. Задевает нежной мягкой выпуклостью мой член. Да твою ж налево!

Но моральных сил для сопротивления взаимной тяге у девчонки больше. Да, в каких-то вопросах женская психика куда устойчивее мужской. И это играет против меня.

Она от злости аккумулирует все силы и сбрасывает меня с себя.

Мне не за что ухватиться, а другая рука занята ее руками и наручниками.

Мы летим оба на пол. Чтобы она не ударилась об угол тумбочки, прижимаю ее к себе и группируюсь.

Каким-то образом рыжуля оказывается без простыни и верхом на мне.

Снова колотит меня кулачками, но я тут же перехватываю ее запястья и с силой удерживаю.

— Блять, — ругаюсь я, глядя на эту рыжую богиню Немезиду, оседлавшую меня.

До нее доходит в каком она положении. У меня звездочки перед глазами плывут. Она ерзает на мне, орошая влажностью.

Да хрен с ней, этой ее девственностью! Как будто она после меня с кем-то еще будет спать?!

Застываю.

О чем я сейчас подумал?

Но и да, при мысли, что эта красотка может быть чей-то еще, одолевает катастрофичная и разрушительная ревность.

Нет уж!

Это мой подарочек на Новый год. Может, это знак, что пора остепениться? Вон какой хороший… сочный… сладкий…

— Да не шевелись ты! — сдерживаюсь из последних сил вообще-то. И по-честному предупреждаю.

Она резко соскакивает с меня, спотыкается и снова падает.

Вздыхаю.

А точно подарочек? Не наказание?

Отползает от меня, насколько это возможно, скручивается вся, пытаясь закрыть свою красоту от меня. Случайно цепляет тюль своей попкой. Круглый дешевый карниз явно не был рассчитан на подобную нагрузку.

Еле успеваю поймать карниз до того, как он попадет по непоседливой рыжей головушке.

— Ты правда хочешь испытать на прочность весь номер? Может, остановимся где-нибудь? На кровати удобнее, — невольно смеюсь. Кожа рыжули покрывается мурашками. От холода?

Она смотрит на меня как-то иначе. Будто впервые замечает меня по-настоящему. Заглядывает в глаза. Я придвигаюсь к ней ближе и, садясь на холодном полу, выпрямляюсь.

Черт, мне впервые перед красоткой хочется одеться. И ее во что-нибудь замотать и спрятать. А то заболеет. Или станет женщиной с моей помощью.

— Извини, я ничего не помню. Совсем, — пытаюсь ей объяснить. — Если я сделал что-то, что тебе не понравилось — скажи.

— Ты — маньяк!

Вот это поворот!

— Не надо мне заливать, что у тебя с памятью проблемы! Похитил меня и сейчас пытаешься изнасиловать! — ее голос звонкий и чистый, бьет прямо по мозгам. И так голова болит!

— То есть, вчера не пытался? — уточняю я, на всякий случай. А, может, ей, напротив, вчера было хорошо? Судя по ее поджатым губам и молчанию, я балансирую где-то на грани правды.

— Отвали! — снова ругается.

Будет тяжело.

Вздыхаю и замечаю кожаную дорожную сумку возле рыжули.

Это не моя. У меня такой не было. Что в ней?

Похоже, мой подарочек-наказание безмерно радуется, что мое внимание переключается на более безопасную тему и тоже заинтересованно таращится на сумку.

Естественно, рыжуля будет участвовать в любых процессах из-за наручников. Мне нужны обе мои руки, чтобы расстегнуть сумку.

Она недовольно фыркает из-за того, что ее рука, как кукла на шарнирах двигается из-за меня.

Дергаю молнию сумки. Черт До отвала набита деньгами.

Рубли, доллары, евро — чего только нет.

Нет, у меня деньги водятся, но ночью после корпоратива снимать со счетов я бы не стал. Да это и невозможно — слишком много налички… сколько здесь? Лямов тридцать? Пятьдесят? Охренеть!

— Ты что-нибудь знаешь об этом? — спрашиваю у рыжей.

Снова фыркает и отворачивается.

Будет тяжело.

Но я должен все вспомнить.

И единственный ключик к моей амнезии — моя булочка с корицей.

Глава 3. Принцесса

Этот терминатор смотрит на меня голодным взглядом.

Рядом со мной стоит сумка с кучей денег, но его это как будто даже не удивляет. Ему куда интереснее я.

Нервно сглатываю.

Как я оказалась в этой ситуации? За что мне это все?

Я ведь вела примерную жизнь, старалась, как могла. А тут — на тебе, получай сполна!

А всего лишь почему?

Потому что захотела чужую одежду примерить?

Сразу карму тебе в лоб, Глафира


## Глава 3. Принцесса

Этот терминатор смотрит на меня голодным взглядом.

Рядом со мной стоит сумка с кучей денег, но его это как будто даже не удивляет. Ему куда интереснее я.

Нервно сглатываю.

Как я оказалась в этой ситуации? За что мне это все?

Я ведь вела примерную жизнь. Во всяком случае, старалась, как могла. А тут — на тебе, получай сполна!

А всего лишь почему?

Потому что захотела чужую одежду примерить?

Сразу карму тебе в лоб!

До чего же у него тяжелый и пронизывающий взгляд! И вообще, хоть он и маньяк, но очень… очень…

С ума сошла? Тебе нравится этот тип? Ты серьезно?

Призываю весь здравый смысл себе на помощь.

Еще минуту назад этот козел недвусмысленно вжимался в меня своим детородным органом.

НЕ СМОТРИ ТУДА!

Так, хорошо. Куда смотреть? На сумку с деньгами?

По правде говоря, я даже одной подобной пачки вживую никогда не видела. А здесь целая сумка, набитая до отвала.

Да-да, а я все равно пялюсь на своего похитителя.

Господи, почему ты так жесток? Сколько лет жизни я ждала настоящего принца? Даже в Москву ради этого дела переехала! Думала, познакомлюсь с интеллигентным парнем, можно даже не очень красивым, выйду замуж, нарожаю детишек, воспитаю из них деятелей науки или артистов Большого театра!

Но я попадаю в лапы какого-то отбитого на всю голову гопника! А он, как назло, шикарен весь из себя! Везде! Я думала, маньяками становятся забитые и травмированные мужчины, но никак не харизматичные качки! Ему что, мало женского внимания? Или он любитель экзотики?

— Нравлюсь? — хмыкает этот козлоногий!

Пытаюсь его пнуть, но он, похоже, еще со всяким дзюдо знаком. Иначе я не могу объяснить, как он подтягивает меня за ногу и закидывает себе на плечо. Еще и встает! С легкостью! Будто я ничего не вешу!

Нет, я не пухляш, чтобы уж совсем, фигура в целом имеется. Вот именно, что имеется! И так просто меня на руках еще никто не носил!

На руках?

Моя голова болтается на уровне его спины. А широкое плечо козла больно впивается в живот.

— Отпусти, придурок! Да сколько можно?!

Я изворачиваюсь и кусаю его за лопатку.

В ответ получаю звонкий шлепок по заднице.

— Ой! — пищу. Мне не больно. Просто как-то… Даже не думай об этом! Нет-нет-нет!

Вообще, если бы козлорогий слышал мой внутренний монолог, то сильно бы задумался, кто из нас двоих маньяк.

Ничего! Он еще захочет от меня отвязаться — не сможет. Устрою ему темную и отомщу за все!

— Вот тебе и ой, — ржет терминатор. И почему он делает это как-то по особенному? С хрипотцой в бархатном тембре? Ему надо какие-нибудь рекламы озвучивать. Даже если бы он рекламировал перфоратор, все женщины бы смели товар с полок. — Где ключи? Помнишь?

— А? — не очень то легко висеть вниз головой и соображать.

У терминатора есть зачатки мозгов. Это радует. Он даже догадывается вернуть меня в вертикальное положение.

Я соскальзываю по его телу, задеваю ногами ТО САМОЕ.

Проклятье! Почему оно такое твердое и…

Покусываю губы из-за охватившего вдруг волнения.

Наши лица на одном уровне. Он держит меня под ягодицы и прижимает к себе. Дышу часто-часто, соприкасаюсь грудью с его и… как же жарко! Облизываю губы и смотрю на его — хоть и модная борода на лице, но губы разглядеть могу — скульптурные, четкие, правильные. Этот чертяка слишком красив! Наверняка женщины штабелями падают к его длинным и мускулистым ногам.

Что мама говорила? Держись от красавчиков подальше!

Одного миллиметра достаточно? Большего расстояния я преодолеть не могу.

Какого цвета у него глаза? Серые? Голубые? Пушистые черные ресницы создают контраст с глазами. Волосы цвета темной перезревшей пшеницы, которую собирают поздней осенью у нас на полях.

— Какая ты мелкая и аппетитная, — ржет надо мной терминатор.

Надо же ему так все испортить!

Да, я коротышка! Так получилось. И в этом положении мои ноги совершенно не достают до земли! Зато трутся об его КОЕ-ЧТО.

Хорошо, что я девственница и мой мозг не такой маленький, как у этого гамадрила!

Иначе быть беде!

Я хоть и невинна, но не ханжа. И, конечно, от такой близости испытываю волнение и желание.

«Я сделаю все красиво и приятно, обещаю», — вспоминаю его горячие слова и вся покрываюсь мурашками. Это слишком соблазнительно…

Но я не такая!

И совершенно все равно, что он меня держит в своих руках. Мы оба обнажены и…

— Крошка, скажи, где ключи от наручников? Что я с ними сделал? — он смеется надо мной и моим ростом?

Неужели и правда думает, что я поверю в его амнезию?

Как буянить и разносить пол-Москвы — так амнезия не мешала.

— В окно выкинул! — ору на него.

На деле, на фоне его голоса и внушительной фигуры — просто пищу.

Потому он и ржет.

Мог бы прихватить в подмышку любую девушку себе по вкусу! Я не модель и не красотка. Зачем меня утащил? Нашел бы себе кого-нибудь под стать. Как, например, мою хозяйку — Милену Тимуровну. Вот она — шикарная женщина. Не зря — жена генерала.

— Вот я красавчик, — что? Он еще и доволен собой? — С такой аппетитной булочкой даже в отключке расставаться не захотел. Автопилот работает четко.

Что за ересь он несет?

— Я не толстая! — в сердцах пищу на него.

Вау! Мне впервые удается застать его врасплох! Пользуюсь случаем и соскальзываю с его рук и дергаюсь, чтобы отойти от него подальше.

Но он снова притягивает меня — наручники ведь никуда не делись!

— Больно! — стону из-за впившегося в мою руку металла.

— Не сопротивляйся. И больно не будет, — подмигивает мне. Похотливый козел! — Как тебя зовут, принцесса?

— Я не…

Это ведь не обзывательство, да? И почему его взгляд такой теплый и о, боже мой, мягкий и…

Вообще-то я стою голая перед ним. Тоже голым. И при этом он смотрит мне в глаза! Это удивительно для мужика!

Точно терминатор.

Киборг!

— Да пошел ты! — фыркаю на него.

Вначале похитил, затем сделал то, что ему никогда не прощу, а теперь познакомиться решил? Может мне еще в книксене склониться?

— Звучит как руководство к действию, — его улыбка сползает с лица, а хриплые и игривые нотки в его голосе заменяются сталью.

Вот теперь мне по-настоящему страшно.


## Глава 4. Принцесса

— Вот и пойдем, — тащит меня киборг в сторону ванной.

— Ку-у-уда?

— Мыться будем! И по делам мелким сходим.

Да он издевается?!

— Никуда с тобой не пойду, идиот ты проклятый! — пячусь назад, но у нас наручники! Интересно, если я упаду на пол, он меня все равно будет тянуть за собой?

— Где ты научилась ругаться? Могла бы сматериться для приличия. Или тебе подобные ситуации — ок? — его наглая хамская рожа невыносимо бесит! Симпатичная, но хамская.

— Я могу ругаться! И похлеще! Просто до твоего уровня не опускаюсь, — да-да, я продолжаю в ярости… пищать. Против его тембра и роста вообще никак не попереть.

— Ну-ка, покажи мастер-класс.

— Ты — козел! — он хмыкает, будто все, что я говорю — ожидаемо. — И дебил. Вот. Как тебе?

— Уши вянут. Сил нет, — и, повернувшись ко мне спиной снова идет по направлению к ванной.

Невольно упираюсь взглядом на его задницу. Ох, да за что же мне такое наказание? Где я так провинилась перед Вселенной?

Не смотри. Не смотри.

Он насвистывает! О! Отлично! Очередная его бесячая выходка. Есть за что зацепиться.

И все равно, что мы сцеплены наручниками и я невольно иду за ним.

— Почему у тебя такая рожа довольная? Я же тебя обзываю!

— Ну, я доволен тем, что хотя бы не в притоне тебя прихватил. Судя по твоему лексикону.

— Девственницы бывают в притоне? — да он совсем что ли?

— Если бы я верил всяким девчонкам на слово, то не смог бы стать тем, кто я есть сейчас, — отвечает совершенно хладнокровно и высокомерно. И мне совсем… совсем не нравятся его слова! Он что — проверять собрался?

Облизываю пересохшие губы. Дурацкие наручники!

— Давай, дамы вперед.

К счастью, туалет с отдельной дверью и я могу хотя бы здесь закрыться от него ненадолго.

Ну, как закрыться.

Цепочка наручников не позволяет плотно закрыть дверь.

А я не могу сосредоточиться. Потому что верзила стоит за дверью и ржет надо мной!

— Принцесса, тебя за ручку подержать?

— Отвали, придурок! — ору на него.

Вскоре мы меняемся местами — и мне от этого еще хуже. Расскажи кому, что здесь происходит! Я не знаю имени этого терминатора. Не знаю, кто он такой. Но терплю все его выходки. Я пытаюсь сопротивляться, но это бесполезно! И черт, как же унизительно!

Зато вот руки наши в сантиметрах друг от друга.

Я невольно вспоминаю прошлую ночь и его проклятые руки.

И губы.

И…

Моей девственности чрезвычайно повезло, что у терминатора сели аккумуляторы.

Странное дело. Я должна же испытывать какой-то страх и отчаяние, что меня почти изнасиловали? Но…

В тот момент меня как отрубил кто-то!

Помню, как этот зверь снял с меня одежду. Чуть на тряпки не разорвал свою. И я сопротивлялась. Да. Сопротивлялась же?

Тогда почему, когда он ласкал меня… там… ох… почему я отвечала на его поцелуи? Или целовала сама?

Что вообще со мной происходит? Он — настоящий бандит. Злой, суровый и отбитый. Вообще ничего не боится! Разве он подходит на роль моего первого мужчины? И последнего, желательно. Потому что я не особо верю в любовь, но в сильную крепкую семью, основанную на доверии — очень даже.

Так вот — этот тип — запрещенка! Никакого будущего с ним! Воспользуется и выбросит!

Надо сделать все возможное, чтобы не допустить его к себе!

— А теперь — мыться! — С энтузиазмом прерывает все мои доводы рассудка Киборг.

То есть, его не смущает, что на нас нет одежды. Главное — чистенькими быть?

Но вообще-то самая главная проблема — мы оба голые. И… да это невозможно же!

— Я не пойду! — Пищу на него. Но толку?

Он, в своей типичной манере, хватает меня в подмышку и, пронеся через всю ванную, ставит в душевую кабинку. Настраивает воду и на всю мощность врубает тропический душ.

— Ай! Холодная же! — ору на него, вздрагивая от неожиданности.

— Сейчас будет тебе погорячее, ваше величество, — и двигает регулятор воды в сторону.

Вода и правда теплее.

Но, кажется, имеет в виду он совсем не это.

— Даже не смей заходить ко мне! Моемся по очереди! Я — первая. Стой там! — Выставляю руку вперед в сопротивляющемся жесте, но имел он в виду все мои запреты!

— Ага, разбежался, — он заходит в кабинку и… с ним слишком тесно. Я прижимаюсь к стене, чтобы не касаться его тела, но подскальзываюсь, а он меня подхватывает.

Да за что мне это? Эй, кто-нибудь, дайте знак! Я была хорошей и примерной девочкой!

Но теперь нахожусь в крепких мужских объятиях. Таращусь в мощную грудь, покрытую темной порослью волос. А кое-что очень недвусмысленно упирается мне в живот.

— Не бойся. Потрем друг другу спинки и познакомимся поближе. Ничего не сделаю без твоего желания, — шепчет он, окончательно парализуя.

Нет, все же я могу двигаться. Просто… почему я цепляюсь за его плечи?

Не смотри ему в глаза. Не смотри.

Поздно.

Не могу себя контролировать. Словно попадаю под чары и гипноз этого бандита. Ну почему хорошие парни не бывают такими красивыми и горячими? Может, я таких не встречала. Но и прежде не хотела никогда, несмотря на свой возраст, когда вроде бы уже давно пора.

А тут — пожалуйста.

Да и он ведь не молодой. Зрелый и шикарный мужик. Ну зачем ему я?

— Ты — первая, — улыбается… как дьявол! Искуситель!

Что значит — первая? В чем? В том же, что было ночью? Но я и так… а он — нет…

Он отпускает меня ненадолго и хватает с полочки какой-то белый пакетик. Разрывает его зубами, а затем выдавливает содержимое мне на голову.

— Не надейся, что в этом клоповнике приличный шампунь, — «успокаивает» меня Киборг.

О, нет. Он моет мне голову? И… сильные пальцы массируют особые точки. Откуда он знает что… ох, как же приятно!

Подставляюсь его рукам, пока он намыливает мне голову и волосы. Как будто сам получает от этого удовольствие! Может, он и правда маньяк?

— Я не смогу их расчесать потом без средств и ухода, — в затуманенном сознании пытаюсь остановить его.

— Мокрая, как лягушка, а думаешь о красоте? — подкалывает меня.

А о чем мне думать, зажмурившись? Я и так испытываю все возможные муки, соприкасаясь с его телом.

Он смывает пену с моих волос, подставив под струи воды. А затем вырубает душ и заявляет:

— Можешь открыть глаза.

Я слушаюсь. Наши лица слишком близко друг от друга. Да и вообще…

— Охренеть, какие голубые! Яркие! Не линзы? — смотрит внимательно, изучая меня.

Таких комплиментов моим глазам еще не отвешивали.

— Линзы. И на голове парик. Грудь и попа тоже искусственные. Все выяснили? — почему же он так сильно раздражает меня?

Но не злится. Напротив, продолжает смеяться.

— Нет уж. Меня так легко не проведешь.

И что это он делает? Берет еще один пакетик и рвет его. А затем выдавливает содержимое мне на грудь! Это гель для душа?

Ох!

— С запахом банана. Ужасно.

Что ужасного?

Он свободной рукой размазывает по моей груди гель, вспенивая и растирая ниже по телу.

— Веснушки ужасны? — переспрашиваю его. Потому что ведь они и правда ужасные. У всех девушек кожа красивая, а моя вся в пятнах.

Но Киборг совсем не в целях гигиены скользит по моему телу рукой.

Кусаю нижнюю губу изо всех сил, чтобы не застонать.

Я слишком много ему позволяю!

Но разве я могу сопротивляться?

Это отличное оправдание, как по мне. Да?

— Веснушки? Они прекрасны, — удивляет он меня, ответив хрипло. — Банан ужасен. Тебе нужен другой аромат. Хотя, ты сама по себе пахнешь отлично. Вкусная вся.

Ох, нет.

Что же он делает со мной? И… как? Просто говорит, что ему нравятся мои веснушки и все? Теперь я — его?

Ну, же! Очнись!

Не могу…

В его холодных, правда, очень циничных глазах, зажигается… голод. Но он продолжает доводить меня своими большими ладонями до исступления, опускаясь все ниже и ниже.

Я невольно выгибаюсь и прижимаюсь к нему теснее, совсем не управляя собой…


## Глава 5. Майор

Острая вспышка воспоминаний выбивает воздух из легких.

Прошлой ночью я раздел свою рыжулю и целовал ее везде, где только можно. И нельзя.

Кровать в номере слишком маленькая. Совсем не хватало места. Было жарко, но очень вкусно. Губы Принцессы пылко отвечали на мои поцелуи, а осторожные пальчики бесконтрольно шарили по моему телу. Острые ноготки царапали мою спину…

Болезненное желание пронизывает насквозь от издевательств моей памяти.

Твою ж налево. Да, я знаю, что я — идиот.

Сам зачем-то поперся в душ с ней, прекрасно осознавая, как дурманит меня и что едва смогу остановиться.

И сейчас руки вспоминают ее нежное и мягкое тело, которое я точно ласкал этой ночью.

Пальцами скольжу по влажной коже все ниже и ниже.

Зараза, останови меня. Ну, же!

Вместо этого она гладит меня по груди, словно проверяя рельеф на ощупь.

Дергаюсь, как от удара током.

Как же приятно с ней. Это всего лишь прикосновения. Но я получаю нереальный кайф просто дотрагиваясь до нее.

Мои пальцы легонько касаются ее киски, очень влажной и жаждущей продолжения.

Она стонет, прикрыв глаза и откинув голову. Я прижимаю ее своим телом к стене душевой. Чертовы наручники. Не владею в полной мере руками. Так бы я с легкостью ее удержал…

Ловлю ее стоны полураскрытым ртом. Не решаюсь поцеловать. Меня разорвет на лоскуты от желания.

Но целует она. Робко и совершенно неумело.

Бля-я-ядь.

Эта невинная Принцесса даже не понимает, что творит. Ее угловатые движения, осторожность и легкий страх уносят меня куда-то в бездну.

Сколько женщин у меня было? И опытных, и умелых и очень эротичных с эффектными формами.

Но почему-то тащит меня на всех скоростях именно эта рыжая булочка.

— Хочу тебя, — рычу, покусывая ее губы. Мои пальцы требовательно поглаживают ее самое чувствительное местечко, заставляя дрожать от удовольствия. Какая же она влажная и горячая! Потрясающая и вкусная. М-м-м…

Еще чуть-чуть и она сдастся мне полностью.

Углубляю поцелуй, врываясь в ее рот языком. Мне охренеть как сладко!

— Вот так, девочка, — шепчу, на секунду прервавшись, но вновь захватываю власть над ее упоительным ртом.

Женщины любят поцелуи. Для них это нечто сакральное и невероятное.

А для меня… Приятно, но не более.

До появления этой недотроги в моей жизни.

Я готов целоваться, глотая проточную воду, льющуюся на нас, усиливающую остроту ощущений. Мягкое податливое тело вибрирует от моих слишком нахальных ласк. Вжимаюсь членом в ее живот, инстинктивно ища хоть какой-то выход в моей нестандартной ситуации.

Но Принцесса, похоже, пришла в мою жизнь, чтобы обескураживать, ошеломлять и сбивать с ног. Просто для того, чтобы я всегда был в тонусе и забыл к чертям всех тех, кто были до…

Ее рука соскальзывает по моей груди, животу, ниже и… ох, черт!

Она обхватывает своими тонкими пальчиками мой изнывающий от болезненного возбуждения член. Робко. Неуверенно. Точно также, как сражается с моим языком в поцелуе.

— Сожми сильнее, — прошу с надрывом в голосе.

Я же сильный и уверенный в себе мужик. Способен голову кому-нибудь открутить при необходимости. Стреляю четко по мишеням даже издалека.

Так какого дьявола это происходит со мной? Хрупкая и беззащитная, сочная и невероятно красивая, но абсолютно неопытная девчонка обладает слишком большой властью надо мной.

И я это ей позволяю. Умру, если она остановится.

Наши руки в наручниках вынуждены двигаться синхронно, и я помогаю ей, положив свою ладонь поверх ее. Направляю движения, ускоряюсь. Все, что мы делаем — вместе и по обоюдному желанию. Как бы она этого не хотела, она не сможет обвинить меня в подлых домогательствах.

Она стонет все громче, приближаясь к собственной развязке.

Распахивает глаза на миг и ооо… это особенный вид удовольствия, смотреть на нее, когда она вот-вот кончит. Зрачки чуть расширяются, взгляд отстраненный. Она сосредоточена на том, чтобы доставить мне удовольствие. Урчу, уткнувшись в сгиб ее шеи.

— Вот так, милая, вот так, — мои пальцы двигаются чуть тверже и быстрее и тут же получают награду.

Она кричит и резко вздрагивает. Пытается отстраниться, но я не позволяю, потому что знаю, что это еще не самая вершина. Еще чуть-чуть и…

— О-о-ох, — пропевает она, всхлипывая.

Ее рука сжимает меня сильнее.

Я взвинчиваюсь до предела от ее оргазма. Жар накрывает меня.

Что со мной творит эта женщина? Самая сексуальная и горячая из всех. Закидывает на меня ногу неосознанно, позволяя мне трогать ее настойчивее и, возможно, глубже.

И это мог быть мой личный джек-пот.

Однако.

Рыжая меня переиграла.

Она обвивает меня за шею свободной рукой и целует со всей страстью. Я задыхаюсь и… взрываюсь.

Двигаю бедрами, чтобы ускорить движения ее руки и тут же застываю. Влажные звуки наших губ и надрывные стоны — лучшая музыка, которую я слышал за последнее время.

— Блять, какая же ты…

Обнимаю ее крепко, наверное, до хруста в ребрах. Хочу ее себе. Вот так. Присвоить и забрать.

Охренеть, просто охренеть!

— Отпусти! — снова врубает недотрогу и пытается вырваться на свободу.

— Охеренная моя! — зарываюсь пальцами в ее мокрые волосы и отклоняю ее голову, чтобы заглянуть в необыкновенные глаза. — Где ж я тебя такую нашел?

— Дурак! — в сердцах кричит на меня.

— Придурок больше подходит, — хмыкаю. — Но сейчас-то ты должна уже меньше злиться на меня.

— Это почему? — сдвигает забавно брови. Ну, прямо злая училка. Ой, я готов с ней выучить пару уроков. А может, даже и экзамен сдать.

— Потому что в этот раз ты кончила, — издеваюсь над ней и захватываю губами мочку ее ушка. Удивительно. Даже сережки никакие не носит. Ни цепочек. Ни браслетов. Ни татуировки какой-нибудь на заднице или лопатке.

Чистенькая вся и сладенькая.

Да, память ко мне возвращается специфично.

Никаких главных и важных событий. Вместо этого вспоминаю, что Принцесса вчера хоть и отдавалась мне самозабвенно, до оргазма не добралась, потому что я вырубился нахрен.

«Прости», — только успел извиниться, придавливая ее собой к кровати. Какой молодец, а! Представляю, как она мучилась до самого утра.

Мало того, что какой-то идиот похитил, так еще и почти изнасиловал и не довел дело до конца. Есть от чего обидеться. Ну, я лично бы сильно расстроился на ее месте.

Не знаю, что было бы сейчас, если бы она не взяла это горячее дело, то есть мой член, в свои руки.

— Какой же ты козел! — устало качает головой и опускает ногу. Вырывается из моих объятий. Но я намыливаю руки дурацким банановым гелем для душа и растираю по ней, смывая с ее кожи свое семя. Поворачиваю к себе спиной и нежно массирую и глажу ее чувствительные местечки.

Прекрасный повод изучить ее всю. Чтобы в следующий раз этот девственный цветочек полностью и почти сразу капитулировал.

— Ай, холодно! — выпрыгивает моя лягушка из душевой, моментально покрывшись гусиной кожей от ледяного потока воды.

Я тяну ее к себе обратно.

Хорошо, что мы оба успели добраться до финала. Иначе бы ледяной душ обломал бы весь кайф.

— Похоже, горячая вода здесь — временное удовольствие, — делаю я вывод вслух.

Мне, в принципе, без разницы, в какой воде мыться. Главное сделать это быстро. Жаль, что рыжуля мне не помогает.

— Может, намылишь мне спинку? Кажется, я заслужил, — прошу ее, протягивая к ней пакетик с гелем для душа.

— Да пошел ты! Мне холодно! — снова орет на ультразвуке моя недотрога.

Нет, надо будет с ней обязательно поговорить о манерах.

Но ведь и правда трясется вся, а сквозь открытую дверцу на нее брызгает холодная вода.

Почему вот только смотрит на меня, не отрываясь? Оглядывает с ног до головы. А когда я ее за этим делом ловлю, она тут же прячет глаза.

Ах ты ж…

Принцесса-лягушка моя! Надо целовать и любить по-всякому, чтобы она переставала ворчать и бубнить.

Хм-м, а это идея. И мне чертовски она нравится.


## Глава 6. Майор

Не заставляю свою надутую мокрую Принцессу-лягушку ждать.

По-армейски быстро моюсь, наспех вытираюсь сам и помогаю вытереться рыжуле, хотя она яростно сопротивляется.

— Угомонись. Я уже тебя видел всю. И трогал, между прочим, — пытаюсь ее вразумить.

Она снова колотит меня по ребрам своим маленьким кулачком.

— Зачем ты это делаешь? — спрашиваю ее. Она ведь понимает, что мне до одного места ее попытки подраться со мной? Или не умеет оценивать риски?

Конечно. Это же нежный принцессный цветочек, которая умудрилась даже девственницей до своих лет дожить. Сколько ей, кстати?

— Пытаюсь проверить, человек ты или киборг!

Разглядываю ее необыкновенное красивое лицо и снова зависаю. Вот правду говорят — с женщинами надо знакомиться в бане или бассейне. Лягушка, покрытая мурашками со вздернутыми розовыми сосочками — настоящая эротическая картина, от которой у меня мгновенно приливает кровь совсем туда, куда пока не нужно. Сочные розовы губы рыжули подрагивают от холода. Ух, как бы я ее сейчас согрел.

Девчонка — жара! Надо быстрее прийти в себя. Решить пару вопросов, и запереться на пару денечков с ней у себя дома.

— Доигралась? — спрашиваю ее, когда она одергивает руку от боли. Неправильно сложила кулак — вот и результат. Я прекращаю ее вытирать и накидываю ей на плечи махровый халат — надо же, в этой забегаловке и он нашелся. Где это мы вообще?

Вот бы красотуля ответила хотя бы на парочку моих вопросов.

— Как тебя зовут, Принцесса?

Я уже устал перебирать прозвища для нее у себя в голове.

— Зачем тебе? — снова готовится к противостоянию со мной. Булочка даже не понимает, что это бесполезно.

— Не находишь, что наши отношения уже достаточно близкие для знакомства? — подкалываю ее. Она украдкой оглядывает мое обнаженное тело и краснеет.

— Глафира, — бубнит, отвернувшись.

Что? Она это серьезно?

Мельком зыркает на меня — реакцию проверяет?

— Гла-фи-и-ра, — смакую ее имя, которое в реальности я встречал у девушек примерно… никогда! — Глаша, значит, да?

— Не надо только ржать! Я была слишком маленькая, чтобы принимать участие в голосовании при выборе своего имени!

Как же ее триггерит! Значит, слабое местечко у нее? Зато не врет.

А имя-то какое… редкое, душевное, настоящее, как она сама! Ей безумно подходит!

— Нормальное имя, — делаю вид, что в ее имени ничего такого нет. Безбожно вру. Но ведь и не поверит мне, что я в восторге.

У меня намечаются серьезные проблемы. Глобальные. Пора приходить в себя.

— А ты… — смущается. Смешная такая. Она серьезно? Стесняется? Ведь мы несколько минут назад шикарно кончили, трогая друг друга в очень сокровенных местах.

Но, оказывается, даже после такого спросить, как меня зовут — это целое испытание для Принцессы.

— Василий, — твердо отвечаю.

Тупая неловкость передается и мне. Она моргает часто.

Не, ну вообще мы как Бонни и Клайд, да. Только Глаша и Вася. Шикарное сочетание. Ни прибавить, ни убавить.

И мне чертовски нравится!

Эй, Васян! Хорош! Прекращай! Возвращай свои мозги на место! Нет, не туда!

Блять.

— Где ж я тебя такую шикарную Глафиру прихватил? Не хочешь мне рассказать? — Пытаюсь поймать удачу за хвост. Рыжий.

Но она превращается в надутую лягушку из передачи о животных и тропических видах земноводных. Фигурально. Я даже зажмуриваюсь в ожидании, когда она взорвется и скажет мне громкое: «Ква».

До чего же красивая лягушка-булочка. Я в шоке.

Меня нахрен контузило похлеще, чем в Сирии десять лет назад.

Класс вообще.

Я ведь через что только в этой жизни не прошел, чего и кого не повидал, где только не был.

Но какого-то хрена меня выносит от рыжей, посыпанной веснушками, красотуле с огненно-голубыми глазами. Да-да! Цвет, как у ножки пламени у газовой зажигалки.

Наверное, подобные комплименты ей не понравятся, если я их озвучу.

Но для меня они… трындец. Выстрел в сердце.

Надо отвлечься от нее.

Вдруг — это из-за нее у меня случилась кратковременная амнезия? Встретил ее, потерял разум и все.

Вообще некоторые лягушки выделяют опасные токсины и все такое.

Нет, это точно не про Глафиру. Она, конечно, оглушила меня своими феромонами и всякими прочими флюидами. Но представить ее в какой-то сложной игре с отключением моей головы каким-либо способом…

Пиздец.

Нормально меня кроет.

По ходу отрубили меня каким-то ядом или еще чем. Может, убить хотели, но не вышло. Мудак я крепкий. Меня сложно уложить. Только если красотуля не решит сверху побыть.

Васян, прекращай о ней думать! Соберись, твою мать!

Осматриваю номер — благодаря свалившемуся карнизу, вид из окна открывается полностью. Деревья, какой-то забор из дешевого профнастила. Серость и сырость повсюду. Москва не щедра в этом году на снежный покров.

Мы на первом этаже. Подхожу ближе к окну и осматриваю пространство.

Похоже, мы в каком-то домике или таунхаусе.

Но точно на первом этаже. А чуть сбоку стоит мой родной внедорожник. Гелик. Ласточка моя. Грязная звездец. До крыши. Словно я за стадом динозавров гнался по лесополосе.

Лобовое стекло чуть протерто, словно щель в танке.

Так, я вчера садился в идеально чистую машину в центре Москвы. На мне был смокинг и дорогие итальянские туфли.

Какого хрена я здесь оказался?

Живот урчит от голода.

Еще и сумка с бабками эта! Охренеть! Просто охренеть!

Брожу по комнате таская за собой Глафиру, и на входе замечаю женские черные замшевые туфли на высоких шпильках.

Рядом с ними — моя одежда.

А где одежда Глафиры?

— Я — что? Тебя так привез? — спрашиваю у нее, искренне восхищаясь собой.

Блин, я реально красавчик.

Но тут мой лягушонок все-таки взрывается. Ее надутый пузырь из обиды и задетого эго наконец-то лопается.

Я и мудак.

И подлец

И козлина волосатая. Вот это непонятно, кстати. Ей не нравится когда грудь у мужчины с волосами?

Впрочем, козлоногий и козлорогий — тоже. Удивительно, сколько производных от несчастного животного подходит под мое описание.

Ладно, пусть орет. Пар выпустит.

Поднимаю с пола одежду.

Рубашка — без пуговиц. Похоже, я ночью был страстным мачо.

Смокинг смахивает на реквизит из супергеройского фильма. Ну, когда драка и взрывы заканчиваются и приходится идти в чем есть. Рукав чуть оторван и лацкан чем-то забрызган. Не хочу знать.

Про запонки и галстук-бабочку даже интересоваться не буду. Зачем задавать самому себе сложные и неуместные вопросы?

О, а носки, трусы и брюки лежат аккуратно и в порядке одевания. Что я творил ночью вообще, а?

Прикрываю свои причиндалы одеждой, чтобы визг принцессы на ультразвуке чуть поугас. И так башка трещит невыносимо!

Нащупываю в кармане телефон и… ключи. От машины и, конечно же, от наручников.

Значит, я их не выкинул? Обманул Глафиру?

Каков я подлец.

Ржу, игнорируя очередное парнокопытное обзывательство. Реально, какой животноводческий справочник послужил ей источником ругательного вдохновения?

Пока она отвлечена, снимаю со своей руки наручник и пристегиваю его к спинке стула, скромно стоящему у письменного стола.

Конечно, гипотетически, Глаша может деру дать. Но голой и со стулом в руках это будет немного проблематично.

Она не сразу замечает, какую я абракадабру проделываю с наручниками. Лишь когда я надеваю на себя не застегивающуюся рубашку и порванный смокинг, замолкает.

— Ты! — всхлипывает и тыкает в меня указательным пальцем.

Интересно, у нее еще не закончилась фантазия?

— Да? — я весь внимание.

— Ты все это время мог меня отстегнуть от себя?

— Похоже на то, — пожимаю плечами.

— Ты! Ты! Ты!

— Я?

— Я ходила в туалет и в душ с тобой!

— Скажи еще, что тебе не понравилось? — подкалываю ее. Из кармана смокинга достаю телефон. Разряжен в хлам.

Ладно. В тачке есть зарядка.

То, что под окнами дежурит верный черный конь, а у меня есть от него ключи — делает мое положение более выигрышным.

Вот пожрать бы чего-нибудь — и все, я буду самым счастливым человеком на земле.

Рыжая демоница стреляет в меня лазерами из глаз. Клянусь, был бы у нее пистолет в руках, пристрелила бы меня, как бешеную собаку.

Ай, какая же она охрененная!

— Ты! Тебе было мало, что ты похитил меня! Так ты еще пристегнул меня к себе и выкинул мою одежду вместе с ключами от наручников!

— Прости, красотуля. У меня всегда есть запасные, — какой же я удивительный и прошаренный! Нет, мне прям интересно, чем меня вырубили. Но и в отключке я прекрасен! Молодец, Васян!

— Что же ты за психопат? — вопрошает меня Принцесса в состоянии, почти близком к истерике. — Ты меня изнасиловал!

— А вот тут протестую! Мы просто сделали друг другу приятное. И тебе понравилось, — под кроватью нахожу грязные, как мой Гелик, туфли.

Но тут происходит то, что я совсем не ожидаю.

Она, в перекинутом через плечо халате, садится на стул, роняет голову на спинку и начинает громко плакать.

Рыдает. Вот прям… как горе у человека случилось.

И я уже делаю к ней шаг, чтобы обнять, пожалеть и зацеловать до потери сознания. Но слышу посторонний шум и приглушенные голоса за периметром дома.

Так, похоже и гости пожаловали по мою грешную душу.


## Глава 7. Принцесса

Я — хорошая девочка!

Я держалась, с мужчинами не водилась, с парнями не гуляла даже в школе! Много-много училась и планировала построить свою жизнь так, чтобы ни за что не вляпаться, как это случилось у моей матери.

И вот, стоило появиться красивому и нахальному мужику на горизонте, что я сделала?

Я трогала его… держала за… да что ж со мной происходит?

Думала, что если мы все равно скреплены и нас никто не видит — ничего же страшного, да?

Заодно позволить себе чуть большее. Отпустить себя. И попасть в полный мир восторга, когда мужчина доставляет удовольствие.

Потом, когда бы меня отпустили, я бы обязательно обвинила его в домогательствах и всем прочем, а себя оправдала бы слишком опасной близостью.

Я проехала две с половиной тысячи километров.

Терпела высокомерие своих работодателей и довольно сложную адаптацию в Москве. Еще бы! Я ведь никогда не жила в больших городах!

И все это ради встречи с… Василием?

Но ему нравятся мои веснушки. Он в восторге от моего имени. Он хочет меня — да-да, мои глаза уже начинают привыкать к его телу и физиологии и я все это вижу воочию. Потому что ну… просто невозможно оторваться!

Что теперь? Я поплыла… этот козел, который меня похитил, везде трогал и причинял… удовольствие… он мне нравится! Но самое плохое — у него ужасный характер. Просто отвратительный. Он обманывает меня и добивается своего.

А что бывает с девочками, которых легко обвести вокруг пальца?

Я рыдаю, от осознания, что моим мечтам не суждено сбыться.

Не суждено, нет.

Потому что мой жизненный путь перешел Василий, чтоб его!

— Принцесса, посиди в ванной и не высовывайся, — он подлетает ко мне и хватает стул вместе со мной. Сколько же в нем силищи? Ему даже не тяжело. Ставит меня в центр ванной и украдкой срывает поцелуй с губ с фразой:

— Потом поговорим. Если выживу.

Я невольно дергаюсь, когда он захлопывает дверь.

Что?

Что значит — если выживу? Что вообще происходит?

Нет, Глаша, ты серьезно? Уже забыла, что он вытворял вчера? Наверняка за ним придут с разборками. А я в центре всего беспредела! Нет, уж, он выживет и ответит мне за все.

Я слышу шум драки за дверью. Мужской вскрик и маты.

Но это не Вася.

Я осторожно приоткрываю дверь и пытаюсь все разглядеть хотя бы одним глазком.

Обалдеть!

Вася, как настоящий супергерой, с легкостью дерется с тремя крепкими мужиками. Один, вернее, уже валяется на полу, второму Вася заламывает руки, а третьего бьет… головой!

Ужас! И правда терминатор.

Мне страшно и оторваться не могу от этого зрелища. Такой мужчина в обиду не даст.

Но, конечно же, способен обидеть сам.

Какое-то движение отвлекает мое внимание. Пока я пускала слюни, глядя на Васин бой, я не заметила, что в спальню через окно забрался еще один бандит. Он медленно крадется и вскидывает руку с пистолетом, целясь в Васю.

Погодите! Если кто и имеет право тут угрожать оружием этому киборгу, так это я!

Вообще-то мы с ним не договорили! Я не все ему высказала!

На моей стороне внезапность. И орудие убийства — стул.

Я резко выхожу из ванной и со всей силы бью стулом по голове бандиту в черной маске на лице.

— Ай, блять!

Крик бандита отвлекает Васю от искусного ломания пальцев.

— Глаша, твою мать! — орет на меня киборг.

А у меня душа в пятки уходит, потому что бандита вырубить я не смогла. Дерусь с ним стулом. Отчаянно. Только вот он меня тащит к себе и уже целится пистолетом в голову.

Но Вася быстрее.

Я зажмуриваюсь от страха.

Слышу хруст костей и вопли от боли.

— Пошевелись и я размажу мозги тебе и твоим друзьям, — от угрозы в голосе Васи у меня кровь стынет. Что он за человек?

Медленно открываю глаза и, конечно же, вижу перед собой недовольную физиономию киборга.

— Я тебе что сказал? Сколько я ошибок допустил в слове «не высовывайся»? — злобно цедит, одновременно отстегивая наручники от стула.

— Мог бы просто сказать «спасибо, Глашенька, за то, что спасла мне жизнь»! — ору на него, но ему хоть бы что!

Вася, с оружием в руке, бродит по гостиничному номеру, осматривая его. Двое нападавших в отключке, двоих други хон пристегивает наручниками друг к другу, пропустив цепочку через батарею.

— Кто вас прислал? — спрашивает он, размахивая пистолетом.

Я торопливо, пока свободны руки, завязываю на себе халат, перешагнув через два тела, нахожу свои туфли. Ну, как свои. Не мои, конечно, но нужно быть готовой к тому, что мы сейчас резво побежим. Судя по настроению Васи, именно это он и собирается сделать.

— Демьян Николаевич, — шипит один из бандитов. Вероятно, ему больно. Что конкретно с ним делает Вася — я не вижу.

И эти двое, лежащие ничком у выхода из номера — они вообще живые? Не хочу знать.

— Ты знаешь Демьяна Николаевича? — интересуется у меня Вася.

— Они не от него. Все врут! — конечно я знаю, о ком они говорят. И нет, он бы этим не занимался! Каких-то людей отправить? Да, конечно!

Демьян Николаевич сам бы приехал и голову открутил!

— Так, ясно, — Вася явно теряет терпение. Он бьет по головам в нужные места бандитам и те теряют сознание.

Откуда он знает, как и куда точно надо бить? А может он… киллер?

Мама говорила мне, что надо идти в государственную организацию работать, а не соваться к богачам.

Получай, Глафира, полную приключений жизнь теперь!

Вася хватает сумку с деньгами и подходит ко мне. Мрачно смотрит на мои туфли и, без всяких слов, закидывает меня на плечо.

Опять!

— Пусти! — Пищу я! Мне ведь неудобно постоянно ходить с ним кверху задницей!

— Детка, у меня вторая рука занята. Потерпи. Надо сваливать и как можно быстрее. Я не знаю, сколько народу ищет меня. Но раз одни уже нашли, значит скоро придут и другие, — объясняет он мне, как маленькому несмышленому ребенку, которому не купили шоколадку в супермаркете.

Ничего, милый, карма тебя ждет! Не думай, что если ты такой сильный физически, то я не найду на тебя управу!

И не таких козлов приручала!


## Глава 8. Майор

Я правильно оцениваю обстановку изначально — я действительно снял номер в какой-то «эко» гостинице. Как я это сделал в своем странном бессознательном состоянии — остается лишь догадываться. И восхищаться собой. Естественно.

Что-то вроде ресепшена здесь в отдельной пристройке. Вместе с охраной и шлагбаумом.

Одежда Глаши и правда валяется под окном. Грязная. Но я замечаю, что на Принцессе было шикарное красное платье.

Злюсь на себя, что такую красоту не помню! Молодец, что хотя бы догадался прихватить ее с собой. Вопрос — зачем я это сделал, даже не стоит. И так понимаю, что меня закоротило на ней. Если бы я был в адеквате, возможно, бежал бы от нее, испугавшись своей реакции.

Что ж.

Ставлю Глафиру на землю перед машиной и галантно открываю ей грязнючую дверь. Даже рукой касаться противно. Где я устроил сафари?

Ответы на все мои вопросы в голове Глафиры.

Зыркает на меня своими глазищами.

Нет уж, красотуля, ты обязательно мне все расскажешь.

— Потом поговорим. Нам сваливать нужно, если жить хотим, — подхватываю под попу и теперь совсем не галантно заталкиваю ее в машину. Закидываю на заднее сиденье сумку и сажусь за руль.

Матерюсь, заметив вмятину на левой задней двери. Да что за дичь вчера творилась? Я же недавно только тачку из автосервиса забрал!

— Хам! — ругается на меня рыжуля.

— Ладно, Принцесса, не загоняйся так уж. Я понял уже, что нравлюсь тебе, — подкалываю ее. — Пристегнись лучше.

С улыбочкой маньяка я застегиваю свой ремень безопасности и на полную выжимаю газ. Машина стремительно разгоняется. Глаша орет и зажмуривается.

— О, не-е-е-ет! Оп-я-я-я-ть!

Интересненькие детальки. Вчера, значит, я прокатил Глафиру по Москве и ее окрестностям с хорошим таким огоньком.

— Прости, Ласточка, будет тебе лучший автосервис на все зимние каникулы, — разговариваю со своим Геликом и тараню шлагбаум.

Хороший кузов. Крепкий. Шлагбаум, похоже, картонный. Он отрывается от основания с грохотом. В зеркале заднего вида замечаю суетящегося охранника. Носится, как угорелый. Что-то орет мне вслед.

А нечего было пропускать тачку бандитов, пришедших по мою душу. Спокойно бы выселился и еще на чай бы оставил. Сами нарушили покой постояльцев.

— Ты как? Живая? — спрашиваю у своей пассажирки.

Врубаю на всю мощность обогреватель и подогрев сидений. А то замерзнет мой мокрый лягушонок и заболеет. Да и сам я не сказать, что одет.

Врубаю навигатор у тачки, чтобы не заехать в какую-нибудь тупиковую деревушку. Вообще — где это мы?

Балашиха.

Балашиха!

Как? Что? Почему?

Так много вопросов… а ответ один — рыжий и недовольный.

Я тоже не в самом лучшем расположении духа.

Поглядывая на дорогу, ставлю на зарядку телефон.

Еще и не сразу включается.

Надо бы мне срочно позвонить парочке людей. Потому что вот-вот охранник вызовет полицию, а мне только погони не хватает для полного счастья.

— Куда мы опять едем? — вдруг спрашивает Глафира.

Это. Я. Должен. Спрашивать.

— Подальше отсюда, — индикатор топлива «весело» подмигивает мне на приборной панели.

Мои нервные клетки уже на пределе. Еще чуть-чуть и наору на Глашу.

Надо успокоиться.

Переключаюсь на дорогу. Петляю, проезжаю несколько поворотов через какой-то лесопарк. И, наконец, выруливаю на шоссе.

Как раз на телефоне загорается логотип надкушенного яблока и спустя пару секунд он включается.

— Ну, Глафира, рассказывай. Как это было? Я вломился к тебе в дом, схватил тебя и понес?

— Отвали! Не буду я тебе ничего рассказывать, — сопротивляется мне.

— Что я должен сделать, чтобы ты изменила свое решение? — не хочу скатываться до угроз физической расправы. Интересен ход ее мыслей. Потому что сам я пока что соображаю туго.

— Я есть хочу! — вот это заявочка у Принцессы.

— Представь себе, я тоже, — ворчу. Может, она как и я? Когда голодная — настроение портится?

Хотя, поводов гневаться у нее, безусловно предостаточно.

— Я правда — ничего не помню, Глаша, — мягко убеждаю и поворачиваю на заправку. Пока погони нет. Останавливаюсь у колонки, надеясь, что здесь работают заправщики.

Нет, удача точно обходит меня стороной.

— Сиди и не высовывайся, — приказываю я, а Глаша в ответ показывает мне язык. — Что опять не так? — взрываюсь я.

— С тобой все не так! Ужасно тупой! Куда я пойду в халате и в замшевых туфлях на шпильке в такую погоду? — Глаша достигает пика в своем гневе.

— Ну так и не надо было помогать мне! Позволила бы тому бандиту пристрелить меня! — я тоже начинаю яростно подогреваться.

— А ты — не бандит? Еще похлеще, чем они! — продолжает оскорблять меня Глаша.

— И все же ты сделала выбор в пользу меня. Поэтому закрой свой очаровательный ротик, пока я не нашел ему другое применение, и сиди жди меня в машине! — наклоняюсь к ней. Угрожающе смотрю исподлобья. Глаша мгновенно затихает и замирает.

Я беру телефон с зарядки и выхожу из машины. Выгляжу, ей богу, как бомж в смокинге! Бля, а тачка-то…

Радует, что я Балашихе, а не в самой Москве. Еще не хватало встретить своих знакомых в таком виде!

Пока иду в здание заправки, чтобы заплатить за бензин и воды какой-нибудь прихватить, звоню человеку, который, возможно, уже в курсе моих приключений.

— Васян?

— На связи, да, — бормочу в трубку и отвлекаюсь на кофемашину. Может, пока кофе Принцессе купить? Какой она любит? Латте? Наверняка.

— Твою мать, Красин! Ты нас всех напугал! Мы уже в ведомстве твой труп ищем, — голос моего зама, Ярослава Ларионова, напряжен. Ему, наверное, крепко досталось. Только я едва ли могу сообразить, что со мной произошло.

— Не дождетесь, — качаю головой и подхожу к кассе, называя марку бензина и два больших латте с пончиками.

— Васян? — Ярик, наверное, в полном офигевании от меня.

Это он еще не видел меня и мою машину.

И Принцессу на соседнем сиденье.

— Погоди минутку, мне оплатить надо, — прикладываю телефон к терминалу кассы. Сотрудница заправки смотрит на меня большими глазами и нервно поправляет прическу. — Я сейчас заправлюсь и вернусь за кофе, — предупреждаю кассиршу.

— Ты где? — сходу спрашивает Ярик, как только я подношу телефон к уху.

— В Балашихе, представляешь?

— Что ты там забыл?

И я начинаю в крайне нецензурных и цветастых выражениях объяснять, что манал я аристократические вечера и смокинги. В следующий раз ноги моей там не будет.

— Мне нужно, чтобы ты отправил людей на зачистку и допросы. Я скину координаты. И полицию местную предупреди, чтобы охоту за мной не устраивали, — раздаю поручения Ларионову. — У меня тут две проблемы.

— Какие?

— Какие у мужиков могут быть проблемы, Яр? — ору на ни в чем не повинного Ларионова, но бесит меня похлеще, чем рыжая, таращаяся на меня сквозь пассажирское окно. — Бабки и телки!

— Вась, я понимаю твое состояние, но ты можешь связно объяснить?

— Нет. Сделай что я тебе сказал, позже остальное обсудим, — я сбрасываю вызов.

Нельзя рассказывать о деньгах и Глаше, пока сам не знаю деталей. Иначе могу подставить еще и Ларионова. Я ведь кого-то ограбил, вдобавок похитил человека. В таких обстоятельствах Ярик пойдет со мной, как соучастник. Сам разберусь, лишь бы за мной полицейский кордон не выстроился. И ушлепков надо допросить. Там двое точно живы остались.

После того, как заправляю машину, возвращаюсь за кофе с пончиками, снова шокируя своим сногсшибательным нарядом кассиршу. Нет, хорошо, что у меня с фигурой все в порядке и тренировки я почти не пропускаю. Могу и кубиками на радость дамам светануть. Это наверняка сбавляет напряжение.

Жаль только, что Глафира на мое великолепие не сильно ведется.

— Держи. Это тебе, — передаю Принцессе кофе и пончик, когда возвращаюсь на свое место в машине. — Немного сбавим аппетит перед настоящим рестораном.

— Мне нельзя сладкое, — чуть ли не со слезами забирает стаканчик с кофе Глаша.

— Это еще почему? Болеешь? — мне надо знать о ней все.

— Я потолстею только от одного взгляда на пончик, — вздыхает о своей фигуре Глаша.

И я офигеваю в очередной раз.

Она считает себя толстой? Серьезно?

Где ж я так сильно накосячил в своей жизни?

И как подобрать правильный ответ на ее выпад?

Клянусь, мину обезвредить легче, чем правильно объяснить женщине, что она охеренная сексапильная красотка.

— Уверен, что после стресса ничего с твоей фигурой не случится.

Я выбрал между этим и «я помогу тебе похудеть, дай только домой добраться».

— Но я же и так…

Нет, я на это не поведусь.

Нет, нет, нет.

Завожу двигатель, включаю музыку и выезжаю обратно на шоссе.

Стараюсь не обращать внимание на тоскливый взгляд Глаши и мигающий, как рождественская гирлянда, экран телефона с миллионом сообщений.

Я просто хочу поесть. Все остальное — потом.

## Глава 9. Майор

— Ты обещал ресторан! — доходит до Глаши, когда я сворачиваю на парковку к большому зданию сети «Вкусно и сочно». Подъезжаю по разметке к отдельному окошку для тех, кто хочет оформить заказ не выходя из машины.

— А что это по-твоему? Настоящий ресторан. Без звезд «Мишлен», конечно, но пожрать можно, — самодовольно отвечаю. Я уже предвкушаю, как буду наслаждаться говяжьей котлеткой с булочкой.

— Я умру толстой! — восклицает Глафира. — Ненавижу тебя!

— Детка, у тебя все, как нужно, — смеюсь я и опускаю стекло, чтобы сделать заказ.

Мне, конечно, кассир заливает про приложение и терминалы, но я прикидываюсь шлангом. Телефон с адским миганием от сообщений я даже в руки брать не хочу на голодный желудок, а терминалы и эти все шайтан-машины я просто не выношу. Старовер я, в общем.

Девочка-кассир по-всякому начинает глазки строить — и это несмотря на то, что я больше похож сейчас на помятого воробья с похмелья.

Заказываю себе бургеров и колы без сахара под фырканье Глашки.

— О да, это, конечно же, самое важное.

— Да она вкуснее просто! — возмущаюсь я, потому что и правда так считаю.

— Да что ты за человек такой? Нельзя доверять тем, кто пьет колу без сахара! И запивает ею жирные бургеры с картошкой! — жестко подкалывает меня Принцесса. А язычок то у нее… ух!

— Что за дискриминация?! — вот возьму и обижусь на нее.

Глаша закатывает глаза, а я снова возвращаюсь к миленькой кассирше. Нет, ну почему эта Принцесса-Лягушка не может быть такой же милой? Также улыбаться и ждать от меня любое проявление внимания.

— Сонечка, — читаю ее имя на бейджике. — Соусов добавь к фри. Вот этот вот сырный. Он у вас самый сочный и м-м-м… хотя можно и кисло-сладкий.

Глаша тыкает меня кулачком в бок и орет прямо в ухо:

— Сырный воняет носками!

— Чьими? — переключаюсь на рыжую в полном охреневании.

Вообще я уже не уверен, что она мне в качестве подарочка на Новый Год досталась.

Может, это маленькая дьяволица, призванная высшими силами, чтобы меня вилами на углях жарить? Вон, и цвет волос соответствующий.

— Что-то еще? — отвлекает меня расплавленная моим заигрыванием Сонечка.

Бесит меня. И почему женщины такие доступные? Стоит приехать на дорогой, пусть и грязной в хлам тачке, подмигнуть и ласково поулыбаться — и все. Можно уговорить и на что-то поинтереснее.

— Есть очень вкусный десерт с мороженым. Сверху посыпанный клубничкой, — томно подсказывает Соня.

И тут происходит невероятное.

Моя амазонка-лягушка перебирается мне на колени и, вывалив свое достоинство в декольте халата, таким же томным голосом заказывают еду себе:

— Давайте два таких десерта, если они принесут такое потрясающее удовольствие. И салат «Цезарь». Только соуса поменьше, там и так помидорки текут по нежным хрустящим сухарикам. И какие у вас есть менее калорийные бургеры?

Я бессовестно держусь за ее попку через халат, пока мне позволено.

— Могу предложить роллы, — мямлит Соня с потухшей физиономией. Она что, думала рыжая просто так сидит рядом со мной в машине?

— Этот тот, который завернут вокруг мягкой прожаренной курочки? — невинно интересуется Глаша.

Блять.

Вдыхаю банановый запах геля для душа с ее кожи. Дурею от нее.

Не слышу дальше какой-то уж слишком пошлый разговор.

Рыжие кудрявые волосы лезут мне в лицо, но я охренеть как счастлив. Еще сильнее хочу зарыться в них. Найти ее ушко и потянуть за мочку.

А еще купить ей красивые сережки и оттягивать их, лаская языком. Чуть ниже спуститься к шее и прикусить, а потом осыпать поцелуями.

Ведьма-Принцесса.

Тебе конец, Васян. Смирись. Нет, можешь еще немного сопротивляться для приличия. Но учитывая, как отчаянно борется мой член с ширинкой, долго сопротивляться я не смогу. Вопрос, как быстро Глаша сдастся и не превратится ли это в средневековую пытку для меня.

— Ваш заказ оформлен, — цедит сквозь зубы Соня и называет немаленькую сумму для оплаты.

Довольный собой оплачиваю телефоном, а затем прямо с Глашей на коленях отъезжаю к зоне выдачи заказов.

Нажимаю на кнопку поднятия стекла и разворачиваю Принцессу к себе лицом.

— Пусти! — требует она, пытаясь отползти на пассажирское кресло.

— Тебе же нравится, — шепчу я, добираясь до ее груди, оттягивая халат.

Понимаю, что здесь вокруг люди и наверняка им понравится наше представление.

Но… хочу трогать Глафиру везде. Присвоить ее себе по-настоящему. Как полагается. С фейерверком и взрывами в ее нежном теле.

— Придурок, — отталкивается от меня и плюхается на сиденье.

Черт, какая же она сильная. Хотя по ней и не скажешь. Мелкая же вся. Удар не поставлен. Поэтому, наверное, мне везет, что я не хожу в синяках и побоях.

— Ну хоть не козлорогий, — злюсь я на нее. — Только что ревновала и едва из халата не выпрыгнула, чтобы Сонечка на меня слюни не пускала. А теперь снова строишь из себя недотрогу.

— Знаешь, что? — она хватает ртом воздух. На щеках алые пятна. Глазами-лазерами вновь пытается меня испепелить.

— Что? — приподнимаю бровь в ожидании очередного ругательства.

— Ты… ты… Самовлюбленный нахал!

— Ох, услада для моих ушей, крошка, — ругается она, конечно, зачетно. Книжек, наверное, много читает?

— Считаешь, что женщины должны штабелями перед тобой падать? Засечки на кровати ставишь, чтобы со счета не сбиться?

— А зачем мне считать? — искренне не понимаю, к чему она ведет.

— О боже. За что мне все это? — она качает головой и отворачивается к окну.

Вот и поговорили.

— Послушай, Принцесса. В твоих интересах рассказать мне все, что вчера было. Чем раньше ты это сделаешь, тем быстрее я тебя отпущу.

Наши взгляды снова пересекаются.

На этот раз я вижу в ее глазах интерес, а не смертоносное оружие.

— Сейчас поедим, потом ты мне все расскажешь, а потом я отвезу тебя туда, куда скажешь. Как тебе?

— Так я тебе и поверила! Сразу убьешь меня!

— Что? Это же преступление! — я снова не понимаю ее логику.

Мало того, что убить ее — это создать себе проблемы на много лет.

Так еще… я никому не позволю ей вред причинить. И красоту такую любить, холить и лелеять надо, а не мучить или убивать. Что за хрень она обо мне думает?

— Серьезно? А зачем бандиты убивают? Чтобы свидетелей не оставлять в живых! — разговаривает, как с тупым. Даже не скрывает своего мнения обо мне.

— Глашенька, я не бандит.

Снова фыркает.

Ладно.

Не хочу удостоверением махать перед ней. Обойдется. Узнает обо мне и моей профессии, как время придет.

— У меня есть условие, — вдруг сдается Глаша. — Заодно и проверим твою честность и серьезность намерений.

— Ты хочешь меня проверить? — а это уже обещает быть интересным. — И как же?

— Расскажу об условиях после еды, — заявляет она совершенно серьезно.

А в этот момент на табло возле выдачи загорается номер нашего заказа.

Подъезжаю к окошку и по очереди забираю пакеты с заказами. Один из них перехватывает Глаша. Пока я аккуратно расставляю стаканы в специальные отверстия в подлокотнике, а затем паркуюсь неподалеку, Глафира начинает активно жевать и чем-то запивать, помешивая лед в стакане.

— Ну, как тебе твой микро-ролл? — смеюсь я, поворачиваясь к ней. Она ест с превосходным аппетитом. У меня слюнки у самого текут от запаха.

Но… Стоп!

— Не знаю, но бургер фкуфный, — хвалит Глаша мой… черт побери, мой! Мой бургер! С той самой жареной котлеткой! Огромной!

Соус из бургера в это время плюхается на кресло из мягкой телячьей кожи, которую я ждал несколько месяцев в специальном индивидуальном заказе кастомизации.

Мой подарочек-наказание улыбается. Счастливая.

Берет мою колу без сахара и со сладострастным выражением лица, запивает мой бургер.

— Попробуешь ролл, расскажешь, — веселится она. — Там салатиком еще закуси. А то я за твою фигуру переживаю.

Придушу ее. Обязательно. Когда буду глубоко внутри нее. И за волосы, как следует, в нужные моменты оттаскаю. И отшлепаю. О да…

Я наклоняюсь, хватаю ее за запястье и одним разом откусываю половину бургера.

— Гад! Мне оставь! — психует она.

— М-м-м, фкуфнятина, — бормочу с набитым ртом. И пью после нее из одной и той же трубочки.

Она замирает, как кролик перед волком.

Доигралась, Принцесса?

Я и не в таких сражениях участвовал. Не на того напала.


## Глава 10. Принцесса

Его руки на моих запястьях.

Его лицо слишком близко от моего. Он ест из моих рук, совершенно не переживая по этому поводу.

Сглатываю, наблюдая за тем, как его губы обхватывают трубочку. Он даже пьет как-то слишком горячо и эротично.

А ведь из этой трубочки пила я. Не брезгует? Или… о чем это я? Трясу головой, чтобы прогнать наваждение, но не получается.

Как мантру повторяю его недостатки: тупой, нахальный, наглый, козловатый и… чертовски красивый и соблазнительный. Да-да! Его сногсшибательная внешность — тоже недостаток!

Потому что чаще всего за мужской красотой прячется монстр.

А этот тот еще… Василий! Применяет силу, не считается с моим мнением, и постоянно издевается надо мной.

Да, но есть нюанс. Он вроде бы и похитил меня, и удерживает до сих пор. Вытворял со мной непростительные вещи, которые я вроде бы не позволяла. Или позволяла? Ай, неважно!

Рядом с ним мне неожиданно хорошо. Бесит меня, а расставаться не хочется. Совсем. Словно родную душу встретила.

В голове вертится голос моей мамы — от красавчиков одни проблемы. Снова и снова думаю об этом, вспоминая, как он заигрывал с кассиршей, хотя совсем недавно мы ласкали друг друга под душем!

Непостоянный. Ветренный. Бабник.

Да я просто победитель в мужицкой лотерее!

Вчера, когда я примеряла наряды Милены Тимуровны перед зеркалом, я загадывала встретить настоящего принца. Ну хотя бы какого-нибудь интеллигента. Не прошло и пяти минут, как ворвался этот терминатор, схватил меня и унес.

Принц? Как же!

Вселенная слишком жестока ко мне.

Василий отвлекает меня от моих мыслей, прикоснувшись большим пальцем моих губ. От внезапной и острой волны возбуждения, я приоткрываю рот, едва успев сдержать стон.

— У тебя тут майонез, — тихо проговаривает.

У него даже голос чрезмерно сексуальный. И я, дожив до своих лет девственницей, слишком сильно реагирую на этого мужчину.

Смотрю в его серо-голубые глаза и безбожно тону. А ресницы у него черные и совсем девчачьи. Поэтому взгляд кажется холодным и пронзительным?

Внезапно он отстраняется и принимается есть пластиковой вилкой салат, который я заказала для себя. На самом деле я не планировала отнимать Васин бургер, но он выбесил меня с этой своей Сонечкой. Идея мести возникла моментально.

В итоге, кому я отомстила? Сама едва дышу от желания вновь поцеловаться с ним, ощутив его губы на своих.

Вдобавок продолжаю портить фигуру. Я ведь очень склонна к полноте! Мне на шоколад достаточно посмотреть, чтобы прибавить пять килограмм! А козлоногий нахал меня пончиками и бургерами кормит!

Ему-то ничего не будет. С его идеальным телом. Вспоминаю его без одежды под душем. Как капельки воды стекали по по его золотистой коже… какие твердые мышцы на ощупь и…

Пью колу. Хорошо, что она со льдом. И без сахара. Рядом с этим мужиком нужно просить больше льда в стакан добавлять.

— Самый отвратительный «Цезарь», который я пробовал, — ворчит этот ресторанный критик. — Потом, как приведу себя и свое сознание в порядок, сходим в хороший ресторан на Арбате.

— Ты обещал отвезти меня домой, — напоминаю о нашем договоре.

Зачем?

Давай, Глаша, признайся, наконец, что тебя задело его желание поскорее избавиться от тебя!

Тем более… вдруг он приезжал к Милене Тимуровне? И ведь именно такие женщины и должны нравиться шикарным мужчинам? Да, вчера он был одет с иголочки. В смокинге, белоснежной рубашке с запонками. Воротник стянут черным галстуком-бабочкой. И все идеально подогнано под его фигуру.

Вася выглядел как тот самый прекрасный принц из моей любимой книги.

Это сейчас он немного помят, но даже сейчас — крайне притягателен.

Что ж. Не надо раскатывать губу. Тем более, что внутренний мир Василия совсем не совпадает с моими представлениями об идеально подходящем для меня мужчине.

— У нас уговор. Отвезу, как только ты поможешь восполнить провалы в памяти, — напоминает он.

Он же не говорит, как быстро я должна это сделать? Вдруг неделя понадобится? Или годы? А я все это время буду рядом… Если мы не поубиваем друг друга.

Я могу использовать это время на полную катушку.

— Верно, ты исполнишь все мои желания.

— Даже те, о которых ты не говоришь? — его бровь… даже его бровь эротично изгибается! Как же надоели его пошлые намеки!

— Держи свои фантазии при себе! — отрезаю. Хотя, по правде, держусь на последней нервной клетке.

— Так, Лягушонок, что ты хочешь, чтобы я сделал?

Набираю воздух в легкие.

— КАКОЙ Я ТЕБЕ ЛЯГУШОНОК?!

Вася морщится.

— А можно потише орать?

— Шепотом поорать, может? — наклоняюсь в его сторону и тянусь руками к его шее. Вряд ли я одержу над ним верх, но зато душу отведу.

— Было бы неплохо. Но мне больше нравится, как ты стонешь, когда кончаешь, — ухмыляется! Гад!

Я грудью задеваю стаканчик с колой и он падает прямо ему на колени. Крышечка от стаканчика отлетает. Кола вместе со льдом проливается ему на брюки и ооо… на его причиндалы.

— Охренеть, блять!

Вася матерится. Громко и емко, подскакивая на кресле. Я достаю салфетки из пакетов и принимаюсь тереть его брюки на самом пикантном месте.

— Ты меня убить пытаешься? — рычит на меня и выхватывает из моих рук салфетки. Промокает бумагой сиденье из светлой кожи. — А моя машина здесь причем?

— Я случайно! — пытаюсь оправдаться.

— В следующий раз держи свою грудь при себе! — заявляет он.

— И куда же мне ее деть? Через плечо перекинуть?

— Глафира! Ты просто… ты…

Пытается подобрать слова. Его глаза полны гнева. Желваки ходят по лицу. А зачем он орет на меня?

— Чуть позже отшлепаю тебя. Как следует. Уверен, тебе понравится, — он еще и угрожает мне?

Только я, наконец, придумываю что ему ответить, как Вася отбрасывает свой пакет с едой вместе с салатом прямо мне на колени и резко выезжает со стоянки.

— А вот и гости пожаловали. Пристегнись. Прокатимся с ветерком.

Ох, как мне не нравится выражение лица Василия!


## Глава 11. Принцесса

Я не вижу ничего и никого подозрительного. Пытаюсь удержать пакеты с едой, чтобы они не разлетелись по машине.

Не могу оторвать взгляда от сильных рук Васи на руле. Он со своим «Мерседесом» словно единое целое. Как рыцарь на коне! Ловко крутит руль, а машина послушно исполняет все маневры.

Я пристегиваюсь. От греха. Я ведь еще жить хочу. И совсем не знаю, что мне ждать от этого супергеройского терминатора.

Одного ремня мне недостаточно, я хватаюсь за ручку над дверью, когда Вася делает резкий разворот и движется в противоположную сторону.

— От кого ты пытаешься скрыться? — спрашиваю я, выплевывая собственные волосы изо рта.

— Интересненький и нетипичный «БМВ» подъехал к нашему крутому ресторану, — объясняет логику Вася. Да, я сама обратила внимание на дорогую иномарку.

— То есть тебе можно приезжать во «Вкусно и сочно» на «Мерседесе», а им нельзя? — рассуждения у него, конечно, бредовые. А что я еще ждала от этого психа? Вот теперь манией преследования страдает.

— «Мерседесе»? А-а-а, ты о моем Гелике, что ли?

Я по-прежнему напоминаю о том, что Василий непроходимо туп. Как бы красив и горяч не был, с мозгом проблемы.

Поэтому с речью у него тоже беда.

— Глаша, просто доверься мне. У меня глаз наметан, я сразу понимаю, когда приезжают четыре бандитских рожи на черной «Бэхе» и ищут на стоянке чью-то тачку, а не бургеры с рыбой в меню.

Да уж, пора привыкнуть, что этот мужик абсолютно не в себе. Похитил меня, изнасиловал… почти! А теперь, говорит, доверься мне. Ну, супер! Конечно же! Так и сделаю!

Но в следующую секунду я перестаю ухмыляться, потому что отчетливо слышу выстрел.

— Лягушонок, тебе лучше пригнуться, — милым голосом просит Вася.

— Я тебе не…

Не успеваю договорить ругательство. Снова скрежет металла и глухой мощный удар пули о кузов машины.

Да, меня можно не просить дважды.

А Вася, тем временем, разгоняется до какой-то невозможно опасной скорости. Одно неверное движение и мы разобьемся. Но он водит хорошо. Четко и последовательно. Я крепко зажмуриваюсь и закрываю уши ладонями. Как же жить еще хочется! И все ведь было хорошо, пока этот маньяк меня не похитил из дома Демьяна Николаевича!

— Не бойся, Принцесса. Мы выберемся из этого дерьма, — обещает мне Вася.

Долгие и нескончаемые минуты идут одна за одной. Но выстрелов больше нет.

Рев мотора чуть не стихает, а машина замедляется.

— Все хорошо. Они отстали, — успокаивает меня Вася.

— Они отслеживают тебя по твоему телефону, — предполагаю я, выпрямившись на пассажирском кресле.

Вася вместо ответа хохочет.

Будто я несмышленая и понятия не имею, о чем говорю.

— Нет, Глаша, мой телефон не отслеживают.

— Как же они тогда нас вычислили? — еще больше злюсь. Откуда я должна знать, что происходит во время погони? Я такое только в кино видела.

— Дорога утыкана камерами. Если есть доступ к ним, то легко отследить путь любой машины.

— Ага. Ты настолько крут, что твой телефон не отслеживают, зато дорожные камеры — пожалуйста, в открытом доступе!

— Допустим, я и правда крут, — эго этого недоделанного супергероя размером с Москву. Не меньше. — Во вторых, к камерам на самом делелегче подключиться. Вообще, в зависимости от того, кто меня ищет, можно определить способы обнаружения. Может, жучок на тебе?

— Ага! И где же он по-твоему? В лифчике? Ах да, ты его выкинул в окно! И вообще ты меня и так всю… — вспыхиваю и тут же замолкаю, стоит моим мыслям повернуть куда-то не туда.

— В одном месте я проверил недостаточно глубоко, — веселится он.

Ненавижу его!

Беспринципный! Наглый! Самовлюбленный!

— Поверить не могу, что ты это говоришь, — я качаю головой от бессилия что-либо изменить в этом человеке.

— Это была шутка, Глаша! — оправдывается он. — Ладно, мне нужно знать все, что знаешь ты. Иначе нас все-таки рано или поздно прикончат. Но при этом нам нужно скрыться. Есть идеи?

— Торговый центр! — я как раз вижу маячащее характерное здоровое здание прямо вдоль шоссе.

— У всех на виду? Это ты называешь — спрятаться?

— Не будут же по нам стрелять среди толпы днем? — правда, считаю, что это лучшее решение.

— Все зависит от того, кто нас разыскивает. Всякое может быть, — не прибавляет мне оптимизма Вася. — Но вообще да, идея хорошая. Нужно нам переодеться во что-нибудь. Отправимся на шопинг?

В Торговом центре за нами никто слежку не устраивает. Возможно, Вася действительно сумел нормально оторваться.

Другие посетители торгового центра на нас смотрят с преогромнейшим интересом. Но Васе как будто все равно. Конечно, пусть он и в драной рубашке и в сомнительного вида смокинге, зато не в халате, как я. И красавчик, а не рыжая веснушчатая девчонка без макияжа с волосами, торчащими во все стороны.

— Одеться надо быстро и попроще, — командует он.

В моих планах было устроить этому товарищу терминатору ад и Пакистан.

А в итоге, имел он в виду меня, мои желания и возможности. Манипулятор!

Затаскивает меня в большущий спортивный магазин и заставляет приодеться в теплый спортивный костюм.

— Я без трусов! — ору на него в примерочной, когда он навешивает на крючки кучу костюмов разных цветов.

В его глазах тут же зажигается характерный интерес.

Черт!

Что я несу?

— Как я мог допустить такую оплошность и забыть об этом? — Он тянется к пояску моего халата.

Мы в примерочной. Вокруг полно народу.

И… Вася вообще умеет думать хоть о чем-то другом?

— В нас стреляли и за нами погоня, а ты!

— А я?

— Озабоченный! — огрызаюсь на него и бью по рукам.

— Я сам в шоке от себя, Принцесса. Это все ты и твои веснушки.

— Ну да, конечно! Всегда виновата женщина. А если еще и рыжая с веснушками, то вообще ведьма! — выталкиваю его из примерочной. — Добудь мне трусы и лифчик лучше, рыцарь!

— Хм-м, уже лучше, чем козлоногий, — ржет Вася за дверкой примерочной. — А ведь и правда, заколдовала меня.

И уходит, насвистывая.

Я принципиально не надеваю костюмы без белья. Полчаса жду своего мучителя.

Потом до меня доходит, что ждать, в целом, не обязательно. Я ведь могу попросить телефон у кого-нибудь. Я помню домашний номер телефона. Достаточно позвонить, рассказать Демьяну Николаевичу, и тот уж уши моему бандиту надерет.

Но почему-то я не тороплюсь сбегать.

Напротив, терпеливо жду. Что со мной? И почему взглядом ищу уже знакомую фигуру?

Дура я. Как есть — дура.

А вдруг он нарочно меня оставил здесь? Избавился от балласта?

Или, что еще хуже, его нашли те бандиты и убили?

При мысли об этом исходе мне становится совсем плохо.

Но тут заходит моя кинозвезда.

Иначе его назвать не могу.

Ноги меня не слушаются. Я держусь, на всякий случай, за дверцу.

Вася успел переодеться в черные спортивные брюки, изрядно облегающие его сильные ноги. Сколько времени он тратит на спортзал? Такой форме позавидует любой спортсмен. Свободная черная футболка не скрывает ширину его плеч и груди.

Во рту у меня пересыхает от избытка чувств. Непрошенных. Ненужных совсем!

Да, но ведь я никуда не ушла и дожидалась его сейчас?

Скольжу взглядом по его мощной шее, ловлю нахальную полуулыбку. Игривый блеск в его глазах не сулит мне ничего хорошего.

— Почему ты меня оставил? Я ведь могла сбежать! — сразу же сыплю на него упреками.

— Но ведь не сбежала же? — ухмыляется он и протягивает мне какой-то пакет. — Уверен, что с размером не промахнулся.

Вот нет, чтобы увлечься каким-нибудь интеллигентным парнем, да?

Почему меня волнует этот гопник в спортивных штанах? Что за вселенская несправедливость?

Беру пакет из его рук и заглядываю внутрь.

Я ожидаю увидеть там красные кружева и чулки — с него станется!

Однако на этот раз он меня удивляет. Не просто удивляет, а поражает в самое сердце. Там комплект из топа и нескольких трусиков разной посадки. И все в индивидуальной упаковке. Да и бренд недешевый.

Но дело вовсе не в этом.

Вася подумал прежде всего о моем комфорте и удобстве. Чтобы мне было хорошо. Позаботился. Обо мне никто никогда не…

— Детка, обязательно прикуплю кружева тебе, но давай только не здесь, ладно? И чуть попозже…

Какой же он невозможный дурак!

Но все равно встаю на носочки и целую его в щеку.

— Спасибо, — шепчу я и тут же скрываюсь в кабинке примерочной.

— И что это было? — хрипло спрашивает Вася по ту сторону.

Если бы я сама знала!


## Глава 12. Майор


Я всегда считал, что женщина — это просто. Даже друзьям советы раздавал, когда у них бывали сложности. Помогал по-всякому. Подшучивал — естественно. Когда мужик влюблен — это сразу минус мозг.

По себе знаю. И подобных ошибок больше стараюсь не совершать.

Похоже, у меня начинаются грандиозные проблемы. Проблема. Рыжая такая. Веснушчатая. Шикарная и мягенькая вся. Хитрая дьяволица с улыбкой ангела.

Вот зачем она в щечку меня поцеловала? Что за детские забавы?

Стою, прислонившись лбом к дверце примерочной. Грудь сводит от какой-то позабытой эмоции.

Скольких женщин я целовал? Прижимался в страсти?

Всех на следующий день забывал. И ни один поцелуй не оставил во мне даже капельку сожалений и особенных воспоминаний. Все — как один.

Простой легкий символ симпатии от Глаши — поцелуй в щеку, и я плыву, как мальчишка. Хочется царапаться в дверь и скулить, чтобы она подпустила к себе. В прямом и переносном смысле.

Это все последствия моего отруба. Наверное.

Не может же быть, что от такой наивной и невинной ласки мой друган в штанах колом стоял? Что, блять, за магия такая?

Так, нужно собраться. За моей головой охотятся головорезы. А я от девчонки-девственницы в дурака превращаюсь.

Если я продолжу себя так вести, ничем хорошим это не закончится для нас.

— Я выбрала! — радостно сообщает Принцесса.

Отодвигаюсь от двери и жду, когда она продемонстрирует свою красоту.

И да, когда она появляется передо мной, я не могу сдержать усмешку. Так и знал, что она выберет самый безобразный и мешковатый костюм, в котором видна только ее голова. Даже ладони тонут в рукавах.

Ну, хотя бы светло-бежевый. Ей невероятно идут нежные оттенки.

— Может, размер поменьше тебе принести? — подкалываю ее. Я нарочно принес большие вещи, чтобы не сильно отвлекаться на ее тело. Хотя… я ведь уже знаю, какая она. Фантазия работает на полную мощность.

Поскорее бы добраться до дома. И там пусть горит все синим пламенем, но эту булочку я отведаю не торопясь.

— Меня все устраивает! — сопротивляется Глафира, скрестив руки на груди. Видимо, она не понимает, что большие вещи легче снять. — И вообще, это ты принес XL.

— Это на будущее, — отшучиваюсь, и тут же прикусываю язык, потому что мои мысли меня едва не сбивают с ног.

Нет-нет. Хрена с два. Не признаюсь даже себе, что я имел в виду. Идиот! Какой же я идиот!

— Больше никаких бургеров! И я не толстая! — в слезах кричит на меня.

— Ты — прекрасная, Глафира! — умудряюсь сгрести ее в охапку и крепко прижать к себе. Она сопротивляется и дерется, но мне все равно. Моя булка.

— Как же! То Лягушонок, то Принцесса. Сам уж определись, — бубнит она на уровне моей груди, но вдруг робко обнимает меня в ответ.

Я не пойму. Почему меня от нее так тащит? Плющит? Я, кажется, начинаю заболевать ею.

А все почему?

Оставил ее в примерочной одну. Подумал — сбежит так сбежит. Потом буду с этим разбираться. Найду и отшлепаю, как говорится.

А она не сбежала. Ждала меня терпеливо. Ну, почти. Еще и поцеловала. Как будто я и правда рыцарский поступок для нее совершил.

Я окончательно и бесповоротно шагаю в пропасть. Хрен я теперь ее отпущу. Буду абьюзером последним. Тираном. Терминатором козлорогим. Как там она меня еще называет?

Похер.

Моя. Носом зарываюсь в ее рыжую кудрявую макушку.

Все, ты попал, Васян.

Отсюда и мысли все эти дурацкие. На примере своих друзей я подозревал, что такое случается. Бывает, да. Но не у меня же? У других — да. А я — черствый сухарь с сердцем на замке. Какого хрена?

— Кажется, я определился еще вчера, — не буду уточнять, в какой именно момент — когда похищал ее, или когда наручниками к себе пристегивал. — А теперь раздевайся, — командую.

— Ты издеваешься? — снова пищит моя Лягушка, переходя на ультразвук. — Обязательно надо испортить момент и домогаться до меня? И обязательно это делать в примерочной?

— Ага, значит, думаешь о сексе, а озабоченным выставляешь меня? — подкалываю ее. Ох, зараза, даже не догадывается, какое удивительное приключение в мир эротического удовольствия она скоро отправится вместе со мной.

Но не сейчас. К сожалению.

— Что? — хлопает глазками. — Ты сам…

— Я оплачу одежду, а потом принесу тебе. Какой у тебя размер ноги?

— У меня не…

— На каблуках предпочитаешь ходить? Спорт-шик, все дела?

Закатывает глаза. Ну, зачем сопротивляется?

— Тридцать седьмой, — разглашает свои секретные данные Глаша.

Ее щеки заливает алым румянцем. Она замолкает окончательно и прикрывает дверцу примерочной.

— Хватит ржать надо мной! — наконец, не выдерживает и отчитывает меня, возвращая мне выбранный костюм.

— Я еще даже не начинал, — хмыкаю, довольный собой.

Самое интересное, что она не отрицает свои мысли. Завожусь еще сильнее.

Она хочет меня. И пусть все идет в пекло!

Помимо костюма, я с помощью консультанта, выбираю более менее модные кроссы и теплый пуховик для Глаши. На улице зима. Я и так ее в халате протащил по холоду. Да и в машине не сказать, что было сильно тепло. Не хочу, чтобы она заболела.

Возвращаюсь с покупками в примерочную. Глаша быстро одевается.

— Это настоящие? — удивленно спрашивает она, надевая кроссовки за закрытой дверью.

— А что? Неудобные? — не понимаю ее вопрос.

— Нет, они замечательные. И куртка тоже. Спасибо тебе.

Ее голос дрожит и тускнеет. Мне совсем это не нравится.

— Открой дверь, — требую от нее.

— Подожди, — шмыгает носом. Плачет? Да что за фигня с ней творится?

— Глаша, если ты не откроешь, я выломаю здесь все нахрен! — громко заявляю. Люди оборачиваются, насторожившись. Отлично. Мало, что мы с Глашей — эксцентричная парочка в смокинге и халате. Нужно еще и дебош устроить. Чтобы точно нас запомнили.

Глафира знает, что моя угроза не впустую и тут же открывает защелку и впускает меня в кабинку.

Ревет. Как дитя малое.

Только…

От ее слез у меня рушится что-то внутри. Скручивает. Срывает. Сносит. Да что ж это такое со мной творится?

— Что я опять сделал не так? — сдаюсь.

Ее голубые глаза, наполненные слезами, сверкают, став еще ярче. Какая же она красивая. Взгляд не могу оторвать! Волосы, торчат в разные стороны, из-за чего ее очаровательное личико приобретает особый озорной и, в то же время, нежный, почти кукольный вид.

— Отвези меня домой. Я живу у Демьяна Николаевича. Он вернет тебе за всю эту одежду деньги. Я попрошу его вычесть из моего содержания.

Значит, некий Демьян Николаевич все же имеет к ней отношение. И судя по ее словам, очень даже тесное. Твою мать!

— Какое нахрен содержание? Какие, блять, деньги? — ругаюсь так, что стены дрожат. И, как по волшебству, Глаша перестает лить слезы на свой новый костюм.

Народ вокруг шушукается. Надо валить отсюда, как можно быстрее. Я и так уже все оплатил, поэтому без слов хватаю Принцессу за руку, и тащу из примерочной.

Мне лишь бы подальше, потому что орать хочу нестерпимо.

— Туфли и халат, — сопротивляется она, пятясь. — Мне нужно забрать их.

— Я попрошу выкинуть, — цежу сквозь зубы, едва сдерживая себя.

— С ума сошел? Это же «Кристиан Лабутен». И они не мои! — Глаша упрямая в том, что имеет для нее особенный смысл.

— Так, меня все зае… — начинаю материться, но тут же поправляюсь, — с меня хватит. Ты сейчас же мне расскажешь все, что знаешь.

— Здесь? — удивляется она.

— Пожрем нормально для начала.

— Как же меня угораздило с тобой связаться? — топает ножкой.

Она напоминает мне норовистую кобылку, которая себе на уме и не подпускает никого близко.

— В торговом центре вроде приличное кафе есть. Пожрем, то есть поедим, и я с удовольствием послушаю твой рассказ.

— Да ты романтик не в себе, Василий!

— Стараюсь, Принцесса. Как могу, — ухмыляюсь и, дождавшись, пока она соберет туфли и халат, беру ее за руку и увожу под пристальные взгляды.

— Девушка, у вас все в порядке? — внезапно спрашивает посетительница, примеряющая экипировку для тренировок.

Глаша замирает. Видимо, думает, что ответить, но тут же решительно заявляет:

— Не переживайте, я обучу его хорошим манерам. Он просто немного не в себе. Дикий. Не умеет с девушками общаться, — елейно обещает Глафира.

— Я десять лет пыталась, в итоге развелась, — «приободряет» покупательница.

— У меня прекрасный опыт работы с парнокопытными. Я справлюсь, — заявляет Глаша и выходит из примерочной с гордо поднятой головой.


## Глава 13. Майор


— Допрыгаешься, Глафира. И получишь по попе, клянусь, — обещаю ей, наклонившись к ее уху, когда мы поднимаемся по эскалатору на фудкорт.

— Надо же, ты запомнил мое имя. Не Лягушка, и не Принцесса. Это прогресс, Василий! — издевается надо мной. — И не надо угрожать мне. А то ничего тебе не расскажу!

— Расскажешь, как миленькая!

Нет уж, рыжая, я на твои манипуляции вестись не буду.

И здорово так отыграюсь ночью. Сполна отыграюсь.

А пока идем в кафе известной сети с итальянской кухней.

Я прошу хостес усадить нас за самый уединенный столик.

— У нас очень важное событие и предстоит много признаний, — подмигиваю брюнетке с гладко зачесанными в пучок волосами.

— Поняла вас, — хихикает она и на самом деле ведет нас в самый дальний угол кафе. Пока мы раздеваемся и вешаем одежду на напольную вешалку, она кладет меню на наш столик и спрашивает, когда подойти официанту.

— Если можно, пусть это будет молодой человек, а не девушка, — внезапно просит Глафира. Хостес смущенно кивает и быстро уходит.

— Зачем? — спрашиваю я, усаживаясь на довольно удобный диванчик. Черт, тело ломит, будто я всю ночь физкультурой занимался. Походу, примерно так все и было. Только кроссфит случился в реальной жизни, а не в спортзале.

— Ты настолько ослепителен, что все официантки штабелями от тебя падают. Давай оставим мне немного чувства гордости, ладно?

— Я не виноват, что я такой обаяшка, — усмехаюсь. Ревнует?

Зыркает голубыми глазищами.

Ревнует. Ох, Глашенька, знала бы она, что с ней никто не сравнится. Даже близко.

Узнает. Обязательно. По-всякому.

— Думаешь, приятно, когда в твоем присутствии флиртуют с другой девушкой? Надо было тебе подмигивать хостес?

— Погоди, — я наклоняюсь вперед и, потянувшись через стол, кладу ладонь на ее руку. Ух, ледяная какая. Как у лягушки, в самом деле! — Я правильно понимаю, что ты считаешь нас парой?

Она поджимает губы и прячет взгляд. Пытается выдернуть руку, но не получается.

— Да, после нашего душа я тоже считаю, что наши отношения весьма близки, — я двумя руками держу ее ладонь, пытаясь согреть. Ну и разжалобить свою обиженку, конечно же.

— Это была ошибка! — лепечет Глаша, потому что я активно поглаживаю пальцами весьма чувствительные местечки на ее руке.

— Черта с два! — не соглашаюсь. — Так, давай об отношениях мы поговорим немного позже. Что будем есть?

— У тебя еда всегда на первом месте? — фыркает Глаша.

Смешная такая.

— Это единственный способ отвлечься от мыслей о сексе с тобой, — честно ей признаюсь и отпускаю ее руку. Откидываюсь на спинку диванчика и закидываю ногу на ногу.

— Смотри не растолстей. Это тебе не светит! — раскрасневшись, продолжает пикироваться со мной Глаша. Какая же она злючка! Уф! Так бы и съел вместо обеда.

— Да неужели? — невольно приподнимаю бровь и раскрываю меню. — Я весьма целеустремленный, знаешь ли.

— Пф! — ершится Принцесса. Но следует моему примеру и открывает меню. Периодически стреляет в меня ярким взглядом. Думает, я не вижу?

Даже страницы не листает.

— Так, все! Дай сюда! — выхватываю у нее меню из рук и, встав со своего места, сажусь рядом с ней на ее диванчик. — Двигайся!

— Какой же ты! Вроде не толстый, а все место занимаешь! И чего тебе не сидится? — отодвигается вплотную к стенке. А я ее обнимаю за плечи и притягиваю к себе. Так лучше и спокойней как-то.

— Хочу посмотреть с тобой вместе меню. А то ты меня глазами уже съела.

Глаша затихает и даже немного расслабляется. Не задумываясь, кладет руку мне на бедро. Ее жест абсолютно невинен и безобиден, но меня прошибает насквозь. Отвлекаюсь на салаты и пасты, предлагаю ей варианты. Она не особо разбирается в тонкостях ресторанной еды.

Я делаю очередное открытие для себя — эта девочка и на свидания то ни разу не ходила. Наверняка! Максимум, может, в школе держалась с кем-нибудь за ручку. И то вряд ли.

Невинная по всем фронтам. И досталась мне.

Джекпот, Василий!

Что же тогда за содержание такое она получает от Демьяна Николаевича? И кто этот хрен вообще?

К нам подходит официант и я делаю заказ, активно интересуясь мнением Глафиры. Она отвечает, но не так смело, как обычно пререкается со мной. Удивительная сладость, точно Принцесса.

— Итак, пока нам готовят, есть время для разговора. И я внимательно слушаю, — поворачиваюсь к ней всем корпусом, слегка нависая. Глафира вздергивает подбородок. — Кто ты такая? И где я тебя нашел?

— Потом, как расскажу тебе, захочешь избавиться от меня? — В лоб задает вопрос Глаша.

— Разве похоже, что я хочу избавиться от тебя? — Я, мягко говоря, ошарашен.

Прикусывает нижнюю губу. Невинно и… очень уж эротично.

Блять, я же не железный.

Наклоняюсь, вообще не контролируя себя, и касаюсь ее губ своими. Мягко. Осторожно. Потому что дальше — я точно знаю, спугну ее или доведу до истерики. Начнет отпираться, что она меня не хочет.

Хочет. Еще как.

Но не все сразу.

— Давай по порядку. Где я тебя, такое чудо, раздобыл? — Глажу ее по лицу кончиками пальцев. Глаша мимолетно улыбается, притупив взгляд. На щеках проступает румянец.

— Я, если честно, плохо поняла, что случилось. Ты ворвался в дом Демьяна Николаевича. Охрана почему-то тебя пропустила. Может, ты искал Милену Тимуровну, а нашел меня? Милена Тимуровна и Демьян Николаевич в это время были на каком-то важном мероприятии.

— А ты что делала в этот момент?

— Примеряла наряды Милены Тимуровны в спальне. Услышав шум, я спустилась, а там ты. С пистолетом и полной денег сумкой.

— Значит, сумку я раздобыл до тебя?

— Похоже, что так. А не опасно всюду с ней ходить сейчас?

— Предлагаешь оставить ее в машине? — удивляюсь я.

Глафира вздыхает и отодвигается от меня.

— Ты похитил меня. Угрожал пистолетом, а затем перекинул через плечо и утащил. И никто тебя не остановил. Господи, надеюсь, ты не убил никого из охраны? Они ведь ни в чем не виноваты…

Смутная картинка немного мелькает у меня в голове.

Знакомый интерьер и просторная гостиная. Камин с лепниной, изображающей головы коней.

До меня доходит, где я был и что натворил.

Блять, какой же я идиот!

Зажмуриваюсь от нахлынувшего на меня стыда. Какое счастье, что мне попалась Глафира. Что именно ее я утащил! Свою булку!

Я думал, что прошлое похоронено уже под слоем дыма, пепла, бетона и залежей каменной руды.

И то, что моя психика дала осечку в момент, когда я был в полной отключке, меня не радует ни хрена!

— Прости, Глаша, что напугал тебя и угрожал пистолетом. В этот момент я был далеко не в себе. Скажи, почему ты называешь хозяина этого дома Демьяном Николаевичем? А хозяйку Миленой Тимуровной?

— Потому что это их дом. Романов Демьян Николаевич — владелец, а Милена Тимуровна его жена.

Шкрябаю память. Имя этого Демьяна до боли знакомое. Да кто же это такой?

— Ничего не понимаю, — сдаюсь, пожалуй, раньше времени. Потому что слишком уж больно. В груди там что-то екает и неприятно стучит. Сердце наверное.


## Глава 14. Принцесса


Василий мрачнеет на глазах.

Отпускает меня и пересаживается обратно на свое место.

Делаю вид, что меня это не задевает. И мне вполне комфортно без его тепла и близости. Абсолютно.

Ври себе, Глаша, продолжай.

Когда он не улыбается и не подкалывает меня, я отчетливо считываю опыт прожитого в его глазах. Так смотрит человек, который всякое в жизни повидал. Интересно, кто он такой? Киллер? Бандит? Кто?

— Зачем ты примеряла чужие наряды? — слишком сурово спрашивает меня.

Как же хочется, чтобы он снова улыбнулся. Даже его пошлые намеки куда лучше, чем его угрюмая физиономия.

Мне очень стыдно. Ужасно вспоминать свои мотивы.

— Я случайно, я… Просто Милена Тимуровна выбирала наряд на мероприятие и пару платьев бросила на кровать. Ну и… я не удержалась, понимаешь? Я никогда такие дорогие и красивые вещи не видела даже. И… — закрываю лицо ладонями, потому что выражение лица Василия не способствует тому, чтобы я легко и смеясь рассказывала об этом. — Я теперь не расплачусь за ее платье. Хорошо, что туфли сохранились.

— Ты просто нарядилась в хозяйку дома и представила себя на ее месте? — пытает меня этот терминатор бесчувственный.

— Разве это грех — мечтать? — защищаюсь я.

— Переоделась в Принцессу в собственном замке. Ясно. Но ты ведь уже большая девочка.

— Я не такая уж и большая… Не сороковой размер одежды, конечно, но…

— Взрослая! — рявкает на меня Василий и я аж подпрыгиваю.

Меня выручает официант, принесший нам салаты и напитки. Рассеянно улыбаюсь парню. Он ведь не виноват, что у громилы-гопника отсутствует элементарное воспитание.

Его терпение подходит к концу.

— А может, ты представляла себя не только в замке, но и в постели хозяина замка? — Бросает едкий комментарий Вася, ошарашив меня.

Как он может быть одновременно заботливым и таким… козлом?! Рука самовольно тянется к стакану с каким-то фруктовым холодным чаем, чтобы выплеснуть все содержимое ему в лицо! Вася тут же хватает меня за руку.

— Не смей этого делать, — угрожает мне.

— Ты — козел! — заявляю я. Громко. На все кафе.

— Почему? Попал в точку?

— Идиот! Какой же ты идиот. Вот сразу поняла, что с когнитивными способностями у тебя проблемы! — меня несет.

— Так просвети меня. Чем же ты занимаешься в доме этого своего Демьяна Николаевича?

— Вообще-то я не обязана перед тобой отчитываться! Ты мне — никто!

— Да неужели?! — Вася отпускает мою руку и откидывается на спинку дивана. Что его так разозлило? — Так уж случилось, что мы с тобой в одной лодке. Проблемы не только у меня. Тебя тоже не оставят в живых, если доберутся до меня. И если я задал вопрос, значит, это и в твоих интересах отвечать на него.

— Я не просила меня вытаскивать из дома! — Напоминаю ему.

— Не просила. Но так уж случилось. Поэтому я жду от тебя ответа, Глафира. Ты влюблена в Демьяна Николаевича?

— Знаешь, я тебе все расскажу. Только потом не смей даже подходить ко мне! Не дай бог тронешь меня! Я тоже драться умею! — Его нелепые предположения ранят до невозможности. Не могу сдержать слезы. Потому что я к этому идиоту прикипела, прониклась и он мне даже нравится! Нравился. До этого момента.

Как только он узнал, что я примеряла вещи Милены Тимуровны, его словно подменили.

— Я работаю с лошадьми Милены Тимуровны и ее учениками. Я — инструктор по конному спорту. Демьян Николаевич ради Милены Тимуровны выкупил этот дом с конюшнями у какого-то генерала в отставке. А меня пригласили, потому что моя ученица из Омска выиграла кубок в Москве, соревнуясь со спортсменами из элитных школ. Но жить мне в Москве, естественно, негде. Вот и живу с ними. Младшая сестра Демьяна Николаевича попросила посидеть с ней в главном крыле. Хозяйская спальня была открыта. Я увидела наряды и не удержалась. Понимаешь? Девочкой захотелось побыть и платье примерить.

Как этот истукан может понять?

Когда в детстве у тебя жизнь весьма ограничена в средствах? И потом ты пашешь, чтобы хоть как-то пробиться в люди, лишь бы не возвращаться туда, откуда бежишь. Не оставляешь себе ни времени, ни сил на простые вещи. Все, что ты можешь — мечтать о несбыточном.

И примерять на себя чужие наряды.

Думаешь о любви, как о чем-то невозможном. Разрушающем. Неправильном.

Я вдоволь насмотрелась на любовь и на все, что она делает с людьми.

Поэтому и планировала в дальнейшем познакомиться с достойным мужчиной и строить отношения исключительно на доверии и взаимоуважении.

А не на похоти, страсти и отсутствии логики.

Как сейчас именно это происходит со мной!

Но Вася, вместо слов извинений и протираний дырок на своих новых спортивных штанах в районе коленей, смеется. Смеется!

— Наездница, значит?

О-о-о! Топ шуток среди мужского пола. Еще и ухмылочка тупая сейчас будет.

Вот да. Она!

Как же он меня бесит! Вот бы его чем-нибудь стукнуть!

— Только ты на благородного жеребца не тянешь! — мстильно язвлю.

— Ты определила меня к другим парнокопытным. И заслуженно, согласен, — признается он.

Что?

Мне не послышалось?

Он согласился со мной, что он — козел?

Нас снова прерывает официант и на этот раз приносит пасту. Как же она вкусно пахнет! Я думала, что из-за переживаний мне кусок в горло не полезет. Но это… какая же вкуснотища!

— Знаешь, Василий. Извини, конечно, но отношений у нас не получится. Мне нужен кто-то стабильный. Уверенный по жизни. С деньгами. У меня будет мужчина, которому нужна семья и спокойствие, — жую пасту и предупреждаю своего похитителя. — И не жди от меня никакого Стокгольмского синдрома.

— Ты сама не знаешь, чего хочешь, Принцесса. Все твои доводы и правила слетели вместе с трусами прошлой ночью, стоило мне тебя коснуться, — продолжает издеваться надо мной. Он меня не оставит в покое? Да?

— Это было насилие, — пищу я вяло.

— Мы оба знаем, что нет. Как давно Демьян выкупил этот дом?

— Полгода назад, — цепляюсь я за то, чтобы сменить, наконец, тему. — А какое это имеет значение?

— Пытаюсь объяснить сам себе, зачем я пришел.

— Получается? — Пне до сих пор не верится, что можно так резко потерять память. Буквально на один вечер.

— Вполне, — вздыхает Василий и снова напускает на себя угрюмо-тоскливый вид.

— И зачем же? — допытываюсь я.

— Я был любовником его владелицы, — ехидно отвечает Василий, а я не доношу вилку с пастой до рта.