# Тень Урала

Фаниль Вилевич Бурангулов

Продолжение бестселлера «Меч Красного Самурая».

Если в первой книге вы шли дорогой Кэндзи Такахаси – японца, сражавшегося за Советский Союз, – то теперь открывается правда, которую знал лишь он: кто спас его от мести и направил на путь чести.

Вас ждёт история Фаниля Бурангулова— башкирского агента НКВД, чьё имя шептали в подполье Токио как молитву. От гор Урала до тюрем Сахалина, от пленных лагерей Маньчжурии до руин Берлина – его путь – это путь тени, что вела к свету.

В этой книге:

– Встреча с Такая Такахаси-старшим в японском плену,

– Подпольная борьба против Тройственного пакта,

– Спасение Кэндзи у горы Фукусима,

– И клятва, данная сыну: «Я не дам тебе утонуть в мести»*.

«Тень Урала» – не вымысел. Это дань памяти всем башкирским, татарским, японским и русским антифашистам, чья вера в интернационализм не погасла даже в самые тёмные времена.

Книга вторая трилогии «Честь трёх миров».

Записки башкирского агента НКВД


Предисловие


Меня зовут Фаниль Бурангулов.

Я – не герой. Я – инструмент.

Инструмент партии. Инструмент народа. Инструмент правды.

Родом я из деревни под Учалами, где ветер поёт на башкирском, а горы помнят шаги предков.

Но в 1939 году я ушёл не в аул, а в огонь мировой борьбы.

Эта книга – не о славе.

Она – о долге, который не видят, но без которого не победить фашизм.


Глава 1. Мёд и сталь


1925 год.

Я родился в доме с резными окнами у реки Юрюзань.

Отец – кузнец. Мать – ткачиха.

С детства я знал два звука:

Жужжание пчёл в саду (у нас был лучший мёд в округе),

– И звон стали у наковальни (отец ковал не только подковы, но и характер).


В школе меня больше тянуло не к арифметике, а к картам мира.

– Почему одни богаты, а другие – в лохмотьях? – спрашивал я учителя.

– Потому что так уж устроен мир, – отвечал он.

– Тогда его надо переустроить, – сказал я.


В 1930 году в нашу деревню приехал комсомолец из Уфы.

Он читал стихи Маяковского и говорил о новом мире.

Я записался в пионеры.

А в 1937-м – в КПСС.


Глава 2. Университет на Остоженке


1938 год.

По рекомендации обкома меня направили в Коммунистический университет трудящихся Востока в Москве.

Там учили не только марксизму, но и:

– Радиоделу,

– Невидимым чернилам,

– Боевым искусствам (я освоил дзюдо и самбо),

– И языкам – японский, китайский, немецкий.


Мой преподаватель по разведке, ветеран ЧК, говорил:

«Лучший агент – тот, кого не замечают. Не тень. А воздух. Видишь – не видишь. А без него – задохнёшься ».


Я стал таким воздухом.


Глава 3. Маньчжурия. Первый фронт


Май 1939 года.

Меня направили в Маньчжоу-Го под легендой – студент из Китая, изучает буддизм.

Но на самом деле – координировал связь между японскими коммунистами и советской разведкой.


Там я впервые увидел японского офицера-антифашиста.

Он передал мне список эсэсовцев, прибывших в Токио.

Среди них – Генрих Миллер.


Через месяц началась битва у Халхин-Гола.

Я помогал нашим танкистам, передавая данные о японских позициях.

Однажды нас окружили.

Я два дня полз по болоту, чтобы не выдать связь.


Глава 4. Плен. Или школа воли


20 июля 1939 года.

Меня захватили японцы.

Думали – китаец-шпион.

Били. Голодом морили.

Но я молчал.


В лагере я встретил японских коммунистов.

Среди них – Такая Такахаси.

Он уже знал, кто я.

– Ты из СССР? – прошептал он ночью.

– Да.

– Тогда слушай: Миллер планирует Тройственный пакт. Надо остановить.


Мы стали передавать друг другу записки через охранника-антифашиста.

Такая учил меня кэндзюцу.

Я – ему самбо.

Мы стали братьями в цепях.


Глава 5. Побег и клятва


1941 год.

Советская разведка организовала мой побег при бомбёжке.

Такая остался.

Перед расставанием он сказал:

– Если со мной что-то случится… найди моего сына. Его зовут Кэндзи. Он служит в Китае.

– Обещаю, – ответил я.


Я вернулся в СССР.

Прошёл проверку.

И в 1941 году получил новое задание:

«Вернись в Японию. Создай подполье. Помоги японским коммунистам. И если Такая погибнет – найди его сына. Сделай из него не мстителя. А бойца за правду».