# Бродяга

Андрей Первухин

Человек из нашего времени попадает в магическое средневековье с магами и дворянами, в тело молодого парня. Только вот попал он в тело простого крестьянина, а отношение к простолюдинам тут не самое хорошее, за малейшее неповиновение могут казнить, так что придётся герою как-то возвышаться.

## Глава 1

Сильный удар бросил моё слабое тело вперёд, но верёвки, которые растягивали меня между деревянными столбами, не дали упасть. Тут же последовал ещё один удар, такой же сильный, только палач, а бил меня именно он, почему-то ударил не по свежей ране, как часто делал, а рядом, чтобы не доставлять лишних мучений. Надо же, у меня к этому человеку даже появилось что-то вроде благодарности.

– Достаточно! – Услышал я голос барона после очередного удара.

За всё время я не издал ни звука, закусив губу до крови, чтобы не радовать этих людей своими воплями, и точно не собирался просить милости у экзекуторов. После команды меня отвязали от столбов, с трудом смог самостоятельно спуститься с помоста.

– Поблагодари господина барона за проявленную милость, – шепнул мне староста. Ага, сейчас, пусть лучше сдохнет в мучениях, тварь высокородная.

Вокруг помоста, на котором меня пороли, стояла безмолвная толпа, в которой перемешались простые люди, стражники и жители города. Если стражники пришли просто поглазеть, то остальных согнали специально, чтобы все могли узреть, что бывает с теми, кто идёт против воли дворянина. Видимо, моё поведение сильно удивило окружающих, поэтому толпа молчала, а когда я приблизился, всё так же молча расступилась.

Барон тоже заткнулся, похоже, он был удивлён не меньше остальных. И даже не знаю, чем больше: моим молчанием во время порки или моей наглостью. Я ждал, что меня остановят и снова потащат на этот помост, чтобы пороть дальше, но никто не остановил, что радовало.


***


Попал я в этот мир всего три года назад, хотя никогда не верил в переселение душ, а о существовании Бога вообще никогда не задумывался. Считал, что после смерти всё заканчивается, человек просто перестаёт существовать. В моём мире меня сбила машина, сам виноват, нечего перебегать дорогу в неположенном месте, а ведь до перехода была всего пара сотен метров. Даже немного переживал из-за того, что неизвестного мне водителя могут наказать за мой глупый поступок.

Ничего особо примечательного в моей жизни не было, такой же, как и все. Единственное, что довелось повоевать во вторую чеченскую кампанию и на этом, пожалуй, всё, три года служил по контракту. Меня считали очень везучим человеком, два раза попадал в засаду, много раз участвовал в боях – и ни царапины. Разве только эта война сказалась на моём психологическом здоровье. После возвращения домой едва не спился, друзья вовремя оказали помощь, был уже на грани.

Трудно было найти себя после войны, хотел пойти в милицию, но не взяли. Довелось поработать и грузчиком, и охранником в клубе, всё же габариты мои были внушительные. Только иногда всё же уходил в запой, что дико не нравилось начальству. Один раз ещё могли закрыть на это глаза, но после повторных загулов, как правило, увольняли. Кому нужен такой работник, который может запросто не прийти.

Всё изменилось, когда я женился, правда, прожить долгую и счастливую жизнь не довелось. Беременная жена попала в аварию, я потерял и её, и ребёнка, а дальше снова запой. Наверное, так бы и подох в какой-нибудь канаве, но помог сослуживец, который определил в клинику, где меня быстро поставили на ноги, но надолго ли. Возраст уже немаленький – сорок два года, жить, по сути, незачем, семьи нет, мог снова запросто сорваться, да только не успел, машина сбила.

Очутился я в теле молодого худощавого мальчишки тринадцати лет от роду, который умирал от неизвестной болезни. Сначала даже подумал, что головой повредился, вот и мерещится теперь всякое. Время шло, болезнь понемногу отступала, моя новая мать постоянно поила меня каким-то горьким отваром. Наверное, он помогал, по крайней мере, через месяц температура уже не поднималась, но слабость никуда не ушла. Да и куда ей деться, когда я, если верить словам окружающих, три месяца провалялся в горячке. Разговаривали люди не на русском языке, это стало понятно сразу, как и то, что я понимаю, о чём они ведут беседу.

Зато было время разобраться со всем случившимся, ну и построить подходящую модель поведения, так сказать, вжиться в роль. Наверняка поведение мальчишки станет отличаться от привычного, но ведь я чуть не умер, можно было всё списывать именно на это. Сначала у меня возникла мысль, что попал в прошлое, а что язык незнакомый, так мало ли народов живёт в России. Просто в разговоре своих новых родителей я часто слышал о каком-то бароне, которому мой отец задолжал крупную сумму денег, и всё из-за меня. Услуги целителя стоили дорого, как и лекарства, чтобы поставить на ноги старшего сына. Мои родители продали дом и превратились из когда-то вполне зажиточных людей в нищих.

Мой отец служил в армии, был следопытом, а после отставки женился и стал охотником. Мать с гордостью рассказывала, что лучше него никто не мог выслеживать дичь. Они легко приняли тот факт, что я частично потерял память, поэтому всегда старались ввести меня в курс дела. Также у меня появилось два младших брата, вот с ними мне было намного легче. Довольно болтливые ребята, из них можно было вытянуть любую информацию.

Звали меня Тобиас, причём эта информация всплыла в моём сознании как-то сама по себе, даже не пришлось об этом думать и каким-то образом напрягать память. Заболел лихорадкой, но какой-то очень опасной её разновидностью. Тут многие ею болели, но больше в детстве, а болезнь отступала довольно быстро, по крайней мере, у маленьких детей. Им запросто мог помочь простой травник, а вот с подростком всё было намного сложнее. Большая часть заболевших, если вовремя не оказать помощь, просто умирали. Наверное, парень умер, а я в этот момент как-то оказался в его теле. Не знаю, как такое могло произойти, может быть, переселение душ всё же существует, однако это не объясняет мою сохранившуюся память. Как-то сомнительно, что все такие переселенцы сохраняют свою память о прошлой жизни, иначе слух об этом рано или поздно разошёлся бы по всему миру. Вскоре я перестал ломать голову над этой проблемой, жив – и хорошо, да ещё и молод, а болезнь начала отступать.

Отец убеждал, что сможет быстро выплатить огромный долг барону, даже несмотря на то, что деньги ему выделили под большие проценты. Только на этом проблемы семьи не закончились. Несчастье случилось в тот день, когда я впервые встал и вышел во двор. Правда, быстро закружилась голова, и я присел на скамейку, ноги дрожали от перенапряжения. Вестником скорби стал староста нашей деревни, который сообщил хлопочущей около меня матери, что отца в лесу растерзал какой-то зверь. Туда уже отправилась дружина барона, но люди в деревне от такой новости как-то сильно возбудились, некоторые даже стали загонять детей в дома.

О том, что тут водятся очень опасные звери, я уже знал, но не думал, что они запросто могут напасть на поселение, тем более днём, однако, судя по реакции окружающих, такое могло произойти. Мать сразу же куда-то умчалась, а когда вернулась, то как будто постарела сразу на десяток лет, из неё будто выдернули стержень. Наверное, она бы сошла с ума, если бы не её маленькие дети. Всё же забота о нас давала ей сил пережить случившееся.

Через три дня после смерти моего нового отца пришлось снова переезжать, на этот раз в какую-то землянку. Хорошо, что помогли соседи, сочувствующие вдове, и быстро нашлись покупатели на такой не самый комфортный дом, в котором мы жили. Вырученные за продажу дома деньги пришлось тут же отдать, чтобы не рос долг. Только это было лишь временным решением проблем, о чём мне и рассказала мать. Наша семья должна барону полтора золотых, по местным меркам огромные деньги. Некоторые крестьяне за всю свою жизнь не могли накопить такую сумму или вообще никогда золотой в глаза не видели.

Наверное, тут надо рассказать о финансовой системе этого мира. В ходу была медь, серебро и золото. Одна серебряная монета – это сто медных, ну а один золотой – это уже сто серебряных, всё очень просто. Мой отец, замечу, как отличный охотник и следопыт в месяц мог заработать около десятка серебряных монет. Это при очень большой удаче, обычно зарабатывал меньше. За двадцать серебряных монет в деревне можно было купить дом, поэтому раньше наша семья считалась богатой. Само собой, налоги тоже платили, ведь мы жили на земле местного барона. В общем, ситуация была так себе, нужно было каким-то образом оплачивать возникший долг, а я даже на ногах толком стоять не могу, ветром шатает. Конечно, у моей семьи раньше были некоторые сбережения, но всё потратили на моё лечение.

Я как-то легко принял, что у меня появилась новая семья, возможно, сказывалась память предыдущего владельца. Когда мне сообщили о гибели отца, по сути, чужого мне человека, то горевал вместе со всеми, удивляясь, что хотелось даже поплакать, но сдержался. Сейчас я чувствовал ответственность за этих людей. Нужно было где-то найти деньги хотя бы на погашение процентов раз в месяц, в противном случае нас ждала долговая яма, а потом и рабский ошейник.

Этот мир очень жесток, в нём имелись аристократы, свободные люди и рабы, по крайней мере, в этом королевстве. Мы пока были свободными, но если не удастся раздобыть денег, то наша свобода закончится. На разные шахты, а эти места самые трудные для рабов, нас точно не отправят, слишком слабые. А мои братья семи и восьми лет даже кирку поднять не смогут, мама тоже щупленькая. Скорее всего, будем обрабатывать земли какому-нибудь землевладельцу, которому будет наплевать на наш возраст, как и на то, голодные мы или нет. Тут даже крестьянам тяжело, часть урожая приходилось отдавать своему господину, что уж про рабов говорить, их даже за людей не считали.

Вроде бы прибыл сюда из другого более развитого мира, а ничего хорошего придумать не мог, не хватало на это мозгов. Даже если и придумаю, то на реализацию любого плана требуются время и деньги, а у нас нет ни первого, ни второго, но становиться рабом очень не хотелось. Видно Катарина, так звали мою мать, уже смирилась с нашей горькой участью, она часто плакала по ночам или сидела около нас. Наверное, опасалась, что с детьми её разделят, ведь могли же продать разным хозяевам и вряд ли получится встретиться когда-то ещё. Теоретически раб мог себя выкупить, да только где раб возьмёт на это деньги и, как мне кажется, деньги немалые.

Катарина была неплохой швеёй, к ней часто приходили деревенские. Но заработать большие деньги она не могла при всём своём желании, да и откуда у крестьян серьёзные деньги, сами живут небогато. В общем, требовалось как можно быстрее подниматься на ноги и что-то придумывать, хотя бы чтобы была возможность сытно питаться. Даже когда отец был жив, мы не ели досыта, у всех нас растущие организмы, а сейчас всё стало совсем плохо. Благо, что некоторые крестьяне за услуги матери расплачивались едой.

Несмотря на сильную усталость, я всё же нашёл в себе силы подняться, времени мало, требовалось начинать зарабатывать. У меня появилась одна идея, которая могла хоть как-то изменить сложившуюся ситуацию. Дело в том, что рядом с деревней текла река, а на ней я почему-то не увидел рыбаков, вообще ни одного, разве что ходили торговые суда. Была мысль, что местный барон запрещает это делать, но такого запрета не было, об этом я смог быстро узнать. Братишки даже смеялись, когда я такое предположил. Как узнал позже, рыбу тут били деревянными острогами или же огораживали большой участок мели и загоняли туда рыбу. В общем, способ так себе, особенно если учесть, что река глубокая и отмелей в ней мало. Зато рыбы точно хватало, в этом я смог убедиться. Что такое простая удочка, местные вообще не знали, хотя о ловле сетями им было известно. Правда, эти сети стоили немало и не были широко известны. Катарина с трудом об этом вспомнила, отец что-то давно рассказывал. В общем, я решил попробовать порыбачить, чтобы хоть как-то разнообразить наш рацион питания, а может, даже получится что-то продать.

За зверей в лесу барон взимал плату, а вот на рыбу никакого налога не было, чем я и решил воспользоваться. Все реки вроде как принадлежали королю, поэтому никто из аристократов не мог заставлять крестьян платить налоги за пользование благами реки.

– Ты куда это собрался? – Встревожилась мама, когда я вышел из землянки и собрался идти в деревню. – Ещё совсем слабый.

Наша землянка находилась за территорией деревни почти у самого леса, мы даже не находились под защитой стен поселения. Это было опасно, про лесных хищников ходили страшные слухи. Перед сном приходилось баррикадировать дверь, чтобы не пожаловали ночные гости, даже днём приходилось быть настороже.

– К кузнецу нашему схожу, – вздохнул я.

– Зачем? – Уточнила мама.

– Ну, у них с отцом вроде были неплохие отношения, вдруг поможет, – сказал я.

– Не поможет, сынок, – вздохнула мать, вставая. – Он и так один раз помог деньгами. Дал просто так, безвозмездно, а у него своя семья большая.

– Я не собираюсь просить деньги, – пожал я плечами. – Ладно, потом сама всё увидишь, пойду.

– Подожди, – снова остановила меня мать, а после посмотрела на двух играющих детей. – Проводите брата!

Тук и Лестор пошли вместе со мной, точнее побежали впереди, когда я отказался от их помощи. Совсем мелкие и худые, едва ветром не сдувает, куда им меня тащить, к тому же маленькие ростом. Больше мешать будут, чем помогать.

Деревня представляла собой довольно жалкое зрелище. Из трёх десятков домов только три выглядели прилично: наш бывший дом, дом старосты и кузнеца. Они были поставлены из нормальных стволов, а вот остальные дома делали из всего, что под руку попадётся. Вроде бы и лес рядом, но видно у местных жителей просто не было времени поставить себе нормальные дома, вряд ли местный барон запрещал рубить деревья.

Не все жители сочувствовали нашему горю. Конечно, большая часть встреченных людей смотрели с жалостью, но хватало и злорадных взглядов. Как мне кажется, сказывалась откровенная зависть, всё же раньше мы по местным меркам жили очень хорошо, даже богато и за короткое время скатились в откровенную нищету. Окна в домах из-за нападения всё тех же хищников походили больше на бойницы. Видно частокол не всех спасал, хотя я ещё ни разу не слышал о том, чтобы нападало зверьё, а ведь мы находились за территорией деревни. Тем не менее, лесные обитатели нами пока не заинтересовались. Почти все маленькие дети бегали босиком, детишек тут хватало, моего возраста почти не было, все в полях при деле. Впрочем, скоро должны начать возвращаться, вечер на носу.

Мы не отличались от местных, если смотреть по одежде. Мои братья тоже бегают босиком, хотя у них имеется обувь, об этом я знал наверняка, только теперь приходилось беречь одежду. Я этого не понимал, они ведь быстро растут, а значит, скоро их обувь станет им мала, тогда её нужно будет или продать, или на что-нибудь обменять, скорее второе. Мне же никто не запрещал надевать кожаные сапоги, видно считалось, что в своём возрасте я не испорчу обувь, а может, считалось неприличным взрослому парню, к которым я уже относился, ходить босиком.

Мне повезло, кузнец был на месте, он как раз закончил какую-то работу и прибирался в кузнице. Увидев меня, он обрадовался, что было хорошим знаком.

– Тобиас! – Воскликнул мужчина. – Гляжу, идёшь на поправку!

– Иду, – сказал я и буквально рухнул на скамью. – Жаль, что не получается быстро восстановиться.

– Да, – вздохнул кузнец. – Тяжело без отца-то?

– Хвастаться нечем, – нахмурился я, а сам кузнец немного смутился. Видно понял, какую глупость сморозил.

– Ты просто так ко мне или по делу? – Тут же перевёл тему разговора кузнец.

– По делу. Просьба у меня к вам будет, нужно кое-что сделать, и кроме вас мне с этим никто не поможет, – не стал ходить я вокруг да около. – Нужно кое-что отковать, только с деньгами у нас пока проблемы, потом при случае отдам за работу и материалы.

– Да чего там, – махнул могучей дланью кузнец, – сочтёмся, всё ж не чужие. Чего тебе нужно?

Я подобрал палочку и начал рисовать прямо на земле то, что мне нужно выковать. Кузнец долго хмурился и чесал затылок, особенно когда я ему сказал, какой у этих крючков должен быть размер и что они не должны разгибаться. Само собой, он меня спросил, зачем мне вообще понадобилась такая ерунда. Скрывать не стал, хотя в подробности не вдавался.

– Завтра утром приходи, – наконец-то согласился он мне помочь. – Авось что-то получится.

К моему удивлению, откладывать это дело он не стал, сразу же принялся за работу. Сомневался я, что у кузнеца получится сделать хоть что-то похожее на известные мне крючки, но если рыба тут непуганая, то была возможность её поймать, другого выбора у меня не было, на большее просто негде взять денег. Пока шёл домой, подобрал несколько гусиных перьев возле двора, в котором держали гусей, а вот на реку их не отпускали, большие птицы запросто могли стать кормом для хищных рыб. Их выпускали в небольшое озерцо метрах в пятидесяти от деревни.

Можно было попробовать связать морду из прутьев и ловить рыбу таким образом, да только я не умел её вязать. Мама могла сплести морду, у неё получается делать корзинки и с этим она бы точно справилась. Беда в том, что в мой замысел она не поверила и сразу же заявила, что нет времени заниматься подобной ерундой. Женщину можно понять, скоро платить долг, а я пристал со своими задумками. Ничего, постараюсь всё сам сделать, нужно только уговорить, чтобы рассказала, как правильно сплетать прутья между собой. Потом братьев озадачу, быстро нужные натаскают. Правда, придётся идти в лес вместе с ними, одних нельзя отпускать, ещё заблудятся.

Я пошёл к кузнецу, как только выглянуло солнце. Тут все вставали с рассветом, а ложились, когда начинало темнеть. Мы тем более теперь бодрствовали только при свете дня, свечи стоят денег, а нам требовалось экономить на всём, вот и ложились, как только солнце заходило за горизонт. Я как-то наплевательски относился к хищным зверям, а вот мои родные вздрагивали от каждого шороха, всё им за дверью звери чудились.

К моему приходу кузнец смог сделать только два крючка, а и их вид был весьма впечатляющим. Слабо верилось, что на подобные позарится хоть какая-то рыба, но выбора у меня не было. Я взял изделия и поблагодарил за помощь. Червей мы с братьями накопали ещё вечером, пришлось взять для них глиняный горшок, за который я потом получил от матери по шее, с трудом удалось отбить имущество. А когда я потерял равновесие и чуть не упал, мать быстро сменила гнев на милость.

Катарина по-прежнему не верила в мой гений, так и заявила, что рыба не станет есть моих червей, так как эти черви в воде не водятся, а обитают в земле. В ответ на это я сказал, что мы тоже в лесу не живём, тем не менее, хищники с удовольствием приходят в деревню и могут даже забраться в дом. В общем, настоял на своём. Будь я здоровым, мне бы нашли другую работу, а так мать лишь махнула рукой.

Братья отправились со мной. На их лицах имелись сомнения в моём успехе, но они всё же надеялись, что я поймаю рыбу и будет возможность хорошенько поесть. Место для рыбалки присмотрел заранее, прикармливать не стал, меня бы кто прикормил. То и дело раздавались всплески, рыба в реке имелась и её было много. Оставалось надеяться, что крючки, как и выпрошенная у матери крепкая нить, достойно выдержат испытание. Вздохнув и мысленно перекрестившись, я сделал первый заброс.

## Глава 2

Тук и Лестор хоть и надеялись на то, что я смогу поймать рыбу, но по всей видимости, пришли сюда только из-за того, что не хотели сидеть дома. Поклёвку долго ждать не пришлось, поплавок из гусиного пера стоял неподвижным всего несколько секунд, а потом резко ушёл под воду. На ветке, которая заменяла мне удочку, появилась приятная тяжесть. Я и не думал, что так обрадуюсь, когда клюнет рыба.

Это явно был хищник чем-то напоминающий щуку, только плавники острые. Как он не перерезал ими нить, ума не приложу. Ядовитой рыбы, по словам матери, в этом водоёме не водилось, поэтому смело бросил свой улов в корзину, захваченную с собой. Неплохой трофей, килограмма на полтора. Второй экземпляр тоже не заставил себя ждать, а потом и третий. Вскоре корзина была полной, младшие братья тут же потащили её домой. Правда, не обошлось без потерь, одна рыбина всё же смогла оборвать нить и уйти вместе с крючком, пришлось завязывать второй, что не сильно радовало, ведь запасных у меня больше нет.

Вскоре хищная рыба перестала клевать, думал уже идти домой, но поклёвка началась снова. На этот раз поймал крупного карася, может, в этом мире он называется по-другому, но один в один как наши караси, которых я много за свою жизнь переловил. Видно Катарина впечатлилась моими успехами, даже отложила все свои дела, похвалила и принялась рассматривать улов.

– Попробую часть рыбы продать на рынке в городе, – заявила женщина. – Надо попросить лошадь.

Она почти бегом направилась к деревне. Моей помощи ей не требовалось, сама справилась, помог только с погрузкой, улов был неплохой. Как будут покупать рыбу и сколько за неё можно выручить, я не знал, но женщина неглупая, надеюсь, разберётся и к нужному сроку получится собрать хотя бы небольшую сумму. Хотелось как можно скорее полностью рассчитаться с долгами.

Детям я строго-настрого запретил болтать о наших успехах. Конечно, может быть, я поступаю как эгоист, всё же люди тут недоедали, а речная рыба могла здорово помочь местным жителям. Но беда в том, что если все потащат свою рыбу на рынок, то цена упадёт, а нам это не нужно. Хотя и так понятно, что долго такое в тайне держать не получится.

Я взял несколько рыбин и снова пошёл к кузнецу просить сделать ещё крючков. Второй тоже чуть не потерял, нитка оборвалась на самом берегу, но удалось схватить рыбу и спасти свой драгоценный крючок. Вообще нужно приходить рыбачить не рано утром, почему-то утром тут орудуют хищники. Ближе к обеду они успокаиваются и появляется нормальная рыба, которую проще ловить и у которой нет острых зубов и плавников.

Кузнеца удивило, что у меня получилось поймать рыбу. Подношение он принял и пообещал немедленно взяться за изготовление крючков. Я думал, что здоровяк начнёт расспрашивать детали, но ошибся, не собирался он заниматься ловлей рыбы. Мать вернулась только к вечеру и, судя по несмелой улыбке, которую я увидел впервые за несколько дней, продажа велась бойко. Не всё удалось продать, поэтому оставшуюся часть она обменяла в деревне на молоко и яйца, умудрилась даже мясо выменять.

Само собой, такой улов не мог остаться незамеченным, начались расспросы. Ладно бы подходили те, кто радовался нашему горю, их можно было просто послать, но ведь интересовались люди, которые нам помогали. Это пока у всех взрослых имеются дела, но ещё пара таких уловов и тогда точно придут посмотреть, каким чудесным образом недавний больной умудряется добыть за день столько рыбы.

Вечером мы впервые наелись досыта, причём на столе было хоть какое-то разнообразие, а после я решил побеседовать с Катариной.

– Скоро вся деревня будет таким же способом рыбачить, – сообщил я маме.

– Будет, – вздохнула она, осознавая мою правоту. – Да куда деваться, не скрывать же это от соседей, наверняка завтра к тебе малышня прибежит и будут подсматривать. Если не завтра, то послезавтра.

– Так и есть, – покивал я. – А значит, тоже понесут её продавать, нужно придумать что-нибудь новое.

– Что, например? – Посмотрела на меня Катарина, в её глазах была надежда.

– На торговом ряду продаются специи, приправы разные к еде? – Спросил я.

– Конечно, – кивнула женщина. – Только они стоят дорого, мы пока не можем себе их позволить.

– Прямо так и не можем? А если будет возможность продавать рыбу дороже, в городе имеются таверны?

– Четыре штуки есть, а ты умеешь коптить рыбу?

– Умею, отец как-то рассказывал, можно попробовать предложить эту рыбу в таверны, только нужны приправы, попробуй завтра купить. А ещё покажи, как корзинки вяжешь.

– Нет ничего сложного в вязании корзин, только это долго. Зачем тебе корзины?

– Корзины не нужны, нужна вот такая штука, – я взял палочку и начал чертить на земле.

– Большая? – Уточнила мама. – Может, будешь и дальше своей удочкой рыбачить? Вон, двух бездельников ещё научи этим заниматься.

– Сама же говоришь, что скоро рыбачить будут многие, рыба обесценится, нужно придумать что-то новое. Давай просто попробуем, не получится, стану ловить как прежде.

– Ладно, давай спать, завтра видно будет.

С вязанием морд для ловли рыбы проблем не возникло, только было трудно набрать нужное количество ветвей, пришлось ходить несколько раз, что в моём состоянии было весьма затруднительно. Катарина быстро поняла, что требуется сделать и сообразила, как именно связывать прутья между собой. Потратили на это целых два дня.

С кузнецом я тоже побеседовал, он пообещал смастерить мне коптильню, хорошо, что ничего сложного в ней не было. Конечно, получится не такая изящная как у меня дома, но мне она нужна не для выставки. Как мы и предполагали, через пару дней уже несколько человек наблюдало за тем, как мы ловим рыбу. Думаю, скоро вся деревня будет в курсе, а вот как рыбу коптить, я никому не скажу, нечего нам цены сбивать. Катарина всё же раскошелилась и купила приправы, которые я тщательно перебрал. Попробовал, выбрал годные, а остальные посоветовал продать, они не подходили. Интересно, но мама даже не обращала внимания на то, что я занимался тем, чего раньше просто не мог знать. Дали боги такие знание – ну и замечательно, особенно если идут на пользу семье.

Дела у нас понемногу начали выправляться, удалось не только выплатить проценты, но и отдать часть долга, что радовало. Сначала мою копчёную рыбу брали неохотно, но потом распробовали. Задумка с мордой полностью себя оправдала, только не стоило делать такую большую, туда часто попадали крупные экземпляры, которые начинали биться, когда я доставал их из воды, тем самым портили изделие. Вообще без улова мы не оставались никогда. Правда, мама меня разочаровала, сообщив, что скоро наступит сезон холодов, польют дожди, реки разольются, скорее всего, рыбачить в это время не получится. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Зимы тут относительно тёплые, вот только будут идти дожди, а мы в землянке живём.

Нужно было заготовить дрова, а у нас даже сарая нет. В нашей землянке было немного свободного места, придётся их тут складывать, также на сезон дождей требовалось сделать хоть какие-то припасы, а их тоже девать некуда. Конечно, я могу насушить рыбы, но не на три же месяца. Можно было насолить, но придётся покупать бочки, а это тоже проблема, лишних денег совсем нет. Я как-то заикнулся о том, что нужно перебираться обратно в деревню, там имелись пустые дома, которые можно было купить, да Катарина упёрлась, говорит денег нет и всё тут. Пока не расплатимся, будем на всём экономить.

Хорошо, что она всё же смогла решить проблему, договорившись с деревенскими. Видно приятели отца и нам построили сарай, даже немного помогли увеличить землянку. Конечно, хотелось бы нормальный дом, но подобной роскоши мы себе пока позволить не могли. Хорошо, что хоть люди тут отзывчивые. По сути, они нам всё сделали, а мы их за это только кормили. Тем не менее, своё жилище никто предоставлять не стал, хотя были такие, кто в данный момент продавал, да и с чего бы.

В общем, работы прибавилось: заготавливали дрова, коптили рыбу. Благо, что можно было ещё морды делать, погода пока позволяла ходить в лес. Уговорил мать на то, чтобы она всё-таки купила несколько бочек, начал солить рыбу на сезон дождей. Кстати, большая часть добытчиков от рыбалки отказались. Мне говорили, что в реке имеются крупные хищные рыбы, которые могут запросто напасть на человека. Однажды я стал свидетелем такой неприятной ситуации, даже спас жизнь сыну старосты, который тоже решил порыбачить.

Расположился он в том месте, где раньше рыбачил я. Решил с ним поздороваться, раньше мы с ним дружили. Он и сейчас иногда забегал, приносил детям сладости, наверное, отец его посылал, а может, сам проявлял инициативу. В общем, когда у нас начались проблемы, от дружбы не отказался, а всегда помогал в меру своих сил.

Похоже, огромная хищная рыба долго караулила рыбака, он и сам мог заподозрить неладное. Тут рыбы много, а у него не клевало, значит, кто-то распугивал всю мирную рыбу. Ему повезло, что он стоял не у самого берега, но хищника это не остановило и, как только он отвлёкся и посмотрел на меня, то сразу же последовал рывок. Огромная туша, выскочив на берег, схватила отчаянно заоравшего паренька.

Признаюсь, при виде такого монстра я на мгновение опешил. Промедли ещё немного и трепыхающаяся рыба могла оказаться в воде и тогда спасти парня мне бы не удалось. Весом это чудовище было около тонны, не меньше, огромная пасть как у нашего ротана и мелкие зубы, что спасло моего друга от серьёзных травм, хотя мелких порезов он получил немало. Похоже, эта раба заглатывала свою добычу целиком, но слишком неуютно чувствовала себя на берегу, поэтому моего товарища она пока не поглотила, а ведь могла.

Я подскочил к этому монстру сбоку и ткнул ему ножом в глаз. Если раньше рыба целенаправленно пыталась соскользнуть в воду, то теперь забилась на берегу как карась, пойманный на удочку. Уклон тут небольшой и она не смогла сразу упасть в воду. Хорошо, что выплюнула моего друга, видно не понравился жилистый паренёк. Надо сказать, что Кай, так звали мальчишку, не бросился бежать, а тоже схватился за нож, который носил на поясе, свободные люди имели право иметь при себе оружие. Он смог повредить ему второй глаз, грозный хищник превратился в жертву.

– Назад! – Скомандовал я своему другу. – Не надо тыкать в неё ножом, упадёт в воду.

– Точно, – согласился парень. – Вот жуть какая.

Своими тычками мы не только заставляли рыбу активно дёргаться, но и сами рисковали попасть под удар хвоста, а такая рыбина могла запросто что-нибудь сломать. Когда мы отошли от хищника, он уже перестал биться, просто вяло подёргивался. Была надежда, что сдохнет на берегу. Она точно была съедобная, мне уже доводилось таких ловить. Но сейчас кажется, что те килограммовые и двухкилограммовые экземпляры были просто мальками, раз могут вымахать до таких размеров.

Шум на берегу не мог остаться незамеченным, сначала примчались дети, а потом подоспели взрослые, те, кто в этот момент находился в деревне. Моя мама тоже не осталась в стороне, прибежала и тут же стала перевязывать раны Каю. Они были несерьёзными, но всё равно кровоточили. Рыбу всё же смогли оттащить от воды, накинули на хвост верёвку и совместными усилиями вытащили на лужайку, где стали её разделывать, не пропадать же такому добру. Работы у меня резко прибавилось, требовалось сохранить улов, о крепком и долгом сне на какое-то время можно забыть. Благо, что большую часть мама планировала отвезти в город, самим слишком много, даже несмотря на то, что мы поделились со старостой, всё же это его сын был в качестве приманки. После этого случая рыбаков на берегу поубавилось, а те, кто оставался рыбачить, старались держаться подальше от воды.

Один раз я и сам чуть не попался. Увидел, как под водой в мою сторону кто-то плыл, подняв хорошо заметную волну, успел отскочить подальше. Теперь раздобыл длинную верёвку и стараюсь доставать морду, находясь подальше от края воды. Ловлю прекращать не собирался, на данный момент это хороший доход.

Сложившаяся ситуация мне сильно не нравилась. Дело даже не в том, что долг висит тяжким грузом, а не нравилось именно положение в обществе. Не выплатили бы мы долг, нас бы уже продали, а может, вообще казнили в назидание другим, ведь покупатель мог просто не найтись. Требовалось как-то повышать свой статус, но не конкретно в этой деревне, а вообще. Я часто обдумывал эту ситуацию, но выхода пока не находил. Можно попытаться стать купцом, у них имеются некоторые привилегии, но на это дело нужны немалые деньги. Это сейчас моя мама платит небольшой налог за торговлю как крестьянка, а если я хочу стать настоящим купцом, то нужно занести куда следует серьёзную сумму, тогда смогу получить соответствующие бумаги и стать уважаемым в определённых кругах человеком. И пусть встану всего на ступень выше простых свободных крестьян, но это уже хоть какое-то достижение.

Сейчас наше положение очень шаткое, со своими долгами мы практически находимся между свободными людьми и рабством, перспектива так себе.

Вскоре начался сезон дождей, и жизнь как будто замерла. Деревенские почти не выходили на улицу, да и куда идти, если поливает с утра до вечера. Мы тоже сидели дома, что мне сильно не нравилось. Река разлилась, тем не менее, даже в такую непогоду удавалось поймать минимум пару рыбин, к столу всегда была свежая. В землянке приходилось постоянно топить печь, благо она имелась. Земля промокала и было постоянно сыро, так и заболеть недолго. Хорошо, что за прошедшее время нагуляли жирок и уже выглядели более прилично, чем раньше. Скопили немного денег и даже умудрились выплатить долг на несколько месяцев вперёд, появилась некоторая свобода. Если так пойдёт и дальше, то года за три сможем полностью погасить задолженность.

Подождав, пока погода немного наладится, снова направился к кузнецу. Очень мне хотелось получить в свои руки арбалет. Конечно, у отца имелся лук, да только он или сгинул в лесу, или кто-то прибрал его к своим жадным рукам, но стрелять из лука я если и умел, то очень плохо. Как мне сообщила Катарина, отец не брал меня с собой в лес из-за опасностей и из-за того, что плохо пользуюсь луком. Но зато неплохо хожу по чащобам, не как слон в посудной лавке.

Моему визиту кузнец даже обрадовался, тоже устал бездельничать. Арбалет в этом мире был известен, поэтому он согласился мне его сделать, весь необходимый материал у него был. Правда, на этот раз придётся заплатить, хоть и немного, но всё же. У Катарины имелись кое-какие сбережения, после долгих споров она согласилась выделить мне небольшую сумму. Ей не нравилась моя идея отправиться на охоту, тем более в такую погоду, но делать нечего, придётся рисковать. К тому же в последнее время мы практически питаемся одной рыбой, коптить сейчас нечего, а ехать в такую погоду в город глупо.

Понемногу в моей голове всплывала новая информация, лес я знал. Пусть и не весь, но вблизи деревни точно, как и знал расценки за разных убитых животных. Если получится охотиться, то отдать долг можно будет гораздо быстрее. В лесу хоть и опасно, но и на реке как выяснилось, тоже, тем более рыбы сейчас стало в разы меньше, скорее всего, ушла на глубину, а нам же нужно как-то жить.

Арбалет мне был нужен не для охоты, а для самозащиты от дикого зверья. Вышел он на славу, бил сильно, была возможность отбиться, а если залезу на дерево, то даже с дерева получится стрелять. Я хотел поставить петли на зайцев, которых в округе водилось в изрядном количестве, птиц тоже хватало. Отец таким тоже промышлял и меня этому делу обучил. Жаль, что снега нет, но может, и так получится что-то сделать, попытка не пытка, да и свободного времени у меня пока много.

Уходить далеко в лес не собирался, планировал побродить вдоль полей, где имелись заячьи тропы, помнил наставления отца. После дождя, ещё и без снега, найти тропы оказалось не так уж просто, но я справился и поставил ловушки. Правда, я никак не ожидал, что мой первый выход на охоту обернётся такими проблемами.

Снова начался дождь, из-за чего я пошёл не по полю, а вдоль леса, чтобы была возможность прятаться от непогоды под деревьями. И ведь до дома оставалось совсем немного, минут двадцать ходьбы спешным шагом, как в лесу сначала раздался громкий свист, лес в этой части был не сильно густым, а потом топот копыт. Явно верхом на лошадях скачут не простые смертные, ещё и охоту ведут. Скорее всего, к нашему барону снова нагрянули гости, вот теперь развлекает этих дармоедов охотой. Захотелось мне быстренько куда-нибудь спрятаться, но не успел, из леса выскочил здоровенный лось, в боку которого засело пару стрел.

Всё бы ничего, я даже не собирался в него стрелять, но эта здоровенная животина отчего-то решила, что это я виноват во всех его бедах и попёр прямо на меня. Лучше бы остановился и барона затоптал вместе с его гостями. Времени на раздумья совсем не было, я вскинул арбалет, а он у меня был уже заряженным, так как в лесу было неуютно, и выстрелил. Попал удачно, прямо в глаз, лось пробежал по инерции несколько шагов, а потом рухнул на землю. Тут появились преследователи, и их лица были очень недовольными. Вот ведь как бывает, не хотел встречаться с местными аристократами, а по воле случая пришлось, причём сразу с целой толпой.

## Глава 3

– И как это понимать? – Тон барона не предвещал ничего хорошего, а на лицах его гостей в равной степени смешались презрение, удивление и возмущение. Разве что несколько человек смотрели на меня с нескрываемой жалостью, как будто меня сейчас просто так на виселицу поволокут.

– Где твой поклон!? – Выкрикнула какая-то женщина. – Господин барон, ваша чернь ведёт себя слишком высокомерно, подобное до добра не доводит.

– Прошу прощения, – испытывая отвращение к самому себе, поклонился я. – Не могу понять, чем вызвал гнев господ?

– Ты убил нашу добычу, – сообщил барон. – Как посмел на подобное решиться!?

– Виноват, но этот лось сам на меня выскочил, и если бы я его не застрелил, он бы меня затоптал. Больше подобного не повторится.

– Ты обучен грамоте? – Задал голос ещё один из дворян. – Или у вас все крестьяне так разговаривают?

Не совсем понял, что в моих словах не так, но на вопрос пришлось отвечать.

– Грамоту немного знаю, – признался я, это была правда. До всех невзгод, свалившихся на головы нашей семьи, мать обучала нас грамоте, так как сама умела читать и писать.

– Взять его под стражу. Позже решу, что с ним делать, – приказал барон воинам.

Мне быстро связали руки, коня никто предлагать не стал, пришлось следовать за вереницей всадников пешком. Такая забава показалась дворянам интересной, даже приказали воинам ехать немного быстрее. Один раз я упал, прокатившись по грязи, всё же моё тело ещё не до конца восстановилось и окрепло, вызвав этим взрыв хохота. Благо, что всадник всё же остановился, давая мне время подняться. Дворяне уехали вперёд, дошёл до города быстрым шагом, но и этот путь мне дался нелегко. Если наши дворяне из прошлого так же относились к крестьянам, то меня абсолютно не удивляет, почему их вырезали как бешеных собак. В мою бы шкуру тех любителей «французских булок», посмотрел бы, как они хотели возвращения империи, святость Николая Второго тоже под сомнением.

Само собой, в лесу барона можно было убивать только хищников, а вот остальных животных, идущих в пищу, только с его разрешения. Этот вопрос я прояснил, и разрешение у меня было, охотникам на год выдавали специальный амулет. Мой амулет остался мне от отца, его срок ещё не истёк и я имел полное право охотиться на любую живность, поэтому непонятно, чем так сильно разозлил дворян. Любой член нашей семьи мог с этим амулетом пойти на охоту, пока не пройдёт год.

Меня, как особо опасного преступника, посадили в темницу. Впервые увидел замок барона, а теперь повезло побывать в темнице. Ничего примечательного в замке не было, много таких видел на страницах книг, но сам замок габаритами не впечатлял, как и чистотой вокруг. В городе не намного грязнее, чем здесь. Разве что слуги одеты приличнее, ну и за скотом сразу же убирают. Я бы лучше в деревне жил, чем здесь, слишком сильно воняет, как будто тут не только животные во дворе гадят, но и люди. Когда меня привели в темницу, то я сразу же понял, что наверху просто невероятно чистый воздух. Оружие забрали, а вот амулет отчего-то оставили, после чего втолкнули в одну из камер, закрытых на мощную деревянную дверь с маленьким окном. Дверь была обита железными полосами.

Камера оказалось на удивление просторной, заполнена не полностью, всего семь человек, а сюда можно смело поместить пару десятков. Шесть сокамерников, по всей видимости, были такими же крестьянами, как и я, а вот седьмой явно имел криминальное прошлое, по крайней мере, мне так показалось. Первым со мной он и заговорил, остальные только скользнули по мне взглядом и никак не стали комментировать моё появление.

– Добрый день, – поприветствовал я присутствующих.

– Я бы так не сказал, – хохотнул уголовник. – Как зовут, за что к нам?

– Зовут Тобиас, а за что сюда попал, пока и сам не знаю, лося в лесу убил, но разрешение у меня есть.

– Ну да, ну да, – покивал уголовник, – тут все невинные собрались, гляжу и ты такой же, ничего незаконного не совершал.

– Не совершал, – подтвердил я. – Убил лося, а тут и дворяне подоспели.

– То есть, ты убил животное, за которым гнался наш барон? – Уточнил уголовник.

– Так и есть, – кивнул я.

Мужчина сначала удивленно на меня посмотрел, а потом громко расхохотался, остальные тоже не сдержали улыбки, хотя мне показалось, что некоторые даже не поняли, что вызвало такое веселье.

– Тебя как зовут? – Полюбопытствовал я, – а то сам имя назвал, а ты не представился.

– Зови Крюком, – вытирая слёзы, сообщил мне уголовник.

– А что в моём рассказе смешного?

– Ты в курсе, как дворяне охотятся? – Спросил Крюк. – Вижу, не в курсе. Так вот, они собирают толпу людей из слуг, которые выгоняют на них разную дичь, кабанов, лосей, а лучше оленей, только последних в нашей местности не слишком много осталось. Дальше дворяне верхом на лошадях догоняют жертву и расстреливают её из луков, вот такая охота. Ты же сказал, что охотник, должен знать такие мелочи. Теперь тебе не позавидуешь, могут даже казнить.

– А за что казнить-то? – Удивился я.

– Да кто ж его знает. – Пожал плечами Крюк. – Если барон решит, могут и казнить, будто ты им специально охоту испортил или вообще считаешь себя выше дворян. Ведь если посмотреть на ситуацию в целом, то получается, что твоими загонщиками вроде как были дворяне.

– Да этот лось сам на меня попёр, вот и пришлось его пристрелить, – проворчал я, усаживаясь на нары.

– Ну, это ты не мне, а барону рассказывай, – отмахнулся Крюк. – На этом и стой. Испугался, вас не слышал, ну и прочее. Можешь поплакать для пущей убедительности, авось обойдётся.

На этом наша беседа закончилась, Крюк отвернулся к стене и вскоре засопел, остальные тоже решили поспать. Мне же не спалось, думал в нашей землянке неудобно, а оказалось, что там очень даже хорошо и уютно, всё познаётся в сравнении. Солома тут имелась, но изрядно подгнившая, а о подушке никто даже не позаботился, пришлось положить под голову свою куртку, хорошо, что не слишком холодно, есть даже маленькое зарешёченное окно. Родные, наверное, волнуются, совсем недавно отца похоронили, а теперь я не вернулся. Как-то сомнительно, что их известили о том, что наш барон посадил меня в темницу.

Утром нас покормили, только что было в горшке и из чего состоит это варево, я даже не понял. Нам просто дали котелок и каждому по ложке, тарелки в сервировке стола предусмотрены не были, ели по очереди прямо из общего котла. Сначала хотел отказаться, но потом тоже решил пожевать. Кормят только по утрам, нужно принять хоть какую-то пищу, неизвестно, когда у барона до меня руки дойдут. Не хотелось думать, что я ем, даже дышал при этом через раз, а вот остальные уплетали скверное варево за завидной скоростью, видимо не первый день сидят.

По моим ощущениям, барон вспомнил обо мне ближе к обеду. Меня привели в большой зал, где проходило что-то вроде пира, у меня даже в животе заурчало при виде такого изобилия еды. Впрочем, глазеть на еду не стал, подошёл и поклонился. В зале наступила тишина, хотя народу было много, ближе к барону явно сидели дворяне, а вот у выхода – его дружина и простые воины, прямо как наши князья пируют.

– Гордый, – усмехнулся кто-то из дворян, – поклон сделал с явной неохотой. Не моё дело, но если все крестьяне так делать начнут, то скоро они нас равными себе считать будут.

– Это не крестьянин, – неожиданно сказал барон, – это сын одного из моих бывших десятников. Он ушёл в отставку и стал охотником, но не так давно его в лесу зверьё задрало, сынок пошёл по его стопам. Даже не знаю, что теперь с тобой делать, ты нанёс оскорбление мне и моим гостям, что должно быть наказуемо.

Во как, очень интересно, откуда он меня узнал. Точнее то, что я сын его бывшего десятника.

– Простите, господин барон, но у меня и в мыслях не было нанести вам оскорбление, – сказал я, глядя в пол. – Лось просто выскочил на меня, а отец всегда говорил, что если на тебя бежит обезумевший зверь, то лучше сразу стрелять. Или хотя бы попытаться ранить его на расстоянии.

Ничего подобного отец мне не говорил, но надо же как-то оправдываться, в петлю очень не хочется, а ведь могут отправить. Я уже видел тут висельников, даже одного мальчишку. Не знаю, за что с ним так сурово, но скидку на мой возраст никто делать не станет.

– А может, ты специально испортил нам охоту? – Спросил Барон, прищурившись.

– Как можно? Я даже не знал, что вы на охоте.

– Да в петлю этого наглеца засунуть и дело с концом, – заявила одна из женщин, сидевших недалеко от барона. – Посмотри на него, он же наглец, никакого уважения к дворянам, иной бы на его месте уже бы в ногах валялся, моля о пощаде, а этот только делает вид, что расстроен.

– Уважаемая баронесса, а ведь вы абсолютно правы, – как будто опечалившись, сказал барон. – В петлю наглеца, там ему самое место. Увести его!

Таким скорым и несправедливым судом я был ошарашен. Не дал поохотиться дворянам – пожалуйте в петлю. Отчего-то смерть в петле меня не страшила, подумал о своих родных, привязался к ним, даже полюбил за такое короткое время. Да и откуда барону меня знать, мне кажется, мать примчалась с утра в город и попросила помощи.

Мы же свободные люди, платим налоги, за это барон должен нас защищать, а тут единственный кормилец в семье сгинул, вот и стала просить о помощи. Моя смерть его бы точно не встревожила, но обнаглевшее зверьё нужно или отгонять от деревень, или же оно осмелеет и станет убивать крестьян, которые очень быстро могут разбежаться в более безопасные места. Вот и приходилось дворянам посылать воинов на защиту жителей, к тому же у этого барона под рукой не так много людей, слишком неспокойные места.

Страха я не почувствовал, а вот злость попёрла наружу, даже удивительно, раньше я таким не был. Пересилить себя и стоять на коленях я не мог, хоть и понимал, что из-за меня может пострадать вся семья, но не мог и всё тут. Хорошо, что я только и успел посмотреть в глаза дворянина и набрать воздуха для возмущений, но меня опередили.

– Господин барон, а стоит ли так строго судить мальчонку? – Неожиданно в рядах воинов появился заступник. – Ведь он сын вашего верного десятника Тира, все мы его помним, он был достойным воином.

Остальные вояки, сидевшие недалеко от входа, одобрительно загудели. Я думал, барон просто заткнёт этого воина, но нет, ссориться со своими защитниками глупо, что дворянин понимал. А воин этот явно не простой, наверное, сотник.

– Действительно, чего с этого дурака взять? – В наступившей тишине высказалась одна из молодых дворянок, и у меня даже появилась к ней благодарность. – Надо его просто как следует выпороть, чтобы другим была наука.

После второй фразы моя искренняя благодарность сразу же пропала.

– Ладно, – кивнул барон, – всыпьте ему десяток плетей для вразумления.

Меня снова отволокли в темницу, правда, долго я там не просидел, всего пару часов, а после за мной пришли и потащили на площадь. Дали не десять ударов, а семь, но и их хватило, чуть сознание не потерял от боли, но не кричал и пощады не просил. Вот ещё, не стану им удовольствие доставлять. На экзекуцию собрались все дворяне, людей полно, несмотря на дождь.

Моё немногочисленное имущество вернули возле помоста, даже не потребовалось никуда идти. Я спешно направился в сторону городских ворот. Как и думал, мама была тут, вся заплаканная, видно наблюдала, как порют сына, вот и не удержалась. Пока были в городе, лишних вопросов не задавала, а когда очутились за стенами, начала мне всё выговаривать.

– Что же ты такой бестолковый, зачем дворян оскорбил? – Спросила она. – Ты же не глупый, должен понимать, к чему это могло привести.

– Даже не думал никого оскорблять, – проворчал я. – На меня просто выскочил лось, я хотел отбежать в сторону, но он жаждал моей крови. Я же не виноват, что какой-то косоглазый выпустил в животное две стрелы и даже толком его не замедлил. Не стрельнул бы я из арбалета, лось бы меня затоптал, и тогда наш невероятно храбрый и милосердный барон не успел бы прискакать на помощь. Да и не стал бы он мне помогать, наверное, просто наблюдал бы со стороны. Я нанёс этому козлу оскорбление только тем, что не дал лично добить животное. Зря гнались, неудачники.

– Заткнись, дурак! – Шикнула мать и осмотрелась по сторонам. – За такие слова тебя точно казнят. Или хочешь, чтобы до смерти запороли? Если тебе так понравилось, ты скажи, я сама могу прутом отходить.

– Не очень понравилось, – вздохнул я, видно начало немного отпускать. – Эх, как же выбраться из этой ямы?

– Да всё будет хорошо, – мама тоже сразу успокоилась, переволновалась женщина. – Выплатим мы долг, ты умница, вы все у меня помощники. Не знаю, что бы я без вас делала.

– Да не об этом речь, – снова вздохнул я. – Вернём долг, но всё равно останемся простыми крестьянами, которых любой дворянин казнить может. Даже не за дело, а просто ради забавы.

– Все так живут, сынок, – сказала мама, с жалостью посмотрев на меня. – Ты не прав, в землях баронства нас могут казнить только за дело, а решение может вынести только сам барон или представитель короля, но они здесь очень редко появляются. Ты не печалься, просто в следующий раз, если случится что-то подобное, сразу прячься, пусть дворяне веселятся.

– Так и сделаю, – кивнул я. – Ты сейчас домой?

– А ты куда собрался? – Удивилась мама, заметив, что я начал перезаряжать арбалет.

– Петли успел поставить, – пожал я плечами. – Если повезло, сегодня мяса поедим.

– Я с тобой, – безапелляционно заявила мама. – А то опять что-нибудь натворишь.

Я оказался прав. Когда не вернулся домой, мама ещё ночью отправилась к барону, чтобы попросить его, точнее его воинов о помощи в поиске. Там она и узнала, что меня бросили в темницу и я жду суда. Вот ведь отчаянная женщина, не побоялась лесных хищников, пошла в городок одна. Понятно, что барон меня не знает и про отца не вспомнил бы, как и о его заслугах, спасибо воины ему напомнили, всё же они молодцы. А как они ещё могли поступить, должны держаться друг друга. Так ещё кто-нибудь погибнет, а его сына за небольшой проступок сунут в петлю. Ведь в лесу были не только дворяне, но и простые солдаты из охраны. Эти ребята явно не молчали, а рассказали сослуживцам в деталях, как всё было на самом деле, вот и заступились, за что я этим людям благодарен.

Не зря я столько переживал и мок под дождём, ловушки сработали. Ещё когда бродил по лесу и искал тропы, видел одного зайца, который рванул из-под поваленного дерева, когда я подошёл к нему слишком близко. Охота удалась, поймал сразу трёх зайцев, два уже сами удавились, а вот один был ещё живой, пришлось прервать его мучения. Причём это сделала мама, да так ловко, что стало сразу понятно – жена охотника.

Поначалу меня удивляло, что на всю деревню всего один охотник, правда, быстро в этом разобрался. Разрешение на охоту стоило слишком дорого, не каждый трудяга мог себе это позволить. Отец был хорошим охотником, поэтому мог откладывать деньги. Кроме него в нашей деревне могли купить разрешение только староста и кузнец, но им это не нужно. Зачем рисковать, если они и в деревне могут неплохо зарабатывать, если сравнивать с другими людьми. Староста получал деньги от барона за то, что следил за порядком и собирал налоги. Ну и наверняка что-то к рукам прилипало, а к кузнецу люди приезжали даже из соседних деревень, тоже неплохо устроился. Вроде бы и охотники в этих лесах нужны, но видимо барон у нас слишком жадный или считает, что если снизит цену на разрешение, то в окрестностях выбьют всю дичь.

В общем, моя затея удалась и с этого дня я начал ходить на охоту. Далеко в лес не заходил и старался вернуться ещё до наступления сумерек. Мать сильно переживала, но пока я не встречал в лесу никакой опасности, разве что ту свору дворян. Теперь уже был аккуратен, постоянно прислушивался, вдруг опять на охоту выйдут, постараюсь слинять с их пути как можно быстрее, пока не заметили, хоть без собак охотятся.

Было опасение, что барон попытается нам отомстить, всё же на него надавили его же солдаты. Мать убедила, что никаких проблем ждать не стоит. Он и наказал, и в то же время показал своё милосердие к своим жителям, и даже то, что слушает советы своих воинов, не забывая о ветеранах. Не забывает он, как только одна дворянка предложила меня повесить, тут же согласился. Ладно, всё хорошо, что хорошо кончается.

Работы прибавилось не только мне, но и всем домочадцам, требовалось выделать и сохранить шкуры зверьков, а потом продать, как и часть мяса. В сезон дождей оно немного дорожало, благодаря чему мы могли заработать на этом чуть больше. Один раз мне даже удалось подстрелить кабанчика, пришёл целый выводок, видно решили покопаться в полях. Правда, после убийства пришлось пару часов посидеть на дереве, могучий самец заметил вражину и хотел поддеть меня на клыки, еле успел слинять. Уже приготовился к ночёвке в лесу, но повезло, кабанов что-то спугнуло и они резко ушли.

С матерью был долгий разговор, всё же в лесу всякое могло случиться, например, мог вот так остаться ночевать на дереве. Не стоило сразу идти меня искать, а она уже собиралась отправляться на поиски, хорошо, что дети остановили. Вроде бы всё поняла и пообещала не рисковать, у неё кроме ножа ничего нет, а у меня арбалет.

Жизнь понемногу стала налаживаться, кроме рыбы на столе, появилось ещё и мясо, а иногда кушали лепёшки, когда удавалось выменять. Мы же не возделывали поля, запасов зерна сделать не могли, негде его взять, вот и менялись с теми, кто имел такую возможность. К сожалению, жизнь хоть и хорошая штука, но временами она преподносит такие неприятные сюрпризы, что выть хочется. Так случилось и на этот раз, только теперь даже застенки барона показались мне детским лагерем.

## Глава 4

Со временем мне приходилось уходить в лес всё дальше и дальше, искал новые тропы. Несколько раз подстреливал кабанчиков, тяжело было нести добычу до дома, но всё же организм восстановился и окреп, справлялся. Была возможность подстрелить того же лося, то утащить такую тушу я точно не смогу, пришлось бы часть бросить, а привлекать сюда хищников не хотелось. И без того некоторых пойманных зверей кто-то умудрялся съедать до моего прихода, но это вроде бы мелкие хищники старались, так как часть тушки оставалась.

Мать уже совсем успокоилась и без боязни отпускала меня в лес, всё же это хороший дополнительный заработок. Была надежда, что если так пойдёт и дальше, то снова получится взять разрешение на охоту, за счёт продаж мяса и шкур скопим нужную сумму.

Во время одного из моих выходов меня чуть не убили. Я и до этого момента не расслаблялся, пару раз видел медведя и вполне себе похожего на земного. Правда, на меня он нападать не стал, сам больше испугался. Видел волка или хищника, сильно на него похожего, но и тут обошлось, разошлись миром. В общем, не расслаблялся, несмотря на то, что дичь найдётся для любого хищника, места достаточно дикие.

Я ещё в прошлой жизни чувствовал направленный на меня взгляд, тут это тоже никуда не делось, что меня и спасло. Я как раз вынул из петли очередного зайца, как почувствовал на себе пристальный взгляд. Источник опасности обнаружил не сразу, встал спиной к дереву и начал осматриваться. Видимо хищник решил, что его заметили, хотя это было не так. Тем не менее, он рванул ко мне из кустов, находящихся метрах в тридцати.

Никогда не замечал в себе каких-то акробатических способностей, но на дерево взобрался так быстро, что сам не сообразил, как так смогло получиться. При этом умудрился перекинуть арбалет за спину и ведь перед этим выстрелил в набегающего на меня зверя. Впервые увидел животное, которое не похоже ни на одно земное. Тёмно-серое туловище с чёрными полосками. Если впереди тело было мощным, даже под шерстью были видны мышцы, то задняя часть менее развита. Внушительные когти на лапах, которыми хищник легко сдирал кору с дерева, оставляя глубокие борозды, и длинный хвост с шипом на конце. Не удивлюсь, если там яд. Кстати, он хотел достать меня этим шипом, удар был настолько силён, что дерево вздрогнуло. Мне кажется, эта тварь могла бы с лёгкостью пробить доспехи. Голова хищника покоилась на короткой шее и для того чтобы смотреть по сторонам, чудовищу приходилось поворачиваться всем телом. Мощные зубы, расположенные в два ряда, внушали уважение. Ну и оканчивали неприглядный образ два жёлтых глаза с вертикальными зрачками.

Хищник, упустивший добычу, рычал и носился под деревом, то и дело вставал на ствол, поглядывая на меня, как будто заглядывал в самую душу.

– Сегодня останешься без обеда, – нервно сказал я, перезаряжая арбалет. Неудобно делать это на дереве, но я справился.

Тварь как будто прислушивалась к моим словам, даже рычать перестала. Похоже, мой первый выстрел прошёл мимо, но ничего, арбалетных болтов у меня ещё одиннадцать штук, на эту зверюшку должно хватить.

Хищник продолжал на меня таращиться, даже перестал носиться вокруг дерева, чем здорово облегчил мне прицеливание. Целился тщательно, дома часто тренировался, получалось неплохо, сейчас хотелось попасть в глаз. Сильно сомневался, что получится пробить такое мощное тело и повредить жизненно важные органы. После выстрела моё настроение резко ухудшилось. Можно предположить, что тварь под деревом случайно отвела голову немного в сторону и сохранила свой глаз, болт угодил в левую часть головы. Только впечатлило меня не это, а то, что он не вонзился, как должно быть, а ушёл в сторону, оставив лишь небольшую царапину.

– Твою ж мать! – Выругался я и снова начал перезаряжать арбалет.

После пятого выстрела стало понятно, что реакция у этого животного настолько отменная, что он видит полёт стрелы и понимает, что арбалетные болты не пробьют его шкуру. Попробовал пострелять в другие части тела, но тоже не достиг успеха, а мелкие раны эту тварь только злили. Оставалось ждать, что она сама уйдёт, проголодается и отправится искать более доступную добычу.

Но у хищника на мой счёт были другие планы. Побегав вокруг дерева ещё немного, животное попыталось забраться ко мне. Правда, получалось у него плохо, явно не умеет лазить по деревьям. Впрочем, несмотря на неуклюжесть, оно продолжало медленно ползти ко мне. Настойчивая тварь, ничего не скажешь, а у меня не было никакой возможности подняться выше, дерево могло сломаться, двоих точно не выдержит. Как мне кажется, этот хищник при падении с такой высоты вряд ли разобьётся, а вот я себе всё переломаю, а потом ещё и сожрут.

Пришлось спускаться ниже и встречать врага лицом к лицу, как настоящий воин. Вернее ногой в морду, стараясь, чтобы эта животина меня не схватила. Учитывая, что арбалетные болты наносили совсем несерьёзные раны, этому хищнику я причинял больше морального ущерба, чем физического. Тварь скалилась, пыталась ухватить меня за ногу, но не успевала, тоже не совсем комфортно чувствовала себя на высоте. К сожалению, я забыл про хвост, которым она чуть не сделала из меня дуршлаг. Хорошо, что промахнулась, шип вошёл в дерево и даже застрял. Я тут же воспользовался моментом и полоснул по хвосту ножом.

Наконец-то нашёл болевую точку, хищник взвыл, резко прыгнул вперёд, но схватить меня зубами не смог, с рыком полетел на землю, зато удалось освободить хвост. Как по мне, лучше бы она осталась болтаться в воздухе, лишил бы её хоть какого-то преимущества. Хвост тоже был крепкий, но понемногу я бы его отрезал.

Хищник упал с высоты метров пятнадцать, сломав по пути пару довольно толстых веток, но было незаметно, чтобы он получил какие-то повреждения. Тут же вскочил на ноги и снова уставился на меня. Три раза он повторял свой манёвр, но хвост больше не использовал. Хорошо, что у него не хватило мозгов просто ползти вперёд, не обращая на меня внимания, тогда бы дерево сломалось и мы вместе полетели бы вниз. Хищник действовал по одному сценарию: доползал до меня, пытался схватить во время прыжка и падал вниз.

Вскоре до него дошло, что таким образом снять меня с дерева не получится и поменял тактику. Когда я услышал внизу громкий хруст, то не особо впечатлился, пусть себе грызёт ствол от бессилия. Но увидев, какие щепки умудряется отдирать эта тварина, я обеспокоился. Рядом с деревом располагалась поляна, если дерево упадёт на неё, то я покойник, убежать и залезть на другое просто не успею. А если при приземлении что-нибудь себе сломаю, то это тоже не добавит резвости. Возникла мысль попробовать перепрыгнуть на другое дерево, но оно слишком далеко, это как будто специально стояло немного в стороне.

Мне снова несказанно повезло, но я и сам немного себе помог. Забрался чуть повыше, чтобы создать противовес и дерево наклонялось в нужную мне сторону. Ствол тварь перегрызла быстро, но я смог зацепиться за другое дерево и шустро пополз наверх, хищник даже взвыл от досады. Дерево упало не полностью, завалилось на другое, да так и замерло. Тварь тут же попыталась добраться до меня по нему, но не преуспела. В этот раз мне опять пришлось прыгать на соседнее дерево, хорошо, что оно стояло недалеко, зацепился и даже ничего себе не повредил. Пришлось неудачливому хищнику спускаться вниз. Несмотря на ситуацию, мне стало немного смешно смотреть на суету внизу. С какой надеждой эта тварь на меня смотрела, видно не могла понять, почему я так упорно не хочу попадать в её желудок. Надеюсь, та сущность, которая перенесла меня в этот мир, поспособствовала этой встрече не для того, чтобы через несколько месяцев, пережив столько невзгод, я превратился в большую вонючую кучу.

Мне кажется, уже любой другой хищник на месте этого ушёл бы искать себе новую добычу, но упорству этой твари можно было лишь позавидовать. Спустя какое-то время она снова начала грызть дерево, на котором я сидел, и мне опять пришлось немного скорректировать его падение, если так пойдёт дальше, то по верхушкам деревьев я доберусь до обжитых мест. Шутка, конечно, дальше попадались поляны, но не настолько же это животное глупое, чтобы свалить в округе все деревья. На самом деле, если бы все деревья стояли близко, то попытался бы выйти к людям. Не знаю, что это за животное, но наверняка его можно как-то убить.

Пришлось мне ночевать на дереве, вскоре хищник устал и просто улёгся под стволом, наверное, дожидался, когда я сам спущусь. Хорошо, что у меня имелась с собой верёвка и небольшой запас провизии. Я немного перекусил, привязал себя к стволу и уснул. Ночью проснулся от громкого рёва, ничего не было видно, но и так стало понятно, что сидящая под деревом тварь с кем-то сцепилась и явно не с простым травоядным. Несколько раз по дереву так сильно били, что оно вздрагивало.

Утром обнаружил, что никто меня не охраняет, начал потихоньку спускаться. Ещё раз внимательно осмотрелся, но опасности не обнаружил. Взрытая под стволом трава и пятна крови говорили о том, что животное получило раны, но радовался я зря. Как только мои ноги коснулись земли, тварь выскочила из канавы и рванула ко мне. Устроила засаду, хитрая сволочь, но схватить она меня не успела. Бестолковая, нужно же было подождать, когда я отойду от дерева, а уже потом атаковать.

Не знаю, с кем эта тварь сцепилась ночью, но раны у неё были серьёзные. Какая же должна быть мощность челюстей, чтобы вот так содрать крепкую шкуру. С правого бока шкура висела лохмотьями, были видны голые мышцы. Хищник от злости снова начал грызть дерево, я же перезарядил арбалет и выстрелил в повреждённое место. На этот раз болт вошёл в тело основательно, похоже, крепкая только шкура, а мясо уже не такое неуязвимое. Тварь завыла от боли и стала кататься по земле, я снова перезарядил арбалет и выстрелил ещё раз. Опять попал, только на этот раз в рот твари, не надо было от меня отвлекаться. Хищник, получив в свою пасть болт, вскочил на ноги и побежал, правда, после десятка шагов замедлил ход и повалился на бок, несколько раз дёрнулся и окончательно замер. Предположив, что это такая хитрость, я выстрелил в повреждённую часть ещё раз, повезло, что с моей стороны её было хорошо видно. Зверь, получив очередной болт, даже не шелохнулся.

За некоторых хищников барон неплохо платил, правда, из знакомых мне зверей был только медведь, причём плата за него не самая высокая, имелись тут твари опаснее медведя. Взять хотя бы вот эту, размером меньше медведя, но лучше уж встретиться с косолапым, его хоть из арбалета убить можно. Для того чтобы получить выплату, не обязательно тащить с собой всю тушу, достаточно предъявить голову. Жадность не дала мне просто уйти, пришлось разделывать. Чтобы снять с этого зверя шкуру у меня ушло несколько часов, её тоже решил прихватить, крепкая, авось получится продать. Мой отец иногда уходил на охоту именно на хищников, получается гораздо выгоднее, но намного опаснее. После того, как снял шкуру, отрезал животному голову.

Груз серьёзный, но делать нечего, не выбрасывать же. От жадности свою бы голову не потерять, ведь запах крови привлекал других хищников и где гарантия, что не встречу по пути более опасных. Засветло добраться до деревни не успел, пришлось снова ночевать на дереве. Мать наверняка переживала, но я уже не первый раз вот так с ночёвкой уходил, за неё был спокоен, не должна отправляться меня искать. Ночь прошла спокойно, никто меня не потревожил, что даже немного удивило.

Ещё на подходе к деревне я почувствовал сильный запах гари, это настораживало. Конечно, в деревне у многих имелись печи, сейчас холодно, их топили почти постоянно, готовили пищу, но сейчас запах чересчур сильный. Даже немного ускорился, хоть и устал уже сильно. Примерно через час вышел на опушку, откуда открывался вид на нашу деревню, раньше открывался.

На месте деревни было пепелище, сохранилось только немного частокола, всё остальное сгорело. Явно не просто так сгорело, тут к пожарной безопасности относились очень серьёзно, если где-то что-то запылает, тут же все бежали тушить, имелись даже специальные бочки с водой. К тому же постоянно моросил дождь, не мог случиться такой пожар, который уничтожил всю деревню. Я бросил свою ношу и помчался к нашей землянке, она же находилась не на территории деревушки.

Внутри никого не было, всё наше невеликое хозяйство было разбросано, бочки с рыбой пропали, забрали всё ценное, что только смогли найти. Возможно, королевство начало с кем-то воевать, вот враги и нагрянули. Деревенские не смогли себя защитить, но оставалась надежда, что они успели удрать в город. В случае нападения все деревенские прятались в городе, если оно не произошло неожиданно. Когда я уходил, никаких слухов о войне не было.

Вскоре стало понятно, что нападение действительно было неожиданным. Похоже, некоторые местные жители пытались оказать сопротивление, на пепелище я обнаружил несколько обгоревших трупов, рядом с частоколом ещё два. Нападающие пришли по воде, весь берег был вытоптан, оставалось надеяться, что мои родные успели убежать, если, конечно, обнаружили опасность заранее. Немного покричав около леса, я бегом направился в город. Само собой, бежал не по дороге, а вдоль леса, чтобы была возможность спрятаться в чаще, если вдруг обнаружу врагов.

На душе кошки скребли, кого-то из деревенских явно смогли захватить и теперь, в зависимости от того в чьи руки они попали, у них было два пути. Этот мир очень суров, красивых девушек, как правило, насиловали, а потом продавали в бордели, мужчин делали рабами. Не всегда, имелась надежда на то, что людей просто вывезли в другое место, чтобы приносили пользу новому дворянину, в этом случае даже могли сохранить свободу, если не станут показывать свой гонор и не будут пытаться сбежать.

Меня не было чуть более трёх суток, за это время неизвестные смогли не только сжечь деревню и даже не одну, но и взять город, он тоже был сожжён. Каменная стена в одном месте была проломлена, чем конкретно, я так и не понял. Часть домов ещё дымилась, а на развалинах заметил уцелевших людей. Как мне кажется, во время схватки они вообще находились в другом месте. Я хотел бежать обратно и попытаться найти родных, но всё же решил поговорить с выжившими.

Одним из них оказался мой знакомый Крюк, причём он был вооружён и в сопровождении таких же личностей, как он сам. Мужчина первым меня заметил, по нему что-то не заметно, как он горюет из-за того, что город захватили.

– Кого я вижу, Тобиас, собственной персоной. Гляжу, тебе тоже повезло? – Заорал он, увидев меня.

– Можно и так сказать, – ответил я. – Кто это сделал?

– Ты что, сам не знаешь? – Даже удивился бандит. – Пираты немного порезвились.

– А где все люди? – Задал я интересующий меня вопрос.

– Кого-то убили, а кого-то с собой увели. Скорее всего, их потом продадут, у этих людей уже наверняка имеются покупатели, – сообщил уголовник, всё таким же безразличным голосом.

– А вас почему не забрали, вроде бы здоровые?

– Так и забрали. Ты думаешь, это меня милосердный барон из темницы выпустил? Как бы не так, пираты выпустили, а потом к себе позвали. Я, конечно, с радостью согласился, но потом сбежал, не по пути мне с этой публикой. Не хочется мне кого-то слушаться.

– А с бароном что, замок устоял?

– Нет, – засмеялся Крюк, – замок тоже пал, причём очень быстро. Главный у пиратов оказался магом, быстренько снёс стены, а уже потом отправил свои отряды. Барон или мёртв, или в плену, скорее второе, за него же можно получить хороший выкуп.

– А куда вообще пираты направились? Где они собираются?

– Сам, что ли, в пираты податься хочешь? – Ухмыльнулся Крюк. – Не советую, если на виселицу попасть не хочешь, там такие ребята собираются, которым кроме смерти ничего не светит. И хорошо, если просто голову отрубят, а не замучают пытками до смерти. Ты хоть клинком махать умеешь? Если нет, то сам рабом станешь.

– Где их искать, куда они ушли? Вниз по течению или вверх?

– Не знаю, – пожал плечами Крюк. – Мне это неинтересно. Они прихватили кого-то из твоих родных или друзей? – Наконец-то начало до него доходить.

– Мою семью вроде бы захватили, мать и двух младших братьев. Дома их нет, но там явно кто-то шарился.

– Послушай меня, парень, – на лице Крюка появилось что-то вроде сочувствия. – Прими мой совет, не иди за пиратами, ничего хорошего из этого не выйдет. Даже если у тебя имеются деньги и ты попытаешься выкупить своих родных, то в лучшем случае сам окажешься в рабском ошейнике. А деньги в любом случае заберут, это самое лучшее, что может с тобой произойти. Оказавшись в рабском ошейнике даже рядом со своими родными, вряд ли потом вы будете вместе, продадут вас по отдельности. Ну, если прям сильно повезёт, то может и всей толпой. Лучше забудь о своей затее. Единственный, кто может выбраться из рук пиратов, это наш барон и его семейство, но и это не факт. Мастерам с их семьями тоже удастся нормально устроиться. Мастера всем нужны, а простые крестьяне… даже не знаю… им нужно только молиться богам за хорошую долю.

– Понятно, – кивнул я и направился обратно к деревне.

По пути забрал свой мешок, я всё же не терял надежду, наша землянка находилась на отшибе, мои родные могли удрать. Вдруг сейчас где-нибудь в лесу отсиживаются и ждут моего возвращения. Моим надеждам не суждено было сбыться. Вернувшись, я увидел возле пепелища пару деревенских мальчишек, им повезло только потому, что сидели на берегу и рыбачили, успели удрать в лес. Пираты напали неожиданно, высадились они раньше, а уже потом подошли корабли. Мальчишки наблюдали за захватом из леса, за ними никто не побежал, налётчики сильно торопились.

Деревню взяли быстро, всего несколько человек оказали сопротивление, впрочем, их трупы я уже видел. Моя семья тоже попалась. Разбойники вышли из леса, не могли они пройти мимо землянки, мальчишки своими глазами всё видели. Всех деревенских, в том числе мою мать и братьев, заковали в ошейники и погрузили на корабли, после чего часть отряда направилась в город. Что случилось с городом, я уже посмотрел своими глазами.

– Маг у них главный, – сообщил мне один из мальчишек, подтвердив слова Крюка. – Он только рукой махнул, а частокол уже упал, вроде бы даже придавил кого-то. Никогда такое диво не видел.

Про магов в этом мире я слышал, но даже не мог представить, как они творят свои чудеса и как вообще становятся магами. Их очень мало, в основном служат королям или влиятельным и очень богатым аристократическим родам. Тут видимо с головой у человека совсем всё плохо, раз он решил собрать пиратов и грабить поселения. С такими возможностями мог бы жить как-то спокойнее. Возможно, на это была веская причина.

Выслушав рассказ, я уселся на скамью около нашей землянки. Просто не знал, что мне теперь делать, куда идти, как вызволять своих родных. Вроде бы семья появилась, только недолго она у меня была, потерял слишком быстро.

Из всей деревни повезло только мне и двум этим мальчикам шести и семи лет. По местным меркам я уже был взрослым, наверное, поэтому мальчишки от меня не отходили, зато дали возможность отвлечься от своих нелёгких дум.

– Есть хотите? – Спросил я у них.

По громко заурчавшим животам стало понятно, что парни не ели с момента нападения.

## Глава 5

Пока готовил еду, ещё раз обдумал ситуацию, в которую попал. И чем больше над этим размышлял, тем больше убеждался в том, что ничем я пока своим родным помочь не смогу. Можно было попытаться догнать пиратов по берегу, но это сомнительно, они хоть и плывут только днём, но устают меньше, а мне придётся идти одному по лесу, куда люди стараются лишний раз не соваться. Крюк прав, даже если смогу их догнать, то не факт, что вообще увижу родных, корабль-то не один. Да и не получится мне их догнать, слишком большая фора.

А если догоню, то что изменится? Да ничего, скорее всего, тоже стану пленником. Если верить Крюку, то разные ремесленники и мастера у них в почёте и к ним относятся хорошо. Достаточно вспомнить нашего кузнеца, он даже налог меньше платил, лишь бы не ушёл к другому господину. Да, моя мама не ремесленник, зато я научил её коптить рыбу, а местным она очень понравилась, ловить её тоже умеет, как и братья, надеюсь, смогут нормально устроиться. Где примерно нужно искать своих родных, я догадывался, ниже по течению реки имелись так называемые вольные земли. Не удивлюсь, что набег заказал один из дворян, решив погуще заселить свои владения крестьянами, а для этой цели нанял пиратов.

В те земли одному соваться не стоит, слишком опасно, там постоянно идёт грызня за земли. Это не королевство, где власть держит монарх, там все дворяне считают себя королями и самыми достойными людьми. В общем, ехать туда нужно с большим отрядом, уважают эти граждане только силу и не станут воевать, если нет серьёзной выгоды. Одиночный путник дойдёт до первого мелкого дворянчика, после чего будет пахать исключительно на этого человека. В общем, мне нужно где-то раздобыть средства, после чего пытаться найти свою семью, а уже потом думать, как их вызволять. Надеюсь, будут все вместе и не придётся долго искать. Только где взять деньги, ума не приложу.

– У вас родня где-нибудь имеется? – Спросил я у мальчишек.

– Ага, – кивнул старший. – Дядя недалеко отсюда живёт, мы к нему несколько раз в гости ездили.

– Недалеко это где, долго туда идти? – Уточнил я.

– Мы за десять дней доезжали, на лошади, – доложил мальчишка.

– Дорогу знаете?

– Да чего там знать. – Беззаботно махнул рукой мальчик. – Деревня у самого тракта находится, мимо точно не пройдём.

– Хорошо, – кивнул я. – Сейчас ложимся спать, а утром отправимся к вашему дяде.

Мне в любом случае нужно двигаться в обжитые места, где больше людей. Просто бросить этих ребят я не мог, округа ограблена и совсем скоро такие вот ребята как Крюк объединятся в шайки и будут тут хозяйничать. Сбор надолго не затянулся, как оказалось, наши деньги разбойники с собой не прихватили, а я знал, где у мамы захоронка. Всё забирать не стал, взял меньше половины, мало ли, вдруг у них получится вернуться обратно. Также взял с собой несколько крючков, уже давно всё подготовил, иногда хотелось просто посидеть на берегу и порыбачить, даже гусиные перья имелись и запас крепкой нити. Больше брать было нечего, разбойники обнесли нашу землянку основательно. Перед самым уходом написал на стене, что со мной всё в порядке и иногда буду возвращаться в этот дом.

Утром наша компания вышла на дорогу и отправилась в путь, я шёл по ней впервые, она вела в обжитую часть королевства. У меня за спиной болтался мой заплечный мешок с варёным мясом, а мальчишки вообще шли налегке, ничего у них не осталось. Вроде бы о своём дяде хорошо отзываются, надеюсь, примет этих несчастных.

Как вскоре выяснилось, разгуляться разбойничьим ватагам не дадут. Когда наша невеликая группа остановилась на обед и отдых, мы заметили на дороге отряд всадников около сотни человек. Нас они приметили, причём около десятка всадников, среди которых явно был дворянин, направились в нашу сторону. Мы тут же вскочили на ноги и поклонились. Между дворянами и простолюдинами в этом мире огромная пропасть, если я начну каждому встречному свой гонор показывать, то мне быстро голову открутят, и тогда точно родным помочь не смогу. Тут все простолюдины должны кланяться дворянам.

– Откуда вы тут взялись? – Спросил командир отряда, осматривая нас, но обращался ко мне, как к старшему.

– Из деревни, господин, Лесная называется, – ответил я. – Только она теперь сожжена, направляемся к родственникам.

– Пираты не успели пожаловать, как все крестьяне тут же разбегаются, – усмехнулся один из сопровождающих дворянина людей. – Крысы никчёмные. Плохо живётся под защитой барона?

– Под защитой барона жилось хорошо, – ответил я. – Но теперь никакой защиты не стало, земли разорены, город пиратами тоже был взят, все жители попали в плен. Не хочется дожидаться, когда зверьё из леса нагрянет или разбойники придут.

– Как это город пал? – Мои слова удивили дворянина, а его надменное выражение лица тут же изменилось на удивлённое.

– Стену разрушили, а пиратов было больше, чем защитников. Тем более они с магом были, – сказал я. – Говорят, что у пиратов он был старшим, по крайней мере, вокруг него все бегали.

– А ты откуда это знаешь? – Снова влез в беседу воин.

– Рассказали те жители, кому повезло остаться в живых и не попасть в плен. Свободу сохранили только люди, по каким-либо причинам не находящиеся на тот момент в поселениях. Я был на охоте, эти два мальчика ловили рыбу и успели убежать в лес, остальным не повезло. Напали рано утром, как только начало светать.

– Охотник, значит? – В голосе дворянина промелькнуло что-то вроде уважения.

Его можно понять, зверьё тут опасное и нужно быть достаточно храбрым, чтобы ходить в лес одному.

– Да, господин, – снова поклонился я.

Всадник ещё немного расспросил меня о деталях, его интересовало количество пиратов, давно ли ушли и прочие подробности. Видно информация о том, что среди пиратов имелся маг, его сильно встревожила, поэтому всё так подробно выяснял. Когда беседа была окончена, он уже собрался уехать, но тут его взгляд упал на шкуру, на которой мы только что сидели. В этом мире имелся порошок, которым обрабатывали шкуры, чтобы она не портилась. Я решил прихватить её с собой, крепости своей она не потеряла, а значит, могла в городе кого-нибудь заинтересовать. Я даже примерно не мог сказать, сколько она стоит, а вот дворянин моментально сориентировался, он даже не постеснялся слезть с лошади, подошёл ближе и внимательно её осмотрел.

– Где ты взял шкуру борвиша? – Спросил он у меня.

– Мой недавний трофей, – пожал я плечами. – Сам убил и снял шкуру.

– Врёшь! – Снова влез в разговор воин. – Шкуру этих тварей даже арбалетом не пробить.

– Не вру, она сначала меня на дерево загнала, а ночью с кем-то сцепилась, утром шкура была порвана, подгадал момент и истыкал её арбалетными болтами сидя на дереве. Даже голова есть, вы можете на неё посмотреть, она недалеко от деревни валяется. Там есть одно очень высокое дерево, под ним бросил.

– Я у тебя её покупаю, – поставил меня перед фактом дворянин, а после полез в свой кошель, расположенный на поясе и швырнул мне под ноги десяток серебряных монет.

– Спасибо, – поклонился я, подбирая деньги.

Понятно, почему отец охотился на хищников, это и правда очень прибыльное дело, а если он хороший охотник, то становится понятно, почему у нас был один из самых больших домов в деревне. Шкуру я с собой взял не просто так, не хотелось во время пути спать на земле, её хоть и трудно пробить, но она всё равно мягкая. У меня было опасение, что эти вояки потащат нас обратно к деревне, но обошлось, уехали без нас, видно кто-то сообщил им о нападении и они прибыли на помощь нашему барону. Впрочем, мне плевать, кто они такие, когда верну свою семью, переберёмся в другое место. Надеюсь, нас не объявят в розыск как людей, не выплативших до конца долг дворянину. Наверное, барону сейчас не до наших денег, сам в плен угодил или вообще погиб, к тому же остался совсем без людей. Даже если родные заплатят за него выкуп, ему явно будет не до нас.

Похоже, в Мирталиском королевстве, а именно в нём я оказался, отношения между дворянами и крестьянами на законодательном уровне никак не регулировались. Каждый землевладелец сам устанавливал налог, который крестьяне должны ему платить. Это было заметно по встреченным деревням. Вроде бы земля везде одинаковая, явно доход с неё один и тот же, тем не менее, иногда встречались красивые деревни с нормальными домами, а иногда откровенная нищета. В этих деревнях точно жили не рабы, потому что по закону рабы должны носить ошейники, низшая каста. Если раб снимет ошейник, то хозяин за это мог его казнить, но так же хозяин мог и отпустить своего раба, сделав его вольным.

В общем, непонятно мне, почему крестьяне терпели таких дворян. Возможно, просто не знали, куда им можно пойти. Я не ожидал, что здесь такая плотность населения, деревни попадались часто, как и небольшие города. По сути, мы жили на задворках королевства, куда ещё не добралась даже примитивная средневековая цивилизация.

Конечно, нищета встречалась, тем не менее, порядок поддерживался на должном уровне. Часто встречались отряды всадников, патрулирующих тракт. Похоже, если у кого-то на земле появятся разбойники, то власти за это дворян по голове не поглядят. Видел я гербы на доспехах этих вояк, почти в каждом отряде свой, а значит, эти отряды выставляли аристократы, а не король. Дорога тоже удивляла, но не своей безопасностью, а тем, какая она качественная, аккуратно выложенная из камней, и за ней явно ухаживают, это тоже хорошо видно. Любой встреченный отряд или вереницу телег мы пропускали, уходя с дороги.

Один раз я просто сместился к обочине, за что получил плетью по спине, даже не от дворянина, а от простого воина. Не понравилось ему, что какой-то крестьянин, пусть даже с арбалетом, не ушёл подальше в сторону, как будто мы какие-то заразные. Вот ведь какое скотское отношение к простому населению, дали ему каплю власти, возвысив чуть выше простых крестьян и он уже возомнил себя чуть ли не Богом.

Шли мы медленно, парни быстро уставали, ночевать останавливались в лесу. Первый раз решили переночевать в деревенской таверне тогда, когда у нас закончилась еда. Вокруг уже обжитые места, на охоту не сходишь, и разрешения на отстрел у меня не было. Неизвестно, как отреагируют местные дворяне, если я на их землях начну охотиться. Я вообще толком не знал о том, как здесь живут люди, а вот как наказывают, было уже хорошо известно. Хорошо, что деньги у меня имелись и для простых крестьян немалые. Я их припрятал, не хотелось светить серебром перед всеми подряд.

На удивление, сняли неплохую комнату, с едой трактирщик пообещал помочь, заверив, что к утру всё подготовит. Впервые за пять дней удалось помыться, а нашу одежду привели в порядок. Правда, пока её стирали, пришлось посидеть в комнате, сменной ни у меня, ни у мальчишек не было. Местные крестьяне ничего кроме такого же тряпья предложить не могли, поэтому от такой сомнительной покупки отказался.

Дойти до деревни, где жил дядя мальчишек, без проблем не удалось и дело даже не в дворянах, а в крестьянах. Утром нас догнали два индивида, явно любители выпить. Само собой, арбалет я не заряжал, а опасность заметил слишком поздно, когда до них оставалось всего около пяти шагов. Они были вооружены ножами, причём ржавыми, видно не особо за этим оружием ухаживали, таким в брюхо получишь и умрёшь не от самой раны, а скорее от заражения крови. По рожам стало понятно, что эти граждане решили поправить свои дела за мой счёт.

– Стоять! – Грозно рявкнул один из алкашей со здоровенным синяком под правым глазом. – Давайте свернём вон в тот лесок, побеседуем.

– Вас двое, можете друг с другом побеседовать, – равнодушно сказал я, а потом крикнул. Просто один из грабителей начал меня обходить. – А ну, встань на место, шваль, пока я тебя на кишках не подвесил!

– Какой смелый деревенский дурачок, – оскалился щербатым ртом бандит, который выглядел здоровее своего подельника. – Не хочешь идти в лес, будь по-твоему, оставляй мешок и проваливай своей дорогой, ножик нам тоже пригодится.

– Ага, попробуй, забери, – ухмыльнулся я. Видно мой наглый тон слегка насторожил горе-грабителей, не такого они ожидали от запуганных крестьян. Предыдущие жертвы наверняка всё отдавали.

Не будь у них ножей, то мне кажется, я бы обоим смог морды набить, но получить удар ржавым железом очень не хотелось, а опыта боя на ножах у меня не было. Эх, жаль отец продал свой меч, с ним он меня научил немного обращаться. Мальчишки повели себя правильно, если сначала они испуганно замерли, то быстро опомнились и, заголосив о нападении, рванули по дороге. Дорога довольно оживлённая, была вероятность встретить караван или воинский разъезд.

Их крики и бегство заставили бандитов торопиться, первым в мою сторону шагнул тот, который выглядел слабее. Действовал он как-то неумело, явно не учился обращению с ножом. Махнул им, пытаясь меня задеть, но не преуспел, зато сам заработал глубокую рану на руке, которую выставил вперёд, стараясь меня напугать и дать шанс своему подельнику атаковать со спины. Манёвр не удался, он попятился, споткнулся и упал. В группе они действовали неслаженно, потому что я успел подскочить к неудачнику, уронившему нож и пнул его изо всех сил по морде. Клацнув зубами, разбойник закатил глаза и упал в пыль, а я обернулся к следующему противнику, без устали размахивающему ножом. Видно когда он остался один на один, боевой задор пропал. Увидев печальную участь своего товарища, он уже не лез вперёд так активно, а просто защищался.

Не знаю, чем бы закончилось наше противостояние, потому что я тоже вперёд не лез, мало ли, вдруг случайно убью человека, а меня за это потом посадят. Только ничего делать не пришлось, раздался громкий топот копыт, разбойник окончательно растерял весь боевой задор и, бросив своего подельника, рванул в сторону недалёкого леса. Но убежать ему не удалось, пятёрка всадников подобралась к нему так близко, что один из них едва не затоптал бандита конём, а ещё двое уже крутили первого нападающего.

– На тебя, что ли, эта рвань наскочила? – Полюбопытствовал один из спасителей.

– На меня, – не стал скрывать я. Мальчишки уже бежали обратно, и откуда только у них силы взялись.

– Помилосердствуйте! – Тем временем блажил пойманный. – Первый раз на подобное пошли, больше никогда, всю жизнь богам за вас молиться будем.

Второй только пришёл в себя и осматривался по сторонам, видно пока плохо соображал.

– Так значит, вы признаётесь, что учинили на дороге разбой? – С ухмылкой спросил всадник. Как оказалось, это были охранники из каравана, видимо купец торопился и выехал рано. Позже он тоже к нам подъехал, даже не поленился сесть верхом.

– Признаём, но больше так делать не будем, – со слезами на глазах заверил бандит.

– Тут ты прав, больше вы никого не ограбите, – в голосе купца не было даже тени жалости, наверное, с такими разбойниками у него свои счёты.

Он даже не стал ничего приказывать, просто направился обратно в свою повозку, а двух неудачников потащили к ближайшему дереву. Я даже слегка опешил, потому что вдруг понял, для чего им верёвка. Совсем не знаю местных законов, а оказывается, любого татя могли запросто вздёрнуть на ближайшем дереве простые купцы, для этого им даже не надо обращаться к землевладельцу, на чьей территории произошло преступление. Бандиты упирались, кричали, но никакого эффекта не достигли, разве что один получил по морде. Уже минуты через три всё было кончено, а я так и стоял с открытым ртом, для меня такая расправа была в новинку. Впрочем, жалости не испытывал, эти твари видели, что иду с двумя детьми и всё равно позарились, как им показалось, на лёгкую добычу.

К тому же не факт, что мы их первые клиенты, наверняка и до нас одиночек грабили. А если действовали так нагло, то тех несчастных они, скорее всего, убивали, для этого в лес и заманивали. Видно у меня другое воспитание, мальчишки ведь тоже видели, что произошло, но как-то вообще не впечатлились, как будто уже не первый раз наблюдают за таким процессом наказания. Хотя, может и доводилось, всё же барон, на чьих землях мы раньше жили, особым гуманизмом не страдал.

Чем дальше мы отходили от границы, тем больше встречали конных патрулей. Некоторые у нас спрашивали, кто мы такие и куда идём, осматривали шеи, наверное, ловили беглых рабов. Довелось повстречать несколько колонн рабов, очень гнетущее зрелище, к ним никто не относился как к людям. На наших глазах один из рабов просто споткнулся и тут же получил кнутом от надсмотрщика. Как-то снова начал беспокоиться, а что если и мои близкие попали в такую же ситуацию.

Мы не дошли до нужной деревни совсем немного, когда случилось ещё одно очень важное событие. Ночевали снова в роще, где часто останавливались путники, тут даже имелись лежанки. Ночью я проснулся от воплей мальчишек и тут же схватился за нож, даже не разобравшись с ситуацией. Опасности не обнаружил, оба мальчика смотрели на меня с широко распахнутыми глазами.

Задать вопрос я не успел, сам понял, что так встревожило детей. Костёр хорошо горел, а огонь от него тянулся ко мне, причём когда я сделал шаг в сторону, огонь последовал за мной, как будто в мою сторону дул сильный ветер. Я протянул руку и коснулся огня, но при этом не почувствовал никакой боли, просто приятное тепло.

– Вы маг? – Старший ребёнок как-то резко стал вежливым.

– Нет, – выдохнул я, по-прежнему касаясь огня и ожидая момента, когда он причинит боль, но вместо боли почему-то пришла бодрость, как будто на дворе не ночь, а утро, и мне удалось отлично отдохнуть.

Похоже, нужно менять планы. Теперь требуется решить, что делать со всем случившимся.

## Глава 6

На следующий день, начиная с самого утра, мальчишки только и говорили о магах, что мне жутко не нравилось. По крайней мере, из-за того, что я понятия не имел, какие проблемы могу получить, если на самом деле являюсь магом. Какой-то ценной информации о магах из уст детей я не получил, хотя внимательно прислушивался к их беседе. Такие истории могли выдумать и в нашем мире, тем более мои спутники видели в своей жизни всего одного мага, того самого, который командовал пиратами.

Этот момент я как-то упустил, по сути, о магах ничего не знал, а ведь здесь имеется религиозная братия. В городе я не видел никаких священников или жрецов, как и людей, волокущих на костёр каких-нибудь еретиков или отступников, но это не значит, что их вообще в этом мире нет. Мать в своих рассказах часто упоминала богов и обычная фраза: «Да помогут нам боги», и прочие подобные означают, что имеется какая-то религия, только я не интересовался этим в должной мере, поэтому ничего не знал. Как-то мне было не до служителей богов, постоянно крутился как белка в колесе.

В общем, своей болтовнёй эти ребята могли меня здорово подставить, поэтому я им сказал, что это была просто шутка и попросил не болтать о разной ерунде. Всё же хорошо, что это дети, они даже немного расстроились и обиделись на меня за такой розыгрыш, но поверили не до конца. Вскоре они окончательно выдохлись и перестали об этом болтать, дав мне всё обдумать ещё раз. Не будь их со мной, не поленился бы остановиться и снова разжечь костёр, посмотрел бы, как на меня действует пламя. Это детей можно было убедить в том, что я над ними так пошутил, но сам я был уверен, что пламя действовало на меня как-то не так.

Несмотря на спешку, к нужной нам деревне мы пришли, когда уже стало темнеть. Не у всех встреченных деревень имелся частокол, но у этой он был и видно, что к охране относились серьёзно, по крайней мере, ухаживали как за частоколом, так и за рвом вокруг него. Правда, я не увидел какой-то охраны, наверное, люди ограничились частоколом, а выставлять часовых посчитали лишним.

Я чуть глотку не сорвал, пока пытался хоть до кого-то докричаться и уже думал, что детям снова придётся ночевать на улице.

– Кто такие? – Услышал я строгий голос, когда уже хотел отправляться к роще неподалёку. – Откуда пришли и к кому?

Над частоколом появился какой-то старик, смотрящий на нас и подслеповато щурясь.

– Мы племянники вашего кузнеца, – тут же заголосил старший из братьев. – Дядюшки Харла.

– Вот значит как, – старик плюнул в нашу сторону. Надеюсь, что сделал он это просто так, по привычке, а после буркнул, чтобы мы ждали, сразу никто ворота отворять не стал.

Угу, зачем отворять ворота? А вдруг вражины пришли, и в их неприступную деревню ворвутся полчища супостатов. Как мне кажется, эту деревню можно быстро и легко вырезать, никто бы и пикнуть не успел. Мы тут минут двадцать орали, а откликнулся какой-то старик, наверное, он у них самый бдительный.

Вскоре над оградой появилось ещё одно суровое лицо, которое тут же расплылось даже не в довольной, а в счастливой улыбке, а дети тут же закричали и замахали руками. Калитки на воротах не было, их начали опускать. Я облегчённо выдохнул, всё же не знал, как примут детей, а вдруг бы их дядя сказал, что не собирается ещё два рта кормить. Этот мир слишком жесток, всякое бывает, но этот здоровяк своих племянников явно любит.

– Ну, парни, – я присел около детей, – слушайте своего дядю, а мне пора.

– Ты куда? – Один из ребят схватил меня за руку, как будто испугался. – Дядя Харл хороший, оставайся тоже у него жить.

Ответить я не успел, ворота грохнулись и из деревушки тут же выскочил здоровенный детина. Хотя если он кузнец, то просто не может быть слабым и худым, в нашей деревне кузнец тоже богатырских статей, а этот по размерам даже его превосходит.

Ростом не меньше двух метров, мощные руки, наверное, у него один бицепс как обе мои ноги. При первом взгляде на нас его лицо было суровым, а когда он узнал своих племянников, оно разительно преобразилось, стало даже каким-то детским, только дети могут вот так искренне улыбаться. На руках шрамы от ожогов, что говорило о том, что мужчина часто имеет дело с огнём. Одет как и все, на теле рубаха, а на ногах штаны из плотной ткани и кожаные сапоги, явно торопился, ничего тёплого не надел. Он тут же подхватил довольно хохочущих детей на руки и начал их тискать, а уже потом озаботился тем, что мальчишки пришли не со своими родителями, а с каким-то незнакомым парнем.

– Как там мама, папа? – Полюбопытствовал он у детей. Но заметив, как они враз помрачнели, тоже нахмурился.

– Их пираты захватили, – сказал я. – Из всей деревни мы втроём на свободе остались, повезло.

После такой новости лицо кузнеца стало таким, что стало сразу понятно, что этого здоровяка пираты сроду бы живьём не взяли, просто не смогли бы.

– Ладно, – вздохнул он, – идём в дом, там всё расскажете.

– До свидания, – помахал я рукой детям, но уйти не успел. Кузнец схватил меня за руку, зажав как в тисках.

– Ты куда пошёл, у тебя где-то недалеко родственники живут? – Спросил он.

– Нет у него никого, – ответил один из мальчиков, снова не дав мне ответить. – Папа на охоте погиб, а маму и двух братьев тоже пираты схватили, пока он сам на охоте был.

– Ну и куда ты тогда пошёл? Идём в дом, небось голодные.

Я не скромничал, сначала планировал переночевать здесь в нормальной постели, если бы меня позвали, а уже потом двинулся бы дальше, оставаться в деревне не собирался. Сейчас мне снова хотелось разжечь костёр и посмотреть, будет ли повторение вчерашней истории. К тому же светить своими способностями кому-то ещё не хотелось. Сейчас ребята устали, покушают, помоются и лягут спать, но потом, несмотря на мою просьбу, могут разболтать о случившемся. А я не знаю, как местные относятся к людям с такими способностями, да и магия ли это была.

Кузнец жил богато, дом у него даже больше, чем наш предыдущий, а это говорило о многом. Впрочем, в этой деревне все люди жили неплохо по сравнению с другими увиденными мною ранее. Дом у кузнеца в два этажа и широкий двор со скотиной, имелась даже своя баня. Кстати, она была растоплена и нас сразу же погнали мыться. Тут всё просто, сначала моются взрослые, а потом дети.

В этом мире бани были широко распространены, люди часто мылись, по крайней мере, в деревнях, где дрова были легкодоступны. У кого-то топили по-чёрному, а вот у кузнеца банька была просто превосходная. Пока я знакомился с женой кузнеца, которую звали Авилла, он успел подкинуть дровишек. В общем, когда я оказался в бане, то тут же открыл печь, а огонь сразу наклонился в мою сторону. Я выругался. Как и вчера, сунул руку в пламя, но почувствовал только тепло, никакой боли и тем более ожогов.

В самой бане провёл ещё один эксперимент. Вода в котле явно была горячей, судя по поднимающемуся от поверхности густому пару, не кипяток, но всё же. Я аккуратно сунул туда сначала палец, а потом и всю руку, при этом снова никакой боли. Да уж, теперь мне лучше ни с кем в баню не ходить, сразу же заметят неладное. Холод вроде бы действовал на меня по-прежнему, тут не проверишь, ледяной воды нет.

– Тобиас, – услышал я голос Авиллы из предбанника. – Грязные вещи тут оставь, я на скамью тебе чистые положу.

– Благодарю, – ответил я и принялся мыться, хватит на сегодня экспериментов, позже со своими способностями разберусь.

Она принесла вещи кузнеца огромных размеров. Я что-то не увидел во дворе детей, может быть, у них нет, но лучше об этом не спрашивать, мало ли чего, вдруг умерли от какой-нибудь болезни, всякое бывает. Дети не дождались бани, чуть за столом не уснули, а меня хозяева начали кормить как на убой, сами тоже ужинали, наверное, чтобы не смущать гостя. Понятное дело, детей о наших приключениях расспрашивать не стали, я по сравнению с ними уже взрослый мужчина, целых пятнадцать лет. После позднего ужина мы с кузнецом отправились во двор, чтобы побеседовать в спокойной обстановке, Авилла за нами не пошла. Как я понял, этот кузнец приходится им родным дядей.

– Значит, пираты увели всех людей из деревни? – Спросил Харл, когда мы уселись на скамью.

– Всех, кто не сопротивлялся, – кивнул я. – Сам ничего не видел, на охоте был, но остались некоторые свидетели. В городе людей расспросил, которые всё видели от самого начала. Даже столицу баронства взяли очень быстро, что говорить про нашу деревушку.