Алёна Совина
Ошибка. Правильный выбор

Плейлист

Evaluation 12 – Skyfall

тима ищет свет – потанцуй со мной

Thousand Foot Krutch – Be Somebody

Драгни – Неинтересно

Nuteki – Если бы не ты

Saga – Вдвоем до старости

XOLIDAYBOY – Мания

ROM – Истеричка

Ночные Снайперы – Гавань

CARAPACEE – ПРОСТАЯ

Nuteki – Дни километры

Noize MC – Светлая полоса

3 Doors Down, Jack Joseph Puig – Here Without You

Nikitata – ПОЛЮБИ МЕНЯ СИЛЬНЕЙ

Миша Марвин – Не надо быть сильной

Глава 1. Мира

Я устало вздыхаю, смотря в очередной раз на часы. Сестра, как обычно, опаздывает. За всю жизнь не помню ни одного случая, чтобы Леся пришла вовремя.

– Мирка, привет, – она садится напротив меня со счастливой улыбкой на лице. – Спасибо, что уже заказала мне кофе.

– Нужно же было как-то скоротать время, пока жду тебя, – отвечаю ей с улыбкой. – От рассматривания белоснежного интерьера этой кофейни уже начали мерещиться врачи.

– Не преувеличивай. Я не сильно задержалась, – с легкостью произносит Олеся, не чувствуя ни грамма вины.

Я иногда ей завидую. Тоже хочу, хоть иногда, так же просто относиться к жизни и окружающим.

– Конечно, что такое полчаса? Лишь секунда для вселенной.

– Не начинай. У меня все равно нет на это времени.

– Так зачем ты захотела встретиться?

– У моего Яра скоро день рождения, – на лице сестры улыбка становится еще счастливее.

– А я-то тут причем? – хмурюсь в ответ.

Я видела этого парня всего несколько раз и ни разу с ним не разговаривала, не считая приветствия при знакомстве. Леська приводит его на семейные праздники, которые каждый раз заканчиваются скандалами. И именно из-за него.

Родители категорически против отношений сестры с этим Ярославом. Как только Леся связалась с ним, начала еще больше перечить, игнорировать их звонки, прогуливать университет, и часто не приходить домой ночевать, никого не предупредив.

Меня же этот парень настораживает. Леська высокая, и ее макушка на уровне его подбородка, а вот мне приходится высоко задирать голову, чтобы увидеть его глаза. Они, кстати, тоже пугают. Никогда не видела такого цвета радужки. Настолько светло-серые, что, если в фоторедакторе настроить цветокоррекцию на пару тонов светлее, они станут белыми. Я была уверена, что Ярослав носит линзы, пока Леська меня не переубедила. У него на самом деле от природы глаза такого цвета и стопроцентное зрение, а значит, в линзах точно не нуждается. Одно радует – парень не фанат тяжелых весов. Если бы он был еще и качком, я бы вообще обходила его стороной и старалась не попадаться на глаза, от греха подальше.

– Я хочу устроить для него вечеринку на нашей даче.

– Родители никогда не согласятся на это.

– Поэтому мне и нужна твоя помощь.

– Я не буду им говорить, что твой Ярослав хороший парень, и нужно дать ему шанс, – отзываюсь сразу же. – Мне кажется, они правы. Я понимаю, плохие парни притягивают, но он не тот, кто тебе нужен.

– Да что ты понимаешь? Опыт с одним парнем, это не опыт, – фыркает сестра в ответ и закатывает глаза. – И я не об этом хотела тебя попросить. Родителей никто не сможет переубедить. Ты же знаешь, если папа вынес вердикт, то он неоспорим.

– Тогда чем я могу помочь?

– Скажи родителям, что хочешь устроить праздник для какой-нибудь своей университетской подружки. Они все равно их всех не знают.

– Ты хочешь, чтобы я соврала родителям? – начинаю злиться, хоть и не удивлена. – Только для того, чтобы ты устроила попойку на нашей даче для своего парня, с которым всего несколько месяцев встречаешься?

– Мирочка, пожалуйста. Только ты можешь мне помочь, – умоляет сестра, состроив ангельское выражение лица. – Обещаю, все будет в порядке. Ты, кстати, тоже приглашена. Сможешь хорошенько отдохнуть.

– Спасибо, но я, пожалуй, откажусь от приглашения.

Не хочу смотреть на пьяную толпу и делать вид, что мне весело. А ходить с недовольным лицом совесть не позволит. День рождения все-таки. Да и зачем находиться там, где не хочешь, если есть выбор?

– Это значит, ты поможешь? – уточняет Леся с надеждой в голосе.

– Помогу, – говорю обреченно. Как можно отказать, когда сестра так просит? – Но учти, если все вскроется, отвечать перед родителями будешь без меня.

– Обещаю, все будет отлично! – визжит сестра на все кафе, из-за чего некоторые посетители начинают смотреть на нас с укором, и мне становится неловко за поведение сестры. – Но отказаться от приглашения ты не можешь. Как будешь объяснять родителям, что устроила вечеринку для подруги на нашей даче, а сама осталась дома?

– Переночую у Наташи.

– Нет, так не пойдет, – улыбается она заговорщически. – Ты просто обязана приехать на праздник и получше узнать Яра. Уверена, ты быстро поймешь, насколько сильно родители ошибаются на его счет.

– Ладно, – сдаюсь я, не скрывая отсутствие радости от предстоящих выходных.

Она ведь все равно не отстанет, пока не соглашусь. А на празднике найду укромный уголок и постараюсь избегать именинника с его, порой излишне, активной девушкой.

– Отлично! Не забудь надеть симпатичное платье, желательно выше колен. Пусть все видят, какая моя сестра красотка.

– Платье? На даче? – уточняю с усмешкой.

– Конечно. Это же будет вечеринка.

– Ладно. Как скажешь.

У нас большая семья. У мамы два брата, а у отца – один брат и две сестры. У всех свои семьи и по двое-трое детей. В свое время они скооперировались и создали семейный бизнес. Сначала это было пару точек на рынке, а сейчас они владельцы торговых центров в нескольких городах. Каждый является учредителем компании, но папа еще генеральный директор, а мамины братья – его заместители.

Родители очень боялись, что мы с сестрой вырастим избалованными, привыкшими получать все, что захотим, поэтому растили нас в строгости. Следили за успеваемостью в школе, а сейчас и в университете. Всегда присматривали за нашим кругом общения. Также во что мы одеты и во сколько возвращаемся домой.

Со мной никогда не было проблем, а вот с Леськой – всегда. Она на два года старше, и мама часто говорит: «Бог, видимо, подарил мне второго ребенка, чтобы я находила в нем успокоение после всех выкрутасов первого».

Они не диктаторы, как со слов сестры думают ее друзья. Просто переживают за нас и хотят, чтобы у нас с ней было все хорошо.

– Мам, пап, привет, – захожу я в гостиную и целую родителей в щеки.

– Как погуляла? – улыбается мне мама.

Ей скоро исполнится пятьдесят, и так как она не бегает по косметологам, как делают большинство ее подруг, выглядит лишь слегка моложе своих лет. Но это не значит, что при взгляде на нее видишь уставшую женщину средних лет. Нет. Ее длинные, шелковистые волосы такие же темные и без седины, как и в молодости. Кожа на лице до сих пор подтянута и не выглядит тусклой. Лишь глаза и лоб тронули мелкие морщинки. Именно они указывают на ее возраст. Сестра очень на нее похожа, только ростом пошла в семью отца. В его роду все высокие.

– Хорошо. Погуляли с Мариной вдоль набережной, а потом посидели в кафе.

– Что за Марина? – отрывается папа от ноутбука.

Он в этом году отпраздновал свой пятьдесят пятый день рождения. И вот он не выглядит моложе своего возраста. За прошлый год постарел лет на пять. Глаза всегда усталые, и морщины стали более глубокие. Седина не пощадила ни один русый волосок на его голове. Но если бы дело касалось лишь внешности. Родители скрывают, но я уверена, у папы начались проблемы со здоровьем. Уже несколько раз видела, как он хватается за сердце. Еще у него появилась отдышка, а ведь он никогда не курил.

– Мы учимся вместе. Я как-то рассказывала о ней. Ты, наверное, забыл, – продолжаю врать.

Папа никогда не признается, что мог что-то забыть. И, надеюсь, сейчас будет так же. Ох, Леська, когда-нибудь я обязательно тебе откажу.

– Да, что-то припоминаю, – бубнит отец задумчиво. – О чем болтали?

– Об учебе в основном. Послезавтра ведь последний экзамен.

Даже не верится, что уже конец сессии, и впереди два месяца отдыха. Точнее, почти. В конце осени у меня практика, и нужно еще найти, где буду ее проходить. Варианты, которые предлагает университет, мне не нравятся.

Я перехожу на третий курс факультета лингвистики. После учебы собираюсь работать переводчиком. Еще со школы знаю в совершенстве английский, а сейчас изучаю французский и испанский.

– Какая ты у нас все-таки умничка, – улыбается мне мама.

– Олесе нужно брать с тебя пример, – произносит папа недовольно, поглядывая на часы на стене. – Кстати, где она? Уже десять.

– Небось снова с Ярославом, – ворчит мать в тон отца.

– Мам, пап, – спешу их перебить, пока у них окончательно не испортилось настроение. – У Марины в субботу день рождения, и она не знает, где праздновать. Я подумала, раз сессия уже будет закрыта, мы с девочками можем отпраздновать у нас на даче. Купим еду в ресторане, посидим в беседке, посплетничаем.

– Хорошая идея, – поддерживает меня мама.

– Будут только девочки? – уточняет папа с недоверием.

– Пап, ты же знаешь. Все эти вечеринки с толпой пьяных парней не для меня.

– Ладно. Ты еще ни разу нас не подводила. Мы с мамой не против. Ключи от дачи знаешь, где лежат.

– Спасибо! – восклицаю и обнимаю каждого родителя. – Обещаю, все будет хорошо.

Надеюсь, Леська сдержит свое слово. Не хочу, чтобы у папы случился сердечный приступ из-за моей помощи ей.

– Ужинать будешь?

– Нет. Пойду к себе в комнату. Еще раз повторю общую теорию перевода.

– Хорошо. Если проголодаешься, найдешь все в холодильнике.

Я еще раз обнимаю родителей и ухожу к себе. Как только падаю на кровать, тяжело вздыхаю. Ненавижу врать, а особенно родителям. Хорошо хоть, что они не стали спрашивать у меня, где Леся. И когда она возьмется за ум? В следующем году заканчивает университет, но даже не задумывается о дипломе. Не удивлюсь, если сестра уже нашла того, кто будет его писать за нее. Но ведь работать потом за нее никто не будет. Неужели она этого не понимает?

Леська, в отличии от меня, собирается вникать в семейный бизнес. Она учится на факультете менеджмента по направлению маркетинга. Папа был счастлив, услышав ее решение, но не долго. Мы быстро поняли, что сестра этим просто задобрила родителей после того, как за месяц до выпускных школьных экзаменов уехала с очередным своим парнем за шестьсот километров от дома. В объяснение нам было сказано: «Мне нужно развеяться. В последнее время слишком много суеты из-за простых экзаменов». И все бы ничего, но Леська позвонила нам, когда мы уже обзванивали больницы и морги.

– Это последний раз, когда я вру из-за тебя родителям, – отвечаю на звонок сестры.

– А если ради меня? – слышу вопрос с усмешкой.

– В твоем случае, это одно и то же.

– Так что сказали предки? Разрешили?

– Да. В субботу дача в твоем распоряжении. Но Лесь, я заверила родителей, что там будут только девочки, и мы тихо и спокойно отпразднуем день рождения Марины.

– Кто такая Марина?

– Я с ней учусь, – произношу устало. – Не важно. Ты уверена, что все будет хорошо, и вы ничего не разгромите?

– Уверена. Обещаю, я не буду пить и за всем прослежу, а ты сможешь расслабиться и хорошенько отдохнуть.

– Хорошенько отдохнуть в твоем понимании – это напиться и с кем-нибудь переспать. Такой отдых не для меня.

– Ты ни разу не пробовала, чтобы знать наверняка, – смеется Леся над моими словами.

– Тебе весело, когда ты просыпаешься в постели с незнакомым парнем?

– С незнакомцем я еще ни разу не просыпалась, – серьезным голосом отвечает она. – Но не вижу в этом ничего смертельного. Особенно, если он хорош в постели, – снова смеется сестра.

– Неисправима, – бубню я. – Ты когда дома будешь? Родители уже злятся, что тебя до сих пор нет.

– Пусть злятся, раз не могут понять, что я уже не маленькая, – ворчит Леська. – Это ненормально, что я должна быть дома в десять, когда мне уже двадцать два. И тебе, кстати, в твоем возрасте тоже.

– Они просто беспокоятся. Не вижу в этом ничего плохого.

– Беспокоиться – это просить писать сообщения, чтобы не ждали. А они пытаются нас контролировать.

– Если бы ты не вела себя так безответственно, то и контроль был бы меньше. За мной же они так пристально не следят, – оправдываю родителей.

– Какой смысл за тобой следить? Ты ведь живешь по инструкции прилежной девочки. Даже с невинностью попрощалась, только когда Серега сделал тебе предложение. А перед этим вы сколько встречались? Два года? И чем это закончилось?

Мы с Сережей были одноклассниками. Начали встречаться уже в выпускном классе. Мне всегда хотелось, чтобы в моей жизни был всего один мужчина, поэтому и не торопилась с близостью. В конце первого курса он сделал мне предложение, и я согласилась. Все было красиво. Семейный ужин в ресторане с нашими родителями, цветы, кольцо. Моему счастья не было предела. Все складывалось, как я мечтала. В тот же вечер осталась ночевать у него, с разрешения родителей, конечно же. А через пару месяцев узнала, что все два года он мне изменял.

– Тебе обязательно о нем напоминать? Уже второй раз за день.

Прошел уже год, а до сих пор не отпустило. Не то, что я до сих пор его люблю. Скорее, до сих пор больно от предательства человека, которого считала родным.

– Прости. Я не хотела, – говорит Леся виновато.

Но я-то знаю, на самом деле ей все равно. Она что тогда не понимала, почему я так переживала, что сейчас.

– Проехали.

– Ты уже подумала, в чем будешь? Если хочешь, я могу пройтись с тобой по магазинам и найти сногсшибательный наряд.

От виноватого тона не осталось и следа. Леська уже снова весела и, как обычно, ни о чем не переживает. Похоже, я снова ей завидую.

– Нет, я еще не думала в чем буду на празднике твоего Ярослава. Мне куда важнее подготовиться к последнему экзамену, который уже послезавтра. Про твою сессию даже спрашивать не буду. И нет, со мной не нужно идти по магазинам, я подберу что-нибудь из того, что есть. А если нет, то справлюсь без твоей помощи. Мне не нужно ярко-красное платье, которое будет прикрывать чуть больше, чем это делает нижнее белье.

– Я бы ни за что не позволила купить тебе что-то красное. Это не твой цвет. Совсем другое дело, маленькое сексуальное черное платье. Ты же в курсе, что у каждой уважающей себя девушки должно быть такое в гардеробе?

– Если речь идет о платье в твоем стиле, то оно скорее для других девушек. У которых чем меньше ткани на теле, тем больше доход.

– Какая же ты моралистка. Скучно с тобой.

– Уж прости, что я не такой вечный праздник, как ты, – язвлю в ответ. – Мне не прельщает перспектива, что парни, глядя на меня, мысленно будут иметь меня во всех позах. Во мне должны видеть не только кусок мяса, но и личность.

– Почему ты относишься к сексу, как к чему-то непристойному?

– Это неправда. Просто я считаю, что девушка не должна спать со всеми подряд. Не представляю, как можно позволять касаться себя тому, к кому ничего не чувствуешь.

– Почему ничего? Помимо любви существуют еще такие чувства, как страсть и желание. Не понимаю, твой Серега вообще в постели ни о чем, что ты не знаешь такие очевидные вещи?

– Лесь, не перегибай, – звучит мужской голос у сестры.

Она что, не одна сейчас?

– Это Ярослав?!

Не хватало еще, чтобы он был в курсе моей интимной жизни!

– Да, он пару минут назад вернулся домой.

– И он слышал всю последнюю часть нашего разговора?!

– А что в этом такого? Если ты так уверена в своих взглядах, чего тогда стесняешься?

– Может того, что это слишком личное?!

Это какой-то кошмар. Как так можно? Ладно, я давно смирилась с тем, что у нас кардинально разные взгляды на жизнь. Но не обсуждать же такое в присутствии посторонних! Пусть про свою интимную жизнь всем рассказывает!

– Тебе что, шестнадцать лет? – продолжает гнуть свою линию сестра.

– Лесь, я устала и хочу спать. Спокойной ночи. Ближе к выходным обсудим причину нашей сегодняшней встречи.

– Хорошо. Сладких снов. И пусть тебе приснится горячий парень, – говорит она с усмешкой и сбрасывает вызов.

Глава 2. Ярослав

Так не может больше продолжаться, пора заканчивать этот цирк. Именно эти мысли посещают меня, когда я смотрю на спящую Лесю.

Вчера вечером мы сильно поссорились, и она уехала отдыхать с друзьями так быстро, что я даже не успел с ней расстаться. А сейчас она лежит рядом и мирно посапывает, будто вчера мы вовсе не кричали друг на друга.

Мы вместе уже пять месяцев. И сначала я видел в ней симпатичную девушку, которая обожает жизнь. Ее энергии может позавидовать любой, жаль только, что тратит она ее не туда. Совсем не туда.

У Леськи была такая демоверсия, что в начале я был ей очарован. Но постепенно маска хорошей девочки начала слетать. Помню наши разговоры, когда ее поступки шокировали меня. И как она с невинными глазами заверяла меня, что хочет стать лучше, и я ей в этом помогаю. Никогда не был наивен, но тогда почему-то повелся.

Именно повелся. Потому что Леся и искренность в этом мире могут существовать только в параллельных вселенных. Я до последнего надеялся, что мне это только кажется, но нет. Эта девушка уже неоднократно убеждала меня, что эгоистичнее нее почти невозможно никого найти.

Вчера упала последняя капля в мою и без того переполненную чашу терпения. За все время, что мы вместе, я ни в чем ее не ограничивал. Считаю это просто неуместным в отношениях. Каждый человек вправе делать, что хочет. Но Лесе взбрело в голову поехать в самый известный на весь запад Москвы дом. И его слава олицетворяет только нравственный упадок. Единственное, что там восхваляют – много секса и наркотики. Я ни разу там не бывал, но многое слышал от знакомых. И в моем окружении никогда не будут люди, которым такое нравится. А Леся не просто захотела туда поехать, а для нее было обязательно появиться там со мной. Уж не знаю зачем.

– Ммм… Доброе утро, – открывает глаза Олеся и потягивается, улыбаясь мне.

– Доброе.

У меня нет настроения улыбаться ей в ответ или вести милые разговоры ни о чем. Я хочу, чтобы она поскорее проснулась, и мы смогли поговорить.

Но у Леси, видимо, другие планы. Потому что она уже с хищной улыбкой ползет ко мне по кровати и виснет на моей шее.

– С днем рождения, любимый, – получаю я быстрый поцелуй, после чего ее губы медленно спускаются к шее, а потом к груди.

– Спасибо, – вскакиваю я на ноги и ухожу на кухню, продолжая говорить на ходу, – Я займусь кофе, а ты пока просыпайся.

Не знаю, задевает ли ее мое поведение или нет, мне все равно. Только она может уйти после ссоры и полночи кутить, а наутро называть меня любимым.

– Если у тебя на сегодня есть дела, то придется их отложить, – заходит Леся на кухню следом и запрыгивает на барную стойку.

Не понимаю, почему ей нравится все время там сидеть. Стул ведь стоит совсем рядом.

– Почему?

– Потому что у меня для тебя сюрприз. Вечером мы кое-куда едем.

Я планировал совсем другое. Мне хотелось с самого утра расставить с ней все точки над i, а вечером поехать к семье. Не то, чтобы они устраивали для меня праздник, мне все-таки не десять, но я люблю заезжать к ним в свой день рождения и дарить маме цветы.

Это наша маленькая традиция. Я приезжаю к ним без звонка, а у них для меня есть торт со свечкой. И мама не отстанет, пока та не будет задута с загаданным желанием.

Когда-то они обижались на меня, что я не праздную с ними. Но с годами поняли, что для меня этот день ничем не отличается от остальных, и я в принципе его не праздную. Да, я странный и не люблю свой день рождения. Зато обожаю Новый год и вот его всегда провожу в кругу семьи.

– Хорошо, – прикидываю мысленно, что спокойно успею днем съездить к родителям, а вечером поеду с Лесей за ее сюрпризом.

Теперь у меня язык не повернется заговорить о расставании. Она старалась и что-то готовила. Будет неправильно послать ее прямо сейчас.

– Тогда я днем уеду по делам. К вечеру вернусь.

– Какие могут быть дела в день рождения?

– Ты как раз сможешь спокойно собраться, и я не буду тебе мешать, – оставляю ее вопрос без ответа.

– Как скажешь, – спрыгивает она наконец с барной стойки и, поцеловав меня в щеку, начинает готовить свои любимые ПП-тосты.

***

Я неприятно удивлен, когда Леся привозит меня на такси на дачу своей семьи, на которой уже собралась куча наших знакомых. Хорошее настроение, полученное от проведенного с семьей времени, быстро улетучивается, не оставив и следа.

Как только мы выходим из машины, толпа малознакомых лиц кричит поздравления и по очереди меня обнимает. Среди всех людей я вижу лишь несколько, кого действительно рад видеть. Остальные скорее друзья Леси, чем мои. И все это в очередной раз доказывает, что нам с ней не по пути.

Спустя время мне удается найти более спокойное место в беседке в конце участка, и даже становится немного легче дышать. Хотелось бы найти еще уединение, но за мной увязываются три парня, двое из которых приехали со своими девушками. Нас познакомила Леся пару месяцев назад, но, если честно, я даже не помню их имен.

Когда замечаю Миру, которую Леся ведет под руку в моем направлении, из меня вырывается смешок. Уж кого-кого, а ее точно не ожидал здесь увидеть. Мы несколько раз пересекались на их семейных праздниках, и каждый раз она смотрела на меня волком, стараясь уйти от меня в противоположный конец помещения.

Если не знать, что эти девушки сестры, в жизни не догадаешься об этом. Леся высокая тощая брюнетка, с модной короткой стрижкой. С ее внешностью легко можно стать моделью. Мира же совершенно другая. Она не высокая, ее ноги растут не от ушей и нет выдающихся форм. Но девушка настолько миниатюрная, что это больше притягивает взгляд, чем фигуры присутствующих здесь фанаток диет.

– Всем еще раз привет, – говорит радостно моя девушка, как только заходит с сестрой в беседку.

Не знаю, как остальные, а я начинаю разглядывать прибывшую гостью, будто вижу ее впервые. Хотя, это недалеко от истины. Настолько близко мы стоим второй раз.

Мира кажется здесь неуместной. На ней нет откровенного наряда, не оставляющего место для фантазии. Она стоит в синем комбинезоне из блестящей ткани на тонких бретелях. И ей очень идет этот наряд. Я раньше не замечал, насколько у нее красивые голубые глаза. – Кто не знает, знакомьтесь. Это моя сестра, Мирослава.

– Просто Мира, – бубнит девушка, стараясь скрыть раздражение. – С днем рождения.

Я не сразу понимаю, что мне протягивают коробку в праздничной обертке. Она меня совсем не знает, чтобы дарить подарок. И больше, чем уверен, находится здесь не по своей воли.

– Спасибо, – прихожу в себя через пару секунд и стараюсь улыбнуться. – Я открою сейчас, ты не против?

Это был риторический вопрос. Мне слишком любопытно, что малознакомый человек может подарить. Особенно если учитывать, что ее сестра, с которой я пока все еще встречаюсь, не подарила мне даже открытку. Я так понимаю, эта вечеринка, которую я бы с радостью избежал, и есть мой подарок.

Первое, что бросается в глаза, это браслет из белого золота. И я снова зависаю на несколько секунд, потому что у него точно такое же плетение, как на моей цепочке на шее. И тут два варианта, либо она просто случайно угадала, либо очень внимательна. Но тогда получается, что она не просто купила первый попавшийся браслет, а искала конкретно этот. Тратила на меня – совершенно постороннего человека, время.

– Застегнешь? – протягиваю руку Мире, внимательно наблюдая за ее реакцией.

– Эм… Конечно

Забавно, как девушка растерянно косится на Лесю. Интересно, она боится ее осуждения или ищет помощи?

Мира так сильно нервничает, что кажется, будто вот-вот потеряет сознанием. И мне так нравится за ней наблюдать, что приходится себя одергивать и вспоминать, что я встречаюсь с ее сестрой.

– А зачем упаковка успокоительных? – достаю вторую часть подарка из коробки.

Неужели она считает меня психом, который нуждается в подобных лекарствах?

– Чтобы ты мог подсыпать их Леське, когда она будет становиться чрезмерно активной.

– Постоянно что ли? – решаю уточнить, изо всех сил борясь с желанием рассмеяться.

– Эй, я все слышу, – возмущается Леся и бьет меня легонько по плечу.

– Спасибо. Мне нравится подарок, – говорю искренне, рассматривая браслет на руке.

– Всегда пожалуйста, – отвечает она недовольно, чем сильно удивляет.

Мне всегда казалось, да и Леська тоже об этом неоднократно говорила, что Мира чересчур правильная девушка. Она никогда никому не грубит, во всем слушается родителей и просто прилежная, правильная девушка. Но я уже дважды заметил, что она только старается такой быть.

– Лесь, я пойду в комнату вещи отнесу.

Я не обращаю внимание на ответ Леси. Просто слежу за каждым движением Миры, пока она не скрывается в доме. Благодаря ее огненно-рыжей шевелюре девушку невозможно потерять в толпе. И определенно точно ее хрупкая фигура привлекает не только мое внимание. Что замечает и Леся, и меня это несколько удивляет. Радует, что хоть до сестры ей есть дело.

– Ты не мог бы пойти за Мирой? Ее комната в конце коридора на втором этаже.

– Зачем?

– Вдруг к ней кто-нибудь пристанет? Тебе будет легче решить эту проблему. И если Мира решит остаться в своей комнате, на правах именинника вернешь ее к нам.

Я не спорю с Лесей и делаю то, о чем она просит. По пути успешно натягиваю улыбку для каждого, кто в очередной раз говорит мне поздравления. И самое мерзкое во всей этой ситуации, что все слова с пожеланиями пропитаны фальшью. Каждому из них нет до меня никакого дела. Не удивлюсь, если здесь есть даже не знающие моего имени.

Подходя по моим предположениям к комнате Миры, слышу пьяную речь какого-то парня, которая в ту же секунду меня злит. Но девчонка не теряется и красиво его выпроваживает, угрожая влюбленным участковым на быстром наборе. Я даже чувствую некую гордость за нее. Какой бы скромной она не была, а постоять за себя может.

– Здорово ты его, – захожу в комнату и вижу ужасно уставшую девушку, которая точно не хочет здесь находиться. И как же хорошо я ее понимаю. – Я уже думал вмешаться, то ты и сама красиво его спровадила. А про участкового правда?

– Понятия не имею, кто здесь участковый и где обитает. Главное, что сработало.

– Приятно удивлен, – улыбаюсь ее сообразительности.

– Зачем пришел?

– Леська отправила. Подумала, что ты к нам не вернешься.

– Почему сама не пришла?

– Не по адресу вопрос. Я давно перестал пытаться понять ход ее мыслей.

Судя по ее выражению лица, ей не очень нравится поступок сестры. Я тоже считаю, что Леся должна была сама прийти сюда. Но ее довод о приставаниях показался мне немного логичным. Хотя она могла пойти со мной. Уверен, Мире было бы комфортнее находиться со мной в одной комнате, если бы ее сестра была рядом.

Вспоминая о другом парне, уже побывавшем в этой комнате, невольно задумываюсь о предстоящей ночи. Если один уже, мягко говоря, пытался привлечь к себе внимание Миры, то ближе к ночи таких пьяных экземпляров будет больше.

– У тебя на двери есть замок? – решаю уточнить, вспоминая любовь ее родителей к тотальному контролю. – Здесь немало пьяных парней.

– Со мной все будет в порядке.

Старается говорить уверенно, но выходит не очень. В отличии от Леси, Мира вряд ли часто врет и делает это неумело. И это выглядит довольно мило.

– Как знаешь, – решаю перестать смущать девушку и, пожимая плечами, почти выхожу из комнаты, незаметно рассматривая дверь на наличие замка. – Еще раз спасибо за подарок. Он действительно мне понравился.

– Мне показалось иначе, – слышу за спиной бубнеж и оборачиваюсь.

– Просто я не ожидал ничего подобного. Немного растерялся, – говорю честно.

– Растерялся из-за подарка? – слегка прищуривает взгляд, будто сканирует мои слова на обман. – В день рождения? Серьезно?

– Ты единственная, кто потратила время и купила подарок. Остальные просто перевели деньги на карту.

– Оу, – краснеет Мира.

– В общем, не задерживайся и спускайся. Ты же знаешь свою сестру, она все равно тебя отсюда вытащит.

– Буду через минуту.

Я спешно возвращаюсь на улицу. Во мне все больше зарождается непонимание, что Мира за человек. Она определенно полная противоположность сестры. Но и не такая серая мышка, как все о ней думают. У меня складывается впечатление, будто она старается держать себя в каких-то рамках.

Весь оставшийся вечер я наблюдаю за Мирой и пытаюсь ее раскусить. Но даже когда градус алкоголя в ее крови повышается, не без помощи Леси, ничего не меняется. Девчонка немного расслабляется, но рамки не исчезают.

И наблюдение за рыжей девчонкой единственное, что помогает мне пережить этот вечер. Напиваться, как все вокруг, не входит в мои планы. Я в принципе не особо люблю алкоголь и редко позволяю себе выпить бутылку пива. Но ради приличия весь вечер в моей руке стаканчик с каким-то напитком. И когда меня поздравляют, приходится делать вид, что пью вместе со всеми.

Мира несколько раз ловит мой взгляд и пару раз даже пытается во мне что-то разглядеть, но потом все равно пугливо отводит глаза. И меня очень удивляет, когда она набирается храбрости и подходит ко мне:

– Ты не знаешь, где Леся?

– Нет. Зачем она тебе? – стараюсь быть серьезным, но на самом деле забавляюсь ее неуверенности рядом со мной.

Рядом с другими не замечал у нее такую реакцию. Почему она так реагирует именно на меня? Неужели я такой страшный для нее?

– Передай ей, что я ушла спать.

– Я провожу тебя до комнаты, – произношу на автомате, сам от себя не ожидая.

– Я не настолько пьяна.

– Зато остальные настолько. Хочешь еще раз проверить, насколько действенны угрозы влюбленным участковым?

– Нет, – отвечает тихо, оглядываясь вокруг.

– Рад, что ты еще в состоянии здраво мыслить. Пойдем.

Беру ее под локоть, но девчонка сразу вырывает руку. Меня вновь забавляет ее реакция. Хочет казаться сильной и независимой? Пожалуйста, мне не жалко. Но веду ее в дом, рефлекторно прикрывая собой возле особенно пьяных людей.

Когда мы заходим в комнату, Мира что-то говорит, но мне не до этого. Я осматриваюсь по сторонам:

– Ты говорила, что с тобой все будет в порядке. Каким образом, если на двери нет замка?

– Если сказала, что все будет хорошо, значит так и будет.

– И все же.

– Я собираюсь передвинуть комод.

Мира указывает в сторону стены возле двери. С виду этот комод не очень легкий. Интересно было бы посмотреть, как она сама будет это двигать и не сломается. Но воспитание не позволит спокойно наблюдать за этим, поэтому закрываю дверь и принимаюсь за дело.

Я ожидаю простой благодарности, а получаю испуганный взгляд округлившихся голубых взгляд. И замечая, как Мира безуспешно пытается сделать вдох, не могу удержаться и смеюсь:

– Я ничего тебе не сделаю.

– А… Ты… Как…

– Успокойся. Дыши, – продолжаю смеяться. – Я вылезу в окно.

– Но тут же второй этаж.

– У тебя прямо возле окна растет дерево. Я спущусь по нему. Но можешь не переживать, вряд ли кто-то пьяный сможет по нему взобраться.

Я специально на улице обратил внимание на окно ее комнаты. Правда не для того, чтобы потом вылазить из него, а чтобы оценить, сможет ли к ней в комнату кто-нибудь пробраться.

– А ты не упадешь с него? Ты ведь тоже пьян.

– Переживаешь за меня? – шучу, чтобы разбавить обстановку. Хотя мне нравится наблюдать за ее растерянностью с примесью смущения. – Не стоит. Я выпил немного.

– Я не за тебя переживаю, – скрещивает руки под грудью, будто это может спасти от моего насмешливого взгляда. – Просто не хочется оправдываться перед сестрой, почему ее парень переломал себе конечности, выбираясь по дереву из моей комнаты.

– Тут не настолько высоко, чтобы в случае неудачи переломать конечности. Но если ты настолько беспокоишься, могу остаться ночевать здесь. Я все равно уже собирался уходить спать.

– Нет! – восклицает Мира, чем вызывает у меня новую волну смеха. – Оправдываться перед Леськой, почему ты спал в моей комнате, будет еще хуже. Я закрою за тобой окно.

– Ты забавная, – произношу искренне и подхожу к окну. – Спокойной ночи, – добавляю тихо и спрыгиваю с подоконника на дерево.

Тут на самом деле нужно постараться, чтобы промахнуться и упасть. Оно растет слишком близко к дому.

Как только оказываюсь на земле, поднимаю голову и проверяю, наблюдает ли за мной Мира. Для себя решаю, что если она будет смотреть на меня, то переживает. И понимаю, что мне очень этого хочется.

Улыбка сама появляется на лице, когда замечаю, как, ловя мой взгляд, она сразу же закрывает окно и задергивает занавески. И я почему-то уверен, что в эту секунду ее щеки покрываются румянцем.

После этого сразу ухожу спать в комнату Леси. Даже не пытаюсь ее найти. Уверен, ей весело и без меня, потому как час назад она все-таки взяла бокал в руки. Почему она не выпивала с самого начала вечера для меня загадка, на которую даже не хочется искать ответ. Тем более мысли крутятся вокруг совершенно другой девушки.

Перед сном я то и дело прокручиваю в голове весь вечер. Вспоминаю каждую деталь и каждый взгляд Миры.

Ей точно не хотелось сегодня здесь находиться, но по какой-то причине она все-таки приехала. И я точно уверен, что не обошлось без Леси. Та весь вечер следила, чтобы у нее был полон бокал. Не знаю, для чего это делала моя девушка, но со временем спина Миры немного расслабилась, и разговоры с незнакомыми людьми ей начали даваться легче.

Что-то я слишком много думаю о рыжей. Это неправильно, но ничего не могу с собой поделать. Она настолько сильно отличалась сегодня от других присутствующих девушек, что это было невозможно не заметить. Я никогда не любил всех этих расфуфыренных кукол, поэтому Мира сегодня и привлекла мое внимание.

Когда мы с Леськой начали встречаться мне тоже казалось, что она не такая. Но я ошибся. И теперь меня одолевает желание узнать, не ошибаюсь ли я сейчас рассуждениями о Мире.

Глава 3. Мира

Меня будит странный звук. Я даже не сразу понимаю, что это стук в окно.

С трудом переставляя ноги и протирая глаза, в надежде хоть как-то прийти в себя, приходится отдернуть занавеску, чтобы понять происходящее.

Видя Ярослава на дереве, сразу же теряюсь. Не знаю, начать заикаться от испуга или смеяться над видом пыхтящего раздражением парня.

– Ты долго будешь так стоять? Вообще-то тяжело, – шипит он на меня.

Приходиться открыть окно и впустить его в комнату, пока не проснулся весь дом. А главное, Леська. Не представляю, как буду ей все это объяснять. Тем более, сама не до конца понимаю происходящее.

– Сколько сейчас времени?

– Восемь утра, – произносит Ярослав спокойно. Потом быстро пробегается по мне взглядом и начинает улыбаться. – Милая пижама.

Ну, конечно. Он, наверное, уже привык к красивым пижамам Леськи с шелковыми маячками на тонких бретелях и шортиками. Да и уверена, другие его девушки тоже носили нечто подобное. Я же стою перед ним в хлопковых штанах в клетку и укороченной футболке с Беззубиком из мультика «Как приручить дракона».

– Рада, что тебе нравится, – скрываю смущение за сарказмом. – Зачем пришел, еще и так рано?

– А ты бы предпочла, чтобы все увидели, как я лезу в твое окно?

– Мог просто не лезть, и проблем бы не было.

– Я думал, ты обрадуешься, что не придется самой двигать комод. Сомневаюсь, что такая девочка как ты, сможет спуститься по дереву.

– Это вызов? – я смотрю в его глаза и мне кажется, вижу в них озорной блеск.

– Нет. Я все равно не позволю тебе это сделать. Не хотелось бы, чтобы ты поранилась.

– А ты не думал, что если я собиралась самостоятельно двигать комод к двери, то и отодвинуть смогу?

– Не сомневаюсь в этом, – перестает он улыбаться, и ко мне возвращается вчерашний Ярослав.

Жаль. В хорошем настроении он пугает меня меньше.

– Только вот меня воспитывали с понятиями, что девушки не должны делать ничего подобного.

– Ты точно встречаешься с моей сестрой? Может просто подыгрываешь ей, чтобы позлить наших родителей?

Не в обиду Леське, но все ее предыдущие парни не имели даже малейших представлений об уважении и заботе о женщине. Нет, они ее не били, вроде бы. Но могли спокойно позволить ей носить тяжелые пакеты, идя рядом налегке и попивая пиво. Или позвонить ей посреди ночи, чтобы она забрала их пьяных из бара. Я уже не говорю о том, что от них невозможно было добиться поддержки. Если у сестры что-то случалось, она была вынуждена прийти ко мне.

И сейчас я смотрю на Ярослава и не верю своим ушам. Может он и не нравится нашим родителям, и не самый лучший вариант для «жили долго и счастливо», но это первый парень Леси, в котором есть хоть что-то хорошее.

– С чего такие вопросы?

– А ты, кстати, не подумал, что мы разбудим весь дом, передвигая комод в такую рань?

– Тебе стоит научиться менее заметно менять темы разговора, – на лице Ярослава снова расцветает улыбка. – Честно говоря, об этом я на самом деле не подумал. Но в любом случае, это не наши проблемы. Вечеринка давно закончилась, и всем пора расходиться. Нужно еще дом в порядок привести.

– Ты будешь помогать убираться? – смотрю на него ошарашенно.

– Знаешь, у меня скоро созреют вопросы о твоем бывшем. Как его звали? Сергей вроде?

– Дело не в нем, – вырывается из меня быстрее, чем я успеваю подумать.

Это все из-за вопроса о Сереже. До сих пор передергивает, когда речь заходит о нем.

– Прости. Леська просто говорила, что у тебя был только один парень, вот я и подумал… – пожимает он плечами, будто это нормально разговаривать с малознакомой девушкой о ее бывшем. – В любом случае, я не понимаю твоего удивления.

– Давай просто откроем дверь и каждый займется своими делами.

Он несколько секунд смотрит мне в глаза, после чего отворачивается и передвигает комод на место. К счастью, он делает это не слишком шумно. Сестра вряд ли проснется. А остальные после такого бурного веселья ночью, даже если проснутся и увидят выходящего из моей комнаты Ярослава, все равно ничего не поймут.

Пока он занят, я его разглядываю. Самая обычная стрижка с растрепанными русыми волосами. Тело в хорошей физической форме, но не перекаченный. Таких называют жилистыми.

– Увидела на мне что-то интересное? – Ярослав даже не пытается скрыть насмешку.

– Да нет, ничего необычного.

– Ну ладно, – смеется парень над моим ответом. – Проход открыт. Можешь приводить себя в порядок и спускаться. Я пока приготовлю нам кофе.

– Спасибо, но я буду зеленый чай с мятой. Найдешь его в шкафчике над чайником. Кофе и турка там же, на верхней полке. А если предпочитаешь растворимый, то он в нашем доме не водится.

– Не задерживайся, иначе будешь пить свой чай холодным.

Я быстро принимаю душ, который, к счастью, находится на этом же этаже, умываюсь, переодеваюсь в спортивный костюм и спускаюсь на кухню.

На удивление, от нашего шума никто не проснулся. И это заставляет меня нервничать. Я совсем не рассчитывала на завтрак в компании парня сестры, который вводит меня в замешательство. За последние сутки мы не так много говорили, но у меня уже зародились сомнения, не ошибаются ли родители на его счет.

К моему появлению на кухне Ярослав уже сидит за столом, пьет кофе и что-то читает в телефоне, а напротив него стоит еще одна кружка. Как только я присоединяюсь к нему, парень, к сожалению, сразу откладывает телефон в сторону. Мне бы хотелось посидеть в тишине.

– Спасибо за чай.

– Пустяки. Я ведь тебя разбудил. Считай, так я хотел загладить вину.

– В этот раз засчитано. Но в следующий раз одного чая будет маловато, – говорю, не подумав, и чувствую неловкость.

– В следующий раз? – его губы растягиваются в довольной улыбке. – Так и знал, что номер с окном произведет на тебя впечатление.

– А ты хотел произвести впечатление? – решаю не теряться и ответить ему той же монетой.

Покраснеть от смущения успею потом, когда буду вспоминать этот странный разговор.

– Пока не понял. А тебе какой ответ больше понравится?

– В котором ты вспоминаешь, что встречаешься с моей сестрой.

Мне кажется, на долю секунды с его лица пропадает улыбка. Но это происходит настолько быстро, что я не уверена.

– Как тебя вчера занесло на эту вечеринку? Мне показалось, тебе не очень по душе такие сабантуи.

– Угадай с трех раз.

– Леська, – улыбается он еще шире. – Не удивлен.

– Кстати, а сколько тебе вчера исполнилось?

Я вдруг понимаю, что не знаю о парне сестры столь банальную вещь. Как и то, где он учился, кем работает и все в этом роде.

– Двадцать семь.

– Ого, – вырывается у меня.

И почему рядом с ним у меня не получается держать язык за зубами?

– То есть, ты выглядишь моложе, – спешу оправдать свою глупую реакцию.

– А тебе вроде двадцать, да?

– Два месяца назад исполнилось.

О том, что он был на моем дне рождении, решаю промолчать.

– И каким именно образом Леська заставила тебя прийти на мой праздник?

– Просто попросила. Очень убедительно попросила.

– А ваши родители знают, что за праздник был на их даче?

– Давай ты спросишь это у Леси, – боюсь, если расскажу правду, то подведу ее. Не уверена, что она собирается рассказывать ему все, как есть. – Это она все организовала. Я здесь лишь гостья.

– Хорошо. Поговорим о другом, – кивает Ярослав с хитрым прищуром. – Почему боишься меня? Всегда, если мы встречаемся, ты моментально напрягаешься, стараешься не встречаться со мной взглядами, а на ваших семейным сборищах вообще предпочитаешь находиться в другом конце помещения.

– Тебе показалось.

– Да? – изгибается его бровь. – Ты вчера чуть сознание не потеряла, пока застегивала браслет на моем запястье.

– Я просто не поняла, почему ты не попросил об этом Леську.

– А вы с ней очень разные, тебе говорили?

К моему счастью, на кухню заходят два парня и девушка. Они с трудом переставляют ноги, и их глаза еще не до конца открылись, а рты издают непонятные звуки. Наверное, это приветствия.

Я решаю воспользоваться моментом и улизнуть от разговора с Ярославом, который мне совершенно не хочется продолжать. Рядом с ним чувствую себя неуверенно, и мне это не нравится. А еще он становится мне интересен, что вообще недопустимо. Если родители узнают о нашем общении, это будет катастрофа. А если еще узнают, что я хорошо к нему отношусь, вообще случится подобие апокалипсиса. Мне не нужны такие проблемы из-за очередного парня Леськи. Не удивлюсь, если через полгода она даже не вспомнит его имени.

– Спасибо за чай, – говорю неловко, вставая со стула. – Пора браться за уборку. Я начну с беседки, а ты пока иди будить Леську. Отдохнет, когда закончит с делами.

– Как скажешь, – встает он следом за мной и усмехается. – Но тебе не обязательно нам помогать. Можешь поехать домой. Я прослежу, чтобы здесь все было убрано.

– Предлагаешь поверить тебе на слово?

– Да. Я ведь не давал тебе поводов мне не доверять, разве нет?

От пристального взгляда почти белых глаз становится не по себе. Как ему это удается? Еще пять минут назад мне было неловко рядом с ним, но я не побаивалась его. А сейчас мне хочется поскорее скрыться от его взора.

– Тогда я лучше поеду домой. У меня сегодня еще много дел.

– Я сейчас позвоню брату. Он приедет и заберет тебя.

– Не стоит. Я прекрасно доберусь на такси. Но спасибо за предложение.

Ярослав в ответ лишь молча кивает. Я стараюсь выдавить милую улыбку, но сомневаюсь, что получается удачно, и тороплюсь уйти в свою комнату. Хочу поскорее забрать вещи и уехать. Такси можно подождать и на улице.

Когда спускаюсь по лестнице, держа сумку одной рукой, а другой – вызывая в телефоне такси, сонная сестра преграждает мне дорогу:

– Ты куда?

– Домой. Уже вызвала машину.

– Я думала, ты поможешь мне с уборкой, – Леська смотрит на меня с удивлением. Кажется, она даже немного взбодрилась.

– Ярослав сказал, моя помощь не нужна.

– А ты и рада побыстрее свалить.

– Если тебе нужна моя помощь, можешь просто сказать об этом. Будет эффективнее упреков.

– Твоя правильность иногда так утомляет, – показательно зевает сестра.

Ужасно бесит, когда она становится такой, но и ругаться с ней совсем не хочется. Тем более, она может сейчас плюнуть на все и уехать, прекрасно зная, что я обязательно наведу здесь порядок. И не только для того, чтобы родители снова с ней не поссорились, а чтобы их не расстраивать. – Так ты останешься помочь?

– Да.

– Нет, – выходит из кухни Ярослав. – Ты устроила вечеринку. День рождения был мой. Значит, и убираться нам. Твоя сестра была гостьей на празднике.

Теперь его холодный пронзительный взгляд сверлит Леську. И хоть сейчас он направлен не на меня, все равно становится не по себе. И меньше всего мне хочется присутствовать при их ссоре, не говоря уже о том, чтобы быть ее причиной.

– Мне не сложно, – пытаюсь сгладить ситуацию, но судя по недовольному виду парня, которого аж передергивает от моих слов, получается не очень.

– Не сомневаюсь в этом. Однако, мы с твоей сестрой справимся сами, – одаривает меня секундным вниманием и снова продолжает сверлить взглядом Лесю. – Достаточно того, что тебе было не сложно приехать на праздник почти незнакомого парня просто потому, что тебя попросили.

– Яр… – пытается возразить сестра.

– Мира, еще раз спасибо за подарок. Рад был познакомиться с тобой немного ближе, но тебе уже пора. Не стоит откладывать свою кучу дел.

Ярослав даже не поворачивается в мою сторону. Он говорит, не отводя взгляд от сестры. И что-то мне подсказывает, что после моего ухода у них будет не самый приятный разговор.

Спорить с ним мне совершенно не хочется, поэтому я быстро целую сестру в щеку, почти шепотом со всеми прощаюсь и выбегаю из дома. К счастью, такси уже почти на месте.

Не хочу здесь больше находиться. Вроде ничего плохого не сделала, а внутри неприятное чувство. Будто я сделала что-то не так. Подвела сестру и позволила себе лишнего с ее парнем.

До конца дня мне не удается найти себе место. Есть совсем не хочется. Все валится из рук. И даже просмотр любимого сериала не отвлекает меня от воспоминаний о странном утре и от необъяснимого чувства вины перед сестрой.

Вечером делаю несколько попыток дозвониться до нее, но все безуспешно. А мне всего-то нужно услышать, что у нее все в хорошо, и дача в полном порядке.

К счастью, родители возвращаются от друзей поздно, и мне удается притвориться спящей. Меньше всего хочется в очередной раз врать, как хорошо мы отпраздновали день рождения Марины. И хоть утром мне не удастся этого избежать, небольшая отсрочка приносит каплю облегчения. А было бы еще лучше, если бы к этому моменту я успела поговорить с Леськой.

Глава 4. Мира

Утром мое чувство вины перед сестрой не просыпается вместе со мной. Перед сном я успела все обдумать и понять, что ничего плохого не сделала. Не просила Ярослава помогать мне запереть дверь комнаты, не просила его забираться ко мне в окно следующим утром, не просила освободить меня от уборки, не флиртовала с ним и не вешалась на его шею. А поддержание простого разговора – не преступление. И даже когда парень сказал неоднозначную фразу, сразу же напомнила ему о его девушке.

Но, судя по отсутствующим пропущенным звонкам и сообщениям от Леськи, так думаю только я. Сестра всегда пишет хотя бы пару слов, что с ней все в порядке. Если же подобное не происходит, это означает только одно – она обижена. И что-то мне подсказывает, с Ярославом она все же поссорились, и в ее глазах в этом виновата я.

Что ж, уверена, это ненадолго. Скоро Леся снова влипнет в историю, и мне придется ее вытаскивать. Или прикрыть перед родителями. Или ей на что-то не хватит денег. И этот список можно продолжать до бесконечности, но смысл от этого не изменится. Она будет изображать вселенскую обиду ровно до тех пор, пока ей это выгодно.

Что касается Ярослава, то я просто не буду пытаться понять его поведение и думать о нем. Во-первых, мне вряд ли удастся догадаться о причинах такой доброжелательности, а во-вторых, так просто будет лучше.

Что мне дадут эти бессмысленные раздумья? В худшем случае мы с ним встретимся на следующем семейном празднике, на котором я, как и всегда, буду держаться от него подальше. А в лучшем – сестра скоро расстанется с ним, и наши пути уже никогда не пересекутся.

– Доброе утро, – говорю с улыбкой, целуя родителей в щеки, и сажусь за уже накрытый стол.

Сегодняшнее утро моей семьи ничем не отличается от других. Папа пьет кофе и завтракает яичницей с беконом и овощным салатом, не отрываясь от своего смартфона. Мама пьет фруктовый чай с тостами с маслом, яйцом и сыром, поглядывая на дверь в ожидании дочерей. А для меня стоит кружка зеленого чая и тарелка с овсяной кашей с ягодами. Для Леськи на столешнице стоит заранее заготовленная кружка для кофе и лежит свежий цельнозерновой хлеб, а в холодильнике лежат самые спелые авокадо. И хоть сестра в последнее время редко радует нас своим присутствием, мама продолжает следить, чтобы в доме всегда были ее любимые продукты.

– Как отдохнула? Мы с папой вчера поздно вернулись. Даже не удалось поболтать.

– Все хорошо. Посидели небольшой компанией, поболтали, помечтали.

– Помечтали? – откладывает отец телефон и смотрит на меня серьезным взглядом, не предвещающим ласковых слов.

Мне в этот момент хочется слиться с нашей белоснежной кухней и стать невидимкой.

– Ты помнишь, что я всегда говорю о таких глупостях?

– Мечтают только ленивые, не способные добиваться целей.

– Вить, она просто неправильно выразилась.

– Да, пап. Мы просто представляли будущее, к которому стремимся.

– И позволь узнать, о чем же мечтает моя дочь? – папа пытается смягчить тон, но у него плохо получается.

– Я представляла, как после окончания университета устроюсь в крупную компанию простым переводчиком, а лет через пять буду уже не за обычный перевод документов отвечать, а присутствовать на всех важных сделках с иностранцами.

– Я рад, что ты знаешь чего хочешь и стремишься к этому. Хоть из одной дочери вышел толк. Жаль только, что ты не хочешь вникать в семейный бизнес.

– Мир, а вы с девочками представляли своих будущих мужей? Сколько детей у вас будет? – с улыбкой интересуется мама.

Иногда я удивляюсь, как эти двое столько лет вместе и до сих пор любят друг друга. Они ведь совершенно разные. Папа – прагматичный человек. Он не способен на красивые поступки, которые могут тронуть женское сердце. А о проявлениях чувств даже говорить не стоит.

Мама же, наоборот, романтичная натура. Между логикой и чувствами, она всегда выберет второе.

– В этом не было необходимости. Все девчонки уже давно рассказали о своем видении идеального мужчины, – отвечаю с усмешкой, вспоминая, как Наташка однажды описывала скорее парня из любовного романа, чем реально существующего. Красивый, прекрасно слаженный, романтичный, но в то же время мужественный. Мужчина, который свои слова всегда подтверждает действиями. Умен и успешен, но не зазнавшийся.

– А ты? – судя по тону, скорее ради приличия, интересуется папа.

Сомневаюсь, что он на самом деле хочет слушать о моих парнях. Тем более, он до сих пор злится на меня из-за расставания с Сережей. Я не рассказала родителям об истинных причинах разрыва, и папа автоматически сделал меня виноватой.

– А я об этом подумаю, когда добьюсь желаемого успеха, – отвечаю честно, хоть это и расстроит маму. Но лучше сразу предупредить, что не стоит в ближайшее десятилетие ждать от меня внуков.

– Но как же так? – охает мамуля, как я и предсказывала. – Это ведь неправильно. В жизни должен быть баланс между работой и личной жизнью.

– Не забивай Мирославе голову всякой ерундой. Нам хватает и Олеси, вечно витающей в облаках.

– Вить, но как же семья? Если она только к тридцати годам займется личной жизнью, то все нормальные мужчины уже будут женаты.

– Помнится мне, когда мы познакомились, мне было как раз тридцать.

– Но мне-то было двадцать пять!

Так забавно за ними наблюдать. Вроде и спорить начали, но они так мило это делают. Хоть и злятся друг на друга, а в глазах все равно кроме любви ничего нет.

– Может она выйдет замуж за своего ровесника.

– Но…

– Марин, мужчина раскрывает свой потенциал, если он есть, ближе к тридцати. А наша Мира пока слишком молода для таких. И я рад, что она решила сосредоточиться на самореализации, а не как Леська, на непонятных парнях, которые ничего из себя не представляют.

– Мы слишком мало знаем этого Ярослава, чтобы так о нем говорить, – заступается мама за сестру.

Ей тоже не нравится Ярослав, но она все равно старается поддерживать Лесю. Правда, только до тех пор, пока это не становится причиной ее ссор с отцом. В любой ситуации мама всегда выбирает его.

– Мне достаточно той малой части, что нам известно. Да что говорить? Мне достаточно было и пятиминутного разговора с ним!

Интересно, что это был за разговор. Ярослав не показался мне настолько уж плохим, каким папа его считает. Да, он своеобразный, и его взгляд пугает. Но он точно лучше того байкера, с которым Леська встречалась в выпускном классе. И лучше бармена, у которого татуировки были даже на лице. О рыжем Роме даже вспоминать не хочется. Такого количества матерных слов я в жизни не слышала, а у него они были в одном предложении.

Не желая участвовать в обсуждении личной жизни сестры, я быстро убираю за собой со стола и ухожу в свою комнату. Хочется поскорее переодеться и пойти прогуляться в лесопарковой зоне Серебряного бора.

Музыка в наушниках и наблюдение за всем происходящим вокруг всегда помогают прочистить мозги. Такие прогулки избавляют мысли от всего лишнего и настраивают на нужный лад. И сегодня это не становится исключением.

Уже через час я перестаю переживать об обиде сестры и вспоминать выходные. Зато возвращаются переживания о практике. Ума не приложу, где ее проходить. Нет, я знаю, где бы хотелось, но как этого добиться, понятия не имею. Нельзя же просто прийти в офис и попросить взять меня на практику. Кто будет слушать незнакомую девушку?

Если же позволить себе помечтать, то я была бы рада проходить практику в FL Company. Это одна из крупнейших компаний, занимающаяся международными перевозками. Транспортировка их грузов выполняется со всех континентов с оформлением необходимой сопровождающей документацией. Уверена, там достаточно работы для переводчика.

Отец может помочь устроиться в подобную компанию. Наша семья владеет торговыми центрами, а значит имеет с ними дело. Но я очень хочу добиться всего сама. Надеюсь, хоть тогда он примет мой выбор профессии. Папа давно перестал на меня из-за этого обижаться, но я вижу, что до принятия ему далеко. У него до сих пор иногда вылетают неосторожные фразы, подтверждающие это.

– Привет, Наташ, – отвечаю на звонок подруги.

– Привет. Я вчера весь вечер ждала от тебя звонка, но так и не дождалась. Жду подробного рассказа, как прошли твои выходные.

– Нормально.

– Ты ездила на день рождения устрашающего парня сестры. Твоей сестры! В жизни не поверю, что все прошло нормально.

– Нет, правда. Ее друзья оказались не такими ужасными, как я предполагала. Все прошло достаточно спокойно. Не было никаких споров и пьяных дебошей.

– А Ярослав? Он продолжает тебя пугать?

После того, как Леська впервые привела к нам Ярослава на семейный праздник, я поделилась с подругами своими впечатлениями. Парень тогда не особо обратил на меня внимание, чего не скажешь обо мне. Весь вечер он держал спину напряженной и идеально ровной, взгляд был сосредоточенным и не светил доброжелательностью. И если верить, что человек излучает определенную энергетику, то в тот день она была у него красной, кричащей об опасности.

– Теперь он пугает меня еще больше, – признаюсь подруге и самой себе заодно. – Надеюсь, мы больше с ним не увидимся.

– И я так понимаю, подробности ты мне не расскажешь… Выпытывать пока не буду, – отвечает Наташка настороженно. – А Леська что? Небось напилась вечером, а утром ты за всеми убирала.

– Не поверишь, но нет. Я уехала. Ярослав почти выпроводил меня. И теперь она на меня обижается.

– Узнаю твою сестру, – не скрывает подруга недовольства. Она даже ради приличия никогда не скрывает истинные эмоции. – Получила что хотела, и пропала.

– Не говори так.

– Мирка, когда ты уже поймешь, что Леся – яркий пример потребителя?

– Может она и привыкла получать желаемое, но она не потребитель. Просто у нее нет проблем с тем, чтобы жить в свое удовольствие. Ей можно только позавидовать.

– Очень надеюсь, что ты права.

– Может сходим вечером в кафе? – меняю неприятную для себя тему.

У меня не так много друзей, но они все недолюбливают Леську. Я уже даже стараюсь им лишний раз ничего о ней не рассказывать, а иногда и выставляю в более лучшем свете, но это не помогает. Они все готовы в один голос кричать, чтобы я держалась от нее подальше.

– Сегодня не могу. У меня свидание, – уверена, на последнем слове ее губы растянулись в улыбке от уха до уха.

– С очередным парнем из интернета?

– Да. Его Артем зовут. Позже пришлю тебе его номер телефона. Если я до завтра не наберу тебя, будешь знать на кого писать заявление в полицию.

– Тебе не кажется, что это уже паранойя? Каждый раз, когда ты с кем-нибудь знакомишься в интернете, предполагаешь, что он окажется маньяком.

– Чаще смотри новости, и начнешь меня понимать.

– Если ты так боишься, зачем вообще тогда знакомишься таким способом?

– А как иначе? Парни давно перестали это делать на улице. Теперь все ищут свою судьбу только в интернете. И в клубе, если хочется жениться на одну ночь.

– Зачем вообще кого-то искать? Твое само тебя найдет.

– Без обид, но мы с Юлькой давно поняли, что в нашей троице именно ты будешь той самой одинокой подругой, которая будет обожать и баловать наших детей.

– Это еще почему? – не могу сказать, что услышанное меня удивляет, но в душе как-то неприятно покалывает.

– Потому что ты год назад рассталась с Серегой, а все никак не придешь в себя.

– Я не уходила из себя, чтобы приходить.

– Мир, тебе двадцать лет. В этом возрасте девушки влюбляются и наслаждаются бабочками в животе, а ты даже не смотришь на парней. Вон, взгляни на Юльку с Ромой. Неужели не хочется быть такой счастливой? Видеть на себе влюбленный взгляд парня?

– Нет, – отвечаю не задумываясь. – И давай не будем об этом. Лучше расскажи подробнее о своем Артеме.

– Что тебе о нем рассказать? Он наш ровесник. Шатен среднего роста. Учится на экономическом. Пригласил меня погулять в парке Горького.

– Он тебе нравится?

– Ну, переписываться с ним интересно.

– Тогда желаю удачи. Надеюсь, он оправдает твои ожидания. И в нашем трио будет уже две счастливые пары, раз уж вы давно списали меня со счетов, – говорю с усмешкой, стараясь скрыть необъяснимо взявшуюся тоску.

– Поживем – увидим, как все сложится.

– Удачи. Не забудь скинуть его номер телефона.

– Не забуду. А ты не скучай вечером.

***

Следующие несколько дней Леська игнорирует все мои попытки связаться с ней. Хорошо хоть отвечает на мамины звонки. Родители уже с ума сходят из-за нее. Пока была учеба, она позволяла себе только пару дней в неделю не ночевать дома, а сейчас вообще не появляется.

В пятницу вечером бойкот сестры заканчивается, и она наконец звонит мне:

– Ты можешь приехать и забрать меня? – слышу голос Леси между всхлипываниями.

Мне даже не сразу удается понять, что именно она говорит. И шум на заднем фоне не сильно облегчает задачу.

– Что случилось? Где ты?

– Я… – ее рыдание разрывает мне сердце.

Должно было случиться что-то очень плохое, чтобы довести Лесю до такого состояния.

– Ты приедешь?

– Где ты?! – уже злюсь на нее.

И переживаю.

– Жаворонки, 4-я Советская улица, 55.

– Жаворонки?! – переспрашиваю удивленно.

Что она там забыла?

– Д-да…

– Хорошо, – пытаюсь взять себя в руки и успокоиться.

Накричу на нее за безответственность завтра. Лучше сначала разобраться в случившемся, но для этого нужно ее забрать.

– Я постараюсь приехать как можно быстрее. Тебе ничего там не угрожает? Может полицию вызвать?

– Не нужно полиции. Просто приезжай скорее и забери меня.

– Хорошо. Жди.

Просто приезжай скорее. Как она себе это представляет? Летом в вечер пятницы всегда пробки в сторону области. Еще не каждый таксист захочет ехать.

Причитая себе под нос, я быстро кидаю в сумку все необходимое, а именно переносную зарядку для телефона и успокоительные для сестры. Уже научена горьким опытом и знаю, что это может оказаться не лишним.

Пока выхожу на улицу, заказываю такси и пишу подругам в общий чат, что сегодня у меня не получится с ними встретиться. Они сразу догадываются, что Леська успела во что-то вляпаться.

Всю дорогу переживаю, что у сестры случилось что-то страшное. С каждой минутой мое нервное напряжение все ближе подходит к максимальной отметке.

Через два часа машина наконец добирается до нужного адреса. К этому моменту я успеваю сгрызть все ногти и измять нижний край футболки. Боюсь представить, что обо мне думает водитель.

Видя полуразвалившийся зеленый деревянный домик, из которого даже на улице слышно музыку, становится еще больше не по себе. Леськины друзья в таких не обитают. Она общается только с теми, кто предпочитает комфортную жизнь, а не с туалетом на улице.

Внутри дом оказывается ничем не лучше, чем снаружи, только еще неприятный запах ударяет в нос. Смесь сырости, плесени и сигарет. Алкоголем тоже пахнет, но не так сильно.

Вообще, если бы здесь не было Леси, то я назвала бы это место наркопритоном. В фильмах их обычно именно такими показывают. Обшарпанное место в очень печальном состоянии с кучей людей не в адеквате.

До ужаса боюсь привлечь к себе внимание, но продолжаю идти и искать глазами сестру. Большинство меня даже не замечает, а некоторые просто предлагают выпить.

На первом этаже Леся не находится, и мне приходится подняться на второй. И как только я наступаю на последнюю ступеньку, ко мне пристает парень:

– О. Привет. Как дела? – очень нервно говорит незнакомец.

Впервые вижу такую активную жестикуляцию.

– Эм. Привет. Все отлично. Ты не видел Олесю?

– Олесю? – продолжает он дергаться. – Не знаю такую.

– Я тогда пойду и поищу ее.

– Хочешь выпить? Или может что поинтереснее? Могу поделиться.

– Нет, спасибо, – начинаю нервничать еще больше.

Только сейчас до меня доходит, что парень под чем-то, от того и дергается так.

– Если передумаешь, найди меня. Я Вадим.

– Мирка! – налетает на меня сестра с объятиями.

Вид у нее совсем не расстроенный. Я бы даже сказала, счастливый.

– С тобой все нормально? Что случилось? – цепляюсь руками за ее плечи, будто это она приехала меня спасать.

– Уже все в порядке, но спасибо что приехала! – продолжает она прыгать от счастья, чем напоминает мне нового знакомого.

– Ты издеваешься?! Ты звонила мне, захлебываясь рыданиями, а теперь светишься от счастья и не собираешься ничего объяснять?!

– Долго рассказывать. И мне не хочется снова портить себе настроение. Пойдем лучше повеселимся внизу!

Леся даже не дожидается моего ответа. Она хватает меня за руку и тащит вниз по лестнице.

– Ты здесь с Ярославом? – решаю уточнить.

Если да, то я со спокойной душой оставлю ее здесь веселиться, а сама поеду домой.

– Он слишком правильный для таких вечеринок! – пытается она перекричать музыку. – Пойдем танцевать!

– Ты иди, я к тебе чуть позже присоединюсь!

Сестра уже вовсю зажигает, а я отхожу к окну и думаю, что делать дальше.

Оставаться здесь, где в лучшем случае все пьяны, желания нет. Но Леська точно сейчас никуда не поедет. Она явно навеселе и, подозреваю, не от алкоголя. Оставлять ее в таком состоянии будет неправильно.

Пару раз в подобных ситуациях мне помогал забрать Лесю и довезти до дома Сережа. Но теперь я не могу попросить его о помощи.

Глава 5. Ярослав

Утро пятницы на работе начинается с плохих новостей. Мой главбух оповещает меня о предстоящей налоговой проверке. И все бы ничего, я честно плачу все налоги и не мухлюю с отчетностью, только вот прошлый главбух был не согласен с моим видением вести дела.

У меня небольшая компания со штатом в двадцать человек, которая помогает людям купить поддержанные автомобили. Клиент озвучивает свои пожелания и доступный ему бюджет, а мы находим ему машину, делаем диагностику, добиваемся адекватной цены и так далее.

Открыл ее год назад, и дела идут неплохо. Из меня плохой бухгалтер, я учился на юридическом, поэтому в начале пути сделал ошибку и нанял первого попавшегося специалиста с дипломом. Мне казалось, что в этом нет ничего сложного, главное платить людям зарплату и налоги. Но как же я ошибся.

Когда молодая Ольга два месяца назад написала заявление об увольнении и попросила обойтись без положенной двухнедельной отработки, мне показалось, что у нее что-то случилось, и я отпустил ее. Однако, когда новый главбух увидела нашу базу и просмотрела документы, пришла в ужас. Оказалось, что половина документов вообще не обработана, отчетность оформлена неверно, и налоги уплачены не полностью.

– Когда придут налоговики?

– Через две недели.

– И как у нас дела?

– Я бы сказала хорошо, если бы они должны были прийти на неделю позже.

– Хорошо, Елена Александровна, – тру глаза, пытаясь придумать решение проблемы. – Я могу вам чем-нибудь помочь, чтобы мы привели все в порядок в срок? Сразу предупреждаю, знаний в бухгалтерии у меня ноль целых ноль десятых.

– Буду благодарна, если вы поможете внести документы в базу. Там не нужно ничего понимать. Простая механическая работа на внимательность.

– Отлично. Тогда я сейчас закончу со своими делами и приду к вам.

– Спасибо, Ярослав Андреевич.

– Вам спасибо, что не сбежали, увидев весь этот кошмар.

– Я не впервые берусь за работу после некомпетентных бухгалтеров.

Главбух меня не обманула. Вносить документы в базу не так сложно, главное делать это внимательно и ничего не перепутать. Но к концу дня все цифры сливаются в одну расплывчатую строку.

Елену Александровну я отправляю домой еще в пять, давая указание хорошо отдохнуть в выходные, потому что следующая неделя обещает быть очень напряженной. Она сначала пытается спорить и хочет выйти поработать в субботу, но я говорю свое категорическое против. Давно доказано, что большие переработки негативно влияют на производительность.

Сам же решаю остаться в офисе до девяти. Дома меня все равно никто не ждет, к тому же я сам виноват в сложившейся ситуации. Нужно лучше подбирать кадры.

Около семи вечера меня отвлекает телефонный звонок. Неожиданно вижу на экране: «Леся», но желания ответить на ее звонок не возникает. Но когда телефон звонит во второй раз, решаю из любопытства все-таки ответить:

– Что?! – не скрываю свою неприязнь.

– Это Мира…

С трудом слышу за громкой музыкой дрожащий голос девушки, о которой продолжаю иногда думать.

И в другой ситуации я был бы рад ее слышать, но сейчас злюсь на нее за беспросветную глупость.

– Прости, что беспокою, но я не знаю, кому еще позвонить.

– А ты что там забыла?!

Не трудно догадаться, что если Мира звонит с телефона сестры, то находятся они в одном месте. А Леся со вторника в наркопритоне в Жаворонках. Мне обещали дать знать, когда она оттуда уедет.

В среду вечером бывшая позвонила вся в слезах и просила приехать забрать ее. Каким же я был идиотом, что сделал это. Пока мчался к ней, нарушая все правила дорожного движения, она уже уединилась с двумя парнями в комнате наверху. Я тогда даже не стал ее отвлекать от столь увлекательного процесса. Просто вышел из комнаты и спустился на первый этаж дома, чтобы поспрашивать о Лесе. Мне очень хотелось узнать, почему она звонила мне расстроенной, после чего даже не вспоминала обо мне.

Мне в таких ярких красках рассказали, насколько моя бывшая девушка горяча в постели, а главное – не боится экспериментов. Было неприятно узнать, что я уже месяц хожу с рогами, но куда больше было неприятно слышать, что Леська подсела на наркотики.

– Леся позвонила вся в слезах и попросила забрать.

– Забрала?! – почти рычу в трубку, крепко сжимая телефон в руке.

– Думаешь, я бы стала тебе звонить?! – злится в ответ.

И если бы меня не бесило, что Мира не понимает, где находится, улыбнулся бы ее нраву, который чаще всего она пытается скрыть.

– Пока ехала, она уже успокоилась и не хочет никуда уходить, – добавляет уже спокойнее.

– Тогда уезжай одна! Нечего тебе там делать!

– Я не могу оставить ее в таком состоянии!

– Вали оттуда! – срываюсь на крик.

– Я поняла. Прости, что позвонила!

Мира так быстро сбрасывает звонок, что я не успеваю больше ничего сказать. Может мне и стоило говорить с ней спокойнее, ведь она ни в чем не виновата. Всего лишь заложник слепой преданности сестре, но меня просто выводит из себя, что Леся в очередной раз ужасно с ней поступает, а Мира ничего не замечает.

Такой девочке подобные места нужно обходить за тридцать километров. Сомневаюсь, что она добровольно согласится на привычные для этого места развлечения. Но там могут и опоить, и насильно принудить.

Уже через несколько минут я завожу машину и с пробуксовкой трогаюсь с места. По дороге чувствую дежавю. Два дня назад я так же мчался из-за Леси, а теперь из-за Миры. Семейка, блин… Только вот сегодня пятница, и в область огромные пробки. Приходится половину пути ехать по обочине.

Как только добираюсь до нужного дома, чертыхаюсь себе под нос и быстро захожу в дом. Еще никогда в жизни я не сканировал обстановку с такой скоростью. Как только вижу Миру, в два шага добираюсь до нее, замечая, как два парня резко отворачиваются и делают вид, что заняты своими делами. Похоже, я очень вовремя приехал.

– С тобой все в порядке?! – наклоняюсь к ее уху и стараюсь перекричать громкую музыку.

– Да! Я жду, пока Леся натанцуется, и мы поедем домой!

Мира рукой указывает на сестру, но она меня мало интересует. Та здесь по своей воле.

– До утра ждать будешь! Поехали!

– Я без сестры никуда не поеду!

– Я так и думал!

У меня нет никакого желания тратить время на глупые уговоры, поэтому быстро подхватываю Миру на руки и иду на улицу. Она бьет меня маленькими кулачками по груди, пытается что-то кричать и привлечь внимание окружающих, что еще раз доказывает, насколько она не понимает, где находится. Тут всем вокруг будет плевать, даже если я начну надругаться над ней посреди комнаты.

На улице Мира продолжает препираться и кричать на меня, что без сестры никуда не уедет. Видит Бог, я до последнего хотел сохранить ее розовые очки. Не люблю быть тем, кто разрушает иллюзии. За это чаще проклинают, чем говорят спасибо, но она не оставляет мне выбора.

Ждем некоторое время, и я отвожу ее в дом на второй этаж. В этот раз Леся находится в другой комнате. Сегодня она снова зажигает с двумя сразу, но уже с другими.

Мира видит, как Леся одному делает минет, а второй трахает ее сзади. И все это сопровождается причмокивающими звуками и стонами.

Даю ей меньше минуты, чтобы убедиться, что перед ней ее сестра, силой дергаю за руку в коридор и, закрывая за нами дверь, веду обратно на улицу. Хотя, веду – это громко сказано. Скорее, тащу. Ее ноги, кажется, от шока отказываются нормально функционировать. И не только ноги. Мне приходится даже ремень безопасности самому пристегивать. У девчонки определенно шок.

Я молча завожу машину и уже спокойно трогаюсь с места. Включаю тихую расслабляющую музыку и даю Мире время все осмыслить.

Всю дорогу поглядываю в ее сторону. Она все время о чем-то думает, периодически сводя брови к переносице и заламывая пальцы. Кажется, будто увиденное приносит ей почти физическую боль.

Девушка приходит в себя, когда мы уже въезжаем в Москву. Не знаю, что в ее голове, но она задает самый неожиданный для меня вопрос:

– Почему ты не забрал Лесю?

– Считаешь, что ее стоило отвлечь от столь увлекательного процесса? – спрашиваю с усмешкой. Ее наивностью и добротой можно осветить весь город.

– Она ведь твоя девушка.

– Светлячок, ты меня поражаешь. Увиденное тебе не подсказало, что мы с ней уже не встречаемся?

– Давно?

– Со вторника.

– Тогда зачем приехал?

– Тебя спасать, – отвечаю спокойно. – Или ты хотела оказаться на ее месте?

– Со мной бы такого не произошло!

– Уверена? Тот дом кишит наркотиками на любой вкус. Ты бы даже не успела ничего понять.

– Так Леська делала это не по своей воле? – спрашивает она с такой радостью, будто сейчас начнет хлопать в ладоши. – Так это же все меняет!

– Ничего это не меняет. Она там с нашего расставания. Ее никто не удерживает силой. И все, что с ней происходит, исключительно по ее желанию. Это таких как ты сначала опоить надо.

– Откуда ты знал, что мы застанем ее в таком виде?

– Потому что именно такой я застал ее в среду вечером. И пообщавшись с некоторыми людьми узнал все, что меня интересовало. Например, Леся уже месяц любит иногда туда приезжать и не чурается подобными связями.

Мне не очень хочется вдаваться в подробности, но Мире уже давно пора понять, какая именно у нее столь обожаемая сестра. Иначе рано или поздно это закончится для нее печально.

– Откуда у тебя знакомые в таком месте? Откуда ты вообще столько знаешь об этом доме?

– Он известен на весь запад Москвы.

Мира сразу же замолкает. Я даю ей время все осмыслить, продолжая поглядывать на нее. Я ожидал многого, но не заметить в ее глазах слезы.

– Эй, ты как? Я ведь тебя предупреждал.

– По-твоему, мне должно стать легче от этого?

– Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть. Но ты не оставила мне выбора.

Если бы послушала меня, и мы сразу уехали, продолжила бы дальше жить и не знать столь неприятную правду о близком человеке. Но ведь нет, ей нужно было спасти сестру, которая нуждалась совершенно в другом.

– У тебя вроде глаза большие, а ничего не видят. Какой бы не была ужасной правда, ее не стоит игнорировать.

– Я была к такому не готова, – Мира так тихо это произносит, что мне с трудом удается расслышать.

– Куда тебя отвезти? Домой? Или может к подруге?

– Нет. Отвези меня в какую-нибудь гостиницу.

– Шутишь? – быстро оглядываюсь на нее и возвращаю внимание на дорогу.

У нее такой разбитый вид, что становится не по себе.

– Я понимаю, почему ты не хочешь домой. А с подругами что не так?

– С ними все так. Просто я не готова сейчас никому рассказывать о произошедшем, а они сразу поймут, что у меня что-то произошло. Не хочу им врать, но и правду сказать не могу.

Странные у нее друзья, однако, но не мне судить. Я сам не знаю, как бы поступил, если бы мне так же кто-то рассказал ужасную для меня правду о брате, к которой я был бы не готов.

При встрече с Темой обязательно скажу ему спасибо, что он нормальный человек.

Но что делать сейчас? Не думаю, что отвезти ее в гостиницу хорошая идея. В одиночестве она может столько всего нафантазировать. Не удивлюсь, если найдет даже свою вину.

Я еще раз смотрю в ее сторону и вижу дрожащие руки и слишком поникший взгляд, чтобы оставлять ее в одиночестве.

Глава 6. Мира

Ярослав за всю дорогу не говорит больше ни слова, и я благодарна ему за это. Мне нужно как-то переварить увиденное, а потом уже вести разговоры ни о чем.

Картинка, как Леська стоит на четвереньках между двумя парнями, никак не выходит из головы. Как не пытаюсь думать о другом, ничего не выходит. А их стоны так и крутятся в голове на повторе. Она с таким энтузиазмом брала…

– Приехали, – вырывает меня из воспоминаний голос Ярослава. И очень вовремя… – Сервис не как в гостинице, зато не будешь всю ночь грустить в одиночестве.

– Где мы? – смотрю через лобовое стекло на многоэтажку, возле которой парень припарковался.

Если не ошибаюсь, мы где-то на Юго-Западе Москвы.

– У моего дома. Не переживай, мы будем спать в разных комнатах.

Я не сразу верю в услышанное. Только когда вижу его спокойное выражение лица без единого намека на шутку, понимаю, что он серьезно.

Меня сейчас не волнует, что Ярослав обычно пугает. А вот зачем он помогает, действительно важно.

Они с Лесей уже не встречаются. Ему больше не нужно пытаться заслужить расположение наших родителей. Я абсолютно чужой ему человек.

– Зачем ты это делаешь? – спрашиваю прямо.

Сейчас не до хождения вокруг да около.

– У меня был длинный и трудный день на работе. Не было времени даже пообедать. Давай я отвечу на все твои вопросы, но, когда мы поднимемся в квартиру, и я закину в себя хотя бы бутерброд.

– На все вопросы? Я задала только один.

– Уверен, их будет намного больше, – на его лице появляется подобие улыбки. Уставшей улыбки.

Человек сорвался и приехал мне на помощь после тяжелого дня. С моей стороны будет эгоистично начинать сейчас спорить и требовать отвезти в гостиницу. В конце концов, сомневаюсь, что он собирается мне навредить. У него была для этого отличная возможность на даче, и он ей не воспользовался. Наоборот, тогда он тоже помог.

Так неужели я не могу сейчас согласиться остаться у него, заодно в благодарность накормить нормальной едой? Тем более, он наверняка тоже пострадал от Леськи. Может и не показывает вида, но не исключаю, что ему сейчас тоже нелегко. И мне действительно не хочется оставаться одной.

– Хорошо. Только ты позволишь приготовить что-нибудь нормальное.

– Буду благодарен.

Мы молча заходим в подъезд и поднимаемся на лифте на седьмой этаж. Что удивительно, я совсем не нервничаю, идя домой почти к незнакомому парню. А ведь мне еще предстоит объяснять родителям, почему не буду ночевать дома. И снова придется врать. И снова из-за Леси.

Как только мы заходим в квартиру, Ярослав показывает, где находится ванная комната и кухня, и уходит в свою комнату переодеваться. Я умываюсь и быстро осматриваюсь. Конечно, стоит для начала заняться ужином, но любопытство оказывается сильнее.

Ярослав живет в двухкомнатной квартире. Одна из комнат совмещена с кухней. Такую планировку сейчас вроде называют евродвушкой. Вся мебель и отделка в квартире в кремовых цветах. В комнате стоит один большой угловой диван, возле которого журнальный столик. Напротив них невысокий комод, на котором выставлено несколько фотографий, а сверху висит большой телевизор. У кухни прямая рабочая зона со всей необходимой техникой и шкафами, а сбоку барная стойка с двумя высокими стульями.

В квартире просторно и уютно. А еще очень чисто. Единственный минус, как по мне, это совмещенный санузел. Но если Ярослав живет здесь один, то это вряд ли проблема.

– Тебе больше не нужна ванная? Не против, если я быстро схожу в душ? – выходит Ярослав из комнаты все в тех же брюках и расстегнутой рубашке.

– Не против. Я как раз успею что-нибудь приготовить, – отвлекаюсь от рассматривания фотографий на комоде. – Есть то, что ты не ешь?

– Ты не найдешь такое в моем холодильнике, – говорит он с усмешкой, и я осознаю всю глупость своего вопроса.

Парень так быстро уходит, что я не успеваю спросить о предпочтениях, а также где и что находится. Приходится самой лазить по его шкафчикам, хоть и не имею такую привычку.

Я приятна удивлена, замечая идеальную чистоту и в шкафах. Все крупы хранятся в стеклянных банках и аккуратно выставлены в ряд. С приправами так же. Посуда аккуратно расставлена по размеру. Видеть такое очень приятно. Терпеть не могу, когда снизу стоят маленькие тарелки, а сверху – большие.

В холодильнике оказывается такой же порядок. Нет ни одного испорченного продукта. На дверке в специальном лотке выложены яйца, а ниже стоят соусы и молоко. На полочках аккуратно лежат овощи, фрукты, творог и йогурты. А на нижней полке я нахожу в тарелке фарш, который он, видимо, с утра достал из морозилки. Ее я не открываю, но уверена, там все так же идеально разложено.

Сильно заморачиваться с готовкой у меня нет ни сил, ни настроения, поэтому готовлю макароны по-флотски. Не пропадать же фаршу, раз он уже разморожен. Морковку и лук нахожу в ящике того же холодильника, а томатную пасту на дверце.

Ярослав выходит из душа в тот момент, когда я уже смешиваю макароны и пережарку. Он больше не выглядит, как офисный работяга. Теперь на нем свободная футболка и широкие спортивные штаны, а его волосы взъерошены после полотенца.

– Запах просто восхитительный, – садится он на высокий стул возле барной стойки.

– Уже почти все готово. Ты будешь чай или кофе? И еще скажи, где их можно найти, потому что я не стала хозяйничать и лазить по всем шкафчикам.

– Могла и похозяйничать, я не против.

Я стою к нему спиной, но почти уверена, что он насмехается надо мной.

– Я буду сок. Но если ты хочешь чаю, то с удовольствием поухаживаю за тобой. Это будет справедливо.

– Сомневаюсь, – из меня вырывается нервный смешок. – Я буду простую воду.

Ярослав встает и сам достает себе из шкафа сок, а также раскладывает на столе столовые приборы, ставит салфетницу и разливает нам напитки. Не забывает и подать мне две тарелки.

– Выглядит аппетитно, – улыбается мне Ярослав, когда я ставлю перед ним тарелку.

Но его настроение сразу меняется, как только он замечает, что я сразу же сажусь перед ним, не положив поесть себе.

– Не смотри так на меня. Просто нет аппетита, – говорю спокойно. – А вот тебе приятного.

Я стараюсь улыбнуться и сразу же отворачиваюсь к стене. Делаю глоток воды и рассматриваю настенные часы. В них нет ничего особенного, самый простой белый циферблат с черными цифрами и стрелками, и такого же цвета у них рамка.

– Светлячок, так дело не пойдет. Мне не по себе от того, что ты стояла возле плиты только из-за меня. Я мог бы и доставку заказать.

– Не называй меня так, – отвечаю раздраженно, возвращая внимание на него. – И мне было не сложно постоять у плиты. Ты сегодня примчался ко мне на помощь, хоть и не должен был. Так что, это лишь малая часть того, насколько я тебе благодарна.

– Что значит, не должен был? – поднимаются у него брови в удивлении, но есть он все-таки начинает. – Это ненормально, бросить девушку на произвол судьбы, зная, что она в беде.

– Абсолютно постороннюю девушку, – вношу уточнение в его слова. – Сестру бывшей, которая, как я поняла, неоднократно тебе изменяла. Не говоря уже об увиденном нами сегодня, – на последних словах я запинаюсь.

В горле снова появляется ком.

– Запомни, ты не несешь ответственность за поступки сестры.

– И все же…

– И если бы сегодня ей нужна была помощь, ей бы я тоже помог.

– Ты правда такой святой или строишь его из себя? – спрашиваю с раздражением.

Да ни один парень не помог бы бывшей после такого представления.

– А у меня продолжают появляться вопросы о твоем бывшим, – смеется парень. – Серьезно, каким он был, что элементарные вещи вызывают у тебя такое изумление? И с каких пор за обычную помощь называют святым?

– Дело не в моем бывшем, а во всех Леськиных.

– Тогда ясно. Догадываюсь, какие там были экземпляры.

– Почему вы расстались?

– О, нет, Светлячок. Этот разговор точно не для сегодняшнего вечера, – Ярослав отставляет в сторону опустевшую тарелку и смотрит на меня задумчивым взглядом. – Лучше расскажи, как ты.

– Со мной все в порядке.

– А твоя сестра тебе не рассказывала, что я ненавижу ложь? У меня прям пунктик на этом. Даже мелкая ложь выводит меня из себя.

– А я не люблю глупые вопросы, но, как видишь, сдерживаю себя.

– Я задал вполне нормальный вопрос.

– Серьезно?! Ты так считаешь?! – злюсь еще больше из-за его спокойного тона и невинного выражения лица. – Как я могу быть после того, как моя обдолбанная сестра участвовала в оргии на моих глазах?!

– Это была не оргия, – уточняет Ярослав с усмешкой. – И она делала это не на твоих глазах. Они уединились в комнате, в которую ты зашла добровольно.

– С твоей помощью!

– А что я должен был делать, когда ты отказалась уезжать?! – теряет Ярослав терпение и повышает на меня голос. – Дождаться, когда твоя очередь подойдет?!

Мне вновь вспоминается тот парень с лестницы и его друг. Они ведь все время смотрели на меня и незаметно старались приблизиться. Что, если они и правда планировали сделать со мной что-то подобное?

От этих мыслей передергивает. Хоть все осталось позади, но от предположений окутывает страх, заставляя руки дрожать.

Ярослав, видимо, замечает на моем лице панику, потому что продолжает говорить уже спокойнее:

– Я понимаю, что Олеся твоя сестра и все такое, но ты не должна из-за нее подвергаться такому риску. Она того не стоит. И извини, что я не нашел другого способа тебе это объяснить.

– Довольно жестокий способ, – поднимаю взгляд к потолку, чтобы сдержать слезы.

– Знаешь, я искренне не понимаю, как вы можете быть родными сестрами. Вы как ангел и демон. Хотя, это сильное преуменьшение. Леська иногда тянет на вторую половинку самого Люцифера.

– Как ты можешь так говорить? Вы ведь несколько месяцев встречались.

– Похоже, за эти месяцы я узнал ее лучше, чем ты за свою жизнь.

– Тогда расскажи мне всю правду о ней… – решаюсь наконец попросить.

Правда не уверена, что готова к этому. Я не дура и понимаю, что Ярослав скорее всего прав. И сегодняшний вечер это доказал. Но в глубине души мне хочется верить, что Леся просто оступилась.

– Не сегодня. Ты к этому не готова. Не уверен, что тебе вообще стоит все знать.

– Но почему?

– Ты всего лишь увидела, как она спит сразу с двумя парнями, и уже на грани истерики. Уверен, изводишь себя мыслями, что теперь делать, и стоит ли рассказать родителям.

– Всего лишь?!

– Подумаешь, секс втроем. В этом нет ничего плохого, если все участники этого хотят и не имеют ни перед кем другим обязательств. Какая разница, кто и как получает удовольствие в постели?

– Но это ведь неправильно!

– Я тоже не понимаю, в чем там кайф, но все же, не нам судить. Это их дело. И кто вообще сказал, что правильно, а что нет?

Может он и прав. Секс, это ведь интимный момент. И посторонним там не место. Меня не должно волновать, кто с кем спит. Но ведь третий – и есть тот самый посторонний, разве нет?

И мы говорим о моей сестре! Нас воспитывали в строгости, и она должна понимать, что такое недопустимо! Она вообще подумала, что будет, если об этом узнают родители?

– Ты не понимаешь. Леся с твоего дня рождения не появляется дома. И мама с папой каждый день спрашивают о ней у меня.

– Она что, даже не звонит им?

– Звонит, но им этого недостаточно. Я часто в таких случаях ее прикрывала, и теперь они думают, что я знаю куда больше, чем она им рассказывает.

– Тебе не стоит рассказывать им об увиденном.

– Снова врать?

– Не впервой.

– Я ненавижу это, – говорю обреченно. – И уже порядком устала от этого.

– Прости, конечно, но ты сама взвалила на себя эту ношу. Не время включать жертву.

– У тебя, видимо, нет братьев или сестер.

– Вообще-то, у меня есть младший брат. И как я уже говорил, в нашей семье все сами отвечают за свои поступки.

– Значит, тебе повезло больше.

– Даже спорить не буду. У меня действительно потрясающая семья. Никто никого не контролирует, доверяет и заботится.

– Если это был упрек моим родителям, то ты ошибаешься. Леська любит выставить их демонами, но все не так.

Мои слова вызывают у парня смех. Когда он наконец успокаивается, отвечает на мой вопросительный взгляд:

– Прости, Светлячок, но ты будто с другой планеты. Я еще никогда не встречал такой слепой преданности и наивности.

– Может объяснишь?

– Точно не сегодня. И даже не завтра. И вряд ли вообще когда-нибудь.

– Почему?

– Не хочу быть тем, кто разрушит твои милые иллюзии.

– Я так устала от твоих загадок, – признаюсь, сжимая под столом кулаки.

Ногти вонзаются в кожу, вызывая неприятные ощущения. Это немного помогает сдерживать порыв то ли накричать на него, то ли расплакаться.

Я стараюсь держать себя в руках, и разговор вроде помогает отвлечься от главной проблемы, но воспоминания возвращаются в каждую минуту тишины. И они расстраивают, и злят одновременно.

– Тогда давай ложиться спать.

– Нет, я не хочу, – начинаю сразу же паниковать.

Если мы сейчас разойдемся по разным комнатам, я не смогу уснуть. Буду все время думать о Леське и завтрашней встрече с родителями. Хорошо хоть, когда готовила, не забыла предупредить маму о своей ночевки у Юли.

– Ты очень устал? Может фильм посмотрим?

Ярослав так смотрит на меня, будто догадывается о моем страхе оставаться наедине со своими мыслями. А может, он на самом деле все понимает. Сегодня все мои представления об этом парне окончательно рухнули. Ярослав оказался совсем не таким, каким я его видела. И, честно говоря, понятия не имею, что с этим открытием делать.

– Без проблем. Какой хочешь посмотреть?

– Любой, кроме ужасов.

– Боишься? – сразу же улыбается парень.

– Нет. Считаю их банальными. Всегда все предсказуемо, а главные герои примитивно глупы. Исключение только серия фильмов про чужого, которые сняты еще в прошлом веке.

– Согласен, но все-таки существует больше фильмов-ужасов, в которых отличные сценарии. Но сейчас с ходу не вспомню ни одного названия.

– Так что смотреть будем?

– Как насчет «По соображениям совести»?

– Это про парня, который добровольно пошел в армию, но отказывался брать в руки оружие?

– Да. Говорят, потрясающий фильм. Вроде даже «Оскар» получил.

– Давай. Почему нет?

– Иди включай, а я пока заварю нам чай.

– Мне зеленый, если есть.

– Есть, но на ночь его пить вредно. Я заварю нам травяной. Такой вкусный ты еще не пробовала, – говорит Ярослав самодовольно.

– Как скажешь, – отвечаю с усмешкой. – Обещаю, я не буду задевать твое самолюбие.

Я слишком сильно люблю разные чаи, чтобы меня можно было удивить. Главное, чтобы он не добавил ромашку. Ненавижу ее. Могу еще как-то пережить, только если чай – ассорти из разных трав.

Парень очень вовремя возвращается из кухни и ставит на журнальный столик две кружки. Я к этому моменту как раз нахожу фильм и включаю его. Ярослав берет в руки небольшой пульт, нажимает пару кнопок, и основной свет в комнате гаснет, а приглушенная подсветка, протянутая вдоль периметра комнаты, включается. Если бы сидела рядом со своим парнем, а не бывшим сестры, то назвала бы обстановку романтичной.

– Ммм, очень вкусный чай, – пробую я разрекламированный напиток без особых надежд на его вкусовые качества. – Очень богатый и насыщенный вкус. Где ты его купил?

– Нигде. Я покупаю разные травы и сам смешиваю их перед завариванием.

– У тебя хорошо получается.

– Рад, что ты оценила.

От его заинтересованного взгляда теряюсь.

Начинаю догадываться, почему Ярослав так пугает меня. Все дело в том, что его трудно понять. А то, что я не понимаю, всегда вызывает у меня опасения. Особенно, если это касается людей.

– Давай фильм смотреть, – предлагаю растерянно.

Ярослав, к счастью, этого не замечает. Или тактично молчит. В любом случае, он просто возвращает внимание к телевизору, ничего больше не говоря.

Глава 7. Мира

Я еще не открыла глаза, а уже чувствую, как затекло все тело. При попытке потянуться, половина мышц отзываются неприятными ощущениями. И стоит окончательно проснуться, становится понятно почему.

Мы с Ярославом заснули во время просмотра фильма. Помню, как досмотрели фильм и решили посмотреть еще один. После пятнадцатиминутного спора выбрали «Мотылек1[1]». А вот тот момент, как уснула, уже не могу вспомнить.

С Ярославом, который до сих пор спит на другом конце дивана, видимо, произошло тоже самое.

Хорошо хоть, каждый из нас остался на своей половине дивана. Было бы неловко проснуться в объятиях друг друга. А мне и без этого хватает неловкости перед ним, не говоря уже о невероятном чувстве долга.

Не представляю, как бы пережила сегодняшнюю ночь без него. Ярослав согласился смотреть со мной фильмы, хоть у него и был тяжелый день. Отвлекал обсуждением сцен из них. А ведь мог отвезти меня в гостиницу, как я просила, и не нянчиться со мной. И если уж на то пошло, мог вообще не приезжать за мной.

Леська ведь ужасно с ним поступила. Хоть парень и не стал рассказывать, что между ними произошло, догадаться не сложно. И поразительно, что он не поливает ее грязью. А я уверена, ему есть, что сказать.

– Все в порядке? Ты чего зависла?

– Ой, – от неожиданности я дергаюсь и ударяюсь ногой об журнальный столик. – Все нормально. Просто задумалась.

– Ты несколько минут смотрела в одну точку, не моргая.

– Я не каждый день просыпаюсь на одном диване с бывшим сестры.

– А может повесишь на меня другой ярлык? – спрашивает парень с глупой усмешкой, протирая глаза. – Я ведь не только бывший парень Леси.

– Это не ярлык, а констатация факта.

– Тогда выбери другой определяющий меня факт.

– Ты всегда такой ворчливый по утрам? Или это сон на диване на тебя подействовал?

– Второе. Я не помню, как уснул. Ты хоть додумалась пойти спать в комнату на кровать? Я вчера постелил там новое постельное белье.

– Я тоже не помню, как уснула. И мои мышцы тоже не в восторге от твоего дивана.

Готова официально заявить, что не понимаю этого парня. Мы абсолютно чужие друг другу люди. Ярослав, по идее, должен недолюбливать мою семью, а он, наоборот, помогает мне и даже хотел уступить свою кровать.

При мысли, сколько парень сделал для меня за последние сутки, становится до ужаса неловко. И самое ужасное, ума не приложу, как его отблагодарить. Насколько я уже успела его узнать, он не примет никакой благодарности. Для него это все в порядке вещей, и каждый должен так поступать. Только вот он даже не догадывается, насколько мало парней считают так же.

– Так, сегодня суббота, а значит можно никуда не торопиться, – подозрительно весело говорит Ярослав. – Иди в душ, там в шкафу найдешь чистые вещи и полотенца. А я пока приготовлю нам завтрак.

– Лучше наоборот.

– Ты готовила ужин, значит, завтрак на мне. Возражения не принимаются.

Что ж, что я еще успела понять – с ним бесполезно спорить. Он всегда добивается своего.

В шкафу я и правда нахожу стопку чистых полотенец, а полкой ниже так же аккуратно сложенную одежду. Мне не часто приходилось бывать у парней в гостях, но я еще не встречала таких, у которых порядок везде и во всем.

Не понимаю, чем Ярослав так не понравился отцу. Целеустремленный парень, опрятный и заботливый. Мне кажется, он из тех, на кого можно положиться. А не это ли самое важное? Может, конечно, папа всего этого в нем не разглядел, но мне всегда казалось, что он хорошо разбирается в людях.

Идею воспользоваться одеждой Ярослава отметаю. И без того злоупотребляю гостеприимством. Поэтому стараюсь как можно быстрее принять душ и надеваю свою вчерашнюю одежду.

Когда захожу на кухню, на барной стойке уже стоит две тарелки с кашей и одна с нарезанными фруктами. Ярослав в этот момент разливает что-то в кружки.

– Ты быстро, – замечает он мое присутствие. – Моя одежда оказалась слишком большой?

– Не хочу еще больше пользоваться твоей добротой.

– Твой зеленый чай с мятой, – Ярослав ставит кружку рядом с одной из тарелок и садится рядом с другой. – А я не могу начинать утро без кофе.

– Запомнил, что я пью по утрам? – чувствую, как щеки краснеют от смущения.

– Да. Надеюсь, не прогадал с завтраком. Не знаю, ешь ли ты каши.

– Не просто не прогадал, а угадал. Чаще всего мой завтрак состоит из овсяной каши с ягодами. Очень редко, когда я завтракаю оладьями. И ненавижу тосты с авокадо.

– Ну, это не овсяная, а мультизлаковая, но тоже неплоха. И я, кстати, тоже ненавижу авокадо. Но сейчас такие тосты стали модными, типа правильное питание и все такое.

– Тоже заметил, что это просто модно? Особенно, если сверху положить красную рыбу и яйцо пашот.

– Да-да. И все это на цельнозерновом хлебе, а в идеале из какого-нибудь пророщенного зерна.

Сами того не замечая, мы начинаем смеяться. Я давно не встречала человека, который думает так же. Мои подруги, когда я поделилась с ними своим мнением, сказали, что я просто ничего не понимаю. Что это не только вкусно, а еще и полезно. А потом еще прочли лекцию о необходимости потребления правильных жиров.

– Ты даже в этом отличаешься от сестры, – его взгляд снова становится заинтересованным.

Он даже не пытается скрыть, что разглядывает меня.

– Она ненавидит чай и не может завтракать ничем, кроме модного бутерброда.

От упоминания Леси становится не по себе. Я все утро стараюсь гнать от себя все мысли о ней. И это довольно непросто.

– Мы могли бы не говорить о Лесе?

– Избегания разговоров о ней не поможет.

– И я не хочу, чтобы ты нас сравнивал.

– Я и не сравнивал. Просто озвучил факт, который понял еще на своем дне рождении, а вчера окончательно в нем убедился.

– Я и без тебя знаю, что мы с Лесей разные.

– Ты уже решила, что будешь делать? Расскажешь обо всем родителям?

– Нет, не расскажу. Леся в праве сама рассказывать родителям то, что считает нужным. Она никогда не выдавала им мои секреты.

– И много у тебя их было? – усмехается Ярослав.

– Один.

– Можно поинтересоваться, какой именно?

– Причина моего расставания с Сережей. О ней знают все, кроме родителей.

– Но ведь это он тебе изменил. Почему ты решила скрыть это от них?

Леська и это ему рассказала? Вот не понимаю, зачем?

– Наши родители дружат. Я не хотела, чтобы они из-за нас поссорились. А папа не смог бы промолчать, узнай он правду.

– Тебе не стоило ради него врать. Тем более, ты жуть как не любишь это делать.

– Я не врала им! – отвечаю слишком эмоционально. – Просто сказала, что мы взрослые люди и можем сами разобраться в наших отношениях. Папа до сих пор винит меня.

– Вот что бывает, когда врешь.

– Я и не ждала, что ты поймешь. Вообще не понимаю, почему разоткровенничалась с тобой.

– Потому что знаешь, что мне можно доверять, – произносит парень самодовольно. – И я как раз все понимаю. Просто мне интересно, когда ты начнешь ставить себя на первое место?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну вот возьмем даже твои отношения с тем Сережей. Ты могла рассказать родителям причину вашего расставания, и тогда бы папа перестал винить в нем тебя. Но ты предпочла обо всем умолчать, чтобы он не поссорился с другом, отцом того олуха. Подозреваю, что ты еще не хотела, чтобы Сережа получил затрещину от Виктора Владиславовича.

– И что в этом плохого? Думать о других – это нормально.

– Да. Только вот ты подумала обо всех, кроме себя. Все в выигрыше, а ты осталась в виноватых. И так, насколько я успел понять, всегда.

– Не считаю это своим недостатком.

– Да, это скорее особенность. Только вот проявлять ее нужно к тем людям, которым на тебя не все равно. Если ты любишь переживать и заботиться о других, то это должно быть взаимно. В ином случае, они просто этого недостойны и пользуются тобой.

Нет. Я с ним не согласна. Люди такие, какие они есть. И если ты хочешь быть в их жизни, то должен принимать со всеми недостатками. Это мой выбор переживать об их комфорте. Они не обязаны делать так же. А если я начну от них требовать того же, значит, общаюсь с ними не без корысти. Это неправильно.

Но есть ли смысл сейчас объяснять это Ярославу? У него давно сформировались свои взгляды на жизнь. Вряд ли мои аргументы смогут его переубедить.

Меня так воспитали родители. Всегда думать о чувствах других. Да, возможно их слова были восприняты мной слишком буквально, но до сегодняшнего дня это всех устраивало. А Ярослав слишком мало знает обо мне, чтобы судить.

– Мои близкие переживают и заботятся обо мне ничуть не меньше, чем я о них.

– Особенно Леся, – с явным сарказмом говорит Ярослав.

– Леся, это другое. Она сестра. Семью не выбирают. И она не всегда была такой.

Я делаю последний глоток чая и встаю убрать со стола. Ярослав тоже уже доел и пьет кофе.

– Что ты делаешь? – не понимает парень мои действия.

– Собираюсь помыть за нами посуду.

– У меня есть посудомоечная машина. Оставь все в раковине.

– Серьезно? Здесь всего три тарелки и две кружки. Проще и быстрее руками помыть.

– Оставь все, как есть. Пожалуйста.

Вот вроде вежливо просит, а чувствуется предостережение. Я еще никогда в жизни не чувствовала от парней такую энергетику.

– Как скажешь, – сажусь обратно на барный стул.

– Что собираешься сегодня делать?

– Сейчас закажу такси и поеду домой. Рано или поздно мне все равно придется встретиться с родителями. Не могу же я вечно их избегать.

– Может сходим погулять? Сегодня вроде хорошая погода.

Другой бы на его месте, наверное, спрашивал неуверенно. Но это не про Ярослава. Его совершенно не смущает, что я сестра его бывшей девушки.

Интересно, он вообще представляет, как все это странно? И как мне потом объяснять нашу прогулку родителям, если они узнают?

– Я очень благодарна тебе за вчерашнюю помощь, и что не оставил меня ночью наедине со своими мыслями. Но от прогулки все же откажусь.

– Ты все еще боишься меня?

– Нет, – отвечаю не задумываясь.

За последние сутки я успела понять, что Ярослав – это последний парень, которого стоит бояться.

– Просто…

– Я бывший парень твоей сестры, и тебе кажется странным гулять со мной.

– Да, – соглашаюсь виноватым голосом. – Если бы не твои отношения с Лесей, мы бы даже, наверное, смогли стать друзьями.

– Тогда бы мы, возможно, никогда не познакомились.

– Тоже верно.

– Всего лишь прогулка. Обещаю, я не расскажу о ней твоим родителям.

– С чего ты взял, что я переживаю об этом?

– Просто знаю, – подмигивает мне в ответ. – Ну так что? Согласна на прогулку?

– И куда пойдем?

Уверена, я пожалею об этом. Но совру, если скажу, что не хочу этой прогулки. Мне интересно с ним общаться. Жаль, слишком много против нашего общения.

– Тут не очень далеко есть парк. Можем пойти туда.

– Отлично. Обожаю гулять в парках.

– А у судьбы отличное чувство юмора.

– Что? – не могу расслышать шепот Ярослава.

– Да так. Мысли вслух.

Глава 8. Ярослав

Дорога до парка занимает у нас около двадцати минут, на протяжении которых мы молчим. Я незаметно наблюдаю за Мирой. Она выглядит удивительно спокойной. Думает о чем-то и иногда недовольно морщит носик, но я не вижу следов вчерашнего шока, паники, растерянности и разочарования.

Вот почему судьба свела меня с Лесей, а не с этим рыжим созданием? Это просто насмешка какая-то.

А ведь бывшая привлекла меня, надев маску сестры. Она явно брала пример с Миры. Ее ужимки, стеснение и наивные взгляды на жизнь. Как я сразу не раскусил, что эти черты никак не вяжутся с остальными повадками Леси?

И ведь я тогда не понял, чем она так не угодила отцу. Нужно было задуматься, когда Виктор Владиславович невзлюбил меня только из-за моего выбора девушки.

Но это уже дело прошлого. А что делать с настоящим? Глупо отрицать, что Мира вызывает у меня не простое любопытство из-за различий с сестрой, как я пытался убедить себя на дне рождении.

Светлячок мне нравится. Магнитом к ней тянет. Хочу быть с ней, узнать ее лучше, дать нам шанс. Но как это сделать, если я встречался с ее сестрой?

– Спасибо, – прерывает Мира повисшее между нами молчание.

– Я тебе уже говорил. Любой нормальный парень поехал бы забрать тебя из того притона.

– Я сейчас не об этом. Но за это тоже спасибо.

– Тогда за что?

– За правду о Лесе. Мне было это нужно. Я многое поняла.

– Поделишься своим озарением? – иду на поводу у любопытства.

– Если я хочу, чтобы у нее было все хорошо, мне нужно перестать каждый раз ее спасать.

– И это все? – смотрю на девушку с удивлением и сажусь на лавочку.

Мира садится рядом, осторожно ставя между нами свою сумку.

– А что еще ты ожидал услышать?

– Например, что Лесе на тебя наплевать. Она только пользуется твоей добротой, которую совершенно не ценит.

– Ярослав…

– Леся прекрасно знала, где находится, и как в том доме развлекаются. И это ее не остановило. Она вызвала тебя туда, после чего отказалась уезжать.

– Она была не в себе.

– Ей просто было плевать на тебя, как и всегда. Она подвергла тебя риску.

Страшно представить, чем вчера могло все закончиться для Миры, не додумайся она мне позвонить. И это очень злит, стоит об этом подумать. Но приходится держать себя в руках.

– Она не отдавала отчет своим действиям! Ты не слышал, как она плакала! – продолжает она настаивать на своем, не так хорошо контролируя эмоции.

– Это был спектакль. Ты просто зачем-то ей там понадобилась. И мне даже страшно подумать о ее мотивах.

– Такого не может быть!

Я поражаюсь, как Мира после всего продолжает защищать Лесю. Ну вот как можно быть такой наивной? Почему она не видит, что сестра всю жизнь ей просто пользуется?

– Ты знаешь, сколько раз она говорила мне, какая ты наивная и глупая? Я даже примерно не сосчитаю.

– Ты врешь!

Что должно произойти, чтобы Светлячок наконец поняла, что нельзя быть настолько слепо преданной? Вчера все обошлось, а завтра все может закончиться намного хуже.

Не люблю разрушать чужие иллюзии, но здесь это просто необходимо сделать:

– Я знаю во всех подробностях, как она договорилась с хозяином бара развести тебя на кругленькую сумму. Они разыграли спектакль, будто Леся устроила драку. Ты тогда сорвалась к ней посреди ночи и все уладила, заплатив втридорога за ущерб и моральную компенсацию.

– Но у нас нет проблем с деньгами, чтобы она так поступала…

– Ей нравился тот парень, и она решила таким образом привлечь его внимание.

– Она не могла…

Вижу в глазах Миры боль. В них скапливается влага. И я чувствую вину, что это из-за меня. Но кто-то должен это сделать. Надеюсь, со временем она поймет, что я действую ради ее блага.

– У Леси даже мысли не появилось, что она поступила ужасно. И когда я попытался до нее это донести, она пришла в ярость. Собственно, после этого мы и расстались.

– Вы расстались из-за меня?! – на меня смотрят два округлившихся от удивления глаза, которые даже моргать перестали.

– Ты тут не при чем, – спешу успокоить. – Мы расстались из-за разных взглядов на жизнь.

– Но вы несколько месяцев были вместе, и вам это не мешало.

– Пять месяцев. Я знал, что за Леськиной спиной есть несколько сомнительных поступков, но списывал их на возраст. Она говорила, что хочет стать лучше, и я ей верил. Искренне поддерживал и старался направить ее энергию в правильное русло, – говорю отстраненно, будто не про себя рассказываю. – Позже начал понимать, что это только слова. Она не хотела становиться лучше и не видела в своих поступках ничего ужасного. К своему дню рождению я уже настолько устал от ее эгоизма, что хотел расстаться даже в свой праздник. Но Леся устроила ту дурацкую вечеринку, и мне показалось неправильно так поступить. Решил сделать это в другой раз.

– И другой раз наступил, когда она рассказала о той истории с парнем из бара.

– Да. Она рассказывала это так весело, а я испытал ужас, насколько человек может прогнить внутри, чтобы так относиться к людям, особенно к родным.

– Спасибо, что рассказал.

– Эй, – замечаю, как по щеке Миры течет слеза, и осторожно вытираю ее. – Я рассказал тебе это только для того, чтобы ты наконец раскрыла глаза и перестала позволять вытирать об себя ноги.

– Я понимаю… Просто больно, когда предают. Особенно близкие.

– Чем быстрее ты примешь правду о Лесе, тем быстрее тебе станет легче.

– У меня вопрос. Ответь, пожалуйста, честно.

– Я ни разу тебе не врал, чтобы ты просила о честности.

– Зачем ты возишься со мной? Ладно, ты вчера мне помог, потому что считаешь, что так поступил бы любой нормальный человек. Но сегодня? Какая тебе разница, будет сестра продолжать мной пользоваться или нет? Зачем позвал меня прогуляться?

– Серьезно не понимаешь? – смотрю на ее наивное выражение лица, и губы сами растягиваются в глупой улыбке.

– Иначе бы не спрашивала, – Мира начинает злиться.

– Со дня рождения не могу выкинуть тебя из головы, – говорю честно и с каким-то извращенным удовольствием наблюдаю за растерянностью Светлячка.

Не знай я ее возраст, подумал бы, что она совсем еще ребенок.

– Из-за того, что только я подарила тебе подарок?

– Я хочу узнать тебя, – игнорирует ее вопрос.

– Как ты себе это представляешь?

– А что, простое общение уже считается преступлением? – иду ва-банк.

Если она сейчас меня не пошлет, то у нас есть шанс. И со всеми проблемами, которые обязательно будут из-за моих прошлых отношений, мы справимся.

– Но ведь ты надеешься не на простое общение, – говорит Мира неуверенно, краснея от смущения.

– Я пока не заглядываю так далеко, но да. Не буду тебя обманывать, меня не интересует простая дружба.

– И мы снова вернулись к моему вопросу.

– А ты так уверена, что наше общение до этого все-таки дойдет? – расплываюсь в улыбке. – Приятно знать, что моя заинтересованность взаимна.

– Ты неправильно понял, – Мира вновь смущается и почти заикается. – Ты хоть представляешь реакцию моих родителей, если они узнают, что я общаюсь с тобой?

– О да, представляю, – заливаюсь смехом. – Особенно твоего отца.

– Тебя это забавляет?

– Конечно, – продолжаю смеяться. – Твой папа повесил на меня ярлык неудачника уже через десять минут после знакомства.

– Но я не понимаю, чем ты мог так ему не понравиться?

– Я имею свое мнение, а не соглашаюсь во всем с ним. И он твердо убежден, что хороший парень не будет встречаться с его старшей дочерью. Это, кстати, цитата.

– Что?! – почти подпрыгивает Мира от услышанного. – Ты хочешь сказать, что он тебя невзлюбил только потому, что ты встречался с Лесей?

– Это одна из причин, – пожимаю плечами.

– У меня создается впечатление, что я совершенно не знаю свою семью.

– Может, так оно и есть?

– Не знаю…

– Так что скажешь? Согласна наконец жить своей жизнью? – стараюсь внешне выглядеть уверенным, хотя чувствую себя неуверенным подростком, который боится получить отказ.

– Ты о нашем общении?

– Именно о нем.

– Я все еще думаю, что это плохая идея. Из-за этого у меня могут появиться проблемы.

– Тебя останавливает только реакция семьи? – решаю уточнить.

Если между нами только это препятствие, то я точно не отступлю.

– Я не против общаться, но не более.

– Я о большем и не прошу.

– Но предполагаешь, что это к чему-то приведет.

– Я ведь уже сказал, что не загадываю так далеко.

– Чувствую, что еще пожалею об этом, – говорит Мира после нескольких минут молчания.

– Это вряд ли, – отвечаю, не скрывая радости. – Все будет хорошо. И не думай о родных. Если ты будешь счастлива, они поддержат тебя.

У меня ощущение, будто я на седьмом небе от счастья. Не знаю, что в Мире такого особенного. Может она и не Светлячок вовсе, а ведьма, которая меня приворожила. Но если честно, мне все равно. Главное, что она согласилась общаться. И если моя симпатия взаимна, то я уверен, у нас все получится. Нутром чувствую, что Мира – мой человек.

Жаль только она не разделяет моей радости. На ее лице снова заметна тревога. И я уверен, она думает о семье. Точнее, как они отнесутся, если узнают о нашем общении.

И я прекрасно все понимаю. Мой интерес к Мире ненормален. По хорошему счету, мне даже смотреть в ее сторону нельзя. Это дикость, заводить отношения с сестрой бывшей. Но ведь если бы Леся сразу показала свое истинное лицо, я бы никогда не начал с ней встречаться. И почему теперь я должен упускать свое вероятное счастье только из-за одной лживой… личности?

– Мне пора домой, – говорит Мира с грустью в голосе.

– Я отвезу тебя.

– Не нужно. Я доберусь сама.

Примечания

0

«Мотылек» (фр. Papillon) – криминальная драма режиссера Михаэля Ноера, экранизация одноименного автобиографического романа бывшего заключенного Анри Шарьера. Премьера картины состоялась 7 сентября 2017 года.

Вернуться