# Преисподняя Галактики Книга 2 Проклятый рейд

Erixxx

И снова лучший пилот Галактики Виктор Донцов мчится в самое пекло космического ада. Он возвращается на смертельно опасную планету в компании команды звероловов. Но крутые охотники на инопланетных тварей, даже не представляют какая преисподняя их ждёт.

## Глава 1

Глава 1.ВЫГОДНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ


Дрожащими руками Виктор Донцов поправил на голове потрепанную кроличью шапку и шагнул в полосу света, протянувшуюся из полуоткрытой двери пивного бара. Пошатываясь, он неуверенно двинулся вперед и, отворив дверь пошире, вошел внутрь. В этот поздний час посетителей было немного, человек пять-шесть. Двое из присутствующих дремали, уронив головы на грязные столы, остальные лениво, в каком-то полусонном состоянии потягивали пиво. На Донцова никто не обратил внимания за исключением бармена, поприветствовавшего его дежурной улыбкой, в которой впрочем, не была и следа доброжелательности.

Донцов покопался в карманах своего поношенного пальто и бросил на стойку пару смятых купюр.

– Ты знаешь, что мне нужно.

Бармен ухмыльнулся, даже не пытаясь скрыть презрения, потом снял с самой нижней запыленной полки бутылку с полусодранной этикеткой и поставил ее перед Донцовым. Секунду спустя, звякнув, рядом опустился граненый стакан.

Буркнув себе что-то под нос, Виктор забрал все это и направился в дальний угол бара к свободному столику. Там, он тяжело рухнул на стул и сразу же начал откупоривать бутылку. Это была самая дешевая водка, пить которую не стал бы ни один уважающий себя человек. Но Донцов плевать на это хотел. Время, когда он был уважаемым человеком давно прошло. Сейчас он забулдыга и неудачник. Два года падения на дно социальной пропасти. А до этого ещё три – череда неудач, изредка небольших успехов и постоянной борьбы, вытягивавшей все силы и нервы. Черт возьми, целых три года назад был его последний рейс. Куда? Вспомнить бы… Доставка медикаментов в систему Тау Кита кажется… А потом все покатилось в задницу. В говёную жопу из которой хрен теперь выберешься. Неудачи преследовали его день за днем, а он топил свою печаль в бутылке, пока эта привычка не стала слишком пагубной, а желание «нажраться» весьма навязчивым. Еще пара лет такой жизни и он превратиться в конченного алкаша. А может это уже случилось? Но Донцову и на это было плевать.

«Чем раньше сдохнешь, тем лучше, – думал он, просыпаясь каждое утро. – Жизнь – дерьмо!» Те же мысли всякий раз лезли ему в голову перед сном.

«Все к черту! Все! Особенно, эту проклятую жизнь!»

Наконец, он откупорил бутылку и прозрачная жидкость, с отчетливым запахом не очень хорошего спирта с громким плеском полилась в стакан. От этого звука за соседним столиком проснулся старик Петерс. В его обычно мутных, без всякого выражения глазах при виде стакана и водки, тут же появились проблески жизни. Он хрипло загоготал:

– Что, приятель, тоже решил промочить глотку? Может и меня угостишь?

– Иди к дьяволу, – беззлобно проворчал Донцов, даже не обернувшись. – Свое, ты уже вылакал.

– Что верно, то верно, – вздохнул Петерс. – Но я надеялся, что ты не откажешь бедному старику.

Виктор залпом осушил стакан и крякнул. Водка огнем прошлась по нутру, там стало тепло и хорошо, хотя во рту появился не особенно приятный привкус. Но Донцова это не волновало. На столике Петерса было блюдце с несколькими увядшими колечками лимона. Взяв парочку, Донцов закинул их в небритую пасть. Тут, он поймал умоляющий взгляд старика. Хмыкнул, снова наполнил стакан и протянул его страждущему. Старик схватил стакан дрожащими руками и стал жадно пить, всхлипывая и давясь при каждом глотке. Опустошив его до дна, алкоголик протянул стакан Донцову. Петерс, явно ожидал продолжения. Но его не последовало. Виктор отодвинул от себя бутылку и задумчиво оглядел пивной зал.

Это было второсортное заведение, которое посещали в основном опустившиеся люди, вроде него самого или старика Петерса. Иногда, здесь можно было встретить мало оплачиваемых пилотов-новичков, способных за вечер промотать всё то немногое, что они получили за рейс. Захаживали сюда и простые техники-ремонтники с космобарж, ну и разного рода бродяги и прочие подозрительные личности.

Бар располагался на самой юго-восточной окраине Дон-Тавридской агломерации за пределами оборонительного периметра, возведённого против набегов разбойных отрядов с Кавказа. Последний такой набег был лет пятнадцать назад. Для разбойников все закончилось плохо и с тех пор они не беспокоили. Довольно накладно выходило. Налетчики использовали всякий старинный колесный транспорт, который ещё оставался на ходу. Сжигалось при этом до чёрта топлива. Чтобы добраться до Дон-Тавриды приходилось преодолевать тысячи километров безлюдных пустошей с развалинами городов-призраков. Русское население некогда существовавших Ставропольского и Краснодарского краев, а также областей, расположенных севернее, покинуло Землю в эпоху Первого Исхода. Так что поживиться в этих пустошах было нечем, а ехать дальше к очагу цивилизации дорого, да и опасно.

Спустя много лет после Первого Исхода русские вернулись на Землю. Колониальной республике Ладога, что возглавляла Союз Восточно-славянских народов и располагалась в системе Эпсилон Эридана, на материнской планете требовалось торговое и политическое представительство. Так и возник маленький Дон-Тавридский анклав. Правда, сейчас он несколько разросся. Появилась застройка за пределами линии обороны. Здесь в основном поселились разные беженцы из Прибалтики и Восточной Европы – остатки населения, спасшегося от исламских и джихаддистских фанатиков иногда набегавших из Западной Европы. Уничтожив все местное население некогда благополучных западно-европейских стран, они сами упали на дно цивилизационной деградации. Регион сотрясали бесконечные войны, там свирепствовали техногенные катастрофы и эпидемии. По большому счету вся Земля была такая. Остатки человечества – в основном народы не сумевшие освоить космические технологии стремительно вымирали. Островков цивилизации осталось только два: Дон-Таврида и Австралия.

Родители Виктора Донцова были в числе первых граждан Дон-Тавриды. Отец военный пилот в отставке числился в дипломатическом корпусе. Мать – дипломированный врач-хирург работала в местной клинике. Виктор потерял их, когда ему было пятнадцать лет. Тогда случился первый и самый серьёзный набег южан. Нападение оказалось внезапным. Это, уже позже смогли наладить оборону и постоянное наблюдение за южными рубежами. А тогда многие пали в бою, в том числе и родители Виктора. Сам он, тоже сражался, смог уцелеть и видел, как Дон-Таврида одержала победу.

На воспитание его взял дядя. Потом, был первый курс Пилотской Школы на Земле, далее отправка на Ладогу и там учеба в Летной Академии. Донцов подружился с Брюсом Бэлфором – главой одного из шотландских кланов и вместе они бороздили космос, ища приключения и открывая новые горизонты в освоении Вселенной.

Но теперь, всё закончилось. Теперь, он покатился на дно. Родительский дом давно был продан другим людям. Дядька его умер, а сам Донцов поселился на краю агломерации, где было дешевое жильё, которое и жильём то называть стыдно. Что-то вроде стихийной застройки одноэтажных лачуг и ненадежных двухэтажек, куда не подавалась горячее водоотопление, а иногда и электричество. В благополучном центре – Управе давно уже ломали голову, что делать с окраинами. Если сносить, то куда девать более двадцати тысяч людей? Оставить, так, значит надо все благоустраивать и возводить очередную линию защиты на случай очередного налёта южан, если таковой последует. Хотя, кого им грабить то здесь? Самое цивилизованное место в здешних местах маленький космопорт – так с десяток площадок и ангаров, но там хорошая охрана. Ну и вот этот бар неподалеку с дешёвым пойлом местного же производства. Место сборища чёртовых неудачников.

Пол, стены и потолок здесь, кроме того, что были безвкусны, в плане оформления и дизайна, так еще не отличались чистотой. Столы и стулья из дешевого пластика и весь убогий интерьер освещала уродливая, покосившаяся люстра.

У этого бара имелось лишь одно достоинство – он работал круглосуточно, и хотя бы несколько посетителей, здесь всегда было. Вот и сейчас, в половине третьего ночи, тут, кроме Донцова отиралось пять или шесть человек. Виктор знал их почти всех.

Донцов криво усмехнулся невеселым мыслям и накатил второй стакан. Снова залпом и без закуски. Ну да, так и нужно. Он пришел сюда «нажраться» и больше не для чего другого. Снова оглядел зал.

Янис Петерс в прошлом был прекрасным борт-инженером, пока, что-то не сломало его жизнь и не зашвырнуло сюда в эту вонючую дыру, где он умолял о лишнем стаканчике дешевого пойла.

Вон, с угрюмым видом в углу сидит Соколов Юрий, пилот первым достигший дальних спутников Кимеллы, последней планеты Сириуса.

Все здесь такие же неудачники, как и он сам, отбросы общества, оборванцы без кола и двора.

Наверное, свиньи заслуживают большего уважения, чем они. И правильно.

Водка начала действовать – в голове зашумело. Проблемы стали куда-то отходить, неприятности померкли. Хорошо знакомое и приятное чувство. Еще стакан и в бутылке осталась только четвертушка пойла.

«На утро надо оставить, – подумал Донцов. – Будет чем гудящую башку полечить. А может, еще одну купить?»

Он поочередно проверил карманы пальто, брюк, рубашки. Денег больше не было, если не считать несколько медяков, которых даже на самое дешевое бухло не хватит. Виктор тяжело вздохнул. Хорошо, дома есть, что пожрать. Да и выпивки немного осталось, что тоже, очень неплохо. А через пару дней Соцслужба перечислят пособие.

Спотыкаясь и едва держась на ногах, Донцов вихляющейся походкой направился к выходу и там столкнулся с двумя незнакомцами. Он не обратил бы на них внимания, если бы не одно обстоятельство. Эти типы были настоящие франты. Роскошные пальто с меховыми воротниками, песцовые шапки, теплые перчатки и начищенные до блеска сапоги.

«Какого дьявола нужно этим толстосумам в баре? – подумал Донцов и усмехнулся – Похоже, господа заблудились. Роскошный пятизвездочный ресторан находится в трех кварталах отсюда».

Франты, как то странно взглянули на Донцова и вошли внутрь, в то время, как он вывалился на улицу.

Уже была половина третьего ночи. Ветер стал резче и холоднее, снег громко скрипел под ногами, а белые хлопья летели прямо в лицо. Похоже, вскоре разыграется нешуточная метель. Донцов решил поспешить. Он ускорил шаг и едва не поскользнулся. Нет, все же не так быстро. Если он свалится, то утром обнаружат только его окоченевший труп. Лицо щипало от холода, пальцы ломило, а алкоголь быстро выветривался. Скорее бы добраться до дома. Там, он сможет еще выпить в свое удовольствие.

Ветер крепчал с каждой минутой и начал валить с ног. Донцов, все же упал пару раз и немного ушиб колено, к счастью не сильно. Жизнь ему была сейчас так ненавистна, что хоть кричи. И в то же время, вот удивительно, он цеплялся за нее, как одержимый. Стиснув зубы, он плелся все дальше по грязным темным улочкам.

Через сотню шагов у него начало колоть в груди и першить в горле. Не в силах больше выдержать этого он остановился и зашелся в оглушительном, захлебывающимся кашле, который казалось, отнял остатки сил.

Донцов остановился, прижался спиной к какому-то покосившемуся забору и решил немного передохнуть. Черт с ней с вьюгой. Дойдет как-нибудь, главное сейчас прокашляться, очистить глотку от противной мокроты.

Ну вот, через пару минут стало легче. Отплевавшись и отхаркавшись, Донцов начал осторожно вдыхать холодный и чистый январский воздух. Потом, подул на окоченевшие пальцы. Те уже почти ничего не чувствовали. Одновременно с этим он думал и прикидывал сколько осталось пройти. Кажется еще с полкилометра, а там уже знакомый квартал и его дом, если конечно можно назвать домом тесную комнатушку в бывшем военном бараке, лет пятнадцать назад отданный под общежитие.

«Ладно, пора топать, – подумал он, – не хватало еще загнуться прямо здесь».

Он сдвинулся с места, но не успел сделать и трех шагов, как услышал странные звуки. Вначале ему показалось, что это урчит у него в животе, ведь он не ел уже давно. С утра без жрачки. Но звуки становились громче и Донцов понял, что они никак не связаны с его желудком. Через несколько мгновений до него явственно донеслось рычание, которое уже никак нельзя было спутать с урчанием в животе.

На встречу Донцову шли три лохматых здоровенных пса. Они были грязные и озлобленные с оскаленными пастями и поджатыми хвостами. Еще два пса показались справа и начали подкрадываться, слегка припадая к земле.

Донцов отступил назад и опять прижался к забору. Округлившимися от страха глазами он смотрел, как псы приближаются к нему. Он всегда ненавидел и боялся собак, старался при возможности избегать с ними встречи. Вот удивительное дело: ему приходилось бывать на чужих планетах, где обитали твари пострашнее любой земной собаки, но почему-то боялся он именно собак. Этих полуодичавших тварей в пригородах становилось с каждым годом всё больше. Иногда из окрестных лесов и волки захаживали. Местным властям, чёрт бы их подрал, давно уже следовало решить эту проблему.

Донцов осторожно повернул голову и прикинул высоту забора. Два метра не больше, но успеет ли он перелезть, или ему вцепятся в задницу? Нет, не успеет уже. Псы подобрались слишком близко. У Донцова не было никакого оружия кроме бутылки и он вытащил ее в надежде что успеет огреть парочку злобных тварей, прежде чем они вцепятся ему в глотку.

Ближайший пес хрипло зарычал и внезапно прыгнул. Донцов увернулся и ударил бутылкой по оскаленной морде. Пес отскочил и завизжал от боли.

Виктор усмехнулся. Реакция бывалого звездолетчика его не подвела. Это было неплохо, но поможет ли она ему при новой атаке?

Псы снова стали приближаться, одновременно с трех сторон. От такого никчемного оружия, как бутылка, вряд ли будет польза. И все же Донцов взмахнул ею и закричал для устрашения. Псы отпрянули, но через мгновение снова стали наступать. Их глаза во тьме светились злобой и жаждой убить. Эти бродячие твари были голодны. Очень голодны и потому вряд ли побегут от одного человека, как бы он ни шумел и не угрожал.

Донцов громко выругался и ударил по забору. Бутылка разбилась. В руке Виктора была теперь «розочка». Хоть одну из бестий, но он прирежет.

На него одновременно прыгнули три пса. Донцов упал, сбитый тяжестью их тел и отчаянно вопя, стал наносить удары направо и налево. Ночь пронзил визг боли. Два пса вцепились в полы его пальто, один рванул за штанину и та с треском порвалась. Другой, кажется вожак навалился Виктору на грудь. Его клыки вот-вот вцепляться в горло.

И в этот самый критический момент рядом послышались угрожающие крики, а затем последовал выстрел. Красная вспышка лазера прорезала ночь и вожак стаи издал пронзительный визг боли. Он скатился с Донцова и забился рядом в снегу. В его левом боку была черная дымящаяся рана в виде тонкого прочерка.

Перепуганные псы, потеряв вожака бросились врассыпную и скрылись в соседних переулках.

К Донцову приблизились двое. Один из незнакомцев помог ему подняться.

– Господин Донцов, с вами все в порядке?

Виктор кивнул и с удивлением посмотрел на этого человека, затем на его спутника и узнал тех самых двух франтов, встреченных им при выходе из бара.

– Господин Донцов, я ведь не ошибся? – снова спросил человек, помогший ему подняться. Говорил он по-русски, но с заметным акцентом, выдававшим в нем иностранца англо-саксонского происхождения. Все внутри Донцова заледенело.

– А кто спрашивает? – спросил он и голос выдал его напряжение.

– Не беспокойтесь, – произнес незнакомец. – Я ваш друг.

– Правда? – усмехнулся Виктор и не особенно-то вежливо отстранился. – Ха! Друг…И я должен вам верить?

– Верить или нет – дело ваше, – сказал второй незнакомец с южно-славянским акцентом. – Мы знаем о ваших непростых отношениях с британскими Службами безопасности. К ним мы не имеем никакого отношения.

– Ладно, – хрипло бросил Донцов. – Допустим я тот, кто вам нужен. Вопрос: зачем?

– Мы все вам объясним, – успокоил его иностранец англо-сакс. – Идемте, нам нужно поговорить.

– Хорошо, – кивнул Донцов, отряхиваясь от комков налипшего снега. – Я живу тут неподалеку…

Он осекся, соображая, стоит ли приглашать гостей к себе. Но его выручил второй незнакомец, предложивший:

– Лучше вернемся в тот бар. Там всем нам, особенно господину Донцову спокойнее будет. Правильно?

– Всё так, – кивнул Виктор. Он быстро сообразил, как извлечь из ситуации выгоду. – Но разговаривать я буду при одном условии, если купите мне выпивки, а то моя бутылка того… вдребезги. Чертовы псы, совсем одичали…

– Будет вам выпивка. Идемте же, – нетерпеливо сказал анголо-сакс.

Донцов подобрал свою шапку, упавшую во время драки и зашагал впереди странных незнакомцев, которые молча последовали за ним.


* * *


Вернувшись в бар, они заняли один из столиков. Первым делом Донцов, как следует разглядел своих спасителей. И тому и другому было около сорока лет. Высокие, подтянутые – они производили впечатление решительных и волевых людей. Англосакс, был более худощав и строен, а его спутник своей комплекцией напоминал медведя. Даже зимняя одежда не могла скрыть ширину его плеч и мощь фигуры. Холодный бесстрастный взгляд англосакса флегматично изучал Донцова, в то время, как его спутник просто не мог усидеть на месте. Его темно-карие блестящие глаза сверкали, как у хищного зверя, живой настороженный взгляд скользил по всему помещению, не упуская ни одной детали. Чем то этот человек походил на самого Донцова в недавнем прошлом, наверное повадками тигра вступившего на чужую территорию и готового мгновенно вступить в бой за обладание этой территорией.

Когда взаимное изучение закончилось, англосакс заказал у бармена самую лучшую из имеющихся в наличии бутылку коньяка. Донцов жадно схватил ее и дрожа от нетерпения откупорил.

– Черт побери, – пробормотал он, наливая себе в стакан. – Давно я не пробовал хорошей выпивки.

– Я бы не назвал её хорошей, – покачал головой англосакс, – довольно средненький и по цене и по качеству коньячок.

– Мистер, как вас там… Если бы вам довелось попробовать то пойло, что я заливал в себя последнее время, этот коньяк показался бы вам напитком богов.

Собеседник наблюдал за Донцовым некоторое время, наконец, не выдержав, сказал:

– Господин Донцов, мне трудно поверить собственным глазам. Вы же лучший пилот Галактики. Как вы довели себя до такого состояния?

Виктор залпом осушил стакан и хмуро посмотрел на незнакомца.

– Послушайте, мистер, если вы вздумали читать мне мораль, то выбрали неподходящее время. Вам нечего мне больше сказать? Отлично, тогда я ухожу.

Донцов демонстративно поднялся.

– Подождите, – англосакс ухватил его за руку. – Сядьте и давайте поговорим.

Донцов сел на место с явной не охотой, Однако, он приготовился слушать.

– Прежде всего хочу представиться, – начал англосакс. – Мое имя Джон Ливингстон, а это, – он указал на своего спутника – Милош Яровир.

– Что ж очень приятно, – отозвался Донцов без особого энтузиазма. – Откуда вы меня знаете?

– Кто же не знает пилота Донцова? – улыбнулся Ливингстон. – Вы очень известная личность

– В прошлом, может быть, – проворчал Донцов. – Как вы меня нашли?

– Это было непросто. Но нам повезло. Два часа назад мы прибыли в ваш городок и первым делом узнали где вы живете. Дома вас не оказалось, но соседи объяснили где находится бар, который вы обычно посещаете. Мы сразу же поспешили туда. Помните, столкнулись в дверях? Сначала, мы вас не узнали, посчитали, что просто какой-то бродяга.

– Я и есть бродяга.

– Ну, да… Эээ…, так вот: бармен любезно сообщил, что вы только что вышли. Мы поспешили следом. Вскоре услышали шум и обнаружили вас в не очень приятной компании. Эти псы…

– Ладно, ладно, – перебил Донцов, не желая возвращаться к неприятным воспоминаниям. – Какое у вас ко мне дело?

– Мы звероловы, – начал Ливингстон. – Добываем для земных зоопарков редкостных животных.

– Для земных зоопарков? – поразился Донцов. – Это где же?

– Австралия. Город Мельбурн, – ответил Ливингстон.

Вот черт. Ну, конечно же. Австралия единственное место на Земле, где сохранилось цивилизованное государство и где могут быть такие вещи, как зоопарки. Может, конечно где-то и в Тавро-Днепровской республике есть, но Виктор об этом не слышал. Ливингстон между тем продолжал:

– Вы наверное слышали о такой компании, как «Импорт Био Органик» Так вот, я являюсь ее владельцем, а Милош, мой первый заместитель.

– Про вашу компанию, я что-то слышал, – кивнул Донцов. – Может в новостях сообщали… не помню. От меня вам, что нужно?

– Сейчас объясню, – улыбнулся Ливингстон. – Работники моей компании побывали уже во всех ближайших звездных системах, как освоенных, так и только что начавших колонизироваться. На десятках планет мы отловили сотни великолепных экземпляров местной фауны. Но одна система еще осталась нами не охваченной. Я говорю о 40-вой Эридана.

Донцов вздрогнул и едва не выронил стакан.

– Черт возьми… Мистер, ближе к делу.

– Я хочу, господин Донцов, организовать новую экспедицию. Первая и последняя экспедиция туда была пять лет назад.

– О ее обстоятельствах вы, конечно же осведомлены, – криво усмехнулся Донцов.

– Да, разумеется, – кивнул Ливингстон. – Брюс Бэлфор ваш коммандор собрал большую группу ученых. Но затем ваш корабль был захвачен вамерами, отступавшими из Вашингтон – Прайм. Они заставили вас вести к планете Деймос свои уцелевшие корабли…

– Британские спецслужбы сделала другие выводы, – перебил Виктор. – Они решили, что мы помогали вамерам, что лично я был с ними в сговоре. Плюс ко всему на меня навесили пособничество в шотландском сепаратизме, поскольку Брюс искал свободный мир, чтобы как раз освободить свой народ от Британской Короны. Британские агенты насели на меня, как только я прибыл на Доминату, чтобы рассказать жене Брюса о печальной судьбе нашей экспедиции. Хотели даже арестовать, постоянно преследовали. Мне стоило огромных усилий не попасться им, да ещё, попутно искать себе работу. С каждым годом становилось все хуже. Работодатели шарахались от меня, как от чумного, поскольку за моей спиной всегда маячили британские спецслужбы. Кому нужны такие неприятности? Я понимаю тех, кто не хотел вести со мной дел и особенно тех, кто рисковал и подписывал со мной контракт. В результате всем им британцы испортили жизнь. Кому-то больше, кому-то меньше.

– Мне на британцев плевать, – воинственно заявил Ливингстон. – Пусть попробуют сунуться. Я имею дела с теми, с кем считаю нужным и никто мне не указ.

– Мы независимая компания, – подтвердил Милош Яровир. – Так что, становясь нашим работником, вы подпадаете под полную защиту.

– Что ж, отрадно слышать, – кивнул Донцов. Однако, он сомневался и посчитал громкие слова своих новых знакомых бравадой. Ему ли не знать британские спецслужбы. Эти черти, если вцепятся, хуже клеща-кровососа.

– Мне понадобиться хороший пилот, – сказал Ливингстон, пристально взглянув на Виктора – Вы, как раз тот, кто мне нужен.

– Я?! – вскричал Донцов. И сердце его учащенно забилось. – Но почему именно я?

– Вы прекрасно знаете, почему, – ответил Ливингстон. – Во-первых, с вами никто не сравниться в летном мастерстве, а во-вторых, вы один знаете дорогу через сферу Дьявольских астероидов.

– Так вы, мистер Ливингстон все еще считаете, что я хороший пилот?

– Вы лучшей – во всей Галактике.

– Лучший? – расхохотался Донцов. – Это я то, лучший?

Рядом на стене висело большое овальное зеркало. Обычно посетители этого бара не особенно стремились смотреться в него, поскольку отражение зачастую была нелицеприятным. Вот и сейчас Донцов с отвращением взглянул на себя.: худое осунувшееся лицо, впалые щеки землистого оттенка, заросшие недельной щетиной, взгляд какой-то одичалый и как у затравленного зверя, грязные спутанные волосы и убогая одежонка местами рваная, местами заплатанная. И это лучший пилот Галактики? Неужели это он – Виктор Донцов, чье имя стало легендой? Неужели это он когда-то пилотировал корабли к далеким звездам и исследовал миры? А теперь он сидит в грязном притоне для конченых алкашей, в кармане ни гроша, без постоянной работы, забытый всеми. Три года он не поднимался в космос, три года торчал в этой дыре, перебивался случайными заработками, лишь бы хватало на выпивку. И он до стих пор еще лучший?

– Да именно вы, – сказал Ливингстон, словно прочитал его мысли. – Никому другому я не доверил бы свой корабль.

– Ну ладно, – произнес Донцов. – Почему 40-ая Эридана? Почему не Сириус, Центавр или Процион? В Галактике найдется сотня планет, более гостеприимных, приятных и удобных для ловли животных.

– Нет, только 40-ая Эридана, – твердо произнес Ливингстон. – Вам, наверное знакомо вот это?

Он вытащил из кармана пальто портативный голопроектор и включил его. Надо же! Дорогущая между прочим штука!

Над столом повисла янтарного цвета сфера. Внутри начали появляться надписи. Пробежав пару файлов Донцов кивнул.

– Да это дневник Брюса Бэлфороа моего друга и коммандора. Из нашей последней экспедиции к 40-ой Эридана он не вернулся. Но…, откуда у вас его дневник?

– Это не сам дневник, а только его копия, – ответил Ливингстон. – Оригинал хранится в Национальном Музее Австралии. По моей просьбе мне изготовили один экземпляр. Знаете, я изучил все записи коммандора Бэлфора о планете Деймос и был в восторге. Там такие великолепные животные! Непременно нужно поймать несколько экземпляров нескольких видов. Мы сможем создать необходимые условия и они не плохо приживутся в зоопарках.

– Я не ослышался, вы назвали их великолепными?! – вскричал Донцов. – Как вы думаете, мистер Ливингстон, почему коммандор Бэлфор назвал планету Деймос? То есть Ужас, на языке древних греков.

– Ну, положим я знаю…

– Чёрта-с-два, вы знаете! Все из-за этих проклятых животных. Мы высадились на планете и пробыли там шестнадцать дней. И каждый из этих дней стал адом для нас. А до этого нам здорово досталось в Дьявольских астероидах. Я вел эскадру из пятнадцати кораблей, но более менее целыми до планеты добралась только два. Вамеров были тысячи, а нас – экипаж «Искателя» больше двух десятков, но назад вернулись только трое: я, Финн – брат Брюса и второй пилот Рамиро Алонсо. Почему бы вам, мистер Ливингстон не оставить эту затею? Я готов пилотировать ваш корабль куда угодно: к Вольфу, Сириусу, Лейтену…

– Нет, господин Донцов, Совет директоров уже принял решение: на этот раз к 40-ой Эридана. Владельцы биопарков готовы выложить немалые суммы, контракты на поставку уже подписаны, финансирование осуществлено, собрана команда и подготовлено соответствующее оборудование. Кстати, вы получите 100 тысяч кредитов, при всем при том, что вам не нужно будет рисковать.

– В смысле? – не понял Донцов.

– Ну, вы же пилот. Корабль мы оставим на орбите, а команда звероловов спуститься на планету в челноке. Вы будите ждать нас на орбите.

– Это если все пройдет гладко и нам не придется приземляться, как в прошлый раз, – хмыкнул Донцов.

– В этот раз все пройдет гораздо лучше, – уверил Ливингстон. – Тогда, вы летели первый раз. Сейчас у вас есть необходимые опыт и знания.

– Почему вы не захотели нанять пилотом Рамиро Алонсо? – полюбопытствовал Донцов. – Он тоже знает путь через Дьявольские астероиды.

– Его не удалось отыскать, – Ливингстон покачал головой. – Да, по правде сказать не особенно то и хотелось. Он, насколько я помню, вроде бы был связан с наркоторговцами из Колумбии.

– Он работал на влиятельного Дона Альхеро Рибейра, – кивнул Донцов. – Изрядно замарался во всяких сомнительных делишках. Однако, Брюс заручился поддержкой Алонсо, поскольку тот отличный пилот.

– Как бы там ни было, Алонсо бесследно исчез, после вашего возвращения от 40-ой Эридана, – Ливингстон развел руками. – Так что, вы единственный, кто может повести мой корабль.

Донцов раздраженно ударил рукой по столу и сказал:

– Мистер Ливингстон, вы внимательно прочитали дневник Бэлфора?

– Да, разумеется и не один раз.

– В таком случае, почему вы настаиваете? Черт возьми, вы видели когда-нибудь, как атакует плотоядный Болотный Буйвол? Или вам приходилось побывать в пасти пилозуба? Так вот, скажу я вам, это похуже, чем попасть в ад. Весь Деймос – это сплошной ад. Там и шагу нельзя ступить, чтобы на вас не напали. Нас был целый вооружённый отряд, когда мы начали переход через Эрнию, чтобы дойти до побережья! И почти все погибли. Понимаете, о чем я толкую? Как вы можете подвергать опасности жизни ваших людей? Никто из них не выберется с Деймоса.

– Я прекрасно вас понимаю, – кивнул Ливингстон. – И вполне отдаю себе отчет куда мы отправляемся и что нас там ждет. Первая экспедиция была чисто научной, и вы не знали с чем столкнётесь. К тому же, вамеры сделали вас пленниками. Мои люди профессиональные звероловы. Они лучшие в своем роде, были специально отобраны и подготовлены. На других планетах каждый из них неоднократно сталкивался с опасными животными и не понаслышке знает, что могут представлять собою звери других планет. За любого из них я могу поручиться и положиться, как на самого себя. И опять таки, специальное оборудование, которого не было у вас в первой экспедиции. Ну, так как? Каков ваш ответ?

– Я должен подумать, – хрипло произнес Донцов. И осушил второй стакан. В голове крепко шумело. – Я очень хорошо должен подумать.

– Думайте, но только побыстрее, отлет назначен через два дня.

Несколько минут Донцов сидел молча. Он размышлял. Он не хотел доставлять людей на эту проклятую планету. Воспоминания стали всплывать, как ночные кошмары. Высадка в джунглях, песчаные отмели где притаилась смерть, бесконечные болота и нападения, нападения, нападения… Постоянные нападения в красноватом, как кровь тумане. Он отлично помнил плотоядных Болотных Буйволов, хищные летающие цветы фритиллярии, пилозубов, трубчатников-кровососов, чудовищных саблеклювов и бесчисленное множество других тварей, смысл существования которых убивать и жрать. Конечно, в любых мирах животный мир живет по таким правилам, но на Деймосе вся эта борьба и выживание были обострены до предела, доведены до крайности, носили характер войны на истребление.

И все же он хотел отправиться к звездам. К далеким неведомым мирам. Разве был он счастлив на Земле последние три года? Нет, конечно же. Это была самая черная полоса в его жизни. Страдания, разочарования, медленное но неуклонное скатывание вниз. И вот, выпал такой шанс! Разве можно его упустить? Но с другой стороны 40-ая Эридана… Детище самого Дьявола.

– Староват я для такой экспедиции, – пробормотал Донцов.

– Вам только тридцать семь, – рассмеялся Ливингстон.

– Для таких дел нужны молодые, – покачал головой Виктор. – Отменная реакция, выдержка, нервы железные. Даже не знаю, осталось ли все это?

– У вас будет шанс проверить.

– Проверить? Ценою чужих жизней?

– Не преувеличивайте. У вас будет два помощника. Отличные молодые пилоты.

– Аааа! Так, я все-таки не единственный, кто поведет ваш корабль.

– Молодые поучатся у вас. Это им полезно.

Донцов размышлял еще несколько минут. Может рискнуть? Чем черт не шутит?

У него появилось целых два шанса: вернутся к звездам и получить солидную сумму. Разве можно отказаться от такого?

– Согласен, – губы Донцова тронула кривоватая улыбка. – Возможно, я еще смогу кое-чему поучить ваших молодых летунов.

– Значит по рукам! – обрадовано воскликнул Ливингстон.

– По рукам.

– Отлично, господин Донцов. А теперь у меня будет к вам один вопрос. Ливингстон снова активировал голопроектор и выделил последний в списке файл. – Он пуст, только символ. Информация, похоже была удалена. Как вы думаете, что там было?

Донцов покачал головой.

– Дневник вел коммандор. Только он может знать. Ещё Финн, если там была информация, когда он получил записи. Возможно, он и удалил данные. Рискну предположить, что там находилась последняя запись Брюса в Изумрудных горах, на второй базе вамеров.

– А как пропал коммандор? – спросил Ливингстон. – Как это случилось?

– При очень странных обстоятельствах. Мы четверо: я, Финн, Алонсо, Рик Лоран и Гордон Мак-Джонс отправились на вамерскую базу выручать Брюса. У нас появился шанс. Большинство вамеров ринулись на первую базу, куда прорвались плотоядные буйволы. Остались только адмирал Гилбс с небольшим отрядом. Как там все случилось я не знаю, мы с Алонсо остались во фликсе. Парням удалось освободить Брюса, но вамеры плотно сели им на хвост. Они пытались выбраться из подземных туннелей, но заплутали и вышли в места, где по словам Брюса на стенах крепились какие-то панели управления органического происхождения и странная рукотворная арка. При этом они все время жаловались на головные боли и какой-то телепатический шепот.

– Поразительно! – воскликнул Ливингстон. – Неужели инопланетная цивилизация?

– Сомневаюсь, – хмыкнул Донцов. – Скорее всего, какое-то излучение от местных пород, которое завернуло им мозги набекрень.

– Ну, а дальше то что?

– А дальше полная хрень. Со слов Финна, который один смог выбраться. Он нёс какой-то бред. Брюс, Рик Лоран и Гордон Мак-Джонс прошли под ту арку и якобы как-то изменились, потом пропали бесследно.

– Что значит, изменились? – поразился Ливингстон.

– Думаете, я понял? – Виктор развел рукам. – Финн орал, как одержимый и весь трясся. Никаких внятных объяснений. Он и потом вел себя странно, даже когда немного успокоился. Бедняга. От излучения крыша у него, точно поехала. Все, что у него было это портативный el-diar – дневник, полученный от брата.

– Понятно, – кивнул Ливингстон. – Жаль, конечно, что информация была удалена. Что там могло все-таки быть? А про Гилбса, что-нибудь известно?

– Тоже, странная вещь вышла, – сказал Донцов. – Я пытался связаться с ним, но не получилось. Связь, просто начисто обрубилась. Финн говорил, что вамеры проскочили следом за нашими – под арку, и опять, все то же самое про какие-то изменения долдонил.

– Ну хорошо, – австралиец поднялся. – Надеюсь, вы не измените своего решения. Мой корабль отправляется через двое суток. Второй космопорт Мельбурна, двадцать седьмая секция, третий причал. Мой звездолет называется «Радиант».

– Не беспокойтесь, мистер Ливингстон, я согласился и дал слово. Одна только просьба…, – Донцов смутился. – Я сейчас испытываю некоторые финансовые трудности…

– Ни слова больше! – воскликнул Ливингстон и протянул Донцову пачку кредиток. – Эта сумма не входит в ваше вознаграждение. Когда прибудете в космопорт, свяжитесь со мной, – он протянул Виктору, также коммуникатор. – До встречи.

Донцов кивнул на прощание.

– Я буду к сроку.

## Глава 2

Глава 2.

ВСТУПЛЕНИЕ В ДОЛЖНОСТЬ


Донцов выбрался из таксо-скара, забрал свои вещи и расплатившись с водителем направился к космопорту. Последний располагался к западу от Мельбурна на месте бывшего аэропорта Тулламарин и занимал территорию почти такую же, как соседняя многомиллионная агломерация.

Виктор прибыл в юго-восточное полушарие Земли четыре часа назад авиарейсом Тавро-Днепр-Управа-Австралия-Мельбурн. Немного отдохнув в гостинице и перекусив, он заказал транспорт до космопорта. И вот, он здесь.

Сердце его громко и радостно забилось при виде громад звездолетов, чьи корпуса ослепительно блестели на солнце. Три года он не был в подобных местах. Но теперь, идя по бетонной дорожке чувствовал, что вернулся домой. Душа его пела от счастья, глаза блестели, он жадно ловил каждый звук: рев межпланетных и межзвездных кораблей идущих на посадку, или напротив, взмывающих огненными вихрями вверх; грохот тяжелых машин, доставлявших грузы; крики грузчиков и торговцев, сливающихся в сплошной шум толпы. Да, все здесь было родное и знакомое, с самого детства, когда он – Виктор Донцов одиннадцатилетним мальчишкой впервые вступил на борт звездолёта и отправился в свой первый рейс. Куда же он полетел тогда? Ах да – к Альфа Центавра вместе с отцом в составе торгово-дипломатической миссии. Разве можно такое забыть? Рев двигателей, встряска и рывок в космос, превратившийся на экранах в фейерверк сияющих звезд.

Да хорошее было время. Но теперь все по-другому. Полеты к ближайшим звездным системам стали делом обычным. Ежегодно по проложенным маршрутам курсируют сотни кораблей. Некогда загадочные и таинственные миры, теперь таковыми уже не кажутся и связаны с Солнечной системой повседневной торговой рутиной, лишенной былой романтики и приключений.

Но звезды, расположенные дальше системы Грумбридж, а это за пределами пятнадцати световых лет, продолжают быть загадочными и притягательными. Полеты к тем далеким мирам пока еще редки и сулят массу приключений. Авантюристы вроде Ливингстона готовы отправиться туда и рискнуть своей жизнью и не только ради денег. И Донцов был таким же, готовым очертя голову броситься в пучину приключений, хотя уже скоро разменяет четвертый десяток. Но он без колебаний отдал бы полжизни, лишь бы опять увидеть звезды. Даже 40-ую Эридана, будь она трижды проклята!

Он, был готов лететь хоть в сам ад, лишь бы на приличной скорости и сжимая руками штурвал корабля.

На входе, возле двойных стальных ворот, где располагался контрольно-пропускной пункт Донцов предъявил документы на проверку. Два здоровенных охранника в полимерной броне, увешанные оружием, всякими сканерами и портативными средствами связи с подозрением смотрели на гостя. Впрочем, все удостоверительные карточки у Виктора были в порядке. Сошлись отпечатки пальцев и структура сетчатки глаза, когда-то занесенные в базу данных. И вот, он вошел на территорию космопорта. От волнения сердце забилось еще сильнее,

Дома! Снова дома! После трех лет разлуки!

Он двинулся вдоль взлетных секций, ища двадцать седьмую. Вокруг сновали люди, спешащие по своим делам, со свистом рассекая воздух проносились двухместные фликсы, к грузовым люкам прибывших кораблей шли техники в униформах и чиновники-инспекторы разных ведомств, проверяющие грузы и декларации. В космопорте кипела обычная деловая жизнь и Донцов вновь стал ее частью. Да, он теперь снова в строю, когда несколько лет назад был у организаторов экспедиций нарасхват. Каждый крупный делец счел бы за честь, чтобы его корабль вел один из лучших пилотов Галактики. Вот и сейчас, нельзя ударить в грязь лицом и необходимо остаться на высоте.

Вот, наконец и двадцать седьмая секция. Первый причал, второй, третий…

Глаза Донцова восторженно заблестели. Там стоял великолепный торпедообразный корабль, готовый казалось вот-вот взмыть в небо навстречу безграничному космосу. Гладкий обтекаемый корпус «Радианта» блестел в лучах солнца, словно объятый пламенем. Единственное, что казалось удерживало его от стремительного рывка высь, были массивные посадочные платформы.

Кормовая, более крупная часть корабля таила в себе чудовищную энергию, способную вынести его в космические просторы – за орбиту Земли.

Да это был великолепный корабль! Один из лучших, которые когда-либо видел Донцов за долгие скитания в космосе. Он стоял, смотрел и не мог налюбоваться. Всякий пилот на его месте был бы счастлив управлять таким кораблем и Донцов понял, какая ему выпала удача.

– Нравится? – послышался за спиной знакомый колос. И на плечо Донцова опустилась рука.

Он обернулся и увидел Джона Ливингстона. Австралиец приветливо улыбнулся.

– Приветствую, – сказал Донцов и энергично пожал руку своему нанимателю. – Как видите я здесь.

– Отлично! – воскликнул Ливингстон. – Как, вам «Радиант»?

– Потрясающий корабль, – ответил Донцов. – Жаль, что вы хотите отправить его к 40-ой Эридана.

– Ничего-ничего, – австралиец похлопал Донцова по плечу. – Корабли нужны чтобы летать в космосе, их надо проверять на выносливость, а не любоваться ими на Земле. Вы согласны со мной?

Виктор кивнул.

– Ну, тогда идемте, – Ливингстон показал на входной люк. – Пора вам вступить в свою должность.

– С радостью.

Они вошли в шлюзовую камеру, где тут же наткнулись на невысокого коренастого человека в серой измазанной машинным маслом одежде. В руках его был целый набор инструментов для замера и считывания полученной информации.

– Мистер Ливингстон, – сразу начал незнакомец, как только увидел их. – Я проверил приводные системы, как вы велели. А узле 6-4СТ подача импульса колебалась от пяти до шести процентов. Это несущественно. Но я отрегулировал, теперь все в порядке.

– Отлично, – кивнул Ливингстон. – Познакомься, это наш новый коммандор, господин Донцов. А это наш старший борт-инженер Януш Холмгорский.

Мужчины скрепили свое знакомство крепким рукопожатием, а затем Ливингстон повел Донцова дальше. В коридорах корабля им больше никто не встретился, зато в пилотском отсеке находились двое молодых людей в темно-олифковой униформе без всяких знаков отличия.

– Мистер Ливингстон! – воскликнули они, разом вскакивая с кресел.

Босс кивнул и сказал, обращаясь к Донцову.

– Вот, ваши помощники. Они лучшие из тех, что работают на меня.

Ливингстон представил их.

– Это Марко Феррони, – он указал на более высокого и худощавого с ёжиком черных, как смоль волос на макушке. – Окончил летную школу в Неаполоре с отличием. А это Радаван Милославич, – кивнул Ливингстон в сторону второго пилота. Тот был невысок, но крепок, кареглаз, с короткой армейской стрижкой и небольшой окладистой бородкой. – Пилот и специалист по коммуникации. Выпускник Ладогской летной академии. Которую и вы, кстати закончили.

Парни поприветствовали Донцова улыбками.

– Ну, хорошо, теперь я хочу представить вам, как вы наверное уже догадались нового коммандора, – продолжал Ливингстон. – Это господин Донцов.

Марко и Радаван застыли с разинутыми ртами.

– Что? – наконец вымолвил итальянец. – Сам Донцов?

– Конечно, что тут удивительного, – улыбнулся Ливингстон. – Вы же знаете, у меня всегда все самое лучшее и корабль и экипаж и пилоты.

Парни таращились на прибывшего, словно он был каким то божеством.

– Господин, Донцов это и вправду вы? – воскликнул итальянец. – Я так много слышал о вас. Но и представить не мог, что воочию увижу лучшего пилота Галактики.

– Ну что, теперь когда увидел ты счастлив? – усмехнулся Донцов. – Может потрогаешь меня, убедишься, что я не голограмма?

– Я…, не…, – смутился молодой итальянец. – Прошу прощения.

– Ладно, хватит языками чесать, – голос Донцова преобразился в железный командный тон. – Быстро мне первичную диагностику и предполетный отчёт. Вылетаем, уже через час.

– Это точно он! – восторженно вскричал Марко.

И оба пилота бросились выполнять поручение. Ливингстон рассмеялся.

– Клянусь космосом, вы отлично сработаетесь. А теперь, господин Донцов прошу за мной.

Они покинули пилотский отсек и двинулись по узкому длинному коридору вдоль множества закрытых дверей. Дойдя до конца Ливингстон ввел код на панели той, что была справа.

– Ваша каюта, – сказал он. – Располагайтесь.

Виктор посмотрел в обратную сторону и указал в начало коридора.

– А нельзя мне там каюту?

– Там? – удивился Ливингстон.

– Поближе к пилотскому отсеку, – объяснил Донцов.

– Аааа, – протянул наниматель. – Понял, вас. Конечно. Выбирайте, где вам будет удобно.

Они прошли обратно, и Виктор указал на первую дверь слева. Ливингстон назвал код и Донцов ввел его сам. Дверь бесшумно утонула в стене. Донцов вошел и очутился в довольно просторной каюте. Обстановка была спартанской, как впрочем он и любил. Койка с системой гравитационного регулирования, передвижное кресло, небольшой столик и портативное устройство связи на нём, пара шкафчиков для одежды и в дальнем конце совмещенный сан-узел и душевая.

– Неплохо, – сказал Донцов, – Я даже скажу: шикарно.

– Располагайтесь, – повторил Ливингстон. – Если, что-то нужно, вам принесут. Можно обратится, также к Фрэнку Джонсону, он у нас по хозяйственной части. Я вас познакомлю.

Донцов бросил свои чемоданы на кровать и прошелся по каюте туда-сюда. Он оглядывался с явным удовольствием. Ливингстон направился к двери чтобы выйти и тут, словно что-то вспомнив остановился и сказал:

– Ах да, господин Донцов, в шкафчике есть форма для вас.

– Форма? – удивился Виктор. – А мои шмотки, чем вам не нравится?

Он был одет в кожаную куртку, утеплённые штаны, правда изрядно помятые и старые, потёртые армейские ботинки.

– Не то, чтобы не нравится, – развел руками Ливингстон, – Просто я подумал…

– Не надо никакой формы, – отрезал Донцов. – Всё что на мне, меня устраивает.

– И это, вас тоже устраивает? – спросил Ливингстон, показывая на физиономию Донцова.

Тот машинально ощупал свой подбородок и щеки, покрытые многодневной щетиной. Виктор хмыкнул.

– Да, мистер Ливингстон, это меня тоже устраивает. Поверьте, когда мы достигнем 40-ой Эридана, никому из нас не будет никакого дела до своей внешности и до марки одеколона которым мы пшыкаемся.

– Хорошо, – сдержанно кивнул австралиец. – Как будет угодно. Но если что…, вон там, – он указал на душевую, – есть мыло, щетка, бритва и всё что требуется.

– Я понял, – кивнул Донцов. – Не беспокойтесь за меня.

Ливингстон направился к двери. Прежде чем выйти, он сказал:

– Я жду вас через десять минут в грузовом отсеке, хочу кое-что показать и познакомить с людьми.

Дверь захлопнулась и Донцов начал распаковывать свой чемодан. Разложив все по местам, он справился минут за пять и отправился в грузовой отсек. Дорогу туда он отыскал без труда. Расположение жилых и рабочих отсеков внутри кораблей было по большому счету стандартным везде. Донцов знал их, как свои пять пальцев.

Спустившись по винтовой лестнице и миновав несколько коридоров, он вошел в большое ярко освещенное помещение. Там он увидел Ливингстона, его помощника Милоша Яровира и какого-то невысокого представительного японца. Ливингстон о чем то жарко спорил с азиатом, и в итоге они пришли к соглашению. Донцов поздоровался с Милошем и спросил:

– Что здесь происходит?

– Да вот, мистер Яматки Ходо доставил новое медицинское оборудование, – ответил Милош, – но вместе с ним и дополнение к контракту, где увеличена цена. Вот и торгуются.

– Уже сторговались, – подходя, сказал Ливингстон. – Японец совсем обнаглел. Цена в два раза выше. Черт бы его побрал. Когда мы доставим зверей с Деймоса, клянусь, в систему Хогодано я продам их по тройной цене.

Разумеется, все это было сказано по-русски, но господин Ходо, похоже уловил смысл и начал выражать протест.

– Вы так не можете! – говорил он по-английски. – О цене на зверей договорились заранее.

– Мы включим в договор пункт об увеличении, – ответил Ливингстон.

Пока они спорили и препирались, на электрокарах в помещение стали завозить большие пластиковые контейнеры прямоугольной формы.

– Что там? – спросил Донцов.

– Для этого я и позвал вас, чтобы показать, – ответил Ливингстон.

Прекратив спор с японцем и распрощавшись с ним, он и подошел к одному из контейнеров.

– Вы утверждали, что на Деймосе выжить невозможно, но теперь, я полагаю, измените свое мнение.

Он нажал на один из рычагов сбоку контейнера и металлическая крышка в верхней его части начала подниматься.

Внутри оказалось множество вещей. Первым делом Ливингстон вытащил костюм золотисто-красноватого цвета. Состоял он из куртки с длинными рукавами и высоким, отстегивающимся воротом, штанов, и соединительных ремней, обеспечивающих герметичное соединение всех элементов. На запястьях и центральном широком поясе располагались какие-то блоки управления-контроля. Имелось несколько карманов с лентами-липучками.

– Костюм нано-технологический для работы в агрессивных экосистемах, – сообщил австралиец, – Коротко – «КНАТ». Выдерживает от пяти до семи выстрелов лайтинга. Я уверен, когти и зубы деймских тварей против него будут бессильны.

Донцов пощупал костюм. Материал был прочный, плотный и весьма эластичный. Но, он скептически покачал головой, вспомнив, насколько обманчиво надежной казалась динамическая металло-композитная броня вамерских десантников. Проверку когтями и зубами болотных буйволов она не выдержала, как и шлемы вамеров, раскалывавшиеся, словно орехи под ударами саблеклювов.

Но Донцов про это не стал говорить, он спросил про другое.

– А как обстоят дела с отправлением естественных надобностей в этих костюмчиках? Помнится, у нас на Деймосе с этим были…, некоторые затруднения.

– Куда нужно, – Ливингстон показал, – встроена автоматическая система санитарной обработки и сброс дефекационных пакетов.

– Короче, жопу тебе подотрут, до блеска отполируют, а всё что ты насрал и нассал упаковывается и отлетает в сторонку, – грубо, но понятливо объяснил Милош Яровир.

– Хорошо, – кивнул Донцов. – Но костюм, всё-таки не внушает доверия. Неужели он лучше армейской брони вамеров?

– Гораздо лучше, – начал уверять Ливингстон. – Совершенно не сковывает движения, реагирует и подстраивается под все типы воздействия от ударных, до температурных, неуязвим ко всем известным кислотам. Нано-технологическая система очень быстро подстраивается под любые условия. И что самое важное есть функция самовосстановления. Кроме этого в комплект входит дополнительное облачение, – он вытащил из контейнера что-то вроде трикотажного черного костюма, покрытого плоскими кружками-датчиками, прошитого тонкими моно-волоконными нитями. – Одевается под КНАТ. Содержит в себе медицинскую диагностическую систему и набор необходимых лекарственных препаратов для оказания помощи и поддержки организма.

– Да, это отличная штука, – согласился Донцов. – Такую возьму. Но костюмчик предпочту другой. Я сейчас…

Под удивленные взгляды он покинул грузовой отсек и похоже отправился в свою каюту. Вернулся минут через пять с одним из своих чемоданов. Донцов поставил его на пол, открыл, вытащил на свет какой-то рулон и развернул его. Все увидели янтарного цвета полупрозрачный комплект из куртки и штанов, плотно и герметично соединенный поясным кольцом из металла. Выглядело это, как гладкая блестящая резина.

– Это же центаврийская орг-полимерная броня, – удивился Милош Яровир.

– Верно, – кивнул Донцов.

– Но, разве такие производятся для нас? – спросил не менее удивленный Ливингстон.

– Да, для людей есть небольшие партии, – кивнул Виктор. – Достал вот, по старым связям. Кстати, центаврийская броня технологически схожа с КНАТ, но структурно более простая и по моему более прочная.

– Что ж, – Ливингстон покачал головой и провел пальцем по рукаву от плеча и вниз. Складывалось ощущение, что вся поверхность центаврийского костюма покрыта толстым слоем жира, но палец при этом остался сухим. – Дело, конечно ваше. Но продолжим осмотр…

Ливингстон достал из контейнера большую сферической формы коробку и открыв ее вытащил шлем.

– Ну, а это, как вам, мистер Донцов?

Виктор принял шлем из рук нанимателя и осмотрел так и сяк. Шлем – полусфера, сужающийся к затылку не имел смотровых стекол, но по центру опоясывался сенсорной пластиной, снабженной различными устройствами, в том числе средствами визуализации.

– Хороший… да, прочный, – кивнул Донцов. – Но плотоядные буйволы.. Саблеклювы… Даже не знаю. Дай то бог, мистер Ливингстон, чтобы он выдержал.

– А вот, посмотрите сюда, – сказал Ливингстон и извлек из контейнера длинную металлическую коробку.

Внутри оказалось диковинное оружие. Донцов еще ни разу не видел такого. Сначала шли метровой длинны прозрачные трубки, содержащие внутри пару маленьких генераторов, линию проводов спиралью и индуктор подкачки. Приклад напоминал стандартный для армейского оружия, а с противоположной стороны располагались две линзы и фокусирующие усики.

– Тарс-парализаторы, – сказал австралиец. – Лучше обычных электрических на порядок. Мощнее, но при этом для животных меньше риска. Воздействуют не на нервную систему, а на мышечную ткань.

За тарс-парализаторами последовали длинные штуковины, отдаленно напоминающие карабины. Сбоку крепилась вместительная коробка с зарядами и автоматической подачи их в боевую часть.

– Гипноружья, – объяснил Ливингстон. – Бьют морфо-дротами. Нашего земного слона валят за пару секунд.

– Что-то я не уверен, в их эффективности против деймских тварей, – с сомнением произнес Донцов. – Биохимия, знаете ли иная.

– Безусловно, – кивнул Ливингстон. – Вот и проверим их в деле на разных настройках и регулировках.

Далее, на осмотр последовали мощные стволы с зарядными съёмными баллонами. Ливингстон объяснил, что это хим-векторы. Бьют дробью с химической начинкой и гранатами. Пара таких штуковин способны разогнать толпу демонстрантов в несколько сотен человек.

– Это на случай массового нападения, например стаи фритиллярий. Думаю облака слезоточивых газов дадут нам и защиту и время для каких либо еще действий.

– Все это конечно хорошо, отличные игрушки-пуколки, – усмехнулся Донцов, – А нет ли у вас чего-нибудь посолиднее для обороны?

– Модернизированные лайтинги серии АМАК-2-400, – немного удивленно ответил Ливингстон. – Кримитовый газ Деймоса для них уже не страшен. Были проведены испытания в военных лабораториях. Эффективность новых «амаков» стопроцентная в течении двенадцати суток в условиях непрерывного нахождения в кремитово-газовой среде. Нам же для работы хватит дня три-четыре. И я надеюсь, – Ливингстон покачал головой и усмехнулся, – что нам не придется использовать их слишком часто. Мы летим не убивать животных, а ловить их.

– А они будут вас убивать, – хмыкнул Донцов.

Он вышел из грузового отсека и, похоже, вообще покинул корабль. Ливингстон не знал, что и думать. Коммандор ничего не сказал. Куда пошел неизвестно? Подождав минут пять, он и Милош Яровир вновь занялись делами: осмотром поступивших грузов и распределением их по секциям корабля.

Донцов вернулся спустя час, также внезапно, как и ушел. В руках у него был длинный узкий футляр. Без всяких предисловий он сказал:

– Я предпочитаю вот это.

Из футляра он извлек части снайперской винтовки. Быстро собрал и выложил на стол перед удивленными нанимателями. Это была скорострельная автоматическая винтовка «Скиф-35», калибр 16, бронебойная со спектро-оптикой.

– О космос, где вы раздобыли такое старье! – вскричал Ливингстон.

– В оружейной лавке поблизости, – невозмутимо ответил Донцов. – Можете мне не верить, но это оружие намного эффективнее на Деймосе чем ваши лайтинги. Модернизация и лабораторные испытания это конечно хорошо, но если что-то пойдет не так… Деймос не даст вам второго шанса. Вамерские лайтинги сдохли очень быстро. Только двое суток прошло и всё, на что они были способны это прикончить, скажем Буйвола метров с трех. Но поверьте, эту тварь лучше не подпускать так близко. Так, что моя винтовка это лучшее решение. Советую и вам запастись такими же. И вот еще чем.

Донцов вытащил из коробки портативный гранатомет.

– О боже! – вскричал Ливингстон. – Да вы, никак на войну собрались?

– Поверьте, деймские твари устроят вам эту войну, – усмехнулся Виктор.

– Пожалуй, к словам господина Донцова стоит прислушаться, – сказал Милош Яровир. – Немного огнестрельного оружия не помешает.

– Но это ведь все устарело! – воскликнул Ливингстон и рассмеялся. – Давно устарело. Неоднократно уже доказано, что энергетическое оружие превосходит огнестрельное и по боевым и эксплуатационным качествам.

– Я бы так не сказал, – покачал головой Милош. – Не все так однозначно.

Он приблизился к столу и осмотрел винтовку Донцова.

– Красавица… мощная машинка. Всегда уважал. Дистанция поражения?

– Тысяча триста метров, – ответил Донцов. – Пули разрывные и бронебойные. Как раз то, что тварям Деймоса и надо. Опто-визор двенадцатикратный, всепогодный, снабжен сенсорами слежения.

– Я бы запасся «скифами», – Яровир взглянул на босса. – Лишними, точно не будут.

– Хорошо, – кивнул Ливингстон, – Закупи сколько нужно. На твое усмотрение.

Милош Яровир направился к выходу.

– Боеприпасов побольше! – крикнул ему вслед Донцов. – Расход на Деймосе будет немереный.

Серб кивнул и скрылся.

– Ладно, – продолжим знакомство с нашим арсеналом, – сказал Ливингстон, вытаскивая из коробки еще что-то. По форме напоминало наруч какого-нибудь древнего воина. Как оказалось, эта штуковина действительно одевалась на руку, закрывая ее от кисти до локтя. Вперед из нее выдвигались четыре штыря с кабельной обмоткой.

– Это силовые щиты, – объяснил Ливингстон. – Аякс -14Д. Выбрасывают энергетическое поле на двадцать шагов. Двое человек, стоящих спина к спине могут образовать замкнутую сферу. Поле сковывает движение животного, он словно в невидимый мед попадает. Очень полезная штука.

Донцова эта техническая приблуда заинтересовала.

– Сколько они действуют?

– Два с половиной часа без перезарядки.

– А внутрь этой сферы, ведь еще могут люди уместиться?

– Конечно.

– То есть два человека способны прикрыть и себя и еще нескольких?

– В общем-то, да.

– Хмм… Если у каждого будет такая штука, можно менять тех у кого заряд иссякнет. И так группа сможет держаться и четыре и шесть часов…

– Можно, – подтвердил Ливингстон. – Зачем только? Такие крайности нам не понадобятся.

– Как знать, – хмыкнул Донцов. – На Деймосе разные могут быть ситуации.

– Не волнуйтесь, мы основательно подготовились, – уверенно произнес Ливингстон.

– А что там? – спросил Виктор, показывая на четыре самых огромных контейнера. Они занимали в грузовом отсеке едва ли не половину всего пространства.

– Клетки, изготовленные из сверхпрочного сплава, – последовал ответ. – Способны удержать разъяренного носорога. Это для крупных животных. Также, есть терр-конты с настраиваемым климатом и средой для существ поменьше и аква-конты для обитающих в воде.

Тут, Ливингстон посмотрел на коммуникатор, закрепленный на его правом запястье и воскликнул:

– Черт побери, скоро прибудут мои ребята! Нужно столько еще всего подготовить! У вас, коммандор, тоже наверняка дел немало.

– Это точно.

Донцов кивнул и отправился в рубку управления, чтобы, как раз заняться этим. Проверить насколько готовы его подчиненные и звездолет к полёту.


* * *


Донцов занял место за пультом управления и бегло ознакомился с устройством приборной доски. Ничего сложного и нового. Он знал тут каждую кнопку, каждый рычаг, тумблер и переключатель, словно летал на этом корабле всю свою жизнь. Но, кое что, все же привлекло его внимание, а именно, небольшая отдельная панель с несколькими продолговатыми сенсорами. Располагалась она немного в стороне от основной массы приборов и переключателей.

– Что это? – спросил Донцов у сидевшего слева Радавана.

Молодой пилот прикоснулся к одному из сенсоров. Через секунду над пультом управления возникла сверкающая множеством огоньков сфера, которая начала медленно вращаться вокруг своей оси.

– Усовершенствованный курсопрокладчик, совмещенный с базой данных и голографическим проектором, – объяснил Радаван. – Скорость расчетов и все другие показатели на порядок превосходят все старые системы. Существенно облегчает жизнь нам, пилотам.

– Отличная штука, – сказал Донцов и как то странно прищурился. – Чуть позже я изучу это новшество. Ну, а теперь, посмотрим, как вы провели предстартовую подготовку.

Донцов включил экраны внутреннего контроля. Так, для начала системы внутренней подачи энергии. Все в норме. Далее, резервные источники. Потом контроль подающих и соединительных контуров на силовых установках. И так, он прошелся по всем ключевым позициям. Что ж, парни свое дело знали. Все выполнено безупречно.

– Ну, хорошо, идем дальше. Стартовая система?

– Готовность стопроцентная, – доложил Марко Феррони.

– Стабилизаторы?

– В норме.

– Антигравитационные усилители?

– В норме.

– Фазовые ускорители?

– Есть незначительные отклонения, но в пределах допустимой нормы, – сказал Радаван.

– Причины? – нахмурился Донцов.

– Наш старший инженер выясняет. Его предварительный вывод: из шести блоков два заменили новыми из модернизированной серии с измененной схемой цикличных расчетов. Несколько часов работы и все блоки синхронизируются.

– Ладно, – кивнул коммандор. – Но держите на контроле.

Закончив проверку по основным данным, Донцов взглянул на центральный обзорный экран и увидел, как к трапу Радианта приблизились два таксо-скара. Похоже те, про кого говорил Ливингстон прибыли. Виктор поднялся с кресла.

– Я пойду, познакомлюсь с прибывшей группой. Вы продолжайте. Потом доложите.

Он покинул рубку управления и снова спустился в грузовой отсек. Там застал Ливингстона в компании восьми рослых парней. Вне всяких сомнений это была команда звероловов, о великолепной подготовке которых рассказывал Ливингстон.

Глядя на прибывших, Донцов понял, что перед ним действительно сильные и решительные люди. Вот только вряд ли они до конца понимают, на что подписались, отправляясь к 40-й Эридана.

Все звероловы представляли различные государства СОНЗ. Но один резко отличался от всех остальных. Это был высокий широкоплечий центавриец, чья серая кожа ярко и глянцево блестела в свете ламп.

Центаврийцы относились к гуманоидному типу и потому фигурой они напоминали людей. Также имели две руки, две ноги. Лицо, почти человеческое соединяло в себе и некоторые черты ящера, маленький нос располагал тремя отверстиями для дыхания, которые при необходимости могли закрываться фильтрующими мембранами. Глаза у центаврийца с огромными черными зрачками имели миндалевидную форму и обрамлялись толстыми складками век. Во взгляде читались и разум и дружелюбие и склонность к ироничному восприятию бытия. Для центаврийцев это было характерно.

Экипировка инопланетного гостя состояла из легкой пластинчатой брони бледно фиолетового цвета. Через грудь крест-накрест тянулись широкие ремни на которых помещались различные предметы. На спине центаврийца на уровне плеч находилось, что-то вроде рюкзака, но на самом деле это была часть экипировки, заключающей в себе крылья. Правда, немногие центаврийцы ими пользовались, у подавляющей части они просто атрофировались. А у самых молодых поколений превалировали модные тенденции: вообще ампутировать крылья посредством хирургической операции.

Донцову всегда нравились центаврийцы, прежде всего своим понятием о чести. Они были храбры и преданы дружбе. Центаврийская и человеческая расы встретились давно, более полувека назад. По сути, и у тех и у других это был первый контакт. Со временем наладились постоянные торговые культурные и политические отношения.

Донцов приблизился к группе.

– Познакомьтесь с нашим коммандором. Виктор Донцов – лучший пилот Галактики, – представил его Ливингстон.

Парни по очереди пожали ему руку.

– Рау Канс, – представил центаврийца Ливингстон. – Сопровождает нашу экспедицию в качестве разведчика. Компания в которой он работает хотела бы приобрести парочку тварей с Деймоса. Вот он и определит, какие для этого подойдут.

Вместо рукопожатия центавриец поднял левую руку с четырьмя когтистыми пальцами, потом прижал ее к правой стороне груди и сказал по-английски:

– Рад познакомится с вами, землянин Донцов. Я много слышал о вас. О ваших совместных полетах с моим соотечественником Кау Ларом слагают легенды. Он утверждает, что вы самый великий пилот во всей Галактике.

– Такой уж великий? – рассмеялся Донцов. – Посмотрели бы вы на меня несколько дней назад, представляю, какая получилась бы легенда.

– Да, я слышал, что у вас возникли некоторые проблемы, – кивнул центавриец. – После употребления напитков содержащих алкоголь, разум землян ослабевает, наступает дисбаланс во всем организме. Надеюсь, вы излечились от этого недуга?

– Я тоже надеюсь, – уклончиво произнес Донцов и, усмехнувшись, добавил:

– По крайней мере на время этого рейса. Ну, а теперь расскажите мне, как там Кау Лар? Все ли у него в порядке?

– Извините, – вмешался в разговор Ливингстон, – у вас еще будет время поговорить. Мы скоро взлетаем…. А где Милош?

– Я здесь, – отозвался заместитель из дальнего угла грузового отсека. Там он раскладывал по секциям привезенные с собой ящики.

– Вернулся? Ну что, достал винтовки?

– Достал. И не только их. Мы будем отлично вооружены.

– Хорошо, – кивнул Ливингстон. – Все в сборе? – он окинул группу беглым взглядом. – Похоже, нет… Где Норберг?

От входа послышался приглушенный, размеренный топот. Вскоре к группе приблизился белокурый здоровяк под два метра ростом.

– Задерживаешься, – с легкой укоризной произнес Ливингстон.

– Я ждал свой заказ, – невозмутимо ответил прибывший.

Австралиец указал на Виктора.

– Познакомься. Наш коммандор о котором я говорил. Легенда Галактики – Донцов.

– Я думал самый известный пилот Галактики выглядит, несколько по-другому, – с ухмылкой пробасил скандинав.

– И как же я представлялся вам? – Виктор чуть прищурился.

– Свен Норберг, – здоровяк протянул руку. Рукопожатие у него было чертовски крепким. – Не таким…, помятым.

– У меня был нелегкий период в жизни, – усмехнулся Донцов.

– Понимаю. Но теперь все неприятности в прошлом?

– Думаю, они только начинаются.

– В самом деле? – удивился скандинав. – Почему?

– Мы ведь к 40-й Эридана летим. На Деймос, – Виктор снова усмехнулся. – Полагаю, вы в курсе, что нас там ждет. Хотя бы, в общих чертах.

– Я в курсе, – кивнул Норберг. – И мне не терпится скрутить у парочки тамошних болотных буйволов их рога. Отлично будут на стенке смотреться.

– Тамошние буйволы неохотно со своими рогами расстаются, – заметил Виктор. – Зато оторвать чью-нибудь горячую и не особенно умную голову всегда рады.

Свен Норберг нахмурился. Последняя фраза коммандора ему не понравилась. В беседу вмешался Ливингстон.

– Господа, время старта приближается. – Думаю, всем следует занять свои места. И устроитель экспедиции энергично махнул рукой, призывая следовать за собой.

Все покинули грузовой отсек и поспешили на места: команда звероловов в кают-компанию, Донцов в рубку управления.

Молодых пилотов он застал сидящими на их местах, как и положено.

– Коммандор, диагностика бортовых систем закончена, – доложил Радаван. – Все в норме.

– Запускаем двигатели, – кивнул Донцов, занимая своё место.

На приборной доске одна за другой засветились сенсорные панели. Тумблеры, запускающие стартовые механизмы переведены в нужное положение. Донцов включил систему внутреннего оповещения и передал по всем отсекам звездолета:

– Начинаем взлет. Всем приготовиться.

В пассажирском отсеке звероловы поспешно закрепились в противоперегрузочных креслах. В кормовой части корабля раздался протяжный гул, постепенно переходящий в оглушительное завывание. Началась тряска, которая вскоре охватила весь корабль.


И тут на одной из контрольных панелей замигал красный огонек.

– Что за хрень?

– Что? – встревожился Радаван.

– У нас не стопроцентная герметизация.

– Не может быть.

– Сам посмотри.

Радаван убедился и удивленно взглянул на своего итальянского коллегу.

– Марко, что у нас с люками?

– Я проверял, все закрыты.

– Ну-ка, я сам проверю, – сказал Донцов. Он начал просматривать данные на одном из экранов.

– Так, грузовой…, закрыт. Люки пассажирского отсека? Закрыты. Аварийный… В норме.

– Я же говорил, все проверено, – начал было Марко Феррони. Но тут Донцов яростно сверкнул глазами и вскричал:

– А это что?!

– Где?! – разом подскочили молодые пилоты.

– Ремонтный люк 3-А правого борта! Почему он открыт? Дьявол вас побери!

– Я проверял! – вскричал потрясенный и ошеломленный Феррони. – Все было в порядке!

– Но люк сейчас открыт! – заорал Донцов и побагровел от ярости. – Вы, что Феррони, угробить нас хотите?! Как можно было допустить неполную герметизацию во время старта?!

– Но я…, – забормотал итальянец. – Не возможно… Это, просто не возможно.

Донцов еще раз просмотрел данные, имевшиеся перед стартом и обновил информацию на экране.

– Что за чертовщина? Люк действительно был закрыт. Затем внутренние датчики зафиксировали поступление воздуха извне. Сейчас показано, что люк закрыт, но не плотно.

– Возможно, какие-то сбои в самих датчиках, – предположил Радаван. – Хотя, их мы тоже проверяли и проблем не было. Звездолет новый, как и все оборудование и до срока износа еще далеко.

– Ладно, сделаем так, – Донцов быстро переключил пару кнопок. Ремонтный люк был открыт и снова закрыт. Теперь на экран поступила информация, что все в норме.

– Вот, что парни, – коммандор направил на помощников тяжелый, пристальный взгляд, – вы должны уяснить одну простую вещь: космос это не детские игры. Перед каждым стартом все, до последней сраной гайки и винта должно быть проверено. В ваших руках не только ваши жизни, но и остальных людей на борту. Предельная внимательность и контроль ситуации ежесекундно. Если не вдолбите себе это правило не доживете до моих лет. Ясно вам?

Молодые пилоты усердно закивали.

– Что ж, раз так… Радаван, поддай-ка газку.

Пилот кивнул и активировал вторую фазу стартового процесса. Двигатели завыли еще сильнее и из огромных дюз «Радианта» вырвалось ослепительное пламя. Огненные струи ударили в посадочную платформу. Донцов приказал увеличить мощность движительного кольца и задействовать антигравитаторы с помощью которых звездолет преодолевал притяжение планеты. С лязгом стабилизаторы утонули в специальных секциях и огненной кометой «Радиант» взмыл в небеса навстречу звездам и приключениям.

## Глава 3

Глава 3.

ВНЕЗАПНОЕ НАПАДЕНИЕ


Огненной кометой «Радиант» прошел сквозь атмосферу Земли и преодолевая гравитацию планеты устремился во тьму открытого космоса. На обзорных экранах вспыхнули далекие звезды и сердце Донцова учащенно забилось. Глаза его заблестели от радости, а душу переполнило безграничное счастье.

Снова в космосе!

Разве есть на свете что-то, что могло бы сравниться с этим?

Восторг, счастье и ликование переполняли Донцова до предела и он не мог сдержать их. Лицо озарилось улыбкой, глаза заблестели, сердце стучало в груди.

Молодые пилоты понимали какие чувства охватили коммандора и не мешали ему насладиться первыми минут