# Сиреневая госпожа поместья Лундун. Том 5

Ксения Винтер

Моя жизнь висела на волоске, но удача вновь мне улыбнулась – я выжила, но потеряла всё: семью, друзей, титул и безбедную жизнь, а дорога в поместье Лундун для меня теперь навсегда закрыта.

Многоликий Кенион, между тем, не оставляет попыток добраться до меня, да и демон в моей голове с каждым днём становится всё сильнее и в любой момент может захватить власть над нашим общим телом. А значит мне одна дорога – к жрицам на гору Кисин.

Только они могут помочь мне избавиться от нежеланной связи с демоном и сохранить собственное я. Но не окажется ли цена за их помощь слишком высока?

В книге есть:

– сильная героиня в детском теле;

– авторский мир в стиле уся;

– немного опасных приключений;

– щепотка юмора;

– зарождающийся любовный треугольник

## Плен

– Вы можете остаться на горе Абора и войти в наш клан, – ровным голосом заявил бэкхран Ангэтар, твёрдо глядя мне в глаза.

– Весьма щедрое предложение, но я вынуждена отказаться, – ответила я с кривоватой усмешкой.

Наручники кандалов больно впились в запястья, но я была не намерена жаловаться. Хотя очень хотелось!

Я, чёрт их всех побери, за всё своё время пребывания в этом мире только и делаю, что кому-то помогаю и кого-то спасаю. И всё равно меня заковали в цепи, точно преступницу!

Когда Васт сообщил мне о предстоящем суде, я догадывалась, что ничего хорошего меня не ожидает. Но на подобное точно не рассчитывала!

Началось всё с того, что как только новость о моём пробуждении распространилась по горе Абора, ко мне тут же явился Суин. Не слушая возражения Васта о том, что я ещё не до конца оправилась, вихо заковал меня в кандалы и доставил в отдельный гостевой домик, где меня за ногу приковали цепями к ножке кровати.

Чуть позже в тот же день ко мне явилась Розовая госпожа.

– Ты отправишься с нами в поместье Лундун через два дня, – сообщила она мне ледяным тоном. – До этого времени ты не покинешь эту комнату.

И просто ушла.

Вскоре после неё вновь явился Васт.

– Ни твоих служанок, ни твою стражу к тебе не пустят, – предупредил он меня.

– А для тебя, стало быть, сделали исключение? – насмешливо уточнила я.

– Я должен проследить, чтобы ты не навредила телу Сиреневой госпожи, – безэмоционально проговорил он, однако я видела печаль, мелькнувшую на дне его глаз.

– Розовая госпожа считает, что меня можно вытащить и вернуть в тело душ настоящей Шиануси?

– Она мать. Естественно, она будет цепляться даже за призрачную надежду.

Что ж, пожалуй, тут он прав. Будь я на месте Тэят, наверно, тоже бы до последнего упорствовала в попытках вернуть дочь.

Мысль о дочери и моральных терзаниях Розовой госпожи заставили меня вспомнить кое о чём важном.

– Как там Ришан? – спросила я.

– Тоже в курсе, что в теле его сестры чужая душа.

– И что, у него не возникло желания увидеться со мной?

– Ему тоже запретили встречаться с вами.

– Это решение Тэят или Суина?

– Это приказ бэкхрана Эльзира.

А вот это был удар в поддых. Нет, я прекрасно помню, что Эльзир предупреждал, что не станет меня защищать, если мою личность раскроют. Но отрезать от меня всех близких людей… это крайне жестоко.

Впрочем, я не стала никак комментировать решение бэкхрана, решив, что у меня ещё будет возможность переговорить с ним.

Ну, не станет же он проводить суд сразу же после моего возвращения в поместье Лундун? Наверняка оставит немного времени для приватного разговора.

А потом ко мне в комнату явился бэкхран Ангэтар. И вот его я ожидала увидеть здесь в последнюю очередь.

И ладно бы просто пришёл поблагодарить за спасение своего клана или что-то в этом духе. Так нет же! Он решил забрать меня себе.

– В поместье Лундун вас не ждёт ничего, кроме смерти, – заявил он. – А среди нас вы сможете спокойно жить. Никто не поставит вам в вину ваше иномирное происхождение.

– А жить я случайно буду не в тинге? – ядовито поинтересовалась я. – Демонов вы лишились, и теперь хотите заполучить новую редкую зверюшку?

– Всё не так.

– Да мне, в общем-то плевать, – отрезала я, ощущая невероятное воодушевление от того, что можно больше не играть роль Сиреневой госпожи и говорить что угодно и кому угодно, ничуть не опасаясь ни за свою репутацию, ни за репутация клана. – Я предпочту умереть в поместье Лундун, чем стать вашим подопытным кроликом.

– Что ж, воля ваша, Татьяна, – на лице Ангэтара отразилось вполне искреннее сожаление. – Эльтайн будет скорбеть о вашей кончине.

Если это была попытка давить на жалость, то она с треском провалилась, потому что я лишь пренебрежительно фыркнула на неё.

Да, возможно, моя смерть и огорчит Первого наследника горы Абора. Но эта рана не будет болеть долго, и со временем встреча со мной превратится лишь в приятное (или не очень) воспоминание.

Да и не в том я сейчас нахожусь положении, чтобы переживать о чувствах других. Куда сильнее меня занимает гипотетическая возможность побега. Потому что благородство благородством, а жить мне очень хочется. И я готова пойти на многое, чтобы эту самую жизнь себе сохранить.

## Суд

В поместье Лундун меня мало того что доставили под конвоем, так ещё и отдельно от Тэят, Ришана и остальных, «гостивших» со мной на горе Абора.

Моя надежда на приватную беседу с Эльзиром не оправдалась: едва только транспортная печать погасла, как меня тут же привели в тронный зал мэна, где уже собрались вихо, а на троне восседал бэкхран.

Я на секунду задержала взгляд на одном пустом кресле – это было место Нанзу.

Я тяжело вздохнула – сердце кольнуло сожалением.

«Кажется, своим появлением я принесла сплошные несчастья», – с грустью подумала я.

Один из стражников легонько пихнул меня в спину, и я, поняв намёк, опустилась на колени перед Советом, как и подобает преступнице.

– Существо, именующее себя Татьяна. Ты обвиняешься в захвате тела Сиреневой госпожи и использовании её личины в корыстных целях, – официальным тоном проговорила вихо Дэйчи. – За это преступление наказание лишь одно – смерть. Тебе есть что сказать в своё оправдание?

– Я не захватывала ничьё тело, – устало проговорила я, прекрасно понимая, что мои слова ни на что не повлияют. – Это тело было уже пусто, когда я в нём появилась. Но, вихо Дэйчи, в одном вы правы: я и правда использовала личину Сиреневой госпожи в корыстных целях – я хотела жить и делала всё для этого. Я водила за нос всех обитателей поместья Лундун, в чём признаюсь.

Неважно, насколько печальный конец меня ждёт. По крайней мере, я могу защитить дорогих мне людей и не позволить им разделить мою судьбу.

– Кто-нибудь ещё знал о твоей настоящей сущности? – продолжила подобие допроса Дэйчи.

– Никто.

Я ожидала, что вихо попытается надавить и заставить меня “сдать” кого-то ещё, но она этого делать не стала. Возможно, потому что сама была среди тех, кто знал правду, и боялась, что я могу об этом рассказать?

– Полагаю, нам нужно некоторое время, чтобы прийти к согласию относительно судьбы этого существа, – заметил вихо Инвэ, резким взмахом руки остановив начинающиеся дебаты среди своих коллег. – Пока же вихо Мейро проследит за тем, чтобы преступница с комфортом устроилась в темнице и не имела ни малейшего шанса на побег.

– Я согласен с вихо Инвэ, – подал голос Эльзир. – Предлагаю Совету собраться второй раз после ужина и всё детально обсудить. Без присутствия преступницы.

Никто не стал оспаривать решение бэкхрана (тем более что дело вроде как касается его дочери), и меня перепоручили заботам вихо Мейро. Он же, не говоря ни слова, проводил меня в свой дом, где в подвале располагалось подземелье с камерами для узников.

Прежде чем запереть меня в самой дальней от входа камере, Мейро снял с меня наручники.

– Надеюсь, вы не доставите мне хлопот? – спросил он, проявив неожиданное почтение, обратившись на “вы”.

– И в мыслях не было, – заверила я его, оглядывая своё временное место жительства.

Это была крохотная камера с деревянным настилом на полу, которую от коридора отделяла железная решётка. В углу камеры лежал тоненький матрас, а чуть дальше стояло ведро для справления естественной нужды.

Я брезгливо скривилась.

«Так себе обстановочка, – подумала я с лёгкой досадой. – Одно радует: долго здесь меня никто держать не будет, и, самое позднее, завтра утром мне объявят мою участь».

## Прощай

Я развалилась на матрасе и прикрыла глаза, решив, что в моём случае сон лучший способ скоротать время.

Мимолётно мелькнула мысль снять браслет-змейку и поговорить с Многоликим Кенионом. Быть может, он сможет подкинуть идею, как мне выбраться из этой передряги?

Мысль была крайне соблазнительная, и мне стоило немалых усилий от неё отказаться.

Сбежать от смертной казни, чтобы попасть в своеобразное рабство к тёмному божеству, мечтающему о мировом господстве? Ну, уж нет! Быть чьей-либо безвольной марионеткой я не согласна. Лучше смерть.

Сон никак не шёл, и я просто лежала на спине, задумчиво разглядывая потолок.

Неожиданно раздался тихий скрип открывающейся двери, затем послышались шаги, небольшой закуток коридора перед моей камерой осветил тусклый голубоватый свет, и в поле моего зрения показался Васт.

– О, привет! – радостно улыбнулась я неожиданному гостю, моментально приняв вертикальное положение. – Неужели тебе разрешили меня навестить?

– Я сам пришёл.

Васт заставил стеклянную сферу, и испускавшую этот потусторонний голубоватый свет, парить в воздухе посреди коридора, а сам вплотную подошёл к решётке и вытащил из мешочка на своём поясе небольшой флакон из непрозрачного тёмно-зелёного стекла.

Я судорожно сглотнула: мне не требовались пояснения, чтобы понять, что это.

– Прощальный дар? – с грустной улыбкой уточнила я.

– Да.

Я поднялась с матраса, подошла к решётке и забрала фиал.

– Больно не будет? – дрогнувшим голосом спросила я, ощущая, как на глаза наворачиваются непрошенные слёзы.

– Я же обещал, – губы Васта искривились в грустной улыбке.

– Как тебе удалось убедить вихо Мейро впустить тебя?

– Никак. Я сказал ему правду, и он с уважением отнёсся к моему желанию.

– Ты сказал ему, что пришёл меня убить? – неверяще переспросила я.

– Я сказал, что на горе Абора ты спасла мою жизнь, и меньшее, чем я могу тебе за это отплатить, это избавить от позорной казни и обеспечить быструю, безболезненную смерть.

– И вихо поверил?

– Поверил или нет – неважно, – в голосе Васта мелькнуло раздражение. – Главное, он впустил меня.

– Да, ты прав. – Я перевела взгляд на флакон в своих руках. – Как быстро оно подействует?

– В течение пары минут.

У меня по спине пробежали мурашки. Пара минут… всё, что у меня осталось, жалкая пара минут.

– Знаешь, это так странно, – проговорила я, ощущая острую потребность поделиться впечатлениями. – Я думала, что будет страшно.

– А тебе не страшно?

– Нет, – покачала я головой. – Просто странно. Словно надела платье, которое чуть-чуть мало.

Васт протянул руку сквозь прутья решётки и нежно огладил кончиками пальцев мою щёку.

– Я был с тобой, когда ты пришла в этот мир, – тихо проговорил он, глядя на меня глазами, в которых плескался целый океан эмоций, которым я не смогла найти определение. – И останусь с тобой до конца.

– Спасибо, – я тепло улыбнулась ему. А затем, поддавшись порыву, повернула голову, удерживая его руку за запястье, и нежно коснулась губами центра ладони. – За всё. Пусть моя вторая жизнь оказалась очень короткой, я не жалею, что прожила её.

– Для меня честь быть твоим наставником, – откликнулся Васт, даже не пытаясь вырвать свою руку из моих пальцев.

– Ты был не только наставником, – возразила я. – В первую очередь ты был моим другом.

Васт ничего на это не ответил, лишь не сводил с меня взгляда, казалось, даже моргать перестал.

Я же отпустила его руку, откупорила фиал и, помедлив мгновение, залпом опустошила его.

Зелье оказалось с приятным мятным привкусом, и не прошло и пары секунд, как я ощутила лёгкое покалывание в кончиках пальцев.

– Тебе лучше лечь, – посоветовал Васт, забирая опустевший фиал.

Я пожала плечами, но не пошла к матрасу, а села прямо на пол, прислонившись плечом к решётке.

– Ты ведь позаботишься о шкатулке? – спросила я, с надеждой взглянув на чатьена снизу вверх.

Я отдала ему шкатулку сразу же, как только узнала, что (а точнее кто) именно в ней находится, даже не сомневаясь, что Васт обеспечит её сохранность до тех пор, пока я не придумаю, что с ней делать.

– Разумеется, – не колеблясь и мгновения, ответил Васт. – Она будет в надёжных руках.

Я слабо улыбнулась.

Покалывание от кончиков пальцев уже распространилось по всему телу, а глаза начали предательски слипаться, и я не стала бороться – просто закрыла глаза, угасающим сознанием ощутив ласковое поглаживание по макушке.

«Возможно, удача улыбнётся мне ещё раз, и я смогу переродиться вновь», – последнее, что я успела подумать, прежде чем окончательно погрузилась во тьму.

## Друг познаётся в беде

«Кажется, приходить в себя в неожиданных местах становится дурной традицией», – растерянно подумала я, уставившись на пышную крону какого-то дерева, раскинувшуюся надо мной.

Сквозь неё было отчётливо видно кусочек ночного неба, да и прохладный ветер, пронизывающий меня насквозь, ясно свидетельствовал о том, что я лежу где-то на улице.

«Неужели я снова переродилась? – мелькнула в голове мысль, полная чистого удивления. – Вот так просто?»

В подобное чудо верилось с трудом.

Где-то рядом негромко потрескивали ветки в костре, и я ощущала правым боком исходящее от него тепло.

Повернув голову, я с изумлением увидела Ордета, в компании Чалы сидевшего на поваленном бревне возле небольшого костра и сосредоточенно рассматривающего что-то у себя на коленях.

– У меня предсмертные галлюцинации? – спросила я, растерянно разглядывая эту парочку.

– Госпожа! – Чала тут же вскочила со своего места и подбежала ко мне. – Как вы себя чувствуете?

– Тебе не кажется, что в свете последних событий именовать меня госпожой, да ещё и на “вы”, несколько неуместно? – ворчливо спросила я, с её помощью принимая вертикальное положение.

– От некоторых привычек сложно избавиться, – насмешливо откликнулся Ордет. – И ты не ответила на вопрос. Как самочувствие?

– Крайне необычное для того, кто должен быть мёртв, – мрачно ответила я. – Почему я жива? И где мы находимся? Что тут вообще происходит?

– Ну, раз ты способна заваливать нас вопросами, значит, чувствуешь себя хорошо, – весело рассмеялся Ордет. – Что же касается твоих вопросов… – Он пошарил в небольшой сумке, лежавшей рядом с ним, и вытащил из неё два письма. – Вот тут, полагаю, всё написано.

Чала подошла к Ордету, забрала у него письма и передала мне.

Вы были прекрасной дочерью и многое сделали для поместья Лундун. А я был бы последним подлецом, если бы отплатил за добро злом.

Однако даже я не всесилен. Путь в поместье Лундун вам отныне навсегда закрыт. Но ведь мир велик, уверен, вы найдёте в нём своё место.

Я отдал Ордету немного денег – этого вам хватит на первое время.

Удачи.

Подписи под посланием не было, но и так было очевидно, что его написал Эльзир.

Моё сердце наполнилось теплом. Может быть, я была и не во всём согласна с бэкхраном поместья Лундун, но он, определённо, был хорошим человеком. Даже немного жаль, что мы не смогли узнать друг друга получше.

В приподнятом настроении, я открыла второе письмо, написанное рукой Васта.

Татьяна,

Если бы того потребовали обстоятельства, я бы, не дрогнув, дал тебе яд. К счастью для нас обоих, этого не потребовалось.

Бэкхран Эльзир проявил поразительное великодушие и благородство и позволил мне организовать твой побег. Впрочем, слово “организовать” звучит слишком громко – твоя стража всё спланировала сама, мне осталось лишь немного им помочь.