Валерий Марро
Остановиться – оглянуться…

Глава 1

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

/в порядке появления в сказке/

ИВАН – деревенский парень, начинающий драматург

СВЕТЛАНА – его жена, студентка, театральный критик

МУХА, она же ВАРВАРА-РУССКАЯ ДУША

ЦАРЬ

ЛЕНИН

МУЖЧИНА/ОЛИГАРХ/

СТАЛИН

ЧИНОВНИК

ГОРЬКИЙ

УЗНИКИ острова "НИКАКОЙ".

Вокально-танцевальные /реп, хип-хоп/ ансамбли хипстеров, экспроприаторов, актёров.

То было в условной стране мухеёвной,

Что было, то было, быльём поросло..

Сейчас можно поставить пьесу о России. В этой пьесе следовало обнажить противоречия вашей страны. Нужно охватить русскую жизнь в гораздо более широком аспекте, дать возможность высказаться самым разным людям.

Питер Брук

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Звучит "Волшебная шкатулка".

Открывается занавес.

На сцене Иван и Светлана. Иван в лаптях, рубахе-косоворотке. Он лежит на широкой лавке возле стены с блакнотом и ручкой в руках. На Светлане – сарафан. Она сидит за столом и покрывает кремом, перед маленьким, круглым зеркальцем, своё лицо. В сценографии – признаки древности, пьесы-райка, что не вполне пока согласуется с тем, о чём будут говорить сейчас герои.

ИВАН /прекратив игру/. Света… а, Свет?

СВЕТЛАНА. Чего тебе?

ИВАН. Я есть хочу!

СВЕТЛАНА. Не-а…

ИВАН. Но мы же муж и жена, всё-таки…

СВЕТЛАНА. Ну и что? Уговор помнишь?

ИВАН. Уговор, уговор… Я терпеть больше не могу.

СВЕТЛАНА. Ничего… потерпишь. Делать надо то, что я говорю.

ИВАН. Но я не знаю – как?

СВЕТЛАНА. Театр – это зеркало… знаешь, кто сказал?

ИВАН. Да Шекспир, вроде…

СВЕТЛАНА. Молодец! А Маяковский добавил: театр – это увеличительное стекло! Вот отражай и увеличивай. Главное – про метафору не забудь!

ИВАН /ворчит/. Не забудь, не забудь… только и знаешь своё! Я же придумал вчера… а тебе не понравилось!

СВЕТЛАНА. Потому что было там всего две строчки.

ИВАН. А я уже добавил! Только что!

СВЕТЛАНА. Ну… хорошо. Прочти. Только с начала…

ИВАН /декламирует/

Села муха на забор,

Ну, а я подумал – вор!

Видишь… есть метафора: муха – вор! /Продолжает декламацию/.

Вот уж час она сидит,

На окно моё глядит…

ГОЛОС. Межжжду прочим, негожжже приписывать другим, порядочным, особям свои дурррные наклонности, молллодой человек!

ИВАН /вертит головой/. Кто это?

СВЕТЛАНА. Не знаю. /Тоже вертит головой/.

ИВАН. Но ты же слыхала?

СВЕТЛАНА. Слыхала… Пропищал кто-то…

Ходят по горнице, заглядывают за печь, на полати, во все углы.

ГОЛОС. Да, да… походите ещё, поищщщите… Можжжет, и высмотрите что-нибудь… глупые человечки.

ИВАН. Ну вот… опять!

СВЕТЛАНА. Ты знаешь… мне кажется… это она.

ИВАН. Кто "она"?

СВЕТЛАНА. Муха!

ИВАН. Да ну тебя… Я же серьёзно спрашиваю?

СВЕТЛАНА. А я серьёзно и отвечаю – муха это! Больше некому…

ИВАН. Так не видно же… ни одной!

ГОЛОС. Решили, зззначит, на безззобидную муху порок свой, гнусный, списать… да, паршшшивцы?

СВЕТЛАНА. Ну что я говорила? Это же она… муха!

ИВАН. Она, она… Ну где же она? Я уже и на окнах смотрел… между рамами… под диван даже заглянула – ни одной мухи нигде… даже намёка…

ГОЛОС. Потому что не там, где нужно, смотрели вы…бестолковщщщина! А, впрочем, мы можем пообщщщаться… и в более пррриятной обстановке!

С этого момента налёт сказочности и лубка в спектакле усиливается, что должно быть заметно как в будущей сценографии, так и в костюмах героев. Некоторые изменения появятся так же и в игре главных героев, приближённой к игре народных умельцев, балагуров и шутов, участников древних, увеселительных, ярмирочных театров "Раёк".

Вновь светло.

Из тёмого угла, расположенного за русской печью, появляется странное Существо.

СУЩЕСТВО. Ну как… узззнали? Или сообррразззить не можжжете – кто перед вами?

ИВАН. Да что тут соображать? Обыкновенная муха! Таких в любом доме… хоть пруд пруди! Просто большая очень. Это же я тебя придумал, посадил на забор…

МУХА. … и тут жжже обозззвал меня позззорррнейшим словом воррр! Жжжжжж… жжжжжжж…

Перемещается по горнице, активно работая крыльями.

… чем нанёс мне, безвредному насекомому, дремавшшшему за печкой, жжжесточайшее, непопррравимое оскорррбление!

ИВАН. Да что ты выдумываешь, муха? Оскорбление мне тоже нашла… В нашейдержаве сейчас вор – самое почётное слово… правда, Светка?

СВЕТЛАНА. Вот ей-ей… /крестится/ правда святая, муха! У нас сейчас так: кто больше украл – тот герой! А кто не умеет – тот простофиля!

МУХА /взрывается/. Прррекратите, безбожжжники! Жжжжжж… жжжжжжж… жжжжжжжжж… Не хочу дажжже слышшшать об этом! Жжжжжжж.. жжжжжжжж…. Не можжжет быть, чтоб в держжжаве моей, мухеёвной, беспутство такое творррилось! Жжжжжж…жжжжжжж… жжжжжжжжж… Не может! Не можжжет! Не мооожжжет… потому, что не может быть никогда! Вот так! Жжжжжж… жжжжжжж… жжжжжжжжж… /Бегает по горнице, гневно машет крыльями/.

ИВАН. Я не понял, козявка… чего ты так расшумелась? И что значит – в твоей державе? Где она у тебя… там, за печкой, чо ли? /Хохочет/.

СВЕТЛАНА. Действительно… Ты посмотри на эту букашку партийную! Не верит, видите ли, она нам… народу, который насквозь видит всё, что творится вокруг.

ИВАН /назидательно/. Вот именно, муха – насквозь! А это значит: у нас действительно вор на воре сидит и вором погоняет!

ПЕСНЯ-РЭП ИВАНА И СВЕТЫ

ИВАН.

И нет на тех

упырей управы:

То вылезут слева,

То выплывут справа!

СВЕТЛАНА.

Из всех углов

Шипят, как змеи:

– Мы всем болтунам

Своротим шеи!

ИВАН.

У нас везде

Давно всё схвачено!

Давно всё куплено

И переиначено!

СВЕТЛАНА

При этом рожу

Такую скорчат,

Что спорить с ними…

Кто захочет?

ИВАН. Напрямую – никто! Власть, всё-таки… А вот в пьеске шандарахнуть по ним, узурпаторам жизни, за милую душу!

СВЕТЛАНА. И не один раз – чтоб неповадно было людей дурить! Нате вам… свинтусы гадкие! Получите… подарочки от народа! Ух!.. ух!.. ух!.. /Имитирует удары/.

ИВАН. Меня, муха, заказчики ждут… понимаешь? Из Министерства того, самого… что выше не бывает! А ты со своими "не можжжет" пристала, споры с жжжижиканьем тут развела! Возьму вот… и выкину тебя из сюжета! Будешь знать, как расстраивать автора перед премьерой?

МУХА. Плевать я хотела на пьеску твою… сопляк! И на сюжжжет твой, глупый, где правда будет хужжже кривды! Я и ррраньше без пьесок таких обходилась, а ужжж там, где воррром собрррались тебя назвать, – дажжже и не подумаю быть! /Перейдя вдруг на другой тон/. Но коль приглянулась я чем-то тебе… молодцу строптивому, позволь поступать мне в твоем сочинении так, как мухеёвной царице приличествует! А не принимать участие в глупостях разззных, что можжжет стать причиной моего ужжжасного… всемирррного позззоррра! Жжж… жжж… жжж… /Вновь активизируется, передвигаясь по горнице/.

СВЕТЛАНА /активно, не без ревности/. Да что ты, Ваня, слушаешь её… замарашку эту, наглую? Кто она такая… учить тебя ещё будет – что делать да как писать? Из ведра, видать, помойного вылезла, и начинает тут… шшырли-мырли свои разводить бестолковые! Я вот возьму – да и прихлопну сейчас выдру эту, пучеглазую… газеткой! /Сворачивает газету в тугой рулон/.

МУХА /качает головой/. Ай-яй-яй… как вам не стыдно… балбесы вы бесстыжжжие! Что жжже это вы со мною, гостьей своей, благоррродной, творррите? То замарашкой обзываете, то газеткой прихлопнуть грозззитесь! Ну хорррошо… покажжжу я вам сейчас – кто я такая и что могу на самом деле? Получите жжже, оболтусы неучтивые, перррвый урок моего, неведомого ещё вам, мухххеёвного могущщщества! Жжжж… жжжж… жжжж…

Делает взмах крыльями. Газета вырывается из рук Светланы и отлетает в угол.

СВЕТЛАНА. Ничего себе… Ты глянь-ка, Вань, чё она творит… муха твоя заборная?

ИВАН. Да вижу, вижу… не слепой! А я её… сейчас… да кочергой!

Замахивается на Муху кочергой. Муха вновь взмахивает крыльями. Кочерга вырывается из рук Ивана и тоже летит в угол.

МУХА. Ну что… поняли, шшшалопаи, с кем дело имеете? И это – только начало! Я пррреподам вам сейчас ещё один урррок моего… ужжже вселенского, владычества и силы! Я отправлю вас… пустомель нерадивых, в дремучую Тмутаракань! На исправление! Чтобы поумнели там немножжжко и поняли: шутить так глупо со мной, мухххеёвной царицей, на все руки мастерицей, не позззволено никому! А я пока подумаю тут без вас, простофиль: как порядок навести в моей, любимой, деррржаве, живущей, видать, вновь в бедности, а не во славе! Маршшш, негодники! И немедленно! Жжж… жжжж…жжжжж…