# Миф о большом терроре. Наглая антисталинская провокация

Петр Григорьевич Балаев

Были ли Вы когда-либо свидетелями того, как пишется история? Видели ли Вы хоть раз, как с треском рушится общепринятая концепция исторического прошлого? Как сотни публицистических и научных работ по истории превращаются в гору никчёмной макулатуры? Книга, которую Вы держите в руках, запускает процессы именно такого масштаба.

Данная работа Петра Григорьевича Балаева целиком и полностью посвящена развенчанию главного антисталинского и антикоммунистического мифа – мифа о «Большом терроре» (массовые репрессии 1937–1938 годов, когда по приговорам секретного несудебного органа было якобы расстреляно почти 656 тысяч человек). Автор, имея большой опыт работы в оперативно-розыскной деятельности и административном делопроизводстве, с лёгкостью выявил нестыковки и ляпы в архивных документах, допущенные фальсификаторами. Информация, изложенная в этой книге, превращает почти все исследования на тему «Большого террора» – в псевдоисторический вздор и показывает троцкистско-оппортунистическую сущность всего левого движения в РФ (как историков и блогеров, так и организаций), принявшего этот миф за чистую монету.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

© Балаев П. Г., 2025

## Предисловие автора к третьему изданию

Это ожидалось. И это случилось даже раньше, чем лично я ожидал, хотя со времени выхода первого издания «Миф о Большом терроре. Наглая антисталинская провокация» прошло почти 4 года. Четыре года для такого – небольшой срок. Что случилось? 12.01.25 в студию «Радио Аврора» пришёл известный историк Владимир Николаевич Лизун (и не просто известный историк, но ещё и многолетний помощник депутата Государственной думы от партии «Единая Россия» знаменитого полярника Артура Чилингарова) принёс с собой книгу «Миф о Большом терроре» и заявил, что всё написанное в ней – правда, что не было никаких массовых расстрелов по приговорам несудебных органов в 1937 году (см. [11.1] – прим. ред.). И – оглушительная тишина (хотя, похоже, «процесс пошёл»: Фёдор Раззаков на ютуб-канале «День Центр» 15.02.25 также демонстрировал эту книгу и рассказывал о фальшивом приказе 00447 [11.2] – прим. ред.). Тихо, как на старом кладбище. Даже в ушах звенит. Что, господа, растерялись?

Что именно подвигло Владимира Николаевича Лизуна на этот шаг – мы можем только гадать. Может, это попытка сделать ход конём в пользу КПРФ: он, одновременно, в том выступлении призывал за неё голосовать; может, наши господа коммунизды так в прыжке переобуться пытаются. А может, просто человек – от всей души. Почему мы должны сразу о человеке плохо думать? Но вот что теперь будут делать наши левые, в том числе и историки из левого лагеря, которые уже успели отметиться высказываниями в мой адрес, заявляя, что я этой книгой наношу вред левому движению, – я не знаю. Я лично вам, господа оппортунисты всех мастей, ничего посоветовать не могу. Тем более что книга, действительно, направлена не столько против разных иностранных уже ныне агентов, навроде «Мемориала», сколько именно против вас, дружно признавших за исторический факт дичайшую клевету на Сталина и коммунизм, сочинённую гитлеровской пропагандой.

Здесь не опечатка. Первенство в сочинении этого антикоммунистического мифа – не за Робертом Конквестом. Не за обществом «Мемориал». Нет! Ещё после выхода первого издания моей книги, мне читатели писали, что я заблуждаюсь насчёт того, что до 90-х годов никто не знал о существовании пресловутых расстрельных «троек НКВД», я попросил моих читателей пока не выкладывать этот козырь. Да, факт, что информация о «тройках» появилась до того, как это стало известно после работы реабилитационной Комиссии Политбюро ЦК КПСС под руководством А. Н. Яковлева – опасен именно для тех, кто выступает против меня и моих товарищей, обвиняя нас даже в психической неадекватности за отрицание «всем известных фактов». Тем моим читателям я сразу и ответил, что про Авторханова я знаю. Но пока, по оперской привычке, самую важную улику придерживаю. На крайний случай. После заявления В. Н. Лизуна смысла чего-то ждать уже нет, поэтому я предложил издателю дополнить это, третье издание, статьёй Виктора Капитанова, который самостоятельно вышел на гитлеровский след сочинителей этого антисталинского мифа, признание которого за факт опозорило всё российское левое движение. Всё, начиная от КПРФ и заканчивая самым последним левым блогером.

Вы, господа (многие из вас даже прикрываются именем Иосифа Виссарионовича, на его имени спекулируют), поверили в гитлеровскую клевету на Сталина, Советскую власть и коммунизм. И вы после этого ещё будете говорить, что воссозданная Российская Коммунистическая Партия (большевиков) не имеет права называть себя единственной коммунистической партией в России?! Единственная партия, вставшая на защиту Иосифа Виссарионовича и коммунизма от геббельсовской клеветы! Вы, с согласия которых на Сталина навешана клевета, сочинённая в ведомстве Геббельса?!

И это специально, конечно, не планировалось, это просто так совпало, что третье издание «Мифа о Большом терроре» выходит в преддверии 80-летия Победы. С дополнением о том, что сочинён этот миф, за отрицание которого меня и моих товарищей из РКП(б) всё российское левое объявило сумасшедшими, – в гитлеровской Германии. Прямо красота! Залюбуешься!

> 01.02.2025

## Предисловие издательства к третьему изданию

В этом издании исправлены опечатки и ошибки, добавлен текст «Предисловие к третьему изданию», добавлена глава «Большой Террор – нацистский миф, или Откуда скачет Тройка НКВД». Внесены небольшие редакторские правки в тексте. Все изменения и дополнения согласованы с автором.

## Все горшки вдребезги. Вместо предисловия

«Григорьевич, если бы я тебя не знал лично, а только по тому, что о тебе и „антипартийцах“ пишут, подумал бы – патологический скандалист с группой таких же маньяков, цель которых – разругаться со всеми», – сказал мне мой давнишний и очень хороший приятель, ознакомившийся с критикой Коммунистического Движения имени «Антипартийной группы 1957 года» (в октябре 2024 г. движение было преобразовано в РКП (б) – Российскую коммунистическую партию (большевиков) – прим. ред.).

Разумеется, даже моя биография в анамнезе никак не соответствует тому «диагнозу», который поставила мне наша левая тусовка. И биографии моих товарищей по Движению также противоречат мнению о них, как о любителях «бить горшки».

Вполне мы в жизни нормальные люди, живущие нормальной жизнью, каждый из нас более или менее успешно работает в коллективах, зарабатывая себе на жизнь, делая карьеру в своей профессии, умеет выстраивать отношения в коллективе, где нужно – идти на компромисс, когда нельзя идти на компромисс – стоять на своём. Как все нормальные люди. Никто из лично знающих моих товарищей по Движению, таких как Юрий Ларин, Амир Галимов, Сергей Плетнёв, Денис Стукотин, Ринат Тамеев, да весь состав ЦК, практически весь состав и рядовых членов Движения, не может сказать, что это какие-то неадекватные скандалисты. Нет, все они вполне состоявшиеся в жизни люди, насколько это возможно для людей с определённой принципиальной позицией в условиях нашего государства, даже по буржуазной терминологии – представители среднего класса.

Однако как только мы соприкасаемся с нашей левой тусовкой, и особенно с той её частью, которая называет себя коммунистами… Как там у нашего великого сатирика М. Булгакова в «Собачьем сердце»? «Дворники из всех пролетариев – самая низшая категория». Только вместо дворников вставить – коммунизды (здесь и далее коммуниздом или сталиниздом называется оппортунист, прикрывающийся коммунизмом или Сталиным соответственно – прим. ред.). Нет-нет, я не применил оскорбительное коммунизды по отношению к коммунистам. Я о тех, кто называет себя коммунистами, а на деле – «самая гнусная мразь», т. е. обо всех существующих в нашей стране организациях, именующих себя коммунистическими. Я не оговорился – обо всех.

Теперь ты, читатель, должен возмутиться. Правильно? Поглядите, какие они, «антипартийцы», д'Артаньяны! Все у них коммунизды, одни они – коммунисты?! Не спеши, уважаемый читатель, с выводами. Не спеши до последней страницы этой книги. И если у тебя, когда ты перевернёшь последнюю страницу, появится желание пойти ловить этих «коммунистов» и бить их по их «коммунистическим» лицам, а такое желание у тебя появится, сдержи порыв. Не пачкай руки об эти «человечьи очистки». Не стоят они того.

Хотя я не исключаю, что эта книга приведёт к тому, что коммуниздов (даже в кавычках слово «коммунисты» я здесь по отношению к ним употреблять больше не буду) будут ловить и бить прямо на улицах. Я и не скрываю, что преследую цель вызвать ненависть к ним. Голый экстремизм. Весьма забавно будет, если в отношении меня буржуазное правосудие отреагирует возбуждением уголовного дела по факту разжигания ненависти к… коммуниздам. Такая сатира потребует воскрешения покойных Булгакова, Ильфа и Петрова, Гашека и Марка Твена – всех сразу.

Нет, читатель, если тебе надоела нынешняя российская буржуазная реальность и ты мечтаешь о социализме, чтобы он быстрее наступил и сделал тебя счастливым «гегемоном», а тут Балаев и «антипартийцы» заявляют, что для тебя некому строить этот лучезарный социализм… Нет у нас для этого коммунистов, кроме небольшой пока группы «антипартийцев». Лучезарное будущее удаляется в неопределённую перспективу… Рушится мечта о светлом будущем. За разрушение мечты «антипартийцев» можно и возненавидеть. Ведь они же, сволочи, вместо того, чтобы объединяться и объединять, вместе со всеми идти на баррикады классовой борьбы за торжество социализма, раскалывают и дробят, отдаляют своей раскольнической сектантской деятельностью торжество самого справедливого общественного строя! Так ведь? Честно, именно это ты сейчас подумал?

Ну, насчёт «объединяться» я и мои товарищи уже столько всего наслышались и сами нахлебались! Ещё когда вышли мои первые книги о Н. В. Старикове, мне стали пенять: зачем? Он же, Стариков, за социализм! Объединяться нужно, а не гавкаться!

Даже если отбросить, что Н. В. Стариков за социализм, только наша Революция у него – подрывной проект англичан против России, то к чему бы привело объединение со Стариковым, время показало. «Кошка бросила котят…». Когда его псевдопатриотический проект «Партия Великое Отечество» (ПВО) отыграл свою пропутинскую роль и лишился финансирования за дальнейшей ненужностью, «кошка», основательница этой партии, сама вышла из ПВО. Брошенные «котята» без «кошки» побрели в разные стороны, огорчённо мяукая.

И какой был смысл объединяться с ними?

Мне ещё советовали с мухинцами объединяться. Мухинцы – это последователи Юрия Игнатьевича Мухина. Движение «За ответственную власть». Пламенный сталинизд (не путать со сталинцем. Сталинизд и сталинец, примерно, как коммунист и коммунизд). Ю. И. Мухин придумал, что если принять закон, по которому по истечении срока полномочий президента нужно проводить референдум и на нём голосовать: казнить или помиловать, – то в президенты будут бояться идти плохие люди, все президенты будут очень хорошими, честными господами, заботящимися о благе народа. Будут бояться результата референдума – казнить.

Естественно, хороший и честный господин Президент будет строить социализм, и даже коммунизм. А раз Мухин со своим законом за социализм, то почему бы с ним не объединиться?!

Только и в этом случае «кошка бросила котят». Юрий Мухин в период своей борьбы за свой закон получил условный срок по приговору буржуазного суда РФ, и его озарила новая гениальная мысль: все законы – ничто по сравнению с бессмертием. Ведь если после смерти – смерти нет, а есть загробная жизнь, в которой честным господам будут рай и счастье, а плохим товарищам – ад и муки, то все люди будут бояться быть плохими и станут хорошими. И на всей планете наступит коммунизм.

И Мухин создал целый институт для поиска доказательств бессмертия с собой во главе и в составе с ним же одним. Когда эти доказательства найдёт – будет, вооружённый ими, бороться за социализм. А пока ждите, «котята». И верьте, что найдёт. Скидывайтесь ему на «научную» работу, кто сколько может.

И какой был смысл объединяться с «мухинцами»?

Ладно, компания Старикова и Мухина – это такие левые, с таким же социализмом без Маркса, как у одного несчастного австрийского художника. Есть ведь у нас и марксисты. С ними почему бы не объединиться и не идти плечом к плечу на «штурм Зимнего»?

Да ещё до того, как мы с товарищами соорганизовались в Движение, некоторые из нас попробовали этих коммуниздов на вкус, так сказать. Одного тошнотворного запаха, исходившего от этой политической субстанции, некоторым, мне в том числе, показалось недостаточно для определения степени протухлости. Нужно было обязательно – пальцем потрогать, а палец потом – в рот!

Про то, как я оказался в компании с М. Соркиным и его «Союзом коммунистов», теперь даже вспоминать не хочется. Благо, уже хватило опыта быстро понять, что их лозунг «Создадим партию снизу!» означает, что этой партии никогда не будет создано. «Союз коммунистов» – всего-навсего личный пиар-проект мелкого фюрера, сделавшего открытие, что Ленин насчёт империализма, как высшей стадии капитализма, ошибся. После империализма наступил глобализм, по Соркину. Понятно, что каждый Великий Вождь должен обогатить марксистскую теорию. Правда, безумно сверкающие глаза и пена на губах выдают в них потенциальных пациентов специфических лечебных учреждений здравоохранения.

А до Соркина я ещё и в КПРФ был. Полгода вытерпел. Наш известный историк спецслужб А. И. Колпакиди, обозначая свою прокоммунистическую ориентацию, как-то высказался, что, несмотря на протухлость партии Зюганова, несмотря на то, что она сильно воняет, её всё равно нужно поддерживать, потому что другой политической силы у пролетариата нет в современной России.

Насчёт всего пролетариата говорить не буду, может, в его среде и есть любители «осетрины не первой свежести», но лично у меня и моих товарищей нет таких гастрономических пристрастий. Увольте нас от этого. И от того социализма, который могут нам организовать дурно пахнущие товарищи. Тем более что у КПРФ борьба за социализм давно отошла на задний план и там была затоптана каблуками членов партии, рвущихся в кресла депутатов Государственной думы и губернаторов. Интересная такая классовая борьба, органично сочетающаяся с борьбой за места в чиновничьих креслах буржуазного государства.

Благо, накопленный жизненный опыт принёс не только одни разочарования, но ещё и умение ориентироваться в этом политическом спектре коммуниздических организаций. Мы, имея этот опыт, только с удивлением наблюдаем за попытками подсунуть пролетариату очередной коммуниздический проект в виде Рабочей партии профессора философии М. В. Попова, считающегося в среде наших левых видным марксистом-учёным. Насчёт его учёности у нас есть, мягко говоря, некоторые сомнения. Точнее, насчёт того, что эта «учёная морда» несёт публике, даже не краснея.

Мне адепты профессора Попова, пока ещё они пробовали спорить со мной и моими товарищами по Движению, неоднократно предлагали поучаствовать в дебатах с их лидером. Я неоднократно отвечал: «Ноу проблемс. Место и время – я там буду». Не знаю, передавали ли они согласие профессору или нет. Но сам профессор на все выпады в его адрес со стороны «антипартийцев» предпочитает не реагировать. Наверно, считает связываться с нами ниже своего профессорского достоинства. Но, скорей всего, боится. В наших статьях мы его так садистски «размазывали по стенке», что вряд ли Попов горит желанием столкнуться с такой критикой на дебатах уже на публике.

Честно говоря, нас удивляет тот контингент, который собрался в поповской партии. Ребята, вы как вообще в этой жизни существуете? Таких лохов, как вы, даже в религиозных сектах не встретишь. В сектах «апостолы» хотя бы как-то изощряются в надувательстве паствы, а вам тупо и нагло впаривают самую дикую чушь, от которой вы приходите в такой же дикий восторг.

Одна из центровых идей у профессора Попова, кроме того, что работники умственного труда к рабочему классу не относятся, ещё и насчёт типов избирательных систем в СССР до 1936 года и после принятия Сталинской Конституции. Этот «профессор кислых щей» одарил наших коммуниздов своим открытием: причина гибели СССР заключалась в том, что Сталин изменил производственный принцип избирательной системы в СССР на территориальный, в результате чего диктатура пролетариата ослабла и стала разлагаться. Ведь если депутата в Совет избирал заводской коллектив, то заводскому коллективу проще его было отозвать, чем жителям какого-нибудь района. Все же избиратели в одном цеху – им легко организовать собрание и проголосовать за отзыв.

«Ух ты! А профессор – голова! А ведь никто этого до него не заметил!» – восторг и соответствующие ему сопли восторженных адептов: «Как Сталин трагически ошибся!».

Господа, члены Рабочей партии и те, кто в это поверил, вы дебилы или бараны? Или те и другие?

Откройте первую Конституцию РСФСР, первую Конституцию СССР, 1918 и 1922 годы, прочтите в них о выборах в Советы. Где вы там видите производственный принцип? Это ещё Ленин «трагически ошибся». Вы такие доверчивые идиоты, что верите всему, что вам впаривает какая-нибудь гнида, если эта гнида носит профессорское звание и клянётся в верности рабочему классу?

Так может нашему движению «антипартийцев» стоило объединиться в борьбе против капитала с профессором Поповым? Или пока малость погодить насчёт примыкания к этой секте, в которой паства, разинув рты, ловит этими ртами любую чушь, которую несёт «апостол», не допуская ни малейших сомнений и не делая никаких попыток проверить откровения «апостола»?..

Насчёт Кургиняна и его «Сути времени» стоит? Думаю, с приверженцами «метафизического марксизма» и так всё ясно. У меня даже есть подозрение, что Сергей Ервандович специально куражится, выдумывая про марксизм чёрт знает что, сам стебётся над теми гражданами, которые собрались в его организацию, мечтая о каком-то СССР-2. Впрочем, после театрализованного шоу с подачей «петиции царю» насчёт пенсионной реформы, и те оригинально мыслящие граждане, которые пришли в «Суть времени», кажется, что-то поняли, подъёма там мы уже давно не наблюдаем, процесс пошёл в обратную сторону.

Кроме организаций, есть ещё блогеры-одиночки (довольно многочисленная орда), позиционирующие себя левыми, – часть их прямо заявляет о своей приверженности марксизму. Самого заметного, пожалуй, среди них я как-то обозвал внепартийным бурбулятором. Константин Сёмин. Был в истории русской революции один кадр, гордо себя именовавший внефракционным социалистом. Лучше бы он таким и оставался. Как Лев Троцкий, я его имел в виду, так и Сёмин в марксизме поняли ровно ничего, если у них марксизм отделился от партийности.

У нас в Движении у некоторых товарищей периодически возникают нервные импульсы, толкающие их к намерениям установить связи с этими блогерами, привлечь их на свою сторону. Намерения благие. Мне самому нравятся, например, работы Егора Иванова, ведущего ютуб-канала «Плохой сигнал». Либерального Дудя он раздолбал показательно. В наш ЦК поступали от наших товарищей предложения начать с Ивановым контактировать, но ЦК разумно взял паузу на неопределённое время. Есть с этими блогерами одна проблема, касающаяся цели их деятельности. Один показательный случай, думаю, хорошенько отрезвил тех, кто в нашей молодой партии рассчитывал на привлечение их в наши ряды.

Когда готовилась к изданию книга «Троцкизм против большевизма», её отлично прорекламировал в ютубе, сделав два хороших ролика, блогер Александр Чукланов, довольно известный среди левых блогеров. Сделал он это так, что сразу несколько человек из нашего Движения решили, что Чукланов наш потенциальный сторонник, его нужно в Движение привлекать. И несколько читателей мне об этом написали. Я ответил, что пока спешить не нужно. Дело даже не в том, что партия, хоть и небольшая, не должна бегать за более-менее известными персонами, хватая их за фалды сюртуков: «Товарищ-гражданин, ты нам нужен, присоединяйся к нам!». Это само собой. Дело в другом. Прошло месяца три после роликов о «Троцкизме» и Чукланов выпускает целых три ролика о Сталине. Да таких, в которых настолько грандиозная чушь авторства Ю. Мухина и ему подобных звучит, прямо вразрез тому, что написано в «Троцкизме». И мне стали писать: «Видели, что Чукланов снял? Как же так?!».

Да вот так. Не надо спешить очаровываться, чтобы потом не страдать от разочарований. Это всего лишь бизнес, дети. И ничего личного. Кто-то, как Дудь, зарабатывает на обличениях зверств Сталина, кто-то, как Сёмин, Иванов, Чукланов, окучивает публику, симпатизирующую Сталину и коммунизму. Так что, если делать бизнес на имени Сталина и на идеях коммунизма – объединяться можно. Но разве нам это нужно?

Конечно, польза от тех же Иванова и Чукланова есть. Их услугами нужно пользоваться. И платить им даже за рекламу нужно, если есть такая возможность. Они, по крайней мере, не продвигают идеи антипартийности, как это делает Сёмин. Только не нужно спешить бежать им навстречу с распростёртыми объятиями. Необходимо в эту разномастную картину «мироздания», представленную всем спектром нашей российской левизны, от КПРФ до отдельного блогера, внимательно всмотреться и увидеть общее для всех их.

Кстати, а почему они сами друг с другом не объединяются? Почему при всей их многочисленности и активности заря коммунизма над Россией не только не встаёт, но даже удаляется и удаляется? Именно такая же картина была при Втором интернационале, ещё только при возникновении оппортунизма в марксизме, когда Маркс и Энгельс уже видели перспективы европейской революции, вдруг эти перспективы стали размываться и расплываться. При этом европейские социалистические партии росли почти как на дрожжах. Даже парламентскими становились. И социалистические идеи становились всё моднее и популярнее. Только ещё ютуба не было…

Суть оппортунизма, приведшего к краху Второго интернационала, стала ясна ещё при жизни Владимира Ильича Ленина, он борьбе с ним придавал огромнейшее значение. Что интересно, под такие же вопли: «Раскольник! Социалистическое движение раскалывает! Объединяться не желает!». Как Ленина и его партию большевиков полоскали за этот «раскол» – это просто нечто. Но большевики, история их партии, убедительно показали, что если из марксизма отбросить хоть одну его составляющую, как это сделали оппортунисты, вырвав из революционного учения Маркса саму революционность, то такой кастрированный марксизм буржуазии не только не страшен, но даже выгоден. Носителям кастрированного учения даже в парламенте вполне позволительно сидеть и с его трибуны власть критиковать. Самая жёсткая критика без революционности – больше, чем ничто. Она как раз в пользу буржуазии, в сторону которой и направлена. Вот такой парадокс. Правящему классу очень выгодно, если пролетариат будет надеяться на таких вождей, которые гневно изобличают, но никуда не ведут. Пролетариат так и остаётся неподвижной массой.

Таких обличителей можно даже на буржуйские экономические форумы приглашать, как Сёмина, например. Как он пригласивших гвоздил со сцены этого мероприятия – заслушаешься! Наверно, потом его и на фуршет позвали, плеснули в стакан шампусика и спросили:

– Константин, ну ты и проехался по нам, капиталистам! Когда твой пролетарий нас свергать начнёт?

– Когда в нём классовое сознание проснётся. Бу-га-га!

Ленинизм и состоялся, как революционная часть марксизма, родившись в борьбе с оппортунизмом, окончательно доевшим социал-демократию. Выбросить из марксизма ленинизм сегодня – это всё равно, что историю человеческой цивилизации обрезать серединой XIX века. Ну, если не всю историю, то историю революционного движения точно.

Но после смерти Ленина история революционной борьбы пролетариата ведь не закончилась. Владимир Ильич был его вождём вплоть до образования первого интернационального пролетарского государства – СССР, а после Ленина коммунизм распространился на половину Европы и Азии. И эта история зафиксирована в самых важных исторических документах – в материалах съездов ВКП(б), партии, лидирующей в коммунистическом движении первой половины XX века.

Открываем стенограмму последнего, XIX съезда при жизни Сталина, и мы видим в ней, что съезд проходит под знаменем марксизма-ленинизма-сталинизма. Идеологическая платформа его – работа Иосифа Виссарионовича «Экономические проблемы социализма в СССР». Закрывая работу съезда, самый старый и близкий друг Сталина, Климент Ефремович Ворошилов, сказал, что учение Сталина, как продолжение марксизма-ленинизма, состоялось.

Разумеется, Ворошилов, сталинский клеврет, и культ личности ему создавал, но, как бы то ни было, есть 13 томов полного собрания сочинений, есть теоретические работы по языкознанию, национальному вопросу, экономическим проблемам, есть речи на съездах, выступления в партийных дискуссиях, статьи… Есть опыт строительства первого в мире социалистического государства, опыт его противостояния империализму в мировой войне, опыт создания содружества социалистических государств. Это всё проходило безо всякого теоретического обоснования и без развития пролетарской теории? Как??? Даже примитивный шалаш невозможно построить без теории, без заранее имеющегося в голове плана!

Но мы имеем анекдот: «Без теории нам – смерть, смерть, смерть!». Якобы такие слова произнёс в телефонную трубку Сталин, разговаривая с философом Чесноковым, и приказал ему заняться разработкой теории. Я всё жду, когда будет сочинён ещё один анекдот, как после XIX съезда Сталин выговаривал Ворошилову: «Клим, что ты там нёс про моё учение?! Ты разве не знаешь, что у нас нет теории и без неё нам – смерть?».

Да что там – когда будет сочинён. Уже. Уже вышеупомянутый профессор Попов в одном из своих выступлений, отвечая на вопрос: что такое сталинизм? – сказал, что сталинизма не существует. Сталинизм – это всего-навсего ругательное определение политики Сталина. Есть марксизм-ленинизм, а сталинизма нет. Всё, нет теории. Без неё – смерть. Смерть и наступила. После XIX съезда сталинизм из теоретической базы КПСС исчез. СССР умер.

А у китайских коммунистов – не исчез. Результат мы видим. Ещё совсем недавно, на наших глазах, наши коммунизды вместе с нашей правящей буржуазией сильно переживали по поводу образования после распада СССР однополярного мира, в котором полюс – США, мировой гегемон. Интересно, что в этом, 2020 году, президентские выборы в США проходили под лейтмотив: вернуть Америке былое величие, нагло отобранное коммунистическим Китаем.

Интересно и то, что ненависть наших коммуниздов к КНР только усиливается и усиливается. Некоторые из них доходят до того, что китайцев обвиняют в эксплуатации детского труда. Вот так даже! А в национализме и империализме китайцев обвиняют уже давным-давно, ещё с 60-х годов, когда китайские товарищи открыто изобличили верхушку КПСС в ревизионизме и оппортунизме, в антисталинской лжи. Прямо предсказали результат этого оппортунизма – распад страны на национальные улусы и реставрацию в них капитализма. В ответ Леонид Брежнев им заявил, что от решений XX съезда, т. е. от решения перейти на рельсы оппортунизма, КПСС никогда не откажется. Не свернёт с курса на реставрацию капитализма, другими словами.

Наверно, китайские коммунисты ошибались? Правда?

А теперь, читатель, сам попробуй прочесть программы всех наших коммуниздических организаций. Попробуй в них найти в качестве идеологической платформы сталинизм, как часть марксизма-ленинизма. Получится?

Сам сможешь сделать вывод, что кастрированный, без сталинизма, марксизм, убивший СССР, так и остался идеологией наших коммуниздов?

Поэтому нет ничего удивительного в том, что когда в 1989 году стали появляться публикации об «истинных» размерах сталинских репрессий в виде 656 тысяч расстрелянных по приговорам несудебных органов в 37–38 годах, ни один коммунизд не возмутился:

– 656 тысяч расстрелянных?! Менее чем за полтора года?! И 50 лет об этом никто даже не догадывался, пока «архивы не открылись»?! От народа успешно скрыли на 50 лет потери, сравнимые с потерями русской армии на германском фронте Первой мировой войны за 4 года?! Вы что несёте, черти фантастические?!

Никто! Ни словом! Ни на йоту не усомнился. Помните, что коммунизды лепетали тогда в оправдание? Забыли? Так я напомню: Партия эти репрессии преодолела.

В самом деле, только вдумайтесь: за 1 год с небольшим, как следовало из опубликованной в то время «статистики», органами НКВД было тайно расстреляно 656 тысяч человек, потом расстрелянных тайно закопали, да так, что 50 лет (50 лет!) никто в Советском Союзе даже не догадывался о произошедшем. Австрийцы и германцы за 4 года мировой войны, применяя пушки, пулемёты и газы, убили столько же русских солдат, сколько и чекисты из наганов, но только за год и три месяца. Потрясающая эффективность! У австрийцев и германцев были многомиллионные армии, чекистов – порядка 30 тысяч человек. Плюс – чекисты обладали ещё и возможностями сказочных джиннов, какими-то до сих пор неизвестными парапсихологическими технологиями, если им удалось это проделать таким образом, что советские люди не заметили такой бойни. Был применён массовый гипноз? Сразу 170 миллионов граждан СССР подверглись внушению: расслабься-спи, ты ничего не видел?!

А 4 июня 1992 года в газете «Труд» появляется публикация с текстом рассекреченного приказа НКВД № 00447, главным, основным приказом, положившим начало тому, что ныне в историографии закреплено, как Большой террор 37–38-х годов (далее – БТ)…

Совершенно секретным приказом ведомства (Ведомства! Наркомата!) создан совершенно секретный, само собой, репрессивный несудебный орган, с совершенно секретным, само собой, составом, с совершенно секретными, тоже само собой, полномочиями, который имел право выносить только совершенно секретные, опять же – само собой, приговоры, и все документы этого несудебного органа, «тройки НКВД», ещё раз – само собой, должны были иметь гриф «Совершенно секретно».

То есть осуждённые этим несудебным органом не могли даже ознакомиться с приговором, потому что приговор должен был иметь гриф «Совершенно секретно»! Не могли узнать, какой орган их осудил, потому что «тройка НКВД» создана совершенно секретным приказом, не могли, тем более, узнать и состав «суда», потому что составы «троек» также определены совершенно секретным приказом.

Ко мне в июне 1992 года приехал мой друг и однокашник Игорь Скворцов, привёз газету с этой публикацией, хотел меня удивить. У меня была уже эта газета. Разлили по стаканам появившуюся тогда в продаже водку «Распутин»:

– Они точно деревянные по пояс, эти дерьмократы! – сказал Игорь. – Что сейчас начнётся, я даже представить себе не могу, коммунисты их на этом липовом приказе распнут. Это нужно было клея БФ нанюхаться, чтобы такое сочинить.

– Игорь, ты как будто этих коммуниздов не знаешь?!

Скворцов во время службы в армии, после третьего курса, стал кандидатом в члены КПСС, решил плюнуть на отвращение к коммуниздам, которое у нас, молодёжи того времени, уже было стойким, и вступить в их ряды только ради карьеры. После службы в армии продолжил учёбу в институте на четвёртом курсе, встал на учёт в партийной организации института. Через пару месяцев из кандидатов выбыл: «Не могу больше! Что за мерзкие твари!».

– Давай выпьем за то, чтобы среди них хоть кто-то нашёлся с нормальной головой. Хоть один настоящий коммунист. И размазал всю дерьмократию этим их приказом.

Тост пропал зря. Никого! Ни одного человека! Ни одного коммуниста не нашлось среди всей этой многочисленной тогда своры зюгановцев-тюлькинцев-анпиловцев, кто обратил бы внимание на очевиднейшую фантастическую нелепость приказа НКВД № 00447 и ему подобных, ставших уже историографическими источниками по вопросу Большого террора.

Все коммунизды образца 90-х годов были настолько тупыми, что не могли осознать простейшую вещь: карательный, совершенно секретный орган элементарно не мог существовать, он элементарно не мог работать, потому что тем, кого он должен был судить, сначала нужно было оформлять допуск к гостайне?!

Мне в такую поголовную тупость абсолютно не верится. Зато я в КПРФ, уже в 2014 году, среди всех, кого знал в Тверской областной организации, не встретил ни одного приличного человека. Никого, в ком есть хоть полпроцента от коммуниста…

Но это мы только про «дворников». Это мы ещё до «швейцаров» не добрались. Как про них у нашего классика сатиры? – «А уж хуже этого ничего нет на свете. Во много раз опаснее дворника. Совершенно ненавистная порода. Гаже котов».

Михаил Афанасьевич – велик. Гений. Его сатира бессмертна. Если существует жизнь после смерти, которую ищет Ю. Мухин, то в той своей жизни умерший Булгаков заходится от хохота, наблюдая за тем, как в его сатирическом романе «Мастер и Маргарита» о литературном бомонде молодого СССР ищут глубокий философско-религиозный смысл именно те самые персонажи, которых он в этом романе высмеял с особо изощрённым садизмом. И «Собачье сердце» – такая же сатира на уровне садизма.

По этой повести талантливейшим режиссёром Бортко, пролетарием, кстати, ставшим позднее членом КПРФ, снят талантливейший фильм, именно из-за своей талантливости омерзительнейший по степени перевирания идеи повести Булгакова. В фильме Бортко главная мишень для сатирика Булгакова – профессор Преображенский – стал главным положительным героем. Недорезанная буржуйская сволочь, зарабатывающая на жизнь в роскошной квартире вшиванием половых желёз мартышек разным половым извращенцам, пролетарием-режиссёром показана в виде прогрессивного учёного-медика.

Пролетарий-швейцар, подобострастно распахивающий двери перед буржуем Преображенским – «Совершенно ненавистная порода. Гаже котов». Это про режиссёров типа Бортко, которые своими фильмами распахивают «двери» для самой оголтелой буржуйской пропаганды.

Придёт время, побегут каяться в «ошибках», как когда-то рвал в раскаянии последние волоски со своей лысины режиссёр Говорухин, автор пасквиля «Россия, которую мы потеряли», целые толпы «Бортко». Будут двери в кабинет для принятия заявлений о раскаянии вышибать и друг друга в очереди давить насмерть. Особенно много будет в этой очереди историков. «Совершенно ненавистная порода» швейцарской профессии, даже гаже режиссёров-кинематографистов.

В одном из своих выступлений швейцар от исторической науки А. Колпакиди попросил извинения за своё неосторожное выражение: секта 41-го года. Это он так выразился о группе историков, которая зациклилась на проблемах катастрофы РККА в 1941 году.

Про то, что одновременно с «катастрофой» РККА потерпел катастрофу, уже настоящую, а не в кавычках, план «Барбаросса», я пока промолчу. Но, извиняясь за секту, Колпакиди попросил прощения персонально у Арсена Бениковича Мартиросяна, одного из апостолов этой секты. И назвал Мартиросяна своим другом.

Честно говоря, для меня это было неожиданностью. И только после этого я окончательно понял, почему мои книги, даже за деньги, «Алгоритм», где Колпакиди трудится пролетарием – главным редактором, не желает издавать.

Да как может друг Мартиросяна издать мою книгу, если я Арсена называю сволочью?! Эта сволочь, изображая из себя историка, придумала версию, что «катастрофа» 41-го года была связана с тем, что нарком обороны С. К. Тимошенко был… немецким шпионом. И это было Мартиросяном растиражировано в нескольких книгах и в многочисленных выступлениях. И было подхвачено целой группой, настоящей сектой, просталинских (просталинских!!!) историков.

При этом историк Мартиросян всячески превозносит разведку Берии, которая… профукала назначение на пост наркома обороны немецкого шпиона Тимошенко! Извините, это уже не история, а глюки наркомана. Я так о Мартиросяне всегда и писал. Нужно ещё добавить клевету на легендарного комдива Первой Конной Тимошенко. Кавалера ордена «Победы». Клевету за пределами всякой морали.

«Гаже котов». Да какие там коты?! Целая свора историков, подобных Колпакиди и Мартиросяну, топит за социализм и Сталина, но, как швейцары, распахивают двери своими «исследованиями» перед самой изощрённой буржуазной пропагандой, направленной именно против Сталина и социализма. «Совершенно ненавистная порода».

Михаил Афанасьевич, снимаю шляпу! Вы – гений!..

Меня часто ругают за то, что я к профессиональным историкам отношусь, мягко говоря, критически. Вплоть до того, что многих из них называю прямо умственно неполноценными. Только это не моё отношение к профессии историка, как к занятию для умственно неполноценных. Я профессию историка уважаю и ценю. Другое дело, что именно считать профессией историка. Если группа историков пишет известную многотомную историю Великой Отечественной войны и в этом многотомнике, в соответствии с задачами, поставленными на XX съезде КПСС, от Ставки ВГК остаются Жуков вдвоём с Василевским, то, извините, это уже не история Великой Отечественной войны. Это партийно-пропагандистское сочинение за авторством партийных пропагандистов, по недоразумению называемых историками.

Как бы мы ни относились к большевикам, к Сталину, но они не догадались Александра Васильевича Суворова за подавление крестьянского восстания Пугачёва исключить из числа великих полководцев, а все его победы приписать Багратиону.

А много вы найдёте в советских учебниках по теме индустриализации упоминаний о Л. М. Кагановиче, руководившем не только наркоматом путей сообщений, но ещё и наркоматом тяжёлой промышленности, в который входили чёрная и цветная металлургия, тяжёлое машиностроение, химическая и нефтедобывающая промышленность до их разделения на отдельные наркоматы?

Это школа – пропагандистская школа, замаскированная под историческую. Мы сегодня имеем дело именно с этой школой и её воспитанниками. Впрочем, советская историческая школа, если её так можно называть, ничем не отличалась от обычной буржуазной в плане подгонки историографии под нужды правящего класса. Да и класс был тот же – буржуазный, хоть и носил в официальных документах название – ЦК КПСС.

Только не надо меня обвинять в том, что я вообще всю историческую науку приравниваю к пропаганде, отрицаю её научность. Так можно все отрасли знаний причислить к пропаганде. То, что в науке не несёт непосредственной угрозы интересам правящих классов, то, что правящий класс не использует в данный момент для наживы и укрепления своей власти – там он позволяет науке существовать в её чистом, научном, виде.

Где есть хоть малейшая опасность власти и кошельку – там от науки остаются жалкие огрызки. Извините, разве на философских кафедрах Петербургского университета преподавали марксистскую философию при царе? Как жила философская наука, игнорирующая таких титанов в философии, как Маркс и Энгельс?

Да что там общественные науки?! Классики вообще учат, что любая наука – штука классовая. Обывателю трудно эту истину осознать, пока она асфальтовым катком по нему не проедется. Когда недавно медики стали заявлять чуть не хором, что чем позже человек на пенсию выйдет, тем это для его здоровья полезней, подозрения насчёт классовой сущности медицины возникли? Нет?

Если уж медики… то чего здесь говорить об историках? Это нужно осознавать и понимать. Те отрасли науки, которые особенно важны для сохранения и укрепления власти правящего класса (особенно это касается общественных наук: философии, политэкономии, истории), становятся, в значительной их части, пропагандистским инструментом.

А нашей откровенно антикоммунистической власти история нужна как пропагандистский инструмент против коммунизма, не более того. Любая правда о коммунизме эту власть пугает до судорог, поэтому она стремится эту правду спрятать, закопать поглубже, то советское прошлое, которое для неё представляет наибольшую опасность – оболгать и оклеветать. 7 ноября – вычеркнуть из памяти народа. Мавзолей – драпировать. Величайшую эпоху коллективизации и индустриализации, Победы, восстановления страны после войны, эпоху торжества коммунизма – представить временем преступного насилия над народом преступного тоталитарного режима.

Я не думаю, что у нас во власти настолько глупые и недальновидные люди, которые не понимали, чем в будущем для них обернётся (уже обернулось) признание за факт существование секретных соглашений между СССР и Германией к договору о ненападении от 1939 года, признание вины за расстрел поляков в Катыни. Но другого выхода не было в то время, когда происходил окончательный слом остатков социализма в стране. Другого выхода не было, и когда окончательно правящая верхушка отказывалась от коммунистической идеологии (справедливости ради, к тому времени от этой идеологии осталась одна маскировочная риторика), чтобы не вбросить в народ «факты» преступности сталинского, коммунистического режима.

А чьими руками власть может это делать, чтобы вызвать у людей доверие к «фактам»? Кому люди больше всего доверяют? Правильно – учёным. Прошлое каких учёных касается? Историков.

Но, товарищи дорогие! Какими же нужно быть идиотами, чтобы сделать приложение к международному договору, к этому, так называемому, Пакту Молотова – Риббентропа, с грубой грамматической ошибкой, внеся в него опечатку из информационного сообщения, опубликованного в советских газетах?! И какими невероятными идиотами нужно быть, чтобы ещё публиковать этот «оригинал»?! Такая же история с документами по Катыни. Но там хоть массив небольшой, негде было по-настоящему разгуляться интеллектуалам с ярко выраженной умственной неполноценностью, у нас же есть значительный массив совершенно потрясающих документов.

Мы с вами рассмотрим эти документы о «преступлениях тоталитарного режима», как вы уже догадались, именно о том, что в историографии получило название Большого террора, о событиях 37–38-го годов. Такое, такие документы, могли сделать только люди, начисто лишённые даже не профессиональной гордости, а элементарного ума, способного хотя бы на элементарные логические построения.

И вы увидите, как эти «профессионалы» до сих пор не могут успокоиться, продолжают «обнаруживать» в архивах свидетельства преступлений Сталина, нагромождая и так уже на огромную кучу нелепых подделок всё более удивительные творения своих рук.

Перед тем, как перейти к непосредственно рассмотрению вопроса о Большом терроре, нужно оговорить три важных момента.

Первый. Самого по себе факта Большого террора, расстрелов по приговорам несудебного незаконного органа, «троек НКВД», 656 тысяч человек и заключению в лагеря на срок 10 лет ещё примерно 500 тысяч человек, т. е. тяжелейшего преступления перед народом СССР, как факта, не существует по определению. Некоторые, особенно отмороженные, правозащитники до сих пор носятся с идей проведения процесса над КПСС (правильней будет – ВКП (б)) по типу Нюрнбергского. Эту идею я поддерживаю, голосую за неё обеими руками. Я страстно желаю, чтобы на открытый судебный процесс были представлены те доказательства репрессий 37–38-го годов, которые наши профессиональные и не очень историки считают доказательствами массовых расстрелов и приговоров к 10 годам заключения более чем миллиона ста тысяч граждан СССР. Даже на процесс, который будут проводить судьи нынешнего нашего государства. Но моё желание никогда не сбудется. Попытка провести такой процесс уже была, уже были подготовлены доказательства, которые сторона, обвинявшая КПСС в преступлениях, хотела представить на суд. Да чего-то расхотела. А пока такой процесс не состоялся, пока не дана правовая оценка тем доказательствам, которые свидетельствуют о масштабных репрессиях 37–38-го годов, факт Большого террора любой грамотный историк может рассматривать только в виде существования этого факта в качестве политического заявления ЦК КПСС, сделанного в 1988 году. Мы имеем не исторический факт Большого террора, а исторический факт политического заявления о нём. Разницу чувствуете?

Второй. Историки в спорах со мной применяют один, убойный на их взгляд, аргумент: они работают в архивах, поэтому знают всю правду о БТ, а я – «диванный эксперт», в архивы не хожу, поэтому суждения мои дилетантские. Я, вообще-то, за столом работаю, а не на диване – раз, и два – оценивать доказательства совершённых преступлений (а БТ, если его за реальность воспринимать – это преступление) должны не историки, а криминалисты. Занимаясь вопросом БТ до того, как доказательствам его существования дана правовая оценка, историки вылезли за рамки своей компетенции. Я себя к профессиональным историкам не причислял никогда и не причисляю, зато я имею достаточный опыт криминалиста. Как раз не та сторона в этом вопросе выступает в роли дилетанта.

Как раз именно потому, что я имею достаточный опыт криминалиста, я категорически избегаю работы в архивах по рассматриваемому вопросу. По нескольким причинам. Я сторона заинтересованная, выступаю в качестве адвоката (и не стесняюсь этого) сталинского режима. Заинтересованная сторона в архив заходить должна и документы в нём изучать только в ситуации, приближённой к условиям проведения процессуального действия, т. е. в присутствии незаинтересованных лиц, с составлением соответствующего акта.

Некоторые мои товарищи склоняются к тому, чтобы сделать в архивах копии документов, провести их экспертизу и потом использовать её результаты в пропагандистских целях для разоблачения фальсификаций доказательств БТ. Я категорически против этого.

Экспертиза по копии (а оригиналы для проведения экспертизы архивы не выдают) сама по себе ничтожна, выводы эксперта будут предваряться словом «предположительно».

И я хорошо знаю публику, которая нам противостоит, поэтому имею основания предполагать, что тот документ, с которого мы сделаем копию, либо вообще исчезнет из архивного дела, либо будет подменён другой фальшивкой, а нас обвинят в подлоге. Поэтому, не прикасаясь к документам в архивах, мы сохраняем свои руки чистыми. Мы берём только те доказательства и работаем с ними, которые представила противоположная сторона. Если по какому-нибудь документу, опубликованному этими «историками», после изучения и анализа нами будут сделаны выводы о его поддельности, то вся проблема экспертного доказывания его подлинности ложится на тех, кто его обнаружил и опубликовал. Хотя эта обязанность и так на них уже лежит, потому что процесс обнаружения документов о преступлениях сталинского режима таков, что они сами по себе уже доказательствами не являются без экспертизы, но об этом дальше будет.

Третий. А что я должен смотреть в архивах, если блок документов по БТ, в том числе и в виде фотокопий многих из них, давно опубликован? Искать неопубликованные документы? Извините, но в архивах по заявке «дайте посмотреть дела с неопубликованными документами по репрессиям 37-го года» ничего не выдают. Архивисту от тебя нужна конкретика. Остаётся только запрашивать единицы хранения с теми документами, которые опубликованы, ориентируясь на сведения в исходниках. А зачем это нужно? Чтобы посмотреть, что они подшиты в архивные дела и даже выглядят внешне как настоящие? Ну, похожи на настоящие и что из этого? Я за свою жизнь столько видел документов, похожих на настоящие, но оказывающиеся фальшивками, что никакому историку такого не снилось.

## Глава 1. Комиссия Политбюро ЦК КПСС

Я рискую обидеть довольно значительную часть своих читателей, но тем не менее не считаю нужным скрывать, что к интеллектуальным способностям большого числа моих сограждан, относящихся к поколению 50–70-х, моих ровесников, отношусь очень скептически. Вплоть до того, что считаю их умственно ущербными. Не всех, разумеется. Но умственная ущербность нередка среди моих ровесников.

Особенное отвращение вызывают участившиеся в последнее время ностальгические выкладки в соцсетях этих ущербных о том, какое лучшее в мире образование они получили, как их воспитывали в духе творцов-созидателей, что дети времён СССР по сравнению с нынешними были все поголовно гениями, а современные – жертвы ЕГЭ. Именно этому учат своими публикациями такие патриоты СССР, как Кара-Мурза, Кургинян и подобные им.

Причём одновременно среди поклонников С. Г. Кара-Мурзы и С. Е. Кургиняна, обвиняющих советский народ ещё в заражённости потребительством и в предательстве социализма, то есть в интеллектуальной ущербности, большинство составляют люди примерно моего возраста.

Это и есть ущербность. Механическое восприятие любой чуши, главное, чтобы она исходила от лица, признанного за авторитетное. Похоже, что «лучшее в мире образование» было нацелено именно на подавление способности к самостоятельному мышлению, вырабатывало привычку слепо доверять мнению авторитета – учителя.

Простите, но ведь не поколение ЕГЭ поверило в историю про то, как в Китае по приказу Мао уничтожили всех воробьёв, потом расплодилась саранча и съела урожай риса, что привело к смерти от голода миллионов китайцев. В результате КНР вынуждена была импортировать воробьёв из Канады и СССР. Ведь это мы в 70-е годы поверили в импорт воробьёв в Китай. Представляете? И даже не задавались вопросом, какой тимуровский отряд экспортных воробьёв отлавливал или на каких воробьиных птицефермах их разводили. А самое поразительное – верим в эту байку как в реальность до сих пор.

И не поколение ЕГЭ поверило, что в ходе китайской «культурной революции» хунвейбины (буквально: «красногвардейцы») – комсомольцы! – убили больше миллиона человек, а всего от них пострадало более 100 миллионов китайцев. И ведь до сих пор верим! Несмотря на то что КНР – открытая страна, общаемся с китайцами, которые сами не знают об этих жертвах, но верим.

Не поколение ЕГЭ поверило в то, что в Кампучии красные кхмеры забили мотыгами три миллиона камбоджийцев. Отряды коммунистической молодёжи! Мотыгами! Три миллиона сограждан в маленькой стране! И до сих пор в это верим!

И даже сегодня, после всего, что случилось с СССР, мы продолжаем верить этой антикитайской и антикампучийской пропаганде, не осознавая того, что она антикоммунистическая.

В КНР же на самом деле уничтожали воробьёв. Целая кампания была по борьбе с воробьями, тараканами, мухами и крысами. В недавно ставшем социалистическом Китае коммунистическая власть организовала народ на борьбу с сельскохозяйственными вредителями и насекомыми – разносчиками заболеваний. В нищем, голодном, страдающем от эпидемий Китае коммунистическая власть организовала людей на борьбу за гигиену и санитарию. Только ни одну страну мира воробьи ещё от нашествия саранчи не спасали. Просто поинтересуйтесь, какие страны больше всего страдают от саранчи. Там тоже всех воробьёв зверски убили?

На самом деле и от хунвейбинов кое-кто из китайцев пострадал. Их, китайские, Хрущёвы, Брежневы и Горбачёвы. Так ведь именно при Брежневе советскому народу залили мозги потоком антикитайской пропаганды, представляя «культурную революцию» масштабным зверством с миллионами невинных жертв.

При Леониде Ильиче коммунистическому режиму красных кхмеров приписали убитых… американской военщиной. Советские идеологи жертв американских бомбардировок Кампучии, когда на крошечную страну было сброшено бомб больше, чем на Германию во Второй мировой войне, приписали коммунистам Кампучии!

А мы, поколение, не сдававшее ЕГЭ, учившееся у «лучших в мире» училок, даже не догадывались, что советская пропаганда упорно и настойчиво нам внушает мысль: коммунистический режим может быть преступным. Пока только ещё под соусом, что Мао Цзэдун и Пол Пот – неправильные коммунисты. Пока это были подготовительные пропагандистские мероприятия.

Но 28 сентября 1987 года была создана Комиссия Политбюро ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов, связанных со сталинскими репрессиями.

Выводы работы Комиссии были ошеломительными. Компанию «людоедам» Мао Цзэдуну и Пол Поту составили Сталин, все его ближайшие соратники, даже Хрущёв, даже М. Суслов – главный, но уже мёртвый к тому времени идеолог КПСС. Теперь и советский коммунистический режим стал преступным. Следом клеймо преступности автоматически получили все режимы в странах соцлагеря.

Длившаяся с 1956 года масштабная пропагандистская кампания, проводимая в СССР под руководством ЦК КПСС, завершилась в 1988 году Запиской в Политбюро и потом соответствующим Постановлением ЦК о результатах работы реабилитационной комиссии, возглавляемой членом Политбюро ЦК КПСС А. Яковлевым, которая уравнивала коммунизм с фашизмом.

И основные, самые тяжкие обвинения в адрес коммунистической советской власти, содержащиеся в материалах той комиссии, признали и признают все… коммунистические организации современной России.

Разумеется, я имею в виду обвинение сталинского режима в том, что у антикоммунистических кругов получило название «Большой террор» 1937–1938 годов, в ходе которого якобы по приговорам несудебных органов было расстреляно 656 тысяч человек и почти столько же было приговорено к заключению в лагеря на сроки до десяти лет.

Я вам постараюсь показать не только сам механизм его создания и не только покажу, какие ляпы были допущены авторами этой клеветы на советскую власть и коммунизм при масштабной фальсификации архивных документов. Я это у себя в блоге уже делал. Но публика, одурманенная многочисленными историками, исследовавшими этот вопрос и подтвердившими в своих исследованиях наличие «Большого террора», с трудом воспринимает любые аргументы, если ей не предъявлены «тайны архивов». Это тоже результат «самого лучшего в мире образования». Оказалось, что подавляющую массу бывшего советского и нынешнего российского народа можно убедить в убийстве сотен тысяч человек, не предъявив трупы убитых. Одними бумажками из архивов.

Если представить, что обнародованные ныне материалы по БТ могли быть представлены на рассмотрение суда над КПСС как доказательства преступлений коммунистического режима, то суд, без всякого сомнения, стал бы начинать их рассмотрения с документа, который мог быть аналогом заявления о преступлении. Такой документ установить нетрудно. Впервые сведения о масштабных групповых расстрелах 1937–1938 годов появились в Записке А. Н. Яковлева, В. А. Медведева, В. М. Чебрикова, А. И. Лукьянова, Г. П. Разумовского, Б. К. Пуго, В. А. Крючкова, В. И. Болдина, Г. Л. Смирнова в ЦК КПСС «Об антиконституционной практике 30–40-х и начала 50-х годов» от 25.12.1988 [1.1] (Здесь и далее ссылки на источники указаны в квадратных скобках, сам список находится на странице 483 – примечание редакции).

Уже глядя на эту Записку, становится понятно, почему не состоялся суд над КПСС в 1992 году в том виде, как он задумывался первоначально: в виде полного запрета коммунистической идеологии.

Адвокаты бывают разные, конечно. По уму и квалификации. Но если бы адвокат не был намерен топить КПСС на пару со стороной обвинения, в судебном заседании состоялось бы шоу уже после того, как судья огласил первый документ, эту Записку. Адвокаты всё-таки не профессиональные историки. Беда только в том, что пока дело не доходит до суда, адвокаты подобные исторические материалы читают, доверяя историкам. А было бы:

– Гражданин судья! Позвольте стороне, предоставившей этот документ, задать несколько вопросов и попросить её пояснить некоторые моменты. Так, в Записке содержатся такие обвинения в адрес В. М. Молотова (здесь и далее текст цитат и документов выделен курсивом; текст в документах, выделенный курсивом, заменён на подчёркнутый – примечание редакции):

> «В. М. Молотов, будучи Председателем СНК СССР (с 1930 по 1941 год), принял самое активное участие в организации и проведении массовых репрессий в 30-е годы. На его ответственности в первую очередь репрессии работников центрального советского аппарата. Многие из них были арестованы и физически уничтожены по его личной инициативе. Из числа народных комиссаров, входивших в СНК СССР в 1935 году, 20 человек погибли в годы репрессий. В живых остались лишь Микоян, Ворошилов, Каганович, Андреев, Литвинов и сам Молотов. Из 28 человек, составивших Совет народных комиссаров в начале 1938 года, были вскоре репрессированы 20 человек. Только за полгода, с октября 1936 года по март 1937 года, было арестовано около 2 тысяч работников наркоматов СССР (без Наркомата обороны, НКВД, НКИД)».

Это прямое обвинение Молотова в совершении преступлений – в незаконных репрессиях работников советского аппарата. У каждого преступления должен быть мотив, если оно не совершено лицом, находившимся в состоянии острого психоза или под воздействием веществ, приводящих к изменению психики. Я полагаю, сведений о том, что Вячеслав Михайлович страдал психическими расстройствами, алкоголизмом и наркоманией, у стороны обвинения не имеется. Таким образом, защита вправе требовать от обвинения объяснения мотивов, толкнувших Молотова на уничтожение сотрудников его аппарата.

Защита полагает, что мотивом не могло служить опасение Молотова, что его подчинённые могут составить ему конкуренцию как предсовнаркому, поэтому он их устранил. Около 2 тысяч работников наркоматов СССР слишком явно не соответствуют числу возможных конкурентов для предсовмина. Мотивом не может служить и чувство личной неприязни к этим гражданам в связи с их слишком большим числом. Национальная или классовая неприязнь? Тоже в качестве мотива рассматриваться не должна: Молотов (Скрябин) – выходец из дворян, да ещё и женат на еврейке. Да и представители русской национальности и пролетарского происхождения среди репрессированных составляют заметное число.

Если обвинение допускает, что Вячеслав Михайлович таким образом списывал свои провалы на посту предсовнаркома на подчинённых, перекладывал вину за недостатки в работе наркоматов на мнимых вредителей, то защита будет протестовать. 1937–1938 годы были годами успешной третьей пятилетки, об успехах которой докладывал на XVIII съезде ВКП(б) старший товарищ Вячеслава Михайловича по партии – Сталин. Более того, на предыдущем, XVII съезде ВКП(б), товарищ Сталин в отчётном докладе высоко оценил работу советского правительства, возглавляемого Молотовым, по выполнению планов второй пятилетки. Никогда партийное руководство не предъявляло Молотову претензий за неудовлетворительную работу на посту предсовмина, что могло послужить стремлению со стороны Вячеслава Михайловича переложить вину на сотрудников аппарата.

Если же встать на сторону обвинения и предположить, что Молотов репрессировал невинных и опытных работников аппарата наркоматов, то можно сделать вывод, что мотивом действий предсовмина было ослабление руководства наркоматов, создание трудностей в реализации планов развития народного хозяйства на фоне уже произошедшего в Германии фашистского переворота, что могло послужить причиной возможного поражения в борьбе с агрессией Германии против СССР. Об агрессивных планах Германии советское руководство было осведомлено, сам Гитлер никогда не скрывал своих внешнеполитических целей, более того, на съездах ВКП(б) Германия прямо называлась в качестве самого вероятного агрессора против СССР. Таким образом, в действиях Молотова можно предполагать подрывную работу против СССР, можно Вячеслава Михайловича подозревать в шпионаже и диверсионной работе в пользу Германии. В связи с этим у защиты вопрос к стороне обвинения: господа антикоммунисты-антисоветчики, а вы сами психически адекватные, вам ваш звериный антикоммунизм мозги не свернул? Или вы, как трудные подростки конца 80-х, нанюхались клея, когда писали эту Записку? Уважаемый суд! Защита выносит ходатайство о проведении психиатрической экспертизы представителей стороны обвинения…

Абсолютно такая же картина с тем, что в Записке есть о Л. М. Кагановиче:

> «Особенно зловещую роль сыграл Каганович в годы массовых репрессий 1935–1939 годов. С санкции Кагановича были арестованы по обвинению в контрреволюционной и вредительской деятельности многие ответственные и рядовые работники железнодорожного транспорта и тяжёлой промышленности, которые затем по сфальсифицированным материалам были осуждены к высшей мере наказания и длительным срокам тюремного заключения. Подлинные письма и санкции Кагановича на арест 1 587 работников железнодорожного транспорта, репрессированных в 1937–1939 годах, составляют 5 томов. Как видно из переписки Кагановича с НКВД СССР, он в одних случаях санкционировал аресты лиц, на которых ему представлялись компрометирующие материалы, а в других сам выступал инициатором арестов».

Фашистский шпион Каганович здесь, будучи сначала наркомом путей сообщения и тяжёлой промышленности, выбил большое число руководящих кадров. Загубил железнодорожный транспорт и тяжёлую промышленность (а в наркомат тяжёлой промышленности входили чёрная и цветная металлургия, химическая промышленность, угольная, нефтяная)? Да как раз третья пятилетка показала, что совсем не загубил. Напротив.

Фашистским шпионом был и К. Е. Ворошилов:

> «Активное участие в организации репрессий принял К. Е. Ворошилов. С его санкции было организовано уничтожение кадров высших военачальников и политических работников Красной Армии. В 30-е годы были уничтожены из 5 маршалов – 3, из 16 командармов первого и второго ранга – 15, из 67 комкоров – 60, из 199 комдивов – 136, из 4 флагманов флота – 4, из 6 флагманов первого ранга – 6, из 15 флагманов второго ранга – 9. Погибли все 17 армейских комиссаров первого и второго ранга, а также 25 из 29 корпусных комиссаров. Ворошилов несёт прямую ответственность за то, что в 1937–1939 годах по сфальсифицированным материалам были обвинены в участии в так называемом „военно-фашистском заговоре“ многие видные деятели и командиры Красной Армии. В бытность его наркомом обороны в Красной Армии за 1936–1940 годы было репрессировано свыше 36 тысяч человек. В архиве КГБ выявлено свыше 300 санкций Ворошилова на арест видных военачальников Красной Армии. Запросы и справки НКВД СССР, направленные в 1937–1938 годах на имя Ворошилова о санкционировании арестов и увольнений из армии командного состава РККА в связи с раскрытием „военно-фашистского заговора“, составляют 60 томов. В ряде случаев Ворошилов сам был инициатором арестов и репрессий видных командиров Красной Армии, в том числе Федько (его первый заместитель), Орлова (командующий ВМС), Смирнова (нарком ВМФ)».

Мотив в стремлении Климента Ефремовича ликвидировать Тухачевского можно ещё придумать: рассказывают, что они то ли балерину, то ли певицу не поделили. Баба предпочла утончённого Тухачевского грубоватому Ворошилову. Да ещё рассказывают, что на совещаниях замнаркома Тухачевский позволял себе своему наркому Ворошилову бросать реплики: «Клим, ты не врубаешься в военных вопросах». Но зачем Клименту Ефремовичу понадобилось стереть в порошок целых 36 тысяч разных других военных? Те-то чем ему насолили? Тоже любовниц-балерин отбивали? Не многовато ли?

Да ещё, оказывается, материалы на военных Ворошилову представлял НКВД, а виноват в репрессиях Климент Ефремович. Виноват в том, что давал санкции чекистам. А что, надо было не давать? Надо было чекистам отвечать: «Да не верю я всем вашим оперативным разработкам. Вот смотрю на маршала Егорова – у него глаза честные, а вы мне про него всякую ерунду сочинили!»

Уже даже при первом взгляде на сведения в Записке о Молотове, Кагановиче, Ворошилове здравомыслящему человеку становится абсолютно ясно, что Записка крайне тенденциозная, обвинения в ней деятелям Советского государства представлены абсурдные.

Сами посудите: Ворошилову предъявили обвинение в том, что все 36 тысяч за 1936–1940 годы арестованных и уволенных из армии были абсолютно невинными! Даже за пьянку некого было увольнять из армии?! Одни трезвенники в РККА служили. Во времена были! Не армия, а монастырь какой-то, да ещё монахов зазря постреляли, посажали и поувольняли. И шпионов вообще среди военных ни одного не было! Это потом появились Суворовы (Резуны), а когда наркомом был Клим – их не было. Были одни «не виноватая я».

Как к этому документу можно относиться серьёзно? Только лишь потому, что это записка за подписью членов Политбюро ЦК КПСС? А может, стоит задуматься, какими тупыми тварями были эти члены Политбюро ЦК КПСС? Именно тупыми, такой пипифакс могли написать только откровенные тупни. Здесь вам ответ на вопрос, почему эти члены Политбюро ЦК КПСС, когда настало время делить государственную собственность, ими же подготовленную к разделу, остались у разбитого корыта. Даже такие, как Абрамович и Ходорковский, поумнее авторов этой Записки. Поэтому подписавший её бывший председатель КГБ СССР Чебриков свою карьеру продолжил в разрушенной им стране охранником у певца Кобзона. Хорошо ещё, что не охранником автостоянки.

Это Чебриков выдал Комиссии А. Яковлева информацию, содержащуюся в этой безумной Записке:

> «В результате изучения документальных материалов органами государственной безопасности установлено, что в период 1930–1953 годов по возбуждённым органами ОГПУ, НКВД, НКГБ-МГБ 2578592 уголовным делам было подвергнуто репрессиям 3 778 234 человека, в том числе осуждено к высшей мере наказания (расстрелу) 786 098 человек. Среди лиц, подвергнутых репрессиям, осуждено судебными органами 1 299 828 человек (в том числе к расстрелу – 129 550 человек), несудебными органами – 2 478 406 человек (в том числе к расстрелу – 656 548 человек)».

Обратите внимание на последнюю цифру – 656 548 человек, расстрелянных по приговорам несудебных органов.

Вы доверяете этим сведениям? Тогда уже доверяйте и сведениям о полном отсутствии шпионов и вредителей в армии, в промышленности, на транспорте и в наркоматах. Ведь там всех, без исключений, как написано в Записке, репрессировали незаконно.

И вы думаете до сих пор, что это учёный-историк В. Земсков столько насчитал расстрелянных по приговорам троек, работая в архивах? О том, как ловко стрелки на Земскова перевели, будет дальше. Чуть забегая вперёд, 656 548 человек – это число расстрелянных по приговорам троек за 1937–1938 годы.

И здесь я задаю тем, кто считает Большой террор реальным историческим фактом, первый вопрос: как вы можете объяснить тот факт, что ещё на момент составления этой Записки члены Комиссии Политбюро ЦК КПСС под руководством А. Яковлева, в которую входили Председатель Верховного Суда СССР, Генеральный прокурор СССР, Председатель КГБ СССР (что особенно важно!), не были осведомлены о существовании тех троек НКВД и особых троек НКВД, по приговорам которых в 1937–1938 годах были расстреляны 656 548 человек?

Доказательства их неосведомлённости? Извольте, господа. Есть они. Архивные. Плюс такой момент: не я обнаружил их в архивах. Сами сочинители Большого террора их нашли и опубликовали. Мои руки абсолютно чистые, в фальсификации фактов и документов меня обвинить невозможно. Итак, приступим. Придётся давать большие выдержки документов, чтобы избежать обвинения в недобросовестном цитировании.

Из стенограммы заседания Комиссии Политбюро ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями, имевшими место в период 30–40-х и начала 50-х гг. от 26.10.1988 [1.2]:

> «Тов. Яковлев А. Н. Надо принять это к сведению. Правда состоит в том, что к утверждённому плану всё надо представлять вовремя.

> Значит, повестка дня исчерпана. Есть какие-то замечания?

> Нет.

> За повесткой дня я хотел бы посоветоваться. Было много разговоров о работе Комиссии, и в воздухе повис такой вопрос: а не пойти ли нам на такой шаг, как отмена решений всех троек, так как они были незаконны как таковые? Но надо себе отдавать отчёт, что это акт политический. Мы с вами только его решить не можем, я ставлю его на сегодняшнее предварительное обсуждение.

> Потому что здесь содержатся и определённые противоречия. Ведь тройками осуждены и лица, которые занимались шпионажем, бандитизмом, диверсиями и т. д., то есть практически действиями, подсудными по уголовному закону. Тогда что же выходит? Мы отменим все решения троек, но тогда нужно заводить уголовные дела на лиц, которые занимались уголовно наказуемыми делами. Или же пойти на решительный шаг отмены решений троек и сделать оговорку, что: „те, кто уже отсидел за уголовные дела…“ и т. д. И что получится? Это будет и их реабилитацией, или как?

> Тов. Савинкин Н. И. Надо и КГБ, и Прокуратуре, и Минюсту, и Верховному Суду посмотреть.

> Тов. Теребилов В. И. Все решения троек подлежат пересмотру и отмене, потому что обвинять могли только юридические органы. 90 с лишним процентов этих дел не содержат никакого практического материала. Мы реабилитируем фактически на чистом листе, потому что нет толком обвинений.

> Но, может быть, это сделать так: ограничить временем – до начала войны. Потому что в военное время и после есть часть таких дел, а до начала войны – я ещё не встречал такого дела.

> Но что меня ещё смущает. Если мы будем рассматривать это так, как делаем сейчас, то мы минимум 10 лет народ будем будоражить этими сообщениями. Пусть ещё год, два, три, но нужно кончать с этими делами. Пересмотреть индивидуально каждое из них – практически невозможно. В то же время у меня такое политическое соображение, что без конца, очень долго, много лет эту работу вести не стоит. Юридически такое решение может быть. Но, наверное, надо оговорить его сроком: до начала войны. Тем более что есть ещё один оттенок. Ведь, по сути, будет отмена судебными органами решений несудебных органов – этим мы как бы делаем их правомерными.

> Потом. Эти Особые совещания – вещь вообще странная. Они состояли из одного человека – министра НКВД или, бывало, из двух человек – министра НКВД и прокурора. Были и чуть побольше такие совещания: замминистра, министр НКВД и прокурор.

> Тов. Крючков В. А. По существу, мы их делаем субъектом права.

> Тов. Яковлев А. Н. Давайте подумаем над этим вопросом до следующего совещания.

> Тов. Чебриков В. М. Может быть, кто-то пусть сделает статистику, чтобы видеть картину, что там за объём, сколько таких случаев, какие они.

> Тов. Теребилов В. И. Сегодня в „Известиях“ латыши опубликовали сообщение о том, что они реабилитируют раскулаченных, по существу на местах начинают осуществлять это всё.

> Тов. Пуго Б. К. Скажем, то, что до войны, – это заманчивый подход. Но в республиках, в Прибалтике начнётся опять это, как и в 1938 году, – тоже была эта акция.

> Тов. Лукьянов А. И. Было постановление ВЦИК, которым эти тройки узаконены. Поэтому речь идёт о том, чтобы отменить это постановление, в сущности, признать его утратившим силу. И я за то, чтобы сделать так – до войны.

> Тов. Сухарев А. Я. Мне казалось бы, что в этом случае наша Комиссия должна была бы выйти в Верховный Совет СССР с просьбой признать эти суды, эти тройки незаконными. В принципе сделать такой шаг надо, чтобы сделать его политическим… (выделено при цитировании мной – автор)».

Обратите внимание на то, что А. И. Лукьянов прямо говорит: тройки были узаконены постановлениями ЦИК. Но в 1937–1938 годах существовал узаконенный Постановлением ЦИК только один репрессивный несудебный орган – Особое совещание при наркоме НКВД. Это Лукьянов говорит в присутствии всех членов Комиссии. В присутствии Генпрокурора Сухарева, Председателя Верховного Суда Теребилова, Председателя КГБ СССР Чебрикова, заместителя Председателя КГБ СССР Крючкова, и никто из присутствующих его не поправил, никто не напомнил о приказе НКВД № 00447, которым созданы тройки без всякого Постановления ЦИК. На основании одного письма ЦК за подписью Сталина.

Далее, из той же Записки Комиссии Политбюро ЦК КПСС, из которой я уже цитировал:

> «Руководство Верховного Суда СССР, многие юристы обращают внимание на то, что апелляционное рассмотрение приговоров, выносившихся в 1930–1953 гг. несудебными органами, придаёт этим последним видимость законности, тогда как в действительности их создание и функционирование, само существование были антиконституционными, не опирались на правовые акты своего времени. Но коль скоро подобные органы были изначально незаконны, то и любые вынесенные ими приговоры не могут считаться законными».

Абзац, как говорится. Пояснять нужно что-нибудь? Если вы не совсем в теме – поясню.

Поразительно, что многие юристы обратили внимание на апелляционное рассмотрение приговоров, которые выносили несудебные органы, но не обратили внимания, что основная масса репрессированных несудебными органами была отправлена в лагеря на 10 лет и расстреляна (что особо примечательно) без всякой возможности апелляции, то есть обжалования приговоров.

Да, были тройки, приговоры которых могли быть обжалованными и обжаловались, это тройки ОГПУ и ОСО. Но Комиссия уже заявила о 656 тысячах расстрелянных по приговорам троек, обжалование которых в принципе не предусматривалось. Более того, доведение приговоров до расстрелянных было запрещено заместителем наркома НКВД Фриновским. Да-да, именно так. Выводили к яме по 200 человек сразу и расстреливали, не объявляя приговоров. Как немцы евреев. Помните конец 80-х: красно-коричневая чума?! Вы думаете, это интеллигенция гнилая изобрела? Можно и Председателя КГБ СССР считать интеллигентом, конечно.

Так что, юристы, которые обратили внимание на апелляционное рассмотрение, ещё не видели ни одного дела, по которому были приговоры несудебных органов к «десятке» и ВМН в 1937–1938 годах? И сами члены Комиссии ещё таких дел не видели, если они такую Записку написали? Ни одного дела из числа 656 тысяч расстрельных и почти 500 тысяч на «десятку»?

Согласитесь, я вправе задать второй вопрос: как объяснить тот факт, что Комиссия Политбюро ЦК КПСС заявила в Записке, что «в настоящее время уже пересмотрено 1 002 617 уголовных дел репрессивного характера на 1 586 104 человека. По этим делам реабилитировано 1 354 902 человека, в том числе по делам несудебных органов – 1 182 825 человек», но юристы, которые занимались реабилитацией, не нашли среди них ни одного дела с приговорами троек, образованных печально известными приказами НКВД № 00447, № 00485 и другими?

Наконец, в этой Записке, составленной элитой тогдашней власти СССР, кроме шокирующей глупости, есть и другие вещи – таинственно-загадочные.

> «В августе 1937 года Ежовым был подготовлен так называемый оперативный приказ НКВД о проведении массовой операции по репрессированию лиц польской национальности. На этом приказе имеются подписи: „За – И. Сталин, В. Молотов, Л. Каганович, С. Косиор“. Всего за период с августа по декабрь 1937 года в ходе проведения этой операции было репрессировано 18 тысяч 193 человека. Были случаи, когда вместо санкции на тюремное заключение Молотов ставил рядом с некоторыми фамилиями отметки ВМН (высшая мера наказания)». (Выделено при цитировании мной – автор).

Этот «оперативный» приказ по полякам сегодня хорошо известен. Это именно приказ НКВД № 00485. Но только при чём здесь В. М. Молотов? В том варианте приказа № 00485 и во всех документах, с ним связанных, которые сегодня опубликованы, Вячеслав Михайлович ничего по полякам не санкционировал. Там приговоры выносились сначала наркомом НКВД и Прокурором СССР, а потом особыми тройками. В связи с этим у меня есть ещё один вопрос: где находится, в каком архиве, тот вариант приказа НКВД № 00485, который упоминался в Записке в связи с тем, что санкционировал приговоры по полякам Молотов? И какой из этих двух вариантов подлинный: упоминавшийся в Записке или опубликованный после 1992 года, в котором Молотова нет? Или они оба подлинные?

Есть ещё одна странность в Записке: отсутствие в ней упоминания печально известного приказа НКВД № 00447. О «польском» приказе есть упоминание, а о приказе, по которому, как потом оказалось, якобы было расстреляно свыше 400 тысяч человек, ни слова. Взяли из архива дело с приказами НКВД за 1937 год, наткнулись на № 00485, а № 00447 пролистнули? Или ещё сочинить не успели?

И особенно на две цифры внимание пока обратим. Операция по репрессированию лиц польской национальности. Число жертв, указанных в документе Политбюро 1988 года, – 18 193 человека. И посаженных, и расстрелянных. В 1992 году выяснится, что по приказу № 00485 было только расстреляно 111 071 человек.

Значит, заявленная в Записке цифра расстрелянных по приговорам несудебных органов в 1937–1938 годах – 656 548 человек – неверна? Ну, если добавилось расстрелянных по приказу № 00485? Но ничего подобного в дальнейшем не случилось.

С цифрой 656 548 совсем плохо. В 1988 году КГБ представил её как общую по приговорённым к ВМН несудебными органами за период 1930–1953 годов. Тогда получается, что тройки ОГПУ и ОСО совсем к ВМН не приговаривали? Но пока оставим этот разнобой в статистике, полученной из одного органа – КГБ, мы ещё много такого увидим, разбираясь с БТ. Нужно только понимать, что если применяются для получения статистических результатов разные методики подсчётов, то разные методики дают и разные результаты почти всегда в цифровом выражении.

Например, если считать рост производства в тоннах по одной методике или в деньгах по другой, можно получить разные проценты роста. Это допустимо для таких статистических данных.

Но расстрелянных считают не в килограммах или в пуговицах на пальто, а по головам. Более того, чего их в 1988 году было считать, если они уже давно были подсчитаны, и эти сведения, суммированные по годам, нужно было просто взять в десятом отделе КГБ, бывшем первом спецотделе НКВД, который вёл оперативные учёты?!

А вот если в статистических данных, которые считались по одной методике, есть расхождения с учётом того, что никаких сложных расчётов не требовалось, применялось только одно арифметическое действие – сложение, да ещё сведения получены из одного источника, то первое, что можно предполагать, – манипуляции с подсчётами. Согласны?

Пока для нас важно, что разница в числе жертв даёт нам все основания подозревать: «оперативный приказ» по репрессированию поляков, известный на момент составления Записки комиссией А. Яковлева, совершенно не соответствует тому, который был обнародован после 1992 года как обнаруженный в архивах.

Мне часто читатели задают вопрос: «А что стало с Н. И. Ежовым, за что его судили и расстреляли?»

Я не профессиональный историк, поэтому отвечаю: не знаю. Это профессиональные историки знают, что Николая Ивановича арестовали, судили и приговорили к расстрелу за то, что он, планируя государственный переворот, развязал масштабные репрессии с целью вызвать недовольство народа властью Сталина. Правда, тогда не совсем понятно, зачем он приказал палачам из НКВД эти репрессии проводить с такой степенью секретности, что о них народ узнал только через 50 лет от Комиссии, возглавляемой А. Яковлевым?

Профессиональным историкам не мешает то, что следственного дела Ежова никто в глаза не видел, протокола суда над ним – тоже, приговора – тоже, сообщений в печати о его судьбе не было, в официальных выступлениях руководителей Советского государства о Ежове как о преступнике не было сказано ни слова до 1956 года.

Рассекречены и опубликованы пока только какие-то совершенно нелепые письма Николая Ивановича к Сталину перед якобы арестом, да ещё более… не знаю, как выразиться поприличнее, протоколы его допросов, в которых он признаётся даже в гомосексуализме. У меня такое впечатление, что эти протоколы «нашли» в архивах тоже гомосексуалисты, как в одном анекдоте, в плохом смысле этого слова. Да ещё типы навроде Онотоле Вассермана в интервью рассказывают, что Николай Иванович увлекался спиртом с кокаином, ходят сплетни о его пьянстве. Даже Сталину такие слова о нём приписывают разные мемуаристы.

Версия у меня есть. Никаким алкоголиком, тем более гомосексуалистом, Ежов быть не мог по определению. Он с 1935 года являлся одним из пяти секретарей ЦК ВКП(б), нахождение в секретарях ЦК алкоголика при Сталине – вещь более чем фантастическая.

Молчание официальных лиц о судьбе Ежова (о том же Ягоде были официальные заявления) может за собой скрывать возможное самоубийство Николая Ивановича. Предполагаю, что Николай Иванович чувствовал личную вину за провалы в работе, при нём за границу перебежали несколько высших офицеров УГБ, которым он доверял.

Зато в заслугу Ежову можно поставить разгром троцкистского подполья в СССР, за это его люто ненавидели и ненавидят идейные наследники Троцкого, поэтому на него 656 тысяч трупов повесили.

Но бесконечно жаль, что не дожил Николай Иванович до 1988 года и его не вызвали в прокуратуру для дачи объяснений в рамках доследственной проверки при решении вопроса о начале его уголовного преследования. В 1988 году действовал УПК РСФСР от 1960 года:

> «Статья 108. Поводы и основания к возбуждению уголовного дела.

> Поводами к возбуждению уголовного дела являются:

> 1) заявления и письма граждан;

> 2) сообщения профсоюзных и комсомольских организаций, народных дружин по охране общественного порядка, товарищеских судов и других общественных организаций;

> 3) сообщения учреждений, предприятий, организаций и должностных лиц;

> 4) статьи, заметки и письма, опубликованные в печати;

> 5) явка с повинной;

> 6) непосредственное обнаружение органом дознания, следователем, прокурором или судом признаков преступления» [1.3].

Особенное внимание обратите на последний пункт, в Комиссии Яковлева было целых два начальника органов дознания: Председатель КГБ СССР и министр МВД СССР (КГБ и МВД – органы дознания), да ещё и Генеральный прокурор СССР. Комиссия заявляет о незаконных репрессиях, то есть об убийствах и незаконных лишениях свободы советских граждан – это преступления. Член Комиссии – Генпрокурор – просто обязан был рассмотреть вопрос о возбуждении уголовного дела и опросить в рамках проверки тех из возможных преступников, которые могли ещё быть живыми, любых лиц, которые могли дать сведения о событии, составе преступления, о лицах, к нему причастных. Протокол опроса Н. И. Ежова, если бы он был жив, стал бы бестселлером:

> «На вопрос о том, какое я отношение имею к расстрелу по приговорам несудебных органов 656 тысяч человек, отвечаю: вам, гражданин прокурор, нужно меньше употреблять спирта с кокаином. У вас галлюцинации. В Записке Комиссии Политбюро, которой мне инкриминированы эти расстрелы, чётко указано – несудебные органы введены ЦИК. В бытность мою наркомом НКВД такой орган был один – Особое совещание при наркоме НКВД. Его полномочия ограничивались ссылкой или заключением на срок до 5 лет.»

Всё. До свидания. Постойте, да у вас же ещё и трупов нет! Вот же написано:

> «В последнее время в средствах массовой информации, обращениях общественных организаций и заявлениях граждан всё чаще и настойчивее ставятся вопросы о розыске мест захоронения репрессированных лиц и увековечении их памяти.

> В архивах КГБ СССР нет документальных материалов, содержащих сведения обо всех конкретных местах захоронения, именах похороненных и их числе. В результате опроса бывших сотрудников НКВД и информации, полученной от местного населения, удалось выявить часть участков захоронений. По приблизительным подсчётам, в них погребено около 200 000 человек. Время захоронения тоже установлено приблизительно».

У меня в связи с этим пунктом в Записке тоже появились новые вопросы.

В Записке читаем: «В архивах КГБ СССР нет документальных материалов, содержащих сведения обо всех конкретных местах захоронения, именах похороненных и их числе». То есть часть захоронений документировалась, а часть расстрелянных хоронили где попало без составлений документов? Да ещё, как дальше увидим, сотрудники НКВД получили приказ хоронить с соблюдением мер конспирации, но отчётов о выполнении приказа не оставили? А как они отчитывались о выполнении приказа? Устно? «Начальник, поверь на слово честному чекисту, закопал так, что ни одна живая душа не узнает»?

Даже если допустить, что захоронения на 200 тысяч человек были установлены, то куда делись ещё 600 тысяч трупов, примерно столько же, сколько расстреляно по приговорам троек в 1937–1938 годах? Почему загадочным образом не сохранились документы об этих захоронениях, зато в архивах нашлись расстрельные списки? Не потому ли, что трупы изготовить несколько сложнее, чем бумажки с фамилиями?

Я, кстати, получаю критику и от историков, и от сочувствующих известному правозащитному обществу «Мемориал» (Международное историко-просветительское, правозащитное и благотворительное общество. 04.10.16 включено Минюстом в реестр иностранных агентов. Общество ликвидировано по решению суда 28.02.22 – прим. ред.): «Балаев считает, что если трупов нет, то нет и расстрелянных 656 тысяч. А как же тогда данные архивов? А как же тогда отсутствующие трупы Холокоста? Холокоста тоже не было?».

Господа «абажуры», о Холокосте я не знаю, я им не занимаюсь. Только, видите ли, в чём дело: у Сталина с Ежовым не было абажуров из человеческой кожи, мылом из жира троцкистов они не мылись, в крематориях расстрелянных не сжигали.

Понимаете, даже обычного уголовника-убийцу, уничтожившего труп жертвы так, что никаких следов трупа, материальных улик уничтожения трупа не осталось, осудить за убийство невозможно, даже если имеются свидетели убийства.

Вы можете всем «Мемориалом» прийти в полицию и написать заявление, что какой-то гражданин на ваших глазах зарезал человека, но пока у полиции не будет трупа или других материальных подтверждений убийства, по вашему заявлению будут приниматься только решения об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления. «Нет тела – нет дела».

Да ещё далёкие от практики применения уголовного законодательства люди могут считать, что если преступление совершено давно, да ещё преступники давно умерли, то прокурор может не принимать никаких процессуальных решений по заявлению о преступлении, да ещё лично получая информацию о нём, как Генпрокурор Сухарев, заседая в Комиссии по реабилитации. Это совершенно не так. В любом случае это заявление должно быть оформлено как сообщение о совершённом преступлении, по нему должна быть проведена проверка и принято процессуальное решение: возбуждение уголовного дела либо отказ в его возбуждении.

Почему Генпрокурором СССР Сухаревым, получившим информацию о незаконных репрессиях, не рассмотрен вопрос о возбуждении уголовного дела? Почему в рамках рассмотрения этого вопроса не предпринято прокуратурой никаких действий по установлению события преступления, состава, возможной причастности к нему конкретных лиц?

Ответить на этот вопрос я сам уверенно могу. Прокурор мог отказать в возбуждении уголовного дела по статье УК РСФСР 102. «Умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах» в отношении тех, кто причастен к массовым убийствам советских граждан в 1937–1938 годах за истечением сроков давности, либо за смертью лиц, причастных к событиям 1937–1938 годов, но событие преступления он установить всё равно был обязан.

Событие убийства – это только труп или его части со следами убийства. Ничего другого. Такое: «В результате опроса бывших сотрудников НКВД и информации, полученной от местного населения, удалось выявить часть участков захоронений. По приблизительным подсчётам в них погребено около 200 000 человек. Время захоронения тоже установлено приблизительно» – не прокатывает. Так на Сталина и жертв хана Батыя можно навесить. Пришлось бы копать в установленных местах захоронений. Копать с соблюдением процессуальных норм. И могли выясниться неожиданные факты. Могло выясниться, что на Бутовском полигоне закопаны не жертвы 37-го года, а немцы. Во время войны на полигоне находился большой лагерь военнопленных. Военнопленных немцев не отвозили хоронить, если они умирали или были расстреляны (расстреливали по приговорам трибуналов тех из них, кто совершил преступления против мирного населения), на общегородские кладбища.

Хоть одно захоронение жертв массовых расстрелов 1937 года обязательно нужно было найти! Хотя бы одно! Точно датированное, с установлением лиц, способа убийства, орудий убийства… с нормальным процессуальным сопровождением. Ничего не найдено до сих пор. События преступления, массовых расстрелов 1937–1938 годов, мы не имеем до сих пор. Мы имеем только политическое заявление ЦК КПСС да документы, «обнаруженные» в архивах. Я не зря кавычки применил. Тем, какие попытки до сих пор предпринимаются представить любое обнаруженное захоронение захоронением 37-го года, поговорим позже. После того как рассмотрим «обнаруженные» в архивах документы. Начнём с самого начала, с момента «обнаружения»…

## Глава 2. «независимые» эксперты

Я не единожды сталкивался с вопросом, который задавали мне в переписке профессиональные историки (я очень часто их поминаю, но куда ж от них деться): какие у меня есть основания не доверять нашим архивам?

У меня для них есть встречный вопрос: вы, господа, сами хорошо знаете, что происходило с нашими архивами, если вы им так доверяете, особенно в части сохранности и подлинности документов, касающихся острых вопросов истории СССР?

Дело даже не в том, что архивы – это, в представлении некоторых, особо одарённых, подобие Ковчега Завета, который Моисей смастерил. Если кто-то непосвящённый только попробует на него покуситься – молнией насмерть шарахнет. Архив – обычный склад бумажек. Эти бумажки в нём разложены по папкам и с разной степенью аккуратности каталогизированы. Ничего священного, так сказать, это хранилище само по себе не представляет. Как всякий склад – охраняется. Одни архивы охраняются лучше, другие – хуже. Что-то украсть из архива – да не особо сложное дело. Кто в них был, тот знает, что при выходе посетителей до трусов не раздевают, а сотрудник архива далеко не всегда держит в поле своего зрения посетителя, который получил для работы архивное дело.

Ну а если сам архивист – человек недобросовестный, то на этом складе бумажки и в форточки вылетают. А вместо них в дела вшивается что попало.

Там, где хранятся секретные документы – там строже. Но туда даже историков не допускают. Точнее, раньше не допускали и сегодня не допускают, но в нашей современной истории есть моменты такие, что волосы дыбом. Вы представляете ситуацию, когда банду фальшивомонетчиков банк принял на работу охранниками?

После разгрома ГКЧП те, кто тогда находился в сознательном возрасте, помнят, какой бедлам начался в стране. Но историки, свято верящие в архивы, умудрились напрочь забыть, что в те годы произошло с этими складами бумаги, особенно с теми, в которых находились документы, касающиеся деятельности репрессивных органов и коммунистической партии.

Давайте кое-что вспомним. Например, про такой Указ Ельцина:

> … Об архивах Комитета государственной безопасности СССР


> В целях предотвращения незаконного уничтожения в РСФСР

> документов архивов Комитета государственной безопасности СССР, создания условий по использованию их для нужд науки и культуры народов РСФСР п о с т а н о в л я ю:

> 1. Передать архивы центрального аппарата Комитета

> государственной безопасности СССР и его управлений в республиках в составе РСФСР, краях, областях, городах Москве и Ленинграде в ведение архивных органов РСФСР вместе с занимаемыми ими зданиями, сооружениями, штатной численностью и фондом оплаты труда.

> 2. Контроль за выполнением Указа возложить на Прокуратуру РСФСР, Комитет государственной безопасности РСФСР и Комитет по делам архивов при Совете Министров РСФСР.

> 3. Настоящий Указ вступает в силу с момента подписания.


> Президент РСФСР Б. ЕЛЬЦИН


> Москва, Кремль

> 24 августа 1991 года

> № 82 [2.1].

Почему-то у самого Ельцина особой веры в архивы не было. Как следует из текста Указа, там даже есть опасение насчёт уничтожения документов. Поэтому подельники Бориса Николаевича по развалу СССР, для пущей сохранности документов, для «создания условий по использованию их для нужд науки и культуры народов РСФСР», после подписания Указа впустили в эти склады банду «фальшивомонетчиков».

1991 год – удивительный! Это целая историческая эпоха! Эпоха дурдома. Поразительно, тогдашняя власть даже не скрывала того, что архивы были отданы в распоряжение проходимцев и сволочей…

Такой же Указ Ельцин подписал и по архивам КПСС:

… О партийных архивах


В связи с тем, что КПСС была частью государственного аппарата, образовавшиеся в ее деятельности документы подлежат государственному хранению.

В целях предотвращения незаконного уничтожения в РСФСР документов партийных архивов п о с т а н о в л я ю:

1. Передать Центральный партийный архив Института теории и истории социализма ЦК КПСС, текущий архив Общего отдела ЦК КПСС, партийные архивы обкомов и крайкомов КПСС, Московского и Ленинградского горкомов КПСС в ведение архивных органов РСФСР вместе с занимаемыми ими зданиями, сооружениями, штатной численностью и фондом оплаты труда.

2. Контроль за выполнением настоящего Указа возложить на Комитет по делам архивов при Совете Министров РСФСР.

3. Настоящий Указ вступает в силу с момента его подписания.


Президент РСФСР Б. ЕЛЬЦИН


Москва, Кремль

24 августа 1991 года

№ 83 [2.2].

24 августа 1991 года – третий день после ликвидации печально известного «Августовского путча» ГКЧП. Время вообще было очень весёлое. Долго потом в ФСБ рассказывали, как их коллеги ещё по КГБ жгли на Лубянке, в краевых и областных управлениях КГБ, те агентурные дела, которые хранились в архивах. Фактически Указом Ельцина архивы были рассекречены. Утечка сведений даже о той агентуре, которая давно не использовалась, могла нанести такой колоссальный вред спецслужбам, что понадобились бы десятилетия на их восстановление. Тем более что Верховный Совет РСФСР совершил национальное предательство. Да, именно тот Верховный Совет, который современные левые, ненавидящие Ельцина, считают последним органом Советской власти. Его Президиум сформировал Комиссию по приёму-передаче документов на государственное хранение из архивов КГБ и КПСС, включив в эту Комиссию группу экспертов из иностранных агентов. Ту организацию, в которой состояли эти эксперты, даже ещё в конце 80-х годов открыто называли содержанкой ЦРУ. До 2016 года члены этой организации пытались изображать из себя девственниц-монашек, пока окончательно не была поставлена точка в 2016 году. Сама нынешняя власть, для утверждения которой правозащитное общество «Мемориал» (я о нём веду речь) сделало неимоверно много, признала его иностранным агентом, т. е. организацией, получающей финансирование из-за рубежа от нежелательных для российской власти структур.

Я человек не кровожадный, но за ту Комиссию и экспертов в её составе председатель Президиума Верховного Совета СССР Руслан Имранович Хасбулатов и весь Президиум подлежат суду, который может в отношении этой банды вынести только один справедливый приговор – ВМН. И лучше не пуля, а – верёвка. Без мыла.

Тем же, кто до сих пор 3 октября натирает глаза луком, чтобы изобразить страдания по расстрелянной Ельциным той «Советской власти», нужно дать талончики в поликлинику для обследования у психиатра.

Самое поразительное, что никто даже не только не пытается скрывать того, как была осуществлена самая наглая за всю новейшую историю историческая фальсификация, этим даже хвастаются, ставят себе в заслугу борцы со сталинизмом. Открываем сайт Общества «Мемориал», статья «Экспертное заключение по делу КПСС (1992)» [2.3]:

> «23 и 25 августа 1991 года своим указом Б. Н. Ельцин приостановил деятельность КПСС, а 6 ноября 1991 – запретил. В 1992 году началось „дело КПСС“. В ответ депутаты Верховного Совета подали жалобу в Конституционный суд. Члены „Мемориала“ Никита Охотин, Никита Петров и Арсений Рогинский в качестве экспертов Комиссии по организации передачи-приёма архивов КПСС и КГБ на госхранение по просьбе Конституционного суда подготовили экспертное заключение о деятельности КПСС и КГБ».

Сначала архивы КГБ и КПСС Указами Ельцина были у КГБ и КПСС изъяты, т. е. фактически рассекречены, полностью рассекречены, а потом в них был заброшен десант экспертов для поиска документов, изобличающих преступную суть КПСС. А в эксперты были назначены самые отмороженные антикоммунисты – мемориальцы. Да ещё и сам суд, который должен был оценивать доказательства, представленные этими экспертами, этих же экспертов, представляющих сторону обвинения, и назначил.

Ситуация примерно такая же, как если бы вы судились с соседом из-за денежного долга, и на ваши оправдательные заявления, как ответчика, что вы никаких денег не брали и расписок не давали, судья заявил бы:

– Дайте истцу ключи от дома ответчика, пусть истец пойдёт и проведёт обыск в доме ответчика, поищет там расписки и нам их предоставит.

На все ваши, ответчика, вопли протеста, ответ:

– У вас есть основания сомневаться в честности вашего соседа? Утверждаете, что тех расписок, которые он в вашем доме нашёл, вы не писали? Экспертизу хотите? Суд ваше ходатайство не считает нужным рассматривать, возвращайте соседу деньги и не парьте суду мозги разной процессуальной ерундой.

Ситуация настолько абсурдная в своей сюрреалистичности, что можно подумать о её неординарности, беспрецедентности. Не спешите с таким выводом. «Лейпцигский процесс» 1933 года, поджог здания рейхстага. Фашисты сами подожгли рейхстаг, сами сфабриковали улики против коммунистов и попытались обвинить коммунистов в поджоге, доказывая их виновность сфабрикованными уликами. В результате Георгий Димитров, выступая на процессе, доказал, что всё происходящее – политический фарс, но коммунистическая партия в Германии получила статус преступной организации.

Так что, никакой беспрецедентности. Калька. С фашистов. Впрочем, с немецких фашистов. Российский Конституционный суд всего-навсего планировал воспользоваться услугами отечественных фашистов. Если вы понимаете, что фашизм – это не про евреев, это крайняя степень антикоммунизма, то с политической классификацией правозащитного Общества «Мемориал» у вас проблем не будет. Впрочем, эти «правозащитники» особенно и не маскируются. Я сейчас процитирую слова одного из этих деятелей, которые он произнёс в интервью «Эхо Москвы», рассказывая о Сталине, как об организаторе террора:

> «Ведь в годы войны то же самое делалось по отношению к немецким оккупационным войскам, выкрадывались генералы, но их не в плен брали, вывозили в лес и убили. Генерал Ильген, группа Кузнецова. Или подсыпалась отрава в котлы немецких полевых кухонь. На самом деле недостойные методы борьбы. Терроризм – оружие слабых. Но такова история, мы это понимаем. Но оправдывать сегодня такие методы, по-моему, это аморально (выделено при цитировании мной – автор)»[2.4].

Извините, но за это высказывание говорун должен корячиться реальный срок на нарах:

> «Статья 354.1. Реабилитация нацизма

> (введена Федеральным законом от 05.05.2014 N 128-ФЗ)

> 1. Отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, одобрение преступлений, установленных указанным приговором, а равно распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, совершённые публично, – наказываются штрафом в размере до трёхсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период до двух лет, либо принудительными работами на срок до трёх лет, либо лишением свободы на тот же срок.

> 2. Те же деяния, совершённые лицом с использованием своего служебного положения или с использованием средств массовой информации, а равно с искусственным созданием доказательств обвинения, – наказываются штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период от одного года до трёх лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью на срок до трёх лет» [2.5].

Если кто не понял, поясняю: гитлеровцы считали наших партизан и подпольщиков террористами и бандитами, поэтому заявляли, что на них не распространяются никакие законы, как на военнопленных. Поэтому расстреливали, вешали, истязали наших граждан, оказывающих сопротивление захватчикам на оккупированных территориях, как бандитов и террористов. Признание наших партизан и подпольщиков террористами является прямым оправданием преступлений нацизма на территории СССР.

А фамилия этого откровенного фашиста, маскирующегося под правозащитника – Никита Петров – один из группы тех экспертов, которые «обнаружили» в архивах приказ НКВД № 00447 и всю сопутствующую ему макулатуру о Большом терроре.

После этого вам, думаю, станет понятней, почему любимое словечко мемориальцев – репрессии, в «обнаруженных» ими «архивных» документах НКВД – через слово, как будто Сталин и чекисты заранее озаботились тем, чтобы документы об их преступной деятельности в отношении советского народа обнаружили члены общества «Мемориал» и публика даже не сомневалась в их преступности. Сами писали и складывали в архивы документы, в которых – «репрессировать всех!», «расстрелять каждого второго!», «каждого первого – посадить!», «остальным – охранять!».

Мы на всю комиссию этих экспертов ещё посмотрим внимательней, одним Петровым не ограничимся. Это необходимо сделать: сам состав комиссии и те, кого она привлекала к работе – уже улика. Против этих фашистов, которые «искали» в архивах документы о преступлениях сталинизма.

Но начнём со специалиста по архивам, который входил в группу экспертов, как это видно из подписантов под подготовленным ими «Экспертным заключением по делу КПСС (1992)»: зам. директора ЦХСД, доктор ист. наук С. В. Мироненко.

В «Золотом телёнке» Ильфа и Петрова – дети лейтенанта Шмидта. Помните, как сатирически описаны эти аферисты? Ильф и Петров – гении сатиры. Гениальная сатира тогда она и гениальная сатира, когда бессмертна. Сына генералиссимуса Сталина хотите?

Был у нас такой довольно известный писатель – Владимир Жухрай. Автор таких книг об Иосифе Виссарионовиче, как «Сталин», «Генералиссимус», «Личная спецслужба Сталина» – белиберды на уровне нормального шизофренического бреда. Да дедушка не вполне с головой, кажется, и дружил, носил форму генерал-полковника, представлялся внебрачным сыном Сталина и начальником его личной аналитической разведки. Ещё в интервью журналистам рассказывал, что его почерк и речь от сталинских никакой эксперт-криминалист не отличит, потому что – гены Сталина. Даже в последние тома ПСС И. В. Сталина, сляпанные Ричардом Косолаповым из чего попало, включены «документы» из книг В. Жухрая, например, о том, как Ворошилов с командованием фронтами не справлялся.