Владислав Даркшевич
Не приводи гостей из снов

1

Я с детства страдаю от бессонницы, а когда мне удаётся уснуть, меня часто преследуют кошмары. Родители водили меня к психиатрам, а повзрослев, я стал обращаться ко всем, к кому только мог: к гипнотизёрам, гадалкам, психологам – но никто не мог мне помочь. Ничто не работало. Раз за разом я продолжал просыпаться в холодном поту.

Когда меня спрашивали, что же я вижу в этих снах, я не мог ответить. Я просыпался с чувством всепоглощающего ужаса, от которого холодело внутри. Иногда в памяти смутно мелькали образы козлорогих чудовищ, животных с человеческими лицами или существ, похожих на людей, но будто вылепленных из пластилина – без рта, глаз и ушей.

Я давно ловлю себя на мысли, что, если бы эти кошмары приходили каждую ночь, я бы точно сошёл с ума. Периоды жутких снов могут длиться неделю или даже месяц, но они всегда отступают, давая время передохнуть.

В колледже, когда я жил в общежитии, соседи по комнате жаловались на мои ночные крики. Из-за таких приступов мне даже приходилось бросать учебу и уезжать к родителям. Став старше, я стал снимать комнаты почти на чердаках или угловые квартиры – чтобы жить там, где мои крики никого не потревожат.

2

Выйдя из дома после очередной бессонной ночи, я жадно вдохнул свежесть раннего утра – только она и возвращала к жизни. Ночная духота все еще висела в воздухе, сон не приходил. Казалось, кошмарам не будет конца.

Я не заметил, как ко мне подбежал парень и протянул последний выпуск газеты. Я молча сунул ему несколько купюр. Уставившись в рубрику объявлений почти бессмысленно, я наткнулся на странное сообщение: группа студентов психологов искала людей с проблемами со сном для участия в эксперименте.

3

Я недолго думал и позвонил по указанному номеру.

Меня пригласили в полуразрушенный дом на восточной окраине города и попросили прибыть вечером.

Меня встретил мужчина средних лет с высоким лбом в очках по имени Юрий. Он был одет в белый лабораторный халат. От нехватки сна я задумчиво уставился на его лысину. Он кашлянул и спросил:

– Виталий Орб?

Я кивнул. Юрий жестом пригласил войти. Мы прошли в небольшую пристройку к основному зданию.

– Перед тем как перейти к исследованиям, мне нужно провести анкетирование, – сказал Юрий, усаживаясь за широкий стол и принимаясь заполнять документы.

На меня смотрела голова лося, висевшая на стене под самым потолком. Я вздрогнул, осознав, что пялюсь на чучело с открытым ртом.

«Чертова бессонница,– подумал я. – Сводит меня с ума».

– Вам снятся кошмары? – спросил Юрий, не отрывая глаз от бумаг.

– Постоянно, – равнодушно ответил я.

Мой ответ, кажется, удовлетворил Юрия, и он кивнул. Затем он достал карточки с чернильными кляксами и принялся долго и обстоятельно расспрашивать, на что они похожи. Закончив, он предложил перейти в другую комнату.

4

В новом помещении стояло пять глубоких кресел, рядом с которыми находилось странное оборудование, напоминающее осциллографы. Машины, видимо, должны были что-то записывать.

В комнате было ещё несколько человек. Некоторые сидели в креслах, другие стояли рядом и что-то записывали, глядя на экраны неизвестной аппаратуры.

Меня пригласили, и я сел в кресло, утонув в мягком материале.

– Чем вы тут занимаетесь?

– Мы ставим эксперименты над реальностью, – многозначительно ответил Юрий.

Я промолчал, пытаясь понять, что он имеет в виду.

– Видите ли, – продолжил он, – наша научная группа предполагает, что во время сна пространство рядом со спящим человеком меняется.

– У меня острая форма бессонницы. Сомневаюсь, что вы сможете помочь.

– А что, если сможем? Сейчас мы проверяем экспериментальное снотворное, – ответил Юра.

Я скептически фыркнул, хотя на мгновение представил себе блаженный сон. Юра заметил моё колебание.