Анатолий Половинкин
Врата вовне-3

ВРАТА ВОВНЕ – 3

Глава 1

Как причудливо, однако же, тасуются карты. Еще, казалось бы, только вчера он был обычным оболтусом, работавшим охранником, и оказался настолько глуп, что согласился на авантюру Лехи Панкратова, убедившим его поехать в якобы аномальную зону, где существует проход в параллельные миры. Скептик и насмешник по своей природе, Игнат Давыдов никогда бы не согласился на эту поездку, не выпей он пару бутылок пива. Нет, разумеется, он не поверил Лехи. Для того, чтобы поверить в такой бред, необходимо было выпить куда больше, и далеко не только пива. Нет, его согласие на поездку было связано с желанием поразвлечься. Еще бы, что может быть более забавные, нежели снять выкрутасы Лехи на мобильник, а потом выложить все это в сеть на всеобщий обзор? Пусть бы потом вся страна, да и весь мир, потешались над незадачливым фантазером, носящимся со своей идеей фикс о порталах в параллельные миры.

Что ж, фантазия оказалась реальностью. В том смысле, что портал действительно сработал. Но перенес он не в параллельные миры, а в далекую-далекую галактику (может быть), в некие Миры Содружества. И еще одна шутка создателей, телепортировался отнюдь не Леха Панкратов, а сам Игнат, который должен был выступать всего лишь в роли зрителя, точнее, свидетеля.

Да, колода карт, действительно, тасуется невероятным образом. Когда Игнат осознал, куда именно он перенесся, то все случившееся с ним показалось ему кошмарным сном. Чужая планета, чужой мир и рабство, в которое попадают все земляне, попадающие в Содружество через множество вот таких вот разбросанных по всей Земле порталов.

Казалось бы, все безнадежно. Вечное рабство, и избавление от него только в самой смерти.

Но вот проходит время, и Игнат из раба превращается в оракула, становится правой рукой Верховного Оракула в империи аграфов. И теперь его боятся не только его бывшие хозяева-рабовладельцы, но даже и сам император.

Столь стремительный взлет, конечно же, не без трудностей и опасностей, казался невероятным прежде всего самому Игнату. И больше всего его изумлял тот факт, что в нем были скрыты такие невероятные способности, о которых он даже и помыслить не мог. Это было не просто изумительно. Ошеломительно. Игнат не просто овладел способностями предвиденья, которыми обладают различного рода экстрасенсы, он видел не просто какие-то обрывки будущего, которые надо было еще суметь сложить во единую картину, он видел любое будущее по собственному желанию. Возможное будущее. Его варианты, способные произойти в случае того или иного развития событий.

А это означало, ни более, ни менее, то, что Игнат сам мог создавать именно то будущее, которое он хотел бы видеть. Непосредственно влиять на ход истории. А это уже было сродни божеству.

И он увидел нечто неожиданное, если, конечно, это слово вообще применимо к оракулу. Он увидел еще одну насмешку судьбы. Лешка Панкратов, тот самый, по чьей вине он оказался в этих далеких Мирах, все-таки, тоже «нашел» способ перенестись сюда. Да, недотепа Леха, чувствующий вину за исчезновение Игната, и терзаемый неутолимым любопытством. Судя по всему, его до сих пор терзали муки совести по поводу того, что он стал причиной исчезновения (а, может, и гибели) своего соседа по коммуналке Игната Давыдова. Так или иначе, а он не оставил это дело. И все же нашел способ открыть врата еще раз.

Гм, только почему прошло так много времени с того дня? Неужели Леха не примчался, и не рассказал о том, что произошло с Игнатом? Неужели он все произошедшее оставил в тайне? Хотя, с другой стороны, если он даже и рассказал, кто бы ему поверил. Но, как бы там ни было, а Леха, без сомнения, не оставил попытки отправиться открыть врата еще раз.

Впрочем, если это все так просто, то что мешало ему на следующий день привести сюда еще какого-нибудь приятеля или, скажем, журналиста из какой-нибудь паранормальной газеты. Надо полагать, тот получил бы неплохой материал. Если проход открывается так просто, то Лехи нужно было просто встать в круг, и попросить кого-нибудь пройти тем же самым путем, что шел и он в тот злополучный день.

Может, портал не всегда открывается? Может, все зависит от каких-нибудь особых обстоятельств, например, расположения планет или еще что-нибудь в этом роде? В любом случае, прошел почти год с того дня. Что ж, как бы там ни было, Леха расскажет все это сам. Теперь у него будет предостаточно времени, чтобы поведать Игнату обо всем этом. Конечно, Игнат мог бы с легкостью заглянуть в будущее, но почему-то ему очень уж хотелось услышать все это непосредственно из уст Лехи.

Ошеломленный Леха стоял и смотрел на Игната, которого он похоронил (но все же надеялся на чудо) уже много месяцев назад, и который сейчас улыбался ему счастливой улыбкой. О, да, на такое зрелище стоило бы посмотреть. Худой, среднего роста Леха, типичный ботаник в очках, стоял, словно вылупившийся из ничего, посреди этого пустынной местности.

А в голове Лехи роился целый хоровод мыслей. Он никак не ожидал того, что если даже портал не откроется, то он встретит здесь Игната. Слишком много времени прошло с того момента. Но вот он, Игнат, стоял прямо перед ним, и улыбался.

Что за чертовщина? Может, для Игната и не было этого года. Может, все, кто телепортируются сюда, попадают в одно и то же время? Стало быть, Игнат ничего и не заметил.

Да нет, не стыкуется. Во-первых, Игнат одет был совсем не так, как во время их последней встречи. Во-вторых, за его спиной стояла целая армия. А значит…

Сказать, что Леха Панкратов был изумлен, это не сказать ничего. И именно это выражение на лице так нравилось Игнату. О, готов был долго стоять и смотреть на своего бывшего соседа по коммуналке. Ничего, пусть, легкий шок Лехе не помешает. Будет знать как втягивать людей в свои авантюры. Пытаться открыть портал неизвестно куда, без всякой гарантии того, что этот портал сработает в обратную сторону.

– И… Игнат?! – наконец, выдавил из себя Леха.

Улыбка Давыдова стала еще шире.

– Как ни странно, а это именно я. А кого ты ожидал?

Неизвестно, чего ожидал Леха. По его ошеломленному лицу невозможно было это понять.

– Ты… Ты жив?

– Как видишь, жив и здоров, – отозвался Игнат.

Выражение на лице Лехи начало меняться. Потрясение и изумление стали постепенно сходить с него, и их место заняла радость. Искренняя радость того, что Игнат жив.

Как бы там ни было, а Игнат почувствовал, как сладостное чувство заполняет его сердце. Леха был рад ему, он пришел вслед за ним. Не побоялся того, что обратно дороги уже не будет. Его не остановило то, что врата отправят его неизвестно куда. Вовне.

Собственно, так оно и произошло. Мир, в котором очутился Леха была почти так же недосягаем от его родной Земли, как если бы он провалился в параллельную вселенную. Или в ад. А, может…

– Игнат! Живой! – радости Лехи не было границ. Он бросился навстречу Давыдову, и попытался его обнять. Но Игнат выставил руку, и предупреждающе воскликнул:

– Не нужно объятий! Мое положение не позволяет мне ни с кем заключать объятия. Нас могут не так понять.

Леха, однако, был настолько сильно изумлен и потрясен, что не придал значения словам, вернее, не осознал, что именно исходит из них. Но обниматься не стал. Теперь он стоял и внимательно осматривал Игната с головы до ног.

– Ты потрясающе выглядишь, – признал он. – Твоя одежда, ее покров.

Игнат сделал величественный жест головой.

– Это долгая история.

Радость Лехину ничем нельзя было омрачить. Бедняга, он даже не осознавал, что только что получил билет в один конец.

– Значит, это правда?

– Что правда? – спросил Игнат.

–То, что это действительно врата в иную вселенную. И что их можно открыть.

Игнат сделал легкий жест согласия. Да, это действительно врата в иной мир.

Леха покрутил головой вокруг.

– Так где же мы? Это параллельная вселенная? Другое измерение?

Признаться, он был слегка удивлен тем, что увидел вокруг себя знакомые деревья, знакомый пейзаж. Было видно, что он ожидал от другого мира чего-то совершенно иного.

– Нет, Леха. Это не параллельный мир. И не другое измерение. Это планета Терра, расположенная от Земли… Я даже не знаю, на сколько триллионов километров. Возможно, что мы даже не в нашей галактике. Это портал в Миры Галактического Содружества.

– Что? – У Лехи отвисла челюсть. И Игнат готов был поклясться в том, что увидел в глазах Панкратова разочарование. Его бывший сосед по комнате явно рассчитывал на что-то более мистическое и загадочное.

– Шутка древней цивилизации Джоре, которая создала этот портал. Разбросала подобные ему по всему свету. С тех пор различные бедолаги, вроде нас с тобой, регулярно проваливаются в эти дыры, и оказываются здесь.

– Значит, мы на другой планете?

– Угу. Взгляни на небо.

Леха взглянул. Вечерело, но, несмотря на то, что было еще довольно светло, на небе были отчетливо видны яркие звезды.

– Ты, кажется, увлекался астрономией. Скажи, узнаешь ли ты эти созвездия?

Леха долго всматривался в небосклон.

– Ничего знакомого, – признал он. – Я не вижу даже полярной звезды.

– Все правильно. Ее здесь просто нет.

Панкратов продолжал крутить головой.

– Ничего знакомого. Я не вижу даже Сириуса. Как называются эти звезды и созвездия.

Игнат усмехнулся.

– Если я тебе даже их и назову, это тебе ни о чем не скажет, поскольку ты таких названий просто не слышал.

Леха в изумлении воззрился на Игната, поправил свои очки.

– Но как же ты…

– Как я сюда попал? Твоими стараниями. Портал открылся, как ты и хотел, но провалился в него я. Насмешка судьбы, не правда ли? А ты долго ждал, прежде чем попробовать занять место, отправиться следом.

– Я пытался это сделать сразу же, поверь мне! – в голосе Панкратова была предельная искренность. Когда ты исчез прямо на моих глазах, я был шокирован. Я никак не ожидал, что это произойдет с тобой. Я был абсолютно уверен, что если врата и откроются, то в них угожу я. Ты должен был послужить как бы… не знаю даже как выразиться. Держателем рычага или что-то в этом роде. Я не хотел, чтобы с тобой что-то случилось!

– Тем не менее, это произошло, – заметил Игнат. – И в портал отправился я, а не ты.

Леха кивнул.

– Да, портал сработал совсем не так, как я рассчитывал. Я тотчас подбежал к тому месту, где ты стоял, в надежде на то, что врата еще открыты. Но мои надежды не оправдались. Врата наглухо закрылись. И я ничего не смог сделать. Клянусь, мной тотчас же овладела паника. Я испугался! Но я не ушел. Я снова и снова пробовал открыть портал. Применял все свои знания, все, что знал о вратах. Но у меня ничего не получилось. Врата, пропустившие тебя, наглухо захлопнулись для меня. Очевидно, требовались двое, но я теперь был один.

Леха замолчал, тщательно подбирая слова, и стараясь преодолеть свое волнение. Он смотрел на Игната, пытаясь понять, насколько тот винит его во всем случившемся, насколько он в ярости. Но на лице Игната не было ничего похожего на эти чувства. Оно выражало, скорее, насмешку или торжество. Но это не было торжеством мести.

– Что было дальше? – поторопил Давыдов.

– Дальше? Я помчался домой. Я должен был позвать кого-нибудь на помощь. Я был просто обязан вызволить тебя из той дыры, в которую тебя забросил. Но я не знал, как мне это сделать. Ведь мне никто не поверил. Все меня поднимали на смех, когда я рассказывал о том, что случилось с тобой. Как мы с тобой открыли портал. Все крутили пальцем у виска, будучи абсолютно уверенными в том, что у меня поехала крыша. Все были уверены, что я чего-то накурился, и теперь рассказываю свои глюки. Словом, всем было наплевать на то, что случилось, и на тебя тоже.

– Охотно верю, – признал Игнат. – Это так похоже на людей.

– Однако, полиция все же заинтересовалась твоей пропажей. Я им рассказал все, что произошло. В результате меня чуть не упрятали в дурку, как психа. Правда, перед этим они приехали на место происшествия. Я им все показал, как произошло. Даже встал на твое место, и заставил одного из ментов пройтись по тому пути, что прошел я. Я был абсолютно уверен в том, что портал сработает, и я отправлюсь вслед за тобой. Но ничего этого не случилось. Я остался стоять на месте. Как истукан. Ну и, естественно, меня все приняли за психа. Словом, дальше мне мало не показалось.

– Понимаю, – сочувственно произнес Игнат. – Для меня бы вся последующая жизнь превратилась бы в ад.

– Для меня тоже, – подхватил Леха. – Я целый год вновь и вновь возвращался сюда, пытаясь открыть портал. Но у меня ничего не получалось. Тем более, что со мной никто не хотел больше ехать. Правда, пару раз мне удалось уговорить кое-кого. За деньги, сам понимаешь, многие согласятся и не на такое. Но портал по-прежнему не открывался. Видимо, я что-то делал не так. И вот сегодня… В общем, как видишь, я провалился к тебе.

Глава 2

Леха Панкратов открыл глаза. Фу, ну и сон ему приснился. Будто бы после года безуспешных попыток открыть врата он, наконец-то, сумел добиться успеха. И, только подумать, его, по ту сторону портала, ожидал сам Игнат Давыдов. И не просто живой и здоровый, а во главе целого войска. Он, якобы, стал каким-то большим должностным лицом.

Да, приснится же такое.

Леха пошевелился, и заметил, что лежит не в своей постели. Кровать была слишком широка для его «коммуналки».

Панкратов подскочил, и сел, озираясь по сторонам. Он был не дома. Роскошная спальня, роскошная постель. Так, значит, это не сон. И он действительно открыл врата и попал… Как сказал Игнат, в Миры Галактического Содружества? Звучит как какой-то абсурд. А, впрочем, что в этой жизни не абсурд?

Спустив ноги с кровати, Леха увидел, что на полу стоят богато вышитые мягкие домашние тапочки. А рядом, на стуле, лежит одежда. Но не его одежда. Она так же была богатого покроя, свойственного какому-нибудь министру или дворянину. Неужели же она приготовлена для него?

Встав с кровати, Леха примерил одежду. Она была как раз в пору ему. Стало быть, она действительно была приготовлена специально для него.

Подойдя к окну, Панкратов распахнул шторы. И замер, потрясенный увиденной им картиной.

За окном простирался город. Абсолютно незнакомый ему город, который он видел едва ли не с высоты птичьего полета. И на мгновение Лехи показалось, что он попал в далекое будущее. Впрочем, в некотором роде, это так и было. Город с чуждой ему архитектурой, отличающийся даже больше, чем европейская от азиатской. Всюду, насколько хватало глаз, простирались здания, дороги, а транспорт был не только наземный, но и воздушным.

«Пятый элемент», мелькнуло в голове Панкратова название знакомого фильма. Хотя, дизайн автомобилей той киношки был вполне земным, и отдавал концом двадцатого века. Здешний транспорт не походил на земные машины, но можно было не сомневаться в том, что это именно их местный аналог. Вот одна из машин пронеслась прямо над крышей здания, в котором находился Леха, и ему удалось разглядеть только ее днище.

Господи Боже, куда же это меня занесло?

Осознание того, в какие именно края закинул его телепорт, заставило Панкратова на мгновение почувствовать головокружение. Он на другой планете. А, быть может, даже в другой галактике. Он попытался представить себе все эти триллионы километров, отделяющие его родную Землю от того мира, в котором он оказался, и не смог этого сделать. Слишком огромным было расстояние.

А вот если отвлечься от архитектуры и транспорта, то можно действительно поверить в то, что он находится на Земле, только в далеком будущем. Небо было практически таким же голубым, как и дома, а зеленеющие вдали леса казались на расстоянии точно такими же и на Земле.

М-да, а ведь он, Лешка Панкратов, был почти уверен, что второй такой планеты, как Земля, во вселенной не может быть. Точнее, может не быть. Верил в ее почти что исключительность. Но вот, где-то в глубинах вселенной существует точно такой же мир, как и привычный ему. С точно такими же обитателями, похожими как две капли воды на людей. Правда, не все. Вчера ему довелось повстречать и настоящих эльфов. Вот уж что казалось почти невероятным. Эльфы, словно сошедшие со экранов фэнтезийных фильмов.

Да, вчерашний день оказался наполнен событиями. Игнат Давыдов, во главе целого войска и, похоже, весьма высокопоставленное лицо. Он откуда-то знал, что Леха Панкратов появится в этом месте и в это время! А потом, еще один телепорт, и еще одна планета. Еще один чужой мир. Здание, в которое его привели, отнюдь не было гостиницей, поскольку было слишком шикарным для такого заведения. Больше напоминало дворец или особняк. Да и обстановка превышала президентский люкс. Во всяком случае, в представлении Лехи. Хотя он, разумеется, никогда не был в президентском люксе, да и толком не видел его даже по телевизору.

Вот он, новый мир, куда его забросили врата. Туда, куда по его вине провалился Игнат. Вопрос теперь был в том, что ждет его в этом мире.

Открылась дверь комнаты, и на пороге появился… эльф. Настоящий эльф, с остроконечными ушами, точно такой же, каким его изображают в фильмах по Толкиену.

– Господин оракул ждет вас, – сообщил эльф. – Прошу вас следовать за мной.

Бог ты мой, настоящий живой эльф. Куда же он попал, в мир фэнтези? Очень похоже на то, особенно если учесть, что его ожидает какой-то оракул.

Гм, какой-то? Оракулы не бывают «какими-то». Это люди, способные видеть будущее. Да похлеще всяческих провидцев и предсказателей будущего, типа Ванги или Нострадамуса, все предсказания которых настолько размыты и туманны, что могут подойти под что угодно. Оракул – это уже…

Стоп, а на что вообще мог понадобиться оракулу какой-то Леха Панкратов, провалившийся в этот мир с далекой Земли? Выходит, о его появлении знали заранее? Вот почему его ожидал там Игнат. Видимо, его прислал оракул, специально, чтобы встретить? Но неужто он такое важное лицо, что им заинтересовался оракул?

Любопытство овладело Лехой. Но и чувство страха на мгновение промелькнуло в сердце. Впрочем, оно тут же оставило его. Если бы ему хотели зла, то не встретили бы с таким почетом, и не поместили бы в такой роскошной комнате.

Панкратов последовал за эльфом. Куча вопросов крутилась в его голове, но ничего, он еще успеет получить на них ответы.

Эльф провел его по каким-то коридорам, а затем подвел к дверям какой-то комнаты.

– Сюда, прошу вас. Господин оракул сейчас примет вас.

С волнением оказалось не так-то просто справится. Еще бы, его ждала встреча с самим оракулом. Зачем он понадобился ему? Может быть, Алексей Панкратов, для друзей просто Леха, здесь кто-то вроде мессии, спасителя? Ха-ха, прямо как Нео в «Матрице». И от него зависит спасение и судьба всего этого Галактического Содружества.

Леха шагнул за дверь.

Первое, что бросилось ему в глаза, это апартаменты. Большая комната, в меру широкая, в меру высокие потолки. Обставлена богато, но не слишком. Ничего крикливого, броского. Казалось бы, оракул должен иметь более шикарную обстановку. Но, может, оракул не был из числа тех, кто любит роскошь? Действительно, зачем ему все это, если он видит будущее наперед а, значит, может, в той или иной степени влиять на него.

В противоположном конце комнаты кресло с высокой спинкой, в котором восседал сам… Игнат Давыдов.

Леха был и обрадован и изумлен тем, что увидел в кресле оракула своего друга. Он застыл на месте, и уставился на Игната. А тот продолжал спокойно и величественно восседать в своем кресле, не делая ни малейшей попытки двинуться навстречу Панкратову.

Леха огляделся по сторонам, высматривая, где может находиться оракул.

– Ну, что же ты встал, проходи, – произнес Игнат, по-прежнему не двигаясь с места.

И тут Леха «понял», что его друг просто разыграл его. Ну, разумеется, какой там еще оракул. Неужели же он всерьез поверил, что его здесь ожидает сам оракул?

Лицо Игната было абсолютно серьезно, никакого намека на то, что Леха попался на его удочку, ни улыбки, ничего. Важный, величественный вид. Надо же, как вошел в роль.

– Рад тебя видеть! – воскликнул Леха. – А мне тут сказали, что меня ожидает сам оракул.

И губы Панкратова растянулись в улыбку, показывая, что он оценил шутку.

– Так оно и есть, – отозвался Игнат.

Леха быстрым взглядом окинул комнату.

– Серьезно? И где же он?

– Прямо перед тобой.

Леха воззрился на Игната, желая увидеть на его лице признаки веселья. Но Игнат был по-прежнему абсолютно серьезен.

– Да ладно. Хорош прикалываться.

Игнат ничего не ответил. В течение нескольких мгновений он продолжал молча сидеть в кресле, затем величественно поднялся, и выпрямился во весь рост, как бы давая Игнату возможность увидеть себя во всей красе.

У Лехи отвисла челюсть. Либо он действительно спит, либо сходит с ума.

– Ты – оракул?!

Игнат сделал жест, как бы говорящий, что Панкратов не ошибся.

– Да ты шутишь! Какой из тебя оракул?

– Ты сомневаешься в моих способностях? – произнес Игнат, и Леха не понял, смеется ли тот, или же в его голосе звучит неприкрытая угроза.

Леха снова утратил дар речи. Он бредит наяву или же Игнат каким-то образом сумел убедиться окружающих, что он владеет даром провиденья, и теперь его почитают как оракула? Конечно, чисто теоретически, такое и в самом деле можно проделать. Но только способен ли на это Игнат? Нет, вряд ли, он явно не принадлежит к числу тех, кто смог бы сойти за афериста и мошенника. Для этого нужно быть слишком хорошим актером. А Игнат, насколько знал Леха, такими способностями не обладал. Но обладал ли он даром пророчества?

– О чем ты говоришь? – Все так же, с полным непониманием, спросил Панкратов. – Ты в самом деле оракул или ты пытаешься меня разыграть.

Величественное и надменное выражение на лице Игната не изменилось.

– Я действительно оракул. И в этом не сомневаются ни сам Император, ни Верховный Оракул.

Леха огляделся по сторонам и, увидев, что их никто не подслушивает, спросил:

– Это какой-то заговор? Ты…

Он снова осекся, не зная, как продолжить.

– Да нет, – сказал на это Игнат. – Боюсь, что здесь все очень серьезно. Но это очень долгий разговор.

– Так расскажи мне, – попросил Леха.

Игнат медленно, словно нехотя, кивнул.

– Да, видимо, придется мне это сделать. Ты должен знать, что со мной случилось, и о моих планах насчет тебя. А что уж делать лично тебе, ты будешь волен сам принять решение. Тебе лучше будет присесть, так как рассказ будет долгим.

Леха сел в кресло, приготовившись слушать.

И Игнат рассказал все, что случилось с ним с того момента, как он встал в злополучный круг, перенесший его в Миры Содружества. Рассказал о своем рабстве, о счастливом избавлении от незавидной участи. О своем подъеме, взлете и, наконец, о том, как в нем обнаружился дар ясновиденья, и как он стал оракулом в империи аграфов, едва ли не правой рукой самого императора.

Леха слушал рассказ друга изумленно, иногда недоверчиво. Уж слишком все это выглядело неправдоподобно, походило на сюжет романа или голливудского кинофильма. Как, простой Игнат Давыдов, обычный оболтус, каких пруд пруди, попадает в мир какого-то там галактического содружества, и поднимается до самых верхов, становится особой, приближенной к императору. В такое невозможно взять и поверить. Звучит, как самая обыкновенная байка. Но, с другой стороны, к чему Игнату врать? Чтобы разыграть Леху и придать самому себе веса? Теоретически, конечно, такое возможно, но, почему-то, Лехе так не казалось. И все же, он не знал, что ему думать по этому поводу.

– Я вижу, ты не веришь ни единому моему слову, – заметил Игнат, закончив свой рассказ.

– В такое не так-то просто поверить, – признался Леха.

– Да, я понимаю. Но, тем не менее, я рассказываю тебе чистую правду. Впрочем, ничего доказывать я тебе не буду. Со временем ты сам убедишься во всем. Думаю, тебе будет полезно узнать об этом мире получше. Узнать его политический уклад.

И Давыдов рассказал. Рассказ занял довольно много времени, и после его окончания Леха остался сидеть, глубоко потрясенный и ошеломленный.

Как видишь, политическое положение в Мирах Содружества весьма сложное, – сказал Игнат, после окончания истории. – И оно постоянно усложняется.

В течение некоторого времени Леха размышлял, затем произнес:

– То, что ты рассказал, собственно, ничего нового собой не представляет. Нет, серьезно. Это тот же привычный нам уклад, только с другими расами, и перенесенный в далекое будущее. По-настоящему я удивлен только одной вещью, это тем, что при таком раскладе цивилизации еще не уничтожили друг друга.

– Признаюсь, меня самого это порой удивляет. Но я думаю, что взаимное истребление еще может произойти. А вот этого-то я и хочу избежать.

Леха подумал, и задал неожиданный вопрос.

– Как вернуться обратно?

Игнат улыбнулся.

– Ты думаешь, если бы я знал ответ на этот вопрос, я бы все еще оставался здесь? Прости, дружище, но обратной дороги нет. Портал, через который мы попали сюда, работает только в одну сторону.

Леха хмуро посмотрел на Давыдова.

– Но ведь при здешних технологиях можно легко создать телепорт в любую точку галактики и даже за пределы ее.

– Совершенно верно, – согласился Игнат. – Можно. Но ты знаешь координаты нашей солнечной системы?

– Пф, разве нельзя их вычислить? Ведь тот, кто создал этот портал, знал координаты, иначе бы не было портала, через который мы попали сюда. Ты что же, всерьез пытаешься меня убедить, что можно было создать врата сюда, и нельзя обратно?

– Те, кто создали эти врата, – спокойно возразил Игнат, – вымерли сотни тысяч а, быть может, и миллионы лет назад. Раса Джоре, которую называют предтечами, и от которой, согласно преданиям, произошли все человеческие народы. А с ними исчез и секрет.

Леха хмыкнул.

– И за эти сотни тысяч лет никто не смог разыскать то, что нашли Джоре?

– Ты хотя бы представляешь себе сколько звезд во вселенной и какое расстояние между ними? – оборвал Игнат. – Сотни миллиардов только в нашей галактике, и столько же других галактик. А я даже не знаю, в какой именно мы галактике. Прости, дружище, но ты застрял в этом мире навсегда. Так же, как и я.

Глава 3

Что ни говори, а Игнату Давыдову было приятно видеть растерянность и запуганность Лехи. Хоть он и понимал, что это мстительно и мелко, особенно для оракула, должность которого он занимал. Он уже, по сути, должен был перерасти всю эту мелочность и давно простить Лехи свой «провал» в ту дыру, которая и привела его в этот мир. Да он, если честно, уже давно его простил. Тем более, что вины, как таковой, Лехи и не было. Просто игра с силами, которых ни он, ни Игнат не понимали. И все же гадкий мерзкий червячок, где-то глубоко в сердце Игната, продолжал точить его. И с этим червячком надо было что-то делать.

– Ладно, Леха, не все так плохо, – сказал Игнат, желая приободрить своего бывшего соседа по комнате. – Когда я попал в этот мир, мне пришлось гораздо хуже, чем тебе.

Леха невесело усмехнулся.

– Откуда ты знаешь, что мне придется легче, чем тебе?

– Оттого, что ты под моей защитой, – покровительственно произнес Игнат. – И попал сюда свободным человеком, а не рабом аваров, как это случилось со мной.

Но Леху не убедили эти слова, поскольку он никогда не видел аваров, и не знал, чем они отличаются от других народов Содружества. И вообще, слишком много всего и сразу.

– Так что же ты собираешься делать? Свергнуть императора и захватить власть в Содружестве?

– Однако. – Игнат насмешливо посмотрел на Панкратова. – Разумеется, нет. Подобное хорошо только в романах или фильмах. На самом деле все обстоит значительно сложнее. Но если ты согласишься работать на меня, то перед тобой раскроется очень многое.

– Можно подумать, что у меня есть выбор.

– Выбор всегда есть. Только в случае неправильно сделанного, этот выбор будет незавидным. Так что же, будешь работать со мной или захочешь пойти самостоятельным путем?

Леха воззрился на Игната.

– Каким таким самостоятельным путем? Что ты мне предлагаешь, пойти на все четыре стороны? Нет, раз ты считаешь, что мне повезло, то я буду с тобой. Но, может, ты все же просветишь меня о своих планах.

– Всему свое время, – важно отозвался Игнат. – А пока необходимо снабдить тебя всем необходимым для жизни в этом мире.

Леха невольно осмотрел себя самого, довольно наивно полагая, что под «необходимым» Игнат имеет в виду одежду или какое-нибудь оружие.

– Прежде всего установим тебе нейросеть.

Игнат привел Леху в помещение аналогичное тому, в которое когда-то привел его самого Рутох. До боли знакомое кресло со сканером.

– Итак, для начала выясним твой Ай-кью.

Последовала стандартная процедура, после чего Игнат с некоторым злорадством посмотрел на шкалу. 110. Насколько он помнил, его собственное ай-кью составил 120. Несколько выше, чем у Лехи, но весьма далеко от того, чтобы считать себя гением. Но его удивило, что коэффициент Панкратова оказался меньшим. Казалось бы, тот увлекается различными научными и псевдонаучными трактатами, да и весьма начитанный парень. Ну, да ладно. По сути, это не имеет никакого значения.

Когда Игнат озвучил цифру, Леха нахмурился. Было видно, что и он ожидал большего от тестирования. Но, в том-то и дело, что земной тест можно обмануть, если заранее знать ответы. А здесь система была несколько иной. Если и был какой-то способ обмануть ее, то Игнат о ней не знал, и уж, тем более, не знал о ней и Леха, потому как если бы знал, то непременно им бы воспользовался.

– Сканирование так же выявило у тебя склонность к научным изысканиям, – продолжил Игнат. – Но это, думаю, для тебя не секрет.

В ответ последовало неопределенное пожатие плечами.

– Что, эта машинка может сделать такое определение?

– Может, – подтвердил Игнат. А вот это уже было вызовом самому Давыдову, ведь ему эта самая «машинка» показала, что он сам как раз для умственных работ не годится. Впрочем, это было связано не с его ай-кью, а с тем, что его характер не был приспособлен для подобного рода деятельности.

– Теперь поговорим о нейросети. Обычно всем попадающим сюда устанавливают базовую нейросеть. Поскольку все, кто проваливался в эти врата автоматически становились рабами, то не имеет никакого смысла ставить им нейросеть высокого уровня.

Игнат пристально посмотрел на Леху.

– Но, поскольку ты все-таки не раб, то для тебя я сделаю исключение. Тебе будет установлена нейросеть пятого уровня.

Панкратов с подозрением взглянул на Игната.

– Полагаю, что нейросеть такого уровня будет стоить довольно больших денег?

– Правильно полагаешь.

На лице Лехи появилась задумчивость.

– Та-ак, – протянул он. – А, поскольку я не верю в альтруизм и прочее, то предполагаю, что ты рассчитываешь вернуть затраченные на меня деньги с процентами?

Игнат коротко рассмеялся.

– Что ж, можно сказать и так.

Леха озабоченно покачал головой.

– Не знаю, конечно, чего ты там замышляешь, но, почти уверен, что ты планируешь какой-то заговор. Скажем, свержение императора или еще что-то в этом роде. Ведь именно для этого ты сколачиваешь себе команду из землян. Я близок к истине в своем предположении?

Игнат снова испустил короткий смешок.

– Однако, у тебя и фантазии, – произнес он. – С размахом, надо признать. Если бы я замышлял что-нибудь подобное, то меня бы уже не было.

– Это почему же? – спросил Леха. – Ведь ты же оракул. А значит, должен предвидеть будущее. И, следовательно, суметь позаботиться о собственной безопасности.

– Но ты забываешь о Верховном Оракуле, который стоит надо мной.

Игнат сложил за спиной руки, и пристально посмотрел на Леху.

– И все же, в некотором роде, ты прав. Я действительно собираю федерацию землян. Но не для того, чтобы свергнуть императора. Напротив. Я готов сделать все для того, чтобы император аграфов был жив-здоров, и царствовал еще долгие годы.

– Тогда для чего же? – с любопытством спросил Леха.

– Я хочу, чтобы империя аграфов была мощной и самой могущественной.

Лицо Лехи выразило легкое удивление.

– А зачем тебе это? Ведь аграфы даже не принадлежат к человеческому роду. Почему не аратанцы, к примеру?

Игнат отвернулся, и посмотрел в окно.

– Просто так сложилась судьба. Аратанцы видели во мне лишь исполнителя своих грязных делишек. Так сказать, мальчика на побегушках. Когда я попал к аграфам, во мне обнаружили способности оракула. И тогда возник выбор: устранить ли меня, или же сделать тем, кем я стал. Ну, а к какому решению они пришли, ты видишь. Так что, как любой нормальный и порядочный человек, я должен, хотя бы из чувства благодарности, отплатить добром императору аграфов. И я это делаю.

Игнат снова повернулся к Панкратову.

– Как ты понимаешь, политика – дело тонкое. А я хочу, чтобы в Мирах Содружества исчезли распри. Я хочу, чтобы прекратились войны, и чтобы все расы объединились в одно целое, стали, так сказать, единым государством.

На губах Лехи промелькнула усмешка.

– И ты сам-то веришь, что такое возможно? Вспомни наш мир, который находится на грани глобальной войны, а значит, на грани взаимного истребления. Неужели ты думаешь, что здесь будет по другому? Из того, что ты мне поведал, я пришел к выводу, что и Миры Содружества являются копией нашего мира. Все расы кровожадные и жестокие, все хотят мирового господства и жаждут неограниченного богатства. Стало быть, ничего у тебя не выйдет.

– Тем не менее, это не помешало на Земле возникновению и развитию множества империй. И, кстати, в разрозненном мире именно империя способна объединить обитателей и уберечь их от взаимного истребления. Однако, довольно, об этом мы поговорим позже. А сейчас послушай, чего я от тебя хочу. А потом уже будешь решать, что тебе делать.

Последовала стандартная процедура установки нейросети. А затем Алексей Панкратов был погружен в медкапсулу, где ему предстояло пробыть весьма значительное время, во время которого ему должны будут загружены в нейросеть Базы Знаний. Игнат лично присутствовал во время процедуры погружения в капсулу. И, когда над головой Лехи опускалась крышка, он ему дружески подмигнул.

– С тобой все будет в порядке. Тебя ждет великое будущее. Поверь мне, об этом я позабочусь.

Леха не успел ничего ответить, поскольку крышка опустилась, и он погрузился в сон.

Вернувшись к себе в апартаменты, Игнат погрузился в глубокие размышления, стоя посреди комнаты. Затем, как бы внезапно вспомнив, он взглянул на искин, пребывающий у него на руке. Уже давно он не обращался к нему, и даже почти совершенно забыв о его наличии. Любопытно.

– Что скажешь, Гоша? – спросил он, обращаясь к своему индивидуальному компьютеру.

– Да мне теперь и нечего отвечать. – Голос искина прозвучал так, словно и не было долгого перерыва в общении, и словно все это время он внимательно слушал и следил за каждым шагом своего хозяина. – Это ты теперь должен говорить, а я слушать и исполнять.

– И что, я теперь даже не могу с тобой посоветоваться? – В тоне Игната прозвучала легкая насмешливость.

– А о чем тебе со мной советоваться? Ведь ты же оракул, и знаешь наперед все, что будет, и даже что может произойти. Я же лишен такого дара.

– Тебя удивляют мои способности?

– Если честно, то весьма удивляют, – признался искин. – Ты же ведь помнишь, когда тебе устанавливали меня, ты был обычным рабом, полным нулем, совершенно не приспособленным к жизни. Откровенно говорю, я был, в то время, о тебе весьма невысокого мнения. И был уверен, что ты долго не протянешь. Моей задачей было сделать все для того, чтобы не дать тебе умереть или совершить роковых ошибок. Но ты ведь все равно всегда поступал по своему, игнорируя мои советы. Я не могу объяснить, каким образом ты сумел не просто выжить, но и добиться таких высот. Это не входит ни в какую логику, и не поддается здравому смыслу.

– Может быть, это потому, что у нас разные представления о здравом смысле? – спросил Игнат. – И как насчет обычной удачи?

– Удача? – переспросил Гоша. – Я думал об этом. Что понимать под удачей, удачное стечение обстоятельств? Гм, тогда, пожалуй, да. Можно сказать, тебе несказанно везло все это время.

– А как насчет моих способностей ясновиденья?

– Да, – подтвердил искин. – Это как раз то обстоятельство, которое могло способствовать твоей удачи.

– Каким образом?

– Ты мог о своих тайных способностей даже не догадываться. Но они вполне могли незримо влиять на все твои поступки. В своем подсознании ты инициативно чувствовал, как нужно тебе поступать, и что делать? И, сам не осознавая этого, делал именно то, что необходимо для твоего блага.

Игнат, казалось, призадумался.

– Возможно, – признал он. – Во всяком случае, это много объясняет. Да, ты открыл мне глаза.

– Брось, – последовал неожиданный ответ искина. – Неужели же ты хочешь мне сказать, что и впрямь не предвидел того, что я тебе сейчас сказал? Ведь мои слова не были для тебя новостью. Ты наперед знал, что я тебе скажу, прежде чем ты задал мне свой вопрос.

На губах Игната промелькнула торжествующая улыбка.

– Разумеется, знал.

– Тогда зачем весь этот театр?

– Просто мне интересно мнение машины по этому поводу. Как твой электронный мозг воспринимает и понимает экстрасенсорные способности человека.

Последовала короткая пауза, во время которой искин размышлял.

– Это трудный вопрос. Человеческий мозг устроен иначе, нежели электронный. И значительно сложнее. Мне трудно понять человека.

– Еще бы, – кивнул Игнат. – Как может творение понять своего создателя. А ведь тебя создали люди.

– Это весьма точно замечено, – согласился Гоша. – И, если честно, человеческое мышление мне вообще непонятно. Вы ни на чем не можете сосредоточиться. Все время перескакиваете с одной мысли на другую.

– А ты-то откуда это знаешь? – улыбнулся Игнат.

– Ну, да так уж, знаю. Из ваших самых, человеческих книг по психологии, где вы весьма откровенно пытаетесь осмыслить собственное мышление. И, как я понял, секрет вашего мозга глубокая тайна для вас самих. И я не понимаю, как вы, с такими ограниченными познаниями создали меня.

Игнат удивленно вскинул брови.

– О, да ты задаешься такими вопросами. Забавно. Может, ты еще и осознаешь себя как личность?

– Я не понимаю, что это значит. Что значит, осознавать себя как личность? Я существую, я мыслю. Я осознаю окружающий меня мир. А если я мыслю, то стало быть существую.

Брови Игната вскинулись еще больше.

– Интересное заявление. Ты знаешь, а ты повторил высказывание одного нашего земного философа.

– Если так, то я весьма удивлен, – признал Гоша.

– А теперь скажи, как ты оцениваешь мое будущее? Смогу ли достигнуть намеченной цели? Нет, скорее, не так. Как далеко я могу подняться, и чего достичь?

– Вопрос сложный. Как я понимаю, ты не единственный, кто видит будущее. Верховный Оракул стоит над тобой, и от его слова зависит, что будет с тобой. Но верно так же и то, что ты предвидишь каждый ход Верховного Оракула, а значит, не позволишь навредить себе. Скажи, какие у тебя планы насчет Алексея Панкратова?

Смена темы была довольно резкой. Игнат посмотрел куда-то в пространство.

– Тебя действительно это интересует? Что ж, тогда я могу тебе рассказать.

Глава 4

Сознание вернулось сразу. Леха Панкратов смотрел как крышка медкапсулы медленно поднимается над его головой. Казалось, она опустилась всего лишь секунду назад, а на самом деле прошло… Сколько там говорил Игнат? Кажется, несколько недель. Именно столько времени, по его словам, необходимо для того, чтобы в нейросеть Лехи загрузились все эти Базы.

М-да, довольно необычная система обучения. Хотя, впрочем, почему это необычная. В современных фантастических романах ему доводилось читать именно о таких системах обучения. И о таких мирах. Но Леха даже предположить не мог, что такой мир может существовать на самом деле. Неужели же все эти писатели-фантасты были провидцами, и описали мир, реально существующий где-то далеко за пределами Земли, в одной далекой-предалекой галактике?

Кстати, а что реально произошло за то время, пока Леха находился в анабиозе? Он все время находился в этой «больничной палате» или же был куда-то перемещен? Как-никак, а подобное погружение в медкапсулу весьма и весьма напоминало приготовление к межзвездному перелету. Что если пока он спал, его перевезли на какую-то иную планету? Еще одну. Ха-ха.

Послышались шаги, и над Лехой склонилась голова незнакомого мужчины.

– С добрым утром, – произнес он, впрочем, без тени юмора.

Леха зашевелил руками и ногами, убедился в том, что они исправно действуют, а затем сел в капсуле, прислушиваясь к своим чувствам.

– Меня зовут Арсений, и я официальный представитель господина оракула. И вы поступаете в мое распоряжение.

Вот так вот с места в карьер, невольно подумал Леха. Оракул, его представитель… А вообще, что ожидал он увидеть, когда так рьяно пытался открыть портал, в том самом Вороньем Яре? Каким представлял себе мир по другую сторону портала? Этого он не знал и сам, но только был абсолютно уверен в том, что как угодно, но только не так. Какие-нибудь параллельные миры, иное измерение, миры, где обитают двойники. Типа сериала «Скользящие». Но только не другую планету у черта на куличиках.

Панкратов с недоверием посмотрел на Арсения. Да, Игнат говорил ему о нем, но все же…

Леха неторопливо выбрался из капсулы, встал на ноги, прислушиваясь к своим новым чувствам. Арсений терпеливо ждал.

Итак, что же ему все-таки установили? Нейросеть пятого уровня. Это высокий уровень, если, конечно, исходить из того, что знал об этом Леха. Базы Знаний. Сразу несколько. Одна из них, можно сказать, самая основная, это База местного языка. Это вполне логично, поскольку, в первую очередь, конечно же, ему необходимо научиться говорить на языке мира, в котором он оказался. Дальше, ему «забабахали» Базу с историей, политикой и экономикой. Гм, история – понятно, остальное, в определенном количестве, тоже логично. Но ведь ему было обещано установить полный курс университетских знаний в этой области. Зачем? Неужели же его Игнат планирует использовать на политической сцене? Очень похоже. Но ведь он же не политик, и никогда политикой, по-настоящему, не увлекался.

Сканирование выявило у Лехи склонность к исследовательской деятельности, к изучению различных аномалий и тому подобного. Это уже правдоподобней. Не будь у него этой склонности, он не очутился бы здесь. Уж что-то, а это про себя Леха мог сказать и без всякого сканирования.

Он вспомнил, как Игнат, внимательно и пристально глядя в глаза Лехи, доверительно сказал: «Ты возглавишь федерацию землян. Будешь ее организатором и непосредственным руководителем».

Да, это уже звучало, как самый настоящий заговор. Вот только Леха не мог понять, как такой заговор мог возникнуть под пристальным оком Верховного Оракула, который должен непосредственно видеть все, что происходит вокруг?

– Пойдем, – произнес Арсений. – Придешь в себя на борту звездолета. У тебя будет для этого время пока длится перелет.

– Перелет? – растерянно произнес Леха. – Куда?

– На планету Найси, столицу империи аграфов.

Вот так вот с места в карьер. Не успел, как говорится, открыть глаза, и сразу в ракету.

– Так срочно?

– Да, – холодно отозвался Арсений.

Возражать было нечего, да Алексей и не собирался. Ему и самому не терпелось побывать на борту настоящего звездолета. Об этом можно было только мечтать.

Звездолет оказался именно таким, каким Панкратов и ожидал его увидеть. Таким, как его изображают в кино. Однако, это все же довольно странно. Неужели же воображение фантастов так сильно развито, что оно полностью совпадает с тем, что создали инженеры и конструкторы где-то невероятно далеко во вселенной. А, может, эти образы, каким-то невероятным образом, транслируются в мозг всех этих фантазеров? Может, как раз в этом и состоит секрет их воображения?

Ха, уж слишком невероятно. Гораздо легче это объяснить убогой фантазией здешних конструкторов. Или, что более вероятно, одинаковым мышлением, воображением и логикой.

Иллюминаторов в корабле не было. Во всяком случае, в той каюте, куда был помещен Леха. Зато был голографический экран, на котором четко и невероятно реалистично был виден весь космодром и часть окружающего ландшафта. Панкратов наблюдал за тем, как звездолет оторвался от земли, и стал возноситься в небо. Голубизна сменилась чернотой, на которой сверкали звезды. С ума сойти, он в настоящем космосе. Он – космонавт.

Звездолет начал готовиться к нуль-транспортировке. Арсений уселся на диван напротив Панкратова, и теперь с довольно добродушным видом смотрел на своего попутчика.

– Так вы, значит, с Игнатом друзья? – спросил он, отвлекая Леху от захватывающего зрелища.

– Ну, – замялся Панкратов. – Как сказать друзья, мы были соседями по комнате.

– О, – понимающе протянул Арсений. – Так сказать, из грязи в князи.

– Что-то вроде этого, – согласился Леха. – Я увлекался всякими аномальными зонами, а Игнат, как я понимаю, ко всему этому был довольно равнодушен.

И он рассказал историю о том, как они оба оказались здесь. На лице Арсения промелькнула кривая усмешка, свидетельствующая о том, что он сам пережил нечто подобное.

– Да, вот так и все мы, становимся жертвами собственного любопытства.

Леха посмотрел на Арсения.

– Скажи, Игнат, что, в самом деле поднялся с простого раба до оракула на государственном уровне?

– В самом деле, – подтвердил Арсений. – И не будь Игната, я бы до сих пор копался в шахтах. Лишь благодаря ему получил свободу и достиг положения в котором нахожусь сейчас. И я за Игната готов жизнь свою отдать. Впрочем, как думаю, и большинство остальных землян. Ведь только благодаря ему они получили наконец-то свободу, и объединились в федерацию землян, которая скоро станет самой могущественной силой в Мирах Содружества.

Последняя фраза вызвала у Алексея сомнение.

– Скажи, ты действительно думаешь, что Игнату все это удастся? Что император и Верховный Оракул позволят ему это сделать?

На лице Арсения появилось выражение предвкушения победы.

– Удастся. Ты недооцениваешь Игната, его возможностей и способностей. А он очень умен и хитер.

А вот как раз в этом у Панкратова были сомнения. Он помнил Игната совсем другим, простым и недалеким человеком, совершенно неприспособленным для широкого мышления. Но… Это было тогда, на далекой теперь Земле. И, видимо, Игнат действительно сильно изменился, иначе бы он не достиг таких высот, на каких пребывал сейчас. Поэтому он не стал возражать, и сосредоточил все свое внимание на экране. А там было на что полюбоваться, поскольку корабль как раз в этот момент нырнул в гиперпереход. Звезды пришли в движение, слились в сплошную светящуюся полосу, затем исчезли, чтобы мгновением спустя появится вновь.

Но теперь это были уже другие звезды, поскольку они находились уже в другой системе, и приближались к незнакомой планете.

Леха откинулся на спинку сиденья, и в его голове закружился хоровод мыслей. Это была информация, полученная им из Баз Знаний. Его мозг, наконец-то вошел в контакт с нейросетью, и теперь приспосабливался к новым условиям существования.

Арсений заметил это, так как понимающе кивнул, и сказал:

– Ты сиди, сиди. И, главное, расслабься, так будет легче усваивать полученную информацию.

И Арсений улыбнулся.

– Добро пожаловать в Миры Содружества.

Алексей ничего не ответил, и позволил своему разуму полностью слиться с нейросетью. Этот процесс занял все то время, которое понадобилось кораблю на то, чтобы приблизится к Найси, и пойти на посадку.

Леха был вынужден признать, что Найси разительно отличалась от Аракса, с которой они стартовали. Если Аракс был просто крупным промышленным центром, то Найси выглядела как настоящая столица, чем она, собственно, и была.

Столица приняла прибывших со всеми почестями. Еще бы ведь на борту корабля находился представитель самого оракула. Буквально к самому трапу был подан наземно-воздушный транспорт. А вот охраны, как заметил Панкратов, было немного. Вернее, она была, но носила скорее символический характер, поскольку случись действительно нападение на Арсения и Алексея, то они были бы уничтожены в одно мгновение. И единственное, чем мог объяснить наличие такой малой охраны Панкратов, это тем, что Игнат-оракул предвидел, что с ними ничего не случится.

Или же, напротив, хотел их гибели. Что, впрочем, было весьма сомнительным.

Полет над городом, изумительный вид, открывшийся сверху, и приземление возле огромного, по меркам Лехи, особняка. Здесь они с Арсением расстались, а Панкратова провели в особняк, где его ожидал (и почему только Леха не удивлен), сам оракул Игнат.

– Я вижу, ты опередил меня, – в качестве приветствия произнес Леха.

– Разумеется, ведь со временем нашей последней встречи прошло довольно много времени, – отвечал величественным тоном Игнат, и Алексей понял, что ему нужно забыть про старого Игната, а смириться с тем, что он имеет дело с высокопоставленным лицом, по могуществу приближающегося к самому императору. Может быть. А стало быть, никаких панибратских отношений между ними не будет. И Игнат, всем своим видом показывал, что так оно и будет.

– Как я полагаю, твой мозг уже усвоил информацию, полученную из установленных тебе баз?

Это было так, информацию Панкратов усвоил, но не успел, так сказать, переварить. Уж слишком много всего и сразу свалилось на него.

И все-таки.

Игнат терпеливо ждал, давая Алексею время собраться с мыслями.

– М-да, – растерянно произнес тот. – Как-то это все…

– Неожиданно? А чего ты, собственно, ожидал? Попадания в мир, где обитают наши двойники? Или существа, совсем не похожие на нас? Но, можешь быть уверенным, что ты повидаешь здесь множество различных рас.

Это Леха знал. В полученных им Базах содержалась информация о всех обитателях Миров Содружества, и он просто не успевал им удивиться. Но у него будет еще время для этого.

– Итак, – сказал Игнат. – Ты получил всю информацию о политическом и экономическом положении в Мирах Содружества. Что ты скажешь по этому поводу?

И он пристально посмотрел на Леху. Тот придал своему лицу слегка озабоченный вид.

– Сперва объясни мне, что ты хочешь от меня, и для чего снабдил меня всей этой информацией.

Игнат указал рукой на одно из кресел.

– Присаживайся.

Панкратов не заставил себя упрашивать. Игнат же сел напротив него.

– Как я уже сказал, я хочу создать федерацию землян. Не для того, чтобы совершить переворот, а для того, чтобы сделать землян самой могущественной опорой аграфской империи. Земной флот будет самой могущественной боевой силой в Содружестве.

Алексей нахмурился.

– Планы грандиозные, – признал он. – Но откуда такая уверенность, что у тебя выгорит этот замысел? Ты полагаешь, что император позволит расти такой силе у себя под боком? Ведь земляне будут, со временем, представлять реальную угрозу для его империи. И потом, Верховный Оракул. Неужели же он не предвидит того, что зреет рядом с ним, и во что это выльется в дальнейшем?

– Правильно, – согласился Игнат. – Он все видит, и понимает. Поэтому он и дает мне добро.

– Не понимаю, – признался Алексей. – Ведь угроза…

– В том-то и дело, что нет никакой угрозы. Земляне будут им верными союзниками. А это вполне устраивает и Верховного Оракула и императора.

Панкратов задумчиво хмыкнул.

– Ну, если так. А почему ты выбрал аграфов а, скажем, не аратанцев? Те же, все-таки, человеческая раса?

– Я уже говорил тебе, так сложились обстоятельства. К тому же аратанцы не воспринимали меня как реальную силу и своего союзника. Но, со временем, и империя Аратан присоединится к нам. Мы будем могущественным союзом, который будет контролировать Содружества, и диктовать ему условия. Только так мы можем остановить хаос, который все больше охватывает Содружество.

Леха понимающе кивнул.

– Империя, – произнес он. – Да, это вещь достойная.

– Так ты со мной или нет? – спросил Игнат, и в его глазах появилось нечто зловещее, которое тут же сменилось насмешкой.

Панкратов откинулся на спинку кресла.

– Ну, ведь ты же оракул. А значит, ты и сам знаешь ответ.

Игнат усмехнулся.

– Стало быть, ты со мной. Есть какие-нибудь вопросы?

– Да, – честно ответил Алексей. – Ты хочешь сделать меня руководителем федерации землян, но скажи честно, разве я подхожу на такую должность? Ведь ты сам оценил мой ай-кью в 110 единиц. А ведь это очень мало.

В глазах Игната зажегся хитрый огонек.

– Есть способ поднять твой ай-кью. Скажем, до 150 единиц. Если, конечно, выдержит твой мозг. Но он выдержит, поверь мне. Так что скажешь на это?

Алексей долго и внимательно посмотрел в глаза Игната.

Глава 5

Игнат Давыдов чувствовал себя покровителем. Еще бы, он, такой великий оракул снизошел до того, чтобы взять под свое покровительство того, из-за кого он попал в этот мир, потерял надежду снова попасть домой, стал…

И благодаря кому он стал оракулом, фактически вторым человеком в империи. М-да, дела. Вот так оно бывает, когда зло оборачивается в добро. Он много раз слышал эту поговорку, но впервые получил возможность испытать ее правоту на самом себе. Действительно, если бы не Леха с его «вратами», он так бы и остался обычным охранником, и коротал свое свободное время где-нибудь в баре, без малейшей надежды добиться каких-либо высот в своей жизни.

Да, как причудливо тасуются карты.

Однако, нужно признать, что Леха довольно быстро сообразил, что к чему, и начал приспосабливаться к жизни в Содружестве. Самому Игнату все это далось гораздо тяжелее. Он никак не мог смириться с неизбежным. Питал иллюзию, что все это какая-то ошибка, которая непременно будет исправлена. Но исправлять ее никто не собирался. Это было только по силам ему самому. И вот Игнат теперь занимает должность оракула на столичной планете империи аграфов, и грезит о создании федерации землян.

Ну что ж, все действительно зависит от него самого.

Что касается увеличения ай-кью, то Игнат не врал. Такой способ действительно был. Не существуй его, он бы сам никогда не стал бы оракулом. С его-то 120-ю единицами. Но теперь-то ай-кью Игната Давыдова составлял 200 единиц. А это весьма и весьма немало. Можно сказать, что он превзошел самого себя. Да, специальные программы, специальные импланты и, конечно же, разгон.

Наверное, ему повезло, что у него оказались скрытые способности к ясновиденью. Не будь их, никакой разгон бы ему не помог. Возможно, даже, его мозг бы просто взорвался.

Это было как раз именно тем, чего так боялся Рутох, когда скрыл способности ясновидца, обнаруженные путем сканирования, от Игната. Он боялся своего раба. Еще бы, как оказалось, совсем не зря. Теперь Игнат оракул, а Рутох лишился всех рабов-землян. Более того, он потерял целую планету, откуда регулярно пребывали рабы.

Но вот у Лехи как раз никаких скрытых способностей не оказалось. Он не был ясновидцем, телепатом или еще каким-нибудь «паранормом». Он оказался обычным человеком, правда, весьма способным. Что ж, Игнат не Рутох, и ему не нужны рабы. Он сделает из Панкратова того, кем тот максимально может быть. В конце концов, на Леху вполне можно положиться. Он не предаст, и будет верен Игнату до конца. Конечно, он будет сомневаться, будет иметь свое мнение, но предателем не станет.

И Игнат это знал. Он «верил» в Леху.

– Так что ты на это скажешь, мой дорогой друг? – спросил Игнат, обращаясь к Панкратову.

– Что ж, – медленно, и осторожно произнес Леха. – Кто же не пожелает стать умнее, чем он есть.

И он усмехнулся своим словам, осознав, как же глупо они звучат. Словно речи умственно отсталого. Леха нахмурился, и с подозрением взглянул на Игната.

– Что ты вообще имеешь в виду? – спросил он.

Игнат рассказал.

На лице Панкратова появился интерес но, в то же время, подозрительность только усилилась.

– А кто будет оплачивать этот банкет?

Ба, да Леха, оказывается, деловой человек. Понимает, что в мире нет ничего бесплатного.

– Веселье за счет заведения, – успокоил Игнат. – А, точнее говоря, за счет государства.

– Как это происходит? Каким образом?

Игнат рассказал процесс. Леха задумчиво кивнул.

– Заманчиво. Когда приступать?

Оказалось, что приступать можно прямо сейчас. Леху отвели в какое-то помещение, весьма напоминающее врачебный кабинет. Снова сканирование, ряд нудных процедур, опять медкапсула. После всего этого Леха вновь предстал перед Игнатом.

– Поздравляю, твой ай-кью составляет теперь 150 единиц.

– Я рад это слышать, – отозвался Леха бесстрастным тоном. – Я что должен почувствовать себя гением?

Шутка довольно плоская, на которую Игнат ответил легкой улыбкой. Отправляйся в свою комнату, и отдыхай. А я пока займусь кое-какими делами.

Леха так и сделал. Игнат некоторое время смотрел ему вслед, а затем улыбнулся покровительственной улыбкой.

Через пару часов произошло то, чего Игнат Давыдов ожидал, и знал, что это непременно произойдет, и к чему он был готов. Верховный Оракул вызвал Игната к себе.

– Я вижу, у тебя появился ученик, – произнес Верховный.

– Ученик? – Игнат удивленно поднял брови.

– А как еще можно назвать человека, которого ты готовишь поставить во главе своей федерации?

Игнат сдержанно кивнул.

– Если подойти к этому вопросу с такой позиции, то, пожалуй, да, так оно и есть.

И он вопросительно посмотрел на Верховного.

– Вам не нравится мой выбор? Или вы что-то имеете против Панкратова?

Фраза прозвучала довольно дерзко, и говорить такие слова Верховному Оракулу было рискованным делом. Но Игнат не боялся, он знал, что ему ничего не грозит. Разговор двух оракулов походил на игру в карты двух шулеров общей колодой крапленых карт, где каждый знал последующий ход соперника, и знал, чем на него ответить.

– Нет, почему же, выбор, как выбор. И я знаю, что он способен на многое. Более того, я знаю, что он и добьется многого. Он оправдает твои надежды.

Игнату невольно вспомнилась сага «Звездные войны». У вас появился новый ученик, Владыка. Новый ученик твоих надежд не оправдает. О, мой несчастный падаван.

Что-то схожее в обстановке действительно было, Игнат действительно стремился создать империю. Только вот кто это сказал, что империя – это обязательно зло? Как раз все зло в разобщенности, которая и приводит к междоусобицам. А вот от них как раз и есть все зло.

– Но вас все же что-то тревожит? – сказал Игнат.

Верховный некоторое время смотрел на Давыдова, а затем указал ему на кресло. Игнат послушно сел.

– Не будем играть в кошки-мышки, – проговорил Верховный. – Ты прекрасно все знаешь, и понимаешь. Так что давай с тобой начистоту. Наш император – человек недалекий. Ну, пусть не человек, в прямом смысле этого слова, а аграф, но это сути не меняет. Он, может, и желает добра и процветания своей империи, но он не обладает нашими способностями, он не видит далеко. Вот поэтому-то ему и нужны оракулы вроде нас с тобой. Он хочет укрепления, хочет прочного союза с другими империями, но он не знает, как к этому подойти. Он проявляет нерешительность там, где нужны твердые шаги и непреклонность. И наоборот, упирается там, где необходимо идти на уступки. И, как ты понимаешь, такой император не годится для того, чтобы стоять во главе.

Верховный бросил на Игната пристальный взгляд, как бы желая прочесть на его лице, что тот думает по этому поводу.

– Я вас слушаю, – сдержанно произнес Игнат.

Верховный продолжил.

– Я вовсе не призываю свергнуть его. Нет, упаси нас Небеса. Если это мы сделаем, то неизбежно произойдет потрясение всей империи. Пускай стоит. Но, как ты понимаешь, он все больше и больше зависит от нас. Мы уже, по сути, управляем империей, поскольку указываем императору, что именно он должен делать, а что не делать. Раньше все решал я один. Но теперь появился ты. Признаюсь, первое время я искал способа избавиться от тебя, так как видел в тебе конкурента. Но потом понял, что ты гораздо умнее, чем я думал, и что сотрудничество с тобой пойдет мне на пользу. Мы обладаем одинаковым могуществом, и поэтому нам вражда с тобой не нужна. И я понял, что мы преследуем общие интересы.

Собственно, ничего нового Верховный пока не сказал, поэтому Игнат был вынужден потребовать определенности.

– Мы должны взять правление в свои руки. Конечно, официально мы будем продолжать оставаться в тени, но фактически управлять империей должны мы сами. Недальновидный император не сможет больше вести дела. Пусть он станет обычным монархом, уверенным в том, что он пуп империи. Но ты сам видишь, что любая его попытка предпринять самостоятельный шаг превращается в ошибку. Обстановка в империи крайне накалилась, и разрядить ее можем только мы. Ведь ты же сам прекрасно видишь, как складываются дела в империи.

Да, это Игнат прекрасно видел. Кстати, именно это нестабильное положение и привело к тому, что у него возникло желание создать федерацию землян. Этим он убивал сразу двух зайцев. Укреплял империю войском, готовым на самопожертвование и на героические поступки и, в то же время, объединял землян в мощную организацию, которая в будущем могла бы создать собственную империю. Или стать во главе империи аграфов. Вот только Верховному знать об этом последнем «зайце» совсем ни к чему.

– Ашуры собирают мощный флот. Они жаждут отомстить нам за разгром ихней пиратской эскадры. Ведь наши действия фактически лишили их возможности заниматься их пиратским ремеслом. И я считают это правильным шагом. Ни к чему им чувствовать безнаказанность. Но в том-то и проблема, что рептилоиды крайне неадекватные существа, и с ними очень трудно наладить контакт. А стать друзьями с ними практически невозможно. Большим достижением было для нас суметь достичь с ними определенного нейтралитета, когда мы позволили им заниматься пиратством в наших краях. Вот только они не пожелали довольствоваться этим. С каждым разом их действия становились все наглее и наглее. И вот тут наше терпение лопнуло. Мы поставили их на место. Разумеется, их император не захотел с этим смириться. Поэтому мы находимся на пороге большой войны с ними. А, быть может, все ограничится одним большим сражением.

На лице Верховного появилось слегка насмешливое выражение.

– О, разумеется, я знаю, что все закончится нашей победой, – добавил он. – И ты это знаешь. Но если мы будем сидеть бездействуя, то никакой победы не будет.

Нет, подумал Игнат, ничего подобного ты не знаешь. Ты видишь лишь конечный результат, вернее, тот вариант будущего, который осуществится. Но ты не знаешь, сколько существует вариантов, в которых мы проигрываем. Причем в некоторых вариантах в пух и прах. Есть вариант даже, где ашуры уничтожают империю аграфов, и становятся доминирующей господствующей расой. А следом за этим уничтожают все человеческие народы. И не просто уничтожают, а многих и вовсе используют в качестве пищи, ведь всем в Содружестве известны наклонности этих рептилоидов к человеческому мясу.

И вот эти-то все варианты Игнат Давыдов и должен исключить. Почему он? Да потому что только он видит альтернативные варианты. Верховному Оракулу это видеть не дано. Он видит лишь то, что произойдет, и испытывает удовлетворение от того, что все происходит так, как он того желает, что будущее соответствует его замыслам. Но он, похоже, даже не догадывается, что Игнат видит «правильный» вариант. И к этому варианту стремится. Делает все, чтобы этот «правильный» вариант сработал.

– Так вы доверяете мне? – спросил Игнат.

Верховный улыбнулся.

– Я полагаю, что слово «доверие» не совсем уместно, когда речь идет о двух ясновидцах.

– Ну, значит, полагаетесь на меня?

На этот раз последовал кивок удовлетворения.

– Вот, пожалуй, это самое подходящее слово, характеризующее наши с тобой отношения. Я полагаюсь на тебя, поскольку знаю, что ты меня не подведешь. Мы с тобой в одной лодке, что выгодно тебе, то выгодно мне.

– А как же насчет императора? Ведь он же пока формально сидит на троне. Что если он попытается помешать задуманному.

На губах Верховного промелькнула снисходительная улыбка.

– Действуй, – сказал он. – А императора я беру на себя. Он должен понимать, что иногда наступает момент, когда приходится применять силу. Собирай флот, подключай землян, словом, делай, что считаешь нужным.

Игнат поднялся, и покинул зал. Да, он, разумеется, знал, что ему делать, так как думал над этим вариантом еще до того, как его пригласил Верховный. Разумеется, он подготовит флот. И руководить этим флотом будут земляне. В случае их победы (а Игнат не сомневался в том, что эта победа произойдет), рейтинг землян вырастит не только в глазах императора. И на флагманском корабле будет Алексей Панкратов. А вот ему-то предстоит настоящее испытание в деле. И не только в деле.

Встреча с Лехой состоялась в особняке Игната, где он обрисовал Панкратову ситуацию. Тот внимательно выслушал и сказал:

– Да, неплохо начинается мое существование в Мирах Содружества.

– Ты потрясен?

– Еще бы. Поставь себя на мое место, я попадаю в незнакомый и совершенно чуждый мне мир, где встречаю своего старого знакомого, который занимает здесь высокую должность, и который предлагает весьма высокий пост мне самому. Загружает мне в мозг какие-то Базы Знаний, на изучение которых у меня бы на Земле ушло несколько лет, а после этого…

Он не договорил, да и договаривать-то было и ненужно.

– Стало быть, ты даешь мне мое первое задание. Так сказать, хочешь увидеть меня в деле, посмотреть на что я способен.

Игнат сдержанно кивнул.

– Совершенно верно. Но у тебя будет время подготовиться.

Леха открыл было рот, чтобы сказать что-то еще, но тут же понял, что в его голове хранится столько сведений, словно он провел в Содружестве долгие годы, которые совсем не помнил. Он знал все и обо всем, был в курсе всех политических проблем и тонкостей. Словом, в его голове было столько знаний и информации, будто бы он всю свою жизнь занимался политическим урегулированием между различными империями в Содружестве. То время, что он провел отдыхая, позволило его мозгу окончательно приспособиться как к нейросети, так и ко всему, что в него загрузили.

И действительно, сказать было нечего.

Глава 6

Время подготовиться у него действительно было. С момента этого разговора и подготовкой флота прошло больше месяца. И лишь через три месяца флот покинул границы звездной системы.

Все это время Алексей Панкратов осваивал свою должность. Ему даже удалось значительно продвинуться в создании и развитии федерации землян, так сказать, на своей прямой обязанности. Впрочем, здесь как раз не было особых трудностей. Достаточно было просто собрать всех выкупленных землян воедино, а их число приближалось к нескольким сотням. Понятное дело, такое не особенно нравилось аварам. Они лишались рабочих рук, которые собирали уже многие тысячелетия, и уже давно привыкли считать это право своей монополией.

Эх, если бы не этот Игнат Давыдов. Кто ж мог знать, что какой-то рядовой землянин, являвшийся на своей родной планете полным нулем, вдруг достигнет таких высот и такого могущества. Да, это было не просто занятие высокой должности. Высокий пост сегодня есть, а завтра – нет. А вот дар ясновиденья – это совсем иное дело. Конечно, и Рутоху, и самому императору Авара неоднократно приходила в голову мысль о том, чтобы физически устранить Давыдова, но… Это была мечта устранить оракула, который видел каждое действие своих противников.

И это сводило на нет любые стремления.

И это же и приводило к тому, что они безропотно уступали во всем Алексею Панкратову, не смея ему перечить.

Под руководством Алексея на планете Терра был установлен другой телепорт, который пересылал незадачливых попаданцев уже не на Аракс, а непосредственно на планету Найси, столицу империи аграфов. Таким образом устранялась так называемая планета-посредник. И теперь каждый землянин, провалившийся во врата, попадал сразу в федерацию землян, которая росла и укреплялась с каждым днем.

Конечно, одних землян было отнюдь недостаточно для того, чтобы укомплектовать ими все корабли флота. Но Алексей и не ставил перед собой такой задачей. Землянами была укомплектована лишь одна эскадра из десяти кораблей. Весь остальной флот состоял преимущественно из аграфов и аратанцев, которые довольно охотно соглашались идти служить императору аграфов. Не согласись они, это бы негативным образом отобразилось на взаимоотношениях между двумя империями, а императору Аратана совсем не хотелось терять дружбу аграфов, тем более, что аграфы становились могущественнее с каждым месяцем, и теперь были крайне незаменимы в роли союзников.

А вот командовали кораблями исключительно земляне. Казалось бы, шло откровенное доминирование землян над всеми остальными расами, но императора аграфов это вполне устраивало, так как земляне, за это время, показали себя талантливыми руководителями и капитанами, и зарекомендовали себя с самой лучшей стороны. А что, собственно, было еще нужно.

Ашуры, правда, тоже не дремали, и лихорадочно наращивали свой флот. Эти рептилоиды, чуждые человеческой цивилизации, не торопились идти на дипломатический контакт. Это, видимо, объяснялось тем, что им отнюдь не нравилось то обстоятельство, что люди все больше и больше объединялись между собой, и наращивали свое могущество.

Флот ашуров планировал вторжение неподалеку от одной из звездных систем империи аграфов. Выбор рептилоидов был неслучаен. Во-первых, именно там был один из заводов по производству боевых кораблей империи. Планета-завод, гигантский строительный комплекс. И уничтожив этот завод, ашуры бы в значительной степени ослабили бы военную мощь империи аграфов.

Но чего бы они этим достигли, Панкратов не знал. Ведь своими действиями они бы только озлобили бы аграфов, и те бы ответили бы им сторицей. Что это, акт отчаяния? Не похоже. Ашурам, как расе и цивилизации никто не угрожал. Месть за то, что уничтожили их пиратский флот? Не слишком ли глобально и самоубийственно для простой мести?

Алексей прекрасно знал поставленную перед ним задачу. Одно только он не совсем понимал, зачем Игнат поручил ему лично принять участие во флоте, который собирался вступить в сражение с флотом ашуров. Ведь если он хотел дипломатических переговоров, то и нужно было отправлять его с миссией мира на дипломатическом корабле. Да и встреча должна была произойти не в открытом космосе, а где-нибудь на нейтральной планете. Впрочем, Панкратов был назначен не на дипломатическую должность, его задачей было сплотить землян, аграфов и аратанцев, чтобы создать единый мощный флот, способный противостоять флоту рептилоидов. Что он, собственно, и сделал. И сделал успешно. Две сотни боевых кораблей флота империи расположились на окраине звездной системы, в которую должны были вторгнуться ашуры. Но все же, зачем нужно его участие?

Алексей высказал свое мнение Арсению, вместе с которым он пребывал на борту флагманского корабля звездного флота империи аграфов. На что получил верноподданный ответ:

– Если Игнат так решил, то значит, так и должно быть.

О, вон оно как, подумал Панкратов. Арсений целиком и полностью доверял своему руководителю. Он был абсолютно уверен в том, что тот знает, что делает, и не совершает никакой ошибки.

Впрочем, не было ничего удивительного в такой уверенности, ведь Игнат был оракулом а, значит, ясновидцем. Черт возьми, Алексею не так-то просто будет свыкнуться с мыслью, что его сосед по комнате, и обычный охранник, теперь является особой приближенной к императору, да еще наделен даром предвиденья. Так что же, он тоже должен слепо подчиняться его приказам, и не сомневаться в их непреложности? Это будет сделать совсем не просто. Арсений был не из тех, кто привык полагаться на чужую волю. Или с приказом бежать в атаку, делая из себя пушечное мясо.

– И все-таки, хотелось бы знать причину нашего пребывания здесь. Если для дипломатических отношений…

– Дипломатических отношений не будет, – отрезал Арсений.

Алексей с подозрением посмотрел на него.

– Если дипломатических отношений не будет, зачем же здесь ты? – спросил он.

Арсений ничего на это не ответил, а только нахмурился, чем вызвал еще большее подозрение Панкратова.

– Что сказал тебе Игнат? Или, может, здесь скрывается нечто, чего я не должен знать?

В ответ на это Арсений пожал плечами.

– Да нет, собственно, тут нет никакого секрета. Все, в общем-то, довольно просто. Рептилоиды готовили обманный маневр, делая вид, что собираются завязать сражение совсем в другом месте. Но сами собираются нападать на завод. Это их основная цель. Мы же поджидаем их здесь, готовим им ловушку. Когда они появятся в окрестностях звездной системы, их будет поджидать сюрприз. Наш флот обрушится на них с двух сторон. А когда мы покончим с их флотом, то вот тогда-то и начнутся дипломатические переговоры. Но уже на наших условиях. На условиях победителя.

То, что флот готовит ловушку ашурам, Панкратов прекрасно знал. Но у него были весьма обоснованные сомнения.

– Ты уверен, что мы одержим победу? – спросил он Арсения.

– Абсолютно.

Весь вид Арсения говорил о том, что он, действительно ни на йоту не сомневается.

– Откуда такая уверенность? Наш флот в два раза малочисленнее флота ашуров. Кроме того, всегда может произойти какая-нибудь неожиданность, которая сведет на нет любые планы и подготовки.

Арсений искоса, и с долей презрительной насмешливости посмотрел на Алексея.

– Так сказал Игнат, – отчеканил он. – И ты, надеюсь, понимаешь, что его прогнозы не могут ошибаться.

Да, видимо, подумал Панкратов, он до сих пор никак не мог привыкнуть к тому, что каждый прогноз Игната является непреложной истиной. Иначе говоря, если он так сказал, то так оно непременно и будет.

Ох уж мне эти предсказатели, ох уж эти Ванги. Алексей невольно вспомнил всех земных пророков и провидцев. Все ту же Вангу, Нострадамуса, и все их смутные предсказания, которые можно подогнать буквально к любому событию. Особенно пророчества Нострадамуса. Да и все остальные были не лучше. Конечно же, он сам с любопытством их всех читал, да и вообще увлекался всем сверхъестественным. Не будь этого увлечения, он бы сейчас не оказался здесь, а оставался бы в этой захудалой общаге, и доказывал бы всем встречным и поперечным то, что Игнат Давыдов провалился в портал, ведущий Бог знает куда, а его самого все считали бы сумасшедшим.

Но вот он здесь, в далекой-предалекой галактике, на борту флагманского корабля мощной звездной империи, и руководит созданием федерацией землян, которая, по словам Игната, станет самой мощной силой в Содружестве.

Бахвальство? Звучит именно так. Но Игнат оракул, он не может ошибаться. В принципе. Но…

Но, может, он действительно и не ошибается. А просто говорит только то, что хочет, чтобы думали его подопечные.

Да, хороша позиция Бога. Все знать, все предвидеть, и относиться к окружающим как к маленьким детям, успокаивать их байками о том, что все будет хорошо. А если хорошо, то можно слепо действовать, полагаясь на своего господина.

Арсений так и поступал. И он слепо доверял Игнату. Но он уже давно находится под его подчинением и, либо стал слепым и фанатичным рабом, либо… Либо Игнат действительно говорил им то, что будет. А не просто успокаивал.

Хорошо, Панкратов решил на минуту поверить в то, что все будет именно так, как говорит Арсений, как напророчил им Игнат. Что это означает для них? Если произойдет сокрушительная победа над флотом ашуров, и те пойдут на переговоры на любых условиях, то это будет означать, что у империи аграфов исчезнет один из злейших врагов. Эти рептилоиды уже давно были ей как кость в горле. Станут ли они, тем самым, союзниками? Вряд ли. В буквальном смысле этого слова. Но, безусловно, окажутся в подчинении у аграфов. Ну, как Япония у Соединенных Штатов А этого вполне достаточно, чтобы покорить и держать в повиновении у ушастых ящериц.

М-да, дожили, и те, и другие не являются людьми, человеческими расами, а он, Леха Панкратов, вынужден служить эльфам. Впрочем, эльфы куда ближе к людям, чем рептилоиды. И если выбирать между этими двумя расами, то Леха, вне всякого сомнения, выберет эльфов.

Панкратов воспрянул духом. И даже позавидовал Арсению. Если знать, что все закончится хорошо, и что за тебя уже все продумано и рассчитано…

Что ж, может, оно действительно так и есть, ведь оракул в принципе не может ошибаться.

Кажется, он понял, почему их флагманский корабль находился в стороне от всего остального флота. И вокруг него сгрудилась эскадра землян. Все очень просто. Они не собирались вступать в бой, а должны были лишь занимать пост наблюдателя. Разумеется, с каких это пор главнокомандующий сам участвует в сражении. Да еще если на борту крейсера находится дипломат. А эскадра землян должна была служить личной охраной, на случай всяких там неожиданностей. Впрочем, каких там еще неожиданностей, если все известно заранее? Скорее нет, просто почетный эскорт. Или же просто Игнат хотел удержать своих соотечественников подальше от сражения, предоставив, тем самым, самим коренным народам Содружества решать эти проблемы.

Алексей взглянул на искина, расположенного у него на левой руке. Его всегда забавляла эта штука. Это было, в его глазах, нечто вроде электронного помощника, дающего нужные советы в трудные минуты. Но лично ему искин всегда казался чем-то вроде всплывающей подсказки в компьютерной игре «Шахматы с Гарри Каспаровым», в которую он одно время долго заигрывался. Он давал подсказки после каждого хода противника, предлагая самый лучший и оптимальный вариант. Панкратов однажды решил сыграть одну такую партию, полностью полагаясь только на подсказки и… Весьма быстро проиграл.

С той поры он больше не питал иллюзий насчет всех этих электронных советчиков, и никогда ими больше не пользовался. Ну, иногда, правда, ради забавы, выслушивал их советы, но всегда поступал, не то, чтобы наоборот, но, во всяком случае, полагаясь на собственное мнение. А этот искин…

Алексей щелкнул пальцем по искину.

– Ну ты, электронный гений, что можешь мне сказать?

Вообще, Панкратов уже не первый раз удивлялся тому, что каждый гражданин Содружества был обязан носить этот искин. Он был как бы частью их организма, которой, похоже, являлась и нейросеть.

– По какому вопросу? – последовал ответ.

О, кажется, начиналась игра, в которой отвечают вопросом на вопрос. Алексей так и сказал это искину.

– Если хотите, чтобы я ответил, вы должны конкретней формулировать вопрос.

Панкратову послышалось неудовольствие в голосе искина. Любопытно, а способна ли машина испытывать эмоции? Кажется, на Земле ученые пришли к выводу, что это невозможно. Но то теория, ведь разумных машин, обладающих интеллектом и осознающих себя личностью, так создать пока еще и не смогли. Но то там, на утраченной родной планете, а это технологии Содружества.

– Ты, кажется, начинаешь наезжать на своего хозяина, – строго сказал Алексей. – Ты вообще знаешь, кто я?

Это искин знал. И ответил весьма досконально.

– Ты ведь создан для того, чтобы давать советы своему хозяину, когда тот оказывается в трудном положении, и нуждается в помощи. Так как же ты считаешь, что я должен делать в этой ситуации?

Ответ искина был несколько неожиданным.

– А вам ничего не нужно делать. Все, что от вас зависело, вы уже сделали. И теперь вам остается только наблюдать. Все сделают другие. А вам остается только положиться на слова оракула, и ждать своего хода.

Ответ понравился Панкратову. Он хмыкнул, и покачал головой.

– Значит, будем ждать результата.

Глава 7

Каждому уже давно известно, что одна и та же ситуация видится совершенно по-разному для тех, кто находится в горячих точках, и для тех, кто занимает высокое положение, и старается смотреть на общую картину в глобальном плане. Но вот у этой-то последней позиции есть один весьма существенный недостаток, видя все в целом, они не видят мелочей и частностей. И жизнь разумного существа, в единичном, и даже во множественном количестве, представляется им лишь винтиком в большой общественной и государственной машине.

А если говорить откровенно, то для последних, порой, свои собственные интересы затмевают все остальное. И события, происходящие вокруг, они рассматривают лишь с точки зрения удовлетворения собственных выгод. Все принадлежит им, и должно быть им полезно. Как известно, власть затмевает разум.

Ну, а еще, зачастую, собственные амбиции не позволяют смиряться с тем, что кто-то в ближайшем окружении принимает решение самостоятельно, отодвигая того, кто стоит свыше. Даже если эти решения являются абсолютно правильными. Так, в данном случае, обстояло дело с аграфским императором. Разумеется, он прислушивался к словам и советам Верховного Оракула, но всегда само принятие окончательного решения оставалось за ним. Но последнее время ситуация явно выходила из-под его контроля. И началось все это с появления Игната Давыдова. Нет, конечно, он был весьма благодарен ему за спасение его дочери Эленуэллы. И он не отказывался от своего желания щедро отблагодарить его за это. Но то, каких высот неожиданно достиг Игнат, было совершенно неожиданным для него. Император никак не ожидал того, что Давыдов станет лицом, приближенным к нему.

Как это случилось, было выше его понятий. Каким образом какой-то бывший аварский раб, взятый под личное покровительство баронета Монка Уоллеса вдруг достиг таких высот?

В Давыдове обнаружились способности ясновидца. Ну и шут бы с этим. Таких ясновидцев не так уж и мало. Точнее, мало, но не настолько, чтобы возносить его так высоко. Кто его вознес? Конечно же, Верховный Оракул. Зачем он это сделал? Какие такие способности он в нем увидел, почему вдруг такое возвышение?

Ну, чего уж тут отрицать, конечно, императору совсем не нравилось то, что Верховный Оракул все больше и больше влиял на него. Императора это злило, вызывало крайнюю степень негодования. Но он ничего не мог с этим поделать. Хотя бы по той простой причине, что с тем, кто обладает талантом оракула трудно тягаться. Он все предвидит. И лучше с таким человеком дружить.

И позволять ему брать бразды правления в свои руки? Гм, может быть. И, кажется, император терял свой контроль над управлением. А вот это уже было совсем плохо. Император превращался в пешку. Он превращался в пешку. Становился подставным лицом, чучелом, сидящим на троне. Настолько сильно он ощущал влияние Верховного Оракула. Когда тот был один, император еще пытался ему кое-как противостоять. В конце концов, он всегда был волен принимать самостоятельное решение, независимо от советов и пожелания Верховного.

Но с тех пор, как к Верховному присоединился Давыдов… Они вдвоем стали представлять собой могучую силу. И очень опасную силу. И самое главное, какие цели они преследуют?

Вот это было самым главным вопросом, ответ на который император не знал. Но какое-то шестое чувство (а таковое имелось даже и у него, человека, не обладающего никакими способами ясновидца) подсказывало императору, что против него что-то затевается. И он не знал, что ему делать в сложившейся ситуации. В одном он только не сомневался, что контроль уплывает у него из рук.

Император вызвал к себе Верховного Оракула и Игната Давыдова. Расчет на то, что его грозный и величественный вид сконфузит обоих ясновидцев, не оправдался. Это император понял с первой же минуты. На лицах обоих приглашенных не было ни следа растерянности или страха. И вот это было совсем плохо.

Ясновидцы знали, что произойдет в будущем. И они знали, что выдут победителями в этой встрече. Они знали все, что им скажет император и, что хуже всего, знали, что император с ними ничего не сделает.

Кажется, наступала минута решительного сражения. Ну, конечно, это слишком громко сказано, но именно эта встреча решит, кто же будет, на самом деле, контролировать ход действий в империи.

А это значит, по сути, кто будет фактическим императором.

– Я пригласил вас для того, чтобы обсудить то щекотливое положение, которое сложилось у нас в отношениях с империей ашуров, – начал император свою речь.

Никакого удивления, никакого замешательства. Более того, Верховный Оракул ответил на эту фразу следующими словами:

– Скажем прямо, мы на пороге военного конфликта с рептилоидами.

Император воззрился на Верховного.

– И вы об этом так спокойно говорите?

В ответ последовало равнодушное пожатие плечами.

– А почему мы должны об этом беспокоиться? Разве вас не устраивает то, как мы ведем делам и решаем проблемы нашей империи.

– Мы? – воскликнул император.

– Да, разумеется. Разве вы, ваше величество, можете сказать, что дела империи идут плохо?

Император, на мгновение, ощутил, что у него пропал дар речи.

– То есть, вы считаете, что наши дела идут хорошо?

– Разумеется. Империя становится куда могущественнее, чем была когда-то. Ваш флот разрастается, и укрепляется самым совершенным и современным оружием, какое только имеется в Содружестве.

– Но война с ашурами! Вы в курсе, что мы на пороге войны с ними? Как вы называете такое положение?

Верховный сделал пренебрежительный жест.

– Ах, вы говорите о том сражении, которое намечается в скором времени. Уверяю вас, никакой войны не будет.

– Как же это так? Вы сами сказали «сражение». Разве это не война? Они собирают гигантский флот для нападения на нас. То, что вы покончили с их пиратством в наших округах, лишь разозлило их.

Несмотря на то, что Верховный Оракул был ниже императора ростом, казалось, что он смотрит на своего монарха свысока. И, как ни старался тот изменить положение вещей, у него ничего не получалось. Верховный слишком подавлял своим внутренним могуществом, которое исходило от него.

– Что с того? Чем больше противник будет впадать в ярость, тем больше он будет совершать ошибок.

– Но вы понимаете, чем нам грозит открытое сражение с этими деспотами? Ведь их флот может причинить нам серьезные разрушения!

– Мы тоже не сидим без дела, – сказал Верховный. – Или, может быть, вы считаете, что я разучился видеть будущее?

От этих слов император слегка опешил. Он пытался грозно смотреть в глаза Верховного, но быстро понял, что не в состоянии выдержать игру в гляделки.

Он проигрывал это сражение. А если Верховный поймет, что он побеждает…

Император внезапно сник.

– Стало быть, вы видите нашу победу? – произнес он.

– Да, ваше величество, я вижу эту победу.

И императору показалось, что он услышал в обращении «ваше величество» насмешку.

– Более того, мы делаем все для того, чтобы эта победа состоялась.

Император сжал кулаки.

– Но почему вы принимаете решение, не посовещавшись со мной?

Ответ последовал с предельной прямотой.

– Потому что ожидание принятия вашего решения сильно затормозило бы дела.

Это уже было дерзостью, и прямым вызовом императору. Осознавая свою беспомощность, император почувствовал, что краснеет от гнева. Ему стоило невероятных трудов сдержать себя.

– Вы хотите сказать, что я не контролирую ситуацию?

– А вы сами считаете иначе?

Да Верховный уже не скрывал своего отношения к императору.

– Это же бунт! – воскликнул император. – Прямое неподчинение!

– Где вы видите неподчинение? – спросил Верховный. – Ни один из ваших приказов не был нарушен. А мы действовали согласно обстоятельствам, и исходя из положения вещей.

– Мы? – негодующе произнес император. – Вы что, министр? Как вы можете сами брать на себя управление делами? Вы всего лишь советник, видящий будущее.

– Совершенно верно, – подтвердил Верховный. – Я вижу будущее, а стало быть, знаю, как необходимо поступать в той или иной ситуации. А ваши министры этого не видят.

– Вы бы могли поведать им или мне о том, что вас тревожит, и что вы считаете необходимы предпринять.

– Ваши министры слишком самонадеянны, – последовал надменный ответ. – А вы, как я уже говорил, слишком медленны в принятии решений. А время, как известно, единственная вещь, которую нельзя вернуть.

Новая волна гнева охватила императора. И гнев становился еще сильнее при мысли о том, что Верховный Оракул может оказаться правым. Разве может он сам или кто-либо из его министров видеть дальше, нежели видит оракул? А стало быть, у Верховного все карты были на руках.

– Ну, хорошо, – проговорил император. – Пусть вы, но почему вы сделали своей правой рукой его?

И император негодующе указал на Игната.

– Кто он такой?

– Разве вы забыли? – спокойно ответил Верховный. – Ведь это именно вы его назначили на должность при дворе.

– Но я не назначал его на должность вашей правой руки.

– Но он ясновидящий. И даже больше, его уровень равен оракулу. Такими людьми не разбрасываются. К тому же, мне тоже нужен помощник. Тот, с кем я бы мог посоветоваться для принятия важного решения.

– Вы должны были посоветоваться со мной!

– А разве вы были бы против? Отказали бы мне?

И в глазах Верховного появилась насмешка. И император ощутил, что вот-вот его раздавят морально, как клопа. Он не должен терять лица, и должен хотя бы делать вид, что контролирует ситуацию. Но Верховный тут же огорошил его новой фразой, от которой у него похолодело все внутри.

– Задайтесь вопросом, ваше величество, что для вас важнее, самому принимать решения, и при этом совершать кучу ошибок, и проигрышей. Или же прослыть мудрым и могущественным императором, который видит все на несколько шагов вперед, которого не может обмануть ни один враг, и импераия которого разрастается и становится все могущественнее и могущественнее.

Меня свергают, забилась в голове императора паническая и полная отчаяния мысль. И я бессилен что-либо предпринять. Император перевел взгляд с Верховного на Игната, и обратно.

– Поверьте, – сказал Верховный, заметив этот взгляд. – Игнат Давыдов сделал очень многое для вашей империи. И он способен сделать намного больше, если ему не будут мешать.

– Но он же, фактически, делает землян своего рода империей внутри империи.

– Пусть так, – не стал спорить Верховный. – Но разве это вам мешает? Земляне являются преданными слугами, и верны вашему величеству. Разве не это для вас самое важное?

Снова император оказался в затруднении, подыскивая аргументы, которыми мог бы разбить доводы Верховного.

– Так это его вина, что мы находимся на грани большой войны с империей ашуров? – возмущенно произнес император.

– Почему же это вина? – возразил Верховный. – Может быть, заслуга?

– Заслуга?

– Конечно.

– То, что мы находимся на грани большой войны с ашурами, вы называете заслугой?

– Да.

Император был окончательно сбит с толку. Он смотрел на Верховного ничего не понимая. Вновь и вновь он переводил взгляд с него на Игната, и обратно, в надежде увидеть насмешку или шутку в их глазах. Или еще что-нибудь в этом роде. Но ничего подобного так и не увидел.

– Объяснитесь, – наконец потребовал он.

– С превеликим удовольствием, – отозвался Верховный. – То, что вы называете большой войной, на самом деле лишь генеральное сражение. Это акт отчаяния ашуров. И это сражение будет нами выиграно. Потребовалось немало трудов, чтобы навязать ашурам это решение о сражении.

– Что это значит?

– Это значит, что наши агенты, среди аваров, навели на эту мысль вождей империи ашуров. Вы ведь знаете, что ашуры находятся в дружбе с аварами?

– У рептилоидов нет друзей, – отрезал император. – Они слишком лишены всяческих человеческих чувств, и понятие дружбы у них не существует. Оно им глубоко чуждо.

– Возможно, – не стал спорить Верховный. – Скажем, некий эквивалент дружбы, который делает их, в некотором роде, союзниками.

– Но зачем вам это понадобилось?

– Навязать противнику сражение, которое будет заранее проиграно? Для того, чтобы сделать их подчиненными империи аграфов. Нашей империи. Может, не совсем подчиненными, но, во всяком случае, после своего поражения они будут находится в полном нашем подчинении. А согласитесь, подавить такого врага, как ашуры, многого стоит.

Император задумался. На этот раз надолго. Подперев рукой подбородок, он принялся вышагивать по залу. Верховный с Игнатом не торопили его, давая возможность все осмыслить, и прийти к разумному выводу.

– Вы абсолютно уверены в том, что победа будет за нами? – спросил наконец император.

– Абсолютно. – подтвердил Верховный.

Император повернулся к Игнату, и долго смотрел на него. Кажется, он до сих пор его недооценивал. До сих пор он считал Давыдова кем-то вроде рядового ясновидца, способного, конечно, оказать некоторую пользу империи, но не больше. В его глазах Давыдов был недальновидным и малоспособным провидцем, не способным толком пользоваться своим даром. Но, кажется, Игнат был способен на нечто большее.

На гораздо большее.

И вот тут-то император понял, что ему необходимо предпринять что-то, что сделало бы Давыдова союзником, а не врагом. Его необходимо было во чтобы-то ни стало переманить на свою сторону. И для этого император решил пойти на отчаянный шаг, прибегнуть к крайнему средству.

– Не будем горячиться, – сказал он, примиряющим тоном обращаясь к своим собеседникам. – Да, вы сделали все правильно. И я снимаю перед вами шляпу. Если все произойдет так, как вы и говорите, то империя будет у вас в неоплаченном долгу. Но, тем не менее, я хотел бы, все-таки, попытаться хоть как-то оплатить этот долг. А пока, что ты скажешь, уважаемый Игнат, о женитьбе? Не надоело ли тебе ходить в холостяках?

Никакого намека на удивление. Давыдов явно ожидал этого вопроса.

– О женитьбе? – переспросил он. – Вы хотите, чтобы я женился?

– Да, мой дорогой Игнат.

– И кто же невеста?

И тогда император сказал то, что произнести ему было очень и очень непросто.

– Ты ее знаешь. Моя дочь Эленуэлла.

И краем глаза император поймал легкую улыбку, на мгновение промелькнувшую на губах Верховного Оракула.

Глава 8

Флот ашуров появился точно по расписанию. Вторжение началось в строго назначенном месте и точно по времени. Пунктуальность показалась Алексею Панкратову столь невероятной, что он невольно сверился с часами.

Корабли противника возникали словно из ниоткуда, по одному, десятками и сотнями. Нультранспортировка, телепортация или гиперпереход. Способ транспортировки можно было называть как угодно, факт от этого не менялся.

Естественно, подумал Алексей, иначе и быть не может. Невозможно путешествовать по вселенной, размеры которой достигают миллиардов световых лет, при помощи обычных межзвездных перелетов. Скорость космического корабля не может быть быстрее света. Это доказала земная наука. А здесь…

Впрочем, даже если свет и удастся, каким-то чудом, обогнать, это мало чем поможет. Чтобы пересекать галактику из одного конца в другой конец, нужно развивать скорость чуть ли не в миллионы раз превосходящую скорость света, что уже даже теоретически невозможно. Ну, конечно же, кротовая нора или гиперпереход. Хотя и этот способ столь же невероятен, как и преодоление скорости света. Необходимая для этого энергия должна не уступать всей энергии средних размеров звезды.

По крайней мере, именно так думают все ученые Земли. Но, видимо, они ошибаются, поскольку ученые Содружества такой способ нашли. И вряд ли его гиперпространственные двигатели здежних кораблей потребляют столь невероятно мощную энергию. Панкратов практически ничего не знал об устройстве кораблей Содружества. Точнее, не знал об устройстве их двигателей. Такие подробности не были заложены в его Базы Знаний, которыми его снабдил Игнат, но и того, что он получил, было вполне достаточно, чтобы понять, какой невероятный прорыв сделало Содружество в области звездолетостроения.

– А вот и наши гости, – произнес Арсений, глядя на экран, на котором появлялись все новые и новые корабли ашуров. – Ящерицы сами просятся в пасть питона.

Сравнение было несколько пафосным и не совсем уместным. Хотя бы по той простой причине, что и питоны тоже принадлежали к рептилиям.

Несмотря на уверенность Арсения, Алексей отнюдь не разделял его оптимизма. Видеть, как мощные корабли космического флота расы, отнюдь не принадлежащей человеческому роду, вываливаются из ниоткуда, невозможно было без содрогания. Прямо сказать, зрелище было впечатляющим, внушающим внутренний страх.

Однако на Арсения подобное зрелище вовсе не производило столь угнетающего впечатления. Казалось, Арсений испытывал только любопытство и предвкушение. Он нисколько не сомневался в предстоящей победе.

Командовал земным флотом Алекс Стивенсон, один из тех, кто был с Игнатом с самого начала. Так сказать, один из первопроходцев. С того момента, когда Алекс был назначен командиром «бригады» мусорщиков, утекло много воды. С тех пор Алекс сильно поднялся, и проявил себя как настоящий полководец в той самой битве, в которой был уничтожен пиратский флот ашуров.

После этого Алекса ждало повышение, и его полководческая карьера быстро пошла вверх. Однако Панкратов был настроен к такой кандидатуре весьма скептически, и был уверен в том, что на такую ответственную должность необходимо было назначить кого-нибудь более опытного. И не обязательно землянина. Многие аграфские офицеры показали себя вполне достойными полководцами.

Ну что ж, Игнат, подумал Алексей, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Арсений вальяжно развалился в кресле, и принялся наблюдать за событиями на экране. Краем глаза он взглянул на Панкратова и, заметив его напряженность, сказал:

– Что ты стоишь, садись, тебе необходимо расслабиться.

– Мне бы твою уверенность, – отозвался Алексей, усаживаясь рядом.

А между тем события начали стремительно развиваться. Флот ашуров, наконец-то, телепортировался весь. Да, учитывая его многочисленность, он вполне мог рассчитывать на победу. Да и планета, которую ашуры выбрали в качестве своей цели, была вот она, прямо перед носом. Бери голыми руками, обрушивай на нее свои удары.

И удары обрушились. Только обрушили их совсем на ашуры. А удары обрушились на них самих. Причем сразу на пяти направлениях. Алекс начал истребление. Да, никак иначе назвать то, что стало происходить, было просто нельзя.

Земной флот, до этого пребывавший в полной боевой готовности, ожидал появления рептилоидов, и буквально распланировал все по шагам. И эти шаги были не просто успешными, они были сокрушительными для противников.

Один за другим корабли ашуров исчезали в пламени взрывов. Все вооружение, которым был оснащен флот аграфской империи было пущено в ход. Лазеры, бластеры, ракеты.

Судя по реакции кораблей рептилоидов, они никак не ожидали того, что окажутся в ловушке. Западня никак не входила в их расчет, поскольку они сами планировали ловушку. И даже нанесли отвлекающий удар, который, собственно, тоже был весьма ловко пресечен.

Корабли ашуров заметались. Они искали безопасного места, пытались перегруппироваться, занять оборонительную позицию. Но у них ничего не выходило. Уж слишком хорошо все рассчитал и продумал Алекс. Численное преимущество рептилоидов, на которое они могли рассчитывать, таяло словно дым.

В другом конце системы тоже стали «вываливаться» корабли ашурского флота. По задумке они должны были атаковать в двух местах, чтобы обрушить на обреченную планету удары с противоположных концов. Понятное дело, что планета находилась под защитой гарнизона. Но гарнизон был весьма незначителен, чтобы противостоять мощи целого флота.

Но и вторую «группировку» ожидала точно такая же ловушка. Имперский флот приготовил теплую встречу.

– Наши побеждают, – сказал Панкратов, сам не понимая, какое чувство у него в данный момент у него было сильнее, радость или удивление.

– Разумеется, – отозвался Арсений тоном, в котором не было ни малейшего сомнения. Если Игнат сказал, то так оно и будет.

Алексей повернул голову к Арсению.

– А кто разрабатывал план, Игнат или Алекс?

Казалось, Арсений слегка призадумался.

– Трудно сказать. Игнат поведал, как все произойдет, а Алекс позаботился о том, чтобы этот план сработал. Воплотил в реальность. С одной стороны, вроде бы, основная заслуга принадлежит Игнату. Но с другой стороны, если бы не действия Алекса, то никакой победы бы не было.

– Но победы пока еще и нет, – возразил Панкратов. – Конечно, к этому пока все и идет, но произойти может все что угодно. Неожиданности…

– Неожиданностей быть не может. – перебил Арсений. – Ведь это же не гадание на кофейной гуще, а виденье будущего. Я, правда, не знаю, каким образом Игнату удается так все точно и тщательно предвидеть, но, тем не менее, это остается неопровержимым фактом.

– Я тоже не знаю, как это происходит, – признал Алексей, – И именно это меня и тревожит больше всего. Я не из тех людей, которые слепо доверяют пророчествам. Я верю, что все зависит только от действий самих людей. Ну или еще от некоторого ряда причин.

– Но все и зависит от действий людей, – согласился Арсений. – Если сидеть и ждать, когда все произойдет само собой… Ага, кажется, начинается вторая фаза.

Второй фазой было не истребление кораблей противников, а взятие в плен тех, кто уцелеет. Сделать это было сравнительно не трудно. Ведь практически каждый крейсер имперского флота был оснащен Т-установкой, выпускающий луч, вырубающий все системы корабля, против которого он использовался.

Оно и понятно, Алекс и не планировал массовую бойню, точнее, тотальное уничтожение флота ашуров. Мощь имперских кораблей уже была продемонстрирована на флоте рептилоидов, в результате чего те поредели почти две трети Осталось только нейтрализовать остальные корабли, и тогда можно будет приступать к переговорам. Любопытно только, остался ли в живых флагман противника.

На экране было четко видно, как уцелевшие корабли ашуров метались в разных направлениях, лишенные управления. Т-луч делал свое дело. Арсений с удовлетворением смотрел на ход битвы. Панкратов же испытывал какой-то благоговейный страх перед оружием собственного флота. И чувство легкой гордости невольно овладевало им, ведь это же он сам, можно сказать, организовал сей флот, он позаботился о том, чтобы в его главе были поставлены земляне. И, если они одержат сокрушительную победу, то это сильно поднимет землян в глазах не только императора, но и в глазах всех его вассалов. Да и остальные империи получат возможность убедиться в мощи и способностях тех, кто до недавнего времени был пригоден только исключительно для положения рабов.

Но вот подошла к завершению и вторая фаза. Обе группировки были окончательно разгромлены и обезврежены. Одно было плохо, корабли лишенные управления разлетались в стороны по всей звездной системе и, чтобы поймать их, имперским кораблям необходимо будет носиться вслед за ними, захватывая своими силовыми полями и возвращая их обратно к месту сражения.

Но, судя по всему, никто из имперского флота не собирался этого делать. Корабли окружали те судна, которые еще не успели разлететься, а на «беглецов» не обращали внимания.

– Вот и вторая фаза подошла к завершению, – констатировал Арсений. – Все идет точно по плану, флота рептилоидов больше не существует.

– А как быть с теми, кого унесло за пределы поля битвы? – спросил Панкратов.

– О, ими займутся мусорщики. Вот, кстати, и они.

В самом деле, «из ниоткуда» стали телепортироваться эскадры мусорщиков. Всего их было около полусотни. И ими руководил Рудольф Штайнер. Задача мусорщиков была совсем уж простая, им не нужно было даже применять оружие, поскольку противник был совершенно беззащитен. Все, что требовалось от них, это ловить «беглецов», и притаскивать их обратно. И с этой задачей мусорщики справились легко и просто.

Кажется, Игнат действительно мог предвидеть все до малейших деталей. Да, это не какой-нибудь там Нострадамус, чьи пророчества туманны и неопределенные, и которые легко было подогнать под какое угодно событие. В предсказаниях Игната все было предельно точно.

– Мы выиграли сражение, – сказал Алексей тоном, словно сам был не в силах поверить в случившееся до конца.

– Выиграли, – подтвердил Арсений. – Сражение завершилось, не успев начаться.

Остатки флота ашуров были буквально собраны в кучу, и оказались как бы внутри сферы, образованную имперскими кораблями. И выглядели жалко, если подобное понятие можно отнести к крейсерам, болтающимся в мировом пространстве.

– Что теперь? – спросил Панкратов.

– А теперь будем ждать, когда их флагман поднимет белый флаг, и запросит переговоров с нами.

– Если, конечно, флагман уцелел, – заметил Алексей.

В ответ на это Арсений пожал плечами.

– Значит, это сделает старший по званию.

Ждать пришлось дольше, чем рассчитывал Панкратов. То ли это было связано с тем, что Т-луч вывел из строя средства связи, то ли с тем, что флагман действительно был уничтожен, а оставшиеся в живых решали, кто из них теперь главный. А, может, по еще какой-либо причине. Этих рептилоидов было очень трудно понять людям. Их логика, как и вообще разум, сильно отличались от человеческого, и их мышление до сих пор оставалось загадкой для остальных рас Содружества. К тому же, та информация, что почерпнул за свое недолгое время пребывания в мирах Алексей, была хоть и весьма ограниченной, но все же вполне достаточной для того, чтобы понять, что ашуры самая опасная раса в Содружестве, поскольку рептилии всегда были чужды человеку. Даже млеуры, с их невероятно развитыми пси-способностями были гораздо ближе к людям, чем ашуры. Впрочем, как раз в этом и не было ничего удивительного, поскольку млеуры были кошачьей породы, а кошки всегда были близки к человеку. И уж, конечно, договориться с кошкой куда проще, нежели со змеей или крокодилом.

Алексей нервничал. Не потому, что боялся, что контакта не состоится. Нет, здесь можно было быть уверенным в обратном. Поскольку даже в рептилий имеется чувство самосохранения. И уж он, конечно же, да и вообще, сам разум, заставят их пойти на переговоры. Беспокоило Панкратова другое, он не знал, какой подход необходим к этим существам.

Но, по счастью, это не было проблемой Алексея, так как вступать в переговоры должен будет не он, а Арсений. А он свою задачу выполнил.

А вот Арсения, похоже, эта проблема совсем не беспокоила. Он точно знал, как себя вести с этими чуждыми людям существами.

– Ага, вот, кажется, и послание от них.

Послание, правда, было не от ашуров, а от Алекса. Но это не имело значения.

– Только что мы вступили в переговоры с ящерицами, – доложил командующий флотом. Их флагман уничтожен, но остался один из старших офицеров, командир одной из эскадр. Они сдаются и согласны на переговоры на любых условиях.

– Прекрасно, – удовлетворенно воскликнул Арсений. – Этот офицер уполномочен вести переговоры от имени всего флота?

– Я не знаю, на что он там уполномочен, но больше, похоже, не кому.

– Да, будет так. – Арсений откинулся на спинку кресла. – Доставьте его на свой корабль, а я сейчас отправлюсь к вам.

И Арсений победоносно посмотрел на Панкратова.

Глава 9

Думал ли Игнат Давыдов, что его судьба пересечется с судьбой дочерью императора аграфской империи Эленуэллой? Ответ на этот вопрос был весьма относительный. Для оракула не существует событий, которые он не в состоянии предвидеть. И Игнат видел этот вариант. Это был один из великого множества возможных вариантов, которые могли произойти. И, признаться, такой вариант несколько обескуражил, и даже шокировал Игната.

Но, с другой стороны, это был именно тот единственный вариант, который решал многие проблемы, и по-настоящему приближал Игната к императору. Более того, он делал его членом императорской семьи, а это было очень и очень много.

И, в то же время, это создавало определенные трудности в отношениях с Верховным Оракулом. Вернее, могло создать, если действовать неосторожно. Предложение «подмять под себя» императора, сделанное Верховным Игнату могло оказаться, мягко говоря, ошибкой с его стороны. Ведь брак с Эленуэллой означал бы, что Игнат станет союзником императора.

И, в то же время, это было не фактом. Верховный, прекрасно видевший будущее, знал об этом, а стало быть, не увидел в этом опасности для себя. А это означало, что Игнат «выберет» то будущее, которое удовлетворит обе стороны.

Выбирать будущее. Да, это было именно то определение, которое как нельзя лучше соответствовало тому, на что был способен Игнат. И это было тем, о чем не знал Верховный. Да, Игнат именно выбирал будущее, и в этом была его уникальность. И это-то и делало его фактически непобедимым. Игнат сам выбирал то будущее, которое его устраивало лучше всего, а стало быть…

Стало быть, брак с дочерью императора был тем самым будущим, которое выберет Игнат.

Признаться, Игнат далеко не сразу «согласился» принять такое решение. Во-первых, Игнат не любил Эленуэллу. Да и не мог он ее любить по той простой причине, что виделся с ней фактически только раз, когда освободил ее из плена. После этого их пути не пересекались. Да и потом, Эленуэлла была эльфийкой, а значит, не принадлежала к человеческой расе. Игнат не был подвержен предрассудкам против иных рас и национальностей, и межрасовые браки, в общем-то, считал нормой. Но это при условии, что речь идет о человеческих расах. А тут эльфы. Они, конечно, фактически были неотличимы от людей, разве лишь остроконечные уши, да тонкое телосложение. Но генетически они были иными.

Но вот что странно, здесь в Содружестве было много браков между эльфами и людьми, и в этих браках зачастую рождались дети.

Иными словами, гены людей и эльфов были не настолько разными, чтобы мешать рождению детей. Это обнадеживало. Но вообще странно. Игнат смотрел фильмы серии «Властелин колец», и всегда относился к межрасовым отношениям между людьми и эльфами положительно. Но вот представить самого себя в этой роли… Это, знаете ли, несколько иное.

И все же, особого препятствия Игнат не видел. Он многое передумал, и «пересмотрел» различных вариантов, и понял, что брак с Эленуэллой будет для него самым лучшим вариантом. А что касается любви, то она приходит со временем. Редко бывает любовь с первого взгляда. Хотя, бывает и такое.

А вот и сама Эленуэлла. Она вошла своей плывущей походкой. О, действительно, ее грации могла позавидовать ни одна земная женщина. Даже фотомодель. Одетая в бледно-розовое платье, длинное, почти до самых щиколоток, с копной светлых волос на голове, уложенных в замысловатую высокую прическу, оставляющую открытыми уши, она выглядела весьма и весьма. Зеленые глаза призывно смотрели на Давыдова.

– Здравствуй, Игнат, – почти пропела она своим нежным и ангельским голосом. – Я рада вновь видеть тебя.

Она протянула Игнату руку, и он, осторожно взяв ее своими пальцами, совершил почтительный поклон перед Эленуэллой.

– Для меня это большая честь, лицезреть дочь самого императора, и наследницу престола, – сказал Игнат со всей искренностью в голосе.

Но оба они тотчас же поняли, что это не было искренне. По крайней мере, не совсем. Наследница престола – вот было ключевое слово, определяющее все дальнейшее. Если Игнат жениться на Эленуэлле, он сам, фактически станет наследником престола. Пусть не наследником, но, по крайней мере, будет оказывать большое влияние на управление империей.

Оба на мгновение смешались. Они смотрели друг другу в глаза, словно пытаясь проникнуть в мысли друг друга. Впрочем, Эленуэлла действительно пыталась это сделать. Что же касается Игната, то ему не нужно было проникать, чтобы понять, что ожидать в будущем. Чего ожидать от взаимоотношений с дочерью императора.

Эленуэлла действительно было рада видеть Игната. И она испытывала к нему самые теплые чувства, которые со временем перерастут в настоящую любовь.

Игнат поцеловал руку Эленуэллы, ее точенные длинные пальцы с острыми ноготками. После этого он выпустил ее руку, и выпрямился, принимая величественный вид. И Эленуэлла невольно подумала, что это именно он оказывает ей честь своим присутствием, а не она ему.

Да, с некоторым сожалением Эленуэлла поняла, что она, хоть и дочь императора, но все же стоит ниже, нежели оракул Игнат Давыдов. Своим могуществом провидец всегда будет, в определенном смысле, превосходить того, кто будет наделен властью. Поскольку он видит то, чего не видит ни один правитель. Оракул видит будущее.

– Я, – Эленуэлла осеклась, не зная, как продолжить. Она внезапно осознала, что не знает, как нужно вести себя с человеком, который видит будущее. И это пугало ее.

– Ты боишься меня? – спросил Игнат.

Эленуэлла открыла было рот, затем внезапно рассмеялась.

– А как можно не бояться того, кто знает все, что произойдет, и знает, что я ему скажу. По-моему, тут ясно все и без слов.

Игнат улыбнулся снисходительной улыбкой.

– Ну, если ты ничего не скажешь, то я и не смогу ничего узнать. Или, может, ты полагаешь, что я умею читать мысли?

– Признаюсь, такая мысль приходила мне в голову, – созналась Эленуэлла. – Подумать только, я встретила тебя, когда ты был… Когда ты был никем. Да, ты тогда был на том самом корабле, руководил людьми, которые… Словом, ты спас мне жизнь. И я тебе за это премного благодарна. Но я даже представить себе не могла того, что ты станешь тем, кем ты стал.

– О, я всего лишь простой оракул, – скромно произнес Игнат.

Эленуэлла отвела глаза в сторону, пальцы ее рук нервно переплелись между собой.

– Да нет, будь ты простым оракулом, мой отец никогда бы не захотел выдать меня за тебя замуж.

– Так, – произнес Игнат, прерывая Эленуэллу. – Давай прежде всего разберемся, почему ты согласилась выйти за меня замуж. Ты делаешь это потому, что тебе приказал отец? Ради благодарности за то, что я спас тебе жизнь? Или же потому, что ты сама этого хочешь?

Щеки Эленуэллы вспыхнули розовым румянцем.

– Нет, – протестующе воскликнула она. – Вовсе не поэтому! Не потому, что этого хочет мой отец. Ну и уж, конечно, совсем не в качестве благодарности за то, что ты спас мне жизнь. Это было бы просто смешно. Что же касается меня самой…

Эленуэлла вновь запнулась, когда поняла, что наговорила глупостей. И много лишнего.

Игнат снисходительно улыбнулся.

– Я вижу, все не так просто, как оно хотелось бы. Не так ли?

Эленуэлла покраснела.

– Скажи мне, ты дала согласие по своей доброй воле или… Нет, лучше так, ты испытываешь ко мне какие-либо чувства или же для тебя это просто вынужденный союз, необходимый для интересов империи?

Эленуэлла явно смутилась еще больше.

– Да, конечно, я испытываю к тебе определенные чувства. Ведь ты же спас мне жизнь и тебе весьма благодарна…

Игнат сделал рукой останавливающий жест.

– Нет-нет, я говорю не о чувстве благодарности, а о том, испытываешь ли ты ко мне то, что должна испытывать невеста по отношению к жениху.

На этот раз последовал более честный и откровенный ответ.

– Я думаю, что пока говорить об этих чувствах слишком рано. Мы с тобой практически больше не виделись с того момента, и все произошло слишком быстро. Я никак не ожидала подобного предложения о браке. И для меня он был, как бы это поточнее выразиться…

– Шоком?

Эленуэлла слегка нахмурила брови.

– Ну, шок – это слишком громко сказано. И все же… Я думаю, чтобы понять мои чувства по отношению к тебе, нам необходимо провести больше времени друг с другом.

С этим Игнат не мог поспорить.

– То есть, иными словами, ты допускаешь, что между нами могут, со временем, возникнуть чувства столь необходимые для супружеской жизни?

Эленуэлла понурила взгляд.

– Все может быть. Ну, а скажи, честно, ты сам-то испытываешь ко мне те самые чувства, которые требуешь от меня.

Да, Эленуэлла решили перейти в атаку. Что ж, это вполне разумный ход.

– Возможно, – уклончиво ответил Игнат. – Ты красивая и очень привлекательная женщина. И если между нами возникнет обоюдное чувство, то я, полагаю, у нас вполне может сложиться нормальная семейная жизнь. А не просто брак по расчету.

С этим Эленуэлла была вынуждена согласиться.

– Да, вполне возможно, – признала она. – В таком случае, нам не стоит торопить события.

– Ты имеешь в виду наш брак?

– Нет, то, что касается наших чувств. Впрочем, никто и не требует от нас, чтобы брак был заключен завтра. Думаю, у нас будет время разобраться в наших чувствах, и узнать друг друга получше.

В этом Эленуэлла была права. И вообще, он чувствовал себя довольно странно, одно дело знать о своих чувствах, которые возникнут у тебя в будущем, а совсем другое почувствовать их. И, признаться, он и сам пока не чувствовал к принцессе ничего, кроме некоего любопытства. Но ведь это не было любовью.

А, с другой стороны, так ли необходима любовь, если речь идет о политическом расчете?

С этого дня они проводили много времени вместе. А Игнат, в который уже раз пересматривал всю свою жизнь, и то, что произойдет в будущем. Думал ли он когда-нибудь, что окажется фактически во главе могучей империи, да еще станет оракулом? Разумеется, нет. Такое и переварить-то было трудно. Да и Игнат и не пытался переваривать, он просто старался жить реалиями.

Космический флот империи готовился к сражению с ашурами. Но Игната совсем не беспокоило это. Он полностью предоставил все это на усмотрение Лехи, Алекса и Арсения. Ибо знал, что они справятся, и что победа будет за ними. Он даже знал в подробностях как все будет происходить, и нисколько не переживал за последствия.

Однако, по временам, его самого удивляла собственная самоуверенность. Зная будущее, зная, что все пойдет по намеченному плану, зная, что все будет хорошо, что может быть лучше этого? Что может быть прекрасней этого?

Да, тут недолго почувствовать себя богом. Действительно, чем не бог, если в его силах создать будущее именно таким, каким он желает его видеть. Да и, к тому же, технологии Содружества способны ему дать и железное здоровье, и фактически вечную молодость. Да еще, плюс к тому, и огромную физическую силу и бойцовские качества. И всем этим Игнат обладал в полной мере.

Да, над ним стоял Верховный Оракул. Но он видел лишь результат действий Игната. Видел, что все его действия и планы правильные и приводят к положительным результатам. Догадывался ли он о «скрытых» видениях Игната. Может быть. А, может, и нет. Ведь в голову Давыдова он проникнуть был не в состоянии, а значит то, что было у того в подсознании, должно было оставаться для него тайной за семью печатями.

И это еще больше прибавляло Игнату ощущения собственного могущества.

Время, проводимое им с Эленуэллой, не прошло для него даром. Он ловил себя на мысли о том, что действительно начинает испытывать к ней чувства глубокой симпатии. Было ли это любовью? На этот вопрос Игнат затруднялся бы ответить. Уж слишком необычной и странной казалась ему любовь человека к эльфийке. Точно так же, как и наоборот, любовь эльфийки к человеку.

Но так ли это важно. Взаимная симпатия уже означала многое. А здесь…

Словом, брак с Эленуэллой, фактически, означал для Игната, что он становится членом императорской семьи. Как говорил Остап Бендер, особой, приближенной к императору. А это само по себе уже говорило обо всем.

Почему император предложил свою единственную дочь именно Игнату, а не Верховному Оракулу? Может быть, потому, что Верховный был принципиальным отшельником, одиночкой, не собирающимся ни с кем связывать себя семейными узами?

Или же потому, что император инстинктивно почувствовал, что Игнат превосходит Верховного и, еще немного, и станет первым лицом в империи? Если верно последнее, то император отнюдь не так прост и наивен, как это виделось Верховному. Что, собственно, не мешало ему быть слабым. Чувствуя свое падение, он вполне мог попытаться таким решением приблизить к себе Игната.

Что ж, такую возможность Игнат не собирался упускать. Тем более, что он знал, какие перспективы перед ним открывались. От них кружилась голова, и Игнат старался об этом не думать, подсознательно опасаясь того, что все его грандиозные планы могут полететь в тартарары.

Если он вдруг совершит хоть одну малюсенькую, но роковую ошибку.

Глава 10

Офицера ашурского флота, вызвавшегося вести переговоры от имени своей империи звали Дахгар. Он был доставленный на флагманский корабль аграфов, и тщательно обыскан. Алексей Панкратов впервые видел рептилоида вживую. До сих пор он был знаком с этой расой исключительно по изображению. Но даже там эти полулюди-полуящеры вызывали у него отвращение. При личной же встрече, с глазу на глаз, стоя напротив Дахгара, Алексей почувствовал еще большее отторжение. Двухметровая махина, с широченными плечами, облаченная в военную форму, могла потрясти кого угодно, и если бы не знать, что он военнопленный, то запросто была способна напугать кого угодно. Да, встретить такого где-нибудь в лесу, это было бы примерно то же самое, что встретить легендарного «хищника» из одноименного кинофильма. Что ж, сходство было весьма налицо. Такое же ящероподобное лицо, а правильней сказать, морда, да и комплекция сходная. Не хватает только доспехов и лазера на плече.

Первое, что ощутил Панкратов, когда Дахгар был введен в помещение, был запах. Да, тот самый запах рептилии. Правда, сам Алексей никогда не сталкивался нос к носом с рептилией (если не считать ящериц в живом уголке), но он был уверен, что пахнуть они должны именно так, как пах этот самый Дахгар. Уж слишком этот запах был чужд человеку. Не зря считается, что рептилии самые чуждые человеку существа на планете Земля. И, похоже, они являются и самыми чуждыми ему во всей вселенной.

Дахгар вовсе не казался сломленным или побежденным. Видимо, это было связано с тем, что морда рептилии вообще не выражала никаких чувств. А вот его гигантский рост отнюдь не играл в пользу человека. Выглядело все так, будто победителем был Дахгар, а люди, собравшиеся здесь, были его пленными, которым он пришел диктовать ультиматум. Словом, все выглядело с точностью до наоборот. И это совсем не понравилось Алексею.

Правда, видимо, Алекс учел это обстоятельство, и позаботился о том, чтобы ашурский офицер имел более «презентабельный» вид, а именно, усадил его прямо на пол, в то время, как представители аграфов восседали в высоких креслах. Это ставило все на свои места. Все правильно, пленник, сидящий перед своими победителями, и ожидающий вердикта, а те, в свою очередь, смотрят на него с царских тронов.

Руки Дахгара были свободными, но позади него стояли двое воинов, с бластерами наизготовку, готовые в любой момент испепелить рептилоида, если тот сделает хоть малейшее угрожающее движение. И все же, у Алексея отнюдь не вызывало доверие такое положение вещей. Огромный рептилоид со свободой движений – это картина весьма действующая на нервы. Интересно, а если ему действительно придет в голову наброситься на своих победителей, успеют ли охранники умертвить его?

Но, похоже, Дахгар не собирался ничего предпринимать, и действительно смирился со своим поражением и пленением, тем более, что он, фактически, сдался в плен добровольно. Ведь мог же он и до сих пор отсиживаться на своем корабле, ожидая чуда. Или неизвестно чего. Тем не менее, доверия он не внушал, поскольку его змеиные глаза вообще не выражали никаких чувств или эмоций. Кто его знает, что у него на уме, в действительности ли укрощен «крокодил» или же он замышляет какую-то хитрость.

Дахгар продолжал не мигая смотреть на людей, и это тоже не нравилось Панкратову. Ни намека на то, что ашурский офицер сломлен. Да, куда, все же, проще иметь дело с людьми. У них все написано на лице, глаза выдают все его чувства. Здесь же было все иначе.

Однако, на Арсения, судя по всему, все это не оказывало никакого влияния. Он совершенно не боялся рептилоида. Его не пугали ни его размеры, ни тот факт, что тот может внезапно вскочить на ноги, и попытаться их всех убить, разметать охрану и… Арсений был абсолютно уверен в своей победе и в успехе. Еще бы, ведь так сказал оракул. А, значит, сомневаться не было причин.

– Мы слушаем тебя, – повелительным тоном сказал Арсений, глядя свысока на пленного офицера.

Дахгар расправил плечи.

– Я послан сюда для того, чтобы сообщить вам о том, что мы сдаемся. Ашурский имперский флот сдается на милость победителя.

Да, нужно признать, что рептилоид не терял своего достоинства даже в плену. Но и Арсений не собирался давать слабину. Он с царственным видом продолжал взирать на своего пленника. Правда, он быстро понял, что игра в гляделки ни к чему не приведет. Человек просто не способен переглядеть рептилию. Вместо этого он решил давить на него своей волей.

– Ты сказал «послан»? – спросил он. – Кто же послал тебя?

Вопрос, который, по сути, был задан для того, чтобы показать, что победитель не считает пленного офицера достойным сих переговоров, отнюдь не вызвал смущения у рептилоида.

– Капитаны кораблей и старшие офицеры, – ответил Дахгар абсолютно невозмутимым тоном. – Поскольку флагманский крейсер был уничтожен в бою, и наш главнокомандующий был убит, было принято решение назначить меня вести переговоры с вами.

– Переговоры о чем? – спросил Арсений.

– О сдаче уцелевших кораблей и их экипажей.

Арсений продолжал взирать сверху вниз на пленного. Да, иметь дело с рептилоидами куда сложнее, чем с людьми.

– О сдаче в плен? – переспросил он.

– Да, о сдаче в плен, – спокойно подтвердил Дахгар, и Арсению показалось, что он услышал кротость в словах офицера. Если, конечно, вообще возможно что-либо услышать в интонации рептилоида.

– Та-ак, – протянул Арсений. – Полагаю, что в вашем положении не уместно говорить о каких-нибудь условиях с вашей стороны. И все же, полагаю, они у вас есть?

Дахгар склонил свою голову. А вот это уже было похоже на знак почтения, точнее, уважения победителя побежденным. И это значило многое.

– Как может побежденный выдвигать какие-то требования? У нас есть просьба.

– Говори, – снисходительно произнес Арсений.

– Мы готовы сдаться, и передать вам в целости и сохранности все наши уцелевшие корабли, если вы дадите нам слово, что пленным будут сохранены жизни, и с ними будут обращаться цивилизованно.

В глазах Арсения появилась искорка торжества, смешанная с насмешливостью.

– И вы поверите нашему слову?

Ответ рептилоида последовал после короткой паузы.

– Да.

Арсений почувствовал, как чувство удовлетворение охватило его. Нет, никто и не собирался обманывать Дахгара, но, учитывая то, что рептилоиды никогда не верили, и не доверяли людям по той простой причине, что были слишком чужды друг другу, такое признание, очевидно далось ашурскому офицеру очень нелегко. А, стало быть, он полностью полагается на волю аграфов. А, точнее, на волю землян, которые, по сути, и руководили аграфским флотом.

– Хорошо, – неторопливо произнес Арсений. – От имени аграфской империи я обещаю вам, что с пленными ашурами будут обращаться подобающим образом.

Дахгар склонил голову.

– Благодарю.

Когда ашурского офицера увели, Арсений переглянулся с Панкратовым и Алексом.

– Ну, вот видите, все прошло, как и было предсказано. Флот рептилоидов разгромлен, а все уцелевшие сдались в плен.

– Я в этом нисколько не сомневался.

На лице Арсения появилась торжествующая улыбка.

– Можешь идти, принимать в свое распоряжение флот ящериц.

Алекс ушел, и Арсений с Панкратовым остались наедине.

– Что скажешь? – спросил Арсений.

– Скажу, что ты хорошо умеешь вести переговоры, – отозвался Панкратов.

Арсений задумчиво кивнул.

– Вот и Игнат считает также. Иначе бы он просто не назначил меня на эту должность. Хотя я сам, признаюсь, даже не подозревал о своих дипломатических способностях.

Алексею было о чем задуматься. Все проходило гладко, как по маслу. Уж слишком это было нереально, так не может быть в реальной жизни. В ней всегда случаются просчеты, неудачи, которые сводят все планы на ноль. Ну или даже если все в итоге и заканчивается полной победой, эта победа, иной раз, оказывается слишком дорогой, стоит огромного количества жертв. А тут было практически избиение младенцев.

И вообще, может ли считаться, что они принимают решения сами, если эти решения «диктует» им оракул?

Конечно, это все философские вопросы, и в них играть можно очень долго. Но, с другой стороны, не получив на них ответа, невозможно вообще что-либо понимать. В этом случае, ты превращаешься полностью в марионетку, делающую то, что тебе велят сверху. Что ж, а вот именно этот вопрос он и намерен выяснить при первой же встречи с Игнатом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.