Александра Лысенко
Дневник мамы

3 декабря Про кофе и немного стыда

Я укладываю своего ребенка спать. Он чудесный и так сладко спит. Дочь на занятиях. И у меня есть то самое время, время для себя… Но я закрываю на минуту глаза и погуружаюсь в пучины своего сознания. Где я? Чего хочу? Кто я теперь? Я хочу пойти и разогреть кофе, который мой муж утром с любовью приготовил. А в голове череда мыслей, воспоминаний и какой-то надвигающейся грусти, и даже тоски. Я в чужом городе, стране, с которой не успела еще подружиться. Пять лет декрета и попыток не забросить свой потенциал в работе, не забыть интересы, себя. Кажестя я настолько уже другая, что придется заново себя узнавать.

Но все же я иду греть и пить свой кофе. Потому что дальше меня захлеснет курговорот дня, обязанностей, задач, планов, где грусть и тоска мне не помощники. И может даже получится та самая медитация с кофе, пока за окном туман. Смеюсь, но все еще не теряю веры в это.

Да… Я еще никогда так не уставала до рождения детей. Но об этом запрещено говорить. Вы не знали? А попробуйте сказать это маме или свекрови. Да они вас съедят живьем с костями. Я даже заикнуться про такое не могу. А почему? А потому что у меня есть то самое время на кофе и я про него должна молчать.

Малыш спит. Так что продолжим. Пока не про мам и не свекровей, а вот про это самое время. Почему мне так стыдно говорить, что я пила сегодня сама кофе дома? Или особенно в кафе? Когда у меня двое детей и работа одно название (сейчас не про нее). Мне стыдно, я старась не упоминать об этом в присутствии свекрови или по телефону с мамой. Почему само упоминание отдыха матери так бесит взрослых женщин. Ну во всяком случае в моем окружении. Ведь другим мне это сказать легко… Интересно да. Этих близких женщин бесит сам факт моего отдыха.

Прошло еше полдня. Я успела покрыть свечи золотой краской (это та работа, которую я могу сделать, свечи из пчелиного воска), покормить малыша (ему, кстати. скоро годик), одеться и забрать дочу из садика. Потом разогреть обед, пообедать, почитать с детьми, поиграть, дождаться мужа и сделать чай, снова поставить воск на растопку, уложить малыша на воторой сон, открыть ноутбук на минут десять.

Так о чем шла речь, о стыде… Вот я размышляла об этом по дороге домой из сада. Мне стыдно не за сам факт отдыха, а за комфорт, который все же есть, но он не отменяет усталость в материнстве…

Да, когда мама начинает отдыхать в своём материнстве – это, конечно, высший пилотаж. Но почему-то не принято говорить о том, что «я сегодня отдыхала» или «я ничего не делала по дому». Странно, но женщины, которые вырастили нас, нынешнее поколение, будто совсем не хотят слышать про этот самый отдых.

Я ловлю себя на мысли, что когда позволяю себе паузу в течение дня, мне становится стыдно. А если, наоборот, я сделала очень много дел, прям много-много, то появляется чувство гордости и удовлетворения от того, что сегодня я устала. Почему именно усталость стала мерилом «хорошести»? Материнство – это ведь нормально. Да, нормально. Но какие бы комфортные условия ни были, устаёшь не столько от быта, сколько от того, что ты востребована 24/7.

Конечно, сейчас условия совсем другие. То, как жили женщины раньше и как живём мы сейчас – огромная разница. У нас есть бытовые помощники, стиральные машины, подгузники, сотни вещей, которые облегчают уход за малышом. Да, многое стало красивее, удобнее, современнее. Но… мамы всё равно остаются востребованными так же, как и раньше.

И если рядом есть помощь – бабушки, няни – это огромное облегчение. Но почему-то, когда я привлекаю няню или когда ребёнок ходит в садик, это будто воспринимается как то, что я «не хочу исполнять свои обязанности». А если в это время, пока ребёнок занят, я ещё и отдыхаю – ну, это вообще перебор. Как будто я обязана в эту свободную минуту выполнять ещё кучу работы.

И получается, что в современном материнстве мы сталкиваемся с настоящим внутренним конфликтом. С одной стороны, нам говорят: мама должна научиться отдыхать. Делай задачи по мере поступления. Расставляй приоритеты. Будь принимающей. Не спеши убирать весь дом сразу. Делегируй. Пользуйся помощью. Занимайся медитацией. Ходи на творчество. Пусть дети занимаются с няней или ходят в детский сад.

А с другой стороны – старшее поколение словно отвечает: «Ну не знаю… Мы как-то справлялись без всего этого. Без нянь, без развивашек, без “передышек”. Мы и работали, и успевали, и вообще преуспели». И между этими двумя голосами мама оказывается в каком-то странном зазоре.

Ты как будто должна одновременно быть уставшей – потому что выполнила всё-всё-всё по заботе о малыше, по дому, по семье – и при этом отдохнувшей, полной сил, энергии, вдохновения. Ну и, желательно, ещё поработавшей.

Но если это переложить на реального человека – на любую профессию, любую нагрузку – то очевидно: тот, кто работает, тратит силы. Он устает. И это абсолютно нормально.

И вот с этим конфликтом я столкнулась сегодня утром, размышляя о том, могу ли я вообще разрешить себе отдых в моём материнстве. И стыдно ли мне за этот отдых? Ведь стыдно быть не должно. Но где-то глубоко в подсознании я всё равно обнаруживаю этот стыд – тихий, спрятанный, но очень живой.

Я вижу очень разных женщин. Одни полностью уходят в работу. Они считают, что ребёнок справится даже при минимальном внимании со стороны мамы: будет ходить в садик, в школу, выполнять всё, что требует современное общество. У него, мол, хватит потенциала выдержать эмоциональную нагрузку, вырасти самостоятельным. И для этих женщин выбор карьеры – это не про отказ от материнства. Это про то, чтобы не потерять себя, сохранить профессию, реализовать способности. Это их смысл, их опора.

Другие же – полностью уходят в материнство. Как я, например. Большую часть, наверное, 90% своего времени я отдаю детям: уход, готовка, занятия, игры, подбор материалов, изучение тем, развитие… Всё это становится огромной частью моей жизни. И, наверное, в этом я тоже ищу и нахожу смысл – чтобы дни были наполненными, чтобы я сама не растворилась в хаосе, а чувствовала, что вкладываю себя в важное.

Есть и те, кто пытается найти баланс: работать полдня, а полдня быть с детьми. Но они часто говорят, что всё равно будто не делают ничего до конца. Как будто не реализуют свои идеи в работе полностью, но и не полностью включены в материнство. Им сложно. Либо они счастливы в работе, но испытывают вину перед детьми. Либо, наоборот, выбирают детей – и чувствуют, что упускают что-то важное в профессиональной сфере.

Так или иначе, многие женщины замечают: есть внутреннее ощущение, что они недостаточно отдают себя детям. Что они «не дотягивают», «не всё делают правильно». Что-то внутри постоянно сомневается, правильно ли они выбирают, правильно ли живут.

И вот, конечно… вот здесь и появляется настоящий вопрос: каким вообще должно быть материнство? И есть ли в нём место стыду? Или этот стыд – что-то навязанное, чужое, что мы просто привыкли нести?

Да, складывается ощущение, что чувство стыда, которое так часто испытывают женщины в материнстве, будто бы нам мягко вложили. Не резко, не прямыми словами, а постепенно – в сердце, в голову, в мысли. И этот стыд стал чем-то фоновым, почти привычным. Он как будто всегда рядом.

Что бы мы ни делали – работали, играли с детьми, готовили, занимались хобби – этот внутренний голос тихо шепчет:

Ты что-то не доделала.

Ты могла бы ещё.

Ты недостаточно времени провела с ребёнком.

А может, наоборот, ты слишком много была с детьми – и совсем не поработала?

А иногда он может сказать ещё хитрее:

Ты и работала сегодня, и с детьми была, и по дому всё сделала… И тебе не стыдно, что ты сама не отдохнула?

И сверху – картинки из соцсетей: женщины при макияже, с причёской, улыбающиеся, только что вышедшие из ресторана с мужем. И стыд снова оживает:

Почему у них получается, а у тебя нет?

И этот фон у каждой женщины свой. У кого-то громче, у кого-то тише, у кого-то он меняет фразы – но суть его одна и та же:

заставить почувствовать стыд.

Я не знаю, бывало ли такое у других, но со мной – да, такое случается. Может быть, я не всегда ярко ощущаю стыд в течение дня, не всегда могу прямо сказать себе: «Вот сейчас я стыжусь». Но когда я остаюсь один на один с собой – в тишине, в паузе – я вдруг замечаю этот фон. Замечаю, что внутри иногда поднимается это чувство стыда. И мне стало интересно: откуда оно вообще берётся? Почему?

Ведь я действительно стараюсь. Я и отдыхаю, и бываю с детьми, и работаю – пусть не в прежних объёмах, но всё же. Я выполняю медитации, занимаюсь випассаной, практикую глубокое дыхание. Я делаю всё, что, казалось бы, должно поддерживать, центрировать, возвращать к себе.

Но, делая, делая, делая всё это, я вдруг замечаю, что сама незаметно проваливаюсь в гонку за правильным, выстроенным материнством. Как будто существует какой-то эталон, который я должна догнать. И отсюда снова рождается вопрос:

почему материнство вообще должно быть оформленным?

Почему я не могу просто быть в своём потоке?

Просто расслабленной.

Просто принимающей.

Просто осознанной.

Просто той, кто в конце дня может отпустить весь хаос – и не искать в этом оценки, смысла, структуры.

И самое удивительное – и самое грустное – это то, что мы, женщины, сами часто усиливаем этот внутренний огонь стыда. Как будто подливаем масло в пламя, вместо того чтобы его потушить.

Глядя на других женщин, мы почти автоматически начинаем комментировать, сравнивать, оценивать.

Смотри, она слишком много работает…

Нет, подожди, она слишком часто ходит в кафе… А где её дети?

Почему она так часто оставляет их с няней?

Вот у той дети целый день в садике…

А у той – наоборот, они никогда не ходят в сад…

И вот эти противоположности – разные способы жизни, разные режимы, разные выборы – начинают конфликтовать прямо в воздухе между нами. Сам по себе каждый выбор нормален, живой, человеческий. Но мы начинаем сравнивать, сопоставлять, искать правильное и неправильное. И этим сами же усиливаем этот конфликт.

Мы не просто наблюдаем – мы поддаём энергию, мы раздуваем это внутреннее пламя. Как будто внутри нас есть невидимый критик, который жаждет подпитки. И мы, часто неосознанно, сами даём этому конфликту разгораться.

И вот здесь появляется, наверное, какой-то первый честный ответ на всё это.

Да, нас никто по-настоящему не готовил быть мамами.

Да, мы перестали передавать друг другу женские знания – простые, бытовые, но самые важные.

Часто женщины живут отдельно от своих матерей, а кто-то – вообще очень далеко, как я. Мы не видели, как другие взрослые женщины заботятся о младенцах, о маленьких детях. Мы никогда не наблюдали этот процесс изнутри. Мы росли в нуклеарных семьях или даже совсем одни – и нам в этом было комфортно.

Но одновременно с этим мы потеряли возможность видеть, как растут дети. Как устроен быт, как распределены силы, как справляются с трудностями. И когда мы сами становимся мамами, всё это буквально обрушивается на нас.

Мы оказываемся ошарашены.

Не потому что мы слабые.

Не потому что «не готовы».

А потому что до этого мы просто никогда не жили в среде, где естественно присутствуют дети, младенцы, женская поддержка, круг заботы.

Мы не сталкивались с этим и, честно говоря, не особенно хотели в это погружаться. Жили своей жизнью – и это нормально. А потом – бац – и материнство. И оно оказывается неожиданным, непривычным, порой пугающим. Поэтому мы начинаем приспосабливаться, адаптироваться, искать ответы, устаём, иногда выгораем.

И вот здесь появляется тот самый, очень тихий, но очень важный ответ, который есть не только у женщин, но, кажется, у многих людей:

мне просто хочется научиться быть.

Быть – без оценок.

Жить – без гонки.

Быть в этой жизни – без стыда.

Оставаться собой – даже когда всё меняется.

Просто быть.

И вот я смотрю на своих детей – на своего малыша, которому скоро годик, и на свою дочь, которой уже пять – и понимаю, как сильно я их люблю.

Мне нравится моё материнство.

Мне нравится заботиться о них.

Мне нравится наблюдать, как они растут, как раскрываются, как меняются.

Я люблю своего мужа.

Мне нравится то, как мы живём.

Мне нравятся наши отношения, наши разговоры, наши маленькие семейные ритуалы.

Мне нравится быть в этом всём. Быть частью нашей семьи – такой, какая она есть.

И больше всего мне хочется сохранить внутри себя это спокойствие, эту тишину, эту внутреннюю мягкость. Сохранить тёплый огонь заботы – о себе, о них, о наших отношениях, которые мы создаём каждый день, шаг за шагом, разговор за разговором, прикосновение за прикосновением.

Да, в чём-то мы оказываемся неготовыми.

Да, в чём-то мы бываем неуверенными.

Да, иногда приходит стыд.

Но, наверное, самое важное – учиться сохранять внутри состояние заботы. Не жесткости, не самокритики, не «надо лучше». А именно заботы.

Заботы о себе.

Заботы о детях.

Заботы о семье.

И мне очень хочется запомнить это.

Запомнить то, что я сейчас чувствую.

Запомнить это тепло, эту ясность, эту правду.

Чтобы потом, в дни усталости или сомнений, я могла к этому вернуться – и снова просто быть.

Путь в горы

Иногда моё материнство бывает удивительно лёгким – таким, где всё получается как будто само собой. День идёт ровно, дети смеются, я успеваю чувствовать себя живой, спокойной, цельной.

А иногда бывает наоборот: сил нет совсем, всё валится из рук, и кажется, что я делаю всё не так, что я ошибаюсь, что я не справляюсь. Кто-то назвал бы это эмоциональными качелями, а я называю проще: есть ресурс – нет ресурса.

И всё же само слово «ресурс» уже перестаёт мне нравиться.

В нём будто бы спрятано ожидание – что мама должна быть всегда собранной, спокойной, выдержанной. Как будто где-то есть невидимый бак, который нужно регулярно заполнять кофе, йогой, медитацией… чтобы «продолжать гонку».

Гонку за идеальным материнством, в которую я вовсе не хочу играть, но по привычке всё равно каждый день будто бы вступаю.

Я всё чаще спрашиваю себя:

А может ли быть иначе?

И вначале внутри – только пустота. Я даже не понимаю, что именно может быть по-другому. Что плохого в том, что я ищу этот ресурс, пытаюсь его наполнить, снова и снова?

Но чем глубже я вслушиваюсь, тем отчётливее чувствую: в этом процессе так много усилия.

Так много усталости.

Так мало естественности.

Будто я – лошадь, которую непрерывно подгоняют.

Нужно бежать.

Нужно справляться.

Нужно быть устойчивой, продуктивной, терпеливой.

Но ведь можно же иначе…

Можно просто выйти на воздух.

Пройтись по полю.

Вдохнуть запах трав.

Почувствовать, как ветер касается волос.

Сделать один глубокий вдох и один спокойный выдох – и прожить этот момент не ради «ресурса», а просто потому, что он есть.

И тогда я вдруг вижу: в материнстве я тоже могу быть другой.

Лёгкой. Порхающей. Не стремящейся всё контролировать.

Бабочкой, которая чувствует мгновение ветра и позволяет ему нести себя.

Я могу не искать ресурс – а наслаждаться этими мгновениями. Смотреть на всё чуть со стороны, с мягкостью – и отдаваться потоку жизни.

В такие моменты я вспоминаю себя маленькую – девочку, идущую с бабушкой в горы. Мы долго поднимались по крутым склонам, уставали, иногда жаловались, но поднимались дальше. И когда оказывались наверху, весь мир будто открывался нам заново.

Горы смотрели вниз на город и посёлки, а мы смотрели на них – и наполнялись радостью, тихой гордостью, вдохновением от пройденного пути.

Наверное, такого же созерцания мне хочется в материнстве.

Потому что сейчас всё часто пролетает слишком быстро.

Вот моя пятилетняя дочь – всё ещё маленькая, всё ещё нуждается во мне, но уже такая взрослеющая. И хочется удержать этот миг, впитать его.

А рядом малыш, которому всего год.

Вот он только родился… вот мы приехали домой… и вот ему год.

И снова – хочется задержаться, остановить время, хоть немного посозерцать эту красоту.

И при этом – внешний мир показывает совсем другую картину.

Маркетинговую. Глянцевую.

Вот Новый год – свечи, идеальная скатерть, послушные дети, имбирное печенье, улыбки без слёз.

Вот семейный день рождения – веселье, игривость, нарядные платья, картинки счастья.

Но никто не говорит о реальности: что ребёнок может устать и расплакаться, что мама может вымотаться и хотеть просто поспать, что праздничный стол не всегда получается, что настроение – не картинка.

И в этот момент возникает внутренний разрыв – между тем, что показывают миру, и тем, что происходит у меня в семье.

И я снова задаю себе вопрос:

А принимаю ли я то, что есть?

Или всё ещё пытаюсь жить под ритм внешнего сценария, который ничего не знает о моём дне, моей усталости, моих детях?

И, наверное, как итог, я хочу сказать лишь одно:

мой путь в материнстве действительно похож на прогулку в горы.

Сначала тяжело.

Иногда очень.

Но стоит остановиться хотя бы на мгновение – и открывается красота, ради которой всё это и есть.

Аромат трав, свет в глазах детей, нежность мгновений, чувство пути.

У каждого свой путь.

Но мой – именно такой: трудный, живой, настоящий, наполненный маленькими вершинами, которые делают меня счастливой.