Льюис Кэрролл
Алиса в Стране чудес

Глава I. Через кроличью нору

Алиса сидела на берегу реки и думала о том, что прохлаждаться без дела в жаркий день очень скучно. Рядом устроилась сестра и читала книгу. Алиса пару раз заглянула в текст, но книга показалась ей неинтересной: без картинок и разговоров. «Зачем вообще нужны такие книги, – подумала Алиса, – вот скукотища».

Так она сидела и размышляла, а делать ничего не хотелось, потому что ее и вправду разморило. Она подумала, что может, все-таки, надо встать и насобирать маргариток для венка, но засомневалась, что это улучшит ее настроение. А спать как хочется!

И тут случилось неожиданное. Мимо пробежал Белый Кролик, поблескивая розовыми глазками. Да-да, именно так его и звали, тем более что шкурка у него действительно белая. И это еще ничего, но на Кролике был самый настоящий жилет. А еще Кролик пробормотал: «О господи, я опаздываю!»

Потом, когда Алиса вспоминала эту историю, ей пришло в голову, что в такой момент надо было удивиться, а она почему-то воспринимала это как нечто обыденное. Но только до тех пор, пока Кролик не вынул из жилетного кармана настоящие часы, посмотрел на них и поспешил дальше!

Вот тут Алиса вскочила на ноги, потому что она никогда не видела, чтобы кролики носили в жилетном кармане часы. Сгорая от любопытства, она побежала за Кроликом через поле и, к счастью, успела заметить, где он нырнул в большую нору, которая пряталась в траве рядом с изгородью.

Девочка забежала в нору, которая показалась ей туннелем, и помчалась дальше, не думая о том, сможет ли выбраться обратно. Внезапно нора закончилась провалом, в который угодила Алиса. Она падала, поскольку нора теперь была не нора, а колодец.

И надо сказать, колодец этот был очень глубокий, то есть он вообще никак не кончался. А может, Алиса падала слишком медленно? В любом случае, ей хватило времени поразмышлять. Она попыталась рассмотреть что там внизу, но ничего не получилось. Тогда Алиса принялась рассматривать стенки колодца. К ее удивлению, они состояли из книжных полок и шкафов. А где их не было, на крючках висели географические карты и фотографии.

Алиса осмелела и на лету схватила с полки небольшую баночку. На ней было написано АПЕЛЬСИНОВЫЙ МАРМЕЛАД, но, увы, баночка оказалась пустой. Алиса не стала бросать банку вниз (вдруг она там кого-нибудь убьет), и ухитрилась поставить ее на полку другого шкафа, мимо которого пролетала. «Ну что ж! – подумала Алиса, если я умею ТАК падать, я смогу и с лестницы упасть, и мне ничего не будет! Дома все считали бы меня очень храброй! Да я бы и с крыши дома могла спрыгнуть!» И, видимо, это действительно было так.

Она летела вниз, вниз, вниз… Неужели это падение никогда не закончится?

– Интересно, сколько миль я уже пролетела? – громко сказала Алиса.

И принялась размышлять: «Ну, допустим, я уже где-то около центра Земли. Значит, это около четырех тысяч миль…»

Да-да, Алиса хорошо училась в школе и знала некоторые умные слова, но здесь не было никого, кто бы это оценил. Но на всякий случай она спросила:

– А какая здесь может быть широта и долгота?

И даже если бы ей кто-нибудь ответил, она бы не поняла, потому что, все-таки, была девочкой и не успела изучить все премудрости.

Ей не хотелось лететь молча.

– И я пролечу всю Землю? – воскликнула она. – Но там же, с другой стороны, люди вниз головой ходят! И зовут их… Антипами!

Тут она спохватилась, что сказала что-то не то, и обрадовалась, что ее никто не слышит. Но молчать всё равно не хотелось.

– Но мне придется спросить, как называется их страна, – продолжила она. – Извините, мэм, это Новая Зеландия или Австралия?..

Она попыталась сделать реверанс, представив, как это будет на той стороне Земли. А вы попробуйте сами! Думаете это легко, когда паришь в воздухе?

«Да они же меня сочтут невеждой, – подумала Алиса. – Нет, я так спрашивать не буду. Надеюсь, там будет какая-нибудь надпись или вывеска…»

Вниз, вниз, вниз. Делать было нечего, и Алиса вскоре снова начала говорить.

– Я думаю, Дина будет очень скучать по мне сегодня вечером!

Так звали ее кошку.

– Дина, милая, как бы я хотела, чтобы ты была сейчас здесь со мной! Здесь, конечно, нет мышей, но ты могла бы поймать летучую мышь! А вот интересно, кошки едят летучих мышей?..

Так бормотала Алиса, засыпая. И сквозь сон продолжала: «Кошки едят летучих мышей? Кошки едят летучих мышей? Летучие мышки едят котей?..»

 В общем, уже не имело значения, что она говорила. Ее всё равно никто не слушал. Во сне она увидела Дину, взяла ее под руку (в смысле, под лапу) и осведомилась: «Дина, скажи честно, ты когда-нибудь ела летучих мышей?»

И тут ба-бах! Алиса упала на кучу сухих веток и листьев и сразу же проснулась.

Нет-нет, она совсем не ушиблась и вскочила на ноги. Она посмотрела вверх, но, кроме темноты, ничего не увидела. Но впереди виднелся длинный проход, по которому удирал Кролик! Алиса помчалась за ним, боясь потерять, и расслышала, как он, свернув за угол, пропищал: «О, мои ушки и усики, как же я опаздываю!» Когда Алиса добежала до угла, Кролика не было видно. Зато девочка очутилась в длинном зале, освещенном рядом люстр, свисавших с невысокого потолка.

В зал вело много дверей, как выяснилось, запертых. Алиса попробовала открыть их все, и когда ничего не получилось, вернулась в центр зала. Тут она наткнулась на маленький столик – стеклянный и трехногий. На нем лежал маленький золотой ключик, и Алиса подумала, что он от одной из дверей, но куда там: он не подходил ни к одной.

И тут Алиса наткнулась на небольшую занавеску, отодвинула ее и обнаружила еще одну маленькую дверку – не более пятнадцати дюймов высотой! Как же она не заметила ее раньше? Девочка попробовала открыть замок маленьким ключиком и, о радость, он подошел!

Алиса открыла дверку и увидела небольшой коридор, по которому может пробежать разве что крыса. Но, встав на колени, девочка увидела, что коридорчик этот выходит в самый прекрасный сад, который только можно вообразить. Вот бы погулять по нему!

Алисе очень захотелось побродить среди ярких клумб и прохладных фонтанов, но ведь в эту дверь даже голова не проходит!

«Но даже если бы голова прошла, – подумала Алиса, – от этого мало толку. Вот если бы я умела складываться как телескоп! Да, я бы сложилась, если бы знала, с чего начать».

Да, за последнее время произошло столько необычных вещей, что Алиса начала верить, что ничего невозможного нет.

Ждать у маленькой двери не было смысла, и Алиса вернулась к столу. А вдруг там уже лежит другой ключ или книга с названием «Как превращаться в телескопы»? Но на столе обнаружилась маленькая бутылочка. «Ее здесь раньше не было», – отметила про себя Алиса. На боку пузырька виднелась этикетка со словами ВЫПЕЙ МЕНЯ – красивые крупные буквы.

Да, это очевидный совет, но маленькая умная Алиса не спешила. Она прекрасно знала, читала рассказы о детях, которые обжигались, попадали в пасть диких зверей и с которыми случались другие не менее ужасные истории. А всё потому, что дети не помнили простые правила, например: если вы хватаетесь за раскаленную кочергу, она вас обжигает, а если вы порежете палец ножом, пойдет кровь, и, конечно, если вы пьете из бутылочки с надписью «яд», то, рано или поздно, для вас это кончится плохо.

– Нет уж, – сказала Алиса, – сначала я посмотрю, нет ли на бутылочке этикетки с надписью «яд».

Но ничего подобного на бутылочке не оказалась. Алиса отхлебнула из нее и почувствовала, что питье весьма вкусное – в нем ощущались ароматы вишневого пирога, заварного крема, ананаса, жареной индейки, ириски и горячего тоста с маслом. Алиса выпила всё.

– Какое-то странное чувство! – воскликнула Алиса. – Так, наверное, бывает, когда складываешься как телескоп…

Так оно и было: она превратилась в девочку десяти дюймов ростом. Радость наполнила ее – ведь теперь она могла пройти через ту маленькую дверку. Но сначала Алиса подождала несколько минут, потому что ее беспокоило, что она станет совсем крошечной. «А ведь это может кончиться тем, что я совсем исчезну, – подумала она, – и во что же я тогда превращусь? Куда девается пламя свечи, когда ее задувают?» Она так и не смогла что-нибудь придумать по этому поводу.

Немного погодя, поняв, что ничего больше не происходит, Алиса решила немедленно отправиться в сад. Но, ужас! Дверка оказалась закрытой! И тут девочка вспомнила, что забыла ключ на столе! А когда вернулась к столу, обнаружила, что маленький золотой ключик лежит так высоко, что ей никак до него не дотянуться. Она ясно видела его через стеклянную столешницу, но, когда попробовала забраться по одной из стеклянных ножек, ничего не получилось, потому что ножка оказалась весьма скользкой.

Алиса очень устала от этих бесплодных попыток, села и зарыдала. Но потом сказала себе: «Нет, хватит плакать! Алиса, немедленно прекрати!» Она подумала, что обычно дает себе очень правильные советы, но не следует им, а иногда ругает себя так, что на глазах выступают слезы. И тут вспомнила, как пыталась выдрать себя за уши за то, что смухлевала во время игры в крокет, когда играла сама с собой, ведь она очень любила притворяться двумя людьми сразу.

«Но теперь даже это не поможет, – подумала она. – Из меня сейчас не то что двух, а одного порядочного человека не получится…»

Тут ее взгляд упал на стеклянную коробочку, которая лежала под столом. Алиса открыла ее и увидела внутри маленький торт, на котором было красиво написано джемом из смородины: СЪЕШЬ МЕНЯ.

– Значит так, – сказала Алиса, – съем, и если стану больше, то дотянусь до ключа. Если же стану еще меньше, то смогу проскользнуть под дверь: я очень хочу попасть в сад, и мне всё равно, что произойдет!

Она так и сделала: съела кусочек лакомства. Потом положила руку на макушку, чтобы понять, в какую сторону растет. И очень удивилась, что ее рост не изменился. Вообще говоря, обычно так и происходит после того, как съешь кусочек торта, но Алиса уже привыкла к чудесам и не ждала, что события окажутся такими скучными. Поэтому она продолжила свою работу, и скоро от тортика ничего не осталось…

Глава II. Озеро слез

– Всё курьезнее и курьезнее! – воскликнула Алиса. Она была так удивлена, что на мгновение забыла, как говорить на хорошем английском. – Теперь я раскладываюсь, как самый большой телескоп, прощайте, ноги!

Она смотрела на ноги, а они куда-то пропадали из виду, оставаясь внизу. «О, мои бедные маленькие ножки, интересно, кто теперь будет надевать на вас туфли и чулки? Дорогие мои, я уверена, что теперь уже не смогу! Я буду слишком далеко, и вам придется справляться с проблемами самостоятельно, так что делайте это как можно лучше. Но я должна быть добра к ним, – думала Алиса, – иначе они будут ходить не так, я захочу! Дайте-ка подумать: я буду дарить им новую пару сапожек на каждое Рождество!»

И она принялась размышлять, как будет это делать. «Придется отправлять подарки курьером, – решила она, – и вообще, это смешно, посылать подарки собственным ногам. И какой странный будет адрес!»

Госпожа правая нога Алисы, Очаг,

рядом с решеткой камина.

(от Алисы с любовью)

«О боже, какую чушь я несу!»

В этот момент она ударилась головой о потолок зала, ведь она выросла больше чем на девять футов. Алиса схватила маленький золотой ключик и поспешила к двери в сад. Бедная девочка! Всё, что она могла – лежать на боку у дверцы и смотреть одним глазом на дивный сад. И мечтать нечего попасть туда! Алиса уселась на полу и заплакала.

«Тебе должно быть стыдно, – всхлипывала она, – что такая замечательная девочка как ты, снова плачет! Прекрати сейчас же, говорю тебе!»

Да, она вполне могла так сказать, но слезы лились ручьем до тех пор, пока вокруг Алисы не образовалась большущая лужа около четырех дюймов глубиной, и которая заняла половину зала.

Вскоре она услышала топот чьих-то ног и вытерла глаза, чтобы получше разглядеть, кто же это там бежит. Это возвращался Белый Кролик, который переоделся как на торжественный прием. В одной лапке он держал пару белых лайковых перчаток, а в другой – большущий веер. Он очень торопился и приговаривал на бегу:

– Ах, герцогиня, герцогиня! Ведь она очень разозлится, если я заставлю ее ждать!

Алиса была в таком отчаянии, что согласилась бы просить помощи у кого угодно. Поэтому, когда Кролик приблизился к ней, она пробормотала низким, робким голосом: «Будьте добры, сэр…» Кролик резко обернулся, уронил белые лайковые перчатки и веер и со всех ног помчался в темноту.

Алиса подняла веер и перчатки, а поскольку ей казалось, что в зале жарковато, принялась обмахиваться веером, не переставая вздыхать: «Дорогая, дорогая! Как это всё странно сегодня! Ведь вчера же всё было нормально. Так, может, это я изменилась за ночь? Дайте-ка подумать, а была я сама собой, когда проснулась утром? Мне кажется, я чувствовала себя как-то иначе… Но если меня подменили, то вот главный вопрос: кто же я теперь? Это и впрямь большая загадка!»

И она принялась вспоминать знакомых ей детей того же возраста, что и она сама, чтобы понять, не могла ли она превратиться в кого-нибудь из них.

«Я уверена, что я не Ада, – думала Алиса, – потому что ее прическа – сплошные кудряшки, а у меня совсем не так. Еще я точно знаю, что я не Мейбл, потому что я знаю много чего, а она вообще ничего не знает! И, кроме того, она – это она, а я – это я, и… – о боже, как же всё запуталось! Надо срочно выяснить, знаю ли я то, что знала раньше. Посмотрим: четыре раза по пять – это двенадцать, четыре раза по шесть – тринадцать, четыре раза по семь – о боже! Я так никогда не дойду до двадцати! Нет, таблица умножения ничего не значит: давайте попробуем географию. Лондон – столица Парижа, а Париж – столица Рима, а Рим… – нет, это всё неправильно, я же знаю! Видимо, меня подменили на Мейбл! Дай-ка я попробую рассказать стишок «Как там маленький крокодил…»

И она, скрестив руки на коленях, словно делая уроки, начала повторять стих, но голос ее звучал хрипло и странно, а слова были совсем не такие, как нужно.

Как там маленький крокодил?

Он ныряет прямо в Нил.

Отрастил блестящий хвост

Весь из золотистых звёзд.

Ухмыляется зубастый,

Когти – это вам не ласты.

Хочет рыбок приманить,

Чтобы сразу проглотить!

– Я уверена, что это не те слова, – вздохнула бедная Алиса, и ее глаза снова наполнились слезами. – Всё ясно, я Мейбл! И жить я буду здесь, в этом маленьком домике, где совсем нет игрушек, зато очень много уроков, которые надо выучить. Итак, я решила, если я Мейбл, я остаюсь здесь! И никто не склонится надо мной и не скажет: «Возвращайся наверх, дорогая!» А я бы только подняла глаза и сказала: «А я кто? Сначала скажите, кто я, и, если мне понравится быть этим человеком, я вернусь, а если нет, останусь здесь, пока не стану кем-нибудь другим…»

– Но, господи, – воскликнула Алиса сквозь слезы, – Я так хочу, чтобы кто-нибудь появился! Я так устала быть одна!

Сказав это, она поглядела на руки и обнаружила, что надела одну из перчаток Кролика. Но перчатки такие маленькие! «Как же это получилось, – подумала Алиса, – наверное, я снова стала маленькой».

Она встала и подошла к столу, чтобы сравнить свой рост с его высотой, и обнаружила, что ее рост уже около двух футов и продолжает быстро уменьшаться. Она внезапно поняла, что причина этого – веер, который держала в руках, и сразу же бросила его, и надо сказать, как раз вовремя, а то бы стала совсем крохотной.

– Да я же чуть не погибла! – закричала Алиса, напуганная такими переменами, но и довольная тем, что всё еще существует. – А теперь в сад!

И она помчалась к маленькой дверце, но, увы, та снова оказалась закрыта, а ключик, как и прежде, лежал на столе. «И всё стало еще хуже, чем прежде, – подумала девочка, – я никогда не была такой маленькой, и это ужасно». Тут она поскользнулась и бултых! – оказалась по шею в соленой воде. Ей пришло в голову, что она каким-то образом попала в море. «Ну, тогда я смогу вернуться на поезде», – подумала она.

Алиса была на море всего один раз, и поэтому думала так: куда бы вы ни приехали на английское побережье, вы увидите множество передвижных купален в воде недалеко от берега, детей, копающих песок деревянными лопатками, а дальше на берегу отели с меблированными комнатами, а за всем этим – железнодорожную станцию.

Но вскоре Алиса поняла, что плавает в луже слез, которые наплакала, когда была девяти футов ростом.

– И зачем я столько ревела, – сказала Алиса, барахтаясь в воде. Она пыталась как-то выбраться на сушу. – Видимо, в наказание за это, утону в собственных слезах! Это, конечно странно, но сегодня всё как-то не так!

Тут она услышала, что в слезном озере плещется кто-то еще. Она подплыла поближе, чтобы разглядеть, кто же там такой. Алиса подумала, что это, наверное, морж или бегемот, но вспомнила, какая она маленькая. И правда – неподалеку барахталась мышь, которая, видимо, тоже случайно упала в воду.

«А что будет, – подумала Алиса, – если я поговорю с этой мышью? Здесь всё так необычно, и я не удивлюсь, если она сможет говорить. Во всяком случае, стоит попробовать». И она попыталась начать разговор:

– Уважаемая мышь! Вы случайно не знаете, как выбраться из этого моря? Я так устала здесь плавать!

Алиса решила, что так, наверное, и надо говорить с мышью. А потом вспомнила, что видела в какой-то книжке своего брата обращение «О, мышь!»

Мышь внимательно посмотрела на девочку, подмигнула, но ничего не ответила.

«Возможно, она не понимает по-английски, – подумала Алиса. – Я осмелюсь предположить, что это французская мышь, прибывшая в наши края вместе с Вильгельмом Завоевателем».

Алиса немного знала историю, но не настолько хорошо, чтобы ясно представлять себе, когда могли произойти такие события. Поэтому она вновь попыталась завязать беседу, но теперь уже на французском языке:

– Уи ма ша? – спросила она, потому что это было первое, что она вспомнила из учебника французского языка. Мышь чуть не выпрыгнула из воды и, судя по всему, затряслась от страха.

«Господи, это же означает «Где моя кошка?» – ужаснулась Алиса. Надо было срочно исправлять положение.

– О, прошу прощения! – затараторила девочка. Я не хотела задеть ваши чувства! Я совсем забыла, что вы не любите кошек.

– Не люблю кошек! – заверещала тоненьким голоском мышь. – А вам бы нравились кошки, если бы вы оказались на моем месте?

– Конечно, скорее всего, нет, – заверила ее Алиса. – Не сердитесь на меня. И всё же я хотела бы показать вам нашу кошку Дину: думаю, вы полюбили бы кошек, если бы познакомились с ней. Она такая милая тихоня, – вполголоса продолжала Алиса, думая о чем-то своем, и стараясь держаться на поверхности воды. – Она так мило мурлычет у огня, лижет лапы и умывает мордочку, ее так приятно гладить, и она так здорово ловит мышей… О, прошу прощения!

Последние слова Алиса почти прокричала, потому что увидела, как у мыши вся шерсть встала дыбом, а это, видимо, означало, что мышь действительно обиделась.

– Мы больше не будем о ней говорить, если вы не хотите, – заверила Алиса.

– Еще бы! – воскликнула мышь, которая и в самом деле дрожала до самого кончика хвоста. – Не стану я говорить на эту тему! В нашей семье всегда ненавидели кошек: мерзкие, низкие, вульгарные твари! Не произносите больше это имя!

– Не буду! – пообещала Алиса, и поспешила сменить тему разговора. – А вы любите собак?

Мышь не ответила, и Алиса торопливо продолжила:

– Возле нашего дома живет такая милая собачка, я бы обязательно ее вам показала! Маленький терьер с красивыми большими глазами, и знаете, с такой длинной вьющейся коричневой шерстью! Она умеет приносить предметы, которые вы бросите, и так забавно сидит, когда хочет поклянчить еду. Да она много умеет, я уж всего и не помню, а фермер, ее хозяин, говорит, что она стоит сто фунтов! Он рассказал, что она передушила всех крыс и…

Раздался сильный плеск.

– О боже! – завопила Алиса, – я, кажется, опять обидела вас!

Но мышь уже не слушала. Изо всех сил она уплывала прочь, да так, что плеск разносился над всем слезным морем.

– Дорогая мышь, вернитесь, – позвала Алиса. – Мы не будем говорить о кошках и собаках, раз уж они вам не нравятся!

Мышь все-таки услышала это, потому что медленно поплыла обратно. На ее мордочке застыло выражение обиды. «Надо же, какая чувствительная», – подумала Алиса. А мышь произнесла тихим дрожащим голосом:

– Давай доберемся до берега, и тогда я расскажу тебе свою историю, и ты поймешь, почему я ненавижу кошек и собак.

И вправду пора было двигаться к берегу, потому что слезное море начало переполняться птицами и животными, которые каким-то образом упали в него: рядом появились Утка и Додо, Лори, Орленок и несколько других любопытных существ. Алиса крикнула им, чтобы они плыли за ней, и вся компания направилась к берегу.

Глава III. Гонка на выживание и длинная сказка

Эти существа и впрямь представляли собой странную компанию: птицы с растрепанными перьями, животные со слипшимся мехом, все мокрые, исхудавшие и растерянные. Да, странная компания собралась на берегу.

Им, конечно, очень хотелось высушиться, но как это сделать? Они посовещались, и через несколько минут Алиса уже не удивлялась, что разговаривает с ними как со старыми знакомыми. И правда, она довольно долго спорила с Лори, который, в конце концов, разобиделся и только сказал: «Я старше тебя и должен знать лучше». Алиса, может быть, и согласилась бы с ним, но только после того, как узнала, сколько ему лет. А так как он наотрез отказался говорить сколько, разговор сам собой прекратился.

Наконец Мышь, которая казалась наиболее респектабельным существом в этой компании, воскликнула:

– Садитесь рядом и послушайте меня! Скоро я сделаю так, что вы просохните!

Вся компания собралась в большой круг, в центре которого оказалась Мышь. Алиса с тревогой смотрела на нее, так как была уверена, что простудится, если в ближайшем времени не высохнет.

– Ну-ну! – сказала Мышь с важным видом, – вы все готовы? Вот самая сухая вещь, которую я знаю. Тишина кругом, будьте добры! Вильгельм Завоеватель, чьему делу благоволил Папа, вскоре был покорен англичанами, которым нужны были вожди, а в последнее время они привыкли к узурпации и завоеваниям. Эдвин и Моркар, графы Мерсии и Нортумбрии…

– Уфф! – выдохнул Лори, содрогнувшись.

– Прошу прощения! – сказала Мышь, нахмурившись, но очень вежливо. – Вы что-то сказали?

– Нет, это не я! – поспешно ответил Лори.

– Я думаю, это всё-таки вы! – заявила Мышь. – Итак, я продолжаю. Эдвин и Моркар, графы Мерсии и Нортумбрии, выступили под его знаменами, и даже Стиганд, патриотический архиепископ Кентерберийский, нашел целесообразным…

– Нашел что?.. – спросила Утка.

– Вот это и нашел! – раздраженно ответила Мышь. – Вы, конечно, знаете, что означает «вот это»!

– Я хорошо знаю, что означает «это», когда нахожу какую-нибудь вещь, – сказала Утка, – обычно это лягушка или червячок. Вопрос в том, что нашел архиепископ?

Мышь проигнорировала этот вопрос и торопливо продолжила:

– …нашел целесообразным отправиться с Эдгаром Этелингом на встречу с Вильгельмом и предложить ему корону. Поначалу Вильгельм вел себя сдержанно. Но наглость его норманнов… Как дела, моя дорогая? – продолжила она, повернувшись к Алисе.

– Как всегда, мокро, – меланхолично ответила Алиса. – Мне кажется, я никогда не высохну!

– В таком контексте, – торжественно произнес Додо, поднимаясь на ноги, – я предлагаю объявить перерыв, чтобы незамедлительно принять более энергичные меры…

– Говорите по-английски! – воскликнул Орленок. – Я не знаю половины этих длинных слов, и, более того, я не верю, что вы сами их знаете!

И Орленок наклонил голову, чтобы скрыть улыбку: некоторые птицы громко защебетали.

– Я хотел сказать, – обиженно произнес Додо, – что лучшее, что поможет нам выйти сухими из воды, – это гонки на выживание.

– Что такое гонки на выживание? – спросила Алиса. Она не то, чтобы хотела это узнать, но Додо замолчал, и пауза затягивалась.

– Ну так вот, – продолжил Додо, – лучший способ объяснить – поучаствовать в этом. (И, поскольку вы, возможно, захотите попробовать сделать это сами, в один прекрасный зимний день я расскажу вам, как это удалось Додо).

Сначала Додо разметил трассу для гонок в виде почти что круга. «Точная форма не имеет значения», – объяснил он, занимаясь делом. Затем расставил всех участников вдоль трассы – так, чтобы они не мешали друг другу. И гонка началась.

Не было никаких «один, два, три – старт», так что все начинали бежать, когда хотели, и останавливались, когда уставали, и поэтому никто не мог понять, когда закончится гонка. Но когда они побегали с полчаса или около того и уже совсем обсохли, Додо вдруг крикнул: «Гонка окончена!», и все столпились вокруг него, задыхаясь и спрашивая: «А кто же победил?»

На этот вопрос Додо не смог ответить без долгих раздумий, поэтому он долго сидел, прижав один палец ко лбу (именно в такой позе обычно изображают Шекспира на картинках), а остальные молча ждали. Наконец Додо сказал: «Все выиграли, и все должны получить призы».

– А кто вручает призы? – наперебой загорланили вокруг.

– Конечно, она, – объяснил Додо, указывая на Алису одним пальцем, и участники гонки тут же столпилась вокруг нее, сбивчиво выкрикивая: «Призы! Призы!»

Алиса не знала, что делать, и в отчаянии сунула руку в карман. Ее рука натолкнулась на какую-то коробочку. Алиса вытащила ее и отрыла. Внутри были настоящие сокровища: множество разных конфет и других лакомств! И как это в коробочку не попала соленая вода? Девочка вручила каждому существу по одной конфете, их оказалось ровно столько, сколько нужно! Коробочка опустела.

– Но она сама должна получить приз, – заметила Мышь.

– Конечно, – серьезно сказал Додо. – А посмотри, что у тебя еще в кармане? – продолжил он, обращаясь к Алисе.

– Только наперсток, – грустно ответила Алиса.

– Дай-ка его сюда, – попросил Додо.

Затем участники гонки столпились вокруг Алисы, а Додо торжественно вручил ей наперсток, сказав: «Мы просим вас принять этот замечательный приз». Все сразу же зааплодировали.

Алисе это показалось очень нелепым, но окружающие выглядели так серьезно, что она не осмелилась засмеяться, и, не придумав, что сказать, просто поклонилась и взяла наперсток с таким торжественным видом, на какой только была способна.

Вдруг все поняли, что проголодались, поэтому конфеты, засахаренные фрукты и леденцы оказались очень кстати. Сразу начались шум и неразбериха. Одни угощали других, кто-то жаловался, что ему не досталось той вкусняшки, которую он хотел. Маленькие птицы давились и кашляли, их пришлось хлопать по спине. Наконец, трапеза закончилась, и существа снова уселись в кружок вокруг Мыши и попросили ее рассказать что-нибудь другое.

– Вы обещали рассказать свою историю, – напомнила Алиса. – В смысле, почему вы ненавидите К и С, – добавила она шепотом, боясь, что Мышь снова обидится.

– Моя история длинная и печальная, как мой хвост! – ответила Мышь, повернувшись к Алисе, и вздохнула.

Алиса, с удивлением поглядела на хвост Мыши.

– Хвост, конечно, длинный, – сказала девочка, – но почему ты называешь его печальным?

Пока она ломала голову над этим вопросом, Мышь заговорила, и ее рассказ был примерно таким:

Кошка Фур сказала мышке,

Увидав ее в домишке:

Будем следовать закону

О защите прав бекона.

Я тебя найду везде,

Так что встретимся в суде.

Завтра утром я свободна,

Справедлива, благородна.

Мышь сказала кошке Фур:

Нет у нас адвокатур.

Ерунда, сказала кошка

Буду я судьей немножко

А потом как прокурор

Зачитаю приговор.

И без всякого сомненья

Будет приговор к съеденью.

– Ты меня не слушаешь! – возмутилась Мышь, посмотрев на Алису. – О чем ты только думаешь?

– Ой, извините, – прошептала Алиса. – Вы, кажется, уже дошли до пятой главы?

– Да ничего подобного! – завопила Мышь.

– Ну, вы же просто запутались, это простой узел! – сказала Алиса, не переставая оглядываться по сторонам (вдруг кому-то могла потребоваться ее помощь). – О, позвольте, я помогу его развязать!

– Да что это такое! – воскликнула Мышь, вставая и уходя. – Ты оскорбляешь меня, говоря такие глупости!

– Я не хотела этого! – расстроилась Алиса. – Но тебя так легко обидеть, ты же знаешь!

В ответ Мышь только зарычала.

– Пожалуйста, вернись и закончи свою историю! – позвала Алиса, и все остальные хором поддержали: «Да, пожалуйста!», но Мышь только нетерпеливо покачала головой и зашагала быстрее.

– Как жаль, что она ушла! – вздохнул Лори, как только мышь скрылась из виду, а умудренная опытом Крабиха воспользовалась случаем, чтобы сказать сыну:

– Вот, мой дорогой! Пусть это послужит тебе уроком: никогда не теряй самообладания!

– Попридержи язык, мама! – немного раздраженно ответил крабик. – Ты даже устрицу выведешь из себя!

– Как бы мне хотелось, чтобы здесь оказалась наша Дина! – сказала Алиса вслух, ни к кому конкретно не обращаясь. – Она бы мигом притащила ее обратно!

– Осмелюсь полюбопытствовать, кто такая Дина? – подал голос Лори.

Алиса с готовностью объяснила, ведь она любила рассказывать о своем питомце:

– Дина – это наша кошка. Вы и представить себе не можете, как она ловит мышей! А как она охотится за птицами! Уж если увидит птичку, обязательно поймает и съест!

Среди собравшихся поднялся невиданный переполох. Некоторые птицы улетели сразу, другие пытались соблюдать видимость приличий. Одна старая сорока начала тщательно укутываться, заметив: «Мне пора домой, ночной воздух не подходит моему горлу!», а канарейка дрожащим голосом позвала своих детей: «Улетайте, мои дорогие! Вам давно пора ложиться спать!»

Под разными предлогами все звери ушли, птицы улетели, и вскоре Алиса осталась одна-одинёшенька.

«Лучше бы я не упоминала о Дине! – меланхолично сказала она себе. – Похоже, здесь ее никто не любит, а я уверена, что она самая лучшая кошка на свете! О, моя дорогая Дина! Интересно, увижу ли я тебя когда-нибудь еще!» И тут бедная Алиса снова начала плакать, потому что чувствовала себя очень одинокой и несчастной. Однако через некоторое время услышала вдалеке негромкий звук шагов и с нетерпением подняла голову, всё еще надеясь, что Мышь передумала и возвращается, чтобы закончить свою историю.

Глава IV. Кролик и Маленький Билл

Но это возвратился Кролик, и, судя по всему, в скверном настроении. Он тревожно оглядывался по сторонам, как будто что-то потерял, и Алиса услышала: «Герцогиня! Герцогиня! О, мои дорогие лапы! О, моя шкурка и усы! Она меня казнит, это точно, как дважды два – четыре! Где же я их потерял?»

Алиса сразу догадалась, что он ищет веер и пару белых лайковых перчаток, и принялась искать их, но… О боже, их не только нигде не было, но всё вокруг изменилось: исчезло слезное море, исчез зал со стеклянным столиком и маленькой дверью.

Тут Кролик заметил Алису и сердито закричал:

– Мэри Энн, что ты здесь делаешь? Беги домой и быстро принеси мне пару перчаток и веер! Давай же, скорей!

Алиса так испугалась, что сразу побежала в направлении, которое указал Кролик, не пытаясь объяснить, что произошла очередная ошибка.

«Он принял меня за свою горничную, – думала она на бегу. – Как же он удивится, когда узнает, кто я такая! Уж лучше я отнесу ему веер и перчатки, конечно, если смогу найти».

Тут она подбежала к маленькому аккуратному домику, на двери которого висела яркая латунная табличка с именем «Б. Кролик». Алиса вошла без стука и поспешила наверх, очень боясь, что встретит настоящую Мэри Энн, которая выставит ее из дома прежде, чем она найдет веер и перчатки.

«Как странно, – подумала Алиса, – отправлять посылки для кролика! Наверное, Дина теперь будет отправлять сообщения мне!»

И она представила, как это может быть: «Дорогая Алиса! Приходите скорее сюда, мне очень хочется погулять!» И ответ: «Дорогая, я сейчас буду! Я только должна убедиться, что мышь еще не убежала».

«Вот только я не думаю, что Дину оставили бы в доме, если бы она начала командовать людьми!» – призналась себе Алиса.

Она зашла в маленькую, хорошо прибранную комнату, и подошла к столу у окна. Как она и предполагала, на столе лежал веер, а рядом – две или три пары крошечных белых лайковых перчаток. Алиса взяла веер и перчатки, но тут ее взгляд упал на маленькую бутылочку, стоявшую на трюмо. На этой бутылочке не было этикетки с надписью «ВЫПЕЙ МЕНЯ», но, тем не менее, Алиса откупорила ее и поднесла к губам. «Я знаю, что всякий раз, когда я что-нибудь съем или выпью, происходит что-то странное, – подумала она, – так что я просто посмотрю, на что способна эта бутылка. Хотелось бы снова стать большой, мне так надоело быть куколкой!»

И результат появился гораздо раньше, чем она ожидала. Не успела выпить бутылочку до половины, а голова уже стукнулась о потолок. Алисе пришлось нагнуться, чтобы не сломать шею. Девочка поспешно отложила бутылочку и подумала: «Ну всё, хватит! Я же так не смогу выйти через дверь!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.