Роман Батаков
Протеус.Побег.

© Роман Геннадьевич Батаков, 2025

ISBN 978-5-0062-1815-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Подготовка к полёту

Над горизонтом зелёной цветущей планеты медленно поднимался светло-синий диск родительской звезды. Её лучи окрашивали небо в приятные голубоватые тона, нежно касаясь верхушек устремлённых вверх зданий – основных строений небольшого населённого пункта.

Эти же лучи нежно освещали высокие деревья, лес которых раскинулся вокруг городка на огромной площади. Городок был небольшим, его основным назначением была транспортная функция. Весь живущий в нём народ был обслуживающим или связанным персоналом, обеспечивающим работу космопорта.

По площади космопорт даже немного превосходил сам городок, что позволяло принимать достаточно большие транспортные и грузовые корабли.

Этот городок со своим космопортом и лесами вокруг принадлежал Орионской цивилизации. Планета называлась Тумесоут и среди орионцев также была известна как планета учёных. Здесь много времени назад было решено разместить все научные исследовательские центры для проведения экспериментов и обучения научных сотрудников подальше от столицы и других обитаемых колоний.

Столицей Орионской цивилизации была планета Минтаки, где располагался основной дипломатический аппарат и которая считалась родным домом для всей цивилизации. Своё светило орионцы называли также, как и свою планету – Минтака. Это было сделано для упрощения навигации, и на всех картах на космических кораблях она обозначалась как система Минтака.

На посадочной площадке космопорта стоял огромный космический корабль. Его длина составляла около трёхсот метров, а высота – около пятидесяти. Корабль напоминал вытянутый цилиндр, который немного утолщался к середине и сужался к концу.

По всему корпусу корабля на разных уровнях располагались многочисленные иллюминаторы. Пока они не светились, потому что внутри не было ни одного пассажира. Это было специальное транспортное судно, переоборудованное учёными для своих экспериментов. На борту находилось множество соответствующего оборудования, и многие помещения уже были приспособлены для использования в таких целях.

Командир корабля, орионец по имени Зетус Шак, прибыл к своему кораблю первым. Он медленно обошёл судно, внимательно рассматривая каждую деталь и каждый стык на корпусе. Это было частью инструкции по предполётной подготовке, которую он всегда выполнял с большим удовольствием.

Кроме того, это был его корабль, на котором он облетел много звёздных систем, и в каком-то смысле он считал его своим верным другом. Закончив внешний осмотр, Зетус Шак по эскалатору поднялся на борт своего корабля. Затем он открыл отсек кабины, прикоснувшись пальцами рук к голографической панели на двери, и испытал особое чувство наслаждения. Для него каждый полёт был не только удовольствием, но и возможностью получить впечатления и опыт.

Капитан Зетус Шак был среднего для орионцев роста – около трёх метров. Он носил особый тёмно-синий комбинезон, на правой стороне груди которого красовалась блестящая переливающаяся эмблема в виде родной планеты. Это был отличительный знак принадлежности хозяина комбинезона к научному сообществу.

Капитан был уже немолодым орионцем, взрослым, но не пожилым. Он был опытным пилотом и зарекомендовал себя только с лучшей стороны. Почти все орионцы были немного пилотами. Можно было выбрать любого из них наугад, и не ошибиться: у многих был допуск к полётам, хотя и в разной степени. Но Зетус Шак был не просто рядовым пилотом. У него был допуск к специальным транспортным пассажирским кораблям, а получить такой допуск было непросто, поэтому пилоты вроде него особенно ценились.

Зайдя в кабину, капитан первым делом подошёл к своему рабочему месту. Его кресло словно приветствовало своего командира. Оно автоматически приняло определённую позу, и над ней загорелся мягкий голубоватый свет. Зетус аккуратно опустился в кресло. Панель перед ним также мягко и беззвучно включилась, сообщая капитану о готовности к работе.

Капитан любил свою работу и не спешил сразу запускать все системы. Для него это был особый момент, похожий на ритуал. Ему нужно было морально настроиться, почувствовать свой корабль, слиться с ним.

Он медленно провёл рукой по панели, словно поглаживая её, и все приборчики и информационные панели вспыхнули разными цветами. Так они откликнулись на прикосновения своего командира, информируя о полной готовности к работе.

Это был для Зетуса очередной рядовой полёт, рассчитанный на непродолжительное время. После полёта он собирался вернуться к своей большой семье. Оставалось только дождаться второго пилота, который совсем не опаздывал, просто капитан всегда приходил на рабочее место раньше.

Вторым пилотом был молодой орионец по имени Митус Брокун. Он уже спешил к кораблю, приближаясь к нему на небольшой антигравитационной платформе, которую ему любезно предоставили службы космопорта. Такие платформы использовали сотрудники, чтобы быстрее обслуживать различные технические зоны. Зная об этом, молодой орионец попросил платформу, чтобы быстрее добраться до корабля, надеясь произвести впечатление на капитана, прибыв туда первым.

Митус был довольно высокого роста – чуть выше трёх метров. Он был одет в тёмно-синий комбинезон, как и капитан, с теми же опознавательными знаками.

Для Митуса это был особенный полёт. Это был своего рода экзамен, который должен был решить, сможет ли он пилотировать корабли этого класса. Капитана Зетуса Шака он знал уже довольно хорошо. Они летали вместе несколько раз, и хотя капитан был мягким человеком, он всегда был требовательным и указывал на ошибки Митуса.

Для Митуса это был шанс получить пропуск в высшую лигу пилотов, и он был очень мотивирован. Он хотел узаконить свои отношения с девушкой сразу после полёта. Это также мотивировало его выдержать замечания со стороны командира, которые, конечно, будут.

Митус добрался до шлюза кокпита по специальному эскалатору и коридору. Рядом со входом на стене загорелась голографическая панель мягким синим светом, требуя от орионца, стоящего перед ней, идентифицировать себя. Митус коснулся голограммы пальцами, и створки отсека кабины гостеприимно распахнулись.

Он был очень удивлён, увидев капитана на месте. Ему так хотелось прийти раньше. Капитан всегда был на несколько шагов впереди своего ученика, показывая ему свою дисциплинированность и пунктуальность.

Зетус улыбнулся, увидев своего молодого напарника в дверном проёме.

– Вы давно здесь? – спросил Митус у своего капитана. – Я был уверен, что смогу прийти раньше.

– Совсем недавно, – ответил капитан, продолжая улыбаться. – Пришёл буквально перед тобой.

Митус прыгнул в расправившееся для него кресло второго пилота. Приборная панель с его стороны мягко вспыхнула приятным светом.

– Волнуешься? – спросил его капитан.

– Немного, – признался Митус.

– Всё будет хорошо, – улыбнулся капитан. – Начнём подготовку к полёту.

Подготовка к полёту оказалась быстрой и несложной. Пилоты подсоединили к своим комбинезонам тонкие кабели, которые шли от кресла. Таким образом они установили нейронную связь с бортовым искусственным интеллектом корабля. Этот ИИ контролировал их здоровье и эмоциональное состояние. Кроме того, пилоты могли управлять многими системами корабля, и в случае нештатной ситуации они могли быстро принять решение.

Диагностика пилотов и корабля заняла всего несколько секунд. Теперь они были единым целым. Именно этого момента ждал командир Зетус Шак, чтобы почувствовать свой корабль.

Митус немного нервничал, но всего на несколько секунд дольше, чем капитан. Ему потребовалось немного больше времени, чтобы его нервная система адаптировалась к системам ИИ. Но потом он успокоился и быстро почувствовал, что может контролировать корабль. Зетус тоже это ощутил. Ему было приятно видеть, что молодой напарник быстро настроился на работу, как опытный пилот.

– Диагностика прошла успешно, – сообщил электронный женский голос, который принадлежал ИИ. – Вы зарегистрированы.

Зетус выдохнул и посмотрел на второго пилота.

– Первый тест ты прошёл, – добавил он.

– Я готовился, – ответил Митус.

– Это радует, – продолжил командир. – Я думал, это может занять больше времени.

– Я тоже, – признался молодой орионец, спокойно выдохнув. – Подумал о хорошем и успокоился.

– Верно, – сказал капитан. – Положительные эмоции всегда помогают концентрации на первом этапе. Знаешь, куда мы летим?

– В неизведанный сектор, – ответил Митус. – В системе есть координаты.

– Можно и так ответить, – кивнул Зетус. – Мы с тобой будем участвовать в секретном эксперименте.

– Об этом я не слышал, – удивился молодой орионец, посмотрев на капитана. – И в чём же заключается этот эксперимент?

– Это лучше будет спросить у группы учёных, которых мы повезём, – ответил командир. – Они народ скрытый и редко посвящают кого-либо в свои планы, ссылаясь на то, что это понятно только им.

– Я почему-то так и подумал, – улыбнулся Митус.

– Наверняка так и есть, – кивнул капитан.

– Но мы же можем у них поинтересоваться? – спросил молодой пилот.

– Можем, но не факт, что они нам ответят, – ответил командир.

Капитану было приятно общаться с молодым орионцем. Его восхищали любознательность и острый ум собеседника. Он подумал, что этот парень далеко пойдёт и станет отличным пилотом, как и он сам. Однако не стоило отвлекаться на разговоры. Хотя процесс диагностики уже завершился, расслабляться было рано. Нужно было готовиться к тому, что скоро на борт поднимется множество пассажиров – орионских учёных.

Орионские учёные были похожи внешне, но отличались друг от друга. Они всегда носили специальные светлые обтягивающие комбинезоны с тонкими синими полосками по бокам. У каждого учёного был свой серебристый скафандр, который позволял находиться в открытом космосе, защищал от радиации и других неблагоприятных внешних воздействий. Но учёные занимались разными областями науки, поэтому часто не понимали друг друга. Каждый был погружён в свои идеи и знания, что мешало элементарному общению. Однако были и такие учёные, которые понимали обоих и всегда пытались найти компромисс между непониманием.

Пилоты сидели в удобных креслах, настраивая системы корабля для долгого полёта. Капитан спросил у молодого человека, когда тот сможет получить допуск.

– Отдохну здесь, в красивых садах, со своей девушкой, – вздохнул юноша.

Желание Митуса было понятно. Он был молодым орионцем, и всё свободное время хотел проводить со своей возлюбленной. Тумесоут был прекрасным местом для спокойного отдыха. На планете было мало городов, а большую часть территории занимала природа. Специально для отдыха орионцы подготовили множество красивых садов и парков. Поэтому в этих прекрасных местах можно было увидеть не только орионцев, но и представителей других рас, таких как плеядцев, анторийцев, уммитов с их трёхглазыми роботами-техниками и бурхадцев.

– А я вернусь к своей семье, – ответил капитан, грустно вздохнув. – Давно их не видел. Целую вечность. Из-за бесконечных перелётов.

– Но это наша работа, – улыбнулся Митус.

– Да, – согласился Зетус. – Это наша работа.

Глава 2. Последние приготовления

Орионский научный совет долго готовился к эксперименту. Необходимость в нём возникла, когда учёные поняли, что нужно изучить новые свойства пространства.

Чтобы провести исследование, нужно было изменить и искривить пространство. Для этого учёные использовали различные измерительные приборы, установленные в лабораториях на корабле.

Чтобы эксперимент не доставил неудобств орионскому сообществу и другим представителям межзвёздного союза, его решили провести как можно дальше от обжитых территорий. Это также снижало вероятность вмешательства в исследование, позволяя учёным получить более точные данные.

Исследование было необходимо для решения транспортных проблем. В межзвёздном союзе уже давно использовались специальные энергетические пути, которые были обязательными в навигационной системе каждого корабля. Без них полёты были запрещены, потому что они позволяли быстро преодолевать огромные расстояния между звёздными системами. Это было безопасно, потому что пути пролегали вдали от крупных звёзд и облаков астероидов. Без таких путей корабли бы врезались в препятствия на большой скорости, а их пассажиры погибали. Мощные устройства пока не могут просчитать вероятность изменения траектории движения мелких метеоритов, а энергетические туннели были защитой от них и прокладывались по безопасным зонам космоса.

Такие пути также способствовали более быстрому обмену товарами, технологиями и туристами, что было очень важно для всех цивилизаций. В межзвёздном союзе не было границ, перемещение между звёздными системами всегда было свободным. Обжитые зоны неспешно расширялись, увеличивая и без того огромные расстояния.

Даже создавая новые транспортные узлы, орионцы столкнулись с некоторыми проблемами. На поддержание более длинных путей требовалось много энергетических затрат. Изначально это решалось строительством специальных питающих станций, но их энергетическая способность поддерживать пути привели к снижению скорости на дальних участках, что оказалось неприемлемым.

В результате проверок и исследований было принято решение провести эксперименты для изменения свойств пространства с целью увеличения дальности перемещения транспорта. Заказчиком выступил транспортный комитет, базирующийся в столице. После короткой договорённости учёные приняли решение провести подобное исследование.

Руководителями группы учёных были несколько высокопоставленных орионцев, которые также были научными сотрудниками и специалистами в своих областях. Их было четверо, и они собрались на короткий брифинг перед полётом в специальном небольшом зале космопорта.

Зал был круглым, диаметром всего около шести метров. В нём не было острых углов, а сверху исходил приятный голубоватый свет, который хорошо освещал всё помещение. Источника света не было видно, и казалось, что этот свет просто наполняет собой всё пространство зала. Посреди зала, невысоко над полом, в режиме левитации располагался круглый диск диаметром два с половиной метра, выполняющий функции обычного стола. На подобных левитирующих креслах, друг напротив друга, сидели четыре орионца в стандартных серебристых комбинезонах с тонкими синими полосками по бокам. Их особый статус выделял среди других специальный символ на левой части груди в виде родительской звезды.

Они решили обсудить некоторые вопросы, прежде чем отправиться в путь. Один из них начал говорить:

– Я так понимаю, у вас вопросов нет? – прервав короткую паузу, спросил он.

– Пока нет, – ответил другой. – Но они могут возникнуть в самом процессе.

– Согласен, – добавил третий. – Я как специалист ещё раз повторю, что сам этот процесс может быть непредсказуемым.

– А последствия – необратимыми, – дополнил четвёртый, более взрослый орионец из всех присутствующих, очевидно ожидая какой-то ответной реакции.

– Это мы обсуждали, – кивнул первый орионец среднего возраста, но с таким острым и наполненным знаниями взглядом, что другим становилось не по себе. – Мы предусмотрели все возможные риски.

– Мы уже довольно много обсудили, – добавил второй орионец, имеющий более низкий статус среди всех присутствующих, но по его твёрдой речи можно было понять, что он мог уверенно участвовать в самых сложных дискуссиях. – Мы должны быть готовы.

– У вас точно всё готово, профессор Ном? – посмотрел на первого орионца четвёртый, самый старший.

Мобис Ном – главный учёный – руководил основной научной группой. Остальные учёные были его помощниками и выполняли менее сложные задачи. Он хорошо понимал, на что способна его команда, и знал, что нужно делать. Поэтому остальные учёные хотели убедиться в правильности его решения.

– У нас всё готово, – твёрдо и уверенно сказал Мобис Ном. – Если кто-то сомневается, он может уйти вместе со своей группой. Мы многократно проверили оборудование, и я уверен, что опыт пройдёт успешно.

– Я с вами, – ответил старший учёный-орионец.

– Благодарю, профессор Кирис, – поклонился Мобис Ном, приложив руку к груди. – А вы, профессор Рокс? Профессор Нимус?

– Если уважаемый мистер Кирис согласен, – ответил учёный Рокс, – тогда я с вами.

– Я тоже буду с вами, – добавил Нимус. – Но мне нужно заручиться поддержкой своего наставника.

– Ваш наставник – Ваним Гоф? – спросил Мобис Ном.

– Совершенно верно, – подтвердил Нимус.

Ваним Гоф был уважаемым учёным среди орионцев. Он прошёл долгий путь от рядового научного сотрудника до генерального верховного магистра биотехнических наук. В его распоряжении была огромная станция «Беллатрикс», расположенная в одноимённой системе звезды. В штате у него было несколько десятков тысяч сотрудников, и никто без его указаний не мог покинуть станцию. Каждой группе исследователей он выбирал подходящие задания, и в данный момент приоритетными для него были сбор данных с новых открываемых планет. Его мнение в научной среде имело вес, и все присутствующие орионцы знали и уважали его. Считалось большой честью получить его одобрение для предстоящей миссии.

Нимус дотронулся до сенсора интеркома на столе. В центре появилось синеватое вытянутое вверх облако, которое через несколько секунд сменилось объёмным голографическим изображением Ванима Гофа. Он выглядел немного уставшим, но всё же решил уделить время своим знакомым учёным.

Ваним Гоф, пожилой орионец, был одет в такой же комбинезон, как и все учёные. На его груди красовалась эмблема в виде миниатюры галактики, переливающаяся разными цветами.

– Рад видеть вас, коллеги, – поприветствовал он ученых, прижав ладонь правой руки к груди.

– Приветствуем вас, – ответили они, повторив его жест.

– Я могу уделить вам совсем немного времени, – предупредил он. – Так что сразу к делу.

– Мне необходимо заручиться вашей поддержкой, – спокойно заявил ученый Нимус.

– Ты был хорошим учеником, Нимус Гор, – улыбнулся Ваним Гоф. – Сейчас я вижу тебя среди таких великих учёных, как профессор Кирис, Рокс и Ном.

– Спасибо вам за ваше признание, – кивнул Мобис Ном. – Вы, наверное, знаете о характере эксперимента, который мы собираемся проводить. Нам важно узнать ваше мнение.

– Любой научный опыт – это путь к созиданию, который я одобряю, – вздохнул он. – Но каждый такой эксперимент таит в себе много нюансов, и мы можем быть не готовы к ним.

– Именно поэтому мы собрались все вместе, чтобы быть готовыми к любым возможным отклонениям, – заверил его Мобис Ном.

– Если так, то можете заручиться моей поддержкой, – твёрдо произнёс Ваним Гоф. – Ваши опыты очень нужны. Думаю, у вас всё получится.

– Мы благодарим вас, магистр Гоф, – поклонился Нимус. – Мы тоже желаем вам успехов в ваших исследованиях.

– Спасибо, – улыбнулся он.

– Вы всё также занимаетесь поиском новых систем? – поинтересовался учёный Кирис.

– Да, – уверенно ответил Ваним Гоф. – Наши поисковые группы изучают дальние пространства и находят новые миры. Туда я направляю специальные научные бригады для сбора биологического материала. Вот так мы делаем свою работу. Она не менее важна, чем ваша.

– Спасибо вам, магистр, – поклонился Нимус.

Ваним Гоф отключил связь. Он действительно был очень занят и не мог тратить много времени на разговоры, даже на такие важные. Все присутствующие были довольны положительным решением со стороны одного из главных учёных среди орионцев. Они тоже не хотели тратить много времени на разговоры. Всё было понятно. Оставалось только дать команду своим научным группам для посадки в ожидающий их космический корабль.

Научная группа состояла из более чем двухсот орионских учёных. Каждый из них играл важную роль в эксперименте и выполнял свою задачу с высоким профессионализмом.

Пока главные учёные обсуждали что-то между собой, основная научная группа собралась в большом зале космопорта. Зал был освещён мягким голубоватым светом, а температура и влажность внутри поддерживали комфортный уровень для длительного пребывания.

Учёные сидели на больших диванах, парящих в метре от пола. Между ними сновали дроны шарообразной и дисковидной формы, толкая перед собой круглые подносы с разноцветными шариками. Нажав на шарик определённого цвета, орионец мог получить вкусный и полезный напиток или еду, аккуратно упакованную в вакуумный пакет. Некоторые учёные ели, пили или просто разговаривали, обсуждая предстоящую работу или свои планы на будущее.

Среди учёных были и представительницы прекрасного пола, также одетые в облегающие серебристые комбинезоны с синими полосками по бокам. Они принадлежали к разным научным группам и всегда находили подходящие темы для обсуждений.

Молодая орионка скромно и одиноко сидела на небольшом диванчике в дальнем углу зала космопорта. Ей было не более двадцати лет, её рост был чуть ниже среднего – чуть выше двух с половиной метров. Её длинные белые волосы, свисающие до середины спины, были аккуратно сплетены в косичку. Она была одета так же, как и все остальные учёные – в серебристый комбинезон с синими полосками по бокам, но эмблема на её груди обозначала её статус стажёра.

Она спокойно смотрела по сторонам. Ей было вполне комфортно здесь, никто не приставал к ней с глупыми вопросами. Она могла спокойно просмотреть на голоэкране личного интеркома необходимые задачи, которые должна была выполнить в течение всего эксперимента.

Она жестом руки остановила пролетающий мимо дискообразный дрон, который толкал перед собой поднос с разноцветными шариками. Дрон послушно подлетел к ней. Она нажала на синий шарик, и на подносе появился стакан с синей пузырящейся жидкостью.

– Спасибо, – поблагодарила она искусственного слугу.

Дрон бесшумно отлетел и направился в центр зала, где было больше всего орионцев. Девушка успела сделать глоток, прежде чем перед ней возник молодой орионец с таким же синим стаканом в правой руке.

– Привет, как тебя зовут? – спросил он.

– Привет, я Ланара, – скромно ответила девушка, выключив свой интерком.

– А меня зовут Инвус, – улыбнулся он. – Волнуешься перед полётом?

– Немного, – также скромно ответила она. – Это моё первое участие в таком проекте.

– У меня тоже, – сказал молодой орионец. – Я волнуюсь, но хочу получить определённый опыт, чтобы быть более компетентным в своей области.

– А ты в какой группе? – спросила Ланара.

– В группе Мобиса Нома, – гордо ответил он.

– Ого! А я в группе профессора Кириса, у нас некоторые контрольные функции.

– Да, я знаю. Можно присяду? – спросил он.

– Хорошо, – скромно ответила она, подвинувшись на диванчике.

– Я проходил мимо и увидел, что ты сидишь одна. Подумал, может тебе скучно и неинтересно вести беседы с другими.

– Да, так и есть, – кивнула девушка. – У меня пока не так много знаний для поддержания таких умных бесед, а этот эксперимент мне зачтётся как практика.

– Кирис твой наставник?

– Да, я студентка при его технологическом отделении.

– И я студент, только в инженерном отделении.

– У вас самая сложная работа.

– Это да, – вздохнул Инвус. – После этого полёта я хочу отправиться на Одрисс.

– Поплавать хочешь? – удивилась она.

– Да, это будет хороший отдых.

– Но можно поплавать и здесь, на Тумесоуте.

– Там намного теплее, – добавил он. – И мои родственники тоже будут там.

– Я никогда не была на Одриссе, – призналась девушка.

– Обязательно посети, – посоветовал парень. – Это хорошее место.

Одрисс – это одна из планет в системе Минтаки, которую орионцы, подобно Тумесоуту, преобразили в цветущий сад. Первоначально планировалось создать здесь место для отдыха, но поскольку планета находится далеко от родительской звезды и получает мало тепла, было решено запустить на её орбиту искусственный спутник – небольшое искусственное солнце, синхронизированное с вращением планеты вокруг своей оси. Огромный реактор в центре спутника создавал высокую температуру на поверхности планеты, которая направлялась только на неё. Густая облачность на поверхности препятствовала выходу тепла в космос, поэтому планета могла сильно нагреваться.

Отдых на Одриссе только набирал популярность, хотя многие всё ещё предпочитали спокойное времяпрепровождение на Томисоуте.

Молодой орионец улыбнулся ей:

– Приятно было познакомиться, Ланара.

Девушка улыбнулась в ответ:

– И мне.

В центре зала тоже шли разговоры. Там было много взрослых орионцев, которые коротали время в ожидании полёта за разговорами и шипучими напитками. Взрослый орионец по имени Госнил подозвал дрона с подносом и нажатием на синий шарик вызвал стакан с напитком соответствующего цвета. Многие пили такой напиток, потому что он не только утолял жажду, но и притуплял чувство голода на некоторое время.

– Мы все участвуем в очень важном деле, – громко произнёс Госнил перед тем, как сделать глоток шипучего напитка.

Рядом на диване сидели ещё несколько орионцев примерно того же возраста, все они были одеты в одинаковые серебристые комбинезоны с синими полосками по бокам. На груди у каждого была изображена небольшая эмблема, обозначающая принадлежность к определённой научной группе.

– Да, очень важное дело, – согласился один из них, высокий орионец по имени Нимус с короткой стрижкой тёмных волос. Он был чем-то взволнован, что чувствовалось в его голосе. – Надеюсь, оно не займёт много времени. Меня дома ждут.

– Да, – согласился другой орионец. Он был старше и имел более плотное телосложение. Его волнение было меньше, потому что он воспринимал происходящее как обычную рутину. – Эти бесконечные эксперименты, – вздохнул он. – Все знают о моей работе, но всё равно недовольны тем, что я часто отсутствую.

– Это не займёт много времени, – заверил Госнил, потягивая синий напиток. – Мы подключим установку, настроим её и получим необходимые данные.

– И всё? – удивился Нимус. – Судя по вашим словам, это так просто.

– Должно быть, так, – ответил он. – Вы лаборант Нимус, кажется?

– Да, – кивнул он. – У меня более скромные обязанности.

– Вот именно, – продолжал Госнил. – Если мы будем выполнять даже самые простые задачи, это ускорит наше возвращение домой.

– Мы все ответственны, – добавил третий орионец. – Поэтому мы здесь.

– Да, я знаю, – Госнил сделал глоток синего напитка. – И я желаю всем скорейшего возвращения домой.

Освещение в зале изменилось на моргающий красный свет. Все прекратили разговоры и употребление шипучих напитков.

– Всему персоналу приготовиться к посадке, – раздался сверху электронный голос.

Госнил допил свой напиток.

– Ну вот, началось.

Другие орионцы встали с диванчиков и послушно направились к выходу. Никто не толкался, соблюдая очерёдность. Ворота, которые были обычным шлюзом, оказались довольно большими. Поэтому довольно быстро огромный зал космопорта опустел. Каждый орионец знал своё место на корабле. Все научные группы были распределены по своим техническим зонам. Все быстро заняли свои места. Руководители научных групп поднялись на борт последними. Им нужно было проконтролировать посадку всех своих сотрудников, чтобы не случилось каких-нибудь неприятностей.

Люк за ними бесшумно закрылся, плотно прижавшись к корпусу, словно слившись с ним в одно целое. Пилоты получили информацию на своих голографических дисплеях в кабине, что все зарегистрированные пассажиры на борту, все люки заперты.

– Мы ноль триста седьмой, – отчитался капитан перед контрольными службами. – Мы готовы. Прошу разрешение на взлёт.

На голографическом экране перед ним появилось объёмное изображение молодого орионца в синем комбинезоне.

– Ноль триста седьмой, – ответил он капитану, – взлёт разрешаю. Ваш транспортный туннель номер восемь.

– Принято! – хором ответили капитан и его молодой напарник.

Зетус Шак нажал на панели небольшую кнопку под правой рукой. Этого было достаточно, чтобы запустить подъёмную силу.

Корабль бесшумно оторвался от платформы и начал медленно подниматься вертикально вверх. Достигнув определённой высоты, капитан активировал штурвалы – два коротких рычага тёмного цвета. Он и второй пилот схватились за них.

– Туннель восемь, – повторил капитан.

– Да, капитан, – подтвердил Митус и слегка надавил на рычаги, устремляя огромный корабль ввысь.

Медленно набирая скорость, звездолёт покинул платформу и вышел в открытый космос, оставляя внизу зелёный мир под названием Тумесоут.

Глава 3. Исчезновение

Орионец Торус Лод, хоть и считался ещё молодым, но уже зарекомендовал себя порядочным и толковым сотрудником службы контроля полетов. Сегодня у него и его взрослой, но хорошо выглядевшей напарницы, Ниты Вирис, была особая работа. Научная служба заказала им контроль за полётом своего научного корабля, и к этому нужно было отнестись как можно серьезно. Контроль был нужен только за большими кораблями, Торус Лод был молодым сотрудником службы контроля полётов, но уже успел зарекомендовать себя как ответственный и толковый специалист. Сегодня у него была важная миссия – вместе со своей напарницей Нитой Вирис, взрослой, но хорошо выглядящей женщиной, они должны были контролировать полёт научного корабля.

Научная служба заказала контроль за полётом своего научного корабля, и это задание требовало серьёзного отношения. Контроль осуществлялся только за большими кораблями, перевозящими большое количество людей или важные грузы. За меньшими кораблями такой контроль не нужен, так как основное движение происходит в транспортных туннелях, где безопасно и нарушения редки. За правонарушениями следят специальные патрули, сформированные в основном из представителей Плеяд.

Станция слежения находилась примерно в тридцати миллионах километров от Минтаки, вдали от транспортных путей. До Тумесоута было значительно дальше, но это не мешало средствам связи наблюдать за необходимыми контролируемыми объектами.

Станция состояла из трёх башен высотой до трёх километров, соединённых между собой туннелями для перемещения. В поперечнике и в длину станция составляла примерно восемнадцать километров. Несмотря на свои внушительные размеры, она насчитывала около полутора тысяч обитателей и обслуживающего персонала, хотя была спроектирована для вдвое большего количества сотрудников.

Торус Лод был направлен на работу сюда недавно. Его наставником была назначена Нита Вирис – опытная орионка, которая должна была убедиться в знаниях своего стажёра. перевозящими большие количества людей или различные важные грузы. За более мелкими кораблями такой контроль не требовался, так как согласно общим правилам, основное движение проходило в транспортных туннелях, где было безопасно и какие-то либо происшествия и нарушения были чрезвычайно редки, а за правонарушениями следили специальные патрули, сформированные в основном из Плеядцев.

Станция слежения находилась примерно в тридцати миллионах километров от Минтаки, вдали от транспортных путей. До Тумесоута было на порядок дальше, но это не мешало средствам связи следить за необходимыми контролируемыми объектами.

Станция состояла из трех башен, высотой до трех километров каждая, соединенных между собой несколькими туннелями, предназначенных для перемещения между ними. В поперечнике, в длину, станция составляла примерно километров восемнадцать. Несмотря на такие внушительные размеры, она насчитывала около полутора тысячи обитателей и обслуживающего персонала, хотя проектировалась для вдвое большего количества сотрудников.

Торус Лод был направлен работать сюда совсем недавно. Его наставником была назначена уже не молодая, но симпатичная орионка Нита Вирис, которая должна была убедиться в необходимых знаниях своего стажера.

Молодой орионец жил в квартире рядом с рабочим отсеком. Благодаря этому он мог приходить на работу раньше своего наставника. Женщине же приходилось добираться с нижних этажей, но она не спешила. Она знала, что её стажёр будет первым и сам примет смену.

Их рабочим местом был большой уютный кабинет, наполненный голографическими проекторами. В центре кабинета стояли несколько левитирующих кресел. В одно из них с удовольствием плюхнулся Торус. Он знал, что сегодня ему нужно контролировать корабль с учёными, оснащённый дорогостоящим оборудованием. Это было важной работой, к которой он отнёсся ответственно.

Торус активировал несколько голографических карт. На них отображались звёздные скопления, пересечённые тонкими синими линиями – закреплёнными маршрутами. Коснувшись нужного изображения, он увеличил контролируемую зону, в которой были видны планета Тумесоут и запрограммированный маршрут научного корабля.

Торус авторизовался в системе и включил связь. Он был готов к работе. В это время в рабочий отсек зашла Нита Вирис. Увидев, что её стажёр уже сам активировал систему и подготовился к работе, она слегка улыбнулась.

Нита была высокой орионкой, чуть выше трёх метров. Её длинные тёмные волосы были аккуратно собраны сзади в косичку. Голубые глаза излучали дружелюбие и доброту. Она была одета в специальный синий комбинезон с логотипом службы слежения в виде пролетающей кометы на груди.

Нита уже какое-то время работала в службе космической безопасности в столице. Но из-за увеличения штата на станции слежения её уговорили обучить молодых орионцев функциям контроля движения. Она согласилась, увидев молодого симпатичного орионца Торуса Лода. Будучи одинокой и посвятив большую часть жизни работе, она решила, что пора пожить и для себя. Поэтому она как бы невзначай осыпала его нескромными комплиментами.

– Привет, красавчик! – с улыбкой на лице сказала она.

– Здравствуйте, Нита! – ответил он, улыбнувшись и повернувшись к ней лицом.

– Ты сегодня пришёл намного раньше, чем я полагала, – продолжала она улыбаться. – Я уже говорила, что со мной можно перейти на более близкое общение.

Торус в ответ только продолжал улыбаться. Ему льстило такое внимание с её стороны, но из-за своего молодого возраста он не был готов к отношениям, даже с такой очаровательной женщиной. Он надеялся, что эта смена контроля пройдёт как обычно, и Нита ограничится только простыми комплиментами, но у неё, похоже, были совсем другие планы.

– Мы и так общаемся довольно близко, – немного стеснённо ответил молодой орионец. – У нас с тобой сегодня довольно важная работа.

– Работа важная, но скучная, – продолжала улыбаться она, присев в мягкое кресло рядом с ним. – Я сразу скажу, что корабль пролетит по определённым точкам, о которых надо будет отчитаться научному совету. Он летит к дальнему рубежу, и там, скорее всего, особого контроля не потребуется.

– Позвольте не согласиться, – чуть не поперхнулся он от её слов. – Наша обязанность – следить за кораблём до самой их конечной точки и в случае непредвиденной ситуации доложить об этом научному совету.

– Я знаю инструкцию, – вздохнула она. – Моя работа также проверять твои знания.

– Ты это каждую смену повторяешь, – кивнул он, посмотрев на свою наставницу, которая всё так же продолжала съедать его глазами. – Твой взгляд меня немного смущает.

– Привыкай, – улыбнулась она, наконец повернувшись к голографическому экрану.

В этот момент Торус почувствовал небольшое облегчение. Хоть некоторое время он сможет отдохнуть от её пристального внимания.

– Какова готовность? – Нита сменила тон с ласкового на более твёрдый.

– Экипаж готовится, ждём отчёта, – ответил Торус. – Регистрационный номер корабля ноль-триста-семь. В плане полёта заявлен восьмой коридор для выхода.

– Служба контроля вызывает патрульную службу, – твёрдым голосом сделала она запрос.

– Патрульная служба слушает, – на голоэкране появилось объёмное изображение плеядского стража порядка в тёмной униформе и шлеме с опущенным забралом из тёмнозащитного стекла.

– Нам нужно очистить пространство перед восьмым транспортным туннелем на Тумесоуте для безопасного движения научного корабля, – твёрдо сказала она.

Плеядец выполнил несколько манипуляций на своём пульте и доложил:

– Пространство очищено, можете начинать движение.

– Спасибо за помощь, – поблагодарила она.

– Всегда рады помочь, – ответил он.

Изображение плеядского стража быстро исчезло. Торус повернулся к своей наставнице и увидел на её лице милую улыбку.

– Твой следующий ход не менее важен, – сказала она.

– Какой же? – удивился Торус.

– Ты ответишь капитану, – ответила она.

Торус улыбнулся. Он был немного удивлён. Раньше Нита сама вела экипаж, а стажеру отводилась лишь небольшая роль в этом процессе. Видимо, он заслужил её доверие, и пора было начать работать самостоятельно. Торус уже знал всё необходимое, оставалось применить свои знания на практике.

На голоэкране вспыхнули синие индикаторы, свидетельствующие о готовности экипажа к взлёту. Затем появилось изображение капитана корабля.

– Мы ноль триста седьмой, – доложил капитан, – мы готовы. Прошу разрешения на взлёт.

– Ноль триста седьмой, – немного волнуясь, ответил Торус, – взлёт разрешаю. Ваш транспортный туннель номер восемь.

– Принято! – донеслось в ответ сразу от двух пилотов.

Изображение капитана растворилось, и на голоэкране стало видно, как корабль медленно отрывается от платформы и набирает высоту.

– Поздравляю, ты справился! – улыбнулась Нита.

– Нет ничего сложного, – ответил он.

– Да, иногда бывает скучно вот так пялиться в экран и докладывать о каждой точке прохождения корабля, – согласилась она.

– Но это необходимо, – говорил Торус, – может случиться что угодно, и мы первые, кто доложит о происшествии.

– Уверяю тебя, наши меры безопасности достигли высочайшего уровня, – тяжело вздохнула Нита. – Многие службы утратили свою значимость, но мы остались. Это значит, что мы всё ещё нужны.

– Да, мы необходимы, – кивнула она. – Обжитые территории раскинулись так широко, что требуют работу службы контроля, то есть нас. Остальную часть взяли на себя плеядские патрули, что тоже неплохо.

– Они здорово помогают, – улыбнулся Торус.

На голоэкране вспыхнула световая сигнализация, свидетельствуя о том, что корабль вошёл в транспортный туннель.

– Счастливого пути, – пожелал им орионец.

– Они могут не услышать нас, – добавила Нита. – Энергетические стены блокируют сигналы. Нужно подождать, когда они выйдут из туннеля, для очередного сеанса связи.

– И как долго они будут двигаться в туннеле?

– Достаточно, это самый длинный туннель, ведущий к неисследованным зонам на дальних рубежах.

Нита посмотрела на своего стажёра совсем другим, хищным взглядом. Торус заметил это и решил не препятствовать. Она пододвинулась ближе к нему и погладила по коленке.

– У нас есть время, – недвусмысленно намекнула она.

– Но это неправильно, – возмутился парень. – Мы же на рабочем месте.

– Всё, что происходит, всё правильно, – с этими словами она впилась в его губы страстным поцелуем.

Пилоты продолжали работать в штатном режиме. Командир Зетус Шак полностью контролировал все системы корабля и работу своего стажера. Митус справлялся. Он, как и капитан, отлично чувствовал корабль. Он также чувствовал, как пристально контролирует командир все его действия, и пока не сделал ни одного замечания. Это Зетуса очень радовало. Он не хотел больше мешать молодому орионцу принимать решения. Если и были какие-то мелкие ошибки, Митус сам очень быстро исправлял их и уверенно вел корабль по энергетическому туннелю.

– Ты молодец! – похвалил его командир. – В туннеле можешь включить программируемый полет. Все равно мы ещё долго будем тут двигаться.

Митус кивнул и мысленной командой включил автоматический полёт.

– Насколько я знаю, этот маршрут ещё не достроили, – заметил он. – И как далеко он тянется?

– Почти до необитаемой зоны, – ответил Зетус. – Ты же должен быть изучить маршрут?

– Я изучил, – ответил Митус. – Но многое мне еще не понятно.

– Например? – удивился капитан.

– Необитаемая зона плохо исследована, – ответил молодой орионец. – И наши контроллеры могут потерять с нами связь. А это не есть хорошо. – В этой зоне никто не будет мешать проведению эксперимента. – спокойно ответил капитан. – А насчет связи не волнуйся. В обжитой галактике много станций контроля, а наши орионские – самые лучшие. Используя глюонную связь совместно с энергией, выделяемой звёздами, они смогут связаться с нами мгновенно в любой точке галактики.

– Кто-нибудь летал за пределы нашей галактики? – спросил Митус.

– Летали. – вздохнул Зетус. – Но не мы.

– А кто?

– Потом как-нибудь расскажу. – таким образом он пытался уйти от ответа.

Возможно, он что-то знал, но не был готов рассказать об этом своему молодому напарнику.

– Сконцентрируйся на полёте, контролируй корабль. Лишние разговоры отвлекают и расслабляют.

– Согласен. – кивнул Митус, повернувшись в голографический экран. – Все системы в норме. Скорость допустимая.

– Отлично. – улыбнулся Зетус.

На борту корабля была создана комфортная искусственная гравитация, что позволяло орионцам свободно перемещаться по кораблю без какого-либо дискомфорта. Даже при максимальной скорости движения никто не ощущал перегрузок.

Во время полёта учёные-орионцы занимались различными делами. Некоторые предпочитали спать в своих каютах, другие проводили время в научных лабораториях, где в сотый раз проверяли состояние и готовность оборудования. Некоторые были взволнованы, а некоторые хотели, чтобы полёт поскорее закончился. Учёные любили проводить эксперименты, но они предпочитали делать это на планете, а не в отдалённой необитаемой зоне. Хотя никто не говорил об этом прямо, все знали, что многим не нравится проводить эксперименты так далеко от дома.

Несколько учёных-орионцев неспешно передвигались возле большого стенда, на котором светились разноцветными огнями многочисленные лампочки и индикаторы. Они то и дело включали и выключали приборы на стенде, видимо, проводя окончательные проверочные тесты. Все они были одинакового роста, в одинаковых комбинезонах, и со стороны могло показаться, что это братья-близнецы. Однако это были разные орионцы: они отличались возрастом, опытом, цветом волос и эмблемами на груди.

– Всё готово, – ровно заявил один из них.

– Да, мы уже много раз всё проверили, – сказал второй, по голосу, видимо, самый старший. – Вы волнуетесь?

– Немного, – ответил тот. – Я в первый раз отправился так далеко от дома.

– Никому не нравится, что пришлось лететь так далеко, – вставил третий. – И мне тоже. Но мы учёные, а наука – наша жизнь, где бы мы ни находились.

– Верно, – согласился самый старший. – Наука – наша жизнь. Чтобы мы ни делали, это во благо нашей цивилизации. Поэтому всем нужно успокоиться и просто выполнить свою работу.

– В первый раз участвую в таком деле и так далеко, – продолжал волноваться первый орионец. – Нагромождено много оборудования, хотя мне кажется, можно было обойтись меньшим.

– На корабле много установок, чтобы сгенерировать мощное силовое поле, – добавил самый старший. – И за каждой необходим контроль нескольких групп.

– Быстрее всё сделаем, быстрее вернёмся, – сказал третий, в очередной раз включив на стенде измерительный прибор, излучающий приятный голубоватый свет.

– Успокойтесь, – самый старший пытался успокоить своих молодых коллег. – От вашего эмоционального состояния многое зависит.

– Я спокоен, – ответил третий.

– Я возьму свой разум под контроль, – заявил первый.

Он понимал, что старший член экипажа был прав, и ему нужно собраться. Корабль быстро покинул энергетический туннель, оставив его позади. Вокруг открылось другое космическое пространство, где уже не ощущалось границ. Время, казалось, остановилось. Звёзды имели непривычное расположение и тускло светились, указывая на их далёкое расположение. Все пассажиры на борту сразу почувствовали эти изменения.

Во время перемещения в транспортном туннеле всегда ощущалась лёгкая вибрация, так как корабль двигался со скоростью, многократно превышающей световую. Энергетическое поле удерживало его в центре, компенсируя все возможные перегрузки.

Когда вибрация прекратилась, все поняли, что скоро достигнут места назначения. Первыми это заметили пилоты. Для них время тоже словно замерло. Если для капитана это было более-менее привычным, то его молодой напарник почувствовал себя неловко.

– Всё в порядке, – попытался успокоить его капитан, почувствовав беспокойство стажёра через интерфейс корабля. – Я много раз бывал в таких зонах. Чувство такое, что всё остановилось. Но это не так. Мы всё также быстро движемся, но немного замедляемся, потому что подходим к точке. Твой мозг быстро привыкнет.

– Уже привыкаю, – ответил Митус. – Словно это очередное свойство, где время равно нулю.

– Так и есть, – улыбнулся капитан. – Именно поэтому учёные выбрали эту зону.

– В их опытах будут применяться какие-то временные нюансы? – спросил стажер.

– Время и пространство неделимы, – ответил капитан. – Но учёные лучше в этом разбираются.

– Подходим к конечной точке, – доложил Митус.

– Свяжись со станцией слежения, – добавил капитан. – Доложи о достижении конечной точки полёта.

– Ноль триста седьмой, – начал громко говорить Митус, – мы в конечной точке. Жду подтверждения.

Пилоты и не подозревали, что контролёры были заняты не тем, чем следовало. У главной контролёра Ниты Вирис разыгрались гормоны, и она не смогла сдержать свою страсть к молодому ученику. Тот, зная её характер, понимал, что рано или поздно ей удастся добиться своего. И этот момент настал сегодня.

Они были так увлечены страстью, что не сразу отреагировали на сообщение пилота. Лишь повторный запрос заставил их отвлечься друг от друга и ответить.

Поднявшись с пола, Нита быстро пригладила рукой свои длинные чёрные волосы. Молодой орионец быстро привстал и застегнул комбинезон. Женщина прыгнула в кресло и одновременно включила общий интерком для связи.

– Старший контроллёр на связи, – слегка отдышавшись, ответила она пилотам. – Мы наблюдаем вас в конечной точке. Направляем ваши координаты научному совету.

– Спасибо, – ответил молодой пилот.

– Мы продолжаем вас вести, – добавила она, убедившись, что пилоты отключились от связи. – Ох, – тяжело выдохнула Нита. – Чуть не попались.

– Да, – согласился Торус. – Я же говорил, что отношения на работе – плохая идея.

– Но по-другому у меня с тобой не получается видеться, – возразила Нита.

– Но мне всё понравилось, – улыбнулся он.

– И мне, – улыбнулась она.

– Тогда, может, немного перекусим, пока есть немного времени? – предложил Торус.

– Неплохая идея, – согласилась она и лёгким взмахом руки подозвала к себе небольшой летающий поднос с разноцветными шариками на нём.

Получив оповещение о том, что корабль прибывает к заданной точке, учёные на борту оживились. Суета прекратилась так же быстро, как и началась, поскольку все и так находились недалеко от своих рабочих зон. Руководители эксперимента находились в специальном кабинете на верхней палубе, откуда с помощью огромных голографических экранов можно было контролировать весь процесс эксперимента. Они дружно подошли к одному такому экрану, чтобы лично убедиться, что они достигли нужного места.

– Мы на месте. – сообщил всем Мобис Ном. – Сообщите о готовности своих групп.

Они быстро связались с ними по своим личным интеркомам.

– Моя группа готова. – доложил ученый Нимус.

– Моя тоже готова. – ответил профессор Кирис.

– Мы готовы. – добавил профессор Рокс.

– Отлично, – кивнул Мобис Ном. – Тогда начинаем.

Он сделал кое-какие манипуляции на панели. Этим он запустил механизм открытия четырех огромных люков, расположившихся на верхней задней части. Пилоты к этому времени уже смогли максимально замедлить перемещения корабля, а согласно условиям эксперимента небольшая скорость нисколько не мешала работе.

Внутри люков расположились огромные установки, похожие на выпуклые тарелки антенн. Они медленно, не спеша, выдвинулись наружу. По окружностям этих тарелок начали перекатываться электрические всполохи, постепенно увеличивая скорость. Разряды утолщались, превращаясь в центре тарелок в огромные энергетические сгустки. Наконец разряды полностью преобразовались в большие светящиеся шары, вращающиеся вокруг своей оси с огромной скоростью.

– Установки готовы. – сообщил Мобис Ном, продолжая выполнять на голографическом экране какие-то манипуляции. – Мы находимся в нужной точке пространства. Идеально для проведения эксперимента. Инженерная группа, начинайте! – немного повысил он свой голос.

Группа инженеров была самая многочисленная на борту, и все они напрямую подчинялись распоряжениям Мобиса Нома. Приказ о начале ждали все на борту. Это был волнующий момент не только для ученых, но и для тех, кто оставался в своих лабораториях на планете, для всех орионцев, которые всегда ждали только хороших новостей от своих ученых.

Светящиеся шары установок увеличили скорость своего вращения и, покинув выпуклые антенны, где сформировались, образовали вокруг корабля своеобразное кольцо. Шары начали соединяться друг с другом яркими полями, похожими чем-то на северное сияние, только намного большего масштаба. Спустя буквально несколько минут корабль был окружен огромным сверкающим энергетическим полем. Примерно из таких полей состояли все транспортные туннели, только этот был намного больше.

– Поле сформировалось! – радостно сообщил Мобис Ном.

– Хорошая плотность! – добавил профессор Кирис. – Моя группа контролирует состояние поля во всех областях. Я получаю данные, и все они соответствуют норме.

– Поле стабильное! – доложил профессор Рокс.

– Можно плотность увеличить! – добавил профессор Нимус. – Энергии должно хватить.

– Хорошо! – согласился Мобис Ном. – Добавим ещё десять единиц мощности.

Антенны выстрелили несколькими сгустками энергетических шаров, которые сразу были поглощены основным полем. К слову, оно стало светить намного ярче, и толщина его стенок немного увеличилась. За всеми его изменениями главные ученые наблюдали на большом голографическом экране, куда и поступали все данные.

– Всё просто отлично! – довольно говорил Мобис Ном, тщательно изучив все полученные данные.

– Да, но для этого требуется много энергии, – заметил Кирис.

– Мы доставим все отчёты об этом эксперименте в научный совет, – ответил Мобис. – Они примут окончательное решение и свяжутся с транспортным отделом в столице.

– Я тоже чувствую себя не очень хорошо, – добавил Нимус, уловив тревожные нотки в голосе Мобиса. – Хочется поскорее улететь отсюда.

– Нам нужно закончить эксперимент, – ответил Мобис, не отрываясь от голографического экрана. – Нам нужно ещё немного данных.

– Фиксирую слишком большой выброс энергии в пространство! – доложил Кирис. – Снаружи туннелей также часто можно встретить подобные состояния.

– Пока всё в порядке, – успокаивал его Мобис. – Снаружи туннелей часто можно встретить подобное состояние.

– Но оно растёт и очень быстро, – продолжал докладывать Кирис беспокойно. – Моя группа уже сильно обеспокоена.

– Хорошо контролируйте! – кивнул Мобис.

– Пока основное поле стабильно, – всё также спокойно докладывал профессор Рокс. – Но я подтверждаю слова профессора Кириса: снаружи присутствует аномалия, которая растёт.

– Если основное поле стабильно, внешние изменения нам не помешают, – ровно ответил Мобис Ном. – Нам нужно ещё немного данных.

На самом деле сам эксперимент не планировался на долгое время. Это знали все учёные на борту. Изначально переливающееся разными цветами огромное энергетическое поле диаметром более двадцати километров, окружившее корабль, вызывало восторг и изумление. Оно демонстрировало высокие технические достижения, которые служили во благо не только орионской цивилизации, но и всего межзвёздного союза. Постепенно восторг начал сменяться сильным беспокойством, которое коснулось всех без исключения. Даже стойкий к стрессам капитан корабля Зетус был очень встревожен.

– Как хочется поскорее улететь отсюда, – поделился он этой мыслью со своим стажёром Митусом.

– Согласен, – взволнованно ответил Митус. – Может, это связано вот с этим? – Он кивнул на свой голографический монитор, где отображалась проекция их корабля, окружённого огромным пузырём.

– Может быть, – согласился капитан. – Происходят изменения, к которым мы не готовы.

– Я уж точно, – добавил Митус.

Несмотря на предупреждения коллег, Мобис Ном продолжал настаивать на продолжении эксперимента. Он всё также следил за поступающими данными от контрольных групп, быстро анализировал их, после чего принимал решения.

– Аномалия снаружи продолжает расти! – тревожно предупредил профессор Кирис. – Я не понимаю, как она могла образоваться? Ещё немного, и она просто поглотит нас.

– Я согласен с профессором Кирисом, – добавил Нимус. – Анализ моей группы подтверждает изменение течения времени снаружи. Оно приобретает то отрицательные, то положительные значения.

– Если это поле нас поглотит, то просто разорвёт! – тревожился профессор Рокс.

Мобис Ном, не обращая внимания на окружающих, продолжал работать с голографическим экраном. Он спокойно отвечал на вопросы:

– Я всё вижу. Нужно ещё немного времени. Я не хочу сюда возвращаться, поэтому нужно закончить сейчас.

Пространственная среда, изменённая силовыми установками корабля, сомкнулась, захватив корабль и окружающее его поле в свои аномальные объятия. Время внутри корабля словно остановилось или замедлилось настолько, что было трудно понять, что происходит. Время внутри корабля стало равным нулю.

Вокруг корабля образовалась огромная чёрная дыра, которая мгновенно поглотила корабль и всех, кто находился на борту. Никто не знал, что зона проведения эксперимента считалась нейтральной только по мнению межзвёздного союза.

Однако другая цивилизация считала, что чужеродные существа вероломно вторглись на их территорию и проводили там примитивные опыты, чего нельзя было допустить. Они не выдвигали никаких требований и просьб, чтобы незваные гости покинули их территорию. По их мнению, чужаки не были настолько разумными, чтобы вести с ними переговоры.

Огромный дискообразный корабль диаметром более тридцати километров неспешно патрулировал свои границы. Его населяли огромные гуманоидные существа ростом около тридцати метров с синей тёмной кожей, круглыми кроваво-красными глазами, вместо носа имеющие две дырочки, а рот их был без губ и напоминал длинную щель. Они считали себя венцом творения и контролировали огромную часть галактики, избегая контактов с другими цивилизациями, считая их недостойными и примитивными.

Этот дисколёт обнаружил неизвестный им корабль, который проводил непонятные опыты на их территории. Они не стали выяснять, кто это и откуда. Возможно, они знали, кто находится на борту корабля, но для них это было не важно. Главное – пресечь их незаконную деятельность, что они и сделали.

Их технологии позволяли создавать червоточины, которые позволяли мгновенно перемещаться из одной точки пространства в другую. Это требовало больших энергозатрат, но в данной ситуации было принято решение прекратить непонятные действия чужеродного объекта.

Дисколёт сформировал вокруг корабля орионцев искусственную чёрную дыру, в которую тот и провалился. Огромным гуманоидам было всё равно, что будет с этим кораблём и его обитателями. Возможно, они никогда не узнают, кто способствовал их исчезновению и куда они попали.

Глава 4. Выжившие

Вокруг была странная пустота. Не ощущалось ничего – ни запахов, ни тепла, ни тела, ни времени. Это было очень странное и одновременно пугающее чувство.

Девушка открыла глаза. Она не чувствовала ничего. Она подумала, что умерла, это была первая мысль, которая пришла ей в голову. В целом, она не понимала, что случилось и где она находится. Сознание словно отключилось, и ему нужно было время, чтобы перезагрузиться и понять окружающую обстановку.

Сознание возвращалось, но как-то медленно и словно неохотно. Девушка начала понимать, что если она открыла глаза, значит, они у неё есть и она может видеть, но вокруг была непонятная непроглядная темнота.

Она пыталась думать и давать мысленные команды своему телу, которое она не чувствовала. Наконец она смогла пошевелить головой. Ощущение тела ещё не вернулось, но она поняла, что повернула головой, так как увидела вдалеке какой-то свет.

Девушка пыталась почувствовать своё тело, продолжая давать мысленные команды своим рукам и ногам. Но ей никак не удавалось их почувствовать, что очень напугало её. Она не видела своего тела в такой темноте и не была уверена, что её руки и ноги были на месте. Тем не менее она не сдавалась. Ей нужно было во что бы то ни стало добраться до того света, который тускло мерцал вдалеке.

Она приложила ещё некоторое усилие, и ей удалось повернуться на бок. Это уже обрадовало её, значит, тело у неё есть, значит, шанс на целостность рук и ног ещё оставался. Несмотря на такие усилия, ощущение тела всё ещё не возвращалось.

Девушка понимала, что ориентируется только на тусклый свет, который мерцал впереди. Ей казалось, что она уже целую вечность пытается бороться с этими непонятными ощущениями. Тем не менее её глаза начинали привыкать к темноте. Очень медленно начали возвращаться какие-то чувства. Она ощутила запах гари. Может, что-то сгорело? Ей стоило неимоверных усилий снова повернуть головой и осмотреться. Она смогла осмотреть своё тело. Руки и ноги были на месте. Это хорошо, нужно было определить степень их повреждения и понять, почему она их не чувствовала.

Девушке потребовалось много времени и усилий, чтобы наконец пошевелить рукой. Она видела движение своих пальцев в темноте, но совсем их не чувствовала.

«Нервные окончания повреждены, – промелькнуло в её голове. – Сгорели», – поняла она, ощутив запах гари.

Девушка пыталась контролировать движения своих рук и ног. Она осторожно опёрлась на что-то мягкое, но не почувствовала этого. В темноте было трудно что-либо разглядеть, её больше интересовал свет вдалеке. Она с трудом подняла своё тело, стараясь немного двигать ногами, чтобы они оказались под ней.

Вскоре девушка смогла принять полусидячее положение. Чувствительность к ней ещё не вернулась в полной мере, но она не прекращала попыток встать. Она была уверена, что активные действия помогут мозгу восстановить связь с конечностями.

Девушка долго боролась с собой. Она не понимала, откуда у неё ещё есть силы. Возможно, энергии ей придавал тусклый свет впереди. Он чем-то притягивал её. Возможно, там было спасение и ответы на вопросы о том, что произошло.

Наконец ей удалось немного привстать. Она едва не упала, не удержав равновесие собственного тела. Расставив руки в стороны, она смогла сбалансироваться. Чувства возвращались к ней медленно. Она начала чувствовать кончики пальцев своих рук и ног, но этого было недостаточно для полноценного перемещения вперёд. Ей всё ещё приходилось визуально контролировать перемещения своего тела. Она сделала робкий шаг, но не успела ничего почувствовать, как снова оказалась на коленях, оперевшись руками о пол.

«Споткнулась», – успокаивала она себя.

Но обо что? Об этом она старалась не думать. Её целью было вернуть контроль над своим телом и добраться до мерцающего света, который, возможно, был рядом, но в то же время казался бесконечно далёким.

Ей потребовалось ещё много времени и усилий, чтобы снова подняться на ноги. Мерцающий свет впереди манил её двигаться вперёд. Ощущение тела возвращалось очень медленно. Она начала чувствовать свои ноги, точнее, как сгибаются колени. Она старалась поднимать их как можно выше, чтобы не споткнуться и не потерять равновесие. Она медленно опускала свои ступни на пол и делала следующий шаг, только убедившись в своём равновесии. Таким образом, очень медленно, она добралась до источника этого таинственного света. Это оказался узкий коридор, слабо подсвеченный длинными лампами на потолке. Они мерцали, видимо, работая в экономном режиме, расходуя остатки энергии.

Зайдя внутрь, девушка наконец смогла осмотреть себя. Она оказалась наполовину обгоревшей. Её комбинезон с левой стороны был словно вплавлен в тело, которое обгорело почти до самых костей. Она увидела свои обгоревшие мышцы на руке и ноге. Ей стало страшно, она захотела заплакать, но не смогла этого сделать. Её глаза тоже были обгоревшими, так как она начала чувствовать движение своих век, доставляющее ей непонятный дискомфорт.

Она оперлась здоровой правой рукой о стену, чтобы продолжить движение по коридору. Чувствительность её тела ещё не восстановилась полностью, но она уже могла ощущать боль при каждом шаге и движении рукой.

Коридор был недлинный, примерно тридцать метров. Девушке потребовалось больше получаса, чтобы преодолеть это расстояние. Она шла медленно, потому что ноги её плохо слушались из-за сильного повреждения мышечной ткани.

Коридор заканчивался каким-то помещением, также освещённым тусклым светом. Внутри она заметила какое-то движение, но сначала подумала, что это ей показалось. Возможно, это был просто сбой в работе мозга из-за стресса, травм и мрачной обстановки. Однако она всё же надеялась увидеть кого-нибудь, чтобы понять, что с ними произошло.

Девушка медленно продолжала идти вперёд. Дойдя до конца коридора, она оказалась в просторном помещении, которое освещалось такими же мерцающими лампами. Их мощности не хватало для хорошей подсветки всего помещения, поэтому дальние его углы были довольно тусклыми.

– Эй, – произнесла она немного хриплым голосом. – Есть тут кто?

Никто не отзывался. Ей стало очень страшно от мысли, что она никого не найдёт и не узнает, что случилось. Она сделала ещё несколько шагов вперёд, чтобы лучше осмотреть помещение. Она очень надеялась, что движения, которые она заметила, ей не показались и что кто-то ещё остался.

В стене справа открылась дверь, точнее, её створка отъехала в сторону. Оттуда полился яркий свет, который ослепил девушку. Из этого помещения вышел один орионец. Его лицо тоже было наполовину обгоревшим, но руки и ноги были целыми, насколько она успела рассмотреть.

– Она живая! – крикнул он.

Девушка была рада увидеть живого орионца, но не смогла выразить это эмоционально. Она потратила слишком много сил, чтобы добраться до этого момента. Она сделала шаг навстречу парню, и в её глазах всё потемнело.

Когда девушка пришла в себя, она обнаружила, что лежит на кушетке на полу. В её левую часть тела было введено несколько разноцветных трубок, а повреждённая часть была обработана белым желеобразным веществом.

«Я живая», – сразу промелькнуло у неё в голове. «Я не одна».

Над ней склонился орионец с полуобгоревшим лицом. По его глазам она прочитала, что он был рад увидеть её живой, но не мог выразить этого из-за обгоревших лицевых мышц.

– Тебе лучше? – спросил он.

Его голос был приглушённым и очень сиплым, видимо, его голосовым связкам тоже досталось.

– Не знаю, – почти шёпотом ответила девушка. – Где мы?

– Мы на своём корабле, – ответил парень. – Только боюсь предположить, где.

– Есть ещё выжившие? Что случилось? – продолжала спрашивать девушка.

– Да, есть ещё двенадцать орионцев вместе с тобой, – ответил он. – Двое в тяжёлом состоянии. Здесь мы организовали модули жизнеобеспечения. Пытаемся спасти всех, кто выжил, и спастись сами, – парень сделал паузу, пытаясь вдохнуть остатки воздуха. – Я не знаю, что случилось. Взрыв и пожар. Нам самим надо это понять.

– Вы ищете выживших? – продолжала девушка.

– По мере возможности, – ответил парень. – Нас немного, кто пострадал менее всех, – он внимательно посмотрел на неё и её раны, взял лежащий рядом большой белый тюбик и снова нанёс желеобразное вещество на её обгоревшую часть тела. – Это заживляющее и обезболивающее средство, – сразу пояснил он. – Мы нашли немного медикаментов, делаем всё, что можем.

– Хорошо, – выдавила из себя девушка, снова провалившись в глубокий непонятный сон.

Она проснулась от странного ощущения. Боль в левой части тела, повреждённой во время пожара, стала слабее. Возможно, это было связано с восстановлением нервных окончаний. Применяемый желеобразный гель оказался очень эффективным.

Открыв глаза, она увидела перед собой лицо орионца с обгоревшей половиной лица.

– Ты следишь за мной? – тихо спросила она.

– Вас не так много, кто приходит в себя, – ответил он.

– Мне действительно лучше, – попыталась улыбнуться девушка, но не смогла. Её лицевые мышцы были очень слабы.

– Не напрягайся напрасно, – сказал орионец, заметив её попытку улыбнуться. – Как тебя зовут?

Девушка задумалась. Она не могла вспомнить своего имени. Возможно, из-за полученных травм её мозг просто отключился. Она продолжала копаться в памяти.

– Не могу вспомнить, – тихо ответила она.

– Ничего, – ответил орионец. – У многих отшибло память.

– А ты помнишь своё имя?

– Меня зовут Карт, – выдавил он.

– Как долго мы здесь? – продолжала девушка.

– Не знаю, – покачал головой парень. – Время здесь течёт по-другому, гораздо медленнее или как будто стоит на месте. Странное чувство.

– Я тоже не чувствую времени, – призналась девушка.

– Не волнуйся, – старался успокоить её орионец. – Поправляйся.

– Мне лучше, – повторяла девушка. – Нужно придумать, как выбраться отсюда.

– Сначала нужно понять, где мы находимся, – возразил парень. – А это очень непросто.

– Логично, – согласилась она. – Сейчас тебе лучше поспать, – говорил орионец.

– Но я не хочу.

– Нужно.

Орионец сделал девушке укол маленьким шарообразным устройством, после чего она снова погрузилась в глубокий сон. Сколько времени она провела во сне, неизвестно. Но проснувшись, она ещё лучше почувствовала левую часть своего тела, которая начала немного ныть от боли. Но боль была терпимая, и это было даже хорошо, значит, тело восстанавливается.

Она приподнялась, чтобы посмотреть на себя. Мышечная ткань почти полностью восстановилась, начал формироваться кожный покров. Это свидетельствовало о профессиональной медицинской помощи и большом промежутке времени. Мышцы обычно восстанавливались очень долго, девушка об этом прекрасно знала, так как основы медицины были обязательным предметом почти для всех учёных.

Она отстегнула от себя цветные трубки, подключенные к левой части тела, и приподняла верхнюю часть. Это далось ей довольно легко, чему она была очень рада. Затем она встала на ноги. Это тоже она сделала без особых проблем, нужно было только удержать равновесие.

Немного постояв и расправив руки в стороны, она заново училась чувствовать своё тело и ходить. Но прежде чем сделать шаг, она осмотрелась по сторонам. Помещение было довольно просторным. Для чего оно предназначалось, было непонятно, возможно, это была обычная транзитная зона, более-менее уцелевшая после происшествия.

Оно хорошо освещалось. Видимо, остатки энергии перевели в эту часть или был подключен автономный источник. Невдалеке от неё находилось ещё несколько подобных лежаков, на которых лежали другие орионцы с разными травмами. Они тоже были сильно обгоревшими и находились в режиме сна.

Девушка сделала несколько шагов. Она старалась держать равновесие, чтобы не упасть. Ей нужно было научиться контролировать своё тело.

Она смогла лучше рассмотреть других орионцев. Один из них показался ей знакомым. Это был молодой парень, который сильно обгорел. Его ног не было до колен, а руки представляли собой чёрные угли, которые были очень хрупкими и могли рассыпаться от лёгкого прикосновения или дуновения ветра. Все его раны были покрыты желеобразным гелем, но толку от него было немного. Его спасло бы полное восстановление всех конечностей. Голова парня была целой, и он не спал. Он грустно смотрел куда-то в сторону, не замечая приближающуюся к нему девушку.

Она подошла к нему ближе, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Он тоже повернулся, увидев растущую рядом с ним тень. Его лицо переменилось. Очевидно, этот парень узнал её и был рад её видеть.

– Привет, – выдавил он. – Ты в порядке, я смотрю.

– Привет, – ответила она. – Я долго восстанавливалась.

– Ты знаешь, что случилось? – сразу спросил парень.

– Не знаю, – девушка еле заметно покачала головой, – но все сильно обгорели, – затем спросила: – Я где-то тебя видела, но не могу вспомнить где.

Парень попытался улыбнуться.

– Меня зовут Инвус, – представился он.

– Я не помню своего имени, – задумалась она.

– Тебя зовут Ланара, – продолжил парень.

– Ланара, – задумчиво повторила она, видимо продолжая копаться в своей памяти. – Мы виделись с тобой перед полётом, – говорил парень.

– Ты меня запомнил?

– Ты мне очень понравилась, – признался Инвус, – я надеялся увидеть тебя после эксперимента и пригласить тебя полететь со мной на Одрисс.

Девушка присела рядом. Её глаза выражали нежность и боль одновременно. Инвус это увидел, но не мог выразить ответных эмоций, его лицевые мышцы до конца ещё не восстановились.

– Это мило, – ответила она, – возможно, я бы согласилась.

– Я обязательно поправлюсь, – уверенно произнёс он, – мы выберемся отсюда и обязательно поплаваем вместе.

– Хорошо, – у девушки наконец получилось хоть немного натянуть улыбку. Ей было приятно снова его увидеть и наконец вспомнить своё имя. Это послужило сильным толчком для восстановления памяти.

– Ты куда-то хочешь пойти? – спросил Инвус.

– Я хочу узнать, где мы оказались, – ответила она, – и где орионцы, которые меня спасли?

– Они отдыхают, – ответил парень, – я тоже спрашивал их, где мы оказались. Мне ответили, что лучше не знать.

– Значит, они знают, – предположила Ланара.

– Возможно, – согласился Инвус, – не ходи никуда, лучше поспи.

– Спасибо, но я выспалась, – ответила она, – я должна сама посмотреть, где мы.

– Только осторожней и быстрее возвращайся, я буду ждать, – кивнул Инвус.

– Хорошо, – кивнула девушка, – я быстро.

Выход из этого помещения был где-то впереди, и девушка неспешно, пытаясь удерживать равновесие, побрела вперёд. Она прошла мимо всех лежаков, где в режиме сна находились незнакомые ей орионцы.

Оказавшись у противоположной стены, она увидела закрытую дверь в виде круглого люка. Ланара сразу смекнула, что, возможно, они находились где-то внизу корабля, в технических помещениях, так как в жилых, общих зонах двери имели прямоугольную, вытянутую форму. На уровне её лица расположился сенсорный терминал с углублением под правую ладонь. Девушка послушно приложила свою руку, и люк бесшумно отодвинулся в сторону, приглашая её войти.

Она вышла на длинный балкон, ограждённый трубами большого диаметра. В нос ей ударил тяжёлый воздух, наполненный другими химическими элементами. Девушка поняла, что долго дышать этим газом не сможет. Тем не менее она подошла ближе к трубам, чтобы через них рассмотреть место, где они оказались. Но вокруг была беспросветная тьма, и разглядеть что-то было просто невозможно.

С дальнего угла балкона к ней приближались два орионца. Они оба были с дыхательными масками на лице, и один из них был её знакомый по имени Карт. Увидев, что она пытается что-то рассмотреть между трубами, поспешили к ней.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Карт у Ланары недовольным голосом. – Здесь трудно дышать, немедленно вернись внутрь.

Ланара обернулась. Она сразу узнала Карта, а второго орионца – по комплекции, хотя лицо у него было немного более обожжённым. Без лишних вопросов Ланара поспешила вернуться в корабль. Орионцы зашли за ней, сняли маски, приложили ладонь к терминалу, и Карт закрыл люк.

– Я смотрю, тебе лучше, – заметил он.

– Я хотела посмотреть, где мы находимся, – призналась Ланара.

– Мы сами ещё не поняли, где оказались, – заявил второй орионец. – Это Морас, – представил он своего спутника. – Мы из одной научной группы.

– Мы простые лаборанты, – добавил Морас.

– Студенты? – удивилась Ланара.

– Почти, – кивнул он.

– Вы помните, что случилось? – спросила девушка.

– Я помню, как будто время остановилось, – начал вспоминать Морас. – И всё, я отключился.

– Ничего, мы это обязательно выясним, – сказал Карт.

– Что вы там делали снаружи? – продолжала расспрашивать Ланара.

– Мы хотим настроить аварийный маяк, – ответил Карт. – Пытались подключить его к аварийному питанию.

– Получилось?

– Пока нет, – сказал Морас.

– Попробуем попозже, – добавил Карт. – Мы хотим отдохнуть.

– Да и мне, пожалуй, тоже, – вздохнула Ланара.

Несмотря на улучшение общего состояния, она всё ещё чувствовала слабость. Процесс восстановления не был завершён. Любой медик запретил бы ей любые длительные перемещения, пока раны полностью не заживут. Поэтому она аккуратно вернулась к своему лежаку.

Её знакомый Инвус крепко спал. Она не стала его будить. Ей самой требовался отдых. Так она легла на своё место и закрыла глаза. Она надеялась, что проснувшись, будет чувствовать себя ещё лучше и сможет наконец понять, где они находятся. Иначе план о дальнейшем выживании было бы невозможно обдумать.

Трудно было понять, сколько времени она проспала. Время в этом месте двигалось гораздо медленнее, что усложняло общее восприятие. Однако оставшиеся в живых орионцы старались изо всех сил, чтобы выжить.

Карт и Морас были менее повреждены от пожара, и на них легла основная миссия по организации спасения. Им удалось проникнуть в другие помещения и найти несколько подносов, производящих еду. Только два из них были исправными, и то с ограниченными ресурсами. Один мог выдать дюжину стаканов с синим напитком, другой – семь с зеленоватым. Пусть эта мелочь смогла немного увеличить шансы на спасение.

Немного позже, после нескольких неудачных попыток, Карт и Морас смогли настроить аварийный маяк. Однако они сетовали на недостаток энергии. Той, что они использовали, едва хватало на поддержание хоть какой-то жизнедеятельности, а маяк требовал гораздо больше энергии, и взять её было просто неоткуда.

Ланара, которая со временем поправилась, пыталась помогать остальным. Они просили её присмотреть за больными, и она успешно справлялась с этой задачей.

Прошло неизвестно сколько времени, и запасы пищи и медикаментов почти иссякли. Оставшихся сил едва хватало.

Карт и Морас старались двигаться как можно меньше, чтобы сохранить энергию. Раненые были в тяжёлом положении, так как медикаментов не осталось, и найти их было негде. Они могли умереть в любой момент. Ланара потеряла надежду на спасение.

Она лежала на своём лежаке, слабая и исхудавшая. В какой-то момент слабое освещение в помещении моргнуло и стало светить ярче. Ланара подумала, что это обычная галлюцинация, вызванная голодом и слабостью. Однако Карт, самый стойкий из всех, приподнялся, чтобы осмотреться. Он был очень удивлён.

– Что это? – услышал он слабый голос своего друга Мораса.

– Питание включилось, – пробормотал Карт.

– Как такое возможно?

– Кто-то включил резервное. – Кто? – спрашивал Морас.

– Не знаю, – ответил Карт, сам находясь в недоумении.

Сильная слабость скосила его, и он упал рядом со своим лежаком. Ланара тоже была слаба и не могла ему помочь. Оставалось только надеяться на чудо.

Вдруг ей показалось, что в коридоре она увидела какое-то движение. Это была высокая тень, быстро приближающаяся к ним. Возможно, это действительно была галлюцинация, но, к своему удивлению, девушка смогла рассмотреть того, кто так быстро подошёл.

Это был орионец старше её, но ещё достаточно молодой, ростом чуть выше среднего. Он был одет в серебристый скафандр с зелёными эмблемами на плечах. Это точно был не учёный, а, скорее всего, патрульный или даже военный. Колпак его шлема был опущен, и Ланаре удалось хорошо рассмотреть его глаза, когда он подошёл ближе. Они были добрыми, но в них также читались грусть и дикая усталость. В целом он показался ей симпатичным молодым орионцем.

Рядом с ним летел переливающимся разными цветами шар. Возможно, это был робот или дрон, девушка не смогла понять.

Этот орионец подошёл к ней. Он прекрасно видел издалека, что девушка смотрит на него. Он что-то спросил у неё, но она уже не слышала, так как провалилась в глубокий непонятный сон.

Они и представить себе не могли, что это было спасение, которое шло к ним бесконечно долго.

Глава 5. Экстренное собрание

Контролёры службы движения, Нита Вирис и Торус Лод, лежали расслабленные на большом расправленном кресле. Они смотрели в потолок и на друг друга, показывая, что им было очень хорошо.

Нита была довольна тем, что добилась своего, и эта рабочая смена прошла не зря. Торус тоже был очень доволен всем происходящим. Из-за своей природной скромности он не имел своей подруги, поэтому надеялся на начало продолжительных отношений с красивой женщиной.

– А ты хорош, – улыбалась Нита, повернувшись к нему и не сводя глаз.

Торус был смущён её напором, но его смущение уже стремилось к нулю, рождая в молодом орионце зачатки уверенности.

– Не думал, что у меня всё получится.

– Сам убедился, – продолжала она. – Здесь нет ничего сложного.

Так они полежали ещё некоторое время. Нита первой поднялась с расправленного кресла и не спеша натянула на себя скафандр.

– Ладно, вставай, – сказала она молодому орионцу, наблюдая, как он продолжает нежиться на мягком кресле. – Нужно немного поработать.

– Да, – согласился он, приподнявшись с кресла. – Наш корабль уже давно не выходил на связь.

– У них важный эксперимент, – напомнила Нита. – Но сейчас проверим.

Пока Торус натягивал на себя комбинезон, Нита уселась за пульт, где висела голографическая проекция контролируемого пространства. Увидев отсутствие метки научного корабля, она сильно испугалась. Возможно, что-то случилось, и они это пропустили.

– Ноль триста седьмой! – громко вызывала она. – Срочно ответьте!

– Метки нет! – также очень испугался Торус. – Я отмотаю запись!

Он несколькими движениями руки на карте вернул изображение метки корабля. Они увидели растущую аномалию вокруг корабля, которая его и поглотила. Произошло это некоторое время назад.

– Вызывай поисковую бригаду! – строго произнесла Нита. – Я доложу главному контрольному пункту.

Торус, хоть и напуганный, но в этом моменте не растерялся и вызвал поисковый отряд, состоявший в основном из плеядских патрулей.

Главная контрольная база находилась с другой стороны столицы, где движение было гораздо интенсивнее. Там располагалась штаб-квартира, куда стекалась вся информация со всех контрольных пунктов. Нита вызвала одного из свободных контролёров, объёмное изображение которого возникло с её стороны голографического экрана. Услышав о пропаже корабля, в штабе были очень удивлены.

– Как давно это случилось? – спрашивал у неё один из главных контролёров орионцев.

– Четверть сола назад, – взволнованно ответила она.

– Что? – удивился он. – И вы молчали? Чем вы там занимались?

Нита стыдливо опустила глаза.

– Я вызвал поисковый отряд! – доложил Торус. – Они уже двигаются по маршруту корабля и скоро будут на месте!

– Хоть какие-то новости, – отозвался орионец-контроллер. – Докладывайте обо всём. А я буду вынужден сообщить вышестоящим о вашей ошибке!

Изображение орионца растворилось. Нита повернулась к Торусу и виновато посмотрела на него.

– Нам достанется, – произнесла она. – Тебе могут вписать выговор. Это испортит тебе карьеру, а меня могут перевести на более низкую должность. – Но что случилось, то случилось, – тяжело вздохнул он. – Теперь не отвертишься. Сейчас надо точно сосредоточиться на работе. Затем он сделал паузу. – Как бы всё ни повернулось, мне было очень хорошо с тобой.

Его слова вызвали на её лице лёгкую улыбку. Ей стало полегче, так как она тоже хорошо провела с ним это время.

Поисковая группа состояла из десяти кораблей, каждый из которых имел шарообразную форму и диаметр около десяти метров. Корабли двигались друг за другом длинной змейкой, быстро приближаясь к месту исчезновения корабля.

В каждом корабле находилось по восемь операторов во главе с капитаном. Все они были одеты в специальные белые скафандры с закрытыми гермошлемами и тёмным стеклом. Операторы сидели по кругу, лицом к центру, и у каждого был свой небольшой голографический монитор. У капитана было своё место с краю, также оборудованное небольшим голографическим экраном, откуда он мог полностью контролировать работу своего экипажа.

Их функции были схожи с функциями патрульных, только их корабли были оборудованы особыми устройствами, способными сканировать космос на большое расстояние. Во главе этой группы был опытный капитан Валис Нул, который уже давно работал в патруле в различных уголках межзвёздного союза. Не так давно его группу переназначили в поисковый отряд, с чем он отлично справлялся.

Пропажу научного корабля он воспринял спокойно, словно это было очередным делом. Его насторожили координаты места, где пропал корабль. Лететь нужно было далеко, почти к самой границе обжитой территории. Тем не менее, без колебаний он приказал капитанам кораблей своей группы быстро готовиться в путь.

Его корабль летел впереди и, достигнув нужной точки, первым активировал свои сканирующие устройства. Остальные корабли, следуя за ведущим кораблём, также включились в поиск на максимальную мощность.

Корабли сразу распределились по кругу, выстроившись по диаметру более чем на сто тысяч километров. Расстояние на самом деле для плеядцев было небольшим. Это было сделано в целях безопасности, чтобы любой из экипажей мог прийти другому на помощь.

Сканеры кораблей могли работать на большом расстоянии и, быстро обрабатывая огромную площадь космоса, получали необходимую информацию. Однако при сканировании этого участка никакой чёткой информации получить не удалось.

– Есть данные? – постоянно спрашивал Валис Нул у своих операторов.

– Нет данных, – постоянно слышал он в ответ.

– Не мог же он просто раствориться? – не мог понять плеядец.

– Нет никаких следов, – отвечали ему. – Словно он и не улетал отсюда, а действительно исчез, причём буквально.

– Инверсионный след обрывается здесь, – доложил один из операторов.

– И никаких следов? – опять удивился Валис.

– Извините, сэр, – оператор только развёл руками.

– О чём же мы будем докладывать научному совету? – всё ломал голову капитан.

– Не могу ничего посоветовать, сэр, – ответил ему один из операторов.

– До ближайших звёздных систем слишком далеко, – доложил другой. – Дальше никаких транспортных узлов нет. Проверена вся область пространства. Нет никаких изменений. Но если они были, то уже утихли. Мы же с небольшой задержкой прибыли.

– Да я знаю, – тяжело вздохнул он.

– Мы на очень дальних рубежах, – напомнил ему другой оператор.

– Нехорошее чувство возникает.

– Да, капитан, – согласились другие. – Новой информации мы уже не получим.

– Хорошо, – кивнул Валис Нул.

Он почувствовал себя некомфортно. Это было странное и пугающее чувство. Возможно, свойства пространства изменились. Не желая испытывать судьбу, он недовольно посмотрел на своих пилотов.

– Завершаем операцию! – приказал он всем кораблям по общей связи. Корабли быстро собрались и выстроились в ряд. Затем они начали движение к транспортному туннелю, через который они прибыли.

Валис Нул был расстроен. Это был первый раз в его работе, когда он ничего не мог сделать. Он также не знал, что доложить научному совету. Он не понимал, как при таких продвинутых технологиях мог исчезнуть огромный корабль с множеством орионцев на борту.

Информация об исчезновении корабля в научном совете была воспринята с недоумением. Казалось бы, обычный эксперимент, преследующий только благие цели, каждый шаг которого тщательно продумывался, не мог привести к таким обстоятельствам. В целом научный совет оказался не готов к такому развитию событий. Учёные не имели опыта действий в таких ситуациях, поэтому было принято решение экстренно собрать научную группу для обсуждения дальнейших действий.

Было решено провести заседание на Тумесоуте, в главном научном центре. Ваним Гоф, который решил принять личное участие в решении этой важной проблемы, вылетел со своей станции «Беллатрикс» и направился туда.

Главный научный центр располагался в центре большого населённого пункта. Здание было высоким, состоящим из нескольких башен, шпили которых уходили высоко в небо. Этот город не был сильно застроен. Между построек было много деревьев и обширных парковых зон, так что любой город на этой планете был довольно зелёным. Один из главных залов находился на верхнем этаже центральной башни.

В условленное время собрались все, кто был заявлен для этого совещания. За большим овальным столом, который левитировал в полутора метрах от пола, уже сидело несколько орионских учёных. Они все были примерно одного возраста, одетые в серебристые комбинезоны с синими полосами по бокам. На левой части их одежды был опознавательный знак, обозначающий принадлежность к той или иной научной группе.

Все они были обеспокоены предстоящим обсуждением и взволнованно переглядывались между собой. За столом также сидел ещё один орионец, который был одет в серый комбинезон. Он был немного постарше остальных и был совершенно спокоен. Рядом с ним сидела орионка.

Она была молода, очень красива, фигуриста, с длинными тёмными волосами. Она была одета в такой же серый комбинезон. Какую службу они представляли, было не понятно, так как на их одежде не было никаких опознавательных знаков. Она тоже была совершенно спокойна и смотрела по сторонам ровно, без эмоций, моргая своими глазами небесно-голубого цвета.

Ваним Гоф вошёл в зал последним, впрочем, остальные не начинали без него и ждали бы его до последнего.

– Итак, что же случилось? – спросил он, не успев присесть в своё кресло.

– Наш корабль пропал в восьмом крайнем секторе примерно половину сола назад, – ответил один из учёных.

– Поисковая группа, состоявшая только из плеядцев, не нашла никаких следов, – добавил другой учёный.

– Как такое возможно? – недоумевал Ваним Гоф.

– Никто не может понять, – заявил третий учёный.

– Служба контроля сообщила об происшествии с небольшой задержкой, – добавил первый учёный. – В данный момент идёт разбирательство.

– У вас есть какие-нибудь версии? – нахмурился Ваним Гоф. – Профессор Тилис?

– Известно только, что во время проведения эксперимента возникла непонятная аномалия, – взволнованно ответил тот. – Только неизвестно, какого именно свойства, и неизвестны причины её возникновения.

– Насколько я помню, руководителем всего проекта был Мобис Ном со своей технической группой, – сказал другой учёный. – Он всегда тщательно подходил к своей работе и доводил всё до конца. Он не мог допустить ошибку.

– Вы правы, – хмуро продолжил Ваним Гоф, – но что-то всё же случилось. Корабль исчез, и двести двадцать семь учёных на борту. Нужно хотя бы попытаться их найти.

– Но у нас нет опыта в таких операциях, – посетовал учёный по имени Тилис.

– Даже плеядцы ничего не смогли обнаружить, – добавил другой.

– Но не мог же он просто взять и раствориться? – продолжал Ваним Гоф. – Это просто невозможно! На борту было много людей, которых я знаю лично, и мне небезразлична их судьба.

– У меня есть мысль, – решился один из учёных.

– Говорите, профессор Корг.

– Я смею предположить, – робко начал он, – что возникшая аномалия спровоцировала темпоральное и пространственное перемещение.

– Возможный вариант, но не точный, – возразил учёный Тилис. – Насколько мне известно, пропавший корабль был оснащён системой защиты от такого смещения. Отсюда вывод о невозможности такой версии. Сами знаете, что такие смещения нежелательны в принципе.

– Я не имел подробной информации о технических характеристиках корабля, – извинялся учёный Корг, – но другого варианта я не вижу.

– Темпоральное смещение я тоже не рассматриваю, – вздохнул Ваним Гоф. – Придерживаюсь версии пространственного перемещения.

– Но как мы сможем найти его в нашей галактике? – удивлялись учёные.

– Нужно найти специалистов, – сетовал профессор Корг. – А это точно не среди нас.

– Поэтому мы здесь, – ответил орионец в сером, рядом с которым сидела красивая орионка.

– Вы представляете особый технический отдел? – спросил Ваним Гоф.

– Да, – ответил тот. – Меня зовут Дорас Тим, рядом со мной Анита Бионикс. Гордость нашего отдела по работе с искусственным интеллектом.

– Поясните.

– Наш научный отдел предвидел неспособность наших учёных умов в поисковой деятельности, – начал он. – Чтобы хоть как-то ускорить этот процесс, мы предложили свою помощь.

– Продолжайте, – с интересом слушал его Ваним Гоф с другими учёными. – В чём же заключается ваша помощь?

– Мы сами не особо сильны в поисках, и даже не знаем, кто этим занимается, – ответил Дорас. – Если от поисковых групп нет никакого толка, тогда нужен здесь особый специалист в этом деле.

– Один специалист? – удивился Ваним Гоф.

– Не знаю, – тот пожал плечами, – я хоть что-то пытаюсь предложить.

– Я ищу в базе данных, – сообщила Анита приятным женским голосом, – такие специалисты есть, проверяю их резюме и всю информацию.

– Она что… – удивился профессор Тилис.

Это удивление также было на всех лицах его собеседников.

– Да, она наш синтетик-гиноид, – кивнул Дорас, слегка улыбнувшись и скрестив руки на груди. – Это наша гордость. Она найдёт того, кого нужно.

– Она прекрасна! – улыбнулся Ваним Гоф. – Не знал, что у вас в отделе есть такие экземпляры.

– Спасибо! – улыбнувшись, ответила Анита профессору, реагируя на его комплимент.

– Её не отличишь от настоящей! – улыбнулся профессор Корг.

– Она у нас в единственном экземпляре, – продолжал Дорас. – Ей нужно дальше развиваться, эволюционировать. Поэтому пусть поможет.

– Я нашла в базе несколько подходящих кандидатов, – ответила она. – Отправлю им запрос на эту работу.

Ваним Гоф грустно вздохнул:

– Мы готовы предложить большое вознаграждение за любую информацию о корабле. Мы должны узнать, что случилось с нашими товарищами.

– Двое уже отказались, – сообщила Анита через несколько минут. – Сослались на сильную занятость. Но я считаю, что это нежелание или даже трусость.

– Она подключена к хроникам, – пояснил Дорас. – Поэтому ищет информацию по всем возможным каналам.

– Кто-нибудь ещё остался? – спросил Ваним Гоф.

– Да, есть ещё один, – ответила она. – Но он не выходил на связь, находится где-то далеко. Думаю, он идеально подойдёт для этой работы.

– Пробуй связаться с ним, – повторял Дорас.

– Я проанализировала его досье и считаю, что будет лучше, если я сама выйду с ним на связь и попробую уговорить его. Но мне нужен будет корабль.

– Мы дадим тебе хороший корабль, – с небольшим облегчением вздохнул Ваним Гоф.

– Тогда медлить нельзя, – произнесла она, привстав из-за стола.

Все улыбнулись. Хоть какое-то решение было принято.

Глава 6. Скучное задание

Маленькое красное солнце находилось далеко, но его лучи нещадно нагревали зеленоватый газовый гигант. Вокруг него вращалось множество мелких спутников, многие из которых не имели собственной атмосферы из-за слабой гравитации. Они тоже сильно нагревались в лучах своего светила, делая пребывание на их поверхности невыносимым.

Среди этих спутников был один довольно крупный планетоид диаметром около двух тысяч километров. Он вращался по особой эллипсоидной орбите. Большую часть времени планетоид находился в тени газового гиганта, но в жарких объятиях своего красного солнца его путь был быстрым и коротким, что позволяло ему не сильно разогреваться.

Эта планета оказалась идеальным местом для укрытия одной из баз ретикулянцев. Ретикулянцы занимались перенаправлением или перепродажей краденых технологий и других ценных артефактов, добытых нечестным путём у представителей других видов.

Рядом с базой, за тёмной стороной небольшого холма, где была небольшая площадка, совершил посадку небольшой шарообразный аппарат, окружённый желтоватым ореолом. Крепко встав на опоры, снизу выдвинулся лифт, из которого быстро высыпали существа небольшого роста, не более метра.

Их было двенадцать. Они не были похожи на обычных гуманоидов, хотя имели худое маленькое тело, короткие ноги и длинные руки ниже колен с четырьмя пальцами, оканчивающимися круглыми присосками, как у лягушек. Голова была похожа на вытянутый треугольник, заканчивающийся остроконечными ушами. Лицо этих существ было серым и отталкивающим. Два миндалевидных красных глаза располагались немного по бокам и светились в темноте, что уже вызывало у некоторых видов дрожь или отвращение. Вместо носа у них было две маленькие дырочки, а рот представлял собой длинную щель, что также добавляло жути в их облик.

Эти существа были адаптированы для жизни и пребывания в любой атмосфере, поэтому никакого дискомфорта они не испытывали. Они были одеты в что-то похожее на комбинезоны, только наполовину зелёные и наполовину жёлтые, похожие на кожаные. Однако они начинали блестеть и переливаться в темноте, словно излучая какую-то энергию во внешнюю среду.

Осматриваясь вокруг, они осторожно проследовали к одному из круглых зданий, находившимся за холмом. Здесь таких строений было всего три. Установлены они были быстро и, судя по всему, небрежно, поскольку в этом месте красное солнце явно сильно нагревало их. Но эти здания при возникновении опасной ситуации можно было быстро переместить в другое место. Это была вот такая ретикулянская база, коих на планетоиде насчитывалось не так много, расположившихся в разных местах.

Но этой группе гуманоидов нужно было именно сюда, и пока красное солнце не взошло, нужно было сделать все запланированные дела.

Они продолжали молча идти вперёд, приближаясь к зданию, внимательно оглядываясь по сторонам. Но им ничего не угрожало, по крайней мере, они были в этом уверены.

Несколько низкорослых ретикулянцев, одетых в золотистые комбинезоны, уже ждали их в большой круглой комнате. Они внешне отличались от своих гостей. Ростом менее полутора метров, непропорционально большая голова, огромные тёмные миндалевидные глаза. Вместо носа у них были такие же две дырочки, а ниже располагалась узкая короткая щель, являющаяся ртом. Он явно не предназначался для приёма пищи и являлся остаточным от эволюции рудиментом.

Они стояли за столом, чем-то напоминающим прилавок, и молча наблюдали, как в подсвеченном дверном проёме появилась первая фигура их треугольноголового гостя, затем в дверях появилась ещё одна и ещё, пока круглая комната не оказалась заполнена этими непонятными существами.

Ретикулянцы знали, кто это, и знали, зачем они пришли. Вербально они не разговаривали, но телепатическое общение у них было сильно развито.

– Вы прилетели довольно быстро. – транслировал свои мысли ретикулянец, стоявший в центре. – За вами никто не следил?

– За нами никого не было. – ответило одно из существ.

– Мы за этим следили. – добавило другое существо.

– Вы же знаете, зачем мы здесь. – направил свои мысли третий.

Ретикулянец кивнул. Повинуясь его телепатической команде, другие ретикулянцы достали из-под прилавка небольшие желтые светящиеся шарики, заключенные или обернутые небольшим защитным полем.

Одно из красноглазых существ взяло своей рукой с присосками один из шаров, чтобы как можно лучше его осмотреть.

– Это то, что мы искали. – немного радостно ответило оно. – У себя мы сможем реализовать это в три раза дороже.

– И где вы их нашли? – поинтересовалось другое существо.

– Это наша тайна. – ретикулянец улыбнулся бы, если мог.

Некоторую информацию они не раскрыли бы ни при каких обстоятельствах.

– Так вы берете? Или нет?

– Забираем. – ответило существо.

Из толпы вышло другое существо, у которого в руке был небольшой черный куб, который тускло светился, выделяя особую энергию. Оно поставило с силой его на стол прилавка.

Ретикулянец никак на это не отреагировал. Он дотронулся до куба своими тонкими пальцами. Из него вырвалась синяя голограмма с непонятными иероглифами. Ретикулянец посмотрел на них и очередным прикосновением отключил его.

– Всё хорошо. – транслировал он эти слова в мозг собеседника. – Забирайте и улетайте немедленно, пока не появилась звезда.

Никто из этой дюжины странных существ не проявил никаких эмоций. Несколько из них взяли по светящемуся жёлтому шарику и поспешили покинуть помещение. Они не знали, что уже долгое время за ними наблюдал орионский корабль без опознавательных знаков.

Корабль завис на небольшой высоте над базой ретикулянцев, используя режим невидимости. В кабине корабля находился молодой орионец, одетый в серебристый скафандр. Он выглядел обычно, как и все представители его расы, и не привлекал к себе внимания. Его рост составлял чуть больше среднего – три метра двадцать, а телосложение было атлетическим.

Орионец спокойно смотрел в свой голографический монитор, на котором отображалось перемещение всех наблюдаемых объектов. В данный момент этими объектами была дюжина неприглядных существ, которые прилетели на встречу с ретикулянцами.

Ладони орионца лежали на панели перед интерфейсом. Он едва заметно двигал пальцами, меняя ракурс обзора, чтобы получить более полную картину. В напарниках у него был шарообразный летающий дрон. Дрон был около полуметра в диаметре и состоял из двух половинок с синей полоской по экватору. Он постоянно светился, переливаясь разными цветами в зависимости от настроения и передаваемой информации. Дрон общался с орионцем с помощью особых сигналов, которые транслировались сразу в мозг.

– Помни наше задание, – напомнил ему дрон, переливаясь всеми цветами радуги. – Только наблюдение.

– Я помню, – ответил орионец, не отводя взгляда от экрана. – Но они что-то получили от ретикулянцев. Это нужно выяснить.

Затем он тяжело вздохнул.

– Опять эти ретикулянцы, постоянно с ними сталкиваюсь, чем бы ни занимался.

– Согласен. Они ведут незаконную деятельность на нашей территории, поэтому вероятность встретить их в подобных местах довольно высока. И, может, не стоит выяснять, что это за предметы, – заморгал дрон синеватым светом. – Может, это не наше дело. В конце концов, у нас совсем другое задание.

– Большеголовые просто так ничего не делают, – без эмоций ответил орионец. – И ничего просто так не дают.

– И твоё предложение? – засветился дрон синим. – Спуститься вниз и выяснить, что получили эти особи.

– Мне это не нравится, но я знаю, что у меня нет выбора, – быстро заморгал дрон разными цветами.

Орионец быстро поднялся с кресла и вышел из кабины в коридор. Слева к стене был прислонён большой стеклянный купол, внутри которого хранился его скафандр.

Орионец надел скафандр. Бортовой компьютер скафандра, встроенный в шлем, провёл быструю диагностику носителя.

На внутреннем дисплее шлема появилась надпись: «Противопоказаний нет».

Скафандр был соединён с мозговым центром носителя, и орионец мог мысленно отдавать команды для включения или выключения любых встроенных функций. Также система скафандра имела мысленную связь с кораблём, поэтому орионец мог управлять кораблём, находясь на некотором расстоянии.

Корабль орионца мягко приземлился недалеко от шарообразного корабля существ с треугольными головами. Опоры корабля неглубоко вошли в грунт. Это было хорошо, потому что посадка прошла бесшумно, но и плохо, потому что взошедшее красное солнце могло сильно нагреть почву, превратив её в камень. Орионец знал об особенностях этого планетоида и изучил его перед приближением. Поэтому нужно было поспешить.

Он спустился по изгибающемуся эскалатору, который любезно появился из бокового люка корабля. За ним бесшумно летел его верный напарник, который не светился, чтобы не привлекать внимания в темноте.

Орионец видел на внутреннем дисплее шлема, как группа существ вышла из здания и неуклюжей походкой направилась к своему шарообразному кораблю.

– Они идут обратно, – доложил орионец.

– Наши действия? – просигналил дрон.

– Пока наблюдение, – ответил он.

– А как ты хочешь узнать, что они получили от ретикулянцев? – спросил дрон.

Орионец кивнул и двинулся навстречу группе гуманоидов, покинув тёмное укрытие за невысоким холмом. Те продолжали идти вперёд, внимательно оглядываясь по сторонам, но были очень удивлены, увидев возникшую из темноты тень высокого гуманоида. Орионец просто остановился перед ними, ожидая, пока ближе подойдут те, кто нёс в своих перепончатых лапах светящиеся жёлтые шарики..

– Я представляю интересы Межзвёздного Союза, – начал он. – Любая деятельность рeтикулянцев и их сообщников является противоправной и преследуется по всей территории Союза.

Гуманоиды переглянулись и начали что-то обсуждать на своём языке. Внутренний интерфейс шлема был настроен на перевод некоторых языков, используемых в коалиции. Потребовалось некоторое время, чтобы система определила диалект и нашла возможные варианты перевода.

– Мы не входим в ваш Союз, и наши дела с ретикули вас не касаются, – прочитал орионец перевод на экране дисплея. – Мы не для того прилетели издалека и не улетим без этих артефактов.

– Мне нужно знать, что это и откуда это у вас? – спросил орионец.

– Это не ваше дело, – перевёл писклявый голос. – Но для нас это очень важно.

– Согласно нашим законам, я должен изъять это у вас, чтобы определить принадлежность артефакта и пресечь деятельность ретикули.

– Глупец, – перевёл голос. – Они скоро уйдут, и вы их не найдёте, а мы вам это не отдадим. Гуманоиды, словно по неслышимой команде, выхватили трубки и выстрелили в орионца красноватыми шарообразными зарядами. Все они врезались в защитное поле скафандра и были успешно им поглощены.

Орионец мысленно активировал своё магнитное устройство и взмахом руки отбросил нескольких гуманоидов. Те пролетели около двадцати метров и глухо шмякнулись на влажную почву. Остальные бросились врассыпную, стараясь скрыться в темноте. Также он услышал громкий писк одного из существ. Система быстро вывела на дисплей перевод: «Какой воинственный абориген».

Орионец не считал себя таковым, он просто выполнял свою работу по пресечению незаконной деятельности. Он изначально был готов к такому развитию событий и активировал ночной режим видения, поэтому прекрасно видел, кто и куда побежал, быстро перебирая короткими ножками.

Орионец бросился за ближайшим, у кого был светящийся шарик. Тот плотно прикрывал его своей ладонью, чтобы тот не отсвечивал в темноте. Остальные гуманоиды, осматриваясь, осторожно обходили круглое здание по направлению к своему кораблю. Они продолжали о чем-то тихо переговариваться. Их писки были едва слышны в тишине. Они также не забывали применять телепатическое общение, если считали, что вероятный противник находился рядом.

Орионец их быстро нагнал. Он прекрасно видел в темноте их след, а дрон, бесшумно летевший рядом, старался своими сигналами не моргать, включив только необходимые сканеры.

– Если честно, в моей базе нет никакой информации об этих существах. – слышал орионец сигналы дрона в своём мозгу.

– Они из того места, куда межзвёздный союз ещё не совался. – ответил орионец.

– По-моему, они напуганы. – сигналил дрон.

– Нам нужно выяснить, чем они тут промышляют.

– Согласен. – отвечает дрон. – Любая деятельность должна быть проверена.

Существа снова выстрелили в догоняющего их преследователя красноватыми энергетическими сгустками. Те снова врезались в защитное поле скафандра.

– Защита восемьдесят процентов. – увидел эту информацию орионец на экране своего внутреннего дисплея.

Это было незначительным повреждением, устраняющимся обычной подзарядкой батарей.

– Сами вы аборигены. – громко произнёс орионец в их адрес. – Ваши смешные трубки плюются какой-то ерундой.

В ответ на это в защитное поле снова врезалось несколько красных сгустков. Орионец решил принять ответные меры. Он выхватил свое ручное фотонное оружие, прикрепленное к поясу, и несколько раз выстрелил в сторону убегающих гуманоидов. Фотонные заряды быстро настигли цель. Но, взорвавшись, они не причинили этим существам особого вреда. Гуманоиды быстро вскочили на ноги и, ускорившись, снова скрылись в темноте.

Орионец остановился, чтобы оценить состояние своего оружия. Его первая мысль была о том, что его оружие было настроено на малую мощность, хотя настройки указывали на максимальное значение.

– У них какая-то защита. – удивился орионец.

– Я не видел у них защитного поля. – начал моргать дрон. – Предполагаю, что это свойства их физических тел.

– Физических тел?

– Да, но магнитное оружие на них работает. – добавил дрон.

Орионец сделал несколько длинных рывков вперед, применив реактивный ранец, входивший в стандартную комплектацию скафандра. Гуманоиды не могли быстро бегать, и каких-то технических приспособлений для быстрого перемещения они не взяли, поэтому были быстро настигнуты своим преследователем.

Небольшая часть уже приближалась к кораблю, но орионцу нужно было поймать хоть одного с этим желтым светящимся шариком. Убегая, гуманоиды ещё раз выстрелили по нему своими красными сгустками. Орионец от них увернулся и сразу настиг гуманоида, держащего в руке светящийся артефакт.

Орионец просто сшиб существо с его коротких ног. Желтый шарик покатился по влажной почве, освещая своим светом эту непроглядную темноту. Можно было увидеть недовольное лицо гуманоида и его неприятный оскал, показывающий во рту его маленькие зубки.

Существо быстро поднялось на ноги и сделало неуклюжий рывок в сторону катящегося шарика, но орионец не оставил этому гуманоиду никаких шансов и просто притянул артефакт к себе. Существо начало пискливо и грозно о чем-то высказываться.

– Ты пожалеешь об этом. – высветилось у него на внутреннем дисплее. – Ты не знаешь, что это, а оно нам очень нужно.

Орионец решил их больше не преследовать. Он понимал, что больше от них ничего не узнает. Его больше интересовал тот желтый шарик, который был не таким большим, диаметром сантиметров десять, не более.

Орионец смотрел на него, тот светился, переливаясь приятным светом. Разглядывая его, он не сразу заметил, как треугольноголовые вернулись на свой корабль. Он начал взлетать, а орионец молча проводил его взглядом. За холмом также началась какая-то масштабная активность. Здания ретикулянцев начали испускать яркий зеленоватый свет. Это был режим трансформации строений в космические корабли. Ретикулянцы прекрасно видели преследование своих клиентов каким-то орионцем. Чтобы не испытывать судьбу, отвечая на допросе на неудобные вопросы, они сразу решили ретироваться.

Ретикули всегда пытались избегать любых контактов с представителями межзвёздного союза. Они понимали, что их деятельность была вне закона. Такую репутацию они сами давно заслужили, доведя свою родную планету до состояния, непригодного для проживания. Теперь они превратились в космических кочевников и, чтобы как-то выжить, были вынуждены промышлять контрабандой и грабежами.

Три огромных ретикулянских корабля взмыли вверх, быстро ускоряясь, растворяясь в пространстве бесконечного космоса.

– Кажется, мы остались одни. – моргал дрон синеватыми сигналами. – Пора и нам улетать. Скоро звезда взойдёт.

– Да, пожалуй. – согласился орионец, продолжая рассматривать светящийся желтый шарик, аккуратно поместившийся у него в руке.

Красное солнце не успело подняться и нагреть своими лучами почву до каменистого состояния. Орионец с дроном успели быстро покинуть этот планетоид и направиться в другую точку галактики.

Корабль был в режиме программируемого полёта, поэтому орионец, находясь в мягком кресле своей кабины, продолжал крутить в руке этот желтый шарик, стараясь понять его назначение и природу.

– Что-нибудь сможешь про него выяснить? – спросил он у дрона.

– Уже перебираю похожую информацию в хрониках. – моргнул тот.

– Узнаем, откуда он, поймем часть деятельности ретикулянцев.

– Это, конечно, хорошо. – заморгал дрон немного красноватым светом. – Но все же мы отклонились от задания. Что ты будешь отвечать заказчику?

– Скажу как есть. – ровно ответил орионец. – К тому же я нашел что-то более интересное, чем это скучное наблюдение.

– Но он не заплатит тебе обещанное вознаграждение.

– Не так много он обещал за это дело. – вздохнул орионец. – Мне нужно что-то серьезное, а не эти скучные наблюдения.

– Как тебе угодно. – заморгал дрон немного фиолетовыми цветами. – Я кое-что нашел об этих артефактах.

– Интересное?

– Да. – моргнул дрон уже красноватым светом. – Вся информация о них закрыта или удалена. Но доступ есть только у высокопоставленных научных сотрудников.

– Секретность. – кивнул орионец, продолжая рассматривать этот шарик.

– У него хорошее стабильное защитное поле. – заметил дрон. – Необычная энергетическая субстанция. Тебе бы положить его в какое-нибудь укромное место на корабле, а не играться ним. – дрон засветился синим светом. – Если появится какая-нибудь информация о нём, я сразу сообщу тебе.

– Хорошо. – улыбнулся орионец.

Он вышел из кабины в коридор, продолжая с интересом его рассматривать. Встал рядом с куполом, под которым хранился скафандр, и ладонью дотронулся до стены. В стене открылась глубокая ниша, в которой хранилось некоторое оружие. Но орионец открыл это небольшое хранилище для того, чтобы поместить в него этот загадочный артефакт. Шарик аккуратно разместился на полке. Ему тут было самое место. На полке образовался небольшой энергетический барьер синеватого цвета, он действовал как защита, чтобы тот не вывалился. Закрыв эту нишу, орионец вернулся в кабину, где его продолжал ждать его верный напарник дрон.

– Спрятал? – поинтересовался тот.

– Да, он в оружейной. – легко выдохнул орионец.

– Хорошо, только мой тебе совет. Пока не рассказывать об этом никому, пока не поймем, что это такое.

– Это разумно.

Орионец понял, что его напарник был довольно умён в некоторых областях, и поэтому предпочитал к нему прислушиваться.

И это было сделано вовремя, так как из его интеркома раздался вызов от заказчика. Орионец махнул рукой, и на голографическом экране возникло объёмное изображение его соплеменника, одетого в зеленоватый комбинезон. Он был немного старше и чем-то недоволен.

– Здравствуйте, инспектор Тиид. – улыбнулся орионец. – Я вот-вот собирался с вами связаться.

– Мне не до любезностей. – недовольно отозвался тот. – Мне нужно знать результаты вашей работы.

– Я выследил преследуемых в системе Видив с красной звездой. – ответил орионец. – У них были какие-то дела с ретикули.

– Дела с ретикули? – удивился инспектор. – И что было дальше?

– Они что-то передали этим существам. – продолжил орионец. – Не знаю только что.

– И куда они потом улетели?

– Мне не удалось их отследить.

– Как это не удалось? – возмутился инспектор. – Где нам теперь их искать?

– Я пытался за ними следить, но они меня атаковали.

– Они применили магнетрон? – спросил Тиид.

– Что? – удивился орионец.

– Ясно. – вздохнул тот. – Информации мало. Раз ты не справился, мы сами их поищем.

– У меня было мало информации об этих существах. – вздохнул орионец. – Кто они?

– Мы называем их резиподами.

– Как? – удивился орионец.

– Резиподы. – повторил инспектор. – Это из-за особенности их тел.

– Я понял теперь, они словно эластичные, поэтому их обычное фотонное оружие не берёт. – Они совсем из другой части галактики. – продолжал инспектор. – Мы их начали отслеживать, как только они появились на территории союза.

– Теперь мне ясно. – выдохнул орионец.

– Еще, – начал тот. – Я не смогу тебе заплатить обещанное вознаграждение.

– Я предвидел этот поворот. – Орионец привстал с кресла. – Оно изначально было мне неинтересно.

– Что ж, тогда до связи. – сказал инспектор. – Куда направляетесь?

– Немного отдохну. – ответил орионец и отключил связь.

Разговор с инспектором утомлял. Он мог бы рассказать ему об этих существах раньше, тогда бы он лучше продумал свою стратегию и действовал более эффективно. Но сейчас это волновало его меньше всего.

Он направлялся в систему молодой синей звезды, к зарождающейся планете, где он любил проводить свободное время, отдыхать и восстанавливать силы. Лететь до неё было ещё долго, поэтому у него было немного времени, чтобы подумать.

Орионец прошёл в свою комнату отдыха, которая находилась прямо за кабиной. Он мысленно активировал большой мягкий диван, присел на него и вызвал свой личный интерком. Порывшись в голографических изображениях, он остановился на одном.

Это было изображение красивой орионки. Она смотрела на него и улыбалась. Он специально сохранил эту улыбку для себя. Он никому не говорил о ней, но сильно скучал, понимая, что ничего не сможет изменить.

– А она красивая, – услышал он голос дрона в своём мозгу.

Он обернулся. Дрон мигал приятным синим светом. Видимо, он был так поглощён рассматриванием её изображения, что не заметил, как дрон подлетел к нему.

– Уже прошло много времени, как вы расстались, – добавил дрон. – Ты до сих пор скучаешь по ней?

– Да, скучаю, – вздохнул орионец.

– Я не видел её, – продолжал дрон. – Я составил её образ из твоих воспоминаний.

– Это всё, что у меня осталось.

– Как её зовут?

– Инарис, – ответил орионец.

– Красивое имя, – моргнул дрон синеватым светом. – Я тебе ничем не могу помочь с её воспоминаниями. Но лучше отвлечься на что-нибудь более реальное.

– Например?

– Отдохни, наберись сил, – продолжал моргать дрон. – Потом возьми достойную работу, которая заставит тебя забыть о всех личных проблемах.

– Да, пожалуй, – слегка кивнул орионец.

Он ещё немного посмотрел на изображение улыбающейся ему Инарис. Он мог бы долго смотреть на неё, но понимал, что выбрав другого, она немного понизила его самооценку. Однако это было её решением, и это расставание было для него очень болезненным. После этого он решил более не заводить отношений, выбрав добровольное одиночество.

Он дал мысленную команду интеркому, и её изображение растворилось. С этим начали растворяться и его воспоминания, которые всё равно рано или поздно к нему вернутся.

Он приближался к своей планете, которая находилась в системе молодой синей звезды. На этой планете только зарождалась жизнь, и здесь не было никаких диких животных, которые могли бы помешать приятному пребыванию.

Особенно дороги ему были восходы и закаты на этой планете. Восход преображал всё небо всеми цветами светового спектра. Небо озарялось голубыми лучами солнца, переходя в приятные светло-фиолетовые тона. Закат сопровождался обратными световыми представлениями.

У него на этой планете было любимое место, куда он и был настроен программировать полёт корабля. Это была большая поляна у глубокого обрыва, с одной стороны от которой вырос небольшой, но густой подлесок с несколькими большими высокими деревьями, обросшими широколистными кустарниками с голубоватыми листьями. За обрывом находился длинный горный массив, который был довольно далеко. Внизу расположилось плато или равнина, растянувшаяся на несколько десятков километров, которая плавно вырастала в эти каменные горы.

Именно оттуда вставало местное голубоватое солнце, восходы которого так любил наблюдать орионец.

На планете была ночь, и нужно было только дождаться рассвета, чтобы увидеть это великолепное зрелище.

– Ещё есть время до восхода, – заморгал дрон синеватым светом, увидев, как его напарник собирается надеть свой скафандр.

– Я знаю, – ответил орионец. – Но я подожду, избавлюсь от мрачных мыслей.

– Тогда я с тобой, – приветливо заморгал дрон.

Оказавшись снаружи, орионец первым делом рассматривал звёздное небо над головой. Их расположение было совсем не таким, каким привык он видеть на своей родине, но подсознательно он уже был готов адаптироваться здесь.

Созерцание далёких мерцающих солнц также успокаивало его. Здесь не было этой бесконечной суеты, как в столице. Здесь никто не приставал к нему со своими незначительными просьбами. Здесь он был свободен.

Звёзды постепенно начали тускнеть, приближался самый волнующий момент. Скоро должна была взойти главная звезда, ради которой орионец и дрон прождали некоторое время.

Но их внимание отвлёк посторонний шум. Орионец был очень удивлён, когда увидел, что рядом с его кораблём приземлился небольшой корабль без опознавательных знаков.

Это было более чем неожиданно, ведь об этом месте знал только он и никому больше не рассказывал. Тем не менее, ему стало интересно, кто это и что здесь нужно. Если потребуется, он прогонит незнакомца.

Люк корабля открылся, и из него вышла высокая голубоглазая орионка в зеленоватом комбинезоне и с прозрачной дыхательной маской на лице. Это было правильное решение, так как атмосфера на этой планете была непригодна для дыхания. Увидеть здесь такую особу он точно не ожидал и даже не успел придумать, какой вопрос ей задать. Она сама сделала несколько быстрых шагов ему навстречу.

– Протеус? – услышал он приятный женский голос.

– Да, – немного смутился он от такого напора. – Поскольку вы не читаете сообщения, я решила поговорить с вами лично, – заявила она. – Я искала вас.

– Вы искали меня? – удивился он.

– Да, и, кажется, нашла, – улыбнулась она и протянула руку для рукопожатия. – Я Анита Бионикс.

– Очень приятно, – пожал ей руку орионец.

– Пройдёмте на ваш корабль, – продолжила девушка. – Нам нужно поговорить.

Глава 7. Подходящий кандидат

Аните не потребовалось много времени, чтобы найти подходящего кандидата для этой работы. Она выбрала нескольких человек, которые имели военный опыт и славились своей дисциплинированностью.

Одним из кандидатов был Марк Фист – известный орионский специалист. Он обладал необходимым опытом, имел хорошую репутацию и всегда доводил свои дела до конца. Анита первой отправила ему приглашение на эту работу, но он, не долго думая, отказался. Его решение было основано на здравом смысле, поскольку поиски исчезнувшего корабля на краю межзвёздного союза были рискованным и малообещающим предприятием.

Другой специалист, плеядец Риволь, также имел схожий опыт и репутацию. Когда он узнал, что ему предстоит делать, он тоже поспешил отказаться. Его решение было вызвано большим беспокойством в этом деле. Он узнал, что поисковые отряды из Плеяд ничего не нашли в этом районе, и его поиски вряд ли что-то изменили бы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.