Савольсэн
Убить злодейку. Том 1

글 사월생

악녀를 죽여줘 1

Kill the Villainess

© Your April 2019 / D&C MEDIA

© Гусева К. Г., 2025

© Nictorien, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *

러시아 독자분들에게.

안녕하세요, 사월생입니다.

제 소설이 러시아에 출간되어 무척이나 기쁩니다.

그리 길지 않은 이야기지만, 이 책을 읽으실 때 한 편의 연극을 즐기듯 깊이 몰입하고 또 빠져나오시길 바라겠습니다.

감사합니다.

Дорогие российские читатели!

Здравствуйте, меня зовут Савольсэн.

Я очень рада, что мой роман издан в России.

Хотя эта история и не слишком длинная, я надеюсь, вы сможете с головой в нее погрузиться, а затем выйти, словно из театра, с новыми мыслями и чувствами.

Спасибо.

Глава 1. Начало

Все люди рождаются и живут в этом мире, хотят они того или нет. Точно так же и я жила, как все остальные, и пусть я не делала то, что желала… моя обыденность была счастливой.

Однако порой случаются сюрпризы. И некоторые из них настолько абсурдны, что могут быть темой забавного подкаста на радио или же превратиться в интересную тему для обсуждения на онлайн-форумах.

И вот я… попала в иной мир. Здесь до сих пор существует наследный принц, по улицам шествуют рыцари, а рядом уживаются святые силы и магия.

Это мир внутри заурядного романа, который я прочитала у подруги дома пару дней назад. В нем я Эрида Мизериан – единственная дочь маркиза, невеста наследного принца и злодейка, смотрящая на главную героиню с завистью и ненавистью.

Возможно, многие хотя бы раз в жизни мечтали попасть в подобный мир, а те, кто действительно оказался в нем, смирившись, решили бы всерьез постараться ради новой жизни… Но только не я. Для меня все здесь незнакомо. Я не полюблю этот мир ни за что и никогда. Поэтому нужно как можно скорее умереть. Умереть и вернуться в свой мир… Таково было мое решение.

* * *

– Госпожа, вы проснулись?

Может, все потому, что я, будучи неверующей, пыталась найти бога? Сегодня я снова открыла глаза в этом романе, несмотря на отчаянное желание вернуться в свой мир к наступлению утра. Вместо голоса мамы меня разбудил голос служанки. Мои привычно сжатые губы слегка изогнулись в мягкой улыбке. Опыт с подработки, на которую я устроилась для того, чтобы сводить концы с концами, к моему удивлению, оказался здесь полезным.

– Мне же нужно посетить сегодня императорский дворец? – я натянула на лицо вежливую улыбку, которая не казалась неестественной.

Поскольку главной героиней романа была Елена, и сам рассказ велся от ее лица, я ничего не знала ни о характере Эриды, ни об ее окружении. Однако, судя по тому, что никто не находит мое поведение странным, похоже, мне удается достаточно хорошо изображать благородную леди.

Обычно утренние сборы занимали около двух часов, но из-за поездки в императорский дворец пришлось начать подготовку на час раньше. Вероятно, Эрида делала это с целью выглядеть красивее для своего жениха, наследного принца. Впрочем, все эти труды были бессмысленны. Он был влюблен в Елену, главную героиню романа. Это произошло с момента их первой встречи и неизменно до сих пор. Его пылкая безответная любовь длится всю книгу. Ближе к финалу он наконец женится на Елене и делает ее императрицей, а Эрида от ревности теряет рассудок.

По правде говоря, этот роман был совершенно не в моем вкусе. Неплохая история, чтобы развеять скуку, но на банальный сюжет и персонажей невозможно закрыть глаза. Отсутствовали неожиданные сюжетные повороты, да и само повествование нельзя было назвать запоминающимся. Лишь бесконечные злодеяния Эриды и развитие отношений Елены с тремя красивыми и талантливыми мужчинами на фоне этого. Несмотря на то что Эрида была единственной злодейкой, противостоящей главной героине, автор даже не посчитал нужным рассказать ее предысторию. Ее выставили неполноценной личностью. Той единственной, кто ненавидел Елену и так и не раскаялся вплоть до самого конца. Злодейка в этом романе была не человеком, скорее, устройством для создания бесконечных испытаний для главной героини.

В итоге Эриде удается отравить Елену, но благодаря одному из мужских главных героев, который по совместительству был первосвященником, девушка чудесным образом возвращается к жизни из мертвых. Наступает триумф добра над злом. Эрида умирает, а Елена живет долго и счастливо. Все, кто симпатизировал главной героине, остались очень довольны концовкой.

– Госпожа, о чем вы задумались? – спросила служанка, которая укладывала мои волосы. Незаметно для меня подготовка к выходу почти закончилась.

Именно такой я представляла себе Белоснежку, когда читала эту сказку в детстве: черные сияющие, как эбеновое дерево, волосы; кожа белая, как снег; а губы алые, как кровь. В зеркале отражалась незнакомая, но красивая женщина. Зрелище, пугающее до костей.

– Думаю о том, что время идет слишком медленно.

– Должно быть, это из-за того, что госпожа с нетерпением ждет церемонию помолвки?

– Может быть.

Моя смерть кажется такой далекой, и это мучительно.

– Ослепительный день, леди Мизериан. Его высочество, как всегда, ожидает вас.

– …Как мило со стороны всегда ждущего его высочества. Действительно, прекрасный день.

После окончания императорской аудиенции меня ждали слуга и рыцарь наследного принца.

Алекто неистово ненавидел Эриду, но не пропускал совместных чаепитий, потому что неизменно держал свое обещание. Обещание, которое было дано вовсе не ей, а императору.

– Эрида! Вернее, леди Мизериан! Вы пришли!

Меня приветствовали радостным и звонким голосом с очаровательной улыбкой на лице. Ветер слегка колыхал серебристые волосы девушки, словно сделанные из растопленного сахара. Наследный принц улыбнулся и заправил выпавшую прядку ей за ухо.

Они вместе идеально вписывались в этот «ослепительно солнечный день». Светловолосый принц смотрел теплым взглядом на Елену, поправляя ее струящиеся локоны, а затем перевел холодный взгляд на меня.

– Ты позже, чем обычно.

– …Прошу меня простить. Сегодня великолепный день, ваше высочество, Елена.

– К счастью, чай еще не остыл. Пожалуйста, присаживайтесь.

– Елена, я же просил не обращаться к ней формально. Мы ведь друзья, верно?

С восторженным взглядом Елена посмотрела на меня, ожидая, что я кивну. Тем временем наследный принц глянул так, будто был готов ударить, если я не подчинюсь. До чего же смешно.

Графскую семью Антебеллом оклеветали и низвергли, а императрица сделала графиню, свою подругу, няней наследного принца. Дочь этой графини – Елена. Пусть она и происходит из знатного рода, сейчас она простолюдинка. Если бы не благосклонность наследного принца, девушка не могла бы и мечтать о чаепитиях с аристократами, общаясь с ними на «ты». Следуй я сюжету романа, то непременно бы указала главной героине на ее место, а после меня бы выпроводил разгневанный принц. Только вот «мне» даже думать о подобных сценах утомительно. Независимо от того, унижу я сейчас Елену или нет, принц в любом случае будет ненавидеть Эриду, так что тратить силы бессмысленно. Поэтому я лишь мягко посмотрела на девушку и ответила:

– Остывший чай становится терпким на вкус. Не могла бы ты налить мне горячего?

– Ох, конечно.

– …Неужели юных леди не учат тому, как чай себе наливать? Или, быть может, ты безрукая?

Он сейчас это серьезно?.. Принц яростно уставился на меня только из-за того, что я попросила его женщину налить чай? Я не привязана к этой жизни, а потому и бояться мне нечего. Хотя маркиз мне и не родной отец, но меня вывело из себя то, что принц смеет критиковать его за воспитание дочери.

– Как сказали ранее ваше высочество, мы друзья… А разве просить друга налить чай настолько противоречит этикету?

– Ты!..

Если говорить о соблюдении правил, то именно он сейчас был в невыгодном положении. Принц, намеревающийся накричать на меня, замолчал из-за вмешательства Елены.

– Да, Алек. Мы подруги… поэтому я это и сделала. Если будешь продолжать ворчать, то тебе чай я наливать не стану, – она слегка пристыдила его, шутливо нахмурившись, и мужчина недовольно надулся. А Елена легко постучала по его губам указательным и средним пальцами. Таков их знак о готовности для примирения. Это было и дерзко, и очаровательно одновременно, как сцена из фильма. Пожалуй, поэтому все и любили Елену.

Девушка мельком взглянула на меня и улыбнулась. Согласно содержанию книги, в силу характера Елена была необычайно честным и непосредственным человеком, поэтому никто не питал к ней ненависти, что бы она ни сделала. Даже те, кто ее не любил, в итоге начинали обожать главную героиню, предавая злодейку. Это казалось не столько привлекательностью, сколько магией.

– Пьете чай и без меня?

– Ясон! Ты уже вернулся?

– Да, я планирую на некоторое время остаться в столице. Не правда ли, сегодня чудесный день, ваше высочество? – задорно спросил появившийся из ниоткуда Ясон и обнял одновременно наследного принца и Елену.

Старший наследник герцогства, более известный как «рыцарь Ясон». Он был их другом детства и одним из тех несчастных мужчин, безответно влюбленных в Елену. На самом деле Эриду уже должны были выставить за дверь за ее глупое поведение. Сейчас происходила та самая сцена, где трое друзей тепло общаются. Однако поскольку два главных мужских персонажа меня на дух не переносят, я решила специально задержаться здесь подольше.

– Простите за грубость, леди Мизериан. Вы все так же прекрасны.

Ясон, который до этого лишь игнорировал меня, наконец посмотрел в мою сторону и поприветствовал, не забыв подмигнуть, как и подобает первому ловеласу империи. Он был красив, но я испытала лишь отвращение.

– И вам светлого дня, лорд Каджар.

– Я ничего не сделал для семьи, поэтому упоминания титула не заслужил. Обращения по имени будет достаточно, как я всегда и говорил. Ах, до чего же вы строгая.

– Как я, невеста принца, смею?

Когда я сделала акцент на слове «невеста», брови Ясона приподнялись, а лицо принца помрачнело. Мужчина украдкой посмотрел на Алекто. Его высочество явно был человеком, который не умеет скрывать свои эмоции. По крайней мере, он всегда был таким перед Эридой и Еленой, потому как прилюдно демонстрировал свою ненависть к первой и открыто любил вторую. О какой сдержанности вообще может быть речь?

Ранее мне говорила подруга, что именно поэтому он был так популярен у читательниц, будто всем нравится то, как он топит Эриду ради добродушной Елены. Что ж, мужчины, которые любят свою женщину и ставят ее на первое место, всегда привлекательны.

– Много глаз наблюдает, ваше высочество.

– Мне нет необходимости беспокоиться о мнении других.

На самом деле я не хотела с ними связываться. Они были всего лишь на год или два старше Эриды. Злиться на тех, кто ведет себя по-детски, – пустая трата сил. Однако я не смогла вынести самодовольную ухмылку принца, который чувствовал себя победителем. Сдержанно улыбнувшись, я бросила вслед реплику.

– Под небом ходит только один человек, который может себе это позволить… Хотя, возможно, вопрос благополучия политических противников заботит даже его.

– Эрида!

Елена от удивления вскрикнула мое имя. Принц все сильнее сжимал кулаки, пытаясь сдержать свой гнев. Ясон стоял рядом с ним, не сводя с меня глаз, и был готов к любым непредвиденным действиям.

По сути, я лишь сказала, что он не император, и это так вывело его из себя.

Хотя я думала, что мне станет легче от того, что я поддела принца, внутри все равно остался неприятный осадок. Это все так странно, ведь Эрида тоже была их подругой детства. Однако сейчас в этой комнате она определенно нежеланная гостья, инородный объект. Будь я настоящей Эридой, мне было бы больно.

…Интересно, как бы поступила Эрида в такой ситуации?

Я медленно встала, наблюдая за их реакцией. Глядя на Елену, которая все еще с удивлением смотрела на меня, я добавила, улыбаясь:

– Спасибо за чай, леди Антебеллом. На таких личных встречах это не будет иметь значения, но в людных местах вам не стоит обращаться к принцу и ко мне на «ты». Вам следует учитывать социальный статус собеседника.

Попробую вести себя как настоящая Эрида.

– Леди Антебеллом, вы не очень хорошо знаете этикет. Я лишь беспокоюсь, что вы можете снова допустить ошибку, понимаете?

– Да…

Видя, как я тонко упрекнула его любимую, наследный принц почти набросился на меня, но Елена, приобняв, остановила его. Затем, с подавленным видом, она опустила голову и кивнула. Даже в таком состоянии она выглядела мило и ранимо, как щеночек под дождем.

Удовлетворенная ее ответом, с улыбкой на лице я ушла и неспешно села в свой экипаж. На мне были тяжелые украшения, тугой корсет и плотный слой макияжа… Я вздохнула, взглянув в окно.

Добрая с рождения Елена всегда всех прощала, даже если это было в ущерб ее собственным интересам. Но это не имело значения. Главную героиню всегда окружали трое выдающихся мужчин, готовых на все ради нее. А потому ничего страшного не случится, если я, мечтающая умереть, буду испытывать к ней неприязнь.

Ах, какой прекрасный солнечный день.

Идеальная погода для того, чтобы повеситься.

* * *

В конце концов я не смогла покончить с собой. Пусть причины провала были разными, основная заключалась в том, что мне не удастся умереть, даже если повешусь.

Изначально я не собиралась делать ничего экстремального, но, сколько бы ни спала, не могла вырваться из этого кажущегося сном мира. Это вынудило меня предположить, что, быть может, шоковая терапия поможет мне проснуться. Однажды мне удалось выбраться из кошмара, погибнув в нем. Вспомнив это, я всячески старалась умереть, но… поскольку в этом мире сверхъестественные явления были нормой, видимо, и причинно-следственная связь основной канвы событий этого мира не могла быть нарушена. Не только повесившись, но и порезав вены, упав с высоты или приняв яд, я так и не смогла умереть. При повешении удивительным образом ломалась балка или ветка; при попытке застрелиться случалась осечка; а яд, видимо, был некачественным, поскольку оказывал только эффект снотворного.

Несмотря на то что я не прекращала попытки умереть, они трансформировались в несчастные случаи, что не могло существенно повлиять на сюжет новеллы. Например, если я пыталась зарезать себя, это трактовалось как нападение какого-то злоумышленника, что скрылся с места преступления. Если я падала с балкона, конюх, находившийся внизу, ловил меня и таким образом спасал. Хотя это явно выглядело как попытка самоубийства, но все поголовно считали, что я просто оступилась.

Что ж, сверхъестественные явления следует лечить сверхъестественными методами. Даже в Корее я ни разу не пользовалась услугами гадалок, но ради возвращения в свой мир я была готова на все. Как говорится, клин клином вышибают. Служанка, которую я попросила разузнать об известной гадалке, была в курсе моего подавленного состояния из-за череды «несчастных случаев» и холодности наследного принца, потому была рада, что я хочу посетить ведунью. Она надеялась, что я хотя бы немного отвлекусь, пусть и не поверю во все это колдовство.

– Прошло много времени с вашего последнего выхода в свет, почему бы не принарядиться?

– Я собираюсь вернуться сразу после встречи с гадалкой, это ни к чему.

– Ох, не говорите так. Раз уж вы идете в центр, почему бы не заглянуть в магазинчик с одеждой и украшениями? Может, прикупите десертов в популярной кондитерской…

– Ну, раз уж ты так говоришь, я подумаю. Видимо, ты хочешь сладостей?

Когда я пыталась выяснить, чего она на самом деле хочет, служанка покраснела и ответила с легким упреком.

– Думаете, я это из-за угощений вам говорю? Хм, там и в самом деле есть кое-что, что мне хотелось бы попробовать… Однако я имела в виду, что вкусная еда всегда улучшает настроение, и надеюсь, что вам после лакомств станет лучше. – Она улыбнулась мне улыбкой, полной любви. Чувствуя легкую горечь, я кивнула, и служанка помогла мне надеть выбранные туфли.

– У вас еще достаточно времени до заката, не торопитесь.

– Хорошо.

– Вот, так-то лучше.

Все в этом доме любят Эриду. Интересно, любила ли она их? Надеюсь, что это было взаимно.

Улицы были переполнены людьми. Осмотревшись, я увидела огнестрельное оружие. Значит, империя была ближе к Новому времени, чем к Средневековью, по временной шкале.

Все дороги в замке были вымощены камнем. Несмотря на то что в стране существует единая религия, магическая инженерия развита настолько, что здесь ходят трамваи, а в ночное время светят фонари. Мне показалось смешным, что страна, верящая в бога и отвергающая магию, развила магическую инженерию, но инженеры, исследовавшие магию, не считались волшебниками. Это больше напоминает алхимию. Как бы то ни было, для человека из современного мира, жившего на Земле, удивительно и завидно видеть энергию, созданную без риска загрязнения окружающей среды. Однако высокий уровень цивилизации был характерен только для империи, которая развила магическую инженерию. Другие малые королевства все еще отставали. Возможно, что, как и в «Прекрасную эпоху»[1], такой прогресс и процветание империи достигались за счет других королевств. И все-таки лучше всего размышлять о таких вещах, любуясь видом из окна, когда едешь в карете. По прибытии в торговый квартал, рыцарь открыл дверь. Я вышла, взявшись за его руку, и осмотрелась по сторонам.

Переулок был не таким мрачным, как я ожидала. Хотя здесь не было таких ярких и дорогих товаров, как на главной улице, в этом месте все еще можно было увидеть множество маленьких уютных магазинчиков. Полагаю, такая обстановка не соответствовала положению леди Эриды, но мне она показалась комфортной и интересной.

– Вас подождать?

– Нет, возвращайся в особняк.

– Но, леди, разве ранее не было совершено покушение на вашу жизнь? Опасно ходить совсем одной в таком месте.

– Почему я должна повторять дважды? Возвращайся в поместье, ты привлекаешь внимание.

Все равно я не умру. Однако, если рядом со мной будет стоять человек из фамильного поместья, я не смогу спросить гадалку, о чем хотела. Рыцарь заколебался, но настоял на том, что подождет здесь, пока я не закончу свои дела в городе. Недолго думая, я все же решила пойти на компромисс, чтобы не тратить силы на спор.

Я неспешно вошла в ближайший магазин.

Передо мной определенно было здание… но как только я вошла внутрь, возникло ощущение, словно я очутилась в палатке или шалаше. Мое внимание привлекли полки, заполненные таинственными и сверкающими вещами. Я неосознанно протянула руку, чтобы прикоснуться к ним.

– Милая, я на вашем месте не трогала бы это.

Услышав голос, я вздрогнула и обернулась к его источнику. Передо мной появилась женщина с огненно-рыжими волосами и бледной кожей. Она медленно подошла ко мне. Черное длинное платье и сверкающее ожерелье могли принадлежать знатной даме, но никак не гадалке.

– Я пришла сюда из-за одной проблемы. Если ты действительно искусна в своем деле, то должна знать, о чем идет речь.

– Разумеется, леди Мизериан. Или будет вернее называть вас несчастной иномирянкой?

Пораженная, я пристально уставилась на гадалку. Она в ответ лишь улыбнулась и, взяв мою застывшую руку, повела меня по лестнице, ведущей в подвал. Обстановка в помещении была мрачной. Из-за тусклого освещения и холодного воздуха она казалась еще более угрожающей. Женщина усадила меня в кресло, а сама присела на деревянный стул напротив.

– Раз знаешь о моем истинном происхождении, это многое упрощает. Я хочу вернуться туда, откуда пришла.

– Бедная иномирянка… легче сказать, нежели сделать. Судя по запаху вашей души, вы уже многое перепробовали ради достижения цели.

– Запах души?

– Вы пытались оборвать связь тела с душой, но мир не позволил вам этого сделать.

Женщина достала несколько трав из шкафчика и бросила их в большой котел, стоящий в углу, а после тщательно помешала. В этот момент она больше напоминала ведьму, чем гадалку. Закончив, она протянула мне чашу с непонятным зельем пурпурного цвета. От одного только запаха стало дурно.

– Пейте.

– Откуда мне знать, что это?

– Будь в чаше яд, разве такой исход не был бы к лучшему для вас?

Да, с этим не поспоришь. Зажав нос, я выпила все содержимое залпом. На вкус зелье было ужасно кислым. Еще немного и меня бы вырвало, но я вовремя прикрыла рот. Женщина улыбнулась и дала мне сладкую желейную конфету.

– Как вы уже заметили, я не простая, – она сняла кружевные перчатки и слегка сжала свою протянутую руку. В тот момент на ее ладони вспыхнули и засверкали загадочные узоры. Если бы меня попросили описать увиденное, я бы сказала, что они напоминали завитки в стиле ар-нуво. Затем женщина зажгла небольшой искрящийся огонек на самых кончиках пальцев.

– Позвольте мне представиться, леди иномирянка. Меня зовут Медея, я последняя ведьма в этих краях.

Ведьма? Как любопытно. О таком в романе не было упоминаний.

Медея, заметив мой заинтересованный взгляд, тихо усмехнулась.

– Похоже, у вас появилось много вопросов, поэтому я отвечу на некоторые из них.

– Ты сказала, что являешься последней ведьмой. Значит, других уже нет? Или они обитают где-то еще?

– В империи я последняя. Остальные находятся далеко отсюда, избегая преследования. Однако нас все равно очень мало.

– Раз ты не называешь фамилию, вы не оставляете потомков?

– Что ж, бывали случаи, когда ведьмы рожали детей, но это редкость. Индивидуальность важна для нас, поэтому мы называем друг друга по именам и считаем сестрами.

Вопросов стало еще больше, но я решила сдержаться. Медея, словно поощряя меня, протянула еще одну желейную конфетку, на этот раз с белой посыпкой.

– Скажи, есть ли способ вернуть меня в родной мир?

– Мы можем помочь, но для этого вы должны быть готовы умереть. Полагаю, это не проблема. Однако, поскольку я никогда не встречала иномирцев, следует сперва обсудить это с сестрами.

– Сколько времени этой займет?

– Минимум две недели. Некоторые из них живут за пределами континента, так что надеюсь на понимание.

– А что, если я не захочу умирать?

– На этот вопрос я не могу ответить, леди иномирянка. Вы, кажется, не понимаете разницу между магией и теологией. Позвольте прояснить, теология – это наука о законах творения, в то время как магия – о нарушении этих законов. Если хотите создать несуществующий путь, обратитесь в храм. Но я не гарантирую, что там найдут решение.

Кивнув, я протянула заранее подготовленный мешочек с золотом. Медея отказалась от него, но я настояла:

– Это мой способ заставить тебя чувствовать обязанной. Не знаю, насколько ценны деньги для ведьмы, но твои секреты наверняка опаснее, чем мои. Твое молчание – мое молчание.

– Если такова цена, я принимаю ее. Когда разузнаю что-то новое, свяжусь с вами. Держите зеркало под рукой.

* * *

Покинув лавку и немного прогулявшись, я решила заглянуть в ту хваленую кондитерскую. Она оказалась огромной, оправдав все восторженные отзывы, которые я слышала от неугомонной служанки. Видя почти километровую очередь, я почувствовала усталость и уже собралась уходить… но толпа проигнорировала мое желание и лишь подтолкнула вперед. Из-за высоких каблуков я споткнулась и чуть не упала, но кто-то меня подхватил.

– Вы в порядке?

Черные волосы и смуглая кожа. Я узнала его. Он обладал добрым сердцем, но молился о том, чтобы Эрида попала в ад. Мужчина, что истратил все свои божественные силы, чтобы спасти Елену, – первосвященник Гибрис. Он неловко улыбнулся, не зная о том, как сильно будет ненавидеть меня в будущем. Когда наши взгляды пересеклись, его робкая улыбка исчезла. Затем он наклонился к моему уху и прошептал:

– Кто вы такая?..

Его пристальный взгляд пронзил меня насквозь.

Глава 2. Раннее разоблачение личности

Сознание помутилось. Из-за внезапного головокружения показалось, что я забыла, как дышать. Следует ли мне честно все рассказать ему и попросить о помощи? Или же лучше притвориться, что не знаю, о чем речь? Будь Гибрис на моей стороне или хотя бы в положении, схожем с повстречавшейся мне ведьмой, я бы без раздумий рассказала бы ему обо всем. Однако в оригинале первосвященник был сторонником Елены, а это означает, что он мне скорее враг, нежели друг. Стоит ли мне в таком случае вручить в руки своего будущего врага настолько сильное оружие? Ответ очевиден – нет.

Я хотела умереть, но аккуратно и без боли. Если бы меня раскрыли и тем, кто меня ненавидит, стало бы известно, что я не Эрида, все бы только усложнилось. Поскольку в этой стране развита магическая инженерия, они могут сделать меня подопытной крысой с целью исследовать, как душа попала в иное тело, или заточить в отдаленном уголке страны, держа под присмотром вплоть до естественной смерти. Даже если первосвященник Гибрис будет сейчас молчать об этом, позже он все равно расскажет наследному принцу, в итоге исход понятен. Алекто беспощаден и уж точно не проявит снисхождение.

– Почему первосвященник задает такие вопросы незамужней дворянке?

– …Я не о вашем статусе спрашиваю.

– А о чем тогда? – я продолжила настаивать на своем. Мне изначально не следовало медлить с ответом и сейчас я пожалела об этом. В подобных ситуациях побеждает тот, кто громче кричит. С уверенностью задрав подбородок, я нагло посмотрела ему в глаза. В ответ первосвященник, который ранее не имел опыта общения с женщинами, смущенно отвел взгляд. Люди вокруг начали заинтересованно следить за ситуацией – пусть он и первосвященник, все же Эриду все знают как невесту наследника престола, а потому наш разговор выглядел подозрительно и интересно.

– Это не самое подходящее место для разговора.

– Вы устраиваете мне допрос, но даже не удосужились объяснить причину?

– Как первосвященник, разве я могу допрашивать?! – воскликнул Гибрис и поднял голову. Я приблизилась к нему. На самом деле это был рискованный шаг, потому что таким образом я могла оказаться в положении женщины, соблазняющей человека из духовенства, но я была уверена, что победа останется за мной. В романе первосвященник Гибрис был ужасно нерешительным и вдумчивым, что лишило его возможности признаться Елене, и в итоге он остался ни с чем. В отличие от нежной Елены, Эрида выглядела устрашающе, а потому, если я надавлю, он не сможет мне противостоять.

– Раз я чувствую себя как на допросе, то, несомненно, все так и есть. А если я сейчас коснусь груди первосвященника, это тоже не будет считаться домогательством только потому, что я женщина?

– Похоже, между нами возникло недоразумение. Прошу прощения.

– Извинения приняты.

Поняв, что сегодня мне не суждено купить десерт, я оставила Гибриса с разбитым выражением лица и отошла от кондитерской. Будет хлопотно, если он после начнет искать доказательства тому, что я не Эрида. Да и пребывание наедине с первосвященником посреди улицы, возле кондитерской, где толпятся дворяне, – скверная идея. Репутация Эриды и без того в плачевном состоянии, а потому такая встреча точно станет достоянием общественности. Впрочем, мне все равно на то, что думают люди. Я не в своем настоящем теле, да и эта жизнь скоро закончится. Мне нечего терять.

Однако в карете на обратном пути в голове роилось множество мыслей. Если Гибрис все равно в будущем полюбит Елену, может быть, мне просто следовало рассказать обо всем сейчас? Ведьма сказала, что есть способ вернуться живой, не умирая. Но вот загвоздка: этим знанием может обладать служитель храма, а потому нужно разузнать касательно этого. Храм – это отнюдь не то место, куда можно попасть просто так. Даже дворянам необходимо было пройти строгий отбор и многоступенчатую проверку. В романе Елена, несмотря на то что она главная героиня, не могла туда просто так войти из-за низкого происхождения. Однако для нее и это не стало проблемой, потому что одним из влюбленных в нее мужчин был первосвященник Гибрис. Может, мне стоило бы спросить у него, что он увидел сейчас в Эриде и есть ли способ вернуться живой в мой мир. Может, так было бы лучше?.. Меня не пугает сама смерть, но та боль до сих пор всплывает в моей памяти. Все попытки были ужасно мучительными… И все же я продолжала пытаться, думая, что, когда проснусь, все уже закончится. Однако очередные пробуждения в этом мире только усиливали мои страдания.

– Ох…

Сейчас я упустила прекрасную возможность из-за страха. Подумав об этом, я непроизвольно горестно вздохнула. Шанс был упущен, так что остается только надеяться, что появится новый. Мне бы сейчас пригодилось более глубокое знание оригинального романа, чтобы распознать возможность, но повествование было слишком однообразным, поэтому я читала его поверхностно, не запоминая детали. К тому же все описания были сосредоточены на Елене, так что, если некоторые события происходили далеко от нее, о них не было и речи. Неделю назад было совместное чаепитие, значит, это, скорее всего, середина романа…

Ах, если бы я только знала, что все так сложится, прочла бы повнимательнее.

– Мы прибыли, госпожа.

– Благодарю.

– О, вскоре ведь состоится церемония посвящения рыцарей. Не подумываете ли вы выбрать личного рыцаря в этом году?

– А?..

Спускаясь с кареты, я поймала себя на мысли, что не помню, упоминалось ли об этом в сюжете. Растерянная, я взглянула на рыцаря, а он в ответ слегка улыбнулся.

– Вы можете отказаться, если не хотите, но в целом титул личного рыцаря полезен как для самого воина, так и для его дворянина. Рыцарь может быть использован для ваших личных нужд в том числе.

Предложение звучало заманчиво, но я все же покачала головой. Моя жизнь скоро закончится, и мой уход станет бременем для людей, находящихся рядом.

Из-за моего отказа мужчина выглядел немного разочарованным, но не удивленным.

– Жаль. Среди нас много желающих служить вам, госпожа.

– …Служить мне?

– Конечно. Каждый рыцарь мечтает посвятить жизнь прекрасной даме и пожертвовать собой в случае необходимости. Разве не романтично?

– Эгоистичное и ничтожное стремление.

Разве ради такого стоит рисковать собственной жизнью? Или они просто хотят переложить ответственность за свою жизнь на кого-то другого? Почему они жертвуют собой под таким нелепым предлогом как романтика? Мужчины остаются собой, как в прошлом, так и в настоящем, их ход мыслей всегда был мне непонятен. Я обернулась к рыцарю, прежде чем войти в дом.

– Может, кому-то и по нраву это, но мне – нет. Так что пусть лучше человек посвятит жизнь себе.

Я не хочу исполнять чью-либо мечту, неся бремя ответственности за чужую жизнь на своих плечах.

* * *

Снова рассвело, а я по-прежнему оставалась Эридой. Глубокие размышления привели к выводу, что лучше обо всем расспросить Гибриса, прежде чем наши отношения окончательно испортятся, и он возненавидит меня. Если я попрошу его сохранить все в тайне, то он, вероятно, не станет распространяться об этом, в конце концов, это просьба дамы.

Я думала подать заявку в храм, но процесс оказался слишком проблематичным, а мне было не по себе из-за того, что люди могут узнать об этом. Оставалось только одно – снова встретиться с Гибрисом под видом случайной встречи. В романе его чаще всего можно было увидеть во дворце и в той самой кондитерской, где я была вчера. К счастью, в эти оба места я могу заглядывать так часто, как захочу. Гибрис в романе, хоть и казался серьезным, но на самом деле обожал сладкое. Дорогие десерты и здесь считались роскошью, поэтому он пытался насладиться ими тайком. Но после того, как Елена сказала, что в том, чтобы быть сладкоежкой нет ничего плохого, он перестал скрывать свои предпочтения. Гибрис был слишком скован образом жизни человека из духовенства, поэтому это стало тем самым переломным моментом, когда его симпатия к Елене стала серьезнее. Хотя я и не думала красть романтические сцены главной героини, но если уж и встретиться с первосвященником, то, конечно, лучше всего в кондитерской. Мне не хотелось лишний раз натыкаться на наследного принца во дворце. К тому же, если кто-то решит, что я пытаюсь соблазнить Гибриса, то от гнусных слухов было бы тяжело отделаться.

– Миледи, поторопитесь со сборами. Пришел приказ его величества явиться в императорский дворец.

– …Его величества?

– Да, следовало бы неспешно подготовиться как обычно, но при нынешних обстоятельствах нельзя задерживаться.

Меня начали наряжать в быстром темпе. Из-за внезапного повеления императора вся прислуга в доме засуетилась. Десяток рук тянули в разные стороны, так что меня слегка укачало.

После суматошных сборов я спешно прибыла во дворец, где главный дворецкий сопроводил меня прямо в приемную императора.

– Ваше величество, прибыла леди Мизериан, единственная дочь маркиза Мизериана и невеста его высочества наследного принца.

– Пусть войдет.

Глубоко вдохнув, я улыбнулась вежливой улыбкой и, сохраняя невозмутимость, вошла в помещение. Лучи солнца освещали всю комнату, отражаясь от белого мрамора и золотой отделки. Император сидел спиной к окну, что на фоне света делало его фигуру еще более внушительной, однако лицо седовласого мужчины с бородой было дружелюбным, а взгляд теплым.

– Светлого дня вам, ваше величество.

– Прости, что вызвал так внезапно. Надеюсь, это было не слишком затруднительно для тебя?

– Как может быть воля вашего величества затруднительной? Для меня это всегда в радость.

– Как сладки твои речи, но сейчас не об этом. Эрида, я позвал тебя для того, чтобы обсудить твою церемонию совершеннолетия.

В империи человека считают взрослым по достижении двадцати одного года, поскольку в этом возрасте физическое и психическое развитие считается завершенным. В отличие от других стран, где еще растущих детей вынуждены отправлять на работу или в армию, империя из-за отсутствия нужды могла отодвинуть границу совершеннолетия так далеко, как ей было угодно. Эрида была самой молодой из всех ключевых персонажей романа, поэтому остальные, вероятно, стали совершеннолетними еще в прошлом году. К слову, император напомнил мне, на каком сюжетном этапе сейчас находилась история.

– …Хотя это не совсем обычная практика, но я хотел бы провести твою церемонию во дворце. Или, может быть, у тебя уже есть другое место на примете?

Даже если я начну отказываться, все будет так, как решил император. Я не хотела спорить с ним, поэтому просто кивнула. А причина, по которой его величество настаивает на проведении церемонии совершеннолетия во дворце, заключается в слухах о том, что наследный принц пренебрегает мной и испытывает симпатию к простолюдинке Елене… что на деле никакие не слухи, а общеизвестный факт. Грубо говоря, это прямое оскорбление семьи маркиза Мизериана – представителя одного из самых влиятельных аристократических родов в стране. На самом деле отец Эриды, хоть и молчит, в глубине души крайне возмущен этим. А уж тем более его приводит в ярость то, что привязанность принца направлена именно на Елену, которая является потомком самого главного врага семьи Мизериан – влиятельного рода Антебеллом, чья репутация однажды была разрушена руками маркиза. Императорская фракция, несмотря на свое название, будто состоящая лишь из личных сторонников императора, на деле, скорее, «имперская фракция» и включает тех, кто ради блага страны вмешивается в дела его величества, выступая для него преданными, но крайне суровыми советниками. Помолвка наследного принца и Эриды была политической игрой со стороны императора с целью успокоить и усмирить аристократию. Однако поведение Алекто ставит всех в затруднительное положение. По этой причине император решил провести мою церемонию в императорском дворце, чтобы убедить всех в стабильности этого союза.

– Благодарю за заботу. Для нашего рода это будет великой честью.

– Говорят, что наследный принц привязался к дочери няни.

Император, видимо, хотел разобраться со всеми неприятными делами сразу, но от этого у меня лишь больше голова разболелась.

– Вы говорите о леди Антебеллом?

– Ты знаешь эту девицу?

– В детстве мы с ней играли вместе с его высочеством и лордом Каджаром.

– …Все из-за этой няньки. Императрица избаловала и ее, и ее ребенка.

Император, цокнув языком, слегка постучал по столу. Жесткий отблеск вспыхнул в его глазах, и я невольно почувствовала легкую дрожь. Хотя он сейчас и выглядит как доброжелательный дедушка, но на деле этот человек собственноручно убил своего старшего сына. Формально причина была в том, что его наследник планировал измену, но, несмотря на отсутствие прямых доказательств, император не колебался и не стал инициировать повторное расследование. Императрица, хотя тоже была замешана в этом, избежала смертного приговора потому, что носила под сердцем Алекто. Император все еще любил ее, но, разумеется, понимал, что, потеряв ребенка, она привязалась к няне, которая находилась в схожем положении.

– Ревнуешь к ней?

– Нет.

– И правильно. На то нет никаких причин.

Император жестом поманил меня подойти ближе, а затем сильно сжал мою руку своей теплой ладонью. Крепко, даже больно.

– Любовь мужчины мимолетнее одноцвета, а потому куда важнее положение и власть, которые этот мужчина может дать.

– …

– Уже давно все оговорено с твоим отцом, так что нет причин для беспокойства. Ты станешь наследной принцессой и в будущем займешь место императрицы. Сможешь наполнить дворец своими людьми, а твой ребенок станет наследным принцем.

Это может показаться утешением, но на самом деле это было скрытой угрозой, обращенной к Эриде. Если у меня есть кто-то другой на примете, лучше сразу отказаться. Это был намек на то, что у империи достаточно власти, чтобы добиться своего, и что Эрида должна при любых обстоятельствах стать наследной принцессой. Но император выбрал не того человека, чтобы угрожать. Если ты хочешь запугать, важно заранее узнать, чего боится человек. Я не боюсь смерти. И мне будет все равно, даже если род Мизериан уничтожат. В любом случае это семья Эриды… а не моя.

Но как работник, который не может дерзить начальнику, так и я должна была вытерпеть это унижение. Все равно не было никакой службы поддержки, куда можно было бы подать жалобу. В душе мне хотелось возразить, но я сдержалась. Бремя, возложенное на меня в качестве старшей дочери южнокорейской семьи, помогло мне сохранить спокойствие в такой ситуации. Внутри еще искрилась надежда выбраться отсюда живой. Я планировала встретиться с Гибрисом и удостовериться в том, что смогу уйти без смертельного исхода. Многократное выслушивание нравоучений в дни семейных празднований помогло мне держать лицо. Вспомнилось, как родители проговаривали про необходимость успехов в замужестве и карьере… Я слегка прищурилась и ответила с улыбкой.

– Я это учту.

– …Наследному принцу повезло с невестой. Подготовкой к твоей церемонии совершеннолетия лично займется императорская семья.

Покинув приемную, я задумалась о том, стоит ли повидаться с наследным принцем. После яростных наставлений о том, что для женщины важнее всего удачное замужество, мне и без того захотелось развернуться и уйти, хлопнув дверью. Если еще и Алекто начнет раздражать меня своим поведением, я вряд ли смогу сдержать эмоции. Ладно, сегодня явно не тот день.

Я направлялась к карете, которая меня ждала, как вдруг услышала, что кто-то бежит сзади, а потом почувствовала, как меня схватили за плечо.

– А-ах!

– Ой!

В испуге я резко отдернула руку, и вдруг раздался пронзительный вскрик. Обернувшись, я увидела, что передо мной, всхлипывая, сидит Елена, а ее серебряные волосы красиво рассыпались по плечам. Она подняла на меня полные слез глаза, словно ожидая, что я помогу ей подняться. От возмущения я не смогла вымолвить ни слова. Пока я молча смотрела на нее, она, всхлипывая, все же сама поднялась на ноги.

– Вы меня напугали, леди Антебеллом. Как можно носиться по императорскому двору?

– Я просто… просто увидела вас… тебя, Эрида, и хотела… хотела, чтобы и ты увидела меня…

– Следовало просто позвать. Почему вы сначала хватаете меня за плечо, вместо обычного приветствия? Вы не ребенок!

– Алеку это нравится…

Это просто невыносимо… Голова начинает кипеть от ее выходок. Чувствую себя так, будто вожусь с пятилетним двоюродным братом. Опустив взгляд, я заметила, что ее ладонь покраснела и, похоже, она поранилась при падении. Елена поспешно спрятала руки за спину, но я насильно подтянула ее к себе, чтобы осмотреть повреждение, и, к счастью, убедилась, что оно незначительно.

– Поглядите только, вы поранились.

– А?..

Елена с удивленным лицом посмотрела на меня, затем быстро покачала головой и улыбнулась.

– Все в порядке. Если что, можно показаться придворному лекарю.

– С какой стати придворный лекарь, лечащий императорскую семью, станет осматривать вас, леди Антебеллом?

– Он… ко мне благосклонен.

Зря я вообще волновалась. С некоторым раздражением я отпустила ее.

Елена – всеобщая любимица, а потому прекрасно справится и без моей помощи. Лучше уж я позабочусь о себе, вместо волнений о том, о ком не нужно. Мне даже умереть спокойно не суждено. Елена же, будь то благодаря тому, что наследный принц позовет придворного лекаря, или тому, что Гибрис встретится с ней и исцелит ее, в любом случае будет жить припеваючи.

Развернувшись, я хотела поспешно уйти, и девушка, бросив на меня печальный взгляд, последовала за мной, бормоча себе под нос тихим и милым голосом.

– …Эрида, ты злишься на меня?

– Да. Не разговаривайте со мной, вы меня раздражаете.

Надоели эти оговорки, либо говори на «вы», либо на «ты». Хватит переключаться туда-сюда. Я остановилась и взглянула на нее, прервав ход своих мыслей. Все равно, если придется разорвать связь с ней, лучше сделать это побыстрее, пока моя злость не переросла в нечто более сильное. Я всегда ненавидела людей, которые предают других, прикрываясь улыбкой.

– Леди Антебеллом, вы совсем не понимаете, почему я, будучи дворянкой, обращаюсь к вам уважительно? Как дочь маркиза с соответствующим титулом, я должна обращаться к придворной служанке фамильярно. И все же! Я обращаюсь к вам с почтением, потому что вы находитесь под покровительством ее величества императрицы и его высочества кронпринца. Я уважаю их, не вас.

– Н-но, Эрида… Ты же сказала, что мы друзья. Я просто хотела ближе с тобой…

– Друзья? Ха-а…

Да, в романе Елена утверждала, что считает Эриду своей подругой, но в ее воспоминаниях о прошлом отсутствовали упоминания об Эриде. Все ее переживания, будь то радостные или грустные, были сосредоточены на Алеке и Ясоне. Либо Елена установила слишком низкие стандарты для «друзей», либо Эрида была рядом, но Елена совершенно ее не замечала. Если верен второй вариант, то у Эриды действительно были все основания ее ненавидеть. Хотя мне всегда казалось, что Эрида была «коварной подругой, которая ударит ножом в спину» лишь ради развития сюжета. Но мстить главной героине, принимая сторону злодейки, глупо, не зная даже истории ее жизни.

– Давай покончим с этим.

– …Что?

– Давайте прекратим. Я не хочу с вами дружить. И, честно говоря, мы изначально не были никакими друзьями.

– Но почему, почему? Это из-за того… что я дружу с кронпринцем? Но…

Мое раздражение было на пределе. Да забирай ты своего ненормального принца! Мне по боку! Она пытается сейчас выставить меня ревнивой, будто я жертвую дружбой ради мужчины. Да что за чушь?!

Я готова была взорваться, как кто-то вдруг резко развернул меня в другую сторону. Передо мной стоял Алекто, и его холодное выражение лица стало еще более мрачным. Я, не желая отступать, тоже уставилась на него.

– Леди Мизериан, вы ничуть не изменились. Более того, с каждым днем становитесь все более дерзкой.

– Какой прекрасный день, ваше высочество. Разве это не одно из качеств, которые вы цените у аристократов?

Я улыбнулась, но, если честно, раздражение не позволяло мне говорить более сдержанно, поэтому в моем голосе отчетливо слышались нотки язвительности. Принц сразу повысил голос:

– Как ты смеешь обсуждать статусы в моем присутствии?

– Ваше высочество, я думаю, что имею на это право, ведь мы обручены.

– Какое высокомерие! Это всего лишь помолвка, да и ее можно легко разорвать! Существует множество других кандидатур, кто мог бы стать моей невестой вместо тебя!

– Алек, прекрати… Это моя вина. Эри… Леди Мизериан просто… пыталась научить меня хорошим манерам…

Елена, как всегда, не к месту начала подливать масло в огонь. Более того, когда она попыталась успокоить кронпринца, он сразу обратил внимание на ее рану. Когда он начал допытываться, кто это сделал, Елена запнулась, но вдруг сзади кто-то вскликнул:

– Это сделала леди Мизериан!

– Что?

– Я видела, как леди Мизериан толкнула Елену! Боясь, что ситуация станет еще хуже, я решила позвать вас, ваше высочество.

Когда я повернулась, маленькая служанка, которая сыпала обвинениями, поспешила спрятаться за спину Алекто. Она также одарила Елену взглядом под названием «Я все правильно сделала?», а затем улыбнулась. То, что я ее толкнула, было правдой, но почему она не упомянула, что Елена первой схватила меня? Прежде чем я успела что-то сказать в ответ, принц с размаху ударил меня по щеке. Звон в ушах от удара, боль и привкус крови – все это смешалось воедино. Щека горела от боли. Мои родители ни разу за всю мою жизнь не подняли на меня руку, но человек, которого я знала всего несколько дней, не задумываясь, осмелился ударить меня.

– Эрида!

– Раз ты первая причинила вред тому, что принадлежит мне, то я думаю, что будет честно ответить тебе тем же.

Тогда уж дать пощечину должна была Елена, а не ты!.. Непонятно, где же тут справедливость?

Я вспомнила, как читала описание этой сцены в романе. Тогда я думала: «Какой сумасшедший ублюдок». Но теперь, когда я пережила это сама, мне просто крышу рвало от гнева. Я была в шаге от того, чтобы ударить в ответ, но окончательно загубить себя я не могла… надо обдумать все после разговора с Гибрисом…

Ах, в конце концов, меня все равно ждет казнь. Может, и правда сейчас залепить ему пощечину и сразу отправиться на виселицу? Но, как ни крути, Эриду едва ли могли повести на эшафот сейчас. Чтобы не вызывать подозрений, придется хотя бы притвориться ею. Как бы на это отреагировала Эрида? Что бы она сказала? Как бы поступила?

Только я решила снова поразмыслить, как наследный принц успел схватить Елену за руку, чтобы уйти.

Отпустить их вот так? Я просто глаз сомкнуть не смогу от обиды, если сейчас сделаю это.

– Ваше высочество, вы обручены не со мной, а с родом Мизериан. Я выхожу замуж не за вас, а за императорскую семью. И если даже вы не желаете этого брака, то все равно будете вынуждены подчиниться и смириться со своей участью.

Эрида, скорее всего, сохранила бы свою гордость. По крайней мере, такой я ее считала. Она верила, что в итоге выберут именно ее.

Алекто остановился и, обернувшись, насмешливо усмехнулся:

– За императорскую семью? Как интересно! Разве не ты недавно клялась, что выходишь замуж за меня из-за большой любви? Что, теперь решила сказать правду?

Эрида, ну ты даешь… Щека горела огнем, а я почувствовала колоссальный упадок сил. Она серьезно любила вот этого?

Позже в книге Елена утверждала, что это вовсе и не было любовью, а просто некой навязчивой идеей, но это были мысли главной героини, ведь она не знала «Эриду».

Я тоже не знала, но, если это была правда, я хочу отнестись с уважением к ее чувствам.

– Я действительно любила вас. Но сейчас все чувства прошли, – сказала я, прямо глядя в глаза наследному принцу. Он казался настолько растерянным, что стал похож на неопытного юнца. Вздохнув, я добавила:

– Я говорю об императорской семье, потому что это брак, инициированный моим отцом и его величеством. Если хотите расторгнуть его, не срывайтесь на мне, а обратитесь с просьбой к его величеству. Я уверена, что о сегодняшнем инциденте ему уже доложили.

Алекто напрягся. Видимо, он все-таки побаивался своего отца.

Покачав головой, я отвернулась и ушла к своему экипажу, где меня ждали с новыми вестями. Рыцарь заметил красный след на моем лице, но замешкался и не стал расспрашивать дальше.

– Внутри лорд Каджар, – предупредил он.

Увидев этого мужчину, я почувствовала, что хочу на этом же месте провалиться под землю. Только сбежала от одного, как другой меня уже поджидает. Захотелось оказаться под колесами кареты.

Ясон, собиравшийся поприветствовать меня, вдруг помрачнел. Похоже, он заметил красную щеку и догадался, что меня ударил наследный принц. Не желая слушать бесполезные шутки, которые он мог бы сказать, чтобы разрядить обстановку, я поспешила перехватить инициативу:

– Не обращайте внимания. Это не имеет никакого отношения к вам, сэр Каджар.

– Как скажете, леди.

– И что же вы делаете в моем экипаже?

Ясон, расслабленно облокотившись на спинку сиденья, скрестил ноги и начал качать одной ногой. Он был настолько крупным, что карета, казавшаяся довольно просторной, стала выглядеть тесной.

– Герцог Каджар хотел бы задать маркизу несколько вопросов относительно церемонии посвящения в рыцари. А поскольку в доме не оказалось никого, кто мог бы выполнить поручение, кроме меня, я решил убить двух зайцев одним выстрелом и заодно прокатиться в вашей карете. Честно говоря, я устал от верховой езды за время путешествий настолько, что не могу больше смотреть на лошадей.

– Исходя из вашего статуса, дворец мог бы предоставить для вас собственную отдельную карету.

– Однако в предоставленной дворцом карете не будет столь прекрасной дамы, как вы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Прекрасная эпоха» – название европейского периода истории конца XIX – начала XX веков (до Первой мировой войны). Считается, что это время мира и прогресса.

Вернуться