# Мистер Оптик

Александр Генералов

Профессия мастер-оптика считается одной из редких на рынке труда. Не удивительно, так как в России не много учебных заведений, готовящих специалистов этого профиля. Она оказалась в списке 86 самых востребованных профессий. Работа мастер-оптика не сводится к однообразной механической деятельности. Для многих очки – не только прибор для коррекции зрения, но и модный аксессуар. Индивидуальные заказы требуют творческого подхода.

© Александр Генералов, 2025


ISBN 978-5-0068-6834-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Мастер Бо. Часть 2. Мистер Оптик. Глава 1. Влад хлеб

На дворе стоял август 2001 года. Ночная смена на «Влад-хлебе» подходила к концу, я сидел на ребре деревянного поддона слегка покачиваясь от хронического недосыпа. Работа тестомеса заключалась в перетаскивании цинковых 10 литровых вёдер и переворачивании 50-и. килограммовых мешков с мукой в дежу. Отдельная песня это выгрузка готовых кусков теста на алюминиевый стол и дальнейшая разделка массы по чугунным формам. Смена начиналась в 7 вечера и заканчивалась в 8 часов утра. Завод обеспечивал хлебом весь Приморский край, так что объёмы были не шуточные. Мой белый халат прилип к спине, а к мозгам прилипла мысль, что всё это не моё. Душа тянулась к чему-то прекрасному, а тут какое то тесто, и потные с красными от недосыпа глазами ушатанные работой люди. Платили на заводе мягко говоря не очень и работники добирали зарплату продуктами, рассовывая по карманам яйца, молочный порошок, муку и всё то что удавалось сэкономить за смену. Главное потом было с невозмутимым видом пройти через охрану на проходной.

Были правда и (плюсы) от ночной работы в виде вынужденной депривации сна. Это такая штука, когда не спишь сутки, двое, трое, неделю, и тут начинается самое интересное. Некоторые посчитают это глюками сознания, но эзотерики думают иначе. Ночью я работал на заводе, а днём романтично проводил время со своей молодой женой. Не знаю сколько суток или недель прошли без сна, дни слились в большой разноцветный шар который с бешеной скоростью грозил раскатать меня по дороге жизни. Усталый мозг не успевал анализировать поступающую к нему информацию. Всё что происходило в окружающем пространстве ни как не подвергалось цензуре критического мышления, оно просто устало всё цензурировать. После очередной бессонной ночи, я ехал домой на «Луговской» электричке. Вагоны поезда почти поравнялись с «Некрасовским» путепроводом. Вдруг, что то заставило меня обернуться. На самом краю поросшей зеленью скалы я увидел двух огромных великанов в серебристых комбинезонах. Они молча по царски взирали на просыпающийся город. Было такое впечатление, что это они здесь настоящие хозяева жизни. Я открыл рот, зажмурился и перевёл взгляд на противоположное окно. Потом с опаской опять посмотрел на скалу. Великаны не исчезли и по прежнему царственно взирали куда то в даль в сторону «Первой речки». Меня распирало от восторга! Зрелище было колоссальное. Я хотел во что бы то ни стало поделиться с кем то этим чудом. На против меня сидела влюблённая парочка и я чуть было не выпалил им;

Мол, смотрите какие там великаны стоят. Но слава богу я вовремя остановился. Остатки здравого смысла не надолго взяли верх.

На станции «Чайка» в вагон вошёл двухметровый дядька с натуральными рогами на голове. Бессонница давала о себе знать яркими галлюцинациями. Я быстро отвернулся и уставился в окно дабы не смущать ни в чём не повинных пассажиров. Мужчина с рогами как назло сел на против, забросил ногу на ногу и стал раскачивать огромным чёрным копытом то и дело задевая меня за штанину. Я не выдержал и сделал ему замечание. Дядька с рогами рассмеялся неестественно утробно как демон.

Я вскочил пытаясь пересесть на другую свободную лавку.

Но рогатый демон меня остановил.

– Сядь, сядь, успокойся!

Не бойся меня, я твой друг, вернее твой дальний родственник.

## Глава 2. Фавн

Рогатый дядька глянул на меня с ухмылкой и нависая черной грозовой тучей пророкотал.

– Ну давай знакомиться. Я Фавн, твой пра, пра, пра, дедушка в 150-ом поколении.

Этого ещё не хватало, подумал я. Галлюцинация оказалась не только рогатой, но ещё и говорящей.

Фавн хищно улыбнулся и продолжил.

– Я бог леса, предсказатель будущего, защитник пастухов, целитель и ещё куча всего, всего, но не это главное. Хотя вам людям невдомёк, но поверь мне на слово, боги так же как и ваши президенты без конца воюют друг с другом, делят власть и территории. И вот две тысячи лет назад на небесах случилась война на подобие вашей второй мировой. Победивший бог подмял под себя десятки проигравших, среди них оказался и я. Нас богов практически нельзя убить, но можно принудить служить более властным и сильным.

Да, ты и сам наверняка знаешь сколько старых религий и божеств ушли в небытие за последнее тысячелетие. Взять хотя бы славянский пантеон или допустим почти весь греческий, ведь практически ничего же не осталось. Но некоторые боги всё таки сумели договориться с победителями. Геката например неплохо устроилась, ещё и загребла под своё покровительство несколько земных государств. Божественный мир является первопричиной происходящих на земле изменений. Когда я попал в плен к богу победителю, меня лишили вина, любимых Нимф и заставили пугать людей Адом. Теперь меня называют Чёртом, отобрали свирель и выдали эти дурацкие вилы. Ад, чтоб ты знал это и есть земной план, в мире нет ничего более грубее чем материальная природа. Рождаетесь здесь в муках, живёте поедая плоть других и умираете в муках, уж более адского места во вселенной сложно представить. Но разве поспоришь с победителем?

Фавн вытащил из нагрудного кармана жилета тонюсенькие позолоченные очки, нацепил их на нос и продолжил.

– Ты очень устал и твой аналитический ум вырубило напрочь. Теперь ты все миры воспринимаешь на сквозь как псих или как алкоголик, вот так же чертей видишь.

Я вдруг вспомнил о только что увиденных мной гигантах стоявших на краю скалы.

Фавн тут же прочитал мои мысли.

– Да, да, совершенно верно, те двое в серебряных комбинезонах уцелевшие боги с Олимпа.

Я смотрел на огромного рогатого дядьку и всё гадал, толи мне всё это кажется, то ли мерещится.

В конце концов я решил расслабиться и просто молча наблюдать за всем происходящим.

Фавн медленно оглядел вагон поверх очков и продолжил.

– Помнишь голос у тебя в голове возникающий каждый раз при реальной опасности?

Я утвердительно кивнул.

– Это мой голос, так сказать небольшая посильная помощь тебе.

– Ну, не будем терять драгоценного времени, тем более, что твой аналитический ум скоро очнётся и перекроет доступ ко мне. Просто поверь на слово, тебе надо бросить работу пекаря и пойти в только что открывшийся на «Гайдамаке» завод по огранке алмазов в бриллианты. Главное ничего не бойся, у тебя всё получится, ты справишься со всеми трудностями. На этом заводе ты долго не задержишься, но это будет твой чудесный трамплин в более интересную профессию. Всё рассказывать тебе не буду, а то жить станет совсем не интересно. Фавн опять раскатисто по демонически засмеялся, но никто из пассажиров почему то не обратил на это внимания. Я понял что Фавна видел и слышал только я один.

Вагон слегка качнуло, я вздрогнул и очнулся. Из динамиков донеслось;

Осторожно двери закрываются, следующая станция «Угольная».

Фавн куда-то исчез, я вышел в тамбур вагона, чтобы не прокараулить свою станцию.

## Глава 3. «Приморский алмаз»

На последнем издыхании я добрался до дома, плотно закрыл дверь спальни и провалился в глубокий сон без сновидений.

Очнулся я как ёжик в тумане не понимая утро сейчас или вечер и какие по счёту идут сутки. Оказалось я проспал больше 12-и часов. Голова слегка кружилась, но чувствовал я себя значительно лучше. Заварив кофе я заглянул на местный городской сайт «Far post» и уточнил информацию о «Приморском алмазе».

Мать честная! Действительно, такой завод существовал и он только что открылся. На работу требовались ученики огранщиков, распиловщики и офис менеджеры. Как это всё странно, а может вчерашняя встреча с Фавном не такая уж и галлюцинация!? Не долго думая я поехал на «Приморский алмаз». В отделе кадров меня загрузили анкетами, а затем послали в большой фантастический квест на МВДшную медкомиссию по врачам.

Первым камнем преткновения стал снимок носовой перегородки, оказалось, что у меня какое-то там искривление, возможно последствия многочисленных драк. Без этого чёртового снимка не видать мне было работы огранщика. Я хотел уже запаниковать, но в голове возник спокойный мужской голос.

– Выйди из рентген кабинета в коридор, останови первого попавшегося парня, предложи ему 200; и попроси сделать повторно снимок с твоей фамилией.

Я так и поступил. Всё сработало как по маслу, незнакомый паренёк отдал мне почти даром свой идеальный снимок, правда форма черепа сильно отличалась от моего, но кого это волновало, главное носовая перегородка была на месте и как положено ровная. Следующим испытанием моей нервной системы стал психиатр. Женщина лет сорока в белом халате сидела за огромным чёрным столом и сверлила меня злым пугающим взглядом.

– Ну, рассказывай всё с самого начала, когда родился, где крестился, начала допрос психиатр.

Я последовательно рассказал свою биографию, естественно без мистических подробностей, всё кратко и тезисно по делу, вдруг психиатр ни с того ни с сего как заорёт.

– Не ври мне!!! Я тебя быстро на чистую воду выведу!!! Давай ещё раз с самого начала!

Я шесть раз пытался кратко пересказать свою жизнь, но каждый раз всё заканчивалось криком; «Не ври мне!!!», и угрозами что медкомиссию я не пройду. В конце концов психиатр выгнала меня из кабинета без объяснений.

Я ехал домой с грустными мыслями, что всё было зря и скорее всего придётся возвращаться на «Влад хлеб». Но неожиданно вечером позвонила девушка из отдела кадров и сообщила, что мед комиссию я прошел и с завтрашнего дня можно приезжать на обучение.

Учили нас огранять алмазы около месяца поделив на три группы. Распиловщики камня, огранщики верха и огранщики низа камня, ещё была отдельная операция по шлифовке пояса, это тонкая полоска между верхом и низом камня. В общем я так понял в целях безопасности одного огранщика не обучали полному циклу огранки, хотя я за три года успел поработать во всех цехах завода. Учили нас индусы, такие загорелые худощавые парни с экзотическими именами. Рави, Виджай, Сурэш, Селеш. Учителя странно шутили, питались исключительно вегетарианской пищей и были утыканы серёжками и колечками как портняжные подушки. Каждое утро начиналось с поджигания палочек благовоний, обязательной молитвы богу Ганешу и непосредственным изучением огранки бриллиантов. Учителя не говорили по русски, а мы не понимали на хинди, но процесс обучения двигался довольно бодро и через месяц я уже сам помогал обучать вновь прибывших учеников. Платили нам как ученикам сущие копейки 12 тыс. в месяц, но учителя искренне удивлялись, что нам вообще что то платят, ведь в Индии ученику приходилось платить за обучение директору завода.

## Глава 4. Кришна не увидит

Я ждал и надеялся, когда на заводе начнут платить нормальную зарплату, ведь мы точили самые дорогие камни на свете. Но зарплату почему-то давали даже чуть меньше чем на предыдущей работе. Это выглядело не логичным и даже абсурдным. По началу я точил низ камня у Рави и достиг в этом совершенства, потом перебрался к Виджаю на верх камня, ну а после устроился на блатную работу шлифовать поясок между верхом и низом. Часто нам привозили уже готовые большие бриллианты с Якутии, они были такими кривыми, что приходилось их переделывать. Как рассказывали наши учителя, в Якутии очень холодно и огранщики пили водку с утра до вечера. Учителя называли это явление «пьяный камень». Иногда при огранке железная цанга удерживающая бриллиант так сильно накалялась, что камень пулей вылетал и исчезал в неизвестном направлении. Потом бриллиант с веником часами искали по всему цеху. Правило завода было одно, при выходе сдаёшь столько камней сколько выдавали на входе. Нет камня, нет выхода. Хотя иногда я случайно нарушал эти правила. Помню как мы бегали на перекур за проходную и я не доверяя коллегам брал с собой увесистый пакет с тридцатью огромными бриллиантами. Бывало стоишь такой с банкой колы и понимаешь что в кармане богатства хватит купить самолёт вместе с аэродромом, но при этом наша зарплата едва превышала 12 тыс руб. в месяц, это было абсурдным, но я все цело доверился моему пра, пра, дедушке в 150-ом поколении, тем более он не раз спасал меня из многих передряг.

Наши заводские учителя подчинялись кастовым законам. Самым главным у них считался принц Селеш. Он заставлял учителей каждый день молиться, соблюдать порядок, исповедовать целомудрие, питаться только освещённой вегетарианской пищей. За эту заботу, в благодарность учителя накатали на Селеша докладную, попросту говоря состряпали ложный поклёп, обвинив во всех смертных грехах. Принца Селеша без разбирательств услали в Индию, а у благодарных учителей наконец наступила настоящая райская жизнь. Однажды учитель Рави попросил купить ему пиво Омар, пояснив на ломанном русском что это самое дешевое пиво. Я особо не любитель выпить, пожал плечами и подумал что уже на месте разберусь что за пиво такое диковинное. Зайдя в магазин я долго блуждал взглядом по многочисленным разноцветным бутылкам в поисках экзотики, и вдруг меня осенило. Пиво Жигулевское с большим красным раком на этикетке, очень похоже на омара. Ну индусы, ну артисты! Подумал я. Рави прыгал от восторга когда я принёс ему заветную двух литровую бутылку Омара. Примерно через год Рави и Виджай пригласили меня к себе в новую квартиру на ужин. Завод снимал для учителей огромную шикарную трёшку в старом фонде на втором этаже филиала Сбербанка. Картины в золочёных рамах, красные ковровые дорожки, французская мебель с витыми ножками и деревянный резной стол с фарфоровыми фигурками Ганеша, Кришны и Иисуса Христа. Я удивился причём тут Иисус, но Рави пояснил, что он одинаково хорошо относится ко всем религиям. На ужин мы ели курицу с имбирём, я опять удивился как Кришна сочетается с курицей, на что Виджай лукаво возразил, мол Кришна далеко в Индии и не увидит нас.

Прошло совсем немного времени и шикарная съёмная квартира наполнилась пустыми бутылками, коробками из под пиццы вперемешку с грязными носками. Во всех углах валялись использованные презервативы и бычки от сигарет. Соседи накатали жалобу управдому на отвратительные запахи и громкую музыку по ночам. В общем учителей из съемной квартиры выгнали и поселили прямо на предприятии. У учителей давно закончились визы и разрешения на работу, по этой причине из стен завода их больше не выпускали. Однажды наш директор попросил огранщиков встать на колени и горячо помолиться богу Ганешу, чтобы АЛРОС наконец то отгрузил заводу хоть немного алмазов. Сырья на предприятии оставалось максимум на неделю. Моё терпение лопнуло, больше в этом цирке с конями я оставаться не собирался. На очередном перекуре коллега огранщик посоветовал мне сходить в недавно открывшийся магазин салон оптики «Солнце», там требовались точильщики стёкол за более приличную зарплату. Я подумал, что это и есть мой трамплин к необычной профессии о которой когда-то говорил прадедушка Фавн.

## Глава 5. Оптика «Солнце»

Я сдал огранёные камни Рави и поднялся на четвёртый этаж в отдел кадров написать заявление об увольнении. Заходя в приёмный кабинет увидел стоявшие друг за другом несколько секретарских столов. Молодые девушки сидя за компьютерами синхронно как на скрипках пилили свои ногти. На мой вопрос где кадровик, они так же молча синхронно ткнули пилками в соседнюю дверь. Пока я писал заявление, кадровик пояснила, что «Приморский алмаз» является спонсором конкурса «Мис Владивосток» и все победительницы этого конкурса работают потом секретаршами у нас на заводе. В ответ я тихо хихикнул, отдал заявление на подпись и с чистой совестью поехал в магазин оптики «Солнце». Магазин выглядел футуристично. Черный потолок, черные стены, море светильников и конечно же сердце оптики это мастерская. Тонированное жёлтой пленкой стекло от пола до потолка открывало вид на космическое французское оборудование фирмы Essilor. Я был впечатлён дизайном и роскошю салона. Меня встретила заведующая Елена с банальным вопросом.

– А вы когда ни будь раньше точили очки?

Я ответил, что очки никогда не делал и даже не подозревал о такой специальности, но после огранки бриллиантов мне никакие очки уже не страшны. Елена улыбнулась, сказала вот и славно и проводила меня к старшему мастеру Михаилу. Мастер должен был вынести свой окончательный вердикт о моей проф пригодности. Двух метровый дядя Миша встретил меня крепким рукопожатием и вопросом.