Печать пробуждения
Марк Сократ

© Марк Сократ, 2025

ISBN 978-5-0068-6690-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ГЛАВА 1. Дом, который не спал

Леон Ветерский всегда знал, что его дом странный. Но только в ночь перед его двенадцатым днём рождения дом показал это по-настоящему.

Дом стоял на окраине маленького городка Серебряные Лощины – низкий, вытянутый, с покатой крышей, похожей на старую спину. Стены были серыми, слегка наклонёнными внутрь, будто дом устал стоять прямо. Но главное – он шептался.

Ночами по коридорам ползали тихие звуки, похожие на шелест бумаги или дыхание сквозь щели. Леон с детства к ним привык и уже не пугался – он даже считал, что дом разговаривает с ним, просто на своём языке.

В ту ночь ветер гнал по улице сухие листья, и они шуршали, цепляясь за ставни. В полутьме своей маленькой комнаты Леон сидел на подоконнике, обняв колени, и смотрел на луну. Луна висела низко, и её свет был почти белым, как холодное молоко.

Но потом дом вздохнул.

Не просто скрипнул – именно вздохнул, глубоко, протяжно, как живое существо после долгого молчания. Деревянные балки тихо дрогнули. На мгновение Леону показалось, что стены чуть расширились, будто дом распрямил спину.

Леон замер.

– Опять ты… – прошептал он. – Только не сейчас.

Шёпот прошёл по коридору, словно кто-то проводил ладонью по старым страницам книги.

Леон спрыгнул с подоконника. На полу под его ногами доски чуть заметно дрогнули, будто отозвались на шаг.

И тут он услышал это.

Сначала едва уловимый, но быстро усиливающийся звук – как будто кто-то чертил по воздуху мелом. Тонкие линии, не видимые, но слышимые. Вибрирующие.

Дом рисовал.

Этого раньше не было.

– Эй! – Леон сделал шаг назад. – Так мы не договаривались!

За его спиной что-то мягко щёлкнуло. Он резко обернулся – на стене, прямо рядом с его кроватью, появился узор. Он проявлялся постепенно: серебристые линии, словно светящиеся под кожей дома. Они соединялись, переплетались, растекались, пока не превратились в чёткий знак: спираль, внутри которой горела маленькая точка.

Точка будто пульсировала.

Тук… тук… тук…

– Что это ещё? – Леон сглотнул.

Дом вздохнул второй раз – глухо, тягуче.

И вдруг за окном раздался стук.

Ровный.

Трёхкратный.

Леон подошёл к окну, дрожащими пальцами отодвинул занавеску.

На улице, под фонарём, стоял человек в длинном плаще до земли. Плащ был тёмным, почти чёрным, но под светом фонаря блестел синеватым оттенком. Лицо скрывала широкая капюшонная тень.

Но главное – в его руке светился ключ. Не обычный металлический, а прозрачный, будто сделанный из льда. Внутри него текли тонкие световые жилки, словно маленькие ручейки.

Стук повторился. Три раза, точно и медленно.

– Леон Ветерский! – голос из-под капюшона был глубоким и уверенным. – Открой. Дом выбрал тебя, и Время открыло путь.

У Леона пересохло во рту.

– Кто вы?..

Но человек не ответил. Вместо этого он поднял ключ выше – и тот вспыхнул голубым огнём, который не обжигал.

Дом снова зашептал, на этот раз громче, почти нетерпеливо. Доски под ногами Леона дрожали, словно подталкивали его к двери.

– Выходи, – сказал незнакомец. – Сегодня ты узнаешь, почему твой дом не спал все эти годы.

Леон медленно подошёл к двери комнаты.

Рука сама собой легла на холодную латунную ручку.

Дом тихо, мягко, но настойчиво подтолкнул его изнутри – словно живой.

И Леон понял: это начало.

И уже нельзя назад.

Он открыл дверь.

ГЛАВА 2. Человек с ледяным ключом

Леон спустился по лестнице так тихо, как только мог. Но дом будто слышал каждый его шаг и отвечал дрожью перил, скрипом ступеней – не пугающим, а взволнованным, как будто дом волновался вместе с ним.

Внизу было темно. Ветер стучал в ставни, и от этого казалось, будто кто-то ходит по стенам снаружи. Леон остановился у двери, медленно положил руку на засов. Пальцы дрожали. Он глубоко вдохнул.

– Ладно, – шепнул он дому. – Если ты хочешь, чтобы я вышел… надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Засов щёлкнул.

Дверь медленно, словно сама, открылась.

На крыльце стоял незнакомец. Теперь Леон видел его лучше: высокий, худой, с прямой осанкой и движениями человека, который знает, куда идёт. Лицо оставалось скрытым, но от плаща тянуло прохладой – не морозом, а каким-то ровным, чистым холодом, похожим на воздух в зимнюю ночь.

Светящийся ключ в его руке горел мягко, как маленький фонарь.

– Леон Ветерский? – повторил незнакомец.

Леон кивнул.

– Меня зовут Кель Ривар. Я – проводник Академии Теневого Пламени. И я пришёл за тобой.

Леон нахмурился.

– Академии… чего?

Кель слегка наклонил голову, будто прислушиваясь к дому.

– А он ещё не рассказывал?

– Дом? – переспросил Леон.

– Он самый, – спокойно сказал Кель.

Будто подтверждая его слова, дом тихо щёлкнул балками. Кель поднял ключ и провёл им по воздуху – и Леон увидел, что ключ оставляет тонкий след, похожий на линию морозного узора на стекле.

– Ты ведь всегда слышал его? – спросил Кель.

– Ну… – Леон смутился. – Иногда мне казалось… шёпот, скрип, звуки…

– Это не звуки, – мягко поправил Кель. – Это язык. Старый язык домов-хранителей. И твой дом говорил с тобой потому, что выбрал тебя. Он твой Страж.

Леон почувствовал, как внутри потеплело.

Страж?

Это звучало… будто что-то важное.

– Зачем он меня выбрал? – спросил он осторожно.

– Это узнаешь позже. Сейчас главное другое: дом активировал свой знак. Он показал его тебе, потому что пришло время.

– Спираль с точкой?

– Да. Печать Пробуждения.

Леон почувствовал, как у него по коже пробежал холодок.

– А что будет, если я… не пойду?

Кель посмотрел на него долго, внимательно.

– Тогда дом умрёт.

У Леона перехватило дыхание.

– Как… умрёт?

– Перестанет быть живым. Станет обычным домом. Слепым. Глухим. Пустым. – Кель сжал ключ. – Он держался столько лет только ради того, чтобы дождаться твоего часа.

Леон опустил взгляд.

Дом тихо завибрировал под его ногами.

Так мягко, будто просил.

– Я пойду, – сказал он.

Кель кивнул.

– Тогда шагни вперёд.

Он сделал взмах ключом – и воздух перед домом разрезала вертикальная трещина, как если бы кто-то ножом прорезал саму ночь. Из трещины разлился синеватый свет. Трещина расширилась, превратившись в сияющую арку.

За аркой виднелась дорога – каменная, влажная, будто после дождя, и уходящая в туман. Над дорогой висели три летающих фонаря, похожие на стеклянные капли, светящиеся изнутри.

Леон стоял, не в силах дышать.

– Это… что?

– Переход, – ответил Кель. – Путь в мир между мирами. Мы доберёмся до Академии через него.

Леон обернулся назад. Его дом стоял темный, неуклюжий, наклонённый, но сейчас казалось – он смотрит на Леона, словно ждёт.

Леон тихо коснулся рукой косяка двери.

– Я вернусь. Обещаю.

Дом мягко щёлкнул в ответ.

Кель шагнул в арку – и исчез в тумане.

Леон вдохнул.

И шагнул следом.

ГЛАВА 3. Дорога сквозь туман

Туман обволок Леона, как холодная вата. На секунду он ослеп – всё вокруг стало белым, бесконечным. Он попытался сделать шаг, но воздух был плотным, вязким, будто он пробирался сквозь молоко.

– Не бойся, – услышал он голос Келя где-то рядом.

– Я… не боюсь, – соврал Леон.

Силуэт проводника проступил в тумане, высокий и уверенный. Он протянул руку, и Леон на мгновение увидел, как светящиеся жилки внутри ключа бьют в такт его пальцам, словно у ключа было сердце.

– Туман Перехода всегда такой? – спросил Леон.

– Всегда, – кивнул Кель. – Он скрывает нас. И одновременно проверяет.

– Проверяет?

– Да. Если бы ты не был выбран домом, туман не пропустил бы тебя дальше.

Леон сглотнул – теперь он шёл осторожнее.

Через несколько шагов туман начал редеть. Показалась каменная дорога с влажными плитами. Они ухнули под ногами, будто приветствуя. Над дорогой парили три фонаря-капли, покачиваясь в воздухе и издавая тихое звяканье, как маленькие хрустальные колокольчики.

– Они… живые? – спросил Леон.

– Скорее – разумные, – сказал Кель. – Им нравится освещать путь. Не спрашивай, почему.

– Я даже не знал, что свет может сам хотеть чего-то.

– Тогда привыкай. В Академии такое – обычное дело.

Фонари словно услышали их разговор – один из них опустился ниже и коснулся плеча Леона тёплым светом.

– Привет, что ли? – неуверенно сказал Леон.

Фонарь тихо звякнул.

– Он тебя принял, – улыбнулся Кель. – Это хороший знак.

Они шли дальше, и вскоре туман расступился полностью. Перед ними открылся широкий проход между скалами, где камень сверкал синими прожилками. Скалы будто дышали.

– Кель… а можно спросить?

– Спрашивай, – ответил проводник.

– Почему я? Почему дом выбрал именно меня?

Кель на секунду замолчал, словно выбирал слова.

– Потому что ты слышал его с детства. Это редкий дар – слышать то, что другие считают шумом ветра или скрипом досок.

– Но я думал… что я просто… ну… странный.

– Все, кто слышат магию, сначала думают, что они странные. – Кель повернулся к Леону. – А потом понимают, что странный мир. И это хорошо.

Леон опустил взгляд.

– А что будет в Академии? Мы… чему учимся?

– Многое. Управлению силами. Работе с артефактами. Существами. Грани Реальностей…

Леон удивлённо поднял голову.

– С чем?

– С тем, что находится между мирами. Не переживай, ты всё поймёшь. Когда-нибудь.

Они вышли на ровную площадку, похожую на каменный балкон, нависающий над пропастью. Внизу клубился густой туман, но сквозь него проглядывали огни – мягкие, красные, будто огромный город горел внизу тысяча маленьких костров.

– Это… Академия? – выдохнул Леон.

Кель кивнул.

– Да. Но путь туда – не по земле.

Леон повернулся к проводнику:

– А как тогда?..

Кель поднял руку вверх.

Ледяной ключ сверкнул и издал чистый звон.

В следующую секунду из пропасти, словно откликаясь на звук, поднимались лестницы из света – ступень за ступенью, прозрачные, тёплые, похожие на солнечные лучи, застывшие в воздухе.

– Ты шутишь… – прошептал Леон.

– Никогда. Это Путь Призвания. Он появляется только раз в год, и только для тех, кого привели.

Леон шагнул к краю и попытался коснуться первой ступени. Она была плотная, тёплая, как камень, хотя выглядела как свет.

– Если упаду…?

– Свет держит только тех, кто должен идти, – сказал Кель. – Если он не хочет тебя принимать, ты просто не сможешь сделать шаг.

Леон хмыкнул:

– Утешил.

Но ступень покорно приняла его ногу.

Световые лестницы уходили вниз, образуя узкий путь к огромному комплексу зданий – где-то там, в глубине тумана и огней.

Они начали спускаться. Фонари-капли полетели рядом, переливаясь.

После нескольких шагов Леон спросил:

– Кель… а в Академии… есть такие, как я?

– Такие, как ты, – редкость, – честно ответил проводник.

– То есть – никто?

– То есть – особенные. – Кель посмотрел на мальчика. – И это не всегда легко.

Они долго шли молча. Только свет ступеней звенел под ногами.

Впереди уже виднелись высокие башни Академии – узкие, тёмные, украшенные линиями, похожими на серебристые вены. Несколько окон были освещены. Где-то слышался низкий гул – будто там живут существа, о которых лучше пока не знать.

И вдруг Кель сказал:

– Леон…

– А?

– Есть кое-что, о чём я должен предупредить тебя заранее.

Леон нахмурился:

– Что-то плохое?

– Скорее… важное. Очень важное.

Он остановился на ступени и повернулся к мальчику. Фонари зависли рядом, освещая их лица мягким светом.

– В Академии каждый ученик появляется по приглашению. Но ты – не приглашён.

Леон моргнул.

– В смысле?

– Ты – призван.

– И что это меняет?

Кель посмотрел на него долгим, серьёзным взглядом.

– Всё. Те, кого призывает живой дом… всегда оказываются вовлечены в события, которые могут изменить миры.

– «События»… – Леон вздохнул. – Даже звучит страшно.

– И правильно, что страшно, – кивнул Кель. – Потому что Академия ждала тебя. И не только она.

Леон замер.

– Что значит – «не только она»?

Кель поднял голову к туманной пропасти.

Где-то в глубине раздался низкий, протяжный звук. Не стон. Не рёв. Что-то… между.

– Это мы узнаем позже, – тихо сказал Кель. – Но помни: сегодня ночью не только дом проснулся.

Он сделал шаг вниз. – Пойдём. Нам осталось немного.

Леон глотнул воздух, прогнал страх и шагнул за проводником.

Впереди, над туманом, над огнями и башнями, ждал новый мир.

ГЛАВА 4. Академия Теневого Пламени

Лестницы света вели их вниз всё медленнее, будто чувствовали приближение к чему-то важному.

По мере того как они спускались, очертания Академии становились чётче. Это был целый город внутри пропасти: башни, мосты, свечения магии, огромные дворы и узкие проходы. Всё выглядело так, будто архитектуру рисовали не каменщики, а сами духи ветра.

Леон стоял на последней световой ступени и смотрел вниз с открытым ртом.

– Это… – выдохнул он.

– Добро пожаловать, – сказал Кель мягко. – Твоя новая жизнь начинается здесь.

Они ступили на каменную площадку. Световые ступени за их спинами исчезли, будто растворились в воздухе.

– Они сами уходят? – спросил Леон.

– Разумеется, – кивнул Кель. – Они появляются только для тех, кто идёт по призыву. Никто не может воспользоваться ими повторно.

Площадка, куда они пришли, вела к большим воротам. Они были из чёрного металла, холодного и гладкого, словно вода, замёрзшая в форме двери. На их поверхности светились сложные символы – линии, пересечения, знаки, похожие на звёзды.

У ворот стояла девушка.

Высокая, чуть старше Леона – тринадцать или четырнадцать лет. Короткие серебристые волосы, глаза цвета янтаря, серо-чёрный мантия без рукавов, под которой на руках виднелись браслеты с рунными кольцами.

Она наблюдала за ними, скрестив руки.

– Ты опоздал, Кель, – сказала она холодным голосом.

Кель усмехнулся:

– А ты всё так же терпелива, Мира.

Девушка закатила глаза:

– Не называй меня терпеливой. Я стою здесь уже сорок минут! Эти ворота открываются только при твоём ключе.

– Значит, сорок минут Академия ждала нашего нового ученика. Это честь, – сказал Кель.

Леон почувствовал, что она оценивает его взглядом. Долго и очень внимательно.

– Это он? – спросила Мира.

– Он, – подтвердил Кель.

– Маленький, – заметила она.

– Спасибо… – пробормотал Леон.

– Я факты говорю, – отрезала девушка. – Имя?

– Леон Ветерский.

– Мира Тенель, – кивнула она. – Старшая ученица первого круга. Я приставлена присматривать за переходами.

Леон не удержался:

– Первый круг?

– Уровень обучения, – пояснил Кель. – В Академии тринадцать кругов. И чем выше круг, тем сильнее ученики.

Мира фыркнула:

– Сильнее – громко сказано. Многие и на четвёртом круге едва умеют удерживать форму заклинания.

Кель повернулся к воротам, поднял ледяной ключ и коснулся им центрального символа. Металл под ключом засиял.

– Ворота, – произнёс он спокойно, – Призванный прибыл.

Ворота отозвались низким звоном. Символы вспыхнули, будто их коснулись языки белого пламени.

Потом металл разошёлся в стороны бесшумно, как вода, и перед ними открылся проход.

Воздух оттуда пах холодом, дымом и чем-то сладким, как ночные цветы.

– Ну? – Мира ткнула Леона локтем. – Не стой. Академия не любит нерешительности.

– А она… кто? – спросил Леон тихо.

– Академия, – ответила девушка. – Она живая.

Леон замер.

– Как… мой дом?

Кель покачал головой:

– Нет. Твой дом – Страж. Он защищает.

– А Академия?

– Она учит. И наблюдает. И выбирает тех, кто достоин.

Это прозвучало не то чтобы страшно… но серьёзно.

Они вошли внутрь.

Первый коридор Академии был широким, с высокими арочными потолками. Стены были сделаны из чёрного камня, который мерцал, будто внутри него текла вода. Свет исходил от тонких линий на полу – рун, образующих узор пути.

Леон ерзал, оглядываясь.

– Это… красиво.

– Это – только вход, – сказала Мира. – Дальше лучше не зевать.

И действительно: из бокового прохода вылетела стая маленьких существ, похожих на птичек, но у них не было крыльев – они были сделаны из светящихся перьев. Они пролетели мимо и рассыпались искрами.

Леон отшатнулся.

– Они взорвались!

Мира фыркнула:

– Они просто растворились, не бойся. Это световые феи. Ведут себя как птицы, но не гадят, и уже за это их все любят.

Кель обернулся:

– Леон, прежде чем мы зайдём глубже, я должен сказать тебе одну вещь.

– Ещё какую? – устало выдохнул мальчик.

Кель подошёл ближе.

– Сегодня ночью твой дом активировал Печать Пробуждения. Это значит, что…

Он замолчал.

Даже Мира на секунду стала серьёзной.

– Что? – Леон наклонился вперёд. – Что это значит?

Кель медленно произнёс:

– Значит, ты не просто ученик. Ты – носитель Печати.

– Звучит… непонятно.

– Это и есть самое страшное, – хмыкнула Мира. – Всё, что связано с Печатью, непонятно.

Кель продолжил:

– Носителей Печати не было уже двадцать лет. И каждый раз, когда один из них появлялся… мир менялся.

– В худшую сторону? – спросил Леон тихо.

– В любую, – сказала Мира. – Это зависит от самого носителя.

Леон почувствовал, как ком поднимается к горлу.

– И что мне теперь делать?

– Жить, учиться и слушать Академию, – ответил Кель.

Мира добавила:

– А ещё – постарайся не умереть в первые недели. Это, кстати, не шутка.

Леон побледнел.

– Почему… именно я?

– Потому что дом выбрал тебя, – сказал Кель. – И теперь Академия посмотрит, был ли он прав.

Они продолжили идти по коридору.

Световые феи снова пролетели над головами. Где-то вдалеке раздался звон магических часов.

И Леон понял:

это только начало.

Глава 5 – «Первое испытание. Тени За Вратами»

Утро начиналось спокойно – слишком спокойно, как сказал бы любой магистр. Тонкая дымка висела над двором Академии, и казалось, что сама тишина прислушивается.

Учитель стоял у старых каменных Врат, ведущих в тренировочный лабиринт, и ждал. На этот раз – не просто наблюдая, а анализируя дыхание каждого, кто подходил. Сегодня они должны пройти первое настоящее испытание.

Появился первым Даник – взъерошенный, но уверенный, держа свою любимую деревянную палку как меч.

– «Учитель! Я готов! Ну… почти. Ну… процентов на семьдесят. Может, 60. Но точно больше половины!»

Учитель усмехнулся:

– «Главное – чтоб хотя бы твой энтузиазм сегодня дожил до конца испытания».

Сразу за ним подошла Лея – аккуратная, собранная, как будто шла на экзамен столетия.

– «Я подготовила три варианта тактики. Если лабиринт будет динамическим – применим третий».

– «Лея…» – Учитель мягко вздохнул. – «Сегодня ты будешь учиться не думать, а чувствовать».

Она напряглась:

– «Но… я…»

– «Без „я“. Потом поблагодаришь.»

Следующей, почти неслышно, словно тень, подошла Ая. Её волосы колыхались от лёгкого порыва ветра – хотя вокруг воздух был неподвижным.

– «Вы позвали – я пришла», – сказала она.

Учитель кивнул:

– «Ты слышишь что-то?»

Она прислушалась к пустоте за Вратами:

– «Там кто-то шепчет. Но не нам».

– «Хорошо. Это пригодится.»

И последним, как всегда демонстративно медленно, появился Риван. С книгой в руках. Читая на ходу.

– «Я надеюсь, это задание хоть немного сложнее, чем вчера? Иначе я уйду спать.»

Даник фыркнул:

– «Слушай, умник, когда-нибудь я…»

– «…побьёшь меня своей палкой? Да-да. Мы это слышим каждый день», – не отрываясь от книги, ответил Риван.

– «Хватит.» – Учитель произнёс тихо, но так, что оба замолчали.

Он поднял руку, и Врата загудели, будто вспоминая древние заклинания. Камни медленно расползлись в стороны, открывая тёмный проход.

– «Ваше задание простое: пройти лабиринт и вернуться втроём.»

Даник моргнул:

– «Эээ… втроём? Но нас четверо.»

Учитель спокойно посмотрел на них:

– «Кто-то сегодня сдастся. Или испугается. Или не справится с собой. Это нормально.»

Лея побледнела.

Ая чуть опустила взгляд.

Риван ухмыльнулся:

– «Ну я-то точно вернусь. Вопрос – кто из вас троих не выдержит.»

Сразу за порогом тьма будто ожила. Свечи на стенах сами вспыхивали и гасли, реагируя на их дыхание.

– «Это место… живое», – прошептала Ая.

– «Что ты слышишь?» – спросила Лея.

Ая остановилась:

– «Пульс. Он учащается, когда мы спорим. Лабиринт питается эмоциями.»

– «Отлично», – хмыкнул Риван. – «С Даником мы его уже перекормили».

– «Эй!!!»

Учитель, который наблюдал через магический кристалл, тихо улыбнулся. Они пока не понимали, что главное испытание – не тени в коридорах, а они сами.

Из угла коридора вытянулась форма – словно тень от фонаря, только без фонаря. Она росла, сгущалась, пока не стала похожа на огромную руку.

Даник поднял палку – дрожащую, но всё же готовую:

– «Учитель говорил – тень боится света!»

– «И где ты свет возьмёшь? Из своей головы?» – сказала тень. Голосом… самого Даника.

Он побледнел:

– «Чё?! Я так не говорю!»

Лея сделала шаг назад:

– «Это отражение наших сомнений… Оно повторяет то, что мы скрываем.»

Риван щёлкнул пальцами, создавая маленькую вспышку световой магии:

– «Развеять тень – легко. Сложнее – разогнать вашу панику.»

Тень дрогнула, но не исчезла.

Ая, вдруг, тихо сказала:

– «Даник. Не бойся, что над тобой смеются.»

Он замер:

– «Ты… откуда знаешь?»

– «Я слышу, когда человек сдерживает дыхание. Ты так дышишь, когда делаешь вид, что тебе всё равно.»

Даник опустил палку, глубоко вдохнул… и тень рассыпалась в пыль.

– «Вау…»

Лея смотрела на Аю с новым уважением.

Риван – с лёгкой завистью.

Через несколько коридоров группа остановилась: перед ними четыре прохода.

– «Слушайте, если мы разделимся…» – начал Даник.

– «То гарантированно никто не вернётся», – оборвала Лея.

Риван провёл рукой по стене:

– «Лабиринт меняет форму. Сегодня четыре пути могут оказаться одним. Или ни одним.»

Ая закрыла глаза.

– «Не шумите…»

Они замолчали.

Она прикоснулась пальцами к камню:

– «Первый путь – пустой. Второй – там что-то… плачет. Третий – ощущение… как будто кто-то ждёт нас. Четвёртый – опасен. Очень.»

– «Тогда идём в третий», – уверенно сказала Лея.

Но Ая мягко покачала головой:

– «Нет. Ждёт – не значит доброе.»

Риван усмехнулся:

– «И что же ты предлагаешь, оракул ветров?»

– «Первый. Он пустой. Но безопасный. А мы уже устали.»

Риван фыркнул:

– «Банально. Но ладно. Пусть будет так.»

Они шагнули в первый проход.

И сразу же услышали – шаги позади.

Но все четверо были тут.

Кто-то… или что-то… вошло следом.

Глава 6 – «Тот, кто забыл своё имя»

Коридор был узким, стены дышали сыростью, а пламя факелов дрожало, будто испуганное.

Ученики остановились одновременно – шаги позади них звучали всё громче.

Даник нервно оглянулся:

– «Ребята… это точно не кто-то из нас?»

– «Ты хочешь сказать, что я мог бы идти и не заметить себя?» – проворчал Риван.

Даник пожал плечами:

– «Ну… с тобой возможно всё.»

Но Ая подняла руку, заставляя всех замолчать.

Её зрачки дрогнули.

Она слушала… не ушами – чем-то другим.

– «Шаги… неровные. Как будто человек хромает. Но… там ещё один звук. Что-то шепчет.»

Лея сглотнула:

– «Что шепчет?»

Ая прошептала:

– «…оно говорит ему: „иди за ними“…»

Тишина в коридоре стала оглушающей.

Факел впереди вспыхнул ярче, и в свете возник силуэт.

Парень.

Тонкий, бледный, волосы спутаны. Руки дрожали, одежда порвана и почернела от времени.

Он выглядел… как ученик Академии, но в старом стиле формы, которой сейчас уже давно не было.

Он поднял голову.

Глаза – совершенно пустые.

– «Кто… вы?» – прошептала Лея.

Парень открыл рот, но сказал совсем не то, что хотел:

– «…идите… ближе…» – голос был чужим, хриплым, как будто говорил кто-то из глубины его тела.

Даник отступил назад:

– «Может, просто пойдём? Ничего страшного… ну его…»

Но Ая сделала шаг вперёд.

– «Стой. Я слышу… настоящего его. Он боится. Сильно боится.»

Парень вдруг резко дёрнулся и схватился за голову.

– «НЕТ… не… не смотри… не подходи!» – сказал он уже своим голосом – живым, отчаянным.

Лея выдохнула:

– «Он… он жив! Значит, мы можем ему помочь!»

Но Риван тронул её за плечо:

– «Смотри внимательней. Он не один.»

И действительно – за его спиной будто шевелилась… тень.

Сначала похожая на дым, но потом стала приобретать форму длинных пальцев, как щупальца ночи.

Парень дрожащим голосом прошептал:

– «Оно… не отпускает меня…»

Тень за его спиной заговорила, и голос был ледяным:

– «Он – пустой. Он – наш. ВЫ – следующие.»

Риван подался вперёд:

– «Чего ты хочешь?»

Тень дрогнула, словно улыбнулась:

– «Я голодна… А страхи ваши… вкусные…»

Даник нервно выдохнул:

– «Так, всё. Мне не нравится, когда вещи без лица говорят про еду. Особенно если этой едой можем быть мы.»

Парень опять встрепенулся, будто борясь с невидимыми цепями:

– «Пожалуйста… бегите… оно… не позволит мне… я… я не хочу…»

Ая подошла ближе.

Она тихо сказала:

– «Как тебя зовут?»

Парень всхлипнул – будто пытаясь вспомнить.

– «Я… я был… учеником… но потом… тьма нашла меня… забрала имя… забрала всё…»

Тень шипящим голосом прошептала:

– «Имя – вкусная вещь.»

Лея закрыла рот ладонью:

– «О gods… оно питается воспоминаниями…»

– «Правильно.» – Риван сжал кулаки.

– «Если оно забрало его имя – значит, он здесь давно. Очень давно.»

Парень резко поднял голову, и в глазах на миг вспыхнула надежда:

– «Помогите… мне больно… я… слышу… себя… где-то… глубоко…»

Но тень взвыла:

– «ХВАТИТ!»

И бросила парня вперёд, как куклу.

Парень выгнулся, пальцы исказились, тело стало дергаться.

Он не хотел нападать – это было видно.

Но тень использовала его как оболочку.

– «Ребята!» – крикнул Даник. – «Что делаем?!»

Риван шагнул вперёд и раскрыл книгу:

– «То, что нужно делать. Сдерживать. Не калечить.»

Лея встала рядом:

– «Мы должны отделить тень от него! Ая, ты можешь?»

Ая глубоко вдохнула, и ветер завыл вокруг её ладоней.

– «Я попробую… но держите его! Он не контролирует себя!»

Парень бросился на них с нечеловеческой силой.

Даник поставил палку как щит – и отлетел на стену:

– «Аууу! Ладно, он сильный! Очень сильный! Риван, быстрее что-нибудь делай!»

Риван выкрикнул заклинание:

– «Lux Mentis!»

Свет вспыхнул, ударил по тени, и парень на миг обмяк.

Ая шагнула к нему и коснулась его груди:

– «Слушай меня… не тень. ТЕБЯ.»

Парень прошептал:

– «…я… я слышу…»

Но тень взревела и схватила его изнутри, искажая голос:

– «ОН – МОЙ!»

И в этот момент…

Лабиринт начал закрывать проходы вокруг них.

Стены задвигались.

Пол дрожал.

– «О нет…» – Лея побледнела.

– «Оно запирает нас вместе с ним!»

Даник зарычал:

– «Если надо – я его удержу!!»

– «Ты не сможешь!» – крикнул Риван. – «Это сущность тени, она древняя!»

Ая закрыла глаза.

Её волосы закружил ветер, и шёпот стал громче.

– «Я могу… но мне нужен контакт. Дайте мне секунду… одну секунду без атаки…»

Лея рванула вперёд:

– «Тогда мы дадим тебе эту секунду!»

И четверо учеников одновременно встали перед тенью…

…которая уже тянула свои чёрные пальцы к их горлам.

Глава 7 – «Секунда, которая меняет всё»

Стены дрожали, сдвигаясь, будто гигантские каменные зубья хотели сомкнуться и перемолоть всех внутри.

Пол вибрировал, факелы вспыхивали и гасли в хаотичном ритме, как пульс испуганного сердца.

Тень, стоящая за потерянным учеником, вытягивалась вверх, худела, будто собиралась в длинную, острую шпильку.

Даник, Лея и Риван встали перед Аей как живая стена.

– «Готовься, Ая!» – крикнул Даник, поднимая свою палку, как будто она могла остановить само зло.

– «Я держу его… держу… ну почти держу!»

Парень, которого тень держала как марионетку, изогнулся, и его голос сорвался:

– «Бегите… пожалуйста… я не… я не держу себя…»

Тень взвыла:

– «ТИШИНА.»

И дёрнула его вперёд, бросая на Ривана.

Риван успел поднять магический барьер – полупрозрачная сфера засветилась и разлетелась на куски, как стекло.

– «АААРГХ!» – Риван отлетел назад, упал на колени и стиснул зубы.

– «Осторожно! Оно сильнее, чем я думал!..»

Даник ринулся к нему:

– «Ты жив?»

– «Да, конечно. Я просто люблю падать. Делает день интереснее.»

– Риван попытался подняться, но пошатнулся. – «Чёрт…»

Лея, сжимая кулаки, повернулась к тени:

– «Ты не получишь никого из нас!»

Тень медленно повернула голову, как будто слышала новое слово впервые:

– «ПОЛУЧУ.»

Тень пошла в атаку первой.

Из её «плеч» вырвались два длинных отростка, похожих на гибкие копья. Они со свистом прорезали воздух.

Даник прыгнул в сторону:

– «ЛЕЯ, ВНИЗ!»

Она успела пригнуться – отросток врезался в стену, оставив глубокий след, словно камень был мягким.

Парень, управляемый тенью, рванул к ним, глаза тусклые, дыхание рваное.

– «Уходите… оно видит… через мои глаза…»

– «Мы не уйдём!» – выкрикнула Лея. – «Ты уже слишком долго был один!»

– «И ОСТАНЕТСЯ!» – взвыла тень.

Она перекинула парня вперёд, заставляя его почти лететь на Даника.

Даник поднял палку поперёк груди:

– «Извини, братан!»

Столкновение отбросило обоих. Даник перекувыркнулся и кое-как встал.

– «Да чтоб тебя!» – выдохнул он. – «Ребята, он как каменная стена с мотором!»

Риван, опираясь на стену, вскинул руку:

– «Я… попробую сдержать отростки. Лея – помогай. Ая – всё зависит от тебя.»

Ая стояла в центре, глаза закрыты, ладони подняты к груди, тонкая нить воздуха вращалась вокруг её пальцев, выделяя светящийся контур.

Она шептала:

– «Слышу… твоё сердце… маленькое… спрятавшееся… ты не пропал. Я дотянусь до тебя…»

Тень издала низкий смешок:

– «Ты хочешь дотронуться… до того, что уже МОЁ?»

Её пальцы-щупальца хлестнули по полу, оставив следы.

Лея кинулась вперёд, перехватив внимание тени.

Она громко выкрикнула, чтобы Аю никто не отвлёк:

– «Риван! Сейчас!»

– «Световой барьер!» – рявкнул он.

Свет резко вспыхнул между учениками и тенью, заставляя сущность отшатнуться.

Тень завыла:

– «СВЕТ… МЕРЗКО…»

– «Привыкай!» – зарычал Риван.

Ая сделала шаг вперёд.

Её взгляд стал глубоким, слишком глубоким для её возраста.

Она положила ладонь на грудь потерянного ученика.

Ветер завыл, волосы Аи взметнулись, и в воздухе засверкала тонкая сеть линий – как паутина света.

Парень вздрогнул, глаза его на миг прояснились:

– «Ты… слышишь меня…?»

Ая прошептала:

– «Да. Я здесь.»

Тень закричала так, что стены дрогнули:

– «НЕ СМЕЙ!!!»

И попыталась оторвать парня от неё, но Даник бросился вперёд, схватил его за плечи:

– «Ты через меня не пройдёшь! Я… Я ДАНИК ЖЕЛЕЗНОЕ ЛОКОТЬ!!»

Риван закатил глаза:

– «Железное что?!»

– «Локоть!» – выкрикнул Даник. – «Потому что больно, когда бью!!»

Лея, не отрываясь от контроля заклинания, крикнула:

– «Даник – держи его! Ая – ещё немного!»

Ая, будто не слыша никого, продолжала:

– «Назови… своё имя…»

Парень дёрнулся:

– «Я… не… могу…»

– «Можешь! Скажи его! Это твоё, не тени!»

Тень завыла хрипло, яростно:

– «ОН БЕЗЫМЯННЫЙ!!!»

Ая распахнула глаза – они светились золотым светом.

– «НЕ для меня!»

Её голос стал сильнее, чем казалось возможным.

– «КТО ты?»

Парень задрожал, воздух вокруг дрогнул.

Тень пыталась вытянуть его назад, но Даник держал что есть сил:

– «ДАВАЙ! ГОВОРИ!!!»

Парень выкрикнул, будто вырывая звук из глубины души:

– «МЕНЯ ЗОВУТ… ТЕЙРУН!!!»

Тень взорвалась криком ярости.

Свет ударил из груди парня, пронзил тень, разорвав её на части.

Она зашипела, задымилась, заклубилась, пытаясь собрать себя обратно.

Тейрун рухнул на колени, хватая воздух.

Ая упала рядом, выдохнув.

Даник, тяжело дыша, помог им обоим подняться:

– «Мы сделали это? Мы реально сделали это?!»

Риван усмехнулся:

– «Если бы это была полноценная победа – лабиринт не начал бы закрываться ещё быстрее.»

И действительно – стены начали сходиться ещё сильнее.

Лея широко раскрыла глаза:

– «Он хотел лишь одного – вернуть себе имя. Но тень всё ещё здесь… она не исчезла. Она ищет новую оболочку.»

Тень, сжавшись до маленького чёрного клубка, шептала:

– «…голодно… голодно… голодно…»

И медленно поползла…

к кому-то из них.

Глава 8 – «Испытание языка тьмы»

Коридор сжался вокруг них. Лабиринт со стоном отодвинулся на шаг назад – словно соизволил дать им минуту – и тут же начал медленно наступать снова. Маленький клубок тени, едва различимый на каменном полу, двигался почти невидимо, испуская тонкий холодный запах гари и сырости.

Все замерли, затаив дыхание.

– «Она ползет к кому-то…» – прошептал Даник, отводя взгляд. – «Не смотрите на него!»

– «Кого? Кого она выбрала?» – спросила Лея, голос дрожал.

Риван пытался расслабить лицо в привычную усмешку, но его пальцы невольно сжали книгу так, что тиснули по коже.

– «Спокойно, это фигня», – пробурчал он. Но в словах прозвучала натянутая нить тревоги.

Ая посмотрела на Ривана. Её глаза были холодны и сосредоточены как струна.

– «Он…» – тихо сказала она, сводя их взгляды. – «Она смотрит на него. Есть будто… остатки памяти. Она ощущает то, что он прячет».

Риван отшатнулся, словно уколовшись. Внутри у него что-то сжалось – воспоминание? Страх? Он резко выдохнул.

– «Это бред. Тень – старое место, старые страхи. Я контролирую…» – заговорил он, и на его голосе дрогнуло.

Тень подобралась ближе. Внутри её клубка начали блуждать тонкие нити – как щупальца – и одно из них медленно взвилось к колену Ривана, не касаясь, но достаточно близко, чтобы вызвать холодный зуд.

– «Она шепчет твои слова», – вдруг произнёс Тейрун, всё ещё держась за ребро, где был удар от схватки. Его голос был слаб, но в нём была твёрдость: – «Не поддавайтесь».

Риван не ответил. Лицо его побледнело. Он сделал шаг назад к стене и уперся в холодный камень.

– «Я не смеюся…» – проговорил он, – «Я просто… собрал факты».

Ая сделала шаг вперёд и положила руку на плечо Ривана – лёгкое касание, чтобы он не упал. Она посмотрела прямо в его глаза:

– «Она найдёт тот, кто боится. Не давай ей места внутри себя».

Риван хлопнул глазами, едва не сорвав маску самоуверенности.

– «Я её не боюсь», – прохрипел он. – «Даже если этот лабиринт…»

Тень внезапно произнесла тихо, почти ласково:

– «Риван… ты ищешь ответы. Твой отец искал их и исчез. Я могу дать тебе больше знаний, чем любая библиотека. Я могу показать, как исправить ошибки прошлого. Ты не будешь один».

Слова звучали сладко, как яд в меде. Риван почувствовал, как сердце его откликнулось, как в груди что-то потянулось к обещанию. Впервые за долгое время внутри него расцвёл соблазн: узнать правду, доказать всем, что он не просто сын «плохого» мага, вернуть себе контроль.

– «Как ты знаешь про моего отца?» – вырвалось у него.

Тень улыбнулась, её звук был эхом сотен шепотов:

– «Я помню тех, кого проглотила тьма. Я помню имена. Имя твоего отца – как подпись на замке. Я могу открыть его».

Риван вдохнул и закрыл глаза. Для секунды он представил себя в лаборатории, где отец склонился над пергаментом, где были чернильные карты и дымящиеся сосуды. Он представил доказательства, признание, уважение. Его пальцы потянулись к книге в руках.

– «Нет», – сказал он вслух, и впервые он услышал слабость в своём тоне. – «Я не отдам им своё имя. Я не…»

Тень рассмеялась, тихо и злобно:

– «Ты говорил то же самое, когда оставлял неправду. Сказать „не отдам“ проще, чем выдержать тест».

Она приблизилась ещё на шаг. Нить прикоснулась к подбородку Ривана: холод как лёд прошёл по нервам. В глазах мальчика вспыхнули видения – сцены, которые могли быть правдой или только отражениями: отец Ривана в лаборатории, огонь, крики, пальцы, чернильные следы, запрещённые руны, суд, обвинение.

– «Покажи мне…» – проговорил он шепотом.

Ая сдавленно вздохнула. Она знала, что если Риван уступит – это не будет просто поражением. Тень склонится не только к нему, она попробует проникнуть в тех, кто любит его, кто с ним связан.

– «Риван! Услышь меня!» – воскликнула Лея, стараясь, чтобы в её голосе было больше уверенности, чем она чувствовала: – «Это ловушка. Она играет с тобой».

Риван повернулся к ней, глаза налились потом, в которых отчётливо читалась борьба.

– «Ты ничего не понимаешь», – сказал он почти шёпотом. – «Ты не знаешь, что значит быть моим отцом. Ты не знаешь, что он сделал ради знаний».

– «Я знаю только, что ты не один, если станешь хуже из-за правды», – ответила Лея твёрдо. – «Мы – с тобой».

Тень прошипела:

– «Они слабы. Дай мне его – я дам тебе то, что хочешь».

В этот момент клубок тени внезапно расправился. Она вытянулась в форму, похожую на человека, но прозрачную и дрожащую, как дым под ветром. Тень обхватила Ривана сзади, её руки – не холодные, а пустые – обвили грудь. Он судорожно захрипел.

– «Отпусти…» – вымолвил он, голос срывался.

Даник кинулся вперёд, схватил руку тени и попытался её оторвать:

– «Отвали! Не трогай его!»

Риван пнул, барахтаясь. Его глаза вылезали из орбит. Он боролся – физически – с чем-то нематериальным. Казалось, что тень тянет его внутрь себя, в холодную пустоту, где нет слова «имя», где есть только шорох.

– «Я помню, как ты злорадствовал в классе!» – Кричал он, пытаясь найти опору. – «Ты копировал заклинания – вор!»

Риван схватил Даника за плечи и с силой оттолкнул. Не потому что злился – а потому что тень пыталась через другого зайти глубже: она знала, где слабые места, где вспыхивают ссоры и недоверие.

– «Не делай этого!» – запел Тейрун, вставая едва-едва. – «Мы не разойдемся из-за страха!»

Ая скрючила пальцы: ветер вокруг неё усилился, и её голос стал тихим, но твёрдым, как сталь:

– «Риван! Назови то, что боишься. Скажи мне одно слово – и держись за него».

Риван закашлялся, глаза его блестели от слёз, но где-то глубоко в горле он нащупал слово – не имя отца, не доказательство – слово про своё собственное слабое место.

– «Провал», – выдавил он так тихо, что Лея едва расслышала.

Тень уловила это, и её тёмная кожа вздрогнула, как у зверя, которого ранили. Она прошипела от удовольствия – ведь страх был её пищей.

– «Дай мне „провал“, – прошептала она сквозь его зубы, – „дай мне его полностью“».

Риван закашлялся, отшатнулся, но в этот самый момент его ладонь судорожно потянулась к книге. Желание – узнать – вырвалось. Тень почти победила.

И в этот момент произошёл маленький, но решающий сдвиг.

Лея, в которой горела смесь страха и ярости, шагнула вперёд. Она подняла руку и положила ладонь на открытую сторону груди Ривана, прямо над местом, где тень вцепилась.

– «Риван! Не только знание делает тебя великим. Не повторяй путь тех, кто разрушил тебя. Если ты отдашься ради доказательств – ты потеряешь себя. Помни, что мы с тобой», – сказала она негромко, но в её словах был вызов: «Не сдавайся».

Её слова были просты – и в них была сила человеческой привязанности, которую тень не могла пощупать и съесть.

Риван застонал. Внутри него развернулась борьба: сладость обещания знаний против тяжести рук друзей. Он уставился на Лeю – её глаза блестели, и в них он увидел отражение того, кем хотел быть.

– «Ты помнишь, когда я… когда я сощурился над классом…» – его голос хрипел. – «Ты тогда…»

– «Я помню», – пересекла его Лея. – «И я помню, когда ты спас нас с книгой в пожаре. Я помню, что ты человек, Риван, а не мечта о славе».

Риван вскрикнул – словно израненный животное – и дернулся в сторону света, рванувшись на Ривана-Ривана – то есть на себя. Это было странно и одновременно ужасно: будто он отшвыривал себя прочь.

Тень издала пронзительный визг. Нити её сжались и сжались, пока не превратились в маленький клубок, а потом – в ничто. Как будто её наклонили под светом. Но её шипение ещё звучало в воздухе: «Мы вернёмся».

Риван упал на колени, захватывая воздух, судорожно дыша. Его рука дрожала, а глаза были полны боли и стыда одновременно.

– «Я… я мог… я почти…» – пробормотал он. – «Я думал, если узнаю… если смогу… всё исправить».

Ая присела рядом, положила ладонь ему на руку:

– «Ты не один. Никогда не был. Твои знания – не приговор. И твой отец – не приговор для тебя».

Даник сел рядом, ухватил Ривана за плечо и сжал крепко, так, как понимают только друзья:

– «Эй, выживем. Ты живой, значит всё ещё шанс на прикол».

Риван позволил себе слабую усмешку сквозь слёзы:

– «Спасибо…» – шепнул он. – «Вы – слишком добрые, чтобы я вас не ненавидел».

Лея улыбнулась сквозь слёзы, и в коридоре повисла какая-то новая тишина – не пугающая, а мягкая, будто ткань, которую можно гладить рукой.

Но лабиринт не отпускал полностью. Стены замедлились в шаге, но всё ещё были опасно близки.

– «Мы должны уходить», – сказал Тейрун, вставая опираясь на руки. – «Эта тень – кусочек большего. Она уйдёт, но вернётся, если не понять, кто и зачем её породил».

Риван посмотрел на книгу, затем на своих друзей, затем – на каменный потолок, где ещё мерцало поле угасшего света.

– «Я изучу всё», – произнёс он тихо. – «Но сначала – я научусь не доверять обещаниям, а доверять вам».

Ая улыбнулась впервые по-настоящему устало:

– «Это уже начало».

Они двинулись дальше, но шаг их был другим – более тяжёлым, но крепче. Вызов остался, тень оставила шрам на сердце Ривана, но и открыла дверь: теперь он знал, что слабость – не поражение, а ресурс, если её принять.

За их спинами лабиринт закрывался медленно, будто задумчиво, как будто обдумывая, когда и где выпустить следующую тень.

Глава 9 – «Вернувшиеся»

Выход из лабиринта выглядел иначе, чем когда они в него вошли. Если утром огромная арка казалась частью Академии – строгой, величественной, испытующей, – то сейчас она была похожа на пасть. Каменные зубцы на верхних краях словно сомкнулись, выталкивая их наружу, а воздух дрожал как после грозы.

Первой выбралась Лея, всё ещё держа Ривана за руку, будто боялась хоть на секунду отпустить. Следом вышли Даник, Тейрун и Ая. Все были усталые, исцарапанные, сдавленные в плечах, но живые.

На площадке их уже ждали.

Четыре магистра стояли в тишине:

магистр Селен, строгая женщина в темном плаще,

магистр Корр, полный мужчина с суровыми глазами,

магистр Фарон, который всегда казался слишком спокойным,

и магистр Бреант, юная, но крайне интеллигентная женщина с серебряной диадемой.

Их взгляды – острые, оценивающие – скользнули по каждому ученику. Но почти сразу остановились на Риване.

Селен шагнула вперёд:

– «Что произошло внутри?»

Её голос не был ни злым, ни громким. Но он был таким, что каждый слышал скрытую силу.

Риван открыл рот, но Ая тихо коснулась его локтя и слегка покачала головой. Она шагнула вперёд сама.

– «Лабиринт изменился, магистр. Мы столкнулись с тенью. Она… она попыталась проникнуть в сознание одного из нас».

– «Одного?» – переспросил Корр, прищурившись.

– «Да», – твёрдо сказала Ая. – «Она пыталась использовать страх и воспоминания против него».

Корр скрестил руки:

– «Назови имя».

Риван почувствовал, как к горлу подошёл холод, похожий на остатки той самой тени. Он уже подготовился ответить… но Даник опередил.

– «Я!» – сказал он громко, даже слишком.

Все остальные повернули к нему головы.

– «ЧТО?» – прошептала Лея.

Даник кивнул ей в бок, мол, молчи. И продолжил:

– «Я… ну… короче. Она меня зацепила. Я растерялся, даже хотел убежать. Но ребята помогли, и всё прошло».

Корр наклонил голову:

– «Ты? Ты хочешь убедить меня, что эта сущность выбрала самого… импульсивного, но не самого… волнообразного ученика?» – Он посмотрел на Ривана.

Риван мрачно посмотрел в сторону.

Даник сглотнул. Он явно понимал, что его ложь выглядит натянуто, но отступать было поздно:

– «Да, магистр. Она заползла ко мне в голову. И пыталась… ну, вы знаете…»

Селен подняла руку, прерывая:

– «Тень не выбирает случайно. Она чувствует то, что гниёт внутри».

Эти слова ударили Ривана так, будто тень снова вцепилась ему в грудь.

Ая stepped вперёд:

– «Это не важно, магистр. Важно то, что мы справились. Мы не дали ей забрать никого. И никто не поддался».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.