# Что нужно знать родителям 9-ти классника

Кристина Яхина

В этот период подросток становится более уязвимым, но одновременно и более замкнутым.Он не говорит о том, что его тревожит, потому что боится, что его не поймут. Он боится, что его сочтут слабым, если он признается в сомнениях.Он боится, что его будут осуждать за неуверенность, за то, что он не знает, что хочет.Он может начать проводить все больше времени в одиночестве – не потому что ему не нужна семья, а потому что в семье он не чувствует пространства для своей неопределенности.

© Кристина Яхина, 2025


ISBN 978-5-0068-6302-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Введение

Когда ребенок входит в девятый класс, родители оказываются на пороге нового этапа – не просто академического, а глубоко личностного, эмоционального и социального перехода. Это не просто год перед экзаменами, не просто подготовка к выбору профиля или будущей специальности. Это время, когда подросток начинает осознавать себя как отдельную личность, неотделимую от семьи, но уже не полностью ею определяемую. Он начинает задавать вопросы, которые не могут быть оcветлены учебниками: кто я? зачем я здесь? что я хочу? что я чувствую, когда никто не смотрит? Что я скрываю даже от себя? И в этот момент родительская роль перестает быть инструкцией, руководством или контролем – она становится присутствием, терпением, способностью слышать то, что не говорится вслух, и видеть то, что не показывается.


Девятый класс – это год, когда подросток впервые сталкивается с реальным выбором, который имеет последствия. Он должен решить, пойдет ли он в десятый класс, и если да – то в какой профиль: гуманитарный, технический, естественно-научный. Это не просто смена предметов. Это первое серьезное решение, в котором он должен оценить свои способности, интересы, страхи, даже скрытые предпочтения. Он может выбирать не потому, что любит физику, а потому что его родители считают это «надежным». Он может отказаться от литературы, потому что боится, что его не поймут. Он может притворяться, что ему все равно, но внутри – тревога. Он боится ошибиться. Боится разочаровать. Боится, что если он выберет неправильно, его жизнь уже не будет иметь смысла. Родителям важно понимать: этот выбор – не про будущую профессию. Он про то, как подросток начинает строить свою идентичность. И если родители пытаются направить его в сторону, которая соответствует их собственным ожиданиям, страхам или нереализованным мечтам, они не помогают – они лишают его возможности стать самим собой.


В этот период подросток становится более уязвимым, но одновременно и более замкнутым. Он не говорит о том, что его тревожит, потому что боится, что его не поймут. Он боится, что его сочтут слабым, если он признается в сомнениях. Он боится, что его будут осуждать за неуверенность, за то, что он не знает, что хочет. Он может начать проводить все больше времени в одиночестве – не потому что ему не нужна семья, а потому что в семье он не чувствует пространства для своей неопределенности. Он ждет, чтобы его спросили: «Как ты себя чувствуешь?» – а не «Как ты сдал контрольную?» Он ждет, чтобы его выслушали, не перебивая, не предлагая решений, не пытаясь «исправить» его настроение. Он ждет, чтобы его эмоции были приняты как правда, даже если они кажутся иррациональными. Он ждет, чтобы его не сравнивали с другими – не с одноклассниками, не с родственниками, не с теми, кто «все успел». Сравнение – это тихое насилие. Оно говорит: «Ты недостаточно хорош». И в девятом классе, когда самооценка особенно хрупка, это может оставить глубокий след.


Психологически, девятиклассник находится в состоянии внутреннего раскола. С одной стороны, он хочет быть взрослым – независимым, самостоятельным, способным принимать решения. С другой – он еще не готов к ответственности, которую несет взрослость. Он хочет, чтобы его уважали, но боится, что если он покажет слабость, его перестанут уважать. Он хочет, чтобы его любили за то, кто он есть, но не знает, кто он есть. Он может вести себя дерзко, чтобы скрыть страх. Он может становиться агрессивным, чтобы не чувствовать боли. Он может отстраняться, чтобы не рисковать. Все это – защитные механизмы. И задача родителя – не бороться с ними, не наказывать за них, не пытаться «воспитать» в них послушание, а увидеть за ними боль, несказанную потребность в безопасности, в принятии, в том, чтобы его не бросили, даже если он не идеален.


Особенно важно в этот период – не пытаться «восстановить контроль». Родительская ошибка – думать, что если ребенок не сидит за уроками, не убирает комнату, не отвечает на звонки, значит, он «плохой» или «неуважительный». На самом деле, он может быть перегружен. Он может быть подавлен. Он может чувствовать, что его не видят. Он может быть в состоянии эмоционального выгорания, которое не имеет ничего общего с ленью. Учебная нагрузка в девятом классе резко возрастает. Экзамены, которые раньше казались далекими, теперь становятся реальностью. Появляется давление – от школы, от одноклассников, от собственных ожиданий. И если родители добавляют к этому давление домашнее – «ты должен», «ты обязан», «ты же не хочешь, чтобы я переживала» – они не мотивируют, они отталкивают. Они заставляют ребенка чувствовать, что его любят только при условии, что он соответствует чьим-то стандартам.


Важно также понимать, как меняются отношения с друзьями. В этом возрасте дружба становится главной системой поддержки – даже важнее, чем семья. Подросток может начать проводить все больше времени с теми, кто его принимает без условий. Он может найти в друзьях то, чего не находит дома: понимание, юмор, принятие его странностей. Иногда это вызывает тревогу у родителей – «почему он с ними, а не с нами?». Но это не отвержение. Это поиск. Он ищет людей, которые не требуют от него быть кем-то другим. И если родители воспринимают это как угрозу, как признак «плохого влияния», они теряют возможность быть тем, к кому он сможет вернуться, когда ему станет тяжело. Лучше быть тем, кто ждет с открытыми руками, чем тем, кто ждет с упреком.


Еще один аспект – это формирование отношения к себе как к телу. В девятом классе подросток начинает осознавать свое тело не как инструмент, а как объект восприятия – своего и чужого. Он может испытывать дискомфорт из-за внешности, из-за изменений в голосе, в фигуре, в коже. Он может сравнивать себя с героями фильмов, с теми, кто кажется «идеальными». Он может стыдиться своих чувств, своих желаний, своих фантазий. Он может начать прятать себя – от зеркала, от взглядов, от прикосновений. Родителям важно не комментировать его внешность, не говорить «ты похудей», «ты бы оделся лучше», «ты выглядишь неаккуратно». Это не советы – это критика. Он и так знает, что не соответствует идеалу. Ему не нужно, чтобы его напоминали об этом. Ему нужно знать, что он ценен – вне зависимости от того, как выглядит его лицо, его тело, его стиль. Ему нужно знать, что его любят за то, что он думает, за то, как он относится к другим, за то, как он переживает, как он смеется, как он молчит, когда ему больно.


И еще – это время, когда начинает проявляться отношение к ответственности. Не в смысле уборки или выполнения домашних заданий, а в смысле внутренней зрелости. Он начинает понимать, что его действия имеют последствия – не только для него, но и для других. Он может впервые столкнуться с тем, что его слова могут ранить. Что его молчание может оставить боль. Что его отказ от участия в чем-то может повлиять на группу. Это не всегда очевидно. Он может не осознавать, что его безразличие – это тоже выбор. И здесь родительская роль – не в том, чтобы наказывать за безответственность, а в том, чтобы показывать, как ответственность связана с уважением – к себе, к другим, к времени, к словам. Это не нравоучения. Это пример. Это то, как родитель сам относится к своим обязательствам, к своим обещаниям, к своему времени. Подросток не слушает, что ему говорят. Он смотрит, что он делает.


Важно не забывать и о сне. Девятиклассник часто спит мало. Он учится до поздней ночи. Он смотрит видео. Он общается. Он думает. Его мозг работает на пределе. Он не ленится – он перегружен. И если родители требуют, чтобы он ложился в десять, а он не может – это не непослушание. Это биология. Это нервная система, которая не успевает выключиться. Родителям важно не бороться с этим, а создавать условия, в которых он может восстановиться. Тишина. Уют. Отсутствие давления. Возможность просто лежать, не объясняя, почему не спит. Иногда отдых – это не сон, а присутствие. Присутствие дома, где не требуют, чтобы он был «в форме», где можно быть уставшим, где его не осуждают за то, что он не справляется.


И, пожалуй, самое важное – это не пытаться решить за него его жизнь. Он не ваш проект. Он не продолжение ваших надежд. Он – человек, который пришел сюда, чтобы прожить свою жизнь. Ваша задача – не сделать его успешным, а сделать его целостным. Не сделать его сильным, а помочь ему принять свою уязвимость. Не сделать его уверенным, а позволить ему чувствовать страх и оставаться любимым. Не научить его быть идеальным, а научить его быть настоящим.


В девятом классе подросток не ищет идеального родителя. Он ищет того, кто не боится его настоящего. Кто не требует, чтобы он был кем-то другим. Кто может сидеть рядом в молчании, не пытаясь «исправить» ситуацию. Кто может сказать: «Я не знаю, что делать, но я здесь». Кто может позволить себе ошибаться, и при этом оставаться рядом. Кто не пытается дать ответы, но умеет задавать правильные вопросы – мягкие, глубокие, без давления.


Это не год, который нужно пережить. Это год, который нужно прожить – вместе, но не за него. Вместе – как два человека, которые учатся друг у друга. Он учит вас, как быть родителем, когда ребенок уже не ребенок. А вы – как быть человеком, который может любить без условий.

## Образование и учебный процесс

Когда ребенок переходит в девятый класс, образовательная система, которая до этого казалась стабильной и предсказуемой, начинает меняться – не только в структуре, но и в сути. Это не просто переход от одной ступени к другой, это сдвиг в парадигме обучения: от пассивного восприятия информации к активному выбору, от выполнения требований к формированию собственного отношения к знанию. Учебный процесс становится не просто инструментом получения оценок, а зеркалом, в котором подросток впервые начинает видеть себя – не как ученика, а как личность, способную выбирать, ориентироваться, сомневаться, ошибаться и искать смысл. Именно здесь, в этом переломном моменте, родительская поддержка перестает быть помощью в решении домашних заданий или контролем за выполнением плана – она становится сопровождением внутреннего поиска.


Изменения в образовательной системе носят не только внешний, но и глубоко психологический характер. В девятом классе учебная нагрузка не просто возрастает – она трансформируется. Количество предметов остается прежним, но глубина их проработки резко увеличивается. То, что раньше воспринималось как «выучить наизусть», теперь требует анализа, синтеза, критического мышления. Ученик сталкивается с тем, что знания больше не даются в готовом виде – их нужно выстраивать самому. Это вызывает не только умственное напряжение, но и эмоциональное: ощущение, что ты не справляешься, что ты недостаточно умен, что ты не можешь угнаться за ожиданиями. Школа, которая раньше была местом, где можно было просто «выполнять», теперь становится полем битвы за самоуважение. Появляются профили: гуманитарный, технический, естественно-научный – и с ними приходит первое серьезное решение, которое имеет последствия на годы вперед. Это не выбор предметов. Это выбор пути, по которому он будет идти, и, что важнее, выбор того, кем он хочет стать. Подросток может выбирать не то, что ему нравится, а то, что кажется «безопасным» – потому что боится разочаровать родителей, потому что боится, что его способности не дотягивают до того, что он действительно хочет. Он может отказаться от литературы, потому что боится, что его не поймут, если он скажет, что ему важны чувства, а не факты. Он может выбрать физику, потому что «это престижно», хотя внутри него – пустота, когда он смотрит на формулы. И в этом выборе – не ошибка, не непослушание, не лень – а трагедия невысказанной искренности. Родителям важно понимать: образование в этом возрасте – это не про баллы, не про поступление в вуз, не про карьеру. Это про то, как подросток учится слышать себя. И если родители, пытаясь направить его в сторону «правильного» профиля, не слышат его внутреннего голоса, они не помогают – они лишают его возможности стать целостным человеком.


Поддержка учебной мотивации – это не про напоминания, не про поощрения в виде денег или гаджетов, не про сравнения с другими. Это про то, чтобы помочь ребенку найти связь между тем, что он учит, и тем, что для него важно. Мотивация, основанная на страхе неудачи или желании понравиться, не выдерживает испытания временем. Она истощает. А истинная мотивация рождается из внутреннего интереса – из ощущения, что знания дают ему силу, понимание, свободу. Родитель может не знать, как решить квадратное уравнение, но может спросить: «А что тебя в этом интересует?» – и тем самым открыть дверь в его внутренний мир. Он может не понимать, зачем нужно изучать историю XX века, но может задать вопрос: «Как ты думаешь, почему люди тогда поступали так, а не иначе?» – и тем самым показать, что его мысли важны. Мотивация не растет от давления. Она растет от того, что человек чувствует, что его разум уважают. Когда подросток знает, что его сомнения – не признак слабости, а признак мышления, когда он понимает, что его вопросы – не раздражение, а дар, – тогда он начинает учиться не потому, что должен, а потому что хочет. И это – единственная мотивация, которая выдерживает стресс, усталость, неудачи.


Выбор предметов и профиля обучения – это первый настоящий акт самостоятельности. Он не должен быть результатом консультаций с учителями, рекомендаций знакомых или ожиданий родителей. Он должен быть результатом внутреннего диалога, который подросток ведет с самим собой. И этот диалог требует времени, тишины, пространства. Родителям важно не предлагать варианты, а помогать ребенку формулировать свои вопросы. «Что тебе нравится делать, когда ты забываешь о времени?» – «Что тебя раздражает в том, что ты учишь?» – «Если бы ты мог выбирать, какой день ты бы хотел провести, не думая об оценках?» – эти вопросы не имеют правильных ответов. Они не направлены на то, чтобы найти «правильный» профиль. Они направлены на то, чтобы ребенок начал слышать себя. Иногда он выбирает то, что кажется «непрактичным» – и это нормально. Потому что практика – это не про будущую зарплату. Практика – это про то, чтобы жить в соответствии со своими ценностями. Если он выбирает литературу, потому что в книгах он находит то, чего не хватает в реальности – это не слабость. Это интуитивный выбор, который может оказаться глубже, чем любой расчет. Если он выбирает математику, потому что ей можно доверять – потому что в ней нет двусмысленности – это тоже выбор. Он не должен быть оправдан перед другими. Он должен быть принят. Родительская задача – не убеждать его изменить решение, а поддерживать его в нем, даже если оно кажется нелогичным. Потому что именно в этом выборе – первая настоящая свобода. И если родители будут стоять рядом, не пытаясь переписать его путь, они дадут ему чувство, что он не одинок – даже если его выбор не совпадает с их ожиданиями.